ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения

Дело №А65-27733/2019

г. Самара

25 февраля 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 17 февраля 2022 года

Постановление в полном объеме изготовлено 25 февраля 2022 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

Председательствующего судьи Александрова А.И., 

судей Гольдштейна Д.К., Серовой Е.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

с участием:

от НП «Гарантийный фонд Республики Татарстан» - представитель ФИО2 по доверенности от 27.08.2020;

от ООО «Нефтегазовое монтажное управление» в лице конкурсного управляющего ФИО3 - представитель ФИО4 по доверенности от 15.02.2022;

иные лица не явились, извещены,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале №2, апелляционную жалобу НП «Гарантийный фонд Республики Татарстан» на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 27 декабря 2021 года о признании недействительной сделки и применении последствий ее недействительности, по делу №А65-27733/2019 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Нефтегазовое монтажное управление», (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25 сентября 2019 г. по заявлению ООО «Связьбурмонтаж», г.Тверь (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «Нефтегазовое монтажное управление», (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19 декабря 2019 года (дата оглашения резолютивной части определения 12 декабря 2019г.) в отношении ООО «Нефтегазовое монтажное управление»  введена процедура банкротства – наблюдение. Временным управляющим утвержден ФИО5, ИНН 

<

***>.

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №241 от 28.12.2019г.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 04 июня 2020 года (резолютивная часть) ООО «Нефтегазовое монтажное управление» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на 6 месяцев до 04.12.2020г. Конкурсным управляющим утвержден ФИО3, ИНН 

<

***>.

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №108 (6829) от 20.06.2020г.

В Арбитражный суд Республики Татарстан поступило заявление конкурсного управляющего ООО «Нефтегазовое монтажное управление» ФИО3 о признании недействительной сделкой дополнительного соглашения от 29.08.2019 к договору предоставления поручительства субъектам МСП и организациям, образующим инфраструктуру поддержки №13/19-ПЗ-ЮЛ от 22.03.2019, заключенного между обществом с ограниченной ответственностью «Нефтегазовое монтажное управление», обществом с ограниченной ответственностью Коммерческий банк экономического развития «Банк Казани» и Некоммерческой организацией «Гарантийный фонд Республики Татарстан», и применении последствий недействительности сделки (вх.44561).

На основании ст. 51 АПК РФ в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: бывший руководитель ООО «Нефтегазовое монтажное управление» ФИО6; общество с ограниченной ответственностью Коммерческий банк экономического развития «Банк Казани».

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан в порядке ст. 46 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации общество с ограниченной ответственностью Коммерческий банк экономического развития «Банк Казани» привлечено к участию в деле в качестве ответчика.

На основании ст. 51 АПК РФ в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО7.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 27 декабря 2021 г. заявление удовлетворено. Признано недействительным дополнительное соглашение от 29.08.2019г. к договору предоставления поручительства субъектам МСП и организациям, образующим инфраструктуру поддержки №13/19-ПЗ-ЮЛ от 22.03.2019г., заключенное между обществом с ограниченной ответственностью «Нефтегазовое монтажное управление», г.Казань (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), обществом с ограниченной ответственностью Коммерческий банк экономического развития «Банк Казани» и Некоммерческой организацией «Гарантийный фонд Республики Татарстан». Применены последствия недействительности сделки в виде обязания Некоммерческую организацию «Гарантийный фонд Республики Татарстан» возвратить в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Нефтегазовое монтажное управление», г.Казань (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 28 493,15 рублей. Распределен расходы по государственной пошлине.

Не согласившись с принятым судебным актом, НП «Гарантийный фонд Республики Татарстан» обратилось с апелляционной жалобой.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 14 января 2022 года апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 07 февраля 2022 года на 10 час. 50 мин.

26.01.2022 в суд апелляционной инстанции посредством электронного сервиса «Мой Арбитр» от НП «Гарантийный фонд Республики Татарстан» поступили дополнения к апелляционной жалобе.

01.02.2022 в суд апелляционной инстанции посредством электронного сервиса «Мой Арбитр» от конкурсного управляющего ООО «НГМУ» ФИО3 поступил отзыв на апелляционную жалобу, согласно которому просит определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.12.2021 по делу №А65-27733/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

07.02.2022 в суд апелляционной инстанции поступил отзыв УФНС России по Республике Татарстан на апелляционную жалобу, согласно которому уполномоченный орган просит определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.12.2021 по делу №А65-27733/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

15.02.2022 в суд апелляционной инстанции посредством электронного сервиса «Мой Арбитр» от НП «Гарантийный фонд Республики Татарстан» поступили возражения на отзывы конкурсного управляющего ООО «НГМУ» ФИО3 и УФНС России по Республике Татарстан.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 07 февраля 2022 г. судебное разбирательство отложено на 17 февраля 2022 г. на15 час 40 мин.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В судебном заседании 17 февраля 2022 г. представитель НП «Гарантийный фонд Республики Татарстан» апелляционную жалобу поддержал в полном объеме, просил определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 27 декабря 2021 года отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

Представитель ООО «НГМУ» возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил обжалуемый судебный акт оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

В соответствии со ст. 32 Федерального закона от 26.10.02 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и ч. 1 ст. 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из материалов дела, 08.02.2019 между обществом с ограниченной ответственностью Коммерческий банк экономического развития «Банк Казани» (кредитор) и обществом с ограниченной ответственностью «Нефтегазовое монтажное управление» (заемщик) подписаны индивидуальные условия договора кредитования №13/19-ЛВ-ЮЛ (кредитная линия под лимит выдачи), по условиям которого кредитор открывает заемщику кредитную линию в размере 20 000 000 руб., но не более 32 000 000 руб., под 14,7 % годовых, со сроком возврата 07.08.2019 (т. 1, л.д.7-9). 

Дополнительным соглашением № 2 от 07.08.2019 к индивидуальным условиям кредитования (кредитная линия под лимит выдачи) №13/19-ЛВ-ЮЛ от 08.02.2019, заключенным между обществом с ограниченной ответственностью Коммерческий банк экономического развития «Банк Казани» (кредитор) и обществом с ограниченной ответственностью «Нефтегазовое монтажное управление» (заемщик), дата окончательного возврата транша и уплаты процентов по нему определена до 01.10.2019 (т. 1, л.д. 16). 

Дополнительным соглашением № 3 от 01.10.2019 к индивидуальным условиям кредитования (кредитная линия под лимит выдачи) №13/19-ЛВ-ЮЛ от 08.02.2019, заключенным между обществом с ограниченной ответственностью Коммерческий банк экономического развития «Банк Казани» (кредитор) и обществом с ограниченной ответственностью «Нефтегазовое монтажное управление» (заемщик), дата окончательного возврата транша и уплаты процентов по нему определена до 25.10.2019 (т. 1, л.д. 17). 

Дополнительным соглашением № 6 от 25.10.2019 к индивидуальным условиям кредитования (кредитная линия под лимит выдачи) №13/19-ЛВ-ЮЛ от 08.02.2019, заключенным между обществом с ограниченной ответственностью Коммерческий банк экономического развития «Банк Казани» (кредитор) и обществом с ограниченной ответственностью «Нефтегазовое монтажное управление» (заемщик), дата окончательного возврата транша и уплаты процентов по нему определена до 18.11.2019 (т. 1, л.д. 20). 

Дополнительным соглашением № 7 от 18.11.2019 к индивидуальным условиям кредитования (кредитная линия под лимит выдачи) №13/19-ЛВ-ЮЛ от 08.02.2019, заключенным между обществом с ограниченной ответственностью Коммерческий банк экономического развития «Банк Казани» (кредитор) и обществом с ограниченной ответственностью «Нефтегазовое монтажное управление» (заемщик), дата окончательного возврата транша и уплаты процентов по нему определена до 04.12.2019 (т. 1, л.д. 21). 

22.03.2019 между обществом с ограниченной ответственностью «Нефтегазовое монтажное управление» (заемщик), обществом с ограниченной ответственностью Коммерческий банк экономического развития «Банк Казани» (кредитная организация) и Некоммерческой организацией «Гарантийный фонд Республики Татарстан» (поручитель) заключен договору предоставления поручительства субъектам МСП и организациям, образующим инфраструктуру поддержки №13/19-ПЗ-ЮЛ от 22.03.2019, по условиям которого поручитель за обусловленную договором плату обязуется отвечать перед кредитной организацией за исполнение заемщиком обязательств перед кредитной организацией по договору кредитования (кредитная линия под лимит выдачи) №13/19-ЛВ-ЮЛ от 08.02.2019, на сумму 20 000 000 руб. (т. 1, л.д. 10-14).

Пунктом 1.2 договора предусмотрено, что ответственность поручителя перед кредитной организацией и ограничена суммой 13 000 000 руб. 

В силу п. 2.1 заемщик за предоставление поручительства уплачивает поручителю вознаграждение в сумме 49 150 руб. 

Как следует из п. 6.1, настоящий договор заключен на срок 258 календарных дней и прекращает свое действие 05.12.2019. 

Вознаграждение поручителю Некоммерческой организации «Гарантийный фонд Республики Татарстан» оплачено заемщику ООО «Нефтегазовое монтажное управление» в сумме 49 150,68 руб. платежным поручением № 328 от 22.03.2019 (т. 1, л.д. 24). 

07.08.2019 стороны договора поручительства заключили дополнительное соглашение к нему, которым срок действия договора поручительства установлен до 27.12.2019 (п. 2 дополнительного соглашения), размер вознаграждения поручителя увеличен до 56 986,30 руб. (п. 3 дополнительного соглашения) (т. 1, л.д. 22).

Вознаграждение поручителю Некоммерческой организации «Гарантийный фонд Республики Татарстан» в размере увеличения с 49 150,68 руб. до 56 986,30 руб. (т.е. в сумме 7 835,62 руб.) оплачено заемщику ООО «Нефтегазовое монтажное управление» платежным поручением № 818 от 20.08.2019 (т. 1, л.д. 25). 

29.08.2019 стороны договора поручительства заключили дополнительное соглашение к нему, которым срок действия договора поручительства установлен до 29.11.2019 (п. 2 дополнительного соглашения), размер вознаграждения поручителя увеличен до 85 479,45 руб. (п. 3 дополнительного соглашения) (т. 1, л.д. 23, 33-34).

Вознаграждение поручителю Некоммерческой организации «Гарантийный фонд Республики Татарстан» в размере увеличения с 56 986,30 руб. до 85 479,45 руб. (т.е. в сумме 28 493,15 руб.) оплачено заемщику ООО «Нефтегазовое монтажное управление» платежным поручением № 891 от 29.10.2019 (т. 1, л.д. 26). 

Указанное дополнительное соглашение от 29.08.2019 оспаривается конкурсным управляющим должника. 

В силу части 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Предусмотренные статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве основания недействительности сделок влекут оспоримость, а не ничтожность соответствующих сделок, что также прямо указано в п.4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23 декабря 2010 г.  №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

В силу положений п. 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Если исходя из доводов оспаривающего сделку лица и имеющихся в деле доказательств суд придет к выводу о наличии иного правового основания недействительности сделки, чем то, на которое ссылается истец (например, пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве вместо статьи 61.3, или наоборот), то на основании части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) суд должен самостоятельно определить характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению (дать правовую квалификацию), и признать сделку недействительной в соответствии с надлежащей нормой права.

Дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «Нефтегазовое монтажное управление» возбуждено 25.09.2019 г., оспариваемая сделка совершена 29.08.2019, то есть в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, то есть в период подозрительности, предусмотренный ст. 61.3 Закона о банкротстве; в течение в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом, то есть в период подозрительности, предусмотренный п.1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, и в течение трех лет до принятия заявления о признании банкротом, то есть в период подозрительности, предусмотренный п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с п. 1. ст. 61.3 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований.

В соответствии с п.1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В рассматриваемом случае обжалуется дополнительное соглашение к договору предоставления поручительства. Следовательно, оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований (ст. 61.3 Закона о банкротстве) и неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки (п.1 ст. 61.2 Закона о банкротстве), отсутствует.

Принимая во внимание вышеизложенное, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемой сделки по ст. 61.3 Закона о банкротстве и п.1 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно п. 2 ст. 61.2. Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Пунктом 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходима совокупность следующих условий:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Исходя из п. 5 Постановления Пленума № 63 при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как указано в п. 6 Постановления Пленума № 63, согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. 

Согласно указанным нормам, недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Как следует из материалов дела и информации, размещенной в электронной картотеке арбитражных дел (kad.arbitr.ru), на дату совершения сделки (29.08.2019) у должника ООО «Нефтегазовое монтажное управление» имелись не исполненные обязательства перед следующими кредиторами. 

Так, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Тверской области от 05.02.2019 по делу №А66-10843/2018 с ООО «Нефтегазовое монтажное управление» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу ООО «Связьбурмонтаж» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) взыскано 11 637 020 руб. 55 коп., в том числе 10 500 000 рублей основного долга, 1 137 020 руб. 55 коп. неустойки, а также 88 815 рублей расходов по уплате государственной пошлины (т. 2, л.д. 114-120).

Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.08.2019г. решение Арбитражного суда Тверской области от 05 февраля 2019 года по делу №А66-10843/2018 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 14.11.2019г. решение Арбитражного суда Тверской области от 05.02.2019 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.08.2019 по делу №А66-10843/2018 оставлены без изменения (т. 1, л.д. 61-64).

Из вышеуказанных судебных актов следует, что периодом образования задолженности ООО «Нефтегазовое монтажное управление» перед ООО «Связьбурмонтаж» является с 09.10.2017 по 25.06.2018.

Указанная задолженность должником не погашена, что впоследствии явилось основанием для обращения ООО «Связьбурмонтаж» в суд с заявлением о признании должника банкротом и включения задолженности в реестр требований кредиторов ООО «Нефтегазовое монтажное управление». 

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 26.02.2020 требование ООО «РариТЭК» в размере 2 180 005,00 рублей включено в состав третьей очереди реестра требований кредиторов ООО «Нефтегазовое монтажное управление».

Как следует из данного судебного акта, ООО «РариТЭК» (Кредитор) на основании договора поставки №495/3/2016 от 01.09.2016г. произвело поставку запчастей должнику на общую сумму 2 273 605,00 рублей, что подтверждается имеющимися в материалах дела спецификацией №1 от 20.09.2016г., товарной накладной №20091021 от 20.09.2016г. с отметками Должника.

Следовательно, на дату совершения оспариваемой сделки (29.08.2019) у должника имелись не исполненные обязательства перед иными лицами, наличие задолженности подтверждено судебными актами, неисполнение обязательств послужило основанием для включения указанных задолженностей в реестр требований кредиторов должника. 

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что у должника на дату 29.08.2019 имелись признаки неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества должника. 

Сведения о вышеуказанных судебных актах и о наличии взысканной задолженности в свободном доступе размещены в сети Интернет в картотеке арбитражных дел www.kad.arbitr.ru. 

Соответственно, ответчики ООО Коммерческий банк экономического развития «Банк Казани» и Некоммерческая организация «Гарантийный фонд Республики Татарстан» знали или должны были знать о признаках неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества должника. 

Данная презумпция вопреки правовой позиции, изложенной в пункте 7 Постановления Пленума № 63, Некоммерческой организацией «Гарантийный фонд Республики Татарстан» в апелляционной жалобе не опровергнута.

Согласно п. 7 Постановления Пленума № 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. 

Как следует из материалов дела, по условиям договора об открытии кредитной линии должник обладал возможностью получения от банка денежных средств в сумме 20 000 000 руб., при условии заключения договора поручительства с Некоммерческой организацией «Гарантийный фонд Республики Татарстан». Такой договор поручительства был подписан 22.03.2019 со сроком действия до 05.12.2019 и необходимостью оплаты поручителю вознаграждения за предоставление поручительства в сумме 49 150 руб. (т. 1, л.д. 10-14).

Впоследствии дополнительным соглашением от 07.08.2019 срок действия договора поручительства продлен до 27.12.2019, а размер вознаграждения поручителя увеличен до 56 986,30 руб. (т. 1, л.д. 22).

Оспариваемым дополнительным соглашением от 29.08.2019 к договору поручительства срок действия договора поручительства сокращен до 29.11.2019, а размер вознаграждения поручителя увеличен до 85 479,45 руб. (т. 1, л.д. 23, 33-34).

Сумма вознаграждения 85 479,45 руб. оплачена должником поручителю в полном объеме (т. 1, л.д. 24-26). 

Таким образом, оспариваемой сделкой срок действия договора поручительства сокращен до 29.11.2019 (с установленного ранее срока 27.12.2019), а размер вознаграждения поручителя, напротив, увеличен до 85 479,45 руб., что свидетельствует об изменении условий договора поручительства во вред кредиторам должника. Вследствие указанных изменений был сокращён срок поручительства за счёт которого могли быть исполнены обязательства должника перед кредитором. 

Также, суд апелляционной инстанции отмечает, что ни при рассмотрении настоящего обособленного спора в суде первой инстанции, ни в суде апелляционной инстанции, Некоммерческой организацией «Гарантийный фонд Республики Татарстан» экономического обоснования оплаты дополнительного вознаграждения поручителю в сумме 28 493,15 руб. в материалы дела представлено не было, какой-либо выгоды от заключения данной сделки должник не получил, напротив, были израсходованы денежные средства 29 493,15 руб., за счёт которых могли быть погашены требования кредиторов должника.

При этом, дополнительным соглашением № 7 от 18.11.2019 к индивидуальным условиям кредитования (кредитная линия под лимит выдачи) №13/19-ЛВ-ЮЛ от 08.02.2019, дата окончательного возврата транша и уплаты процентов по нему определена до 04.12.2019 (т. 1, л.д. 21), то есть поручительство, с учётом оспариваемого соглашения о сокращении срока поручительства и увеличении платы за предоставление поручительства, не покрывало весь срок действия кредитного договора до даты его возврата.

Сокращение срока поручительства до 29.11.2019 (т.е. ранее срока возврата кредита) при одновременной оплате дополнительного вознаграждения поручителю, в рассматриваемом случае свидетельствует об осведомленности ответчиков об ущемлении интересов должника и его кредиторов. 

Следовательно, ответчики не могли не знать о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Некоммерческая организация «Гарантийный фонд Республики Татарстан» в апелляционной жалобе указывает на то, что в результате заключения договора поручительства и дополнительных соглашений к нему Должник получал следующие имущественные выгоды:

- снизил недостаток собственного залогового обеспечения что повысило вероятность одобрения кредита банком;

- получил возможность получить кредит в банке с более выгодными условиями и процентной ставкой за пользование кредитом;

- получил от банка одобрение продления срока возврата кредита.

Кроме того, НП «Гарантийный фонд Республики Татарстан» считает, что суд первой инстанции не принял во внимание тот факт, что дополнительное соглашение от 29.08.2019г. к Договору предоставления поручительства субъектам МСП и организациям, образующим инфраструктуру поддержки №13/19-П3-ЮЛ от 22.03.2019г., в соответствии с п.1 ст.450 Гражданского кодекса РФ, не являлось самостоятельной сделкой, поскольку фактически было направлено на согласование сторонами договора продление (изменение) для Должника (Заемщика) срока возврата кредита до 18.11.2019г.

Между тем, судом апелляционной инстанции указанные доводы отклоняются как несостоятельные, поскольку, как следует из обстоятельств дела, дополнительное соглашение подписано должником с ответчиками без какого-либо встречного предоставления и в отсутствии экономической целесообразности  в отношении должника.

Как верно отметил суд первой инстанции в обжалуемом судебном акте, должник, имея на момент заключения соглашения значительную просроченную кредиторскую задолженность, какой-либо выгоды от совершения оспариваемой сделки не получил. 

Какие-либо разумные экономические мотивы заключения такого соглашении, как отмечалось выше, ни в суде первой, ни в суде апелляционной инстанции, раскрыты не были.

Соответственно, оспариваемая сделка была совершена с целью причинения вреда иным кредиторам, так как требования банка при наличии указанного соглашения должны были бы исполняться за счет конкурсной массы, а не за счёт поручителя по кредитному договору.

Кроме того, должник, заключая дополнительное соглашение от 29.08.2019, лишился ликвидного имущества в виде оплаты дополнительного вознаграждения поручителю в сумме 28 493,15 руб., что повлекло уменьшение стоимости имущества должника, причинение ущерба как самому должнику, так и его кредиторам. 

Причинение вреда имущественным правам кредиторов заключается в отчуждении должником имущества в отсутствие встречного исполнения, влекущем невозможность рассчитаться с иными кредиторами.

С учетом изложенных обстоятельств суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что сделка совершена должником при наличии у последнего признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, в отсутствие встречного исполнения, в результате ее совершения должник лишился имущества в виде денежных средств в сумме 28 493,15 руб., чем был причинен вред имущественным правам кредиторов, другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Таким образом, совокупность установленных по делу обстоятельств свидетельствует о наличии оснований для признания спорной сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем суд первой инстанции правомерно признал заявление конкурсного управляющего подлежащим удовлетворению.

Кроме того, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что в настоящем случае не усматривается оснований для применения к оспариваемой сделке положений статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку обстоятельства сделки не выходят за пределы диспозиции п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Выводы суда первой инстанции о том, что сделка имеет признаки недействительности на основании п.1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, не привели к принятию судом первой инстанции неправильного судебного акта по итогам разрешения настоящего обособленного спора по существу.

Доводы Некоммерческой организации «Гарантийный фонд Республики Татарстан» о преюдициальном характере решения Московского районного суда г. Казани РТ от 19.10.2020 по делу № 2-493/20 отклоняются судом апелляционной инстанции, поскольку состав лиц, участвующих в деле, а также основания заявленных требований являются иными, чем при рассмотрении спора Московским районным судом г. Казани, в связи с чем в данном случае положения ч.2 ст. 69 АПК РФ, не применимы.

Согласно правовой позиции, сформулированной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2021 № 307-ЭС20-22282 по делу № А56-129764/2019, поскольку часть 2 статьи 69 АПК РФ освобождает от доказывания фактических обстоятельств дела, но не исключает их различной правовой оценки, которая зависит от характера конкретного спора, так как арбитражный суд не связан выводами других судов о правовой квалификации рассматриваемых отношений и о толковании правовых норм, то есть правовая оценка фактических обстоятельств и доказательств, данная судом в ранее рассмотренном споре, и вопросы применения норм материального права не имеют преюдициальной силы.

В силу изложенного, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы, доводы которой проверены, но приняты быть не могут, поскольку не влияют на законность принятого судебного акта.

Несогласие заявителя с оценкой, установленных по делу обстоятельств не может являться основанием для отмены судебного акта.

Обращаясь с апелляционной жалобой, заявителем не представлено в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые были бы не проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта.

Согласно п. 1 ст. 61.6 Закона о банкротстве, все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

С учетом обстоятельств дела, судом первой инстанции правомерно применены последствия недействительности сделки в виде обязания Некоммерческой организации «Гарантийный фонд Республики Татарстан» возвратить в конкурсную массу ООО «Нефтегазовое монтажное управление» денежные средства в сумме 28 493,15 рублей.

Так как доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда, нарушений норм материального и процессуального права, являющихся основанием к безусловной отмене судебного акта по статье 270 АПК РФ, не установлено, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 27 декабря 2021 года по делу №А65-27733/2019 является законным и обоснованным. Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 27 декабря 2021 года по делу №А65-27733/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в месячный срок, через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                           А.И. Александров

 

Судьи                                                                                                          Д.К. Гольдштейн

 

Е.А. Серова