АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, г. Владивосток, ул. Светланская, 54

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А51-1820/2016

г. Владивосток

20 апреля 2017 года

Резолютивная часть решения объявлена 13 апреля 2017 года . 

Полный текст решения изготовлен 20 апреля 2017 года.

Арбитражный суд Приморского края в составе судьи Ю.А. Тимофеевой

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Бобровниковой О.Ю..,

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению заявление индивидуального предпринимателя Алиева Фазила Забид-оглы (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***> дата государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя: 28.06.2004)

к  Инспекции Федеральной налоговой службы по Первомайскому району г.Владивостока (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***> дата государственной регистрации в качестве юридического лица:  27.12.2004)

при участии третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований на предмет спора:    ФИО1, Межрайонной инспекции  Федеральной налоговой службы №12 по Приморскому краю 

о признании незаконным  решения от 25.09.2015 №09/09дсп о привлечении в ответственности за совершение налогового правонарушения

при участии в заседании: 

от заявителя: Алиев Фазил Забид-оглы, паспорт; ФИО2 по доверенности от 15.08.2015 на 3 года, удостоверение № 1842; ФИО3 по доверенности от 23.05.2014 на 3 года, паспорт ( после перерыва в судебном заседании 13.04.2017),

от ответчика: ФИО4 по доверенности № 02-01.17/3 от 10.01.2017 до 31.12.2017, удостоверение УР № 787720; ФИО5 по доверенности № 02.01-17/17 от 06.12.2016 до 31.12.2017, удостоверение УР №788257; ФИО6 по доверенности №02-01.17/12 от 20.03.2017 до 31.12.2017, удостоверение УР №748749; Криволап О.В. по доверенности № 02-01.17/8 от 10.01.2017 до 31.12.2017, удостоверение УР № 849016 (  в судебном заседании до перерыва 06.04.2017);

от третьего лица ФИО1 к: ФИО2 по доверенности от 15.03.2016 сроком на три года, удостоверение №1842.

от третьего лица Межрайонной ИФНС России №12 по Приморскому краю: ФИО7 по доверенности № 04-17/13757 от 23.03.2017 сроком на один год, удостоверение УР № 849981.

установил:

Индивидуальный предприниматель Алиев Фазил Забид-оглы  (далее по тексту – предприниматель, заявитель, налогоплательщик) обратился в суд с заявлением  о признании незаконным  решения от 25.09.2015 №09/09дсп о привлечении в ответственности за совершение налогового правонарушения, принятого Инспекцией Федеральной налоговой службы по Первомайскому району г.Владивостока (далее по тексту – налоговый орган, инспекция).

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, привлечены ФИО1 и Межрайонная инспекция  Федеральной налоговой службы №12 по Приморскому краю.

Предприниматель считает необоснованным вывод налогового органа о превышении предельно допустимого уровня дохода (60 000 000 рублей) в 3 квартале 2012, что явилось основанием для начисления налоговым органом предпринимателю, находящемуся на  уплате налога, взимаемого с налогоплательщиков, выбравших в качестве объекта налогообложения доходы ( далее по тексту – УСН),  НДФЛ и НДС с операций по реализации гр.ФИО8 по договору от 16.07.2012 №01/07 недвижимого имущества, а именно сооружение - причальная набережная длиною 220,0 м (лит. Г), условный номер: 25:28:01 31 00:01:15789/Г; подъездные железнодорожные пути (лит. Г2, ГЗ) общей длиной 483,0 м, условный номер: 25:28:01 31 00:01:15789/Г2, ГЗ; сооружение разгрузочно-комплектовочная площадка длиною 210 м, средней шириной 32,4 м (лит. Г39), условный номер: 25-25-01/024/2005-323, ранее приобретенного Алиевым Ф.З.о. по договору от 12.01.2012 №1201 у ЗАО «РИМСКО», поскольку указанное имущество принадлежало супруге заявителя ФИО1 к. по соглашению от 14.03.2012 о разделе имущества между супругами, в предпринимательской деятельности Алиевым Ф.З.О. не использовалось, доходы от сдачи в аренду указанного имущества заявитель не получал, как и ФИО1 к.. Заявитель, поясняя, что право собственности на это имущество хоть и не было зарегистрировано в установленном порядке за ФИО1 К., полагает, что имущество с 14.03.2012 принадлежит супруге предпринимателя, которая давала согласие на его продажу, ввиду чего доходы от его реализации подлежат налогообложению применительно к доходам ФИО1 к., а не Алиева Ф.З.о. Соответственно, предельный размер  выручки, установленный п.4 ст. 346.13 НК РФ, у Алиева Ф.З.о. превышен не был, поскольку доход от реализации указного имущества не подлежит включению в доходы заявителя, в связи с чем все начисления НДФЛ и НДС являются необоснованными.

В обоснование своих доводов заявитель также указал, что решением Ленинского районного суда от 21.09.2015 были удовлетворены требования ФИО1 к. к Алиеву Ф.З.о. о взыскании с последнего в пользу супруги 448 550 000 руб. неосновательного обогащения по реализации имущества в рамках  действия соглашения о разделе имущества супругов, при рассмотрении которого  судом признано получение дохода от продажи имущества именно ФИО1 к., а не Алиевым Ф.З.о.

Кроме этого, заявитель    также ссылается на то, что признание решением Первомайского суда г.Владивостока  ничтожной сделкой соглашения от 14.03.2012 о разделе имущества супругов на отсутствие обязанности Алиева Ф.З.О. во включении полученного дохода  при исчислении им налоговой базы не влияет, поскольку обязательства по корректировке налоговых обязательств, связанные с признанием сделки ничтожной, следует производить после признания сделки недействительной в месяце, когда сделка признана недействительной. Поскольку на период 2012-2013гг. соглашение о разделе имущества от 14.03.2012 между супругами недействительной признана не была, соответственно, в период налогообложения в 2013г. следует  признать сделку действующей и определяющей принадлежность и самого имущества и доходов от его продажи в доходе ФИО1 к, а не Алиева Ф.З.о.

Заявитель настаивает, что  инспекция необоснованно включила в доход заявителя всю сумму полученного дохода, поскольку реализованное спорное имущество обладало статусом совместно нажитого в браке.

Также заявитель полагает, что, поскольку определением Арбитражного суда Приморского края от 14.09.2016  по делу о банкротстве ЗАО «РИМСКО» в рамках обособленного спора по делу №А51-31080/2012 19666/2016 признан недействительным договор купли-продажи спорного имущества от 12.01.2012 №12-01, заключенный между ЗАО «РИМСКО» (продавец) и Алиевым Ф.З.о. (покупатель), последствием чего является взыскание с Алиева Ф.З.О. долга в сумме 488 550 000руб., соответственно, при обязанности вернуть уплаченные при приобретении этого имущества денежные средства, дальнейшая реализация этого же имущества  Алиевым Ф.З.О. ФИО8 за эту же сумму исключает само по себе налогооблагаемую базу (налоговая база – 0 руб.). При этом заявитель считает необходимым применение налоговым органом единообразного подхода как в части последствий для налогообложения как при признании недействительной сделки соглашения от 14.03.2012 о разделе имущества между супругами, так и в части признания недействительной сделкой договора купли-продажи от 12.01.2012 №12-01 между ЗАО «РИМСКО» и ИП Алиевым Ф.З.О.,  в связи с чем настаивает на том, что в случае признания сделок недействительными изначально, эти сделки не влекут правовых последствий, соответственно, если инспекция полагает необходимым учитывать доход от реализации без учета признанного ничтожным соглашения о разделе супругов к отношениям 2012, 2013годов, соответственно, следует также принимать во внимание и хозяйственный результат как последствие признания недействительной сделки купли-продажи этого же имущества у ЗАО «РИМСКО» применительно  к отношениям 2012года, соответственно, дохода у предпринимателя  в результате приобретения и последующей продажи этого имущества не возникает ввиду недействительности сделки, на основании которой собственно это имущество было приобретено.

При рассмотрении настоящего дела заявитель пояснил суду, что основанием заявленных требований является исключительно и только обстоятельства квалификации и оценки вопроса включения в доход Алиева Ф.З.о. дохода только от реализации имущества ФИО8 по договору от 16.07.2012  №01/07, что повлекло выводы инспекции о превышении предельно допустимой величины дохода для утраты права на применение специального режима налогообложения в виде УСН. 

Отдельных и самостоятельных доводов и возражений относительно иных оснований начисленных сумм ( включения в налогооблагаемые базы по НДФЛ и НДС) по другим основаниям ( в части не отражения в составе доходов денежных средств в сумме 20 000 000 руб., поступивших на расчетный счет Заявителя 19.11.2012 от ООО «СОЛЛЕРС - Дальний Восток» за приобретенное по договору купли-продажи от 01.11.2012 № 114-11/12 недвижимое имущество, принадлежащее ИП Алиеву Ф.З.О. и использовавшееся им в предпринимательской деятельности,  занижения выручки от продажи судна для исчисления УСН в 2012, занижения в 2013  выручки от сдачи  имущества в аренду ООО «ГРИФ», не включения выручки от сдачи в аренду земли и офисов, что повлекло за собой начисление УСН, НДФЛ, НДС, пени и штрафы, которые не были оспорены в апелляционном порядке),  заявителем не приведены и не изложены, поскольку, по пояснениям предпринимателя,  при признании обоснованными требований заявителя в отношении не включения в доход сумм от реализации имущества по договору от 16.07.2012 №01/07, иные начисления по сумме для утраты права на применение УСН недостаточны и даже при их наличии не повлекли бы отказ в применении УСН и начисление НДФЛ и НДС, соответственно, все иные эпизоды начислений по решению оспорены только и исключительно в том отношении, что при исключении из доходной части предпринимателя выручки от реализации по спорной сделки все иные начисления по НДФЛ и НДС  должны быть исключены сами по себе, поскольку у предпринимателя будет сохранено право на применение УСН, на  величину которого  эти иные выявленные инспекций основания начислений не влияют.

Налоговый орган представил отзыв на заявление, дополнительные пояснения к нему, согласно которым с доводами предпринимателя не согласен в полном объеме, считает оспариваемое решение законным и обоснованным. 

Инспекция исходит из того, что спорное  недвижимое имущество, представляющее нежилые помещения, функционально предназначенное только для производственной деятельности, было приобретено ИП Алиевым Ф.З.о. для ведения предпринимательской деятельности и фактически и было им использовано в деятельности, связанной с предоставлением спорных объектов недвижимости в аренду, что соответствует заявленному предпринимателем виду деятельности.

При этом то обстоятельство, что в договоре купли-продажи от 16.07.2012 № 01/07 с ФИО8  Алиев Ф.З.о. не поименован как лицо, обладающее статусом индивидуального предпринимателя, сам по себе не может свидетельствовать о том, что соответствующая сделка совершена не в связи с осуществлением предпринимательской деятельности, поскольку налогоплательщик не доказал, что реализованное им недвижимое имущество, исходя из своей специфики, может быть использовано в иных целях, помимо осуществления предпринимательской деятельности. Не имеет значения также то, на какой именно расчетный счет были перечислены денежные средства, причитающиеся за реализованные объекты недвижимого имущества. 

Таким образом, учитывая, что спорные объекты недвижимого имущества по своему функциональному назначению предназначены для использования в предпринимательской деятельности, а также установив факт предоставления их в аренду ЗАО «Дальзавод-Терминал» и получение заявителем выручки в связи с их продажей, инспекция считает, что налоговым органом в обжалуемом решении обоснованно сделан вывод о том, что доходы, полученные Алиевым Ф.З.о. от реализации принадлежащих ему на праве собственности объектов  недвижимого  имущества,  ранее  использовавшихся  в  предпринимательской  деятельности, на основании п.1 ст. 346.17 НК РФ должны быть учтены в составе доходов при формировании налоговой базы по УСН.

В отношении доводов заявителя о принадлежности спорного имущества, соответственно и доходов от его последующей продажи ФИО8, супруге ФИО1 к. в соответствии с соглашением о разделе имущества от 14.03.2012, заключенным между Алиевым Ф.З.о. и ФИО1 к.,, что, по мнению налогоплательщика, подтверждено решением Ленинского районного суда г. Владивостока Приморского края от 21.09.2015 по делу № 2-6434/2015, инспекция пояснила, что копия соглашения о разделе имущества между супругами от 14.03.2012 г. (далее по тексту - Соглашение) была представлена Алиевым Ф.З.о. только качестве приложения к возражениям по акту проверки, ранее в ходе проверки не представлялось, договор и право собственности на имущество в установленном порядке не зарегистрированы ( в связи с чем затруднительно определить дату его заключения), при этом сам характер как приобретения имущества, его использования и дальнейшей продажи  по договору купли-продажи имущества от 16.07.2012 между Алиевым Ф.З.о и ФИО8 подтверждает то обстоятельство, что фактически соглашение о разделе имущества супругов от 14.03.2012 года не повлекло изменения режима распоряжения спорным имуществом ИП Алиева Ф.З.о. и использования его в предпринимательской деятельности заявителя. Соглашение о разделе имущества от 14.03.2012 не было зарегистрировано в органах государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним, ФИО1 К. не оформляла право собственности на имущество, поименованное в Соглашении в соответствии с законодательством,  в связи с этим не являлась собственником реализованного спорного имущества. Доходы от реализации спорного имущества ФИО1 к. не были продекларированы. 

Ссылаясь на ст. 35 Семейного кодекса Российской Федерации  инспекция указала, что ФИО1 к., являясь супругой налогоплательщика, при приобретении спорного имущества давала согласие на приобретение имущества с целью использования его в предпринимательской деятельности, а также давала согласие при продаже спорного имущества, поименованного в Соглашении между супругами от 14.03.2012 перед заключением договора купли-продажи имущества между Алиевым Ф.З.О и ФИО8 от 16.07.2012 №01/07 . Таким образом, давая свое согласие на совершение сделки по продаже имущества, в июле 2012 никаких претензий ФИО1 К к Алиеву Ф.З.О. не предъявляла вплоть до 17 августа 2015 года ( за пределами сроков давности обращения с таким заявлением),  когда ею был пода иск в суд о неосновательном обогащении. 

Кроме этого, инспекция  пояснила, что   26.09.2016 решением Первомайского суда г.Владивостока  было признано ничтожным Соглашение от 14.03.2012 между супругами ФИО1 к. и Алиевым Ф.З.о., в связи с чем  налоговые обязательства  по включению дохода в налогооблагаемую базу относятся к Алиеву Ф.З.о., как и было установлено ранее по фактически установленным обстоятельствам.

В отношении доводов заявителя о  признании определением Арбитражного суда Приморского края от 14.09..2016 по делу №А51-31080/2012 недействительным договора купли-продажи от 12.01.2012 №12-01 имущества Алиевым Ф.З.о. у ЗАО «Римско», инспекция полагает доводы заявителя об отсутствии необходимости учета доходов от реализации имущества Алиевым Ф.З.о. ввиду предписанной судом обязанности  возврата продавцу ЗАО «Римско» стоимости этого имущества, ошибочными, учитывая формирование налоговой базы по факту совершения хозяйственных операций, что в данном случае возможно не ранее фактического возврата А-вым Ф.З.О. денежных средств ЗАО «Римско» и учета этих расходов в период передачи денежных средств, но не в прошлые периоды.

Доводы заявителя о реализации спорного имущества как обладающего статусом совместно нажитого, инспекция отклоняет со ссылками на ст. 253 ГК РФ, ст.34,35 Семейного кодекса РФ, полагая, что  заявитель должен был уплатить налоги со всей суммы, полученной от использования имущества в предпринимательской деятельности, после чего оставшееся имущество приобретает статус совместно нажитого. 

    Выслушав доводы заявителя, возражения налогового органа, изучив материалы дела, суд установил следующее.

Предприниматель в 2012-2013 годах применял упрощенную систему налогообложения с объектом налогообложения «доходы». Учет доходов велся кассовым методом с отражением выручки и доходов в книге учета доходов и расходов. 

Налоговым органом проведена выездная налоговая проверка по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты единого налога, применяемого при УСН, НДФЛ, НДС за период с 01.01.2012 по 31.12.2013, о чем составлен акт от 26.06.2015 № 09/97-дсп.

Проверкой установлено, что при формировании налоговой базы по единому налогу, уплачиваемому в связи с применением УСН, помимо прочего, в 3 квартале 2012 года полученный предпринимателем доход превысил предельно допустимый уровень дохода в 60 000 000 рублей, установленный п.4 ст. 346.13 НК РФ, в связи с чем предприниматель утратил право на применение УСН, и с этого периода должен уплачивать налоги по общей системе налогообложения, в том числе НДФЛ и НДС. Указанное превышение допущено вследствие реализации ФИО8 и ООО «СОЛЛЕРС - Дальний Восток» принадлежащих заявителю объектов нежилого недвижимого имущества, использовавшихся им в предпринимательской деятельности (предоставлении в аренду).

По результатам рассмотрения акта проверки, возражений налогоплательщика и дополнительных мероприятий налогового контроля инспекцией принято решение от 25.09.2015 № 09/09дсп о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, которым предпринимателю начислено 181 096 395,73 руб., в том числе налоги в общей сумме 127 654 651 руб. (НДФЛ - 48 858 302 руб., НДС - 78 744 269 руб., единый налог, уплачиваемый в связи с применением УСН за 2012 год - 52 080 руб.); пени - 28 864 639,28 руб.; штрафные санкции, предусмотренные п. 1 ст. 122, 119 НК РФ, в общей сумме 24 577 105,45 руб.

Заявителем была подана жалоба в вышестоящий налоговый орган, оспорен только эпизод, связанный с реализацией спорного имущества ФИО8, иные начисления не оспорены.

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Приморскому краю от 07.12.2015 № 13-10/31362  жалоба в части оспариваемого эпизода оставлена без удовлетворения. Вместе с тем вышестоящим налоговым органом частично удовлетворена жалоба в части уменьшения размера начисленной пени и примененных санкций, которые были начислены налоговым органом без учета уплаченных Алиевым Ф.З.о.  сумм НДФЛ как физическим лицом, с обязанием налоговый орган произвести также и зачет уплаченного Алиевым Ф.З.о НДФЛ в счет уплаты начисленного  проверкой налога..

Предприниматель, полагая, что решение налогового органа от 25.09.2015 № 09/09-дсп не отвечает требованиям закона и нарушает его права, обратился с вышеуказанным заявлением в арбитражный суд.

Суд считает, что заявленное требование не подлежит удовлетворению в силу следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 346.18 НК РФ в случае, если объектом налогообложения являются доходы организации или индивидуального предпринимателя, налоговой базой признается денежное выражение доходов организации или индивидуального предпринимателя.

Согласно части 1 статьи 346.15 НК РФ налогоплательщики при определении объекта налогообложения учитывают следующие доходы:

- доходы от реализации, определяемые в соответствии со статьей 249 настоящего Кодекса;

- внереализационные доходы, определяемые в соответствии со статьей 250 настоящего Кодекса.

Частью 1 статьи 346.17 НК РФ предусмотрено, что в целях настоящей главы датой получения доходов признается день поступления денежных средств на счета в банках и (или) в кассу, получения иного имущества (работ, услуг) и (или) имущественных прав, а также погашения задолженности (оплаты) налогоплательщику иным способом (кассовый метод).

Если по итогам отчетного (налогового) периода доходы налогоплательщика, определяемые в соответствии со статьей 346.15 и подпунктами 1 и 3 пункта 1 статьи 346.25 настоящего Кодекса, превысили 60 млн. рублей и (или) в течение отчетного (налогового) периода допущено несоответствие требованиям, установленным пунктами 3 и 4 статьи 346.12 и пунктом 3 статьи 346.14 настоящего Кодекса, такой налогоплательщик считается утратившим право на применение упрощенной системы налогообложения с начала того квартала, в котором допущены указанное превышение и (или) несоответствие указанным требованиям (части 4 статьи 346.13 НК РФ).

Налогооблагаемая база по налогу на доходы физических лиц в соответствии с пунктом 3 статьи 210 Налогового кодекса Российской Федерации определяется как денежное выражение доходов, подлежащих налогообложению, уменьшенных на сумму налоговых вычетов, предусмотренных статьями 218 - 221 Кодекса, с учетом особенностей, установленных главой 23 Кодекса.

Индивидуальные предприниматели согласно пункту 1 статьи 143 Налогового кодекса Российской Федерации признаются налогоплательщиками налога на добавленную стоимость.

В соответствии со статьей 162 Налогового кодекса Российской Федерации налоговая база по НДС состоит из объекта налогообложения и иных сумм, связанных с расчетами по оплате товаров (работ, услуг).

Объектом налогообложения НДС является реализация товаров (работ, услуг), в том числе их безвозмездная передача (выполнение, оказание), а также передача имущественных прав (статьи 146 Кодекса).

Согласно пункту 2 статьи 153 Кодекса предусмотрено, что налоговая база от реализации товаров (работ, услуг), передачи имущественных прав определяется исходя из всех доходов налогоплательщика, связанных с расчетами по оплате указанных товаров (работ, услуг), имущественных прав, полученных ими в денежной или натуральной формах.

В силу пункта 1 статьи 154 Налогового кодекса Российской Федерации (в редакции, действующей в спорный период) налоговая база при реализации налогоплательщиком товаров (работ, услуг), если иное не предусмотрено настоящей статьей, определяется как стоимость этих товаров (работ, услуг), исчисленная исходя из цен, определяемых в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса.

 Из материалов дела следует, что Алиевым Ф.З.о. на основании договора купли-продажи от 12.01.2012 №1201, заключенного с ЗАО «Русская экспертная и морская сюрвейерская корпорация «РИМСКО», приобретено недвижимое имущество, расположенное по адресу: 

<

...>, в частности:

1. Сооружение - причальная набережная длиной 220,0 м (лит Г);

2. Подъездные железнодорожные пути общей длиной 483,0 м (лит Г2, ГЗ);

3. Сооружение - разгрузочно-комплектовочная площадка длиной 210,0 м (лит Г39);

4. Объект незавершенного строительства (готовность 23%), лит Г35.

 Общая сумма сделки составила 27 100 000 рублей, в том числе НДС в сумме 4 133 898,30 руб. Согласно пункту 1.1.1 договора купли - продажи от 12.01.2012 № 1201 указанное имущество, за исключением объекта незавершенного строительства (готовность 23%), находится под обременением ЗАО «Дальзавод - Терминал» по договору аренды недвижимого имущества от 01.04.2009. 

   Договор купли-продажи от 12.01.2012 №1201 зарегистрирован в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Приморскому краю от 14.03.2012.

   Алиев Ф.З.о. с момента образования, в период заключения сделки и далее являлся президентом ЗАО «Русская экспертная и морская сюрвейерская корпорация «РИМСКО» и единственным учредителем (доля в уставном капитале 100%).

  10.04.2012 между Алиевым Ф.З.о. и ЗАО «Дальзавод-Терминал» заключено соглашение от 10.04.2012 об изменении ранее заключенного и действующего договора аренды недвижимого имущества от 01.04.2009 в отношении этого же имущества, согласно которому наименование арендодателя ЗАО «Русская экспертная и морская сюрвейерская корпорация «РИМСКО» в лице Президента Алиева Ф.З.о. заменено на индивидуального предпринимателя  Алиева Ф.З.о., изменена сумма арендной платы и срок аренды. Согласно п.2.1 данного заключения ежемесячная арендная плата составила 750 000 руб.

     Указанное соглашение зарегистрировано Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Приморскому краю 22.06.2012 № 25-25-01/117-2012-185.

    Акт сдачи - приема к договору аренды недвижимого имущества о передаче Арендодателем Арендатору недвижимого имущества подписан двумя сторонами: ИП Алиевым Ф.З.о. и ЗАО «Дальзавод-Терминал».

     Также ИП Алиевым Ф.З.о. заключен с ЗАО «Дальзавод-Терминал» договор аренды недвижимого имущества от 10.04.2012 б/н на объект незавершенного строительства (готовностью 23%), в соответствии с которым за пользование данным имуществом установлена арендная плата в размере 250 ООО руб. в месяц. Договор зарегистрирован Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Приморскому краю 22.06.2012 № 25-25-01/117-2012-186.

   Материалами дела подтверждено, что и соглашение от 10.04.2012 об изменении договора аренды недвижимого имущества от 01.04.2009 и договор аренды от 10.04.2012 согласованы Президентом ЗАО «Дальзавод - Терминал» - ФИО8.

 Заявитель  в обоснование доводов о неиспользовании объектов в предпринимательских целях по тексту заявления и  в ходе рассмотрения дела ссылался на  получение  денежные средства в сумме 2 250 000 рублей по дополнительному соглашению от 10.04.2012, оцениваемому сторонами как мнимая сделка,  заключенному между ИП Алиевым Ф.З.о. и ЗАО «Дальзавод - Терминал», к договору аренды от 01.04.2009, как задатка за ФИО8 по предварительному договору купли - продажи имущества, которая возвращена ФИО8 в день подписания договора купли - продажи недвижимого имущества от 16.07.2012 № 01/07. При этом заявитель ссылался на решение Ленинского районного суда г. Владивостока Приморского края от 25.09.2015 по делу № 2-6228/2015, которым рассматриваемое дополнительное соглашение от 10.04.2012 признано недействительным (ничтожным) как заключенное с целью прикрытия частичного исполнения договора купли-продажи объектов недвижимости, то есть являлась притворной сделкой. 

По апелляционной жалобе налогового органа определением Судебной коллегии по гражданским делам Приморского края  от 16.12.2015 г. по делу №33-11533/15 решение Ленинского районного суда г. Владивостока от 25.09.2015 года отменено, в удовлетворении исковых требований Алиеву Ф.З.О. к ЗАО «Дальзавод- Терминал» о признании дополнительного соглашения от 10.04.2012 к договору аренды недвижимого имущества от 1.04.2009 года, заключенного между Алиевым Ф.З.О. и ЗАО «Дальзавод- Терминал», недействительной (ничтожной) сделкой отказано. 

Судебной коллегией  по тексту  определения от 16.12.2015 отражено, что дополнительное соглашение от 10.04.2012, заключенное между Алиевым Ф.З.О. и ЗАО «Дальзавод-Терминал» соответствует форме и содержанию, предъявляемой гражданским законодательством к сделкам по аренде. Данное соглашение зарегистрировано в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Приморскому краю. Сторонами составлены акты по факту оказания услуг по аренде имущества (данные документы были представлены налоговым органом в материалы дела при рассмотрении) ИП Алиевым Ф.З.О были выставлены счета на оплату за аренду имущества. ЗАО «Дальзавод -Терминал» произвело оплату по указанным счетам, что подтверждается выпиской из кредитного учреждения, доход в сумме 3816048,00 отражен в книге учета доходов Алиева Ф.З.О за 2012 (все документы представлены инспекцией в суде первой инстанции). Судебная коллегия также указала на то обстоятельство, что доказательств того, что ЗАО «Дальзавод -Терминал» не использовало спорное имущество в период с 10.04.202 по 16.07.2012 в своей деятельности в материалы дела ни истцом ни ответчиком не представлено, доводы истца о производстве предпродажной подготовке объектов судебная коллегия нашла не состоятельными и голословными. Судебная коллегия пришла к выводу, подтвержденному материалами дела, что сделка фактически исполнялась и была исполнена. Давая оценку доводам Алиева Ф.З.о., что с момента приобретения спорного имущества он не мог им распоряжаться как собственник из-за наличия договора аренды от 01.04.2009 и представленной переписке о расторжении данного договора между Алиевым Ф.З.О и ФИО8, судебная коллегия приняла во внимание то, что являясь Президентом ЗАО «Русская Экспертная и Морская Сюрвейерская корпорация «РИМСКО», лицом заключившим от имени указанного юридического лица договор аренды, Алиев Ф.З.О. знал, что приобретенное им имущество находится в аренде. Проявляя определенную степень заботливости и осмотрительности, истец должен был знать положения части 1 ст.617 ГК РФ относительно перехода права собственности на сданное в аренду имущество и последствия такого перехода.

Давая оценку действиям Алиева Ф.З.О., связанным с предъявлением иска, судебная коллегия нашла обоснованными доводы апелляционной жалобы налоговой инспекции о том, что подача искового заявления связана с результатами проведенной в отношении ИП Алиева Ф.З.О. выездной налоговой проверки 26.06.2015, в ходе которой выявлена неуплата налогов, пени, штрафов, поскольку не в полной мере отражены доходы от предпринимательской деятельности от продажи и сдачи в аренду имущества, в том числе спорного.

Кроме того соглашаясь с данными доводами судебная коллегия усмотрела в действиях истца злоупотребление своим правом, поскольку после совершения сделки 10.04.2012 никаких претензий истец не предъявлял до 17.08.2015 и обратился в суд с иском после проведения налоговой проверки и имеет целью минимизацию налоговых обязательств.

Рассмотрев дело, судебная коллегия пришла к выводу, что из условий спорного дополнительного соглашения от 10.04.2012  не следует, что оно направлено на прикрытие иной сделки, отличной от договора аренды, основания для квалификации спорного дополнительного соглашения в качестве притворной сделки отсутствуют, материалами дела подтверждено, что сделка фактически исполнялась и была исполнена. Как условия договора, так и действия сторон по их исполнению свидетельствуют о том, что воля сторон направлена на возникновение правоотношений именно по аренде недвижимого имущества, цель сделки по аренд недвижимого имущества была сторонами достигнута; ЗАО «Дальзавол-Терминал» приняло в аренду недвижимое имущество и использовало его, а ИП Алиев Ф.З.о. получил обусловленную договором арендную плату.

Учитывая изложенное, дополнительное соглашение от 10.04.2012 признано действительной сделкой.

Доказательств прекращения договора аренды на стадии приобретения имущества Алиевым Ф.З.о и его дальнейшего использования, о передаче арендатором недвижимого имущества арендодателю в связи с прекращением договора аренды, нет. При этом, в сопроводительном письме от 29.01.2015 №017 ЗАО «Дальзавод-Терминал» указало, что иных документов, касающихся деятельности ИП Алиева Ф.З.о. за период с 01.01.2012 по 31.12.2013 не имеется, соответственно, иных документов об ином использовании имущества сторонами договора аренды нет. 

Таким образом, при покупке спорного имущества у ЗАО «Русская экспертная и морская сюрвейерская компания «РИМСКО» по договору от 12.01.2012 №1201 Алиеву Ф.З.о. как субъекту, в лице которого совпадает как покупатель, так и руководитель организации-продавца, было достоверно известно о наложенном обременении в виде долгосрочной аренды, так как налогоплательщик на тот момент  являлся бессменным исполнительным органом (Президентом) организации ( в том числе и на момент заключения договора аренды от 01.04.2009 между ЗАО «Римско» и ЗАО «Дальзавод-Терминал»), при этом Заявитель имел представление о назначении приобретаемых объектов и фактически  использовал объекты в соответствии с их непосредственным назначением.

   По своему функциональному назначению спорные объекты недвижимости (сооружения - причальная набережная, разгрузочно-комплектовочная площадка, подъездные железнодорожные пути, объект незавершенного строительства) предназначены именно для использования в предпринимательской деятельности, не предназначены и не могут быть  использованы для личного, бытового  или семейного пользования.

     В ходе проверки  налоговым органом подтверждено, в том числе выписками по расчетному счету ИП Алиева Ф.З.о., актами выполненных работ, получение заявителем в 2012 году ежемесячно в период с апреля по сентябрь 2012 дохода от сдачи в аренду указанной нежилой недвижимости в общем размере 3 750 000 руб., который отражен предпринимателем в книге учета доходов индивидуального предпринимателя, применяющего упрощенную систем    у налогообложения, и в налоговой декларации по УСН за 2012 год.

   Согласно ответу ФГБУ «Администрация морских портов Приморского края и Восточной Арктики» от 09.09.2015 № 18-1/4801 спорное имущество - причальная набережная, расположенная по адресу: 

<

...> - представляет из себя конструкцию из массивной кладки протяженностью 218,7 метров. Арендатором причала является ЗАО «Дальзавод-Терминал», которое использовало данное имущество по назначению - переработка генгрузов, металлоизделий, контейнеров, автотехники, рефгрузов, строительных материалов. Одновременно Администрация порта подтвердила, что приказ о выводе причала из эксплуатации на время ремонтных работ, а также распоряжение о запрете постановки судов к причалу не издавались. В период с 01.04.2012 по 31.07.2012 производилась швартовка судов к причалу. Указанные обстоятельства подтверждают доводы об использовании причалов и спорного имущества в производственной деятельности, отсусвии факта неиспользования (консервации, ремонта, предпродажной или какой-либо иной подготовки или манипуляций, не связанных с его испотзование в обычной хозяйственной деятлеьности).

   При этом ЗАО «Дальзавод-Терминал» выдана  лицензия серии МТ 

<

...> на осуществление погрузо - разгрузочной деятельности применительно к опасным грузам в морских портах, выданную 31.10.2007, адрес места осуществления лицензируемого вида деятельности: 

<

...>, что свидетельствует о возможности ЗАО «Дальзавод-Терминал» осуществлять данный вид деятельности исключительно по адресу: ул. Дальзаводская, 2, то есть только по месту нахождения полученного в аренду от заявителя имущества.

 16.07.2012 между Алиевым Ф.З.о. и ФИО8 заключен договор купли-продажи  указанных объектов недвижимого имущества, согласно которого поименованное имущество принадлежит Продавцу Алиеву Ф.З.о. на праве собственности на основании договора купли-продажи имущества от 12.01.2012 №1201, что подтверждается соответствующими свидетельствами о государственной регистрации права от 14.03.2012, выданными Управлением Росреестра по Приморскому краю на каждый поименованный объект.

Вместе с тем, на момент заключения данного договора (п. 1.3) указанное имущество обременено правом долгосрочной аренды, принадлежащим ЗАО «Дальзавод-Терминал», Президентом которого является ФИО8.

Общая стоимость имущества по договору от 16.07.2012 № 01/07 составляет 488 550 000 руб., которая по условиям названного договора (п.3.2.1) вносится Покупателем на расчетный счет Продавца в период с 01.08.2012 по 31.07.2020 ежемесячно равными долями не позднее последнего рабочего дня каждого месяца по 5 089 062 руб.

  Согласно выписки из лицевого счета Алиева Ф.З.о. на лицевой счет Алиева Ф.З.о. от ФИО8 по договору купли - продажи имущества от 16.07.2012 № 01/07 поступили денежные средства в 2012 году в размере 86 514 054 руб., в 2013 году - 402 035 946 руб.

   Заявитель представил в налоговый орган налоговые декларации по форме 3-НДФЛ за 2012 (представлена 25.04.2013) и 2013 (уточненная декларация представлена 15.06.2015 после окончания налоговой проверки), в которых отразил суммы дохода по данным сделкам, полученные им как физическим лицом, в том числе в 2012 году в размере 86 514 054 руб. от ФИО8 и 20 000 000 руб. от ООО «СОЛЛЕРС-Дальний Восток» и в 2013 году - 402 035 946 руб. от ФИО8. Сумма НДФЛ в указанных декларациях определена Алиевым Ф.З.О. в размере за 2012 год в общей сумме 10 436 849 руб., в том числе по имуществу, реализованному ФИО8, 7 799 552 руб., а также ООО «СОЛЛЕРС-Дальний Восток» - 2 600 000 руб., за 2013 год - исчислен налог к уплате в сумме 52 264 673 руб.

Также в рамках заключенного договора от 01.11.2012 №114-11/12 Алиевым Ф.З.о. (Продавец) реализовано недвижимое имущество ООО «СОЛЛЕРС -Дальний Восток» (Покупатель) на сумму 20 000 000 руб., оплата за которое согласно выписке банка о движении денежных средств на расчетный счет физического лица Алиева Ф.З.о. поступила 19.11.2012 на сумму 20 000 000 руб.

Таким образом, материалами дела подтверждено приобретение Алиевым Ф.З.о. спорного имущества и фактическое его  использование  в предпринимательских целях.

Отсутствие в договорах от 12.01.2012 №1201 с ЗАО «РИМСКО» на приобретение имущества и договоре  от 16.07.2012 №01/07 с ФИО8 на продажу этого имущества указания статуса Алиева Ф.З.о. как индивидуального предпринимателя на выводы о неиспользовании этого имущества в предпринимательских целях заявителя не влияет, учитывая, что спорные объекты недвижимости (причальная набережная, подъездные железнодорожные пути, разгрузочно-комплектовочная площадка, объект незавершенного строительства) исходя из своей специфики по своему функциональному назначению предназначены только для использования в предпринимательской деятельности и фактически только в этих целях и использовались, в том числе арендатором.  Не имеет значения также и то обстоятельство, на какой именно лицевой счет были перечислены денежные средства, причитающиеся за реализованные объекты недвижимого имущества.

Кроме того, необходимо отметить, что отсутствие в договорах указания на статус индивидуального предпринимателя не влечет автоматической характеристики таких сделок как сделок, совершенных физическим лицом.

Факт регистрации права собственности объекта недвижимости на физическое лицо не свидетельствует о том, что приобретение данного объекта было произведено в личных целях, а не в рамках предпринимательской деятельности. Право собственности на объект недвижимости регистрируется за гражданином независимо от наличия у него статуса индивидуального предпринимателя в соответствии с пунктом 2 статьи 212 Гражданского кодекса РФ и статьей 5 Федерального закона от 21.07.1997 № 122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним".

Гражданским законодательством право гражданина иметь в собственности имущество не поставлено в зависимость от наличия или отсутствия у гражданина статуса индивидуального предпринимателя.

Данный вывод согласуется с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 17.12.1996 N 20-П, согласно которой имущество физического лица юридически не разграничивается на имущество, используемое в предпринимательской деятельности, и имущество, используемое в личных целях.

Доводы заявителя в рассматриваемой части фактически не изменяют существо возникших правоотношений, так как реализованный предпринимателем объект недвижимости принадлежал ему на праве собственности и использовался с целью получения дохода, что, также свидетельствует о приобретении объекта недвижимости не в личных целях, а с целью последующего извлечения дохода.

Налогоплательщиком не было представлено доказательств возможности использование реализованного им имущества в иных целях, помимо осуществления предпринимательской деятельности.

При этом факт использования имущества именно для личных целей, как и факт использования для целей предпринимательской деятельности подлежат доказыванию согласно положениям статьи 65 АПК РФ.

Между тем, в материалах дела имеются лишь доказательства, подтверждающие, что спорное имущество использовалось заявителем исключительно для цели систематического получения прибыли, в то время как доказательств, свидетельствующих об обратном, налогоплательщиком в материалы дела не представлено.

Следовательно, ведение предпринимательской деятельности связано с хозяйственными рисками, в связи с чем, для отнесения деятельности к предпринимательской существенное значение имеет не факт получения прибыли, а направленность действий предпринимателя на ее получение. 

Согласно пункту 1 статьи 23 Гражданского кодекса РФ гражданин вправе заниматься предпринимательской деятельностью без образования юридического лица с момента государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя.

Пунктом 4 статьи 23 Гражданского кодекса РФ определено, что гражданин, осуществляющий предпринимательскую деятельность без образования юридического лица с нарушением требований пункта 1 статьи 23 Гражданского кодекса РФ не вправе ссылаться в отношении заключенных им при этом сделок на то, что он не является предпринимателем.

Таким образом, в соответствии с гражданским законодательством Российской Федерации предпринимательской деятельностью, признается, в том числе деятельность, имеющая признаки, указанные в статье 2 Гражданского кодекса РФ.

В силу условий п. 1 ст. 39 Налогового кодекса Российской Федерации реализацией товаров, работ или услуг организацией или индивидуальным предпринимателем признается соответственно передача на возмездной основе (в том числе обмен товарами, работами или услугами) права собственности на товары, результатов выполненных работ одним лицом для другого лица, возмездное оказание услуг одним лицом другому лицу, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, передача права собственности на товары, результатов выполненных работ одним лицом для другого лица, оказание услуг одним лицом другому лицу - на безвозмездной основе.

Под условия, предусмотренные п. 2 ст. 39 НК РФ реализация ИП Алиевым Ф.З.о. принадлежащего ему на праве собственности недвижимого имущества не подпадает.

Согласно п. 1 ст. 346.15 НК РФ налогоплательщики при определении объекта налогообложения учитывают следующие доходы:

доходы от реализации, определяемые в соответствии со статьей 249 настоящего Кодекса;

внереализационные доходы, определяемые в соответствии со статьей 250 настоящего Кодекса.

В соответствии с п. 1 ст. 249 НК РФ в целях главы 25 Кодекса доходом от реализации признаются выручка от реализации товаров (работ, услуг) как собственного производства, так и ранее приобретенных, выручка от реализации имущественных прав.

Выручка от реализации определяется исходя из всех поступлений, связанных с расчетами за реализованные товары (работы, услуги) или имущественные права, выраженные в денежной и (или) натуральной формах. В зависимости от выбранного налогоплательщиком метода признания доходов и расходов поступления, связанные с расчетами за реализованные товары (работы, услуги) или имущественные права, признаются для целей настоящей главы в соответствии со статьей 271 или статьей 273 настоящего Кодекса (п. 2 ст. 249 НК РФ).

Реализация ИП Алиевым Ф.З.о. нежилых объектов недвижимости, под условия п. 1.1 ст. 346.15 Налогового кодекса Российской Федерации не подпадает.

Учитывая установленный факт получения индивидуальным предпринимателем выручки в связи с продажей указанных объектов, руководствуясь положениями пункта 1 статьи 39, пункта 1 статьи 249, пункта 1 статьи 346.15 Налогового кодекса Российской Федерации, такой доход подлежит налогообложению в рамках применения упрощенной системы налогообложения.

Таким образом, учитывая, что спорные объекты недвижимого имущества по своему функциональному назначению предназначены для использования в предпринимательской деятельности, а также установив факт предоставления их в аренду ЗАО «Дальзавод-Терминал» и получение заявителем выручки в связи с их продажей, налоговый орган пришел к обоснованному выводу, что доходы, полученные Алиевым Ф.З.о. от реализации принадлежащих ему на праве собственности объектов  недвижимого  имущества,  ранее  использовавшихся  в  предпринимательской деятельности, на основании положений пункта 1 статьи 39, пункта 1 статьи 249, пункта 1 статьи 346.15 НК РФ должны быть учтены в составе доходов при формировании налоговой базы по УСН.

Вышеприведенные обстоятельства, установленные в ходе мероприятий налогового контроля свидетельствуют о превышении налогоплательщиком в 3 квартале 2012 года, предельного размера дохода, установленного п.4 ст. 346.13 НК РФ, и, как следствие, об утрате ИП Алиевым Ф.З.О. права на применение УСН и возникновения у заявителя обязанности с 01.07.2012 исчислить и уплатить налоги по общей системе налогообложения, в том числен  НДФЛ и НДС.

В связи с изложенным начисления НДФЛ и НДС за 2012-2013гг. в связи с утратой предпринимателем  права на применение УСН начиная с 3 кв. 2012г. судом признаны обоснованными.

Ссылка заявителя на тот факт, что спорное имущество принадлежало индивидуальному предпринимателю на праве собственности и находилось в совместной собственности с супругой, не принимается во внимание судом, поскольку не влияет на квалификацию доходов заявителя для целей налогообложения в рассматриваемой ситуации.

Мотивируя заявленную позицию, заявитель ссылается на положения ст. 34,35 Семейного кодекса РФ, статью 253 Гражданского кодекса РФ, подпункт 1 п. 1 статьи 220 НК РФ, регламентирующую порядок налогообложения имущества, находящегося в общей долевой или общей совместной собственности.

Указанную позицию  суд расценивает как несостоятельную ввиду того, что при определении налоговых обязательств непосредственному применению подлежат нормы налогового законодательства, а не иных отраслей права.

Согласно ст. 34 Семейного кодекса РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие).

Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов, внесены денежные средства.

В соответствии с пунктами 1, 2 ст. 253 Гражданского кодекса РФ участники совместной собственности, если иное не предусмотрено соглашением между ними, сообща владеют и пользуются общим имуществом. Распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом.

Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 2.11.2006 г., N 444-О разъяснил, что режим совместной собственности предполагает наличие, в том числе у супругов, равных прав владения, пользования и распоряжения общим имуществом.

Следовательно, суд полагает, что доход, полученный от распоряжения имуществом, находящимся в общей совместной собственности, является общим доходом супругов, на каждого из супругов приходится доход в равных долях, если иное не установлено брачным договором или иным соглашением супругов.

В силу п. 1 ст. 33 Семейного кодекса РФ законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности. Законный режим имущества супругов действует, если брачным договором не установлено иное.

По мнению суда, по смыслу указанных норм Семейного кодекса РФ под совместно нажитым имуществом понимается имущество, которое в полном объеме поступило в собственность супругов и которым они могут фактически распоряжаться, то есть это имущество после уплаты всех необходимых обязательных платежей и сборов.

В рассматриваемом случае при налогообложении дохода определяющее значение имеет характер использования имущества (Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 14.07.2011 N 1017-О-О, от 22.03.2012 N 407-О-О).

В соответствии с абз. 3 п. 1 ст. 2 Гражданского кодекса Российской Федерации предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке.

В Определении Конституционного Суда РФ от 14.07.2011 N 1017-О-О выражена позиция, согласно которой абзацем четвертым подпункта 1 пункта 1 статьи 220 Налогового кодекса Российской Федерации определен случай, когда налогооблагаемая база не может быть уменьшена по общим правилам указанного подпункта, что связано с особенностями налогообложения индивидуальных предпринимателей. В случае получения индивидуальными предпринимателями доходов от продажи принадлежащего им на праве собственности имущества, которое использовалось в предпринимательской деятельности, они не могут уменьшить налоговую базу по налогу на доходы физических лиц в порядке реализации права на имущественный налоговый вычет. Равным образом в этом случае у них отсутствует возможность воспользоваться правом на уменьшение суммы облагаемых налогом доходов на сумму фактически произведенных и документально подтвержденных расходов, связанных с получением этих доходов, в порядке подпункта 1 пункта 1 статьи 220 Налогового кодекса Российской Федерации. Следовательно, определяющее значение в указанных случаях имеет характер использования имущества, а не его гражданско-правовой статус (находится ли оно в общей совместной собственности или нет). 

Согласие супруги при отчуждении имущества также свидетельством того, что имущество принадлежит супруге, а не самому предпринимателю, также не является.

В соответствии с п. 3 ст. 35 Семейного кодекса РФ для совершения одним из супругов сделки по распоряжению недвижимостью и сделки, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга.

Согласно пункту 2 статьи 17 Закона №122-ФЗ в установленных законодательством Российской Федерации случаях на государственную регистрацию могут представляться дополнительные документы, необходимые для государственной регистрации, в частности: нотариально удостоверенное согласие супруга для совершения одним из супругов сделки по распоряжению совместно нажитой недвижимостью и сделки, требующей нотариального удостоверения или государственной регистрации (п. 3 ст. 35 Семейного кодекса РФ).

Таким образом, согласие супруги заявителя на отчуждение недвижимого имущества являлось необходимым условием для государственной регистрации перехода права собственности от Алиева Ф.З.о. к ФИО8, и на выводы об использовании заявителем имущества в своей предпринимательской деятельности и реализации этого имущества с той же целью, на выводы о доначислении НДФЛ и НДС от реализации имущества заявителя не влияет.

Доводы заявителя о том, что спорное имущество полностью принадлежало супруге ФИО1 г. на основании  заключенного супругами  ФИО9 от 14.03.2012 о разделе имущества, согласно которому все спорное имущество  (причальная набережная, подъездные железнодорожные пути, разгрузочно-комплектовочная площадка, объект незавершенного строительства) является собственностью ФИО1 к.,  что,  по мнению заявителя, подтверждено решением Ленинского районного суда г. Владивостока Приморского края от 21.09.2015 по делу № 2-6434/2015, судом также отклонены.

Как следует из материалов дела, Соглашение представлено налоговому органу только в качестве приложения к возражениям на акт проверки, регистрация ФИО9 и, соответственно, переход права собственности в установленном Федеральным законом от 21.07.19987 №122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним»  порядке совершена не была, имущество было приобретено Алиевым Ф.З.о. и использовалось только им в течение всего срока владения им этим имуществом с отражением доходов от полученной арендной платы, при этом за ФИО1 к. имущество зарегистрировано не было, ФИО1 к. распоряжения этим имуществом не производила, денежные средства при расчетах за аренду этого имущества не получала, денежные средства при расчетах за проданное имущество не получала, в доходах при подаче декларации по форме 3-НДФЛ за 2012,2013гг. суммы поступлений от продажи имущества не отражала.

Все представленные в дело документы и материалы, в том числе по приобретению, сдаче в аренду, получении дохода от аренды, продаже имущества,  подтверждают то обстоятельство, что представленное соглашение о разделе имущества супругов от 14.03.2012 года не повлекло изменения режима распоряжения спорным имуществом ИП Алиева Ф.З.О. и использования его им в предпринимательской деятельности.

Ссылки заявителя  в обоснование доводов о том, что имущество принадлежало только ФИО1 к., на решение Ленинского районного суда г. Владивостока Приморского края от 21.09.2015 по делу № 2-6434/2015, которым удовлетворены требования ФИО1 к к Алиеву Ф.З.о о взыскании  неосновательного обогащения  в сумме 488 550 000руб., которые представляют собой денежные средства по оплате ФИО8 продажи имущества по договору купли-продажи от 16.07.2012 №01/07, которые в период действии ФИО9 от 14.03.2012 о разделе имущества супругов не были переданы Алиевым Ф.З.о. ФИО1 к.., суд отклоняет.

Признавая приведенные доводы заявителя не подтверждающими принадлежность имущества ФИО1 к., суд исходит из  того, что решением Первомайского районного суда г.Владивостока от 07.07.2016 по делу №33-10114 по иску  ИФНС по Первомайскому району г.Владивостока признано недействительным  Соглашение от 14.03.2012 о разделе имущества  супругов как ничтожная сделка на основании п.1 ст.170 Гражданского кодекса РФ.

 Определением судебной коллегии по гражданским делам Приморского краевого суда от 26.09.2016 решение суда первой инстанции оставлено в силу.

При рассмотрении апелляционных жалоб Алиева Ф.З.о. и ФИО1 к. судебная коллегия  отметила, что 21.05.2012 ФИО1 к в Республике Кипр оформила согласие своему супругу Алиеву Ф.З.о. на распоряжение поименованным в Соглашении имуществом, подтвердив, что определенный законом режим общей собственности на имущество, приобретенное в браке, брачным контрактом или решением суда между ними не изменен. Алиев Ф.З.о, действуя как физическое лицо, 16.07.2012 продал указанное в Соглашении имущество ФИО8 за 488 550 000руб.. Из материалов гражданского дела №2-6434/15 по иску ФИО1 к к Алиеву Ф.З.о. о взыскании неосновательного обогащения усматривается, что решением Ленинского районного суда г.Владивостока от 21.09.2015 с Алиева Ф.З.о в пользу ФИО1 к на основании признания иска ответчиком взыскано неосновательное обогащение в размере 488 550 000руб. и расходы по оплате госпошлины. При этом исполнительный лист не выдавался, дело сдано в архив 17.12.2015. Судебная коллегия пришла к выводу, что, признавая Соглашение о разделе имущества супругов мнимой сделкой, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что соглашение от 14.03.2012 оформлено без намерения создать соответствующие правовые последствия, так как определенный законом режим общей совместной собственности на имущество, приобретенное в браке, фактически не изменен; имущество, переданное в личную собственность жене, впоследствии продано мужем третьему лицу без доверенности от имени жены, с ее согласия, с указанием на то,      что режим совместной собственности супругами не изменялся.

Применение последствий недействительной сделки отличаются от последствий признания сделки ничтожной. Такое правовое регулирование обусловлено характером соответствующих сделок как ничтожных, которые недействительны с момента совершения независимо от признания их таковыми судом (п. 1 ст. 166 ГК РФ), а значит, не имеют юридической силы, не создают каких-либо прав и обязанностей как для сторон по сделке, так и для третьих лиц. 

В соответствии с п.1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, т.е. сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать правовые последствия. Мнимая (ничтожная) сделка считается недействительной с момента ее совершения с независимо от признания ее таковой судом, она может быть признана недействительной лишь с момента ее совершения в связи с тем, что ничтожная сделка не порождает юридических последствий. 

Из приведенной нормы следует, что для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Поскольку Соглашение о разделе имущества супругов признано ничтожной сделки по признакам мнимости, соответственно, данная сделка не порождает никаких правовых последствий с момента ее заключения,  а также, принимая во внимание все приведенные обстоятельства владения, пользования и распоряжения спорным имуществом, суд признает, что изложенные обстоятельства согласуются с выводами о получении дохода от реализации имущества, используемого в предпринимательской деятельности, самим Алиевым Ф.З.о, при этом доход подлежит учету и отражению в период совершения хозяйственной операции – в момент получения дохода от реализации имущества.

В связи с изложенным доводы заявителя о том, что  в связи с признанием ФИО9 о разделе имущества супругов мнимой сделкой у Алиева Ф.З.о обязанность по отражению полученных доходов от реализации имущества ФИО8 у АлиеваФ.З.о.  возникла только после вступления в законную силу решения Первомайского районного суда, т.е. 26.09.2016, являются несостоятельными, поскольку полученные доходы подлежат учету в общеустановленном порядке, то есть в момент их фактического получения.

Ссылки заявителя о том, что  в рамках заключенного ФИО9 о разделе имущества супругов Алиевым Ф.З.о произведено частичное перечисление денежных средств, полученных от продажи имущества, в общей сумме 31 427 262руб., о чем представлены аффидавиты жены ФИО1 к, сына и дочери заявителя, заявления о переводе денежных средств, суд также основанием для вывода о получении дохода не заявителем, а супругой, либо о перечислении супруге части полученных средств от реализации имущества, не признает, поскольку указанные заявления на перевод не подтверждают перечисление  в рамках ФИО9, назначением платежа указано либо средства на текущие расходы, либо перевод для супруги.

  Кроме этого, отсутствие произведенных оплат в рамках перечисления средств ФИО1 к в результате продажи спорного имущества подтверждено также и тем, что  при рассмотрении дела №2-6434/2015  в  Ленинском районном суде г.Владивостока Приморского края о взыскании неосновательного обогащения супруга Алиева Ф.З.о. обратилась с иском о взыскании с ФИО1 к   всей суммы полученных за реализованные  объекты недвижимости по договору от16.07.2012 ФИО8  средств, а именно 488 550 000 руб.

На странице 3,4 решения суда  от 21.09.2015 указано, что на момент рассмотрения дела в суде ответчик денежные средства, полученные от реализации вышеуказанного личного имущества не передал, доказательств обратного суду не представлено, кроме того, представителем ответчика в судебном заседании исковые требования были признаны в полном объеме. Представленные арбитражному суду аффидавиты и банковские поручения о перечислении денежных средств ФИО1 к. и их общим детям датированы июлем, августом, октябрем, декабрем 2012 (один платеж датирован октябрем 2016),  то есть до состоявшегося судебного акта, что полностью противоречит решению суда от 21.09.2015 и установленным при его рассмотрении обстоятельствам.

Также и входе рассмотрения дела № 2-1483/2016 по иску налогового органа  о признании ФИО9 о разделе имущества между супругами от 14.03.2012 недействительным  ни Алиевым Ф.З.о., ни ФИО1 к. довод о  фактической частичной выплате денежных средств по Соглашению не заявлялся.

Учитывая изложенное, при отсутствии иных документов, позволяющих предположить иное,  суд относится к представленным заявлениям на перевод и пояснениям супруги заявителя и детей в аффидавитах о получении перечисленных денежных средств в рамках ФИО9 за реализованное имущество, критически, полагая, что перечисленные денежные переводы в сумме 31 427 262 руб., и 245,000 долларов США, 10,867,50 Английских фунтов подлежат квалификации  как  выплаты денежного содержания супруги и общих детей, а не как доходы от реализации недвижимого имущества, полученные на основании ФИО9 между супругами от 14.03.2012.

  Доводы заявителя о том, что доход от реализации имущества в сумме 488 550 000руб.  у предпринимателя отсутствует ввиду обязанности по определению Арбитражного суда от 14.09.2016 по деду №А51-31080/2012   по возврату покупателем Алиевым Ф.З.о в адрес продавца ЗАО «РИМСКО» 488 550 000руб. стоимости рассматриваемого имущества ввиду признания недействительной сделки купли-продажи от 12.01.2012 №12-01, суд признает несостоятельными.

Определением Арбитражного суда Приморского края от 14.09.2016 по делу № А51-31080/2012 19666/2016 признан недействительным договор купли - продажи от 12.01.2012 № 12-01 недвижимого имущества, заключенный между ЗАО «РИМСКО» (продавец)  и Алиевым Ф.З.о. (покупатель).

В порядке применения последствий недействительной сделки судом определено  взыскать с Алиева Ф.З.о. в пользу ЗАО «РИМСКО» 488 550 000 рублей основного долга. 

В то же время, сделка по продаже имущества между Алиевым Ф.З.о и ФИО8 от 16.07.2016 недействительной не признана, под сомнение не поставлена, предметом рассмотрения судом не была, исполнена сторонами, в связи с чем оснований считать не полученными доходы от реализации имущества Алиевым Ф.З.о нет, согласно выписки лицевого счета Алиева Ф.З.о. на лицевой счет заявителя от ФИО8 по договору купли - продажи имущества от 16.07.2012 № 01/07 поступили денежные средства в 2012 году в размере 86 514 054 руб., в 2013 году - 402 035 946 руб..

Как указано выше, основания и последствия признания сделок ничтожными и недействительными различны, при этом в данном случае заявитель ошибочно полагает сделку признанной ничтожной, в то время как определением суда от 14.09.2016 договор купли-продажи  от 12.01.2012 признан недействительной сделкой  как оспоримой на основании п.1 ст.61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве)

Согласно пункта 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.

В п. 1 ст. 168 ГК РФ закреплено, что за исключением случаев, предусмотренных п. 2 данной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Договор от 12.01.2012 №12-01 признан недействительным в силу признания его  таковым судом.

При этом суд, признавая сделку недействительной, исходил из совокупности обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку судом установлено, что в результате заключения договора купли-продажи имущества от 12.01.2012 № 12-01 ЗАО «РИМСКО» реализовано спорное имущество Алиеву Ф.З.о. на общую сумму 27 100 000 рублей, а Алиев Ф.З.о. в свою очередь спорное имущество реализовал ФИО8 по договору купли-продажи от 16.07.2012 № 07/07 за 488 550 000 руб. Суд пришел к выводу, что цена сделки, совершенной в результате заключения должником договора купли -продажи имущества от 12.01.2012 № 12-01 с Алиевым Ф.З.о. существенно в худшую сторону отличается от цены по договору купли-продажи от 16.07.2012 01/07, заключенного с ФИО8, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки в отношении аналогичного имущества.

Суд, установив совокупность обстоятельств, пришел к выводу о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки (п.2 ст. 167 ГК РФ, п 1 статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве), о том, что отчуждение имущества по заниженной цене в преддверии банкротства ЗАО «РИМСКО» фактически направлено на уменьшение конкурсной массы.

Последствием признания данной сделки недействительной в судебном порядке  являются  предусмотренные статьей 61.6. Закона о банкротстве меры, согласно которой все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения. 

По пояснениям Алиева Ф.З.о. до момента рассмотрения настоящего дела денежные средства в установленном судом размере в адрес ЗАО «РИМСКО» не перечислены, что предопределяет вывод о том, что хозяйственная операция по возврату денежных средств Алиевым Ф.З.о не произведена, соответственно, оснований считать совершенной реституцию по признанной недействительной сделке нет.

При этом суд полагает, что возврат денежных средств по определению суда от 14.09.2019 в адрес ЗАО «РИМСКО» никак не может повлиять на объем обязательств налогоплательщика по операциям, совершенным в период 2012-2013гг., в которых подлежали учету доход от иной сделки, законность которой не оспорена, под сомнение не поставлена, недействительной не признана.

Утверждения заявителя о том, что сумма полученного в 2012-2013гг. сводится к нулю в связи с необходимостью возврата предпринимателем в адрес ЗАО «РИМСКО» 488 550 000руб. признаны основанными на ошибочном понимании требований налогового законодательства, поскольку операции по получению доходов и совершению расходной операции по возврату денежных средств относятся как к разным основаниям возникновения, так и к разным периодам.

При этом ссылки заявителя о возможном внесении в связи с возвратом денежных средств изменений в налоговые декларации 2012-2013гг. также следует признать ошибочными.

 Пунктом 3 статьи 44 НК РФ предусмотрено, что обязанность налогоплательщика по уплате налогов прекращается, в частности, с возникновением обстоятельств, с которыми законодательство о налогах и (или) сборах связывает прекращение обязанности по уплате данного налога.

В соответствии с п. 1 ст. 54 НК РФ налогоплательщики исчисляют налоговую базу по итогам каждого налогового периода на основе данных регистров бухгалтерского учета и (или) на основе иных документально подтвержденных данных об объектах, подлежащих налогообложению либо связанных с налогообложением.

По смыслу пункта 1 статьи 54 НК РФ налоговые последствия влекут не сами  гражданско-правовые сделки, а совершаемые во исполнение этих сделок финансово-хозяйственные операции, отражаемые в бухгалтерском учете. При этом налогообложению подвергается финансовый результат, формируемый по итогам налогового (отчетного) периода на основе данных регистров бухгалтерского учета, в том числе совокупности совершенных в этом периоде названных операций (Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 17.11.2011 N 148, п.9).

На основании пункта 1 статьи 81 НК РФ налогоплательщик обязан внести необходимые изменения в налоговую декларацию и представить в налоговый орган уточненную налоговую декларацию при обнаружении в поданной им в налоговый орган налоговой декларации факта не отражения или неполноты отражения сведений, а также ошибок, приводящих к занижению суммы налога, подлежащей уплате.

Ошибки (искажения) в исчислении налоговой базы - это неправильное исчисление налоговой базы по причине неверного истолкования норм налогового законодательства, счетных (арифметических) ошибок и т.п.

Тот факт, что налогоплательщик не предвидел и не мог предвидеть признание сделки по купле-продаже имущества у ЗАО «РИМСКО» недействительной в будущем, ошибкой при заполнении налоговой декларации не является.

Признание недействительным договора купли-продажи от 12.01.2012 № 12-01 в  сентябре 2016 года не означает, что в 2012 и 2013 году налогоплательщик допустил ошибки (искажения) в исчислении налоговой базы по налогам, поскольку налоговый учет основан на последовательном и систематизированном учете всех фактов хозяйственной жизни, на основе совершаемых хозяйственных операций и  имеющихся документов.

Перечисление (выплата, взыскание) в будущем в рамках гражданско-правовой сделки суммы неосновательного обогащения, определенной судом, не может изменять положения налогового законодательства и влиять на обязанности участников отношений, регулируемых законодательством о налогах и сборах, которые совершены  в прошлом и должны быть учтены также в период совершения этих операций.

Следует также учитывать, что данные подлежащие выплате расходы вытекают из факта признания в сентябре 2016  судом договора купли-продажи недействительным, соответственно, расходы по вышеназванному факту могут быть отнесены к периоду их фактического совершения и отражения данной операции в учете налогоплательщика, но не к прошлым периодам, поскольку таких фактов (собственно несения расходов) в прошедшие периоды нет.

Будущее взыскание (или выплата Алиевым Ф.З.о самостоятельно) с Алиева Ф.З.о. в пользу ЗАО «РИМСКО» сумм неосновательного обогащения по договору купли-продажи недвижимого имущества от 12.01.2012 № 02-01 обладает признаками самостоятельной хозяйственной операции, а связанные с такой выплатой расходы ИП. Алиева Ф.З.о. необходимо отразить в налоговом учете не ранее  фактическая оплата установленных судом сумм и в периоде выплаты.

Указанный вывод согласуется с Определением Верховного суда Российской Федерации от 12 декабря 2014 года N 305-ЭС14-5077.

Также в Определении ВС РФ от 26.03.2015 N 305-КГ15-965 подтверждена обязанность формировать доходы, связанные с реализацией товаров в периоде их фактической реализации, несмотря на то что впоследствии договоры были признаны недействительными. Все последующие изменения стоимости или количества (объемов) совершенных в соответствующем налоговом или отчетном периоде хозяйственных операций, в том числе в виде возврата товара, непринятия части работ (услуг) или оспаривания сделки, на основании которой была произведена хозяйственная операция, подлежат учету налогоплательщиком как новые факты (события) хозяйственной жизни в

Учитывая изложенное, доводы заявителя об отсутствии доходов от продажи имущества вследствие необходимости выплаты в будущем этой же сумму в адрес продавца ЗАО «РИМСКО» ошибочны и отношения к периодам получения доходов в 2012-2013гг. не имеют.

Доводы заявителя о том, что ввиду признания сделки купли-продажи от 12.01.12 недействительной, Алиев Ф.З.о также должен возвратить в адрес ЗАО «РИМСКО» все полученные доходы от сдачи в аренду имущества в сумме 3 750 000руб. на основании пункта 1 статьи 303 ГК РФ, суд отклоняет по этим же основаниям, поскольку возможный возврат денежных средств за аренду будет относиться к будущим периодам, в которых эти  операции и подлежит учету и отношения к  налоговым обязательствам 2012-2013гг. отношения  не имеют.

По аналогичным основаниям отклонены доводы заявителя о наличии у ЗАО «РИМСКО» встречных денежных обязательств перед Алиевым Ф.З.о ( кредиторская задолженность ЗАО «РИМСКО» перед Алиевым Ф.З.о, в подтверждение чего заявитель представил акты сверок и  документы в судебных заседаниях  06.04.2017 и 14.04.2017), как  подлежащие учету в целях налогообложения только в период совершения манипуляций с указанной задолженностью между сторонами, соответственно, к объектам налогообложения периодов 2012-2013гг не имеют.

   Все иные начисления сумм налогов, обусловленные иными основаниями, судом не рассматриваются по существу начислений, поскольку, как указано выше, заявитель по существу их не оспаривает, основанием требований заявил исключительно выводы инспекции относительно реализации недвижимого имущества ФИО8 по договору от 16.07.2012 №01/07, что явилось поводом для   признания утраченным права на применение УСН с 3 кв. 2012, оспаривает решение инспекции в полном объеме, в том числе и по иным эпизодам,  исключительно в том смысле, что в случае признании незаконными рассматриваемых выводов инспекции по реализации имущества право предпринимателя на УСН сохраниться, соответственно, иные основания начислений также начислений НДФЛ и НДС, соответствующих пени и штрафов не повлекут.

 Учитывая изложенные обстоятельства, суд считает, что решение инспекции от 25.09.2015 № 09/09дсп соответствует действующему налоговому законодательству, не нарушает права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской деятельности, в связи с чем требование предпринимателя удовлетворению не подлежит.

На основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд относит на заявителя расходы по уплате государственной пошлины.

Государственная пошлина в размере 9000 рублей подлежит возврату заявителю на основании подпункта 1 пункта 1 статьи 333.40 НК РФ как излишне уплаченная за рассмотрение заявлений о принятии обеспечительных мер, поскольку действующее законодательство не предусматривает обязанности по уплате государственной пошлины при подаче ходатайств о приостановлении исполнения решения государственного органа, органа местного самоуправления, иного органа, должностного лица по части 3 статьи 199 АПК РФ (пункт 29 постановления Пленума ВАС РФ от 11.07.2014 № 46).

Руководствуясь статьями 97, 110, 167-170, 201  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

В удовлетворении заявленных индивидуальным предпринимателем Алиевым Ф.З-о. требований признать недействительным решение ИФНС России по Первомайскому району по г.Владивостока от 25.09.2015 №09/09дсп «О  привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, отказать.

Возвратить индивидуальному предпринимателю Алиеву Фазил Забид-оглы из федерального бюджета 9000 (девять тысяч) рублей государственной пошлины за подачу заявлений об обеспечении иска, из которой в сумме 3000руб. излишне уплаченной  чеком-ордером от 11.02.2016 (идентификатор операции 426501, номер операции 3673441) через филиал ПАО «Сбербанк России» Приморское отделение  в г.Владивосток,  , в сумме 3000руб. излишне уплаченной  чеком-ордером от 15.02.2016 (идентификатор операции 356621, номер операции 2214979) через филиал  ПАО «Сбербанк России»  Приморское отделение в г.Владивосток, в сумме 3000руб. излишне уплаченной  чеком-ордером от 18.02.2016 (идентификатор операции 281829, номер операции 675535) через филиал  ПАО «Сбербанк России»  Приморское отделение в г.Владивосток.   

Справку на возврат госпошлины выдать после вступления решения в законную силу. 

Отменить действие мер по обеспечению заявления, принятых по определению Арбитражного суда Приморского края от 19.02.2016, с момента вступления решения в законную силу.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения апелляционной инстанции.

Судья           Ю.А. Тимофеева.