ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-12483/2018

г. Челябинск

01 октября 2018 года

Дело № А47-10533/2015

 

Резолютивная часть постановления объявлена 26 сентября 2018 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 01 октября 2018 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Хоронеко М.Н., 

судей Забутыриной Л.В., Тихоновского Ф.И.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания  ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  ФИО2 на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 26.07.2018 по делу № А47-10533/2015 (судья Шальнева Н.В.) 

В судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи, организация  которой  поручена Арбитражному  суду Оренбургской  области,  явились представители:

ФИО2 – ФИО3 (паспорт, доверенность от 24.06.2016);

акционерного общества КБ «Агропромкредит» - ФИО4 (паспорт, доверенность от 25.12.2017);

публичного акционерного общества «Новый инвестиционно-коммерческий Оренбургский банк развития промышленности – ФИО5 (паспорт, доверенность от 03.07.2017).

 

Решением арбитражного суда от 10.03.2016 (резолютивная часть решения объявлена 03.03.2016) ФИО6 (ИНН 

<

***>; дата рождения: 25.06.1976, место рождения: г. Оренбург, СНИЛС 

<

***>; место регистрации: г. Оренбург, 

<

...>) признана банкротом с открытием процедуры реализации имущества должника, финансовым управляющим должника утвержден ФИО7.

Определением суда от 14.07.2016 (резолютивная часть объявлена 27.06.2016) требования ПАО «Новый инвестиционно - коммерческий Оренбургский банк развития промышленности», г. Оренбург (далее по тексту – залоговый кредитор), признаны обоснованными в размере 69 239 964 руб. 91 коп., в том числе: 65 246 510 руб. 86 коп. - основной долг, 3 993 454 руб. 06 коп. - проценты за пользование кредитами  и включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника, из которых 6 272 694 руб. обеспеченные залогом имущества должника.

ФИО2 в порядке статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации 15.01.2018 (согласно штампу экспедиции суда) обратилась в арбитражный суд с заявлением о замене залогового кредитора на правопреемника ФИО2 в связи с погашением ею задолженности перед Банком как поручителем в размере 6 353 734 руб. по кредитному договору № И- 191-2011. С учетом уточненных требований, заявитель просит произвести замену залогового кредитора на сумму 6 272 794 руб. 

В порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судом принято уточненное требование.

Определением от 26.07.2018 в удовлетворении ходатайства  отказано.

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО2 обратилась в суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение  отменить, принять по делу новый судебный акт, которым  удовлетворить требования.

Апеллянт  не  согласен  с выводом  суда  о недобросовестном поведении кредитора, который   заключил договор  поручительства  после возбуждения  дела  о банкротстве, с целью погашения  кредитных обязательств и  сохранения права  проживания  в доме, предоставленном в залог. Неясной остается  позиция Банка, который получил удовлетворение  своих требований, но возражал против  удовлетворения  заявления  о процессуальной  замене, после погашения  кредита ФИО2 выдана  закладная на дом и  земельный участок, в ЕГРН внесена  запись  о снятии  залога, однако  банк  заявил, что  у поручителя  утрачиваются права на залог, с чем  согласился суд  первой инстанции.  Однако, если бы погашение  не производилось, то вырученные  средства  пошли бы  на погашение в первую очередь кредита за минусом  расходов, определенных пунктом 5 статьи 213.27 Закона  о  банкротстве. Указанные  действия  банка   являются  злоупотреблением  правом. Не ясна  позиция  суда о том, что   нарушением  прав  кредиторов является определение  поручителем  как  залоговым кредитором  порядка  продажи заложенного имущества, поскольку  денежные средства  в силу  закона  должны поступить  залоговому кредитору  за  минусом  расходов на реализацию, при  этом  для остальных кредиторов правового  значения не имеет личность залогового  кредитора. Аффилированность  кредитора  имеет  значение  при поручительстве в том случае, когда  должник  самостоятельно не  платит, а просит  сделать  это  за него  аффилированное лицо, однако,  в рассматриваемом случае  договор  поручительства  заключен  после  возбуждения  дела  о банкротстве  непосредственно с банком, т.е. предполагалось, что поручитель  будет платить  за должника. Суд необоснованно критически  отнесся   к доказательствам  наличия  у  кредитора  денежных средств, достаточных для  исполнения  договора  поручительства. Денежные  средства от продажи  автомобиля  реально получены супругом  ФИО8  от ООО «Миллениум»  в сумме 3 500 000 руб., что подтверждается копиями чеков ККМ, приходными кассовыми  ордерами, о фальсификации  данных документов  не  заявлено, при  этом  суммы и периоды  выдачи  денежных средств  совпадают  с  суммами и периодами внесения  денежных средств  в  кредитную организацию. ФИО6  никакого отношения  к ООО «Миллениум» не  имеет,  поэтому  нельзя  говорить, что погашение  задолженности  производилось  за ее  счет. Также  ФИО6 и супруг  кредитора  никак  не связаны с покупателем  квартиры, фактически  денежные средства от ее реализации поступили  до 28.04.2018. 

С учетом  изложенного, податель  жалобы просит  отменить  судебный  акт и удовлетворить  ее заявление.

В судебном  заседании представитель подателя  жалобы поддержал доводы, изложенные в ней.

Представитель публичного акционерного общества «Новый инвестиционно-коммерческий Оренбургский банк развития промышленности возражал  против доводов  жалобы по основаниям, изложенным в отзыве, пояснив,  что фактически  поручитель  не доказал, что кредит погашен за счет собственного  имущества,  транспортное  средство, которое реализовано   для погашения  требований,  ранее принадлежало  обществу, учредителем которого являлся супруг должника, а дата получения  денежных средств  от   продажи  квартиры несопоставима с датой  внесения  денежных  средств в Банк. 

Представитель акционерного общества КБ «Агропромкредит» также  возражал  против  доводов  жалобы, пояснив, что  по аналогичному  заявлению  о процессуальной  замене в рамках дела  о  банкротстве ФИО6 в удовлетворении  ходатайства о  замене  кредитора отказано.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, 08.12.2011 между Банком и ФИО9, ФИО6 заключен кредитный договор № 

<

***>. По условиям договора кредитор обязуется предоставить заемщикам кредит, а заемщики обязуются возвратить его кредитору на условиях договора; сумма кредита 7 500 000 руб.; срок кредита 180 месяцев, считая с даты фактического предоставления кредита; процентная ставка по кредиту 10,7 % годовых (п. 1.1 договора). 

Кредит предоставляется для целевого использования, а именно: для приобретения в общую совместную собственность ФИО9, ФИО6 жилого дома, находящегося по адресу: г. Оренбург, 

<

...>, одноэтажного с мансардой, общей площадью 167,7 кв.м., за 5 000 000 руб. и земельного участка общей площадью 1093 кв.м. за 5 000 000 руб. 

Обеспечением исполнения обязательств заемщиков является ипотека жилого дома и земельного участка в силу закона в соответствии со статьей 77 ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)». 

В подтверждение выдачи кредита представлена выписка по счету за 09.12.2011. 

По договору купли-продажи от 08.12.2011 ФИО9, ФИО6 купили в общую совместную собственность у продавцов жилой дом с условным номером 56-01/00-7/2001-3048, одноэтажный с мансардой, общей площадью 167,7 кв.м., жилой площадью 77,6 кв.м., литера АА1, расположенный по адресу: г. Оренбург, 

<

...> за 5 000 000 руб. и земельный участок площадью 1093 кв.м., кадастровый номер 56:44:02 01 015:0218, из состава земель населенных пунктов, с разрешенным видом использования: размещение индивидуального жилого дома, местоположение: установлено относительно ориентира жилой дом, расположенного в границах участка, адрес ориентира: г. Оренбург, 

<

...> за 5 000 000 руб. Общая стоимость имущества составляет 10 000 000 руб. (п. 1.1. договора). 

Определением арбитражного суда от 14.07.2016 в реестр требований кредиторов должника - ФИО6 включены требования Банка по указанному кредитному договору в размере 6 272 794 руб., как обязательства, обеспеченные залогом имущества должника.

 Кроме того, в качестве обеспечения исполнения обязательств по кредитному договору № 

<

***> от 08.12.2011 между ОАО «НИКО-БАНК» и ФИО2 (поручитель) 18.01.2016 заключен договор поручительства № И-191П-2011. 

По условиям договора поручитель обязуется перед кредитором отвечать за исполнение ФИО9, ФИО6 всех  обязательств перед кредитором по кредитному договору № И-191- 2011 от 08.12.2011 (п. 1.1. договора). 

Поручитель ознакомлен со всеми условиями кредитного договора и согласен отвечать за исполнение заемщиками их обязательств полностью (п. 1.2. договора). 

ФИО2, как поручитель, исполнила обязательство за ФИО9, ФИО6 перед ОАО «НИКО-БАНК» на сумму 324 000 руб., что подтверждено приходными кассовыми ордерами от 28.01.2016, от 29.02.2016, от 28.03.2016, от 28.04.2016. 

ФИО2 в рамках дела № А47-10531/2015 о банкротстве ФИО9 обращалась в арбитражный суд с требованием об установлении кредиторской задолженности в размере 324 000 руб. и включении ее в реестр требований кредиторов должника. 

Определением суда от 27.09.2016 требование ФИО2 в сумме 324 000 руб. было признано обоснованным и включено в третий раздел реестра требований кредиторов ФИО9 

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.11.2016 определение суда от 27.09.2016 оставлено без изменения. 

При таких обстоятельствах, принимая во внимание, что частичное погашение задолженности произведено ФИО2 в порядке исполнения обязательства поручителя, отсутствие доказательств, подтверждающих погашение основными должниками задолженности  перед Банком, а также возражений и контррасчета относительно размера заявленных требований, порядка его определения, суд определением от 22.12.2016 по делу № А47-10533/2015 признал требования ФИО2, п. Ростоши Оренбургской области обоснованными в размере 324 000 руб. и включил в третью очередь реестра требований кредиторов должника. 

Вступившим в законную силу определением арбитражного суда от 28.04.2017 по делу № А47-10531/2015 установлено, что ФИО2 является матерью ФИО6 и данные обстоятельства не оспариваются заявителем. 

ФИО2 зарегистрирована и проживает в доме (г. Оренбург, 

<

...>), который должник приобрел на  денежные средства, взятые у Банка по кредитному договору № И-191 -2011.

Фактическое погашение заявителем требований Банка  на  заявленную в настоящем  обособленном споре сумму осуществлено в период с 18.01.2016 по 16.04.2018.

 В подтверждение финансового положения и возможности погасить задолженность перед Банком заявителем представлены: 

- договор купли-продажи квартиры от 28.04.2018, по условиям которого ФИО8 и ФИО2 реализуют квартиру, принадлежащую им на праве собственности в равных долях ? по цене 2 600 000 руб.; в силу п. 5.1 договора денежная сумма вносится покупателем после подписания договора; договор подписан 28.04.2018, о чем удостоверено нотариусом (т.2 л.д.99-100 ); 

- договор купли-продажи транспортного средства (автомобиль «LAND ROVER), принадлежащего супругу заявительницы – ФИО8, от 01.04.2018  (т.2 л.д.95-96). 

Как следует из условий договора от 01.04.2018, ФИО8  передает в собственность ООО «МИЛЛЕНИУМ» (единственным участником с 28.01.2016 и директором с 19.02.2018 является ФИО8) по цене 3 500 000 руб. В подтверждение факта получения  денежных средств по договору заявителем представлена кассовая книга и расходные кассовые ордеры от 27.03.2018, 29.03.2018, 30.03.2018, 04.04.2018, 07.04.2018, 09.04.2018, 11.04.2018, 12.04.2018, 13.04.2018, 14.04.2018 (т.2, л.д.104-135, т.3, л.д.1-39).

Однако к уточненному отзыву Банком представлена выписка по  лицевому счету, открытому к кредитному договору № 

<

***> от 09.12.2011, согласно которой задолженность с 01.08.2016 по 27.03.2018 погашалась ежемесячно в размере 80 988 руб., (27.12.2017- 4 815 010 руб.), 81 276, 82 000 руб., 200 000 руб., 250 000 руб., 100 000 руб., 235 000 руб. (т. 2, л.д.85-87), то есть погашение  произведено до продажи квартиры.

Оценив  указанные  доказательства в  совокупности, суд  первой  инстанции  пришел к  выводу  о том, что заключение договоров купли-продажи, преследовало цель не создание реальных сделок, а придание видимости наличия у заявителя финансовой возможности погасить кредиторскую задолженность перед Банком.  Так, из имеющихся в деле доказательств следует, что договор поручительства (в обеспечение исполнения обязательств как дочери, так и зятя (супруга дочери ФИО9, с которым дочерью расторгнут брак 19.05.2015) заключен ФИО2 18.01.2016 (после возбуждения дела о банкротстве как в отношении ФИО6, так и в отношении ФИО9), при этом заявителем не представлены доказательства, подтверждающие экономическое обоснование в заключении данного договора, а также финансовой возможности погашения задолженности. Суд первой инстанции согласился с доводами кредиторов о том, что погашение задолженности по залоговому обязательству осуществлялось аффилированной группой лиц, контролируемых должником, в целях утраты Банком статуса залогового кредитора, и реализации имущества под контролем должника и утвержденных им Положений в силу статьи 138 Закона о банкротстве.  По мнению суда  первой инстанции, убедительных доводов, основанных на доказательственной базе, подтверждающих экономическую целесообразность заключения договора поручительства после возбуждения дел о банкротстве,  наличие финансовой возможности в период действия договора и погашения задолженности, заявителем не представлены. При указанных обстоятельствах судом не установлено правовых оснований для удовлетворения требований ФИО2 о процессуальной замене кредитора. 

Также  суд пришел к выводу  о том, что спорное имущество утрачивает статус залогового имущества  и подлежит реализации в деле о банкротстве по общим правилам,  предусмотренным Законом о банкротстве.

Заслушав  лиц, участвующих в  деле о  банкротстве, исследовав представленные  в материалы  дела  доказательства, суд  апелляционной  инстанции   не  находит оснований  для отмены  судебного акта   в силу следующего.

Согласно пункту 1 статьи 365 Гражданского кодекса Российской Федерации к поручителю, исполнившему обязательство, переходят права кредитора по этому обязательству и права, принадлежавшие кредитору как залогодержателю, в том объеме, в котором поручитель удовлетворил требование кредитора. 

По общим правилам, требования Банка в части погашенной задолженности ФИО2 должны перейти к заявителю, в связи с чем, в реестре требований кредиторов должника осуществляется процессуальная замена кредитора. Поскольку погашенные требования  банка обеспечивались залогом имущества должника, поручитель, погасив задолженность, приобретает право на удовлетворение своего требования за счет денежных средств, полученных от реализации залогового имущества.

Однако, при рассмотрении требований в ситуации включения в реестр аффилированного кредитора сложившейся судебной практикой, основанной на правовых позициях Верховного Суда Российской Федерации (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.09.2016 N 308-ЭС16-7060; от 30.03.2017 N 306-ЭС16-17647 (1); от 30.03.2017 N 306-ЭС16-17647 (7); от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056 (6)) выработаны критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с участником процесса (в частности, с  лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) и заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором, на последнего переходит бремя по  опровержению соответствующего обстоятельства.

При проверке обоснованности требований лица, находящегося в состоянии заинтересованности по отношению к должнику либо входящего с должником в одну группу лиц, арбитражному суду не следует ограничиваться формальным подходом к проверке обоснованности заявленного требования, даже если движение денежных средств осуществлялось в порядке безналичных расчетов. 

Сам по себе факт заинтересованности кредитора, предъявившего требование о включении в реестр, и должника хотя и не свидетельствует о намерении сторон искусственно создать задолженность, однако при заявлении иными незаинтересованными участниками процесса обоснованных возражений возлагает бремя опровержения таких возражений на заявителя требования.

В Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.07.2018 № 310-ЭС17-20671 обращено внимание судов на то, что в условиях конкуренции кредиторов должника-банкрота принцип состязательности сторон при осуществлении правосудия (ст. 9 АПК РФ) реализуется арбитражным судом путем создания лицам, участвующим в деле, условий для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств, обеспечения права высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств.

Исследование разумных версий происхождения задолженности, выдвинутых лицами, участвующими в деле, отвечает задачам судопроизводства в арбитражных судах (статья 2 АПК РФ) и позволяет не допустить включение в реестр необоснованных требований.

При оценке доводов о пороках сделки суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов, установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные доказательства, в том числе об экономических, физических, организационных возможностях кредитора или должника осуществить спорную сделку. Формальное составление документов об исполнении сделки не исключает ее мнимость (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»). 

 В обоснование наличия финансовой возможности ФИО2 исполнить обязательства по договору поручительства от 18.01.2016 в дело представлены: договор купли-продажи транспортного средства-автомобиля «LAND ROVER», принадлежащего ее мужу – ФИО8 (т.2 л.д.95-97), и договор купли-продажи квартиры № 168 по ул.Туркестанской,27 г. Оренбурга, находившейся в общей долевой собственности ФИО2 и ФИО8 (т.2, л.д. 99-100).

 Данные доказательства правомерно не приняты судом в качестве обоснования наличия финансовой возможности у ФИО2 исполнить обязательства по договору поручительства от 18.01.2016, поскольку, как верно отметил суд первой инстанции, в соответствии с условиями пункта 5.1. договора купли-продажи квартиры, денежные средства от её продажи в размере 2 600 000 руб. могли поступить заявителю только 28.04.2018 (т.е. в день подписания договора и после окончания периода погашения задолженности), тогда как погашение  задолженности происходило с 01.08.2016 по 27.03.2018.

Кроме  того, погашение  задолженности  производилось  от  имени  должника, в назначении  платежа не указан договор поручительства (т.2, л.д. 53-71). 

 К доводам заявителя о продаже ФИО8 принадлежащего ему автомобиля «LAND ROVER» по договору купли-продажи транспортного средства от 01.04.2018 в пользу ООО «Миллениум» за 3 500 000 руб. суд также правомерно отнесся критически, поскольку установил, что ФИО8 с 28.01.2016 является единственным участником общества, а с 19.02.2018 и его директором. Фактически была произведена лишь смена титульного собственника с ФИО8 на ООО «Миллениум», при этом по условиям договора от 01.04.2018 расчет должен был производиться в срок до 01.05.2018.

Из паспорта  транспортного средства (т.2, л.д.98) следует, что автомобиль ранее находился во владении  лизингополучателей –ООО ТД «Новый мир», учредителем  которого является ФИО9

 Таким образом, данные договоры не подтверждали факта реального получения денежных средств ФИО2 для исполнения обязательств по кредитному договору № 

<

***> от 08.12.2011 в период с 18.01.2016 по 16.04.2018. При этом все участники спора: ФИО9, ФИО6, ФИО2, ФИО8 и ООО «Миллениум» входят в состав аффилированной группы лиц с возможностью осуществления контроля над ней должником.

 Суд верно отметил, что разумных экономических мотивов действий ФИО2, выразившихся в заключении договора поручительства после возбуждения в отношении должника дела о банкротстве, при её осведомленности о неблагополучном финансовом состоянии должника (о чем заявитель, в силу аффилированности с должником не могла не знать), суду не приведено, доказательств наличия финансовой возможности для самостоятельного принятия решения о погашении кредитной задолженности за счет своих собственных средств, не представлено.

Доказательств обратного на момент рассмотрения апелляционной жалобы заявителем в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  не представлено.

 Суд апелляционной инстанции соглашается с тем, что поручительство использовалось в качестве инструмента, позволявшего ФИО2 при банкротстве ФИО9 занять место залогового кредитора, гарантированно претендовать на значительную часть стоимости ликвидного имущества должника, по существу сохранив его за собой, на что указывало ПАО «НикоБанк».

 При этом бремя опровержения доводов Банка и присоединившегося к нему кредитора ОАО КБ «Агропромкредит» лежало на ФИО2, и должнике, так как они объективно обладают большим объемом информации и доказательств, чем кредиторы.

Оценив представленные в дело доказательства с учетом положений пункта 1 статьи 365 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд правомерно пришел к выводу, что совершение ФИО2 действий по заключению договора поручительства и внесения денежных средств по нему направленно на возможность завладения предметом залога, соответственно, на причинение вреда кредиторам, то есть имело место злоупотребление правом. 

Поскольку судом фактически сделан вывод о перечислении денежных средств по кредитному договору № 

<

***> от 08.12.2011 самим должником, с использованием схемы гашения долга через договор поручительства от 18.01.2016, предмет залога должен поступить в конкурсную массу без обременений, в целях реализации в процедуре банкротства и удовлетворения требований всех кредиторов, с учетом положений статей 134 и 142 Закона о банкротстве об очередности и пропорциональности погашения долга.

Довод  подателя  жалобы  о намерении Банка удовлетворить  свои  требования  в большем  объеме  подлежит отклонению поскольку,  после погашения соответствующей кредитной задолженности   поручителем  за счет  должника в конкурсную массу  поступил объект недвижимости с земельным участком, а значит, увеличился объем имущества должника, за счет которого возможно соразмерное удовлетворение всех кредиторов, в том  числе Банка по  другим обязательствам.

С учетом  изложенного, оснований  для  отмены  судебного акта  и удовлетворения  апелляционной  жалобы не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь ст. 176, 268, 269,  271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 26.07.2018 по делу № А47-10533/2015  оставить  без изменения, апелляционную жалобу  ФИО2  - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение  одного  месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья                      М.Н. Хоронеко

 

Судьи:                                                            Л.В. Забутырина

 

                                                                       Ф.И. Тихоновский