АРБИТРАЖНЫЙ СУД Самарской области

443045, г.Самара, ул. Авроры,148, тел. (846) 226-56-17

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

12 декабря 2019 года

Дело №

А55-30528/2018

Резолютивная часть решения оглашена 05 декабря 2019 года. 

Решение в полном объеме изготовлено 12 декабря 2019 года.  

Арбитражный суд Самарской области

в составе

судьи           Шаруевой Н.В.

при ведении протокола судебного заседания до перерыва секретарем судебного заседания ФИО1, после перерыва помощником судьи Чередник И.И., 

рассмотрев в судебном заседании    дело по иску

Общества с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Согласие»

к  Обществу с ограниченной ответственностью «Тольяттинский судоремонтный завод»

Третьи лица: 1. Федеральное автономное учреждение «Российский речной регистр»

                       2. Закрытое акционерное общество «Судоходная компания «БАШВОЛГОТАНКЕР» 

о взыскании 4 394 941 руб. 60 коп. 

при участии в заседании

от истца – ФИО2 по доверенности от 27.12.2018;

от ответчика – ФИО3 по доверенности от 23.01.2019; ФИО4 по доверенности от 19.07.2019;

от третьего лица – ФИО5 по доверенности от 14.12.2017;

от третьего лица 2 – не явился, извещен. 

В судебном заседании, открытом 29.11.2019, в соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, объявлялся перерыв до 05.12.2019, информация о перерыве была размещена на официальном сайте Арбитражного суда Самарской области в сети Интернет по веб-адресу: http://www.samara.arbitr.ru.

Установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Страховая Компания «Согласие» обратилось в арбитражный суд с иском к Обществу с ограниченной ответственностью «Тольяттинский судоремонтный завод» о взыскании в порядке суброгации убытков в размере 1 217 333 руб. 55 коп.

Определением от 24.10.2018 суд привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Федеральное автономное учреждение «Российский Речной Регистр». 

Определением от 30.11.2018 суд привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Закрытое акционерное общество «Судоходная компания «БАШВОЛГОТАНКЕР» 

Определением суда от 07.02.2019 по делу была назначена техническая судебная экспертиза по следующим вопросам; 

1) Могут ли быть определены причины потери гребного винта судна «Волгонефть 135» без исследования самого судна и фрагментов винта на основании фотографий, приложенных к сюрвейерскому отчету?

2) При положительном ответе на первый вопрос определить, каковы причины потери гребного винта судна «Волгонефть 135»?

Проведение экспертизы было поручено эксперту ФГБОУ ВО «Волжский государственный университет водного транспорта» ФИО6. 

В судебном заседании, состоявшемся 17.05.2019, проведенного посредством систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Нижегородской области, стороны задали вопросы эксперту.

Определением от 27.05.2019 по делу была назначена дополнительная судебная экспертиза по определению  причины потери гребного винта судна «Волгонефть 135». Проведение дополнительной экспертизы так же было поручено эксперту ФГБОУ ВО «Волжский государственный университет водного транспорта» ФИО6. 

В связи с возникшими у сторон вопросами по дополнительной экспертизе, в судебном заседании 31.10.2019, проведенном посредством систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Нижегородской области, стороны задали вопросы эксперту.

Истец в судебном заседании поддержал исковые требования.

Ответчик возражал против удовлетворения исковых требований, заявил о пропуске истцом срока исковой давности. 

Третье лицо - Федеральное автономное учреждение «Российский Речной Регистр» возражало против удовлетворения исковых требований.

Третье лицо - закрытое акционерное общество Судоходная компания «БАШВОЛГОТАНКЕР» в судебное заседание не явились, о месте и дате судебного разбирательства извещены надлежащим образом.

Исследовав материалы дела, оценив доводы и возражения сторон, арбитражный суд находит иск необоснованными и не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

ЗАО «СК «БАШВОЛГОТАНКЕР» (фрахтователь, страхователь) и ООО «СК «Согласие» (истец, Страховщик) заключен договор страхования, был выдан Полис страхования средств водного транспорта № 0010122-0688247/16ВДТР от 30.12.2016, согласно которому на страхование было передано судно «Волгонефть 135» (п.7 Приложения № 1 к Полису), объект страхования - имущественные интересы, связанные с торговым мореплаванием, судоходством на ВВП, страховой риск - повреждение судна (п.4 и п. 4.1. Полиса), срок страхования - с 31.12.2016 по 31.12.2017 (п.10 Полиса), предусмотрена франшиза 15% от суммы расходов по устранению повреждении машин, механизмов и оборудования судна по каждому страховому случаю, но в любом случае не менее, чем эквивалент 2 000 долларов США по каждому страховому случаю (п. 9 Полиса).

Дополнительным страховым случаем является возникновение непредвиденных расходов (убытков) вследствие потери фрахта в период аварийного простоя судна по причине повреждения и/или поломки застрахованного судна, при чем за первые 4 суток простоя страховое возмещение не выплачивается (п.9 Полиса - франшиза).

Обосновывая исковые требования, истец указал, что страхователь обратился к ООО «СК «Согласие» по событию, имеющему признаки страхового случая, а именно 28.07.2017 на 1986,5 км реки Волга в Саратовском водохранилище, при следовании с балластом при максимальной осадке 2,6 м экипажем судна «Волгонефть - 135» (далее – Судно) было  обнаружено отсутствие   гребного винта левого борта Судна. 

31.07.2017 был составлен Технический акт осмотра валовой линии левого борта для установления повреждений  по факту потери  винта левого борта: у судна отсутствует гребной винт левого борта, включая гайку-обтекатель и шпонку, с разрывом шпоночных болтов, произошел скол металла конуса гребного вала левого борта в районе шпоночного паза. 

Согласно сюрвейерскому отчету ООО «Маринекс-АйТиЭс» от 12.12.2017 №RU78/125/17/ГО/АК/од – «наиболее вероятной причиной потери гребного винта левого борта т/х «Волгонефть-135» представляется  отдача от мест приварки к ступице винта стопорных полос гайки-обтекателя и винта, вследствие «разбалтывания» инерционными силами  при работе судна различными ходами».  

В период с 28.07.2017 по 11.08.2017 был произведен ремонт в ООО «Балаховский ССРЗ».

Согласно сюрвейерскому отчету ООО «Маринекс-АйТиЭс» от 12.12.2017 №RU78/125/17/ГО/АК/од расходы страхователя, связанные с ремонтом судна, составляют 2 451 926 руб. 59 коп., связанные с потерей фрахта – 40 000 USD.

Истцом по указанному страховому случаю возмещено 4 394 941 руб. 60 коп., в том числе:

-  2 084 137 руб. 60 коп. - по страховому случаю – повреждение  судна  по основанию – потеря  гребневого винта, повреждение гребневого вала, что подтверждается платежным поручением №40576 от 14.02.2018;

- 2 310 804 руб. 00 коп. – по страховому случаю – потеря фрахта  по причине потери гребневого винта и повреждения гребневого вала, что подтверждается платежным поручением №40591 от 14.02.2018. 

Поскольку ранее, в период с  февраля по май 2015 года  Судно находилось на постоянном доковом ремонте в ООО «Тольяттинский судоремонтный завод» на основании  договора ремонта скудна №91/2014 от 10.11.2014, а согласно спецификации  ремонтных работ  одной из работ в рамках  договора  была замена  гребного вала левого борта, истец, полагая, что ответчиком работы по ремонту были выполнены ненадлежащим образом, обратился к ООО «Тольяттинский судоремонтный завод» с претензией о возмещении причинных убытков,  которая была оставлена последним без удовлетворения. 

Указанные обстоятельства послужили истцу основанием для обращения в суд с настоящим иском.

Согласно пункту 1 статьи 965 Гражданского кодекса Российской Федерации если договором имущественного страхования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования.

В соответствии со статьей 384 Гражданского кодекса Российской Федерации право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, если иное не предусмотрено законом или договором.

При суброгации происходит перемена лица в обязательстве на основании закона (статья 387 Гражданского кодекса Российской Федерации), поэтому перешедшее к страховщику право осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем и ответственным за убытки лицом.

Таким образом, заявляя соответствующее требование, истец по существу основывает его на позиции о ненадлежащем исполнении ответчиком как подрядчиком обязательств по ремонту судна в рамках договора ремонта судна №91/2014  от 10.11.2014.

Согласно частей 1 и 2 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. 

Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 настоящего Кодекса.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Для наступления гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков необходимо доказать совокупность следующих обстоятельств: наличия самого факта причинения вреда, противоправность действий причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между противоправными действиями причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, а также размер подлежащих возмещению убытков. Недоказанность хотя бы одного из указанных обстоятельств исключает возможность удовлетворения требований.

Из пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Кодекса).

По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Кодекса).

Бремя доказывания невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, исходя из представленных по делу доказательств; каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (статьи 64 (часть 1), 65 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Работы по ремонту судна «Волгонефть-135» производились ООО «Тольяттинский судоремонтный завод» на основании договора ремонта судна №91/2014  от 10.11.2014, заключенного с ЗАО «СК «БАШВОЛГОТАНКЕР». 

В соответствии с актом внеочередного освидетельствования от 12.05.2015 на слипе ООО «Тольяттинский судоремонтный завод» под техническим наблюдением Регистра был произведен ремонт элементов судна «Волгонефть-135», в том числе движительно-рулевого комплекса с заменой гребного вала левого борта заводской номер №347, сертификат от 16.03.2010 №НВФ-2704/11. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 724 Гражданского кодекса Российской Федерации если иное не установлено законом или договором подряда, заказчик вправе предъявить требования, связанные с ненадлежащим качеством результата работы, при условии, что оно выявлено в сроки, установленные настоящей статьей. 

Согласно пунктам 3,5 статьи 724 Гражданского кодекса Российской Федерации заказчик вправе предъявить требования, связанные с недостатками результата работы, обнаруженными в течение гарантийного срока. Если иное не предусмотрено договором подряда, гарантийный срок (пункт 1 статьи 722) начинает течь с момента, когда результат выполненной работы был принят или должен был быть принят заказчиком.

Протоколом приема судна после проведения ремонта от 18.05.2015 ЗАО «СК «БашВолготанкер» приняло судно «Волгонефть-135 после ремонта без замечаний.

Согласно п. 13.2 договора гарантийный период на ремонтные работы судна устанавливается - 6 (шесть) календарных месяцев со дня приемки судна из ремонта.

В соответствии с пунктом 4 статьи 724 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда предусмотренный договором гарантийный срок составляет менее двух лет и недостатки результата работы обнаружены заказчиком по истечении гарантийного срока, но в пределах двух лет с момента, предусмотренного пунктом 5 настоящей статьи, подрядчик несет ответственность, если заказчик докажет, что недостатки возникли до передачи результата работы заказчику или по причинам, возникшим до этого момента.

Между тем, возможные недостатки работ обнаружены заказчиком 28.07.2017 по истечении двух лет с момента передачи результата работ 18.05.2015.

Согласно пунктам 13.5.1.- 13.5.8 договора подряда подрядчик обязан устранить за свой счет любые дефекты, если комиссионно будет установлено, что дефекты возникли по причине некачественного выполнения подрядчиком работ. Комиссия для определения причин возникновения дефектов должна включать представителя подрядчика. По результатам работы комиссии оформляется акт расследования причины возникновения дефектов. В случае возникновения технического спора о характере и причине возникновения дефектов стороны должны привлечь Регистр, под наблюдением которого производился ремонт судна. Решение Регистра будет являться для сторон обязательным и окончательным. 

Пунктом 13.7 договора установлено, что если в случае обнаружения дефекта для заказчика представляется нецелесообразным по причине местонахождения, состояния или характера использования судна транспортировать последнее на верфь подрядчика или на любой другой согласованный между заказчиком и подрядчиком завод, и если обнаруженные дефекты не могут быть устранены или исправлены на месте нахождения судна, заказчик имеет право после согласования с подрядчиком объема работ и калькуляции гарантийного ремонта поручить другой верфи/фирме по своему выбору устранять повреждения или дефекты за счет подрядчика.

Между тем, как следует из материалов дела ответчик-подрядчик о возникновении дефекта не извещался, на осмотр и для расследования причины возникновения дефекта не привлекался. Заказчик требования об устранении дефекта к подрядчику не предъявлял.

При указанных обстоятельствах, у истца, к которому перешли права заказчика по договору подряда, не возникло право на предъявление ответчику требования о взыскании убытков по устранения указанной ситуации.

Кроме того, в доказательство вины ответчика в поломке танкера «Волгонефть - 135» истцом в материалы дела представлен вышеуказанный сюрвейерский отчет ООО «Маринекс-АйТиЭс» от 12.12.2017  №RU78/125/17/ГО/АК/од содержащий вероятную причину поломки -  «наиболее вероятной причиной потери гребного винта левого борта т/х «Волгонефть-135» представляется  отдача от мест приварки к ступице винта стопорных полос гайки-обтекателя и винта, вследствие «разбалтывания» инерционными силами  при работе судна различными ходами».  

Согласно Заключения эксперта и дополнительного заключения эксперта ФГБОУ ВО «Волжский государственный университет водного транспорта» ФИО6 – «Основными причинами потери гребного винта левого борта  теплохода «Волгонефть-135» являются нарушения  выполнения операций технологического процесса соединения гребного вала и гребного винта в ООО «Тольяттинский судоремонтный завод» в период февраль-май 2015 г. на основании договора №91/2014 от 10.11.2014г.».

При этом, как следует из Рецензии ФГБОУ ВО «Самарский государственный технический университет» подготовленной на экспертные заключения (основное и дополнительное) по факту потери гребного винта левого борта т/х «Волгонефть-135» - «К возможной причине  потери винта можно отнести механические воздействия  в результате ударов гребного винта левого борта о посторонние предметы. Косвенные признаки этого имеются в виде зафиксированных множественных деформаций обечаек гребного вала, а также возникновение пластических деформаций на кромке шпоночного паза. Пластические деформации возникают только при значительных эксплуатационных нагрузках, существенно превышающих расчетные. Такие как: ударное воздействие винта о посторонние предметы, реверсы двигателя при снеженной до рекомендованных значений скорости судна, работа двигателей на частотах вращения входящих в запретную зону (резонансные частоты) и другие нештатные эксплуатационные нагрузки.  Истинные причины потери гребного винта судна «Волнонефть-135»  не могут быть определены без дополнительного обследования самого судна (место скола гребного вала, замятие кромки шпоночного паза, очаги коррозийного воздействия, деформации обечаек вала() и утерянных гребного винта, гайки-обтекателя, шпонки и ее крепежных болтов.». 

Третьим лицом -  Федеральным автономным учреждением «Российский Речной Регистр» представлены письменные пояснения в материалы дела, согласно которым  при отсутствии достоверной информации о фактическом техническом состоянии потерянных гребном винте, гайке-обтекателе гребного винта и о шпонке, не возможно установить причину потери гребного винта, при этом эксперт ФИО6 не располагал достаточными материалами для установления основной причины потери гребного винта на т/х «Волгонефть-135»; по фотографиям, на основании изучения которых автор экспертизы пришел к указанным в Экспертном заключении выводам, невозможно достоверно выявить интенсивность очагов коррозии, площадь их развития, глубину пятен (язв), фреттинг-коррозию, следы натяга, скольжения и сдвига сопрягаемых поверхностей узла крепления гребного винта и гребного вала или обнаружить «натертости» и иные дефекты, которые могут быть выявлены только с применением методов неразрушающего контроля. Также, по указанным фотографиям невозможно достоверно определить ненадлежащее качество посадки гребного винта на гребной вал при ремонте т/х «Волгонефть-135» на ООО «ТСРЗ» в 2015 году. 

Экспертом ФИО6 в материалы настоящего дела были представлены письменные ответы на дополнительные вопросы, часть которых была озвучена в ходе судебного заседания 31.10.19г.

Сопоставляя озвученные экспертом ответы, как с его же письменными ответами, так и с текстом заключений выявились судом установлены следующие противоречия:

Так, в первом заключении (стр. 13) и в дополнительном (стр.15) эксперт утверждает, что «наличие неплотной посадки винта на гребной вал ... создает возможность микроколебаний винта по отношению к оси вала». На этом основании эксперт строит дальнейшее заключение о некачественно выполненной посадке гребного винта на вал (стр. 15 основного заключения и стр. 17 дополнительного). При этом в ответе на вопрос №4 о микроперемещениях винта на валу эксперт пишет: « Кроме того, правильная прессовая посадка винта исключает возможность микроперемещений винта. Отсутствие следов повреждений в виде вмятин на конусе вала исключает версию о микроперемещениях», т.е. ответом на 4 вопрос эксперт фактически отрицает свое утверждение о некачественной посадке винта на вал. При ответе на вопрос № 2 о повреждениях обечаек вала эксперт ссылается на отсутствие описания дефектов в сюрвейерском отчете. Т.е. так как сюрвейер не указал фактические размеры повреждений и повреждения не зафиксированы фотоматериалами, то, несмотря на указания на них в техническом акте за подписью комсостава судна, суперинтенданта и мастера участка ремонтного предприятия, эксперт их про проведении экспертизы не учитывает. 

Таким образом, из совокупности представленных экспертных исследований следует, что все исследования носят вероятностный характер. При этом, оценивая заключение эксперта (основное и дополнительное) согласно статье 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  как одно из доказательств по делу, пришел к выводу, что выводы эксперта ФИО6 построены только на Сюрвейерском отчете, без исследования самого судна, и справочных данных.

Следовательно, представленные в материалы дела заключения эксперта не могут  быть приняты в качестве надлежащих и допустимых доказательств осуществления ответчиком некачественного ремонта, что привело в повреждению и потере гребного винта, в связи с тем, что сделанные экспертом выводы по поставленным вопросам носят вероятностный характер, однозначных причин возникновения повреждений на судне в заключении не установлено, что подтверждается представленной в дело рецензией на экспертные заключения от 30.09.19г., письменными пояснениями ФАУ «российский речной регистр» по заключению эксперта от 12.04.19г., отзывами ответчика на заключения эксперта, а также доводами изложенными в ходатайстве ООО «ТСРЗ» о вызове эксперта от 22.08.19г. 

При этом, суд так же пришел к выводу, что установление однозначных причин поломки и потери гребного винта невозможно без самого гребного винта, который был утерян в момент аварии 28.07.12017. 

Таким образом, проанализировав представленные в материалы дела доказательства, арбитражный суд приходит к выводу о том, что наличие прямой причинной связи между действиями ответчика и возникновением у взыскателя убытков в заявленном размере материалами дела не доказано, что в силу изложенных правовых норм  также исключает возможность удовлетворения требования о взыскании убытков в заявленном размере.

Ответчиком заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

В силу статьи 201 Гражданского кодекса Российской Федерации перемена лиц в обязательстве не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления.

Таким образом, в порядке суброгации к страховщику переходит право требования страхователя (выгодоприобретателя) со всеми преимуществами и недостатками. При этом к страховщику не может перейти больше прав, чем имеет страхователь.

В соответствии со статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 Кодекса. 

Согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В соответствии с пунктом 1 статьи 197 Гражданского кодекса Российской Федерации для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком.

Согласно пункту 1 статьи 725 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности для требований, предъявляемых в связи с ненадлежащим качеством работы, выполненной по договору подряда, составляет один год, а в отношении зданий и сооружений определяется по правилам статьи 196 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктом 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43, согласно пункту 3 статьи 202 ГК РФ течение срока исковой давности приостанавливается, если стороны прибегли к несудебной процедуре разрешения спора, обращение к которой предусмотрено законом, в том числе к  обязательному претензионному порядку. В этих случаях течение исковой давности и приостанавливается на срок, установленный законом для проведения этой процедуры, а при отсутствии такого срока - на шесть месяцев со дня начала соответствующей процедуры.

Согласно статье 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, гражданско-правовые споры о взыскании денежных средств по требованиям, возникшим из договоров, других сделок, вследствие неосновательного обогащения, могут быть переданы на разрешение арбитражного суда после принятия сторонами мер по досудебному урегулированию по истечении тридцати календарных дней со дня направления претензии (требования), если иные срок и (или) порядок не установлены законом или договором.

Как следует из материалов дела, поломка танкера произошла и обнаружена заказчиком 28.07.2017, с претензионным письмом истец обратился к ответчику 01.06.2018, в связи с чем срок исковой данности продлевается до 28.08.2018 (на один месяц), однако с иском в арбитражный суд истец обратился лишь 18.10.2018, о чем свидетельствует штемпель канцелярии арбитражного суда,  то есть за пределами срока исковой давности.

При указанных обстоятельствах, исковое заявление по настоящему делу подано за пределами годичного срока исковой давности.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Аналогичная правовая позиция изложена в Постановлении Арбитражного суда Поволжского круга  №Ф06-54382/2019 от 26.11.2019 по делу №А55-39167/2018. 

Принимая во внимание указанные обстоятельства, в удовлетворении исковых требований следует отказать.

Расходы по государственной пошлине в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат отнесению на истца.

Руководствуясь ст. ст. 110,167-171, 176, 180, 181   Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л:

В иске отказать. 

Решение  может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд, г.Самара с направлением апелляционной жалобы через Арбитражный суд Самарской области.

Судья

/

Н.В. Шаруева