Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 50/52

http://www.spb.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А56-160418/2018

09 августа 2019 года

г.Санкт-Петербург

Резолютивная часть решения объявлена 05 августа 2019 года. 

Полный текст решения изготовлен 09 августа 2019 года.

Арбитражный суд  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе: судьи Калайджяна А.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Силиверстовой Т.П.,

рассмотрев в судебном заседании исковое заявление от 27.11.2018 №20-08/17417 

Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы по Тверской области (место нахождения (адрес): 170100, 

<

...>)

о взыскании убытков в размере 6 464 017,45 руб.

заинтересованное лицо: ФИО1 (место жительства (регистрации): 188300, 

<

...>),

третье лицо: Союз «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Северо-Запада» (место нахождения (адрес): 191015, 

<

...>, лит.А, пом 2-Н, №436, ИНН 

<

***>)

при участии:

согласно протоколу судебного заседания от 05.08.2019,

установил:

19.12.2018 в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области поступило заявление Управления Федеральной налоговой службы по Тверской области (далее – уполномоченный орган, истец) о взыскании с ФИО1 (далее – ответчик, ФИО1) в пользу ФНС России как уполномоченного органа по представлению в делах о банкротстве и процедурах банкротства требований об уплате обязательных платежей и требований Российской Федерации по денежным обязательствам убытков, причиненных вследствие неправомерных действий ответчика при проведении процедур банкротства ЗАО «ОГК», в сумме 6 464 017,45 рублей текущих платежей, причиненных уполномоченному органу в связи с несвоевременным погашением имеющейся задолженности перед уполномоченным органом.

Ответчиком представлен отзыв, согласно которому просит отказать в удовлетворении заявленных требований.

Уполномоченным органом представлены пояснения к отзыву ответчика, согласно которому просит удовлетворить иск в полном объеме.

Стороны обеспечили явку в судебное заседание своих представителей.

Арбитражный суд, исследовав материалы дела и оценив представленные лицами, участвующими в деле, доказательства, заслушав представителей сторон, установил следующее.

Решением Арбитражного суда Тверской области от 04.02.2016 ликвидируемый должник - закрытое акционерное общество «Осташковская генерирующая компания» (далее - ЗАО «ОГК», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев - до 04.08.2016, конкурсным управляющим утвержден ФИО1, член Союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Северо-Запада».

Определением Арбитражного суда Тверской области от 03.06.2016 по делу № А66-7059/2014 сумма задолженности ЗАО «ОГК» по обязательным платежам включена в реестр требований кредиторов в размере 71 873 751,78 руб., в том числе основной долг 64 018 650,34 руб., или 1,67 % от общего числа требований, включенных в реестр требований кредиторов ЗАО «ОГК».

Определением Арбитражного суда Тверской области от 29.03.2018 (резолютивная часть объявлена 28.03.2018) по делу № А66-7059/2014 процедура конкурсного производства в отношении ЗАО «ОГК» завершена.

На основании определения от 29.03.2018 о завершении конкурсного производства по делу № А66-7059/2014 регистрирующим органом Межрайонной ИФНС России № 12 по Тверской области внесена запись от 16.05.2018 об исключении должника из единого государственного реестра юридических лиц.

Согласно данным, переданным уполномоченному органу Государственным Учреждением - Отделение Пенсионного фонда РФ по Тверской области (сальдо по состоянию на 01.01.2017) должник имеет задолженность по уплате текущих платежей по уплате страховых взносов на обязательное пенсионное страхование, зачисляемые в ПФ РФ на выплату страховой пенсии в размере 2 292 724,13 рублей по основному долгу.

Задолженность по уплате текущих платежей по уплате страховых взносов на обязательное пенсионное страхование, зачисляемые в ПФ РФ на выплату страховой пенсии за отчетные периоды, окончившиеся после 01.01.2017, начисленная на основании расчетов, представленных налогоплательщиком в Межрайонную ИФНС России № 6 по Тверской области, составляет 3 864 272,32 рублей.

Задолженность по налогу на доходы физических лиц, удержанному с работников и не перечисленному в бюджет составляет 307 021,00 рубль.

Как указал истец, до настоящего времени указанная задолженность не погашена. Конкурсным управляющим в ходе осуществления хозяйственной деятельности, а также после реализации имущества должника не предприняты меры по погашению текущей задолженности уполномоченного органа, что является нарушением прав и законных интересов уполномоченного органа и кредиторов должника.

Конкурсное производство предполагает пропорциональное удовлетворение требований кредиторов в условиях ограниченности имущества должника, конкурсный управляющий обязан проявлять максимальную щепетильность в вопросе расходования конкурсной массы.

За период с 01.01.2017 по 01.01.2018 с расчетного счета должника были произведены расходные операции на сумму 31 943 071,25 руб., в том числе были погашены текущие требования по текущим платежам, относящимся к 3-5 Очередям удовлетворения на сумму не менее 4 783 805,27 руб.

Кроме того, на основании распорядительных писем конкурсного управляющего должника с расчетного счета третьего лица АО «Верхневолжский кожевенный завод» были перечислены денежные средства в сумме 52 361 721,20 рублей в адрес ООО «Газпром межрегионгаз Тверь» ИНН 

<

***> с указанием в назначении платежа «Оплата за ЗАО «Осташковская генерирующая компания».

По мнению истца, в нарушение норм Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) конкурсным управляющим должника осуществлено расходование денежных средств должника в сумме 52 361 721,20 рублей. Сведения об указанных платежах, совершенных через третье лицо, в отчетах конкурсного управляющего не отражались. Указанные действия конкурсного управляющего должника противоречат положениям п. 4 ст. 20.3 Закона о банкротстве в части наличия обязанности у арбитражного управляющего при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Таким образом, конкурсный управляющий в период с 20.12.2016 по дату завершения процедуры конкурсного производства обладал возможностью по исполнению обязанности по уплате долга по текущим страховым взносам на обязательное пенсионное страхование относящихся ко второй очереди удовлетворения текущих платежей.

Письмом исх. № 20-08/04866 от 06.04.2017 Управлением ФНС России по Тверской области сообщено ФИО1 о необходимости погашения текущих обязательств должника. Также арбитражному управляющему ФИО1 направлена претензия о возмещении убытков, причиненных уполномоченному органу, исх. № 20-08/15747 от 24.10.2018.

Согласно расчету цены иска ФНС России как уполномоченному органу по предоставлению интересов Российской Федерации как кредитора в делах о банкротстве и в процедурах банкротства неправомерными и недобросовестными действиями арбитражного управляющего ФИО1 причинены убытки в сумме 6 464 017,45 рублей непогашенной задолженности по текущим платежам на дату завершения процедуры конкурсного производства.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков.

Согласно пункту 12 статьи 20 Закона о банкротстве споры, связанные с профессиональной деятельностью арбитражного управляющего (в том числе о возмещении причиненных им убытков), разрешаются арбитражным судом.

При проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества (пункт 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве).

Основополагающим требованием при реализации конкурсным управляющим своих прав и обязанностей, определенных статьями 20.3 и 129 Закона о банкротстве, является добросовестность и разумность его действий с учетом интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, на основании принципов объективности, компетентности и профессионализма.

В абзаце 3 пункта 48 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий.

Таким образом, в предмет доказывания требования о взыскании убытков входит наличие в совокупности четырех необходимых элементов: факта нарушения права заявителя; вины ответчика в нарушении права заявителя; факта причинения убытков и их размера; причинно-следственной связи между фактом нарушения права и причиненными убытками. При этом, причинно-следственная связь между фактом нарушения права и убытками в виде реального ущерба должна обладать следующими характеристиками: причина предшествует следствию, причина является необходимым и достаточным основанием наступления следствия. Отсутствие хотя бы одного из вышеназванных условий состава правонарушения влечет за собой отказ суда в удовлетворении требования о взыскании убытков.

В свою очередь лицо, привлекаемое к ответственности, должно доказать отсутствие оснований для взыскания с него убытков.

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Факт возникновения на стороне уполномоченного органа  убытков в размере 6 464 017,45 руб., подтверждается данными справки о текущей задолженности ЗАО «ОГК» на дату завершения процедуры конкурсного производства в отношении должника, а также указанием ответчиком в своем отзыве о наличии непогашенной задолженности по налогу на доходы физических лиц и взносам на обязательное пенсионное страхование ввиду недостаточности имущества должника для погашения требований кредиторов. Равным образом не опровергается ответчиком и конкретный размер этих убытков. Следовательно, подлежит установлению наличие причинно-следственной связи между возникновением этих убытков и незаконными действиями (бездействием) конкурсного управляющего.

В данном случае вина ответчика выражается в неисполнении обязанности конкурсного управляющего принимать должные меры, направленные на соблюдение прав кредиторов должника, а также соблюдать должную степень разумности, заботливости и осмотрительности.

Согласно разъяснениям абзаца второго пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» при установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Как было указано ранее, налоговым органом, по результатам анализа выписок с расчетного счета ЗАО «ОГК» за период с 01.01.2017 по 01.01.2018 установлено, что ответчиком производились расходные операции на сумму 31 943 071,25 руб., в том числе погашены текущие требования по текущим платежам, относящимся к 3-5 очередям удовлетворения на сумму не менее 4 783 805,27 руб. 

Кроме того, на основании распорядительных писем конкурсного управляющего должника с расчетного счета третьего лица АО «Верхневолжский кожевенный завод» были перечислены денежные средства в сумме 52 361 721,20 руб. в адрес ООО «Газпром межрегионгаз Тверь» ИНН 

<

***> с указанием в назначении платежа «Оплата за ЗАО «Осташковская генерирующая компания»».

При этом задолженность ЗАО «ОГК» по уплате текущих платежей в размере 6 464 017,45 руб. по налогу на доходы физических лиц и уплате страховых взносов на обязательное пенсионное страхование, зачисляемые в ПФ РФ на выплату страховой пенсии, возникшая в ходе процедуры конкурсного производства должника и относящаяся, в соответствии с. 2 ст. 134 Закона о банкротстве, ко второй очереди удовлетворения требований, на дату завершения процедуры конкурсного производства (определение Арбитражного суда Тверской области от 29.03.2018 (резолютивная часть объявлена 28.03.2018) осталась не погашенной.  

Таким образом, с учетом проведенного анализа, налоговым органом установлено нарушение очередности при удовлетворении требований кредиторов, то есть удовлетворение требований кредиторов последующих очередей перед кредиторами очередей предыдущих. Обычным последствием такого нарушения очередности при отсутствии у должника иного имущества является то, что требования кредиторов приоритетных очередей удовлетворены не будут (на их стороне возникнут убытки). Если бы ФИО1 не совершил действий, по погашению текущих требований, относящихся к 3-5 очередям удовлетворения, то и не произошло бы нарушение очередности, поскольку требования уполномоченного органа могли быть погашены. Поэтому из приведенных выше разъяснений применительно к фабуле настоящего дела следует, что суду необходимо признать наличие презумпции причинной связи между действиями ФИО1 и убытками уполномоченного органа как кредитора приоритетной очереди, в связи с чем бремя опровержения такой презумпции должно было быть переложено на ответчика.

Так, эффективные меры по защите конкурсной массы и прав кредиторов в силу положений пункта 3 статьи 20.3 и статьи 129 Закона о банкротстве должны предприниматься прежде всего самим арбитражным управляющим.

Данная позиция согласуется с подлежащими применению при рассмотрении арбитражными судами дел о взыскании убытков с конкурсных управляющих разъяснениями, изложенными в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», а также правовой позицией, изложенной в пункте 3 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3(2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19.10.2016.

В частности, при наличии возникшей в ходе конкурсного производства ЗАО «ОГК» текущей задолженности по обязательным платежам в общей сумме 6 464 017,45 руб., которая арбитражным управляющим ФИО1 не была погашена, в период наступления сроков по ее уплате арбитражным управляющим было проведено погашение  текущих требований по платежам, относящимся к 3-5 очередям удовлетворения на сумму не менее 4 783 805,27 руб., а также осуществлялась оплата за газ со счетов АО «Верхневолжский кожевенный завод» с указанием в назначении платежа «Оплата за ЗАО «Осташковская генерирующая компания» на сумму 52 361 721,20 руб.

Предполагается, что арбитражный управляющий должника ФИО1 знал о необходимости преимущественного перед другими платежами удовлетворения задолженности по обязательным платежам, имел возможность не нарушать очередность погашения задолженности по текущим платежам в деле о банкротстве, однако допустил нарушение публичного порядка.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о факте нарушения арбитражным управляющим ФИО1 очередности погашения текущих обязательств должника, что привело к нарушению прав и законных интересов ФНС России, не получившей своевременного удовлетворения требований и возникновению убытков на общую сумму 6 464 017,45 руб.

Применительно к позиции истца о нарушении очередности погашения текущих платежей по налогу на доходы физических лиц в сумме 307 021,00 руб., арбитражный суд указывает следующее.

Как было указано ранее и как указывает ответчик в своем отзыве, у должника на момент завершения процедуры конкурсного производства имелась непогашенная задолженности по налогу на доходы физических лиц, которая не погашена ввиду недостаточности имущества должника для погашения требований кредиторов. При этом, по мнению ответчика, нарушение очередности уплаты платежей не имелось.

Налоговым органом установлено, что в ходе конкурсного производства ЗАО «ОГК» продолжал трудовые отношения с сотрудниками, осуществлял выплаты заработной платы сотрудникам, работающим по трудовому договору, не перечислив в бюджетную систему Российской Федерации соответствующие суммы удержанного налога на доходы физических лиц. 

Будучи в силу названных положений НК РФ налоговым агентом, должник, хотя и исполняет свою обязанность по перечислению налога в бюджет, эта обязанность является производной от получения дохода гражданином-налогоплательщиком. При этом обязанность налогового агента исполняется одновременно с выплатой дохода гражданину, и, следовательно, она не может относиться к иной очередности удовлетворения.

Поскольку доходы в виде оплаты труда, выходных пособий, вознаграждений авторам результатов интеллектуальной деятельности, согласно абзацу третьему пункта 4 статьи 134 Закона о банкротстве, относятся ко второй очереди расчетов с кредиторами, задолженность по перечислению в бюджет налога на доходы физических лиц, удержанного должником в качестве налогового агента при выплате этих доходов, также относится к реестровым требованиям второй очереди. Если же налог был удержан при выплате текущей заработной платы, выходных пособий, суммы налога на доходы физических лиц перечисляются должником как налоговым агентом одновременно с выплатой такой заработной платы в режиме второй очереди текущих платежей (абзац третий пункта 2 статьи 134 Закона о банкротстве).

Как указано выше, согласно данным налогового органа ЗАО «ОГК» по состоянию на 29.03.2018 имеет задолженность по НДФЛ в сумме 307 021,00 руб. основного долга, образовавшуюся  в период с июля 2017 по март 2018. 

Указанная задолженность сформировалась в связи с начисленным и неуплаченным НДФЛ со сроком уплаты за период с 25.07.2017 по 21.03.2018  на заработную плату, выплаченную работникам ЗАО «ОГК» продолжающим свою деятельность в ходе конкурсного производства. 

Так, согласно анализу выписок с расчетного счета должника, представленных конкурсным управляющим к собраниям кредиторов ЗАО «ОГК» за период с 03.05.2017 по 30.09.2017, усматривается,  что конкурсным управляющим ФИО1 ежемесячно осуществлялась выплата заработной платы сотрудникам должника без своевременной и в полном объеме оплаты налога на доходы физических лиц. 

Учитывая изложенное, ФИО1, действуя разумно и добросовестно, во избежание нарушения очередности погашения требований текущих кредиторов должника, и с учетом момента возникновения обязанности по уплате НДФЛ, определяемого в соответствии со статьей 226 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ), имел возможность и должен был предпринять все необходимые меры по обеспечению уплаты вышеназванной задолженности по НДФЛ в бюджет в порядке, установленном налоговым законодательством, в том числе, путем выставления к расчетному счету должника платежных поручений на его оплату. Между тем, ФИО1 никаких мер по уплате в бюджет спорного НДФЛ не предпринимал

При этом установлено, что в период с 01.01.2017 по 01.01.2018 ответчиком производились расходные операции на сумму 31 943 071,25 руб., в адрес ООО «Газпром межрегионгаз Тверь» (ООО «Газпром межрегионгаз Тверь», ООО «Теплоинжиниринг», ОП «Тверьатомэнергосбыт» и др.), в том числе погашены текущие требования по текущим платежам, относящимся к 3-5 очередям удовлетворения на сумму не менее 4 783 805,27 руб.

 Также в период с 09.01.2017 по 28.07.2017 на основании распорядительных писем конкурсного управляющего должника с расчетного счета третьего лица АО «Верхневолжский кожевенный завод» были перечислены денежные средства в сумме 52 361 721,20 рублей с указанием в назначении платежа «Оплата за ЗАО «Осташковская генерирующая компания». 

Необходимо отметить, что в период с июля 2017 по март 2018 конкурсным управляющим на постоянной основе осуществлялась выплата заработной платы работникам, продолжавшим свою деятельность в ходе процедуры конкурсного производства, без погашения в полном объеме задолженности по НДФЛ за прошедшие периоды, что подтверждается сданными в налоговый орган должником расчетами сумм налога на доходы физических лиц, исчисленных и удержанных налоговым агентом за 2,3 квартала 2017, 1 квартал 2018. 

Сумма заработной платы, выплаченная конкурсным управляющим должника, за период  с 01.01.2017 по 30.03.2018 составила 14 889 187,80 руб., (в том числе за 1 квартал 2017 – 7 106 479,15 руб., 2 квартал 2017 – 7 445 495,16 руб., 3 квартал 2017 – 199 971,32 руб., 4 квартал 2017 – 92 842,19 руб., 1 квартал 2018 – 44 386,98 руб.).

С учетом изложенного, конкурсным управляющим ФИО1 нарушена очередность погашения задолженности по текущим платежам не только в связи с удовлетворением требований кредиторов последующих очередей перед кредиторами очередей предыдущих, в данном случае задолженности по НДФЛ перед уполномоченным органом, но и внутри одной очереди. Так, одновременно с перечислением заработной платы конкурсный управляющий должен был уплатить в бюджет сумму удержанного налога за этот период, после чего он вправе был производить расчеты по заработной плате за следующий месяц.

Таким образом, при условии не совершения ФИО1 действий по погашению текущих требований, относящихся к 3-5 очередям удовлетворения, а также выплаты заработной платы без погашения НДФЛ за предыдущий период, предполагается, что указанные мероприятия не повлекли бы нарушение очередности удовлетворения требований, поскольку требования уполномоченного органа могли быть погашены.

Применительно к доводу о нарушении очередности погашения текущих платежей по взносам на обязательное пенсионное страхование в сумме 6 156 996,45 руб. арбитражный суд пришел к следующему.

Так, в своём отзыве ответчик указывает, что в период с 20.12.2016 по 12.07.2017 существовала правовая неопределенность по уплате страховых взносов.

Согласно разъяснениям, содержавшимся ранее в абзаце третьем пункта 41.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 60 «О некоторых вопросах, связанных с принятием Федерального закона от 30.12.2008 N 296-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 60), исчисленные в связи с начислением текущей заработной платы суммы страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации на обязательное пенсионное страхование, в Фонд социального страхования Российской Федерации на обязательное социальное страхование на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством, в Федеральный фонд обязательного медицинского страхования на обязательное медицинское страхование уплачиваются в четвертой очереди текущих платежей. 

Однако постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.2016 № 59 «О признании не подлежащими применению отдельных постановлений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации» (далее - Постановление N 59) абзац третий пункта 41.1 Постановления № 60 признан не подлежащим применению.

Таким образом, положения абзаца третьего пункта 41.1 постановления № 60 не применяются, в том числе и при рассмотрении дел о несостоятельности (банкротстве), процедуры банкротства по которым были введены до 20.12.2016.

Как следует из разъяснений, содержащихся в абзаце четвертом пункта 3.1 и пункте 3.2 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 10.07.2007 № 9-П «По делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 10 и пункта 2 статьи 13 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» и абзаца третьего пункта 7 Правил учета страховых взносов, включаемых в расчетный пенсионный капитал, в связи с запросами Верховного Суда Российской Федерации и Учалинского районного суда Республики Башкортостан и жалобами граждан ФИО2, ФИО3 и ФИО4», право застрахованных лиц, работающих по трудовому договору, на получение трудовой пенсии обеспечивается уплатой страхователями в их пользу страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации.

Такие платежи, как установлено в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 24.02.1998 № 7-П «По делу о проверке конституционности отдельных положений статей 1 и 5 Федерального закона от 5 февраля 1997 года «О тарифах страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Государственный фонд занятости населения Российской Федерации и в Фонды обязательного медицинского страхования на 1997 год» в связи с жалобами ряда граждан и запросами судов», являются обязательной составной частью расходов по найму рабочей силы и материальной гарантией предоставления застрахованным лицам надлежащего страхового обеспечения. Своевременная и полная уплата страхователями страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации - необходимое условие реализации в обязательном пенсионном страховании названных принципов, прежде всего устойчивости и автономности его финансовой системы, а также принципа солидарности, в том числе в несении бремени установленных законом обязательных расходов на осуществление обязательного пенсионного страхования; это правило призвано обеспечивать нормальное функционирование финансового механизма обязательного пенсионного страхования и, в конечном счете - выплату трудовых пенсий застрахованным лицам в размере, предусмотренном законом и адекватном результатам их труда.

При этом Обзор судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, не является нормативным актом, не регулирует общественные отношения, а отражает сложившийся правовой подход к разрешению споров и направлен на формирование единообразия правоприменения.

В пункте 14 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, указано, что требования об уплате страховых взносов на обязательное пенсионное страхование подлежат удовлетворению в режиме, установленном для удовлетворения требований о выплате заработной платы, то есть в составе второй очереди реестра требований кредиторов.

Верховным Судом Российской Федерации в Обзоре судебной практики № 3 (2017), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017, также указано на то, что исходя из особой правовой природы и предназначения страховых взносов на обязательное пенсионное страхование расчеты по соответствующим требованиям в делах о банкротстве осуществляются в порядке, установленном для погашения задолженности по заработной плате (пункт 14 вышеназванного Обзора, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016).

Исходя из указанного, в соответствии с абзацем третьим пункта 2 и абзацем третьим пункта 4 статьи 134 Закона о банкротстве соответствующая основная задолженность, возникшая после принятия заявления о признании должника банкротом, относится ко второй очереди удовлетворения текущих платежей, а задолженность, не являющаяся текущей, подлежит включению во вторую очередь реестра требований кредиторов должника.

Следовательно, учитывая разъяснения, сформулированные в Обзоре судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016, правовая неопределенность по очередности платежей по страховым взносам на обязательное пенсионное страхование в период с 01.01.2017 по 12.07.2017 отсутствовала.

В свою очередь, ссылка ответчика на то, что страховые взносы на обязательное пенсионное страхование не уплачивались правомерно по причине действия обеспечительных мер, является несостоятельной по следующим основаниям.

В обоснование своих доводов, ответчик ссылается на наличие следующих судебных актов о принятии обеспечительных мер в рамках процедуры несостоятельности (банкротства) ЗАО «ОГК»:

- определением суда от 25.05.2017 удовлетворено ходатайство конкурсного управляющего  ФИО1 о принятии обеспечительных мер в рамках дела № А66-7059/2014 о приостановлении взыскания по решению ГУ - УПФР в Осташковском районе Тверской области (межрайонное) о взыскании страховых взносов, пеней и штрафов за счет денежных средств, находящихся на счетах плательщика страховых взносов в банках от 08.06.2016 № 078S02160018807 до рассмотрения по существу заявления конкурсного управляющего об оспаривании сделки по списанию с расчетного счета ЗАО «ОГК» пенсионным органом денежных средств в общем размере 1 304 187,89 руб. в счет уплаты задолженности по страховым взносам на обязательное пенсионное страхование;

- определением суда от 29.05.2017 удовлетворено ходатайство конкурсного управляющего  ФИО1 о принятии обеспечительных мер в рамках дела № А66-7059/2014  о приостановлении взыскания по решению ГУ - УПФР в Осташковском районе Тверской области (межрайонное) о взыскании страховых взносов, пеней и штрафов за счет денежных средств, находящихся на счетах плательщика страховых взносов в банках от 09.08.2016 № 078S02160026454, от 07.12.2016 № 078S02160039448 до рассмотрения по существу заявления конкурсного управляющего об оспаривании сделки по списанию с расчетного счета ЗАО «ОГК» пенсионным органом денежных средств в общем размере 1 321 634,65 руб. в счет уплаты задолженности по страховым взносам на обязательное пенсионное страхование. 

Из материалов следует, что спорные обеспечительные меры приняты судом первой инстанции исходя из того, что являются соразмерными, а также направлены на сохранение баланса интересов должника и его кредиторов. Период действия указанных мер определен судом до вступления в законную силу судебного акта по данному обособленному спору.

При этом, суд первой инстанции, накладывая вышеуказанные обеспечительные меры, согласился с доводами арбитражного управляющего, посчитав, что заявленные меры являются обоснованными, поскольку непринятие обеспечительных мер может затруднить или сделать невозможным исполнение требований кредиторов по заработной плате, что ставит под угрозу работу всего предприятия и обеспечение города Осташкова тепловой энергией и горячим водоснабжением в случае приостановления исполнения работниками своих трудовых обязанностей.

Вместе с тем, пунктом 10 постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 55 «О применении арбитражными судами обеспечительных мер», при принятии решения о применении обеспечительных мер либо об отказе в их применении арбитражный суд должен оценить обоснованность доводов заявителя о необходимости принятия обеспечительных мер с учетом критериев разумности и обоснованности требования заявителя о применении обеспечительных мер; вероятности причинения заявителю значительного ущерба в случае непринятия обеспечительных мер; обеспечения баланса интересов заинтересованных сторон; предотвращения нарушения при принятии обеспечительных мер публичных интересов, интересов третьих  лиц.

Согласно предмету обособленного спора, в рамках которого приняты обеспечительные меры, суду поставлены на разрешение вопросы, регулируемые пунктом 2 и 5 статьи 134 Закона о банкротстве, а именно вопросы по изменению календарной очередности текущих платежей.

Однако ФИО1 в качестве обеспечительных мер было предложено запретить кредитной организации, обслуживающей счет должника, исполнять текущие требования бюджета по страховым взносам на обязательное пенсионное страхование лишь для того, чтобы конкурсный управляющий мог осуществлять платежи другим получателям со ссылкой на пункт 1 статьи 134 Закона о банкротстве.

Таким образом, заявленные меры только формально относятся к предмету спора и не подтверждены конкурсным управляющим относимыми и допустимыми доказательствами.

Кроме того, споры по оспариванию сделок по списанию пенсионным фондом задолженности по взносам на обязательное пенсионное страхование инициированные ФИО1, в рамках которых приняты указанные меры, определениями Арбитражного суда Тверской области от 30.08.2017,  разрешены не в пользу конкурсного управляющего.

При этом в судебных актах отмечено, что обеспечительные меры будут отменены после вступления судебного акта в законную силу. Конкурсный управляющий в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами на указанные судебные акты не обращался.

Вместе с тем, в период действия указанных обеспечительных мер с 25.05.2018 по 30.09.2018 конкурсным управляющим осуществлена выплата заработной платы работникам должника с апреля 2018 по август 2018 без произведения в полном объеме удержаний в соответствии с пунктом 5 статьи 134 Закона о банкротстве.

Согласно абзацу 7 пункта 2 статьи 134 Закона о банкротстве требования кредиторов по текущим платежам, относящиеся к одной очереди, удовлетворяются в порядке календарной очередности.

Кроме того, как указывалось выше, в период действия обеспечительных мер, конкурсным управляющим осуществлялись расчеты с поставщиками в составе третей (пятой) очереди текущих платежей и платежи за поставленный должнику газ со счетов АО «Верхневолжский кожевенный завод» по распорядительным письмам конкурсного управляющего ФИО1

Однако, в нарушение пункта 6 статьи 142 Закона о банкротстве при наличии рассматриваемых в арбитражном суде на момент начала расчетов с кредиторами соответствующей очереди разногласий между конкурсным управляющим и уполномоченным органом по установлению очередности уплаты страховых взносов на обязательное пенсионное страхование, конкурсный управляющий не исполнил обязательства по резервированию денежных средств в размере, достаточных для пропорционального удовлетворения требований соответствующего кредитора.

Таким образом, несмотря на наличие разногласий с уполномоченным органом по существу текущего требования в отношении взносов на обязательное пенсионное страхование, конкурсный управляющий ФИО1 не воспользовался предусмотренным пунктом 6 статьи 142 Закона о банкротстве механизмом резервирования денежных средств в размере, достаточном для пропорционального удовлетворения требований соответствующего кредитора, что привело к нарушению очередности погашения требований, в связи с недостаточностью имущества должника на погашение  всех текущих требований второй очереди, и, следовательно, к убыткам уполномоченного органа.

Применительно к отнесению всех расходов, произведенных конкурсным управляющим в рамках третей очереди и направленных на сохранение имущественного комплекса должника, к внеочередным расходам, арбитражный суд обращает внимание на следующее. 

Так, в случае недостаточности имеющихся у должника денежных средств для погашения всей текущей задолженности, относящейся ко второй очереди удовлетворения, расчеты с кредиторами согласно абзацу седьмому пункта 2 статьи 134 Закона о банкротстве производятся в порядке календарной очередности. Вопрос об изменении календарной очередности погашения текущий требований кредиторов второй очереди удовлетворения (о приоритетном погашении требований по заработной плате) может быть разрешен судом, рассматривающим дело о банкротстве, с учетом сохраняющих свою силу разъяснений, содержащихся в абзаце третьем пункта 40.1 Постановления № 60. 

Однако с заявлением об отступлении от очередности, предусмотренной пунктом 2 статьи 134 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий ФИО1 в рамках дела № А66-7059/2014 о несостоятельности (банкротстве) ЗАО «ОГК» не обращался.

Пунктом 40.1 Постановления № 60 предусмотрена возможность отступления арбитражным управляющим от очередности, предусмотренной в пункте 2 статьи 134 Закона о банкротстве. В частности такое отступление по текущим платежам может быть признано судом законным, если это необходимо исходя из целей соответствующей процедуры банкротства, в том числе для недопущения гибели или порчи имущества должника либо предотвращения увольнения работников должника по их инициативе.

С учетом правовой позиции, содержащейся в пункте 18 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, а также требований статьи 65 АПК РФ, отступление арбитражным управляющим от очередности исполнения текущих обязательств, предусмотренной пунктом 2 статьи 134 Закона о банкротстве, может быть признано обоснованным в случае представления должником достаточных доказательств того, что:

- необходимость отступления от очередности исполнения текущих обязательств, установленной пунктом 2 статьи 134 Закона о банкротстве, обусловлена исключительными обстоятельствами рассматриваемого дела о банкротстве (в случае не отступления от очередности возникает вероятность техногенной и (или) экологической катастрофы, прекращения эксплуатации объектов, используемых для обеспечения социально значимых объектов, необходимых для жизнеобеспечения граждан, и т.п. с учетом положений пункта 6 статьи 129, абзаца второго пункта 1 статьи 134 Закона о банкротстве) и (или) неразрывно связана с обеспечением сохранности имущества должника;

- отступление от очередности в данном исключительном случае носит временный характер и обусловлено отсутствием необходимого размера денежных средств для исполнения обязанностей в календарной очередности, а также отсутствием вероятности поступления денежных средств в конкурсную массу в предстоящий период, в течение которого арбитражным управляющим предлагается отступить от установленной пунктом 2 статьи 134 Закона о банкротстве очередности исполнения текущих обязательств. При этом временные рамки и длительность периода, на который необходимо отступление от очередности, рассчитаны и доказательно обоснованы;

- имеется возможность восстановления очередности, установленной пунктом 2 статьи 134 Закона о банкротстве, в дальнейшем;

- отсутствует факт причинения убытков добросовестным кредиторам должника и т.д.

Указанные выше обстоятельства о необходимости отступления от очередности уплаты текущих платежей должны быть документально подтверждены арбитражным управляющим.

Согласно правовой позиции, содержащейся в пункте 18 Обзора, цель конкурсного производства заключается в последовательном проведении мероприятий по формированию конкурсной массы и ее реализации для проведения расчетов с кредиторами. Поэтому срок, в течение которого может сохраняться производственная деятельность должника в данной процедуре, должен соотноситься с периодом времени, необходимым и достаточным для выполнения эффективным арбитражным управляющим упомянутых процедур, направленных на выявление и реализацию имущества (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 29.08.2016 по делам № 307-ЭС14-8417, № 306-ЭС16-1979).

Вопреки аргументам ответчика, конкурсным управляющим должника не представлено в материалы дела доказательств того, что произведенные конкурсным управляющим расчеты с поставщиками в составе третей (пятой) очереди текущих платежей являлись необходимыми, исходя из целей соответствующей процедуры банкротства, в том числе для недопущения гибели или порчи имущества должника либо предотвращения увольнения работников должника по их инициативе.

Кроме того, в большей мере отсутствие указанных доказательств касается платежей, которыми на основании распорядительных писем конкурсного управляющего должника ФИО1, с расчетного счета третьего лица АО «Верхневолжский кожевенный завод», минуя счет должника, были перечислены денежные средства в сумме 52 361 721,20 рублей в адрес ООО «Газпром межрегионгаз Тверь» с указанием в назначении платежа «Оплата за ЗАО «Осташковская генерирующая компания»», в обмен на поставленную должником в пользу АО «Верхневолжский кожевенный завод» тепловую энергию. 

Правомерность изложенной позиции также подтверждается судебной практикой (пункт 4 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19.10.2016).

Как указано в определении Верховного Суда Российской Федерации от 09.01.2017 № 301-ЭС16-18015 отнесение всех расходов, непосредственно формирующих цепочку технологического процесса по распределению пара и горячей воды (тепловой энергии) для нужд организаций и населения, к эксплуатационным платежам противоречит принципам очередности и пропорциональности удовлетворения требований кредиторов.

Таким образом, конкурсным управляющим не представлено доказательств того, что в рассматриваемый период на протяжении длительного времени с 01.01.2017 по 01.01.2018 была необходимость постоянного нарушения очередности уплаты текущих платежей, и каким образом соблюдение этой очередности привело бы к возникновению техногенной и (или) экологической катастрофы.

Доводы ответчика о том, что все платежи, в том числе через счета АО «Верхневолжский кожевенный завод», осуществленные должником, являлись эксплуатационными, которые необходимы должнику для сохранения имущества и поддержание его в надлежащем состоянии до момента продажи, поскольку без осуществления таких платежей деятельность должника, как гарантирующего поставщика в сфере теплоснабжения и горячего водоснабжения, по оказанию услуг потребителям была бы остановлена, не соответствуют фактическим обстоятельствам.

Так, доводы ответчика о том, что не оплата за поставленный газ, в том числе через счета АО «Верхневолжский кожевенный завод», привела бы к ограничению поставки и газа и приостановлению производственной деятельности должника, что подтверждается судебными актами, не представляется обоснованным в виду следующего.

Как указывает ответчик, решением Осташковского городского суда Тверской области от 15.10.2013 по делу № 2-612/2013 ООО «Газпром межрегионгаз Тверь» запрещено ограничивать поставку природного газа в котельную ЗАО «ОГК».

При этом ответчик не указал, что указанный запрет наложен в целях соблюдения прав жителей города Осташков Тверской области, как потребителей коммунальных услуг, полностью исполняющих обязательства, установленные законодательством РФ, на бесперебойное обеспечение горячим водоснабжением.

Информация о бесперебойной поставки тепловой энергии в адрес АО «Верхневолжский кожевенный завод» в указанном судебном акте отсутствует.  

Кроме того, решением Арбитражного суда Тверской области от 30.12.2014 по делу № А66-9863/2014 отказано в иске ООО «Газпром межрегионгаз Тверь» о самостоятельном ограничении поставки газа. 

Как отмечено ответчиком, суд установил, что снижение потребления газа котлом технически невозможно и приведет к аварийной остановке его работы и прекращению подачи услуг в отношении потребителей. В результате остановки ТЭС неизбежны негативные последствия также и для населения города Осташков.

При этом суд указал, что ООО «Газпром межрегионгаз Тверь» обладает правом на ограничение или приращение поставки газа, в случае неоплаты поставленных услуг. 

Так, именно должник указал о технической невозможности снижения потребления газа котлом до объема, требуемого ООО «Газпром межрегионгаз Тверь» без проведения его реконструкции с согласованием завода изготовителем котла. 

Вместе с этим ООО «Газпром межрегионгаз Тверь» обладает правом на ограничение подачи газа в той мере, пока не затрагиваются интересы жителей многоквартирных домов города Осташков Тверской области, получающих тепловую энергию от котельной ответчика. 

Осуществление должником деятельности по подаче газа или иной тепловой энергии в пользу АО «Верхневолжский кожевенный завод» никаким образом не затрагивают интересы жителей города Осташков Тверской области, а является коммерческой деятельностью ЗАО «ОГК».

С учетом представленных судебных актов, в деле отсутствуют допустимые доказательства того, что отсутствие в полом объеме платежей, при своевременном погашения конкурсным управляющим обязательных платежей второй очереди, за поставленный газ со счетов АО «Верхневолжский кожевенный завод» за ЗАО «ОГК», в обмен на поставку должником указанному лицу тепловой энергии, привело бы к ограничению поставки газа, и, следовательно, к прекращению производственной деятельности должника. 

Как было указано ранее, отнесение всех расходов на сумму 4 783 805,27 руб., непосредственно формирующих цепочку технологического процесса по производству и реализации продукции должника, к эксплуатационным платежам, а в данном конкретном случае и платежей на сумму 52 361 721,20 руб., осуществленных со счетов АО «Верхневолжский кожевенный завод» за поставленный ЗАО «ОГК» газ, и придание им приоритета перед обязательными платежами противоречит принципам очередности и пропорциональности удовлетворения требований кредиторов.

Кроме того, указанная схема расчетов за поставленный должнику газ через счета третьего лица – АО «Верхневолжский кожевенный завод», при которой денежные средства не проводились по расчетному счету должника, повлекло утрату возможности кредиторам должника получать достоверную и объективную информацию о размере денежных средств, поступивших в конкурсную массу и израсходованных в ходе проведения процедуры банкротства, а также лишило кредиторов должника возможности контроля за расходованием его денежных средств, в том числе в части контроля за очередностью погашения требований кредиторов, и свидетельствует о неправомерных действиях конкурсного управляющего при проведении конкурсного производства ЗАО «ОГК».

Помимо прочего, ответчик полагает, что в деле о несостоятельности (банкротстве) отсутствуют доказательства неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим ФИО1 своих обязанностей по причине отсутствия судебного акта о признании действий (бездействий) арбитражного управляющего о нарушении очередности оплаты текущих платежей.

Однако законодатель ни в Законе о банкротстве, ни в ГК РФ не поставил право кредитора или третьего лица на возмещение убытков, причиненных арбитражным управляющим при исполнении возложенных на него обязанностей, в зависимость от того, обжаловались ли соответствующие действия (бездействие) арбитражного управляющего в деле о банкротстве.

Кроме того, вопреки ссылке ответчика на то, что в определении о завершении конкурсного производства ЗАО «ОГК» не содержится вывода о надлежащем исполнении ФИО1 обязанностей в части соблюдения установленной Законом очередности погашения текущих требований, необходимо отметить, что установление данного обстоятельства не входило в круг вопросов, подлежащих обязательному рассмотрению судом при решении вопроса о возможности завершения конкурсного производства.

Учитывая вышеизложенное, арбитражный суд пришел к выводу о том, что уполномоченным органом представлены исчерпывающие доказательства наличия всей  совокупности условий необходимых для взыскания убытков с ФИО1 в пользу ФНС России как уполномоченного органа по представлению в делах о банкротстве и процедурах банкротства требований об уплате обязательных платежей и требований Российской Федерации по денежным обязательствам, причиненных уполномоченному органу вследствие неправомерных действий ответчика при проведении процедур банкротства ЗАО «ОГК», в сумме 6 464 017,45 рублей текущих платежей, в связи с несвоевременным погашением имеющейся задолженности перед уполномоченным органом.

Доказательств, объективно свидетельствующих о необходимости постоянного нарушения очередности уплаты текущих платежей, суду не представлено, оснований для неуплаты текущих налоговых платежей второй очереди у конкурсного управляющего не имелось.

Принимая во внимание положения статей 110, 112 АПК РФ, а также то обстоятельство, что уполномоченный орган освобожден от уплаты государственной пошлины в корреспонденции с нормами налогового законодательства, с ответчика в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 55 320,00 руб.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области 

решил:

Исковые требования удовлетворить.

Взыскать с арбитражного управляющего ФИО1 в пользу Федеральной налоговой службы России денежные средства в размере 6 464 017,45 руб. убытков.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета 55 320,00 руб. государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия Решения.

Судья           Калайджян А.А.