ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тула                                                                                                      Дело № А09-2016/2021

Резолютивная часть постановления объявлена   21.06.2022 

Постановление изготовлено в полном объеме    21.06.2022 

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего  Капустиной Л.А., судей Дайнеко М.М. и Селивончика А.Г.,  при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, в отсутствие лиц, участвующих в деле,  рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Брянский государственный аграрный университет» (с. Кокино Выгоничского района Брянской области, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)  на решение Арбитражного суда Брянской области от 28.03.2022 по делу № А09-2016/2021 (судья Прудникова М.С.), 

 

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Мега-II» (г. Брянск, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) (далее – общество) обратилось в Арбитражный суд Брянской области с исковым заявлением к Федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Брянский государственный аграрный университет» (далее – учреждение) о взыскании  неосновательного обогащения в виде стоимости выполненных работ в размере 216 914 рублей.

До рассмотрения спора по существу истец, в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, уточнил исковые требования, уменьшив   их размер  до 183 228 рублей 67 копеек. Судом уточнение принято. 

Решением суда от  28.03.2022 исковые требования удовлетворены. 

В апелляционной жалобе  учреждение   просит решение отменить,  в удовлетворении исковых требований отказать.  Оспаривая судебный акт, заявитель выражает несогласие с выводом суда о том, что электронная переписка  подтверждает факт согласования спорных работ.  Указывает, что в соответствии с требованиями Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее Закон №  44-ФЗ) ответчик, являясь бюджетным  учреждением, вправе осуществлять закупки товаров, работ и услуг только в порядке, установленном названным Законом. Отмечает, что соответствующий договор на выполнение спорных работ между сторонами заключен не был, у ответчика перед истцом не возникло никакого обязательства в силу договора либо вследствие неосновательного обогащения. Сообщает, что в настоящем случае произошло дробление работ, идентичных по своему содержанию условиям ранее  заключенного сторонами государственного  контракта. 

В отзыве общество  просит решение оставить без  изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Указывает, что  факт  выполнения работ и наличия его результата подтверждается  заключением судебной экспертизы, назначенной по ходатайству самого ответчика.  Выражает согласие с выводом суда о том, что необходимость выполнения  работ была обусловлена  требованиями Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» и Федерального  закона от 29.12.2012 № 273-ФЗ «Об образовании» ввиду подготовки учреждения  к началу нового  учебного года. Сообщает, что  при проведении экспертного осмотра не возникло  затруднений с идентификацией  работ, включенных истцом  в  акт приемки  и их отграничением  от работ, выполненных  по государственному контракту  от 29.06.2020 и договорам строительного подряда от 05.08.2020 и от 18.11.2020. Отмечает, что техническое задание к контракту было составлено  наспех, непосредственно перед проведением аукциона с тем, чтобы успеть выполнить работы к началу учебного года; именно ответчик являлся инициатором в выстраивании отношений сторон: первоначально внесение изменений в     контрактную документацию,  разграничение работ по контракту с иными работами, фиксации первой части выполненных работ соглашением  расторжении контракта, дробление оставшихся работ  на части, каждая из которых не превышает  600 000  рублей. Обращает внимание на то, что, вопреки позиции учреждения,    источником финансирования, согласно аукционной документации, являются  средства ответчика.

Лица, участвующие в деле,  извещенные надлежащим образом о времени и месте его  рассмотрения, в том числе путем размещения информации о движении дела в сети Интернет, в суд представителей не направили. Судебное  заседание проводилось  в их    отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266  Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации. Заявленное  истцом  ходатайство  о  рассмотрении дела без участия его  представителя удовлетворено судебной  коллегией на основании статей 41, 159, 266 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации. 

Изучив материалы дела и доводы жалобы, Двадцатый арбитражный апелляционный суд считает, что жалоба не подлежит удовлетворению. 

Как видно из материалов дела,  29.06.2020 между учреждением (заказчик) и обществом (подрядчик) заключен государственный контракт ИКЗ № 20132080024532080100100690694339244, по условиям которого подрядчик обязался по заданию заказчика, в объеме установленном приложением № 1 к контракту, выполнить работы по текущему ремонту столовой ВГБОУ ВО Брянский ГАУ (т. 1, л. д. 10–35).

После начала выполнения работ заказчиком  внесены предложения  о замене   части работ, предусмотренных контрактом, на иные виды работ  в пределах общей цены контракта,  для чего предложено зафиксировать  предусмотренные контрактом   фактически выполненные подрядчиком работы в актах приемки и расторгнуть контракт, а оставшуюся не выполненной часть работ в пределах общей цены контракта  заменить  на иные виды работ на том же самом объекте путем  подписания соответствующих договоров подряда.

Во исполнение контракта сторонами подписаны акты о приемки выполненных работ формы КС-2, КС-3  на  общую сумму 1 060 347 рублей 94 копеек (т. 3, л. д. 60–95).

Для выполнения  иных видов работ в  пределах оставшейся цены контракта  сторонами подписаны:

- договор подряда от 05.08.2020 на выполнение работ по текущему ремонту лестничного ограждения столовой ВГБОУ ВО Брянский ГАУ на сумму 116 516 рублей (т. 1,  л. д. 37–39), 

- договор подряда от 18.11.2020  № 3 на выполнение работ по текущему ремонту внутренних помещений столовой ВГБОУ ВО Брянский ГАУ на сумму 582 401 рубля (т. 1, л. д. 42–43).

Работы в рамках названных договоров выполнены подрядчиком,  приняты заказчиком и оплачены им.

Помимо этого,  подрядчиком после фактического выполнения работ, составлен и направлен  заказчику проект договора подряда от 10.08.2020 № 4 на  выполнение  работ по текущему  ремонту внутренних помещений столовой на сумму 216 914 рублей, а также локальная смета, акты КС-2, КС-3 и счет на оплату (т. 1, л.д. 55-56).

Требование подрядчика оплатить указанные работы заказчик обусловил необходимостью предварительного подписания соглашения о расторжении контракта (письмо от 20.11.2020 № 10-344, письмо от 10.11.2020 № 10-330), однако подрядчик настаивал на первичном подписании договора от 10.08.2020 № 4.

Соглашения по спорным вопросам подписания и оплаты работ, предусмотренных проектом договора от 10.08.2020 № 4, сторонами достигнуто не было.

В подтверждение объема и стоимости выполненных работ истец представил в материалы дела локальную смету (т. 1, л. д. 57 –62), акт сдачи-приемки выполненных работ формы КС-2 от 31.08.2020 (т.1 л.д. 63-67), справку о стоимости выполненных работ и затрат формы КС-3 № 1 от 31.08.2020 (т. 1, л. д. 68), подписанные истцом в одностороннем порядке.

Претензией от 15.02.2021  № 33/21 (т. 2, л.д. 8-9) истец обратился к ответчику с требованием об оплате выполненных работ.

Отказ от добровольного удовлетворения указанного требования послужил основанием для обращения общества в арбитражный суд с настоящим иском.

В соответствии с пунктом 8 статьи 3 Федерального  закона  от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон № 44-ФЗ)  государственный (муниципальный)  контракт – договор, заключенный от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации (государственный контракт), муниципального образования (муниципальный контракт) государственным или муниципальным заказчиком для обеспечения соответственно государственных нужд, муниципальных нужд.

Согласно абз.  4 преамбулы Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд (утв. Президиумом Верховного Суда  Российской Федерации 28.06.2017), поскольку в силу части 1 статьи 2 Закона № 44-ФЗ  законодательство о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд основывается на положениях Гражданского кодекса Российской Федерации, при разрешении споров, вытекающих из государственных (муниципальных) контрактов, суды руководствуются нормами Закона о контрактной системе, толкуемыми во взаимосвязи с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации, а при отсутствии специальных норм – непосредственно нормами Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно  части 2 статьи 34 Закона  № 44-ФЗ  при заключении  контракта указывается, что цена контракта является твердой и определяется на весь срок исполнения контракта, а в случае, предусмотренном частью 24 статьи 22 настоящего Федерального закона, указываются цены единиц товара, работы, услуги и максимальное значение цены контракта, а также в случаях, установленных Правительством Российской Федерации, указываются ориентировочное значение цены контракта либо формула цены и максимальное значение цены контракта, установленные заказчиком в извещении об осуществлении закупки, документации о закупке (в случае, если настоящим Федеральным законом предусмотрена документация о закупке). При заключении и исполнении контракта изменение его существенных условий не допускается, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом. В случае, если проектом контракта предусмотрены отдельные этапы его исполнения, цена каждого этапа устанавливается в размере, сниженном пропорционально снижению начальной (максимальной) цены контракта участником закупки, с которым заключается контракт.

В пункте 12  Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации  о контрактной системе в сфере закупок товаров,  работ, услуг для обеспечения  государственных и муниципальных нужд, утвержденного  Президиумом Верховного Суда Российской  Федерации 28.06.2017,  разъяснено, что стороны государственного (муниципального) контракта по общему правилу не вправе заключать дополнительное соглашение, предусматривающее увеличение цены контракта более чем на 10 %. Условие дополнительного соглашения, увеличивающее цену контракта более чем на 10 %, является ничтожным, если иное не следует из закона. 

В этом же пункте Обзора указано, что согласно пункту 1 статьи 95 Закона о контрактной системе изменение существенных условий государственного (муниципального) контракта допускается только при одновременном соблюдении следующих условий:

1) такая возможность предусмотрена в документации о закупке и государственном (муниципальном) контракте,

2) если по предложению заказчика увеличиваются предусмотренное контрактом количество товара с последующим пропорциональным увеличением цены, но не более чем на 10 % от цены контракта.

Таким образом, Законом о контрактной системе предусмотрены ограничения для изменения цены контракта. Данные ограничения установлены как для поставщика, так и для заказчика и обусловлены тем, что заключению контракта предшествует выбор поставщика на торгах, при проведении которых участники предлагают условия поставки заранее и победитель определяется исходя из предложенных им условий.

Как видно из информационной карты аукциона (т. 2, л. д. 40),  возможность изменения контракта  была предусмотрена (пункт 29).

Соответствующее условие содержалось и в пункте 9.1 контракта. Так, подп. б)  данного пункта,   изменение контракта  предусматривалось в случае,   если по предложению заказчика уменьшаются  предусмотренные контрактом  количество поставляемого товара, объем выполняемой работы или оказываемой услуги не  более, чем на 10 %. При этом по соглашению сторон допускается  изменение с учетом положений бюджетного  законодательства Российской Федерации цены контракта  пропорционально дополнительному количеству товара, дополнительному объему работы или услуги  исходя  из установленной контракте единицы товара, работы или услуги, но не более чем  на 10 % цены контракта. При уменьшении предусмотренных  контрактом     количества товара,  объема работы или услуги стороны контракта обязаны уменьшить цену контракта исходя из цены единицы  товара, работы или услуги.  Цена единицы  дополнительно поставляемого  товара или  цена единицы товара при уменьшении предусмотренного контрактом количества поставляемого товара должна  определяться как частное  от деления первоначальной цены контракта на предусмотренное в контракте количество такого товара.

Из материалов дела  видно (электронная переписка сторон), что  в процесс исполнения государственного контракта от 29.06.2020  ИКЗ № 20132080024532080100100690694339244, заказчиком  внесены предложения  о замене   части работ, предусмотренных контрактом, на иные виды работ  в пределах общей цены контракта,  для чего предложено зафиксировать  предусмотренные контрактом и  фактически выполненные подрядчиком работы в актах приемки и расторгнуть контракт, а оставшуюся не выполненной часть работ в пределах общей цены контракта  заменить  на иные виды работ на том же самом объекте путем  подписания соответствующих договоров подряда.

Таким образом,  заказчиком фактически  было предложено внести изменения в условия контракта, но не путем заключения дополнительных соглашений к нему, а путем  расторжения контракта с фиксацией фактической стоимости работ  и замены  оставшихся невыполненными работ на том же объекте (столовая) на иные виды работ  в пределах общей цены контракта (2 217 100 рублей) по самостоятельным договорам подряда

Соглашения о расторжении контракта  со стороны подрядчика не подписано, при этом фактически  ими  в контракт внесены изменения  путем  подписания  договора подряда от 05.08.2020 на выполнение работ по текущему ремонту лестничного ограждения столовой ВГБОУ ВО Брянский ГАУ на сумму 116 516 рублей (т. 1,  л. д. 37–39), договора подряда от 18.11.2020  № 3 на выполнение работ по текущему ремонту внутренних помещений столовой ВГБОУ ВО Брянский ГАУ на сумму 582 401 рубля (т. 1, л. д. 42–43), а также  согласования заказчиком выполнения работ, предусмотренных проектом договора подряда от 10.08.2020 № 4 на  выполнение  работ по текущему  ремонту внутренних помещений столовой на сумму 216 914 рублей

С учетом того, что по актам КС-2, КС-3   заказчиком по контракту приняты  работы на  общую сумму 1 060 347 рублей 94 копеек,  по договорам   от 05.08.2020 и от 18.11.2020 на сумму 116 516 рублей и  582 401 рубль соответственно, всего  - на 1 759 264 рубля 94 копейки (1 060 347 рублей 94 копеек + 116 516 рублей и + 582 401 рубль), оставшаяся  неоплаченной стоимость работ в размере 183 228 рублей 67 копеек, правомерно взыскана судом, так как она не превышает  предусмотренную контрактом  цену.

Указанная стоимость  определена судом по  результатам экспертизы, назначенной определением от 12.10.2021 и  порученной   ФГБОУ ВО «БГИТУ» (эксперт  ФИО2), согласно  которому  (т. 5, л. д. 57–95) фактический объем и стоимость выполненных обществом работ по договору от 10.08.2020  № 4 и акту о приемке выполненных работ формы КС-2 от 30.08.2020 № 1 составляет 213 327 рублей 61 копейка, стоимость работ по устранению выявленных недостатков составляет 30 098 рублей 94 копейки. Исходя из этого подлежащая  взыскания с заказчика задолженность правомерно определена в размере 183 228 рублей 67 копеек (213 327 рублей 61 копейка – 30 098 рублей 94 копейки).

Довод заявителя о том,  что спорные работы выполнены в отсутствие  заключенного в установленном порядке контракта, а потому не подлежат оплате, отклоняется, поскольку судом установлено, что в ходе выполнения контракта от 29.06.2020  по инициативе заказчика фактически сторонами внесены изменения об уменьшении  цены контракта в связи с заменой одних видов работ на другие на одном и том же объекте. При этом суммарная стоимость всех работ  (без исключения стоимости  недостатков) составила 1 972 592 рубля 55 копеек (1 060 347 рублей 94 копейки + 116 516 рублей (договор от 05.08.2002) + 582 401 рубль (договор от  18.11.2020) + 213 327 рублей 61 копейка (сумма по результатам экспертизы без учета стоимости недостатков по не подписанному заказчиком договору от 10.08.2020), что на 244 507 рублей 45 копеек меньше стоимости  контракта.

Согласно  пункту 12 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017 (далее – Обзор от 28.06.2017) стороны государственного (муниципального) контракта по общему правилу не вправе заключать дополнительное соглашение, предусматривающее увеличение цены контракта более чем на 10%. Условие дополнительного соглашения, увеличивающее цену контракта более чем на 10%, является ничтожным, если иное не следует из закона.

Поскольку в данном случае  указанное обстоятельство отсутствует, изменение  условий контракта в сторону уменьшения не противоречит  Закону № 44-ФЗ и пункту 9.1 контракта, а оформление такого изменения (электронной перепиской, подписанием отдельных договоров) соответствует  статьям 434, 438 Гражданского кодекса Российской Федерации, применяемым  к спорным отношениям в силу преамбулы Обзора  от 28.06.2017, оснований для отказа в иске не имеется.

Довод  ответчика о том, что электронная переписка не может признаваться  допустимым доказательством согласования  изменений к контракту,   отклоняется

В соответствии с пунктом 4 статьи 11 Федерального закона от 27.07.2006 № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» в целях заключения гражданско-правовых договоров или оформления иных правоотношений, в которых участвуют лица, обменивающиеся электронными сообщениями, обмен электронными сообщениями, каждое из которых подписано электронной подписью или иным аналогом собственноручной подписи отправителя такого сообщения, в порядке, установленном федеральными законами, иными нормативными правовыми актами или соглашением сторон, рассматривается как обмен документами.

Если иное не установлено законом или договором и не следует из обычая или практики, установившейся во взаимоотношениях сторон, юридически значимое сообщение может быть направлено, в том числе посредством электронной почты, факсимильной и другой связи, осуществляться в иной форме, соответствующей характеру сообщения и отношений, информация о которых содержится в таком сообщении, когда можно достоверно установить, от кого исходило сообщение и кому оно адресовано (пункт 65 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Таким образом, электронная переписка, предоставленная на бумажном носителе (как совокупность электронных сообщений соответствующих лиц) с учетом положений части 3 статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации может рассматриваться в качестве письменного доказательства при наличии доказательств, позволяющих установить достоверность документа.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Принимая во внимание изложенное, следует, что нормальным поведением заказчика в период исполнения контракта, после направления  подрядчику предложений об изменении контракта,  оформлении и принятии части измененных работ, является  адекватное реагирование на требования подрядчика и организация приемки  оставшейся  не оплаченной части работ.

В данном случае общество, действуя добросовестно, принимало все необходимые меры по выполнению принятых предложений заказчика, однако последний необоснованно уклонился от исполнения своих обязательств.

Применительно по аналогии к пункту 10 Обзора от 28.06.2017, при несовершении заказчиком действий, предусмотренных законом, иными правовыми актами или договором либо вытекающих из обычаев или существа обязательства, до совершения которых исполнитель государственного (муниципального) контракта не мог исполнить своего обязательства, исполнитель не считается нарушившим такое обязательство.

Принимая во внимание отсутствие в действиях истца признаков злоупотребления правом,  иных злоупотреблений или наличия в действиях подрядчика  намерения обойти требования Закона № 44-ФЗ и недобросовестным образом получить преимущество перед иными участками гражданского оборота, суд первой инстанции обоснованно удовлетворил требования общества.

Таким образом, оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции по приведенным в  апелляционной жалобе  доводам не имеется.

Нарушений процессуальных норм, влекущих безусловную отмену  судебного акта (часть 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлено.  

В соответствии со статьей 110,  частью 3  статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина по  апелляционной жалобе подлежит отнесению на  заявителя.

На основании изложенного,  руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 269, статьей  271   Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд 

       

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Брянской области от 28.03.2022 по делу № А09-2016/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской 

Федерации кассационная жалоба подается через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий

Судьи

                         Л.А. Капустина

                         М.М. Дайнеко                           

                         А.Г. Селивончик