﻿Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ru

тел./факс (3952) 210-170, 210-172; e-mail: info@fasvso.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А19-8434/2017

24 мая 2021 года

город Иркутск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 18 мая 2021 года

Полный текст постановления изготовлен 24 мая 2021 года

 

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Бронниковой И.А.,

судей:   Зуевой М.В., Первушиной М.А.,

при участии в судебном заседании представителя Дибирдадаева Магомеда Сайтовича и Ивановой Галины Геннадьевны – Куницыной Ксении Петровны (соответственно, доверенности от 29.03.2021, от 29.032021 и от 12.05.2021 от ООО «Фемида-С», паспорт), конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью Колобовникова Алексея Сергеевича (паспорт),

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу Дибирдадаева Магомеда Сайтовича и Ивановой Галины Геннадьевны на определение Арбитражного суда Иркутской области от 6 ноября 2020 года по делу № А19-8434/2017,  постановление Четвертого  арбитражного апелляционного суда от 26 января 2021 года по тому же делу,

установил:

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 16 января 2018 года общество с ограниченной ответственностью «Успех»  (далее - должник, ООО «Успех») признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введено  конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Колобовников Алексей Сергеевич (далее – конкурсный управляющий Колобовников А.С.).

Конкурсный управляющий Колобовников А.С. 28.11.2019 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении учредителя и руководителя должника Иванову Галину Геннадьевну (далее – Иванова Г.Г.), Дибирдадаева Магомеда Сайтовича (далее – Дибирдадаев М.С.)  к субсидиарной ответственности  в виде взыскания с них 24 400 358 рублей 90 копеек по обязательствам должника и зачисления,  взысканной суммы в состав имущества должника, за счет которого удовлетворяются требования кредиторов.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 6 ноября 2020 года заявленные требования удовлетворены в части признания наличия оснований для привлечения Ивановой Г.Г. и Дибирдадаева М.С. к субсидиарной ответственности. В части определения размера субсидиарной ответственности рассмотрение заявления конкурсного управляющего Колобовникова А.С. приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 26 января 2021 года определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, Иванова Г.Г. и Дибирдадаев М.С. обратились в Арбитражный суд Восточно – Сибирского округа с кассационной жалобой, в которой просят их отменить, ссылаясь на неправильное применение норм материального и процессуального права, и направить  дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Иркутской области.

По мнению заявителей кассационной жалобы, поскольку конкурсным управляющим не представлено доказательств виновности действий Ивановой Г.Г. и Дибирдадаева М.С. по доведению должника до банкротства, то отсутствуют основания для привлечения их субсидиарной ответственности.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного заседания извещены по правилам статей 123, 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (определение выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем, направлено лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в  информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и информационной системе «Картотека арбитражных дел» – kad.arbitr.ru).

В судебном заседании представители лиц, участвующих в деле, поддержали  доводы, изложенные в кассационной жалобе, и возражения на неё.

Кассационная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Проверив соответствие выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, правильность применения судами норм материального и процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемых судебных актов и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе,  Арбитражный суд Восточно – Сибирского округа приходит к следующим выводам.

Конкурсный управляющий Колобовников А.С., обращаясь с заявлением о привлечении Ивановной Г.Г. и Дибирдадаева М.С. к субсидиарной ответственности,  указал, что единственный учредитель ООО «Успех» Дибирдадаев М.С. и Иванова Г.Г., занимавшая должность генерального директора  должника, в период проведения выездной налоговой проверки, являются контролирующими должника лицами, сослался на решение уполномоченного органа о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения №08-51/5 от 13.12.2017 как на доказательство наличия оснований для привлечений к ответственности и просил привлечь к ответственности контролирующих должника лиц  на основании подпункта 3 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в сумме 24 017 890 рублей 90 копеек, задолженности перед уполномоченным органом, включенной в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Арбитражный суд первой инстанции, удовлетворяя требования в части признания наличия оснований для привлечения Ивановной Г.Г. и Дибирдадаева М.С. к субсидиарной ответственности, учел, что требование ФНС России превышает пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов ООО «Успех»,  и исходил  из того, что контролирующими должника лицами были совершены  умышленные действия в виде неуплаты налога на прибыль в результате занижения налоговой базы путем создания формального документооборота с подконтрольными им контрагентами с целью незаконной минимизации налоговых обязательств.

Четвертый арбитражный апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции.

Поскольку обстоятельства, которые указаны конкурсным управляющим в качестве основания для привлечения к субсидиарной ответственности, возникли в 2014-2015 годах, судами к спорным правоотношениям обоснованно применены положения статьи 10 Закона о банкротстве (пункт 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»).

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Федеральным законом от 23.06.2016 № 222-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - Закон от 23.06.2016 № 222-ФЗ) в пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве включен абзац пятый, в котором содержится следующая презумпция доведения до банкротства в результате действий контролирующего должника лица: требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

Данное положение вступило в силу с 01.09.2016, и, в силу прямого указания в пункте 9 статьи 13 Закона от 23.06.2016 № 222-ФЗ, применяется к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности поданным после 01.09.2016 (в настоящем споре заявление подано 06.05.2020) вне зависимости от периода совершения контролирующими должника лицами недобросовестных действий, повлекших ответственность должника. Впоследствии соответствующая правовая презумпция была закреплена в подпункте 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Анализ правовой природы вышеприведенной презумпции позволяет сделать вывод, что она не является новым основанием для привлечения к субсидиарной ответственности, а представляет собой частный случай такого основания как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» (статья 10 Закона о банкротстве) или «невозможности полного погашения требований кредиторов вследствие действий контролирующих лиц» (статья 61.11 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ).

С учетом разъяснений, изложенных в пункте 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление № 53), предполагается, что действия (бездействие) контролирующего лица стали необходимой причиной объективного банкротства при доказанности следующей совокупности обстоятельств: 1) должник привлечен к налоговой ответственности за неуплату или неполную уплату сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия); 2) доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога (сбора, страховых взносов) составили более 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения.

Указанная презумпция, равно как и иные, закрепленные в законе, является опровержимой и введена законодателем для упрощения процесса доказывания. Так, при наличии условий для применения соответствующей презумпции предполагается вина ответчика в доведении должника до банкротства, и на последнего возлагается бремя опровержения соответствующих фактов.

Как установлено судами включенные в третью очередь реестра требований кредиторов должника и основанные на решении налогового органа о привлечении ООО «Успех» к ответственности за совершение налоговых правонарушений требования уполномоченного органа в части основного долга  превышают 50 процентов от общего размера установленных требований кредиторов, в связи с чем суды пришли к обоснованному выводу о возможности применения правовой презумпции, закрепленной в абзаце пятом пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

По общим правилам (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) для привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности (как разновидности гражданско-правовой ответственности) по такому основанию как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц», бремя доказывания обстоятельств того, что в результате занижения налогооблагаемой базы по налогу на добавленную стоимость, налогу на прибыль, или иного неправильного исчисления налогов, возникли признаки неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества должника, возлагается на заявителя. В свою очередь лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности, должно доказать отсутствие своей вины и причинной связи с последующим затруднением проведения процедуры несостоятельности (банкротства), в том числе формирования и реализации конкурсной массы.

Исследовав материалы дела, проанализировав обстоятельства дела, в том числе установленные налоговым органом при проведении выездной налоговой проверки, в ходе которой сделаны выводы о том, что ИП Колпакова Г.В., Дибирдадаев М.С, Дибирдадаев А.С, Иванова Г.Г., ООО «Анжи», ООО «Успех» являются участниками одной схемы бизнеса, где у каждого субъекта своя функция: ИП Колпаковой Г.В. - поставка пиломатерила, ООО «Анжи» - отгрузка в ж/д вагоны, ООО «Успех» - конечное звено по отправке пиломатериала на экспорт,  суды пришли к правомерному выводу о том, что  именно организация и ведение бизнеса по выявленной налоговым органом схеме, созданной ИП Колпаковой Г.В., Дибирдадаевым М.С, Дибирдадаевым А.С, Ивановой Г.Г., ООО «Анжи», ООО «Успех» с целью минимизации налоговой нагрузки, в том числе посредством проведения расчетов контрагентов ООО «Успех» минуя счета  должника, послужило причиной объективного банкротства ООО «Успех».

Отсутствие вины в ненадлежащем исполнении должником обязанности по уплате налога на прибыль  контролирующими должника лицами не доказано.

При этом для привлечения контролирующих должника лиц к гражданско-правовой ответственности за доведение должника до банкротства не требуется наличие у них прямого умысла именно на это, достаточно доказанности факта совершения ими виновных неправомерных действий от имени должника, которые привели к несостоятельности должника.

Принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства, установив, что объективное банкротство должника явилось следствием создания руководителем должника и его учредителем недобросовестной бизнес-модели, с выводом активов должника на подконтрольные организации и ведением бизнеса с минимизацией налогообложения, суды признали наличие оснований для привлечения Ивановой Г.Г. и Дибирдадаева М.С. к субсидиарной ответственности.

Таким образом, удовлетворяя заявленные требования, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и доказанности материалами дела заявленных требований, а также из отсутствия доказательств, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела считает указанные выводы судов правильными, соответствующими фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, основанными на верном применении норм права, регулирующих спорные отношения.

Приведенные заявителями в кассационной жалобе доводы и обстоятельства являлись предметом исследования судов обеих инстанций, кроме того, аналогичны доводам, приводимым при проверке судом апелляционной инстанции обоснованности принятия судом первой инстанции о наличии оснований для привлечения кассаторов к субсидиарной ответственности, указанные доводы получили надлежащую правовую оценку, ее обоснованности не опровергают и не свидетельствуют о нарушении судами норм права при принятии обжалуемых судебных актов.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы Арбитражный суд Восточно – Сибирского округа приходит к выводу о том, что судебные акты основаны на полном и всестороннем исследовании имеющихся в деле доказательств, приняты с соблюдением норм материального и процессуального права, в связи с чем, на основании пункта 1 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подлежат оставлению без изменения.

Руководствуясь статьями  274, 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Иркутской области от 6 ноября 2020 года по делу  № А19-8434/2017, постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 26 января 2021 года по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу – без  удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий

Судьи

 

И.А. Бронникова

М.В. Зуева

М.А. Первушина