АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-597/25 

Екатеринбург

19 июня 2025 г.

Дело № А76-40724/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 17 июня 2025 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 19 июня 2025 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Сирота Е. Г.,

судей Селивёрстовой Е.В., Абозновой О.В.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на решение Арбитражного суда Челябинской области от 02.10.2024 по делу № А76-40724/2019 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.12.2024 по тому же делу. 

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители: 

ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 19.02.2024 № 74 АА 6573880);

общества с ограниченной ответственностью «Уральская энергосбытовая компания» – ФИО3 (доверенность от 28.12.2024 № УЭС-116).

Общество с ограниченной ответственностью «Уральская энергосбытовая компания» (далее – общество «Уралэнергосбыт», истец) обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Техноэнергострой» (далее – общество «Техноэнергострой») о взыскании 16 016 257 руб. 17 коп., в том числе задолженности за электроэнергию за период с 01.07.2019 по 31.12.2019 в сумме 8 527 654 руб. 51 коп., пеней за периоды с 20.08.2019 по 31.03.2022 и с 03.10.2022 по 04.09.2023 в сумме 7 488 602 руб. 66 коп. с дальнейшим взысканием пеней с 05.09.2023 от суммы основного долга 8 527 654 руб. 51 коп. за каждый день просрочки по день фактической уплаты долга на основании пункта 2 статьи 37 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» (далее – Закон об электроэнергетике); о взыскании с общества с ограниченной ответственностью «Промышленно-гражданское строительство 174» (далее – общество «ПГС 174») в пользу общества «Уралэнергосбыт» 16 016 257 руб. 17 коп., в том числе задолженности за электроэнергию за период с 01.07.2019 по 31.12.2019 в сумме 8 527 654 руб. 51 коп., пеней за периоды с 20.08.2019 по 31.03.2022 и с 03.10.2022 по 04.09.2023 в сумме 7 488 602 руб. 66 коп. с дальнейшим взысканием пеней с 05.09.2023 от суммы основного долга 8 527 654 руб. 51 коп. за каждый день просрочки по день фактической уплаты долга на основании пункта 2 статьи 37 Закона об электроэнергетике (с учетом уточнения исковых требований, принятых судом в порядке, предусмотренном статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены открытое акционерное общество «Межрегиональная распределительная сетевая компания Урала», общество с ограниченной ответственностью «Техинжиниринг», ФИО4, бывший директор общества «ПГС 174» ФИО1.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 02.10.2024 по делу № А76-40724/2019 исковые требования удовлетворены частично. С общества «ПГС 174» в пользу истца взысканы задолженность за период с 01.07.2019 по 31.12.2019 в сумме 8 527 654 руб. 51 коп., неустойка за периоды с 20.08.2019 по 31.03.2022 и с 03.10.2022 по 22.03.2023 в сумме 6 454 132 руб. 57 коп., всего 14 981 787 руб. 08 коп., а также в возмещение судебных расходов по уплате государственной пошлины 10 977 руб. 13 коп., судебные издержки по оплате судебной экспертизы в сумме 77 452 руб. 05 коп. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано. Кроме того, с общества «ПГС 174» в доход федерального бюджета взыскано 85 446 руб. государственной пошлины. С общества «Уралэнергосбыт» в пользу общества «ПГС 174» взыскано 10 695 руб. 90 коп. судебных издержек по оплате судебной экспертизы.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.12.2024 решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФИО1 просит обжалуемые судебные акты отменить и направить дело на новое рассмотрение. ФИО1 обращает внимание на то, что общество «ЭлектроТранспорт» осуществило техприсоединение, не устанавливая прибора учета на границах балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности. По мнению заявителя кассационной жалобы, в фидере 36 могут возникнуть только технологические потери, заявленные истцом фактические потери не подлежат взысканию с ответчика, так как являются потерями не только в сетях общества «ПГС 174» (технологические), но и в сетях иных владельцев (технологические и коммерческие), истец не доказал, что фактические потери возникли именно в фидере 36. Заявитель кассационной жалобы считает, что судебные акты по делу № 2-4/2023 Советского районного суда г. Челябинска, по делам № А76-20025/2019, А76-26692/2021 не являются преюдициальными. ФИО1 полагает, что вывод судов о том, что обязанность по оплате заявленных истцом фактических потерь возлагается на ответчика, являющегося иным владельцем объекта электросетевого хозяйства, не соответствует установленному судом значимому обстоятельству о принадлежности ответчику только фидера 36. Как указывает кассатор, установка прибора учета произведена на значительном расстоянии от границы балансовой принадлежности ответчика, в результате ненадлежащей установки прибора учета потребители не оплачивают фактические потери в электрических кабельных сетях. Заявитель кассационной жалобы считает, что у ответчика нет собственного потребления электрической энергии, нет преобразующего прибора учета, не заключен договор энергоснабжения, в связи с чем отсутствует обязанность по оплате электрической энергии, принятой по договору энергоснабжения. 

В дополнении к кассационной жалобе ФИО1, ссылаясь на наличие в настоящее время актов разграничения балансовой принадлежности в материалах дела, просит назначить по делу дополнительную экспертизу по вопросу правильности расчетов. Кассатор ссылается на то, что в фидере 36 не могут возникнуть коммерческие потери, поскольку ответчик не может быть безучетным потребителем, поскольку в фидере нет энергопринимающего устройства, трансформирующего электроэнергию в пригодное для потребления напряжение.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов, изложенных в кассационной жалобе, суд кассационной инстанции не нашел оснований для их отмены.

Как установлено судами и следует из материалов дела, на основании приказа Минэнерго России от 25.06.2018 № 497 истец начиная с 01.07.2019 и в течение спорного периода являлся гарантирующим поставщиком электроэнергии на территории Челябинской области, осуществлял поставку электроэнергии на территории Сосновского района Челябинской области п. Новый Кременкуль.

Энергоснабжение осуществлялось через объекты электросетевого хозяйства, находящиеся в собственности общества «Техноэнергострой»:

– нежилое здание: трансформаторная подстанция № 1 (ТП 1) площадью 74, 2 кв.м согласно свидетельству о государственной регистрации права от 28.11.2007;

– сооружение: магистральная электролиния 10 кВ фидера 36 подстанции «Новоградская до ТП СМОО «Технополис», инвентарный номер: 9748, протяженностью 6980 м, согласно свидетельству о государственной регистрации от 28.11.2007;

- сооружение: воздушная линия 10 кВ электроснабжения промзоны СП «Экодом», инвентарный номер: 9748, протяженностью 1409,4 м, согласно свидетельству о государственной регистрации права от 28.11.2007.

В адрес собственника объектов – общества «Техноэнергострой» истцом направлен договор энергоснабжения, который последним не подписан.

Истец, учитывая, что общество «Техноэнергострой» является владельцем сети, произвел расчет фактических потерь электрической энергии за спорный период в указанных объектах электросетевого хозяйства.

Поскольку оплата ответчиком не произведена в полном объеме, в адрес последнего истец направил претензию от 26.08.2019 № ЧО/978.

Оставление претензии без ответа и удовлетворения послужило основанием для обращения общества «Уралэнергосбыт» в арбитражный суд с рассматриваемыми требованиями.  

В процессе рассмотрения дела к участию в деле в качестве соответчика привлечено общество «ПГС 174» как арендатор и законный владелец и пользователь имущества в спорный период.

Суд первой инстанции удовлетворил заявленные требования к обществу «ПГС 174», в удовлетворении исковых требований к обществу «Техноэнергострой» отказал.

Суд апелляционной инстанции поддержал выводы суда первой инстанции.

Поскольку возражений против проверки судом кассационной инстанции обжалуемого судебного акта в части не заявлено, судебный акт проверен в рамках доводов кассационной жалобы в части взыскания стоимости потерь электрической энергии с общества «ПГС 174».

В силу пункта 1 статьи 539 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору энергоснабжения энергоснабжающая организация обязуется подавать абоненту (потребителю) через присоединенную сеть энергию, а абонент обязуется оплачивать принятую энергию, а также соблюдать предусмотренный договором режим ее потребления, обеспечивать безопасность эксплуатации находящихся в его ведении энергетических сетей и исправность используемых им приборов и оборудования, связанных с потреблением энергии.

Статьей 544 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что оплата энергии производится за фактически принятое абонентом количество энергии в соответствии с данными учета энергии, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или соглашением сторон.

Гражданско-правовые отношения, связанные с поставкой и передачей электрической энергии на розничном рынке электрической энергии, регулируются Федеральным законом от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» (далее – Закон об электроэнергетике), Основными положениями функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 № 442 (далее – Основные положения № 442), Правилами недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861 (далее – Правила № 861), иными нормативными правовыми актами.

Законом об электроэнергетике определены субъекты, обязанные оплачивать потери в электросетях (часть 3 пункта 4 статьи 26, пункт 3 статьи 32), при этом Правительству Российской Федерации или уполномоченному им федеральному органу исполнительной власти предоставлено право устанавливать методику определения и порядок компенсации потерь электроэнергии в электросетях (пункт 2 статьи 21).

В силу пункта 4 Основных положений № 442 иные владельцы объектов электросетевого хозяйства приобретают электрическую энергию (мощность) в целях компенсации потерь электрической энергии, возникающих в принадлежащих им на праве собственности или на ином законном основании объектах электросетевого хозяйства, и выступают в этом случае как потребители.

В связи с тем что в процессе передачи электроэнергии часть ее теряется в электросетях, в пункте 4 статьи 26, пункте 3 статьи 32 Закона об электроэнергетике и пункте 4 Основных положений № 442 определены лица, обязанные оплачивать величину потерь электрической энергии, не учтенную в ценах на электрическую энергию, - сетевые организации и иные владельцы объектов электросетевого хозяйства, к которым в надлежащем порядке технологически присоединены энергопринимающие устройства или объекты электроэнергетики. Эти лица оплачивают потери электрической энергии в сетях, принадлежащих им на праве собственности или на ином законном основании.

В силу абзаца первого пункта 128 Основных положений № 442 фактические потери электрической энергии в объектах электросетевого хозяйства приобретаются и оплачиваются сетевыми организациями, в объектах электросетевого хозяйства которых возникли такие потери, путем приобретения электрической энергии (мощности) у гарантирующего поставщика по договору купли-продажи (поставки) электрической энергии (мощности), заключенному в порядке и на условиях, указанных в разделе III этого документа.

В соответствии с пунктами 129, 130 Основных положений № 442 иные владельцы объектов электросетевого хозяйства оплачивают стоимость потерь электрической энергии, возникающих в принадлежащих им объектах электросетевого хозяйства, путем приобретения электрической энергии (мощности) по заключенным ими договорам, обеспечивающим продажу им электрической энергии (мощности). При этом определение объема фактических потерь электрической энергии, возникших в принадлежащих им объектах электросетевого хозяйства, осуществляется в порядке, установленном разделом X настоящего документа для сетевых организаций.

Потери электрической энергии, возникающие в принадлежащих иным владельцам объектов электросетевого хозяйства объектах электросетевого хозяйства, приравниваются к потреблению электрической энергии и оплачиваются иными владельцами в рамках заключенных ими договоров, обеспечивающих продажу электрической энергии (мощности) на розничных рынках, с учетом оплаты стоимости услуг по передаче электрической энергии. При этом определение объема потребления электрической энергии объектами электросетевого хозяйства иных владельцев осуществляется в порядке, установленном пунктами 185 - 189 настоящего документа, а в случае непредставления показаний, двукратного недопуска для целей проведения проверки или отсутствия приборов учета на границе таких объектов электросетевого хозяйства, если обязанность по их установке должны были выполнить иные владельцы объектов электросетевого хозяйства, определение объемов потребления электрической энергии осуществляется в соответствии с пунктом 183 настоящего документа (пункт 129 Основных положений).

Согласно пунктам 50, 51 Правил № 861 размер фактических потерь электрической энергии в электрических сетях определяется как разница между объемом электрической энергии, переданной в электрическую сеть из других сетей или от производителей электрической энергии, и объемом электрической энергии, которая поставлена по договорам энергоснабжения (купли-продажи (поставки) электрической энергии (мощности) и потреблена энергопринимающими устройствами, присоединенными к данной электрической сети, а также объемом электрической энергии, которая передана в электрические сети других сетевых организаций.

Исходя из указанных нормативных положений следует, что сетевая организация как владелец объектов электросетевого хозяйства, а равно иные владельцы объектов электросетевого хозяйства, в которых возникают фактические потери, обязаны приобретать их у истца.

С учетом того, что возникновение потерь электрической энергии является неизбежной технологической составляющей процесса использования объектов электросетевого хозяйства, гарантирующий поставщик имеет право требовать оплаты стоимости потерь электрической энергии с лица, осуществляющего фактическое владение указанными объектами и эксплуатацию их в своей производственной деятельности.

При этом юридические основания пользования объектами электросетевого хозяйства и действительность сделок, опосредующих эти основания, не имеют значения для определения надлежащего плательщика за электрическую энергию, составляющую величину потерь. Применительно к данной ситуации основанием возникновения обязательства по оплате этой электроэнергии является факт владения лицом соответствующими объектами электросетевого хозяйства и эксплуатации их, технологически неизбежно сопровождающийся возникновением потерь.

Как следует из материалов дела, настоящий спор обусловлен взысканием стоимости потерь электрической энергии в объектах электросетевого хозяйства, принадлежащих на праве собственности обществу «Техноэнергострой» и на праве аренды обществу «ПГС 174», за период с 01.07.2019 по 31.12.2019.

При рассмотрении заявленных требований судами первой и апелляционной инстанций приняты во внимание обстоятельства, установленные в рамках дел № А76-20025/2019, № А76-26692/2021 Арбитражного суда Челябинской области, а также по делу № 2-4/2023. Между предыдущим гарантирующим поставщиком – обществом «МРСК Урала» (в настоящее время ПАО «Россети-Урал») и соответчиками уже рассматривался спор по периоду с февраля по июнь 2019 в деле № А76-20025/2019, а также спор по периоду с июля 2018 года по январь 2019 года в деле № А76-26692/2021. Указанные дела рассматривались по тому же предмету спора (задолженность за фактические потери электрической энергии в объектах их законного владельца), по тем же объектам (нежилое здание – трансформаторная подстанция № 1 площадью 74,2 кв. м, сооружение – магистральная электролиния 10 кВ фидера 36 подстанции «Новоградская» до ТП СМОО «Технополис», инвентарный номер: 9748, протяженностью 6980 м; сооружение – воздушная линия 10 кВ электроснабжения промзоны СП «Экодом», инвентарный номер: 9748, протяженностью 1409,4 м), с теми же фактическими обстоятельствами дела (отсутствие заключенного договора купли-продажи электрической энергии (потерь) с гарантирующим поставщиком, наличие договора аренды между собственником и обществом «ПГС 174»).

Так, при рассмотрении дела № А76-20025/2019 вступившими в силу судебными актами арбитражных судов по иску предыдущего гарантирующего поставщика общества «МРСК Урала» (в настоящее время ПАО «Россети Урал») к обществу «Техноэнергострой», обществу «ПГС 174» о взыскании потерь в электрической энергии за период с февраля по июнь 2019 года установлена обоснованность данных требований к обществу «ПГС 174», поскольку указанное лицо является арендатором объектов электросетевого хозяйства, не приобрело статус сетевой организации, является иным владельцем объектов электросетевого хозяйства. Исходя из указанных нормативных положений, отсутствие у владельца электросетевого хозяйства статуса сетевой организации не освобождает его от обязанности возмещать стоимость потерь электрической энергии, возникших в его сетях при транзите энергии. Общество «МРСК Урала», в свою очередь, вправе получать плату за весь объем электрической энергии, переданный в сети сторонних организаций.

Вышеуказанными судебными актами установлено, что общество «Техноэнергострой» заключило договор аренды от 15.02.2018, которым арендатору – обществу «ПГС 174» передано в аренду сооружение – магистральная электролиния 10 кВ фидера № 36 от подстанции «Новоградская» до ТП -1 СМОО «Технополис» Литеры: Л1, Л2. Инвентарный номер: 9748. Протяженностью 6980 м. В соответствии с пунктом 1.3 указанного договора имущество передано арендатору в целях осуществления им деятельности по оказанию услуг по передаче электрической энергии (мощности) потребителям и технологическому присоединению энергопринимающих устройств заявителей к электрическим сетям. Имущество передано по акту приема-передачи. 

В соответствии с дополнительным соглашением к вышеуказанному договору от арендодателя арендатору переданы объекты: сооружение – магистральная электролиния 10 кВ фидера 36 подстанции «Новоградская до ТП СМОО «Технополис», инвентарный номер: 9748, протяженностью 6980 м, согласно свидетельству о государственной регистрации от 28.11.2007; сооружение – воздушная линия 10 кВ электроснабжения промзоны СП «Экодом», инвентарный номер: 9748, протяженностью 1409,4 м, согласно свидетельству о государственной регистрации права от 28.11.2007; здание – трансформаторная подстанция № 1 (ТП 1) площадью 74, 2 кв. м согласно свидетельству о государственной регистрации права от 28.11.2007.

Доказательства прекращения, изменения, расторжения договора аренды в спорный период в материалы дела не представлены.

Судами первой и апелляционной инстанций установлено, что в Советском районном суде г. Челябинска рассматривалось дело № 2-4/2023 по иску общества «Уралэнергосбыт» к ФИО5, обществу «ПГС 174», при участии в указанном деле общества «Техноэнергострой», третьего лица ФИО1 о взыскании потерь в электрической энергии за период с февраля по май 2021 года, по результатам рассмотрения которого судом общей юрисдикции признаны обоснованными исковые требования истца к обществу «ПГС 174». Судебные акты вступили в законную силу. При этом признаны необоснованными возражения на то, что КВЛ 10 кВ ПС «Новоградская» и присоединенные к ней ТП не являются единым объектом электроэнергетики, поскольку в силу пункта 1.3 договора аренды общество «ПГС 174» владеет фидером в целях оказания услуг по передаче электрической энергии конечным потребителям, собственных энергопринимающих устройств у общества «ПГС 174» не имеется, более половины технических присоединений осуществлено предыдущим арендатором фидера – сетевой организацией – обществом «ЭлектроТранспорт», в рамках которых присоединенным потребителям раздавалась мощность, относящаяся к фидеру. Сетевое хозяйство фидера № 36 с отпайками и линиями от фидера образует единый линейный объект, подчиненный исключительно цели передачи электрической энергии потребителям. При этом отпайки от фидера создавались в том числе обществом «ЭлектроТранспорт» и иными арендаторами имущества в рамках создания технологических присоединений. Осуществлять технологическое присоединение физических лиц без создания для них соответствующей инфраструктуры ниже расположения фидера невозможно, общество «ПГС 174» подписывало акты разграничения балансовой принадлежности и технологического присоединения в которых граница установлена не по фидеру (напряжение 10 000 В), а ниже – в сетях низкого напряжения, на которых присоединены физические лица. Следовательно, действиями общества «ПГС 174» подтверждено, что границы сетевого хозяйства находятся в точках присоединения конечных потребителей. При этом общество «ПГС 174» владело сетевым хозяйством на условиях договора аренды, в котором в качестве цели установлено оказание услуг по передаче электрической энергии потребителям. Таким образом, целью деятельности общества «ПГС 174» являлась доставка электрической энергии до конечных потребителей.

В рамках дела № 2-4/2023 установлено, что линии электропередачи, идущие к конечным потребителям, составляют единый функциональный комплекс, в котором распределительная подстанция и линии электропередач, принадлежащие ответчику, являются неотъемлемой частью инфраструктуры, обеспечивающей передачу электроэнергии по линиям электропередачи до конечных потребителей. При этом изолированное, отдельное от линий электропередачи, принадлежащих ответчику, использование линий (с целью потребления электрической энергии), снабжающих конечных потребителей, технологически невозможно. С учетом таких обстоятельств отпайки, идущие от линий ответчика, являются единым объектом электроэнергетики, частью принадлежащих ему линейных сооружений. Таким образом, отпайки образуют с фидером единый объект, предназначенный в том числе для доставки электрической энергии в более чем 600 домовладений.

Кроме того, в материалах настоящего дела имеется заключение эксперта от 08.07.2024 № 2024-07-01, проведенное в рамках дела № 2-4/2023, по результатам которого установлено, что «по КВЛ 10 кВ происходит передача электрической энергии от ПС «Новоградская» ф.36 (фидер 36) к трансформаторным подстанциям иных владельцев сети и как следствие конечным потребителям, отображенным в схеме (приложение № 1). На основании вышеизложенного, можно сделать вывод, что КВЛ 10 кВ ПС «Новоградская», с присоединенными к ней ТП, это участок электрической сети, выполняющий функцию обеспечения электрической энергией, произведенной на электростанции конечных потребителей. Иными словами, данный объект участка электрической сети является единым объектом электроэнергетики, служащим для электроснабжения энергоустановок потребителей».  

Указанное экспертное заключение от 08.07.2024 № 2024-07-01было исследовано судами первой и апелляционной инстанций.

Суды первой и апелляционной инстанций, руководствуясь статьями 16, 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, правовой позицией, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 № 30-П, указали, что фактические обстоятельства, установленные в рамках названных дел судебными актами, вступившими в законную силу, не подлежат повторному доказыванию при рассмотрении настоящего дела, а также отвечают критериям обязательности (статья 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). В отношении соответчиков установленные судебными актами, вступившими в законную силу, фактические обстоятельства являются преюдициально установленными, как для участников указанных дел.

 Кроме того, при рассмотрении заявленных требований судами первой и апелляционной инстанций проведено самостоятельное исследование, в рамках которого установлен фактический законный владелец объектов электросетевого хозяйства, установлено, что состоявшиеся ранее спорного периода условия технологического присоединения объектов ответчика общества «ПГС-174» с учетом принципа однократности технологического присоединения потребителей и обстоятельства передачи электрической энергии (фактическая схема энергоснабжения, оформленные документы и прочее) изменений не претерпевали, факты безучетного и бездоговорного потребления за спорный период по настоящему делу не установлены и не доказаны, со стороны лиц, участвующих в деле, конкретных возражений по рассматриваемым точкам поставки, заблаговременно раскрытых истцом (на материальном носителе) и объему потребления юридических лиц, бытовых потребителей, конкретных замечаний, претензий по составу доказательств истца не изложено.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом фактических обстоятельств конкретного периода взыскания, установив, что общество «ПГС 174» не обладает статусом сетевой организации, однако является иным владельцем объектов электросетевого хозяйства, при этом отсутствие у владельца электросетевого хозяйства статуса сетевой организации исходя из указанных нормативных положений не освобождает его от обязанности возмещать стоимость потерь электрической энергии, возникших в его сетях при транзите энергии, а общество «Уралэнергосбыт» вправе получать плату за весь объем электрической энергии, переданный в сети сторонних организаций, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу о том, что общество «ПГС 174» является обязанным лицом, покупателем, потребителем, который соответствующие объемы должен оплатить, компенсировать.

Отсутствие между сторонами письменного договора не препятствует оценке фактических правоотношений сторон судом первой инстанции.

Гарантирующий поставщик в силу действующего законодательства, то есть вне зависимости от наличия письменного соглашения сторон, имеет право на оплату полного объема отпущенной им электрической энергии, при этом объемы полезного отпуска потребляются конечными потребителями, покупателями электрической энергии.

Суд апелляционной инстанции указал, что формирование исковых требований о взыскании стоимости потерь образует для истца обязанность по доказыванию факта их возникновения и конкретного лица, в чьих сетях они возникли.

В подтверждение расчета исковых требований истцом представлены: акты приема-передачи электроэнергии (мощности) общества «Техноэнергострой», технологические балансы электрической энергии в сетях общества «Техноэнергострой», акты снятия показаний по ПС «Новоградская» 110/10, подтверждающие весь объем электроэнергии, поступивший в сеть и зафиксированный прибором учета, установленным в ПС «Новоградская» 110/10, акты снятия показаний приборов учета сетевых организаций Филиал «Уральский» общества «Оборонэнерго» и общества «Челябинская электросетевая компания», подтверждающие объем электроэнергии, переданный в сети смежных сетевых организаций и вычитаемый из всего объема, поступившего на прибор учета в ПС «Новоградская» 110/10 , отчеты потребителей – юридических лиц, таблицы полезного отпуска по бытовым потребителям, которые подтверждают объемы электроэнергии, потребленные потребителями – физическими лицами, объекты которых подключены к объектам электросетевого хозяйства общества «Техноэнергострой», и вычитаемые из всего объема, поступившего на прибор учета в ПС «Новоградская» 110/10, таблицы полезного отпуска по юридическим лицам, которые подтверждают объем электроэнергии, потребленной юридическими лицами, объекты которых подключены к объектам электросетевого хозяйства общества «Техноэнергострой» и вычитаемые из всего объема, поступившего на прибор учета в ПС «Новоградская» 110/10, ведомости электропотребления и акты приема-передачи электроэнергии (мощности), подтверждающие количество потребленной электроэнергии (объемы полезного отпуска), полученной юридическими лицами. Истцом представлен подробный расчет потерь электроэнергии в сетях за исковой период с июля по декабрь 2019 года на общую сумму 8 527 654 руб. 51 коп., в том числе за июль 2019 года на сумму 705 435 руб. 64 коп., за август 2019 года на сумму 679 857 руб. 36 коп., за сентябрь 2019 года на сумму 1 527 623 руб. 78 коп., за октябрь 2019 года на сумму 2 332 362 руб. 32 коп., за ноябрь 2019 года на сумму 1 806 540 руб. 73 коп., за декабрь 2019 года на сумму 1 475 834 руб. 68 коп.

Кроме того, в подтверждение фактически осуществляемой деятельности общество «ПГС 174» представило оперативный журнал, наряд-допуск для работы в электроустановках.

В целях выявления объема потерь электрической энергии определением Арбитражного суда Челябинской области от 18.07.2022 по делу № А76-40724/2019 удовлетворено ходатайство общества «ПГС 174» о назначении по делу судебной экспертизы.

Проведение экспертизы поручено эксперту общества с ограниченной ответственностью «Техноком-Инвест», г. Челябинск, ФИО6.

Перед экспертами судом поставлены следующие вопросы:

1. Определить в соответствии с пунктом 50 Правил № 861 объем фактических потерь электрической энергии в электрических сетях, принадлежащих на праве собственности обществу «Техноэнергострой» и на праве аренды обществу «ПГС 174», с разбивкой по месяцам за период с 01.07.2019 по 31.12.2019.

2. Соответствует ли объем потерь электрической энергии, взыскиваемых истцом с ответчика, за период с июля по декабрь 2019 года объему потерь, подлежащих расчету согласно методике, утвержденной Приказом Минэнерго России от 30 декабря 2008 года № 326 «Об организации в Министерстве энергетики Российской Федерации работы по утверждению нормативов технологических потерь электроэнергии при ее передаче по электрическим сетям»?

3. Учитывает ли методика расчета объема потерь, применяемая истцом, фактическое и физическое состояние электрических сетей ответчика?

4. Произведен ли расчет потерь, взыскиваемых истцом, в соответствии с методикой определения нормативов потерь электрической энергии при передаче по электрическим сетям, утвержденной приказом Минэнерго России от 07.08.2014 № 506?

В материалы дела поступило заключение эксперта № 529, в котором экспертом даны следующие ответы на вопросы, поставленные судом:

1. Определить в соответствии с пунктом 50 Правил № 861 объем фактических потерь электрической энергии в электрических сетях, принадлежащих на праве собственности общества «Техноэнергострой» и на праве аренды общества «ПГС 174», с разбивкой по месяцам за период с 01.07.2019 по 31.12.2019 не представляется возможным по причине отсутствия в материалах дела актов разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности фактически присоединенных абонентов.

2. В соответствии с Инструкцией № 326 технологические потери электроэнергии включают в себя технические потери в линиях и оборудовании электрических сетей, обусловленных физическими процессами, происходящими при передаче электроэнергии в соответствии с техническими характеристиками и режимами работы линий и оборудования, с учетом расхода электроэнергии на собственные нужды подстанций и потери, обусловленные допустимыми погрешностями системы учета электроэнергии. 

В соответствии с Правилами № 861 размер фактических потерь электрической энергии в сетях определяется как разница между объемом электрической энергии, переданной в электрическую сеть из других сетей или от производителей электрической энергии, и объемом электрической энергии, которая поставлена по договорам энергоснабжения (купли-продажи (поставки) электрической энергии (мощности) и потреблена энергопринимающими устройствами, присоединенными к данной электрической сети, а также объемом электрической энергии, которая передана в электрические сети других сетевых организаций. 

Методы и принципы расчета объема технологических потерь электрической энергии и определение объема фактических потерь электрической энергии различны. Методы расчета объема технологических потерь используются для обоснования нормативов технологических потерь электроэнергии и требуют подробную информацию об оборудовании, режиме его работы, контрольных замеров характеристик и объемов переданной в разных точках узлов электросетевого хозяйства электрической энергии. В свою очередь, объем фактических потерь электрической энергии определяется простейшей формулой, которая не учитывает характеристики оборудования и электрической энергии, а определяет величину - разницу между объемом поставленной электроэнергии и объемом потребленной электроэнергии, при этом объем потребленной электроэнергии учитывается по приборам учета, которые полностью отвечают требованиям законодательства и нормативных документов. 

Анализ метода определения объема фактических потерь электроэнергии согласно методике приказа Министерства энергетики Российской Федерации от 30.12.2008 № 326 «Об организации в Министерстве энергетики Российской Федерации работы по утверждению нормативов технологических потерь электроэнергии при ее передаче по электрическим сетям» и метода определения фактических потерь можно сделать вывод, что объем потерь электрической энергии, взыскиваемой истцом с ответчика, за период с июля по декабрь 2019 года не соответствует объему потерь, подлежащих расчету согласно методике приказа Министерства энергетики Российской Федерации от 30 декабря 2008 года № 326 «Об организации в Министерстве энергетики Российской Федерации работы по утверждению нормативов технологических потерь электроэнергии при ее передаче по электрическим сетям».

3. Расчет объема потерь, принимаемый истцом, отдельно не учитывает фактическое физическое состояние электрических сетей ответчиков.

4. Расчет объема потерь взыскиваемой истцом электроэнергии не соответствует Методике определения нормативов потерь электрической энергии при передаче по электрическим сетям, утвержденной приказом Минэнерго России от 07.08.2014 № 506.

Экспертом и судом у ответчиков запрашивались акты разграничения балансовой принадлежности, однако, несмотря на запрос документов со стороны эксперта, ответчиком акты разграничения не представлены, как и информация об их составлении. При этом после завершения экспертизы истец представил некоторые акты разграничения балансовой принадлежности, сообщив о том, что они были переданы ему уже после завершения экспертизы предыдущим гарантирующим поставщиком.

Не получив актов разграничения границ балансовой принадлежности, эксперт пришел к выводу о невозможности определения объема фактических потерь, связав возможность определения фактических потерь с наличием актов разграничения балансовой принадлежности.

То есть ответ на указанный вопрос отсутствует и экспертные исследования, в том числе на месте нахождения объектов электросетевого хозяйства, по существу не выполнены.

Согласно экспертному заключению экспертом выполнены осмотры лично без вызова сторон в августе 2022 года с учетом большой протяженности сетей, а также с визуальным осмотром 14.11.2022 с участием представителей сторон, при этом экспертом указано, что исследованы объекты общества «ЭРГО», а не спорные объекты. На страницах 15-16 изложены обстоятельства натурного осмотра, установлены обстоятельства наличия бесхозяйных объектов, при этом каким образом это установлено, экспертом в заключении не пояснено.

Суд апелляционной инстанции указал, что никакого неудовлетворительного, иного ненадлежащего состояния объектов не выявлено и не установлено как в самом тексте заключения, так и в приложениях к нему, поэтому обоснованность выводов эксперта в рассмотренной части подлежит критической оценке. 

В заключении на странице 16 эксперт указал, что «остальные трансформаторные подстанции являются бесхозяйными или принадлежат иным владельцам сетей, не являющимся сетевыми компаниями». При этом эксперт не раскрыл какие именно подстанции и кому именно принадлежат и на основании какого документа он делает такой вывод. Вопросы владения или отсутствия владения (бесхозяйности) объекта не входили в предмет проведенной экспертизы, эксперт разрешил правовые вопросы, что не входит в его компетенцию.

Суд апелляционной инстанции указал, что, то обстоятельство, что расчет фактических потерь не соответствует порядку расчета технологических потерь (нормативных потерь), не может свидетельствовать о необоснованности выполненного истцом расчета, поскольку указанные виды потерь в соответствии с требованиями действующего законодательства рассчитываются в различном порядке, в силу чего указанное различие обусловлено нормативным регулированием.

Суд апелляционной инстанции указал, что вывод эксперта на странице 14 экспертного заключения о том, что эксперт приравнивает объем технологических потерь к фактическим, не признан мотивированным, обоснованным, последовательно и объективно установленным. В силу чего экспертом по существу не дан ответ на вопрос об определении фактических потерь электроэнергии.

Предметом взыскания в деле является задолженность по оплате объемов фактических потерь. 

Суды указали, что точка поставки зависит от места расположения границы балансовой принадлежности. 

Не получив актов разграничения границ балансовой принадлежности, эксперт пришел к выводу о невозможности определения объема фактических потерь, связав возможность определения фактических потерь с наличием актов разграничения балансовой принадлежности.

Между тем «граница балансовой принадлежности» (пункт 2 Правил № 861) – это линия раздела объектов электроэнергетики между владельцами по признаку собственности или владения на ином предусмотренном федеральными законами основании, определяющая границу эксплуатационной ответственности между сетевой организацией и потребителем услуг по передаче электрической энергии (потребителем электрической энергии, в интересах которого заключается договор об оказании услуг по передаче электрической энергии) за состояние и обслуживание электроустановок, а «акт разграничения балансовой принадлежности электросетей (акт разграничения границ балансовой принадлежности сторон, акт разграничения балансовой принадлежности электрических сетей)» - документ, составленный собственниками объектов электроэнергетики (энергопринимающих устройств), определяющий границы балансовой принадлежности. 

Таким образом, наличие документа – акта разграничения балансовой принадлежности зависит от воли субъектов электроэнергики на их составление и подписание. Суды указали, что бездействие собственников объектов электроэнергетики (энергопринимающих устройств), выражающееся в несоставлении актов разграничения балансовой принадлежности, не должно влечь за собой отказ в защите прав гарантирующего поставщика. 

Суды полагают, что несоставление актов разграничения балансовой принадлежности не обуславливает невозможность взыскания стоимости потерь с иных владельцев сетей, в ином случае защита прав гарантирующего поставщика на взыскание задолженности за поставленную электроэнергию зависела бы от воли собственников электросетевого хозяйства на составление (либо несоставление) актов разграничения балансовой принадлежности. Отказ эксперта установить место отпуска электрической энергии из сетей ответчика иным способом, нежели с помощью актов разграничения балансовой принадлежности, не означает невозможности доказывания объемов отпуска с помощью других доказательств. 

Суд апелляционной инстанции, проанализировав определения «точка поставки на розничном рынке» и «точка присоединения к электрической сети», данные в Основных положениях № 442, указал, что для определения объемов фактических потерь необходимо устанавливать места исполнения обязательств по договорам энергоснабжения, которые, в свою очередь, могут устанавливаться исходя из мест физического соединения энергопринимающих устройств транзитных потребителей. Как указывает истец, именно исходя из такого подхода им определялись объемы отпуска из сетей ответчика.

С целью доказывания объемов транзитных потребителей истцом неоднократно представлялись документы, раскрывающие места исполнения обязательств по договорам энергоснабжения (точки поставки транзитных потребителей), в частности, представлен CD-диск с такими документами (схема электроснабжения СМОО «Технополис», отчеты о потреблении электроэнергии (перетоках) смежных субъектов электроэнергетики, акты допуска приборов учета, акты обследования присоединений, в том числе составленные с участием предыдущих собственников сетевого хозяйства, акты разграничения балансовой принадлежности, выгрузка из базы данных с начислениями бытовым потребителям, отражающая адреса присоединений).

Суды первой и апелляционной инстанций установили, что именно общество «ПГС 174», приняв имущество в аренду, должно было заботиться о надлежащем оформлении документации, сопутствующей его деятельности, в частности, оформлять и подписывать акты разграничения балансовой принадлежности хранить их и предоставлять заинтересованным лицам (гарантирующему поставщику, эксперту в рамках настоящего судебного разбирательства). Общество «Техноэнергострой» как собственник сетевого хозяйства также должно было заботиться о наличии документации подтверждающей границы балансовой принадлежности. Такое поведение отвечало бы признакам добросовестности. 

Однако участниками дела: обществом «ПГС 174», обществом «Техноэнергострой», бывшим директором общества «ПГС 174» - не сообщалось о наличии актов, устанавливающих границы балансовой принадлежности, не указывались места присоединения транзитных потребителей. Своих данных о точках присоединений к электрической сети транзитных потребителей названные стороны не предоставили. 

С учетом изложенного судами признан верным выбранный истцом способ определения объемов электроэнергии, отпущенной из сетей ответчика общества «ПГС 174», для расчета объемов потерь, а объемы доказанными.

Из возражений против предъявленного иска также не следует, по каким из раскрытых истцом перечней конкретных потребителей имеются претензии в части их технологического присоединения к сетям ответчика и чье потребление не учтено при определении потерь либо является безучетным, бездоговорным.

С учетом изложенного суды пришли к верному выводу о том, что примененный истцом способ определения объемов электроэнергии соответствует требованиям действующего законодательства, объем полезного отпуска вычтен в полном объеме, расчет объемов потерь является верным, объем доказанным, порядок применения утвержденных тарифов также выполнен истцом верно.

Кроме того, судом первой инстанции обоснованно принято во внимание, что в рамках дела № А76-20025/2019 во исполнение определения от 23.01.2020 комиссией в составе представителей общества «ТехноЭнергоСтрой», общества «ПГС 174», общества «МРСК Урала», общества «Системные технологии» составлен акт осмотра (обследования) сетей от 26.02.2020, в котором отражены результаты комиссионного осмотра электрических сетей опосредованно подключенных потребителей от ВЛ-10 кВ «Фидер 36» от ПС 110/10 кВ Новоградская.

Согласно указанному акту технологических повреждений на участке ВЛ 10 кВ «Фидер 36», принадлежащем обществу «Техноэнергострой», не выявлено технологических повреждений на опосредованно присоединенных отпаечных ВЛ-10 кВ и ТП -10/0,4 кВ, наличие или отсутствие бездоговорного потребления электроэнергии неизвестно, так как не установлено точное количество потребителей, подключенных опосредованно отпаечных ВЛ-10 кВ и ТП - 10/0,4кВ, установлен факт отсутствия актов допуска в эксплуатацию приборов учета электроэнергии опосредованно подключенных потребителей, установлен факт отсутствия предъявляемых технических потерь электроэнергии в отпаечных ВЛ-10 кВ и ТП-10/04 кВ сбытовой организацией потребителям из-за несовпадения точек поставки с местом установки коммерческих приборов учета электроэнергии. К акту составлена схема ВЛ-10 кВ «Фидер 36» от ПС 110/10 кВ Новоградская с указанием опосредованно подключенных потребителей (электроустановок). 

Количество электроэнергии, потерянной в спорных сетях, истцом определено как разница между объемом электрической энергии, которая поступает на расчетный прибор учета № 00263421, установленный в ПС Новоградская ЗРУ-10кВ фидер 36, и объемом электрической энергии, переданной в сети смежных сетевых организаций - Уральского филиала общества «Оборонэнерго», общества «ЧЭК», объемом полезного отпуска юридических лиц.

Судом первой инстанции установлено, что обследование сетей ответчика, проведенное сторонами по определению суда в деле № А76-20025/2019 в феврале – марте 2020 года, не выявило фактов бездоговорного и безучетного потребления электроэнергии.

Кроме того, судом апелляционной инстанции отмечено, что в своих пояснениях, представленных в суд первой инстанции, ФИО1 указал на то, что предыдущий владелец фидера – общество «ЭлектроТранспорт» осуществило множество технологических присоединений от фидера № 36, распределив присоединенным потребителям причитающуюся на фидер мощность. Истец также подтверждает, что ранее с 2015 года, фидером владело общество «ЭлектроТранспорт», являвшееся сетевой организацией.

То есть, являясь сетевой организацией на протяжении нескольких лет, общество «ЭлектроТранспорт» действительно осуществило множество технологических присоединений энергопринимающих устройств потребителей. В материалы дела представлены акты технологического присоединения, оформленные сетевой организацией, законность таких присоединений не опровергнута.

Суд апелляционной инстанции обоснованно указал, что поскольку обстоятельства осуществления технологических присоединений, определения границ балансовой принадлежности возникли ранее спорного периода по настоящему делу и уже установлены судебными актами, вступившими в законную силу, то такие обстоятельства также не являются новыми для лиц, участвующих в деле, которые требуют повторного или нового установления, кроме того, их установление по состоянию на период рассмотрения вопросов о взыскании потерь за период с февраля по май 2021 года также позволяет принять такие обстоятельства применительно к спорному периоду, поскольку обстоятельства присоединений имели место еще до заключения договора аренды от 15.02.2018.

В настоящем случае истцом единообразно применен изложенный способ расчета, то есть в настоящем деле, как ранее в рассмотренных делах № А76-26692/2021, № А76-20025/2019, с учетом фактических обстоятельств спорной ситуации, которая на протяжении предшествующего периода, текущего спорного периода не претерпевала изменений как в части состава объектов электросетевого хозяйства, так и в части объектов энергопотребления, отсутствия надлежащего учета со стороны ответчиков для целей учета потерь в их сетях. Возникновение иных новых отличных обстоятельств в течение спорного периода ответчиками в нарушение положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не доказано.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, реализовав полную, объективную и самостоятельную оценку конкретных спорных правоотношений, установив юридически значимые обстоятельства, принимая во внимание, что истцом единообразно применен такой же способ расчета, как в ранее рассмотренных делах № А76-26692/2021, № А76-20025/2019, с учетом фактических обстоятельств спорной ситуации и совокупности предоставленных по делу доказательств суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованным выводам об удовлетворении исковых требований к обществу «ПГС 174».

Оснований для иных выводов у суда кассационной инстанции не имеется.

Довод заявителя кассационной жалобы о том, что судебные акты по иным делам не являются преюдициальными, был предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции и обоснованно им отклонен.

Критериям обязательности и преюдиции будут соответствовать юридически значимые фактические обстоятельства, и если лицами, участвующими в деле, не оспаривается и подтверждается, а также не опровергнуто, что в последующем рассматриваемом периоде взыскания ранее установленные судебными актами, вступившими в законную силу, обстоятельства сохранились, не изменялись, не представлено доказательств возникновения новых обстоятельств или изменения ранее существующих и установленных (в том числе полученных посредством проведенных судебных экспертных исследований), то только такие фактические обстоятельства не переоцениваются в качестве установленных судебными актами, вступившими в законную силу, как отвечающие критериям обязательности, не требующие нового, повторного доказывания.

Суд апелляционной инстанции обоснованно указал, что в отношении соответчиков установленные судебными актами, вступившими в законную силу, фактические обстоятельства являются преюдициально установленными как для участников указанных дел.

С учетом того, что при исследовании правоотношений сторон в ранее рассмотренных делах, по которым имеются вступившие в законную силу судебные акты, за период, предшествующий спорному периоду по настоящему делу, при исследовании правоотношений в последующих правоотношениях, то есть возникших после спорного периода, рассматриваемого в настоящем деле, судом первой инстанции учтено, что объемы потерь по настоящему делу в сравнении с объемами потерь в предшествующие и последующие периоды имеют сопоставимый характер по объему, причинам и условиям их образования, то есть возможность их образования уже следует из судебных актов, вступивших в законную силу, заявитель жалобы не мог и не должен был ограничиваться возражениями и направленностью таких возражений на переоценку фактических обстоятельств в отсутствие приведения доказательств того, что в течение спорного периода по настоящему делу эти фактические обстоятельства изменились.

Доводы заявителя кассационной жалобы выражают по существу несогласие с ранее принятыми судебными актами, вступившими в законную силу, и направлены фактически на реализацию заявителем жалобы намерения дать вновь иное, противоположное правоприменительное толкование одним и тем же нормам права и обстоятельствам, о которых им ранее при рассмотрении аналогичных споров заявлялось, несмотря на то, что судами дана критическая оценка таким доводам, о чем ФИО1 в полном объеме известно.

При рассмотрении настоящего спора никаких иных, отличных обстоятельств спорной ситуации ФИО1 не заявлено.

Кроме того, при рассмотрении заявленных требований суды первой и апелляционной инстанций провели самостоятельное исследование, в рамках которого установлен фактический законный владелец объектов электросетевого хозяйства, выявлено, что состоявшиеся ранее спорного периода условия технологического присоединения объектов ответчика общества «ПГС 174»с учетом принципа однократности технологического присоединения потребителей и обстоятельства передачи электрической энергии (фактическая схема энергоснабжения, оформленные документы и прочее) изменений не претерпевали, факты безучетного и бездоговорного потребления за спорный период по настоящему делу не установлены и не доказаны, со стороны лиц, участвующих в деле, конкретных возражений по рассматриваемым точкам поставки, заблаговременно раскрытых истцом (на материальном носителе), и объему потребления юридических лиц, бытовых потребителей, конкретных замечаний, претензий по составу доказательств истца не изложено.

Кроме того, в материалах дела имеются доказательства, что общество «ПГС 174» осуществило технологическое присоединение иных лиц к своим объектам, что подтверждается имеющимися в материалах дела актом о выполнении технических условий от 03.10.2019, актом разграничения границ балансовой принадлежности электрических сетей и эксплуатационной ответственности от 14.01.2022, актами об осуществлении технологического присоединения от 07.10.2021 № 7, от 04.10.2021 №1, 08.10.2021 № 9, от 07.10.2021 № 8, согласно которым граница балансовой принадлежности установлена на наконечниках питающего кабеля в ВРУ-0,4 кВ.

Также в материалах дела имеются аналогичные акты разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности, подписанные предыдущими арендаторами указанного объекта электросетевого хозяйства.

Доводы заявителя кассационной жалобы о том, что ему не оплачивают услуги по передаче электрической энергии по его сетям, отклонены судом апелляционной инстанции, поскольку услуги по передаче электрической энергии относятся к регулируемым видам деятельности и могут осуществляться на возмездной основе только на основании утвержденного тарифа. В отсутствие такого тарифа иной владелец объектов электросетевого хозяйства обязан не препятствовать перетоку электрической энергии по своим сетям и оплачивать потери, возникающие в его сетях.

Доказательств, что ответчик когда-либо обращался в регулирующий орган за установлением тарифа на услуги по передаче электрической энергиив материалы дела не представлено.

Иные доводы заявителя кассационной жалобы являлись предметом исследования судов первой и апелляционной инстанций, получили надлежащую правовую оценку и мотивированно были отклонены как недоказанные в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Принимая во внимание указанные выше конкретные обстоятельства по делу, суд кассационной инстанции пришел к выводу, что доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судами при рассмотрении дела и влияли на обоснованность и законность судебных актов, в связи с чем не могут служить основанием для отмены обжалуемых судебных актов.

Пределы рассмотрения дела в суде кассационной инстанции ограничены проверкой правильности применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствия выводов о применении нормы права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам (части 1, 3 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Из полномочий суда кассационной инстанции исключены действия по установлению обстоятельств, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судами, по предрешению вопросов достоверности или недостоверности доказательств, преимущества одних доказательств перед другими, а также по переоценке доказательств, которым уже была дана оценка судами первой и апелляционной инстанций (статьи 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не выявлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Челябинской области от 02.10.2024 по делу № А76-40724/2019 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.12.2024 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

 Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

ПредседательствующийЕ.Г. Сирота 

СудьиЕ.В. Селивёрстова 

 О.В. Абознова