АРБИТРАЖНЫЙ СУД ГОРОДА СЕВАСТОПОЛЯ

Л. Павличенко ул., д. 5, Севастополь, 299011, www.sevastopol.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Арбитражный суд города Севастополя в составе председательствующего судьи Смолякова А.Ю., при составлении протокола судебного заседания помощником судьи Хлебинской Е.Г., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску 

Общества  с ограниченной ответственностью «ЦЕХ», ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, Севастополь, 

к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Севастополя «Медицинский информационно-аналитический центр», ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, Севастополь, 

о признании сделки недействительной,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: Департамент здравоохранения города Севастополя, ООО «Решение», ОГРН 

<

***>, Санкт-Петербург, ЗАО «Витакор», ОГРН 

<

***>, Акционерное общество "ОРАКЛ КОМПЬЮТЕРНОЕ ОБОРУДОВАНИЕ", ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, г. Москва,

при участии в судебном заседании представителей от истца – Общества  с ограниченной ответственностью «ЦЕХ» –  ФИО1 (генеральный директор), ФИО2 (доверенность от 24.12.2018),  ФИО3 (доверенность от 10.01.2019), от ответчика – Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Севастополя «Медицинский информационно-аналитический центр» – ФИО4 (доверенность от 28.01.2019 № И-19-01-28/04), ФИО5 (доверенность от 14.01.2019 № И-19-01-14/01), от третьего лица – ЗАО «Витакор» – ФИО6 (доверенность от 26.04.2019), в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного разбирательства, установил следующее.

Общество с ограниченной ответственностью «ЦЕХ» (далее – общество) обратилось в Арбитражный суд города Севастополя с иском к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Севастополя «Медицинский информационно-аналитический центр» (далее –учреждение) о признании недействительной односторонней сделки по расторжению гражданско-правового договора от 21.09.2018 № 174200002018000208_315278.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ООО «Решение», ЗАО «Витакор», Департамент здравоохранения города Севастополя, Акционерное общество "ОРАКЛ КОМПЬЮТЕРНОЕ ОБОРУДОВАНИЕ". 

В судебном заседании представитель истца поддержал заявленные требования в полном объеме, в обоснование своих доводов пояснил, что отсутствовало необходимое содействие заказчика, в том числе в части обеспечения необходимыми исходными данными для интеграции систем.

Ответчик против удовлетворения исковых требований возражал, в обоснование своих доводов пояснил, что истец уклоняется от выполнения требований контракта и действующего законодательства и предоставления результата работ, соответствующего условиям контракта и действующему законодательству, в том числе ограничениям, обусловленным спецификой региона.

Представитель третьего лица ЗАО «Витакор» дал пояснения по существу заданных вопросов.

Суд, изучив материалы дела, выслушав пояснения лиц, участвующих в деле,  и оценив представленные доказательства, по существу заявленных требований приходит к следующему.   

Как видно из материалов дела, учреждение (заказчик) и общество (подрядчик) заключили государственный контракт  от 21.09.2018 № 12109 на выполнение работ по созданию специализированного программного обеспечения организации работы стационаров и государственных бюджетных учреждений здравоохранения города Севастополя.

Согласно п. 1.1 контракта подрядчик обязался выполнить вышеописанные работы.

В соответствии с п. 3.1 контракта срок выполнения работ не позднее 10.12.2018.

Стоимость контракта 3 500 000 руб. без НДС (п. 2.1 контракта).

Работы должны быть выполнены в соответствии с Техническим заданием (п. 1.1 и п 3.1 контракта).

Согласно п. 5.1 Технического задания предусмотрена поэтапная сдача работ.

Работы первого этапа, установленные Техническим заданием, выполнены и приняты заказчиком по акту выполненных работ.

Результаты работ второго этапа, установленного Техническим заданием, переданы заказчику, однако работы им приняты не были (Акт оказанных услуг от 11.10.2018).

Как установлено судом, основанием для отказа в принятии выполненных работ явились: поставка системы управления базами данных ORACLE, не внесённой в Единый реестр российских программ для электронных вычислительных машин и баз данных; отсутствие сведений о порядке интеграции с другими информационными системами.

В соответствии с п. 2 Постановления Правительства РФ от 16.11.2015 № 1236 (ред. от 30.03.2019) "Об установлении запрета на допуск программного обеспечения, происходящего из иностранных государств, для целей осуществления закупок для обеспечения государственных и муниципальных нужд" установлен запрет на допуск программ для электронных вычислительных машин и баз данных, реализуемых независимо от вида договора на материальном носителе и (или) в электронном виде по каналам связи, происходящих из иностранных государств для целей осуществления закупок для обеспечения государственных и муниципальных нужд.

Из содержания названных норм законодательства следует, что при осуществлении закупок для обеспечения государственных нужд установлен прямой запрет на допуск программ для электронных вычислительных машин и баз данных, происходящих из иностранных государств.

При этом суд не может согласиться с обоснованностью доводов представителей истца о том, что названные ограничения на поставляемый в рамках контракта продукт не распространяются.

Так, медицинская информационная система «Ариадна», поставляемая в рамках контракта, зарегистрирована в Едином реестре российских программ для электронных вычислительных машин и баз данных под № 2957 (класс ПО: Системы управления процессами организации; Информационные системы для решения специфических отраслевых задач.

Однако, согласно п.п. «а» п. 7 Постановления Правительства РФ от 16.11.2015 № 1236 Министерству связи и массовых коммуникаций Российской Федерации надлежало утвердить классификатор программ для электронных вычислительных машин и баз данных (далее – Классификатор), содержащий указание на функциональные, технические и (или) эксплуатационные характеристики, по которым определяется соответствие программного обеспечения классу программного обеспечения, по каждому классу программного обеспечения, предусмотренному классификатором, а также указание на соответствие классов программного обеспечения кодам Общероссийского классификатора продукции по видам экономической деятельности.

Во исполнении названных требований утвержден классификатор программ для электронных вычислительных машин и баз данных (приказ Министерства связи и массовых коммуникаций Российской Федерации от 31.12.2015 № 621)

Из структуры данного классификатора следует, что сведения в него вносятся в соответствующий раздел в зависимости от класса программы для ЭВМ или базы данных.

МИС «Ариадна» зарегистрирована в Едином реестре российских программ для электронных вычислительных машин и баз данных, при этом ее класс установлен, как: Системы управления процессами организации (п. 4.6 Классификатора); информационные системы для решения специфических отраслевых задач (п. 4.8 Классификатора).

В то время как класс Системы управления базами данных соответствует п. 2.5 Классификатора.

В соответствии с п. 8 положения об Экспертном совете по российскому программному обеспечению при Министерстве связи и массовых коммуникаций Российской Федерации, утвержденным приказом от 30.12.2015 № 615, действовавшим на момент изучения МИС «Ариадна» Экспертный совет формирует и актуализирует информационную таблицу соответствия программного обеспечения, происходящего из иностранных государств, классам программного обеспечения, предусмотренным классификатором.

Таким образом, Экспертный совет при принятии решения о включении программного обеспечения в Единый реестр российских программ для электронных вычислительных машин и баз данных, либо о невключении, проверяет его на соответствие заявленного класса соответствующему классу, указанному в классификаторе.

Таким образом, соответствие заявленных классов МИС «Ариадна», классам п. 4.6 и 4.8 Классификатора явилось достаточным основанием для регистрации названного программного продукта в Едином реестре российских программ для электронных вычислительных машин и баз данных.

Следовательно, соблюдения требований, установленных Постановлением Правительства РФ от 16.11.2015 № 1236 программное обеспечение, содержащее в себе модуль системы управления базы данных, должно быть зарегистрировано в реестре программ, в том числе и как класс «система управления базами данных», чего в рассматриваемом случае сделано не было.

Кроме того, модуль СУБД ORACLE в составе поставляемого программного обеспечения поставлялся в отсутствие заключенного между правообладателем и конечным пользователем лицензионного договора, что не соответствует нормам гражданского законодательства.

Так, правоотношения, связанные с использованием базы данных регулируются главой 70 Гражданского кодекса Российской Федерации. В соответствии с пунктом 2 статьи 1270 правообладателю принадлежит исключительное право, распространяющееся, в том числе, на воспроизведение и распространение произведения. Правомерное использование базы данных третьими лицами возможно лишь на основе договоров.

К аналогичным выводам пришли должностные лица федерального института промышленной собственности, являющегося структурным подразделением Роспатента (письмо от 22.04.2019).

Доводы представителей истца о том, что между правообладателем СУБД ORACLE и правообладателем МИС «АРИАДНА» заключены соответствующие лицензионные договоры, указанное не опровергают, так как в адрес суда не представлено доказательств того, что ответчику в рамках исполнения контракта представлялся лицензионный договор на право использования СУБД ORACLE.

Согласно п. 4.2 Технического задания реализация технических, программных, организационных и иных решений, не должна приводить к нарушению авторских и смежных прав третьих лиц, включая права на модификацию действующего у Заказчика ПО при его доработке.

Кроме того, в п. 1.6.2 Технического задания перечислены нормативные правовые акты и другие документы, в соответствии с которыми должны осуществляться проектирование и разработка Системы.

В п. 18 Методических рекомендаций по обеспечению функциональных возможностей медицинских информационных систем медицинских организаций (МИС МО), утвержденных Министром здравоохранения РФ ФИО7 01.02.2016 г. (п.п. 1 п. 1.6.2 Технического задания) указано, что МИС МО должна обеспечивать лицензионную чистоту по отношению к любым требующимся ей для функционирования внешним программным средствам. При поставке МИС МО заказчику из спецификации поставки МИС МО по требованию Заказчика внешние программные средства могут быть исключены (например, в случае наличия лицензии на эти программные средства у Заказчика).

Используемые при проектировании, разработке, развертывании, тестировании и вводе в эксплуатацию МИС МО инструменты разработки программного обеспечения и СУБД должны быть лицензированы и сертифицированы на территории Российской Федерации для работы в используемых режимах.

Отсутствие вышеописанного лицензионного договора не может отвечать требованиям п. 1.6.2 и п. 4.2 Технического задания, так как при сложившихся обстоятельствах возможны притязания третьих лиц (правообладателей).

Кроме того, в соответствии с письмом ООО «Решение» от 22 ноября 2018 г. № 354 в качестве сервера баз данных была использована Oracle Database Express Edition, которая, имеет следующие ограничения: 3 подключаемых базы данных, 2 процессора для процессов переднего плана, 2 ГБ оперативной памяти (совместно с SGA и PGA), 12 ГБ пользовательских данных на диске (независимо от коэффициента сжатия), что противоречит требованиям п. 1.6.2 Технического задания контракта.

Так, согласно разделу 12 "Методические рекомендации по обеспечению функциональных возможностей медицинских информационных систем медицинских организаций (МИС МО)" (утв. Минздравом России 01.02.2016) МИС МО должна обладать свойствами приспособляемости и масштабируемости, заключающимися в возможности сохранения или повышения производительности при изменении условий эксплуатации, гибкости по отношению к изменениям, не связанным с коренным изменением нормативных документов, регулирующих деятельность МО.

Требования к приспособляемости МИС МО заключаются в обеспечении возможности ее работоспособности, в том числе, при изменении количества потребителей информации.

Ввиду того, что на поставляемом СУБД установлены ограничения – всего в 12 ГБ пользовательских данных на диске, то требования к приспосабливаемости, в части масштабируемости и ее работоспособность при изменении количества потребителей информации, неисполнимы.

Кроме того, из предназначения системы, являющейся объектом контракта, следует, что она создается для информационной поддержки процесса оказания медицинской помощи на уровне стационара и аптечного склада МО, включая ведение электронной медицинской карты пациента, а также информационного взаимодействия с медицинскими информационными системами следует, о значительности объема информации, предназначенной для хранения в ней.

В отсутствие договорных отношений между правообладателем СУБД и ответчиком отсутствует правовая возможность внесения каких-либо изменений в базу данных, в том числе и в части увеличения ее объема.

До заключения лицензионного соглашения конечный пользователь, в данном случае ответчик, не вправе использовать СУБД под угрозой привлечения к мерам ответственности.

Согласно п. 1 ст. 1235 ГК РФ лицензиат может использовать результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации только в пределах тех прав и теми способами, которые предусмотрены лицензионным договором.

Согласно п. 3 ст. 1237 ГК РФ использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации способом, не предусмотренным лицензионным договором, либо по прекращении действия такого договора, либо иным образом за пределами прав, предоставленных лицензиату по договору, влечет ответственность за нарушение исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации…

Согласно п. 53 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" применение к лицу, нарушившему интеллектуальные права на результаты интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, мер административной или уголовной ответственности не исключает возможности применения к этому же лицу мер защиты интеллектуальных прав в гражданско-правовом порядке.

Согласно п. 101 этого же Пленума право совершения в отношении программы для ЭВМ или базы данных действий, предусмотренных статьей 1280 ГК РФ, принадлежит только лицу, правомерно владеющему экземпляром такой программы для ЭВМ или базы данных (пользователю). Такое право у пользователя возникает в силу закона.

На основании вышеизложенного, правомерное использование СУБД возможно лишь на основании лицензионного договора, а за использование в отсутствии договора возможно применение мер административной и уголовной ответственности, а также гражданско-правовых.

Кроме того, из представленного лицензионного свидетельства № 18283 от 04.10.2018 на МИС «Ариадна» следует, что права и ограничения в отношении использования Программ устанавливаются лицензионными условиями компании «Решение».

Следовательно, при использовании программ на ответчика будут распространяться ограничения ООО «Решения», организации не являющейся стороной контракта.

Из чего следует, что при изменении лицензионных условий, ответчик обязан будет их исполнять, будь то ограничения для использования на определённой территории или объема, хранящийся информации и т.д., а неисполнение лицензионных условий может привести к обжалованию действий ответчика в гражданско-правовом порядке.

Договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей (ч. 1 ст. 420 ГК РФ).

В связи с чем суд приходит к выводам, что лицо, не являющееся стороной сделки, не вправе накладывать ограничения на права сторон такой сделки. Следовательно, лицензионное соглашение в существующем содержании не соответствует интересам сторон контракта.

По доводам относительно вопросам интеграции систем суд приходит к следующему.

Согласно п. 4.8 Технического задания система, в том числе должна быть интегрирована с ПО для ЭВМ «РМИС Витакор», установленном в МО города Севастополя.

Однако ответчик, обосновывая отказ в принятии второго этапа работ, предусмотренного контрактом, сослался на то обстоятельство, что на данном этапе истец обязан был предоставить сведения о том, каким - именно образом он планирует проводить интеграционные процессы.

С данными доводами ответчика согласиться нельзя.

В соответствии с Техническим заданием истец на стадии технического проектирования и создании Системы обязан был подготовить исчерпывающий перечень отчетных материалов, среди которых сведения по интеграции не значится.

Вместе с тем, в соответствии со п. 4.1.2 контракта заказчик вправе требовать предоставления информации, касающейся вопросов выполняемых Исполнителем Работ.

В связи с чем, требование ответчика о необходимости предоставления истцом сведений о порядке проведения планируемых интеграционных процессов, являются законными и обязательными к исполнению для истца, но не на основании требований Технического задания, а непосредственно на основании вышеизложенного пункта контракта.

Существенную необходимость предоставления данной информации представители ответчика обосновывают следующим.

Без понимания на стадии технического проектирования и создания системы того, каким образом и за счет, каких технических решений будут решены вопросы интеграции, отсутствует понимание возможности их реализации, в том числе и без причинения вреда уже существующей системе, в которую необходимо интегрироваться. Допустить к опытной эксплуатации интегрируемую систему без изучения специалистами схемы интеграции, не представляется возможным, так как неправильная интеграция может привести к ряду негативных последствий, в том числе и к потере или распространению персональных данных граждан, обращавшихся за медицинской помощью.

Представитель ЗАО «Витакор» (правообладатель системы с которой надлежало интегрироваться) подтвердила возможность наступления обозначенных негативных последствий.

Представители истца указанные доводы не опровергли, документов и сведений, свидетельствующих об обратном, не предоставили.

Распространение персональных данных граждан, обращавшихся за медицинской помощью противоречит требованиям Федеральных законов от 27.07.2006 N 152-ФЗ (ред. от 31.12.2017) "О персональных данных" и от 21.11.2011 N 323-ФЗ (ред. от 06.03.2019) "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации".

За распространение вышеуказанных сведений ответчик, как оператор их хранящий, может быть привлечен к различным видам ответственности.

В связи с чем требование о предоставлении сведений, о порядке проведения, планируемых интеграционных процессов являются обоснованным, а их не предоставление является существенным основанием для неприятия работ второго этапа контракта.

Из пояснений представителей истца и имеющейся в материалах дела переписки между ООО «ЦЕХ» и ГБУЗС «МИАЦ» следует, что по мнению истца, работы второго этапа им были выполнены в полном объеме, данным доводам оценка судом дана выше.

Невозможность исполнения третьего этапа работ истец обосновывает не предоставлением ответчиком, запрашиваемой у него информации.

При этом истец ссылается на содержание, заключенного контракта.

Так, согласно 4.2.5 контракта заказчик обязан передавать Исполнителю необходимую для выполнения Работ информацию.

В связи с чем истец неоднократно запрашивал информацию по вопросам интеграции.

Согласно письму ООО «ЦЕХ» от 08.11.2018 № 2/081118 истец просил предоставить исходную информацию, ранее запрошенную в Приложении № 1 письма № 1/191018 от 19.10.2018.

Вместе с тем, при изучении судом обозначенного письма установлено отсутствие в нем приложений.

С учетом этого суд принимает во внимание довод ответчика об отсутствии у него понимания относительно того, какая информация запрашивается.

Письмами от 16.11.2018 № 1/16118 от 22.11.2018 № 1/221118 у ответчика запрашивался протокол обмена с ПО для ЭВМ «РМИС ВИТАКОР», в связи с тем, что понятие протокол обмена является достаточно обширным, не представляется возможность индивидуализировать объект запрашиваемой информации.

В письме от 23.11.2018 № 1/231118 истец разъяснил, что ему необходимы сведения о по протоколу обмена данных модулей, либо доступ к данным. То есть, впервые истцом сформулирован запрос, испрашиваемой информации 23.11.2018 за 17 дней до истечения срока действия контракта, в то время, когда в Техническом задании на выполнение работ третьего этапа отведено 40 дней.

В письме от 07.12.2018 № И-18-12-07/03 ответчик пояснил, что не располагает сведениями по вопросам интеграции, в связи с чем не может предоставить, запрашиваемую информацию.

Более того, из пояснений представителей ответчика следует, что на протяжении всего действия контракта истцу разъяснялось, что для целей правильной интеграции ему необходимо обратиться к правообладателю интегрируемой системы.

Действительность сказанного представители истца подтвердили, пояснив при этом, что названное обстоятельство противоречит содержанию контракта.

Кроме того, из имеющихся в материалах дела документов следует, что ЗАО «ВИТАКОР» представило в адрес истца сведения по интеграционным профилям.

Однако истец мер к выполнению условий контакта, после представления необходимых сведений не предпринял, пояснив при этом, что представленных сведений для интеграции ему недостаточно. Вместе с тем о данных обстоятельствах ни правообладателя, ни ответчика не оповестил, самоустранившись от дальнейшего исполнения условий контакта.

Доводы истца о том, что ответчиком не были представлены обезличенные сведения из системы, в которую необходимо интегрироваться, в ходе рассмотрения дела нашли свое подтверждение, кроме того данные сведения ответчик обязан был предоставить (п. 4.2.5 контракта).

Однако суд приходит к выводам, что непредставление обозначенных сведений не могло повлиять на ход исполнения контракта.

Так, из пояснений представителя ЗАО «ВИТАКОР» следует, что при попытках интеграции с их системой, любым другим способом, кроме как через интеграционные профили, они как разработчики системы не могут гарантировать ее нормальной работы. В частности, разработчик не может гарантировать целостность, имеющейся в системе информации, корректное исправления ошибок и т.д.

Таким образом, в бездействии ответчика, выразившимся в непредставлении обезличенных сведений из системы, в которую необходимо интегрироваться и его же действиями по непринятию работ второго этапа, какая-либо связь отсутствует. Следовательно, названные обстоятельства не могли повлиять и не повлияли на правомерность принятия решения об отказе в приемке работ второго этапа, предусмотренного контрактом.

При таких обстоятельствах суд не находит оснований для удовлетворения заявленных исковых требований.

На основании изложенного суд, руководствуясь статьями 110, 167 – 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  

РЕШИЛ:

в удовлетворении иска отказать.

Решение суда вступает в законную силу по истечении месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) и может быть обжаловано через Арбитражный суд города Севастополя в Двадцать первый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия.      

Судья 

А.Ю. Смоляков