ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А75-12006/2018

03 июня 2024 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 24 мая 2024 года  Постановление изготовлено в полном объёме 03 июня 2024 года  

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Аристовой Е. В., судей Дубок О. В., Сафронова М. М., 

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания Тихоновой  К. А.,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный  номер 08АП-331/2024) ФИО1 на определение  от 12.12.2023 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры  по делу № А75-12006/2018 (судья Бетхер В. А.), вынесенное по результатам  рассмотрения заявления акционерного общества «Тюменский завод железобетонных  изделий № 1» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании с бывшего  руководителя должника ФИО1 убытков, при привлечении  к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего  самостоятельных требований относительно предмета спора, Межрайонной инспекции  Федеральной налоговой службы № 6 по Ханты-Мансийскому автономному округу –  Югре, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной  ответственность «Линтан-Л» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),  

при участии в судебном заседании представителя конкурсного управляющего  ООО «Линтан-Л» ФИО2 ФИО3 по доверенности  от 08.11.2023 (посредством системы веб-конференции),  

установил:

определением от 25.07.2019 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного  округа – Югры в отношении общества с ограниченной ответственностью «Линтан-Л»  (далее – ООО «Линтан-Л», должник) введена процедура наблюдения. Временным  управляющим должником утверждён член саморегулируемой организации  Некоммерческое партнерство «Центр финансового оздоровления предприятий  агропромышленного комплекса» ФИО2 (далее – управляющий).  

Решением от 15.01.2020 ООО «Линтан-Л» признано несостоятельным  (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство. Исполняющим  обязанности конкурсного управляющего назначен ФИО2 Определением суда  от 25.02.2020 конкурсным управляющим должником утверждён ФИО2  

В Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры 21.07.2023  (электронно через систему «Мой арбитр» 21.07.2023) поступило заявление  акционерного общества «Тюменский завод железобетонных изделий № 1» (далее –  АО «ТЗ ЖБИ-1») о взыскании с бывшего руководителя должника ФИО1 убытков в размере 11 602 510 руб. 09 коп.  

Определением от 12.12.2023 Ханты-Мансийского автономного округа – Югры  по делу А75-12006/2018 заявленные требования удовлетворены.  

ФИО1, обжалуя законность состоявшегося судебного акта, просит  в апелляционной жалобе его отменить, в удовлетворении заявления отказать.  Мотивируя свою позицию, апеллянт указывает на то, что суд первой инстанции  необоснованно отклонил довод ответчика о пропуске срока исковой давности.  

В связи с отсутствием на день рассмотрения апелляционной жалобы  председательствующего судьи Аристовой Е. В. по причине болезни, определениями  

от 28.03.2024, 25.04.2024 Восьмого арбитражного апелляционного суда рассмотрение  апелляционной жалобы в судебном заседании откладывалось.  

Управляющий в представленном суду апелляционной инстанции письменном  отзыве на апелляционную жалобу не согласился с доводами жалобы, просил  определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу –  без удовлетворения.  

Представитель управляющего в заседании суда апелляционной инстанции  высказался согласно отзыву на апелляционную жалобу.  

Учитывая надлежащее извещение иных лиц, участвующих в рассмотрении  обособленного спора, о времени и месте проведения судебного заседания,  апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие в соответствии с положениями  статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  (далее – АПК РФ).  

Рассмотрев апелляционную жалобу, отзыв на неё, материалы дела, заслушав  представителя управляющего, проверив законность и обоснованность обжалуемого  судебного акта, суд апелляционной инстанции установил следующее.  

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции,  определением от 23.07.2020 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного  округа – Югры по настоящему делу в реестр требований кредиторов ООО «Линтан-Л»  включено требование Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 6 по  Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре в размере 37 176 155 руб. 06 коп., в  том числе:  

- в составе второй очереди реестра сумма задолженности по страховым взносам  на обязательное пенсионное страхование в размере 1 594 791 руб. 47 коп., а также  недоимка по НДФЛ в размере 166 644 руб.;  

- в составе третьей очереди сумма основного долга в размере 23 812 209 руб.  50 коп., пени в размере 7 372 000 руб. 41 коп., штраф в размере 4 230 509 руб. 68 коп.  

Определение суда вступило в силу. 

Задолженность перед бюджетом в размере 33 774 534 руб. образовалась  в результате привлечения должника к ответственности за совершение налоговых  правонарушений, что подтверждается решением о привлечении к ответственности  за совершение налогового правонарушения от 14.03.2018 № 10-15/418.  

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Ханты-Мансийскому  автономному округу – Югре от 14.06.2018 № 07/15-09638 решение инспекции оставлено  без изменения.  

Судом первой инстанции установлено, что основанием для доначисления НДС,  соответствующих сумм пени, штрафа послужил вывод налогового органа  о неправомерном принятии налогоплательщиком к вычету сумм НДС  по взаимоотношениям с контрагентами ЗАО «Сибнефтегазстрой»,  ООО «Урал Снаб-Н», ООО «НСК-Монтаж», ООО «Арматех» без подтверждения  реальности осуществления хозяйственных операций.  

При этом все документы со стороны ООО «Линтан-Л»: договоры, акты, счета,  счета-фактуры, товарные накладные подписаны руководителем ФИО1  

Инспекцией установлено совершение ООО «Линтан-Л» налогового  правонарушения, в результате чего обществу начислены суммы налогов, пени и  штрафы, обоснованность которых подтверждена в судебном порядке.  

Согласно сведениям Единого государственного реестра юридических лиц  участниками и руководителями ООО «Линтан-Л» являлись:  

- руководитель общества в период с 18.12.2002 по 20.01.2020: ФИО1, 

- учредитель общества в период с 18.12.2002 по настоящие время: ФИО1  

Таким образом, нарушения совершены в период руководства ФИО1  и при его непосредственном участии.  

Разрешая спор, суд первой инстанции, исследовав и оценив представленные  в материалы дела доказательства в соответствии со статьёй 71 АПК РФ, установил, что  спорные доначисления пени и штрафов обусловлены созданием бывшим руководителем  ФИО1 соответствующей схемы фиктивного документооборота с  техническими организациями, намерением указанного лица получить необоснованную  

налоговую выгоду. Вследствие чего ООО «Линтан-Л» привлечено к ответственности за  налоговое правонарушение. Суд первой инстанции пришёл к выводу о наличии  оснований для удовлетворения требования о взыскании убытков. Суд первой инстанции  не согласился с доводами ответчика о пропуске заявителем срока исковой давности.  

Повторно рассмотрев материалы обособленного спора в пределах доводов  апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не установил оснований  для отмены или изменения определения в обжалуемой части.  

Согласно статье 61.20 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ  «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в случае введения  в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование  о возмещении должнику убытков, причинённых ему лицами, уполномоченными  выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического  лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе  учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую  возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению  арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам,  предусмотренным главой III.2 данного закона (пункт 1).  

Требование, предусмотренное пунктом 1 указанной статьи, в ходе любой  процедуры, применяемой в деле о банкротстве, может быть предъявлено от имени  должника его руководителем, учредителем (участником) должника, арбитражным  управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов  или комитета кредиторов, конкурсным кредитором, представителем работников  должника, работником или бывшим работником должника, перед которыми  у должника имеется задолженность, или уполномоченными органами (пункт 2).  

В пункте 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации (далее – ВАС РФ) от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных  вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что с даты  введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства  требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков,  причинённых арбитражным управляющим (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве),  а также о возмещении убытков, причинённых должнику – юридическому лицу его  органами (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее –  ГК РФ), статья 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах  с ограниченной ответственностью» (далее – Закон № 14-ФЗ) и т. д.), могут быть  предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве. Лица, в отношении  которых подано заявление о возмещении убытков, имеют права и несут обязанности  лиц, участвующих в деле о банкротстве, связанные с рассмотрением названного  заявления, включая право обжаловать судебные акты.  

На основании пункта 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного  правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено  выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого  им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены  коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета,  правления и т. п.).  

Пунктом 4 статьи 32 Закона № 14-ФЗ руководство текущей деятельностью  общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества  или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным  исполнительным органом общества. Исполнительные органы общества подотчётны  общему собранию участников общества и совету директоров (наблюдательному совету)  общества.  

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный  исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа  общества, а равно управляющий, несут ответственность перед обществом за убытки,  причинённые обществу их виновными действиями (бездействием), если иные  основания и размер ответственности не установлены федеральными законами (пункт 2  статьи 44 Закона № 44-ФЗ).  

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62  «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов  юридического лица» (далее – постановление № 62) лицо, входящее в состав органов  юридического лица (единоличный исполнительный орган – директор, генеральный  директор и т. д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая  организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного  предприятия, председатель кооператива и т. п.; члены коллегиального органа  юридического лица – члены совета директоров (наблюдательного совета)  или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного  общества, члены правления кооператива и т.п. обязано действовать в интересах  юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). В случае  нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его  учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление  соответствующего требования, должен возместить убытки, причинённые юридическому  лицу таким нарушением.  

Согласно пункту 2 постановления № 62 недобросовестность действий  (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:  1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами  аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе  при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим  лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была  заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном  законодательством порядке; 2) скрывал информацию о совершённой им сделке  от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке  в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были  включены в отчётность юридического лица) либо предоставлял участникам  юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей  сделки; 3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава  одобрения соответствующих органов юридического лица; 4) после прекращения своих  полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов,  касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия  для юридического лица; 5) знал или должен был знать о том, что его действия  (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица,  например, совершил сделку (голосовал за её одобрение) на заведомо невыгодных  для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство  лицом («фирмой-однодневкой» и т. п.).  

В силу пункта 4 постановления № 62 добросовестность и разумность  при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии  им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых  создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых  обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством.  В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой  ответственности (налоговой, административной и т. п.) по причине недобросовестного  и (или) неразумного поведения директора понесённые в результате этого убытки  юридического лица могут быть взысканы с директора.  

По делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие  у юридического лица убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ), а также наличие причинной  связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями.  Обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит  на привлекаемом к ответственности единоличном исполнительном органе (пункт 6  постановления № 62).  

В пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации  (далее – ВС РФ) от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением  контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее –  постановление № 53) разъяснено, что при решении вопроса о том, какие нормы  подлежат применению – общие положения о возмещении убытков (в том числе  статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности  

(статья 61.11 Закона о банкротстве), – суд в каждом конкретном случае оценивает,  насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица  (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно)  на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия  изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели  экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.  

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими  лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению  подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона  о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется  на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве. В  том случае, когда причинённый контролирующими лицами, указанными в статье 53.1  ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному  банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине  убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.  

Согласно пункту 5 постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7  «О применении судами некоторых положений ГК РФ ответственности за нарушение  обязательств» по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ кредитор представляет доказательства,  подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной  степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или  ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками.  Должник вправе предъявить возражения относительно размера причинённых кредитору  убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но  не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).  

По смыслу правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда  Российской Федерации от 29.06.2015 № 304-ЭС15-7871, убытки, причинённые  в результате действий (бездействия) руководителя должника, выразившихся  в систематическом уклонении от перечисления налогов, включают в себя суммы  штрафных санкций (пени и штраф).  

Как указал суд, в данном случае начисление санкций (пени и штрафы)  за налоговые правонарушения осуществлено уполномоченным органом на основании  соответствующего решения, которым установлено неправомерное поведение  ФИО1, то есть в период осуществления им полномочий директора (создание  фиктивного документооборота с номинальными юридическими лицами в целях  получения налоговой экономии), указанное влечёт возложение на бывшего  руководителя должника ответственности в виде взыскания убытков.  

Размер заявленных убытков спорным не является. Возражения ответчика основаны на пропуске срока исковой давности. 

Отклоняя довод апеллянта, о том, что судом первой инстанции необоснованно  не учтён довод ответчика о пропуске срока исковой давности, коллегия суда принимает  во внимание следующее.  

В силу статей 195, 196 ГК РФ исковой давностью признаётся срок для защиты  права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности  устанавливается в три года.  

На основании пункта 2 статьи 199 ГК РФ, пункта 15 постановления Пленума  ВС РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм  ГК РФ об исковой давности» истечение срока исковой давности является  самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.  

В соответствии с разъяснениями, изложенными в абзаце втором пункта 68  постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных  с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»,  поскольку требование о возмещении убытков, причинённых должнику членами его  органов и лицами, определяющими действия должника в силу прямого указания Закона  о банкротстве подаётся от имени должника, срок исковой давности исчисляется  с момента, когда должник, например, в лице нового директора, не связанного (прямо  или опосредованно) с допустившим нарушение директором, или арбитражного  управляющего, утверждённого после прекращения полномочий допустившего  

нарушение директора, получил реальную возможность узнать о допущенном бывшим  директором нарушении либо когда о нарушении узнал или должен был узнать  не связанный (прямо или опосредованно) с привлекаемым к ответственности  директором участник (учредитель), имевший возможность прекратить полномочия  директора, допустившего нарушение. При этом течение срока исковой давности  не может начаться ранее дня, когда названные лица узнали или должны были узнать  о том, кто является надлежащим ответчиком (например, фактическим директором)  (статья 200 ГК РФ).  

Аналогичное разъяснение также содержится в пункте 10 постановления № 62,  из которого следует, что в случаях, когда соответствующее требование о возмещении  убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется  не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице  нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда  о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший  возможность прекратить полномочия директора.  

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце втором пункта 1 постановления  Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых  вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской  Федерации об исковой давности», если иное не установлено законом, течение срока  исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало  или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего  права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права  (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).  

Применительно к рассматриваемой ситуации, дата начала течения срока исковой  давности обусловлена определением первого независимого руководителя должника;  первым независимым руководителем должника является арбитражный управляющий  ФИО2, утверждённый конкурсным управляющим решением суда от 15.01.2020.  

При этом ответчик полагает, что течение срока исковой давности должно  исчисляться не позднее, чем с даты получения арбитражным управляющим  ФИО2 С. решения налогового органа от 14.03.2018 № 10-15/418, то есть  не позднее 29.04.2020.  

По мнению ответчика, у кредитора АО «ТЗ ЖБИ-1» как у заявителя  по делу о банкротстве также имелась реальная возможность ознакомиться не только  с решением суда от 04.02.2019 по делу № А75-9934/2018 на сайте арбитражного суда  не позднее февраля – августа 2019 года (период, исчисляемый с даты вынесения  судебного решения и с даты включения требований кредитора в РТК), но и  непосредственно с решением инспекции от 14.03.2018 № 10-15/418 не позднее апреля  2020 года, в том числе путём запроса у конкурсного управляющего.  

Поскольку заявление кредитора о взыскании убытков в конкурсную массу  поступило в суд 21.07.2023, срок исковой давности пропущен.  

Управляющий, возражая против пропуска срока на обращение в суд, указывает  на момент включения требований налогового органа в размере 37 176 155 руб. 06 коп. в  реестр требований кредиторов (определение суда от 23.07.2020), соответственно,  с 24.07.2020 кредиторам, в частности ООО «Линтан-Л», стало известно о нарушении их  прав, поскольку реестр требований кредиторов должника увеличился на сумму  требования Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 6  по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре.  

Отклоняя доводы апеллянта, коллегия суда исходит из следующего. 

По смыслу и содержанию статьи 2 Закона о банкротстве целью конкурсного  производства является последовательное и эффективное проведение мероприятий  по получению наибольшей выручки от реализации имущества должника, максимальное  наполнение конкурсной массы для соразмерного удовлетворения требований  кредиторов должника (определения ВС РФ от 27.12.2018 № 305-ЭС17-4004(2),  от 11.02.2019 № 305-ЭС16-20779(32)).  

Для реализации этой цели Закон о банкротстве предоставил кредиторам и  уполномоченным органам, требования которых не были удовлетворены за счёт  имущества должника-банкрота, иные вспомогательные правовые средства, в том числе  

возможность получить удовлетворение за счёт имущества лиц, контролировавших  должника (определение ВС РФ от 17.03.2021 № 302-ЭС20-20755).  

Согласно правовой позиции ВС РФ, изложенной в определении от 28.09.2023   № 306-ЭС20-15413(3), в рамках дела о банкротстве кредиторы, арбитражный  управляющий наделяются правом на предъявление контролирующему лицу требования  о возмещении убытков по корпоративным основаниям (статья 61.20 Закона  о банкротстве). В этом случае возложение ответственности также обусловлено грубым  нарушением контролирующим лицом обязанности действовать добросовестно и  разумно в отношении подконтрольного общества, повлекшим за собой уменьшение его  имущественной массы (статья 53.1 ГК РФ, статья 71 Федерального закона от 26.12.1995   № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», статья 44 Федерального закона от 08.02.1998   № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).  

Иск о привлечении к ответственности по корпоративным основаниям кредитор,  арбитражный управляющий подают в силу закона от имени самого должника (пункт 2  статьи 61.20 Закона о банкротстве), который выступает прямым выгодоприобретателем  по этому иску. Поэтому цена данного иска не ограничена размером требований  кредиторов. Она определяется по правилам статей 15, 393 ГК РФ и равна сумме всех  убытков, причинённых контролирующим лицом подконтрольной организации.  

Невозможность удовлетворения требований кредиторов из-за действий  (бездействия) контролирующего лица, как правило, обусловлена причинением крупных  убытков подконтрольной организации. Возможны и ситуации, при которых должник  после расчётов с кредиторами, сохранил бы часть своих активов, если бы его  деятельность не сопровождалась неправильным управлением со стороны  контролирующего лица. При таких обстоятельствах применительно к ликвидации  должника через процедуру конкурсного производства убытки, причинённые  контролирующим лицом, в конечном счёте, ложатся как на кредиторов (в части суммы  непогашенных требований), лишая их возможности получить удовлетворение за счёт  конкурсной массы, так и на акционеров, участников должника, собственника его  имущества (в остальной части), нарушая их право на получение ликвидационной квоты  (пункт 8 статьи 63 ГК РФ). В таком случае, если контролирующее лицо ранее уже было  привлечено к субсидиарной ответственности, требование о возмещении им же убытков  удовлетворяется в части, не покрытой размером этой субсидиарной ответственности  (пункт 6 статьи 61.20 Закона о банкротстве).  

С учётом вышеизложенного, в рассматриваемой ситуации срок исковой давности  на момент предъявления настоящего требования истёк, поскольку течение такого срока  обусловлено как возникновением права на обращение за судебной защитой, так и  осведомлённостью (объективным её наличии) о допущенном контролирующим  должника лицом нарушении, подтверждённом решением налогового органа.  

Между тем, отказав в признании обоснованным заявления ответчика о пропуске  срока исковой давности, суд первой инстанции принял законный и обоснованный  судебный акт.  

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 1 постановления Пленума  ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I  части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», поведение одной  из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии  обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается  очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного  поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение  обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже  если стороны на них не ссылались.  

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд  в зависимости от обстоятельств дела и с учётом характера и последствий такого  поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а  также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной  стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2  статьи 10 ГК РФ).  

По смыслу положений статьи 10 ГК РФ при рассмотрении конкретного дела суд  может отказать в применении исковой давности, если установит, что ответчик, заявляя о  пропуске исковой давности злоупотребляет правом (с учётом правовой позиции,  приведённой в постановлении Президиума ВАС РФ от 22.11.2011 № 17912/09).  

Как указал суд, спорные доначисления пени и штрафов обусловлены созданием  бывшим руководителем ФИО1 соответствующей схемы фиктивного  документооборота с техническими организациями, намерением указанного лица  получить необоснованную налоговую выгоду, в связи с чем оценил заявление ответчика  о пропуске срока исковой давности как злоупотребление правом и отказал  в судебной защите.  

Вышепостановленные выводы суда являются верными; основания предоставления  ответчику судебной защиты в ситуации очевидного недобросовестного его поведения  отсутствуют.  

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не нашли своего подтверждения  при её рассмотрении, по существу сводятся к переоценке законных и обоснованных,  по мнению суда апелляционной инстанции, выводов суда первой инстанции,  не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного  акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо  опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом  апелляционной инстанции несостоятельными и не влекущими отмену либо изменение  обжалуемого судебного акта.  

Нормы материального права применены арбитражным судом первой инстанции  правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4  статьи 270 АПК РФ в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом  апелляционной инстанции не установлено.  

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит. 

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьёй 271 АПК РФ, Восьмой  арбитражный апелляционный суд  

постановил:

определение от 12.12.2023 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа  – Югры по делу № А75-12006/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу –  без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть  обжаловано путём подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно- Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления.  

Настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа и подписан  усиленными квалифицированными электронными подписями судей, направляется  лицам, участвующим в деле, согласно статье 177 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации посредством его размещения на официальном сайте  арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в режиме  ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.  

Информация о движении дела может быть получена путём использования сервиса  «Картотека арбитражных дел» http://kad.arbitr.ru в информационно-телекоммуникационной сети Интернет.  

Председательствующий Е. В. Аристова  

Судьи О. В. Дубок 

 М. М. Сафронов