﻿/

АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело №А45-11935/2021

г. Новосибирск

11 ноября 2021 года

Резолютивная часть решения объявлена 08 ноября 2021 года

Полный текст решения изготовлен 11 ноября 2021 года

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Лузаревой И.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Сурковой А.Л., рассмотрел в открытом судебном заседании дело по иску индивидуального предпринимателя Кузьмина Романа Ивановича, г. Чита, ОГРНИП: 308753624600017 

к обществу с ограниченной ответственностью «ДОРН», г. Новосибирск, ОГРН: 1135476072610

о взыскании 23 678 636 рублей 88 копеек,  

по встречному иску общества с ограниченной ответственностью «ДОРН» 

к индивидуальному предпринимателю Кузьмину Роману Ивановичу 

о признании недействительной кабальной сделки,

при участии представителей:

от ИП Кузьмина Р.И.: (в режиме онлайн) Али М.З. по доверенности от 23.04.2021, паспорт; (в режиме онлайн) Урякин Д.А. по доверенности от 23.04.2021, паспорт,

от ООО «ДОРН» - (в режиме онлайн) Клешков А.А. по доверенности от 11.06.2021, диплом, паспорт, Филиппов А.А. (директор), паспорт,

                                             у с т а н о в и л:

индивидуальный предприниматель Кузьмин Роман Иванович (далее – ИП Кузьмин Р.И.) обратился в Арбитражный суд Новосибирской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «ДОРН» (ООО «ДОРН»)  о взыскании 23 678 636 рублей 88 копеек задолженности за право возмездного использования товарного  знака «Lufter».

Определением от 14.07.2021 в рамках настоящего дела принято к производству встречное исковое заявление ООО «ДОРН»  к ИП Кузьмину Роману Ивановичу о признании недействительной кабальной сделки.

Определением от 05.05.2021 исковое заявление было принято к производству судьи Хорошуля Л.Н.

Распоряжением Арбитражного суда Новосибирской области о передаче судебных дел №78-КГ от 23.09.2021, в связи с длительной временной нетрудоспособностью судьи Хорошуля Л.Н.  дело №А45-11935/2021 передано в производство судьи Лузаревой И.В.

Рассмотрев материалы дела, заслушав пояснения представителей сторон, проверив обстоятельства спора в порядке, предусмотренном ст.71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), арбитражный суд приходит к следующим выводам.

Исковые требования ИП Кузьмина Р.И. о взыскании с ООО «ДОРН» 23 678 636 рублей 88 копеек задолженности за право возмездного использования товарного  знака «Lufter» мотивированы ненадлежащим исполнением ООО «ДОРН» обязательств по оплате стоимости использования указанного товарного знака, основанных на выданном ИП Кузьминым Р.И. письме-согласии № 1536 от 11.08.2020.

Возражая против удовлетворения первоначальных исковых требований, ООО «ДОРН» обратилось со встречным исковым заявлением, уточненным в процессе рассмотрения дела,  о признании недействительными писем – согласий № 1503 от 30.07.2020 и  № 1536 от 11.08.2020, выданных правообладателем товарного знака «Lufter» ИП Кузьминым Р.И. на имя генерального директора ООО «ДОРН» Филиппова А. А. в части установления стоимости права за использование товарным знаком «Lufter» в размере 200 000 рублей за одну единицу товара с указанным товарным знаком, в силу их кабальности.

В обоснование встречных исковых требований ООО «ДОРН» ссылается на кабальность заключенной сделки (п. 3 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), выразившейся в том, что письма-согласия № 1503 от 30.07.2020 и № 1536 от 11.08.2020 были заключены вынужденно (под угрозой срыва выполнения государственных контрактов с Министерством здравоохранения Новосибирской области, которые заключались ООО «ДОРН» в целях поставки аппаратов искусственной вентиляции легких (далее – ИВЛ) в Новосибирскую  область в период пандемии для лечения больных COVID-19) на крайне невыгодных условиях (200 000 рублей за использование одной единицы оборудования с размещенным на нем товарным знаком «Lufter»), чем воспользовался ИП Кузьмин Р.И., навязав ООО «ДОРН» условия сделки на указанных условиях, при этом, в одностороннем порядке изменив их в процессе исполнения.

В ходе судебного разбирательства представители ИП Кузьмина Р.И. и ООО «ДОРН» на удовлетворении предъявленных требований настаивают, полагая правовую позицию спорящей стороны необоснованной.

В процессе рассмотрения дела судом установлены следующие существенные для дела обстоятельства.

Между Министерством здравоохранения Новосибирской области (заказчик) и ООО «ДОРН» (поставщик) были заключены государственные контракты с единственным поставщиком № 184 от 18.04.2020 и № 214 от 30.04.2020 на поставку медицинских изделий - аппаратов ИВЛ, ввод в эксплуатацию медицинских изделий, обучение правилам эксплуатации аппаратов специалистов, эксплуатирующих   медицинские   изделия  и   специалистов,   осуществляющих техническое обслуживание медицинских изделий (далее - Государственные контракты на поставку ИВЛ/Контракт).

В соответствии с п. 1.1. Государственных контрактов на поставку ИВЛ (идентичных по своему содержанию), поставщик принял на себя обязательства в порядке и сроки, предусмотренные государственным контрактом, осуществить поставку медицинских изделий - аппаратов ИВЛ,  ввод в эксплуатацию медицинских изделий,  обучение   правилам   эксплуатации специалистов, эксплуатирующих   медицинские изделия, и специалистов, осуществляющих техническое обслуживание медицинских изделий (далее - оборудование) в соответствии со спецификацией (приложение № 1 к Контракту) и надлежащим образом оказать услуги по доставке, разгрузке, сборке, установке, монтажу, вводу в эксплуатацию оборудования, обучению правилам эксплуатации и инструктажу специалистов получателя, эксплуатирующих оборудование и специалистов получателя, осуществляющих техническое обслуживание оборудования, правилам эксплуатации  и  технического  обслуживании оборудования  в  соответствии  с требованиями технической и (или) эксплуатационной документации производителя (изготовителя) оборудования, в свою очередь, получатель принял на себя обязательство в порядке и сроки, предусмотренные контрактом, принять, а заказчик оплатить поставленное оборудование и надлежащим образом оказанные услуги.

 Номенклатура оборудования, его количество определены спецификацией (приложение   №   1   к   Контракту),   технические   показатели – техническими требованиями (приложение № 2 к Контракту) (п. 2 Государственных контрактов на поставку ИВЛ). Поставляемое оборудование должно соответствовать требованиям качества, быть новым, не бывшим в употреблении, без ремонта, в том числе без признаков восстановления, замены запасных частей, восстановления потребительских свойств отражать последние модификации конструкций и материалов, год выпуска – 2020.  

В   соответствии   с   приложением   № 1  по государственному контракту № 184 от 18.04.2020  (Спецификация)  поставке   подлежали: аппарат искусственной вентиляции легких Lufter с принадлежностями, варианты исполнение: Lufter 5 РУ от 10.10.2012 № ФСЗ 2012/11347, производитель «Шеньчжень Проб Сайнс энд Технолоджи Ко., Лтд.», страна происхождения товара: Китай, количество оборудования - 129 штук. Срок поставки оборудования (приложение № 9 к Контракту): 30 штук аппаратов ИВЛ - 30.05.2020; 30 штук аппаратов ИВЛ - 15.06.2020; 69 штук аппаратов ИВЛ - 30.06.2020.

В соответствии с приложением № 1 (Спецификация) поставке по государственному контракту № 214 от 30.04.2020 подлежали: аппарат искусственной вентиляции легких Lufter с принадлежностями, варианты исполнения: Lufter 5 РУ от 10.10.2012 № ФСЗ 2012/11847, производитель «Шеньчжень Проб Сайнс энд Технолоджи Ко., Лтд.», страна происхождения товара: Китай, количество оборудования - 141 штука. Срок поставки Оборудования (приложение № 9 к Контракту): 30 штук аппаратов ИВЛ - 15.06.2020; 30 штук аппаратов ИВЛ - 30.06.2020; 81 штук аппаратов ИВЛ -11.07.2020.

В соответствии с разделом 2 Государственных контрактов (идентичных по содержанию) и Спецификации № 1 (приложение № 1 к Контрактам) цена за единицу оборудования, включая услуги, составляет 2 700 000 рублей, включая НДС. Цена Контракта включает в себя стоимость оборудования и услуг, а также все расходы на страхование, уплату налогов, пошлины, сборы и другие обязательные платежи, которые поставщик (ООО «ДОРН») должен выплатить в связи с выполнением обязательств по Государственным контрактам в соответствии с законодательством Российской Федерации (п. 2.3. Государственных контрактов).

Правоотношения сторон по выполнению Государственных контрактов по поставке аппаратов ИВЛ регулируются гражданским законодательством Российской Федерации и Федеральным законом от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок, товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд».

Обязательства ООО «ДОРН» по поставке жизненно важных аппаратов ИВЛ в сложный эпидемиологический период (по официальной статистике 2020 года заболевших коронавирусной инфекцией COVID-19 в г. Новосибирске в июне 2020 года  - 5 248 человек, в июле 2020 года - 9 241 человек) были выполнены в полном объеме, аппараты ИВЛ доставлены получателям - медицинским учреждениям, акты приема-передачи оборудования (приложение № 4 к Контрактам), акты ввода в эксплуатацию оборудования (приложение № 5 к Контрактам), акты об исполнении обязательств по контрактам (приложение № 8) подписаны заказчиком без замечаний.

Как указано выше, производителем аппаратов ИВЛ марки Lnfter/Lufter 5 является «Шеньчжень Проб Сайнс энд Технолоджи Ко, Лтд.» (страна изготовления - Китай).

ООО «ДОРН», в целях исполнения Государственных контрактов на поставку аппаратов ИВЛ требуемой модели и производителя, осуществил приобретение аппаратов ИВЛ в количестве 270 единиц у компании «Ситрейд АГ» (Ситрейд Лтд.), Цуг, Швейцария в соответствии с контрактом от 20.04.2020 № ST-20-04 (Спецификация - приложение № 1 к Контракту ST-20-04) на приобретение 40 единиц аппаратов ИВЛ Lufter 5 (страна производитель Китай) по цене 2 500 000 рублей за один аппарат ИВЛ, (Спецификация – приложение № 2 к Контракту ST-20-04) на  приобретение 89 единиц аппаратов ИВЛ Lufter 5 (страна производитель Китай) по цене 2 490 000 рублей один аппарат ИВЛ и контрактом от 02.07.2020 № ST-02-07 (Спецификация - приложение № 1 к Контракту ST-02-07) на приобретение 141единиц аппаратов ИВЛ Lufter 5 (страна производитель Китай) по цене  2 495 000 рублей один аппарат ИВЛ.

Согласно п. 2.4. контрактов, заключенных  с компанией «Ситрейд АГ» (Ситрейд Лтд) Цуг, Швейцария, все акцизы, налоги и другие официальные сборы, равно как и любые риски, обязательства и ответственность, возникающие в связи с оформлением таможенных процедур возлагаются на покупателя – ООО «ДОРН».

Разница между закупочной ценой 2 490 000 рублей за 1 единицу оборудования (89 штук аппаратов  ИВЛ), 2 495 000 рублей за 1 единицу оборудования (141 штука аппаратов ИВЛ) и 2 500 000 рублей за 1 единицу оборудования (40 штук аппаратов ИВЛ) и ценой по Государственным контрактам поставки аппаратов ИВЛ в размере 2 700 000 рублей за один аппарат составила по 210 000 рублей за единицу оборудования (89 штук), 205 000 рублей за единицу оборудования (141 штука) и 200 000 рублей за единицу оборудования (40 штук).

Как следует из материалов дела, ИП Кузьмин Р.И. является правообладателем товарного знака «Lufter», который зарегистрирован в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации 01.03.2018 за № 646610, о чем выдано соответствующее свидетельство  со сроком действия регистрации до 29.12.2026.

Правоотношения сторон в сфере регулирования и защите интеллектуальных прав регулируются положениями части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и федеральными законами Российской Федерации в области интеллектуальной собственности.

 В силу ст. 1480 ГК РФ государственная регистрация товарного знака осуществляется федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации (Государственный реестр товарных знаков).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1225 ГК РФ результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются, в том числе произведения науки, литературы и искусства, товарные знаки и знаки обслуживания.

Согласно статье 1226 ГК РФ на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации) признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являясь имущественным правом.

В силу ст. 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее индивидуализации товаров юридических лиц, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак. Основное предназначение товарного знака - обеспечение потенциальному покупателю возможности отличить маркировочный товар одного производителя среди аналогичных товаров другого производителя.

Лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак на территории Российской Федерации (правообладатель), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со ст. 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак) в том числе способами, указанными в п. 2 настоящей статьи 

В соответствии с пунктом 1 ст. 1484 ГК РФ права по распоряжению исключительным правом на товарный знак принадлежат правообладателю. 

Анализ фактических обстоятельств дела показал, что поставка 270 штук аппаратов ИВЛ с товарным знаком производителя «Lufter» представляла  собой единое использование товарного знака «Lufter» на территории Российской Федерации в целях реализации двух Государственных контрактов поставки аппаратов ИВЛ в городские клинические больницы города Новосибирска (получатели по Государственным контрактам) с одинаковыми техническими требованиями и характеристиками, что следует из приложений № 2 Государственных контрактов, объединенных единым обозначением - аппараты ИВЛ «Lufter 5», с коротким сроком поставки  - с 30.06.2020 по 11.08.2020, при одном заказчике в лице Министерства здравоохранения Новосибирской области, что свидетельствует о единстве намерения ООО «ДОРН» (поставщик) на использование исключительного права на товарный знак «Lufter» на территории Российской Федерации.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце 2 пункта 68 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 «О применении положений части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 10), в отношении товарных знаков следует учитывать, что если защищаемые права на товарные знаки фактически устанавливают охрану одного и того же обозначения в разных вариантах, имеют графические отличия, не изменяющие существо товарного знака, и вне зависимости от варианта воспроизведения обозначения в глазах потребителей воспринимаются как одно обозначение, которое сохраняет свою узнаваемость, то одновременное нарушение прав на несколько таких товарных знаков представляет собой одно нарушение, если оно охватывается единством намерений правонарушителя.

ООО «ДОРН» перед принятием решения об участии в качестве единственного поставщика в ряде государственных закупок по поставке аппаратов ИВЛ с техническими характеристиками, соответствующими аппаратам искусственной вентиляции легких Lufter 5 РУ от 10.10.2012 JSb ФСЗ 2012/11847, производитель «Шеньчжень Проб Сайнс энд Технолоджи Ко., Лгд.» страна происхождения товара Китай, обратилось к ИП Кузьмину Р.И., являющемуся одновременно учредителем и директором ООО «Кранц», как к правообладателю исключительного права на территории Российской Федерации на товарный знак «Lufter» за получением согласия на введение в гражданский оборот на территории Российской Федерации путем таможенного декларирования 270 штук аппаратов ИВЛ «Lufter 5» (производитель «Шеньчжень Проб Сайнс энд Text олоджи Ко, Лтд.», страна происхождения товара Китай).

Согласно ст. 1487 ГК РФ, не является нарушением исключительного права на товарный знак использование этого товарного знака другими лицами в отношении товаров, которые были ведены другими лицами в гражданский оборот на территории Российской Федерации непосредственно правообладателем или с его согласия.

В ответ на обращение ООО «ДОРН» о получении согласия на введение в гражданский оборот на территории Российской Федерации путем таможенного декларирования  270   штук  аппаратов  ИВЛ  «Lufter  5»,   ООО  «Кранц» в лице его директора  было представлено авторизационное письмо, которое было направлено на электронный адрес ООО «ДОРН». Согласно авторизационного письма, ООО «Кранц» разрешило и уполномочило  ООО  «ДОРН» проводить переговоры, участвовать в тендерах, заключать договоры и решать любые вопросы, связанные с продвижением и продажей оборудования аппаратов искусственной вентиляции легких Lufter с принадлежностями в  вариантах исполнения: Lufter 3, Lufter 5.

Обращаясь к ИП Кузьмину Р.И. за выдачей указанного письма ООО «ДОРН» уведомило ИП Кузьмина Р.И. о том, что оно планирует заключить с Министерством здравоохранения Новосибирской области Государственные контракты по поставке ИВЛ в общем количестве 270 штук.

Таким образом, авторизационное письмо, выданное ООО «Кранц», подтверждает предварительные договоренности между ООО «ДОРН», ООО «Кранц» и ИП Кузьминым Р.И., а также информирование последнего об условиях, сроках поставки и общем количестве ИВЛ (270 штук) с товарным знаком Lufter, подлежащих поставке в рамках будущих Государственных контрактов ООО «ДОРН» с Министерством здравоохранения Новосибирской области.

Указанное обстоятельство опровергает доводы ИП Кузьмина Р.И. об отсутствии у ООО «ДОРН» на момент заключения Государственных контрактов с Министерством здравоохранения Новосибирской области согласия правообладателя на использование товарного знака Lufter.

ИП Кузьминым Р.И. в материалы дела был представлен проект согласия на использование ООО «ДОРН» товарного знака Lufter в рамках ввоза последним оборудования с товарным знаком Lufter на территорию Российской Федерации с последующей передачей оборудования в Министерство здравоохранения Новосибирской области.

В пункте 3 проекта-согласия ИП Кузьминым Р.И. было указано, что соответствующее согласие выдается для введения в гражданский оборот общего количества товаров с товарным знаком Lufter не более 270 штук с оплатой за пользование товарным знаком из расчета 100 000 рублей за одну единицу товара Lufter, а именно: «Использование в настоящем согласии товарного знака допускается в рамках ввоза ООО «ДОРН» товаров с товарным знаком Lufter на территорию Российской Федерации и последующей передаче этих товаров Министерству здравоохранения Новосибирской области (ИНН 54-6635579) в рамках исполнения ООО «ДОРН» Государственного контракта № 214 от 30.04.2020 и Государственного контракта № 184 от 18.04.2020, предусматривающих поставку ООО «ДОРН» товаров с товарным знаком Lufter. Общее количество товаров с товарным знаком Lufter, допускаемых к ввозу ООО «ДОРН» в гражданский оборот не превышает 270 (двести семьдесят) штук. Сумма оплаты определятся исходя из количества ввезенного товара согласно декларации (грузовой таможенной декларации) из расчета 100 000 (сто тысяч) рублей за одну единицу товара Lufter.» 

ООО «ДОРН» подтвердило условие определения оплаты за использование товарного знака, исходя из определения оплаты за единицу товара в размере 100 000 рублей за одну единицу товара Lufter (переписка с месседжера от 22.06.2020 по времени 16:01:22). Понимая, что в течение 40 дней с даты получения первой декларации на 40 единиц  аппаратов ИВЛ ООО «ДОРН» не сможет произвести полную оплату за использование права на ввоз всех 270 штук аппаратов ИВЛ, и,  принимая во внимание условия Государственных контрактов  об оплате заказчиком аппаратов ИВЛ только по факту их по оплаты, ООО «ДОРН» обратилось к ИП Кузьмину Р.И. с просьбой указать размер оплаты в письме-согласии на 40 единиц аппаратов ИВЛ, которые уже ожидали декларирования на таможне Российской Федерации.

Впоследствии, когда первая партия аппаратов ИВЛ прибыла на таможню и требовалось оформление таможенной декларации, ИП Кузьмин Р.И. представил за своей подписью первое письмо-согласие № 1287 от 23.06.2020 на количество пришедшего на таможню товара (40 штук) с определением платы за право использования товарного знака Lufter в размере 100 000 рублей за единицу товара. При этом в пункте 3 письма-согласия № 1287 от 23.06.2020 ИП Кузьминым Р.И. было удалено общее количество подлежащих поставке аппаратов ИВЛ (270 штук), которое ООО «ДОРН» по согласию правообладателя должно было ввести в гражданский оборот на территории Российской согласия, оставив указание в этом письме на право использования всего 40 штук аппаратов ИВЛ по цене 100 000 рублей за единицу товара. 

После поступления 30.07.2020 (через месяц от первого поступления) на таможню следующих аппаратов ИВЛ марки «Lufter 5» из подлежащих поставке 270 штук, ИП Кузьмин Р.И. письме-согласии № 1503 от 30.07.2020 в одностороннем порядке без уведомления ООО «ДОРН» в два раза увеличил размер вознаграждения за использование товарного знака «Lufter» со 100 000 рублей за один аппарат ИВЛ до 200 000 рублей за один аппарат ИВЛ.

ИП Кузьминым Р.И. в материалы дела не было представлено доказательств, обосновывающих увеличение стоимости права на использование товарного знака в два раза в одностороннем порядке по сделке с единством намерения, о котором ИП Кузьмин Р.И. был поставлен в известность.

При этом, двукратное  увеличение ИП Кузьминым Р.И. размера вознаграждения за использование товарного знака не было связано с изменением каких-либо фактических договоренностей между сторонами либо было обусловлено какими-либо объективными факторами, т.е. в данном случае, одностороннее увеличение размера вознаграждения за право использования товарного знака было результатом исключительного волеизъявления ИП Кузьмина Р.И., который не является производителем аппаратов ИВЛ с товарным знаком «Lufter», не имеет международного договора с производителем аппаратов ИВЛ «Lufter» (страна происхождения товара Китай), лицензионного или дистрибьюторского договора и иным образом не  использовал на момент  осуществления ООО «ДОРН» поставок аппаратов ИВЛ марки «Lufter 5» товарный знак «Lufter».

В силу положений статьи 65 АПК РФ, в рассматриваемом споре бремя доказывания соответствия взыскиваемого размера компенсации стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых  обстоятельствах  обычно  взимается  за  правомерное  использование товарного знака, возлагается на истца по первоначальному иску.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1233 ГК РФ правообладатель может распорядиться принадлежащим ему  исключительным  правом  на результат интеллектуальной деятельности любым не противоречащим закону и существу такого исключительного права способом, в том числе путем предоставления другому лицу права использования результата интеллектуальной деятельности в установленных договором пределах (лицензионный договор).

В обоснование стоимости использования товарного знака ИП Кузьмин Р.И. в отзыве на встречный иск ссылается на лицензионный договор с аффилированной  с ним компанией ООО «Кранц», в которой Кузьмин Р.И. является директором и учредителем со 100% долей участия.

Указанный лицензионный договор, на который ссылается ИП Кузьмин Р.И.,  не может быть принят судом в качестве достаточного и объективного доказательства действительной стоимости использования товарного знака, так как этот договор  был зарегистрирован Роспатентом спустя несколько месяцев с даты выдачи ИП Кузьминым Р.И. оспариваемых писем-согласий - 22.12.2020 за номером регистрации № РД0349923, что следует из выписки на товарный знак «Lufter» № 646610.

При этом суд отмечает, что ИП Кузьминым Р.И. в материалы дела не было представлено документально подтвержденных сведений о реализации лицензиатом выпущенной продукции с использованием товарного знака «Lufter» во исполнение лицензионного договора, что свидетельствует об отсутствии доказательств фактического исполнения лицензионного договора.

Кроме того, сам по себе факт заключения ИП Кузьминым Р.И. со стопроцентно аффилированным с ним лицом лицензионного договора в отношении использования товарного знака не означает то, что указанная в таком договоре плата за использование товарного знака на основании неисключительной лицензии является обычно взимаемой за правомерное использование товарного знака.

Также критически суд относится к представленному ИП Кузьминым Р.И. в материалы дела заключению по проверке соответствия ставки роялти, использованной в письме-согласии № 1536 от 11.08.2020 на право использования товарного знака, подготовленного ООО «Патентно-оценочным агентством «ИНВЕРС» от 15.04.2021, поскольку в отчете о рыночной стоимости содержатся сведения о рыночной ставке роялти за право пользования товарным знаком по состоянию на 06.04.2021, тогда как заявленный ИП Кузьминым Р.И. период взыскания по письму-согласию № 1536 от 11.08.2020 - август 2020  года.

Из заключения следует, что перед оценщиком был поставлен вопрос о том, соответствует ли ставка роялти, использованная в письме-согласии № 1536 от 11.08.2020, общепринятым ставкам роялти в данной области техники.

По результатам исследования оценщик пришел к выводу о том, что расчетная ставка роялти равная 7,4% (семь целых четыре десятых процента) от стоимости одной единицы оборудование. Указанная ставка, по мнению оценщика, соответствует общепринятым ставкам роялти для данного объекта техники - аппаратов искусственной вентиляции легких, значение которых составляет от 4%  до 8% от стоимости одной единицы оборудования.

Вместе с тем, указанная оценщиком рыночная стоимость права использования товарного знака не  является достоверной применительно к абзацу 2 ст. 3 Федерального закона «Об оценочной деятельности», в соответствии с которым для целей настоящего Федерального закона под рыночной стоимостью объекта оценки понимается наиболее вероятная цена, по которой данный объект оценки может быть отчужден ла открытом рынке в условиях конкуренции, когда стороны сделки действуют разумно, располагая всей необходимой информацией, а на величине цены сделки не отражаются какие-либо чрезвычайные обстоятельства.

Кроме того, цена за использование товарного знака может определяться не только исходя из стоимости роялти, но и состоять из фиксированной платы, паушального взноса.

Согласно ч. 3 ст. 86 АПК РФ заключение эксперта является одним из доказательств по делу, не имеет заранее установленной силы, не носит обязательного характера и подлежит исследованию и оценке судом наравне с другими представленными доказательствами. В заключение, помимо прочего, должны быть отражены объекты исследований, содержание и результаты исследований с указанием примененных методов (ч.ч. 6, 7 ст. 86 АПК РФ), оценка результатов исследований, выводы и их обоснование (п. 8 ст. 86 АПК РФ).

Таким образом, арбитражный суд не должен принимать в качестве единственно правильного и достоверного доказательства экспертное заключение, выполненное на основании поручения суда, но должен оценивать его наравне с другими представленными доказательствами.

 Представленный же ИП Кузьминым Р.И.  отчет об оценке,  подготовленный  ООО «Патентно-оценочным агентством «ИНВЕРС» во внесудебном порядке, по заданию самого ИП Кузьмина Р.И. на возмездной с ним основе, в соответствии со ст. 67, 68, 70 АПК РФ, не может быть признан относимым, допустимым и достоверным доказательством, подтверждающим рыночную стоимость использования товарного знака.

Поскольку надлежащих доказательств свидетельствующих о соответствии заявленного им размера компенсации цене, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, ИП Кузьмин Р.И. не представил, следовательно, ИП Кузьминым Р.И. не доказан размер компенсации за использование товарного знака из расчета 200 000 рублей за одну единицу аппарата ИВЛ.

Между тем, в сложившейся критической ситуации и необходимости срочной поставки аппаратов ИВЛ в рамках исполнения Государственных контрактов на поставку аппаратов ИВЛ и учитывая короткие сроки поставки оборудования  в этих Контрактах, а также во избежание наложения на ООО «ДОРН» существенных сумм штрафов по Государственным контрактам за ненадлежащее исполнение обязанностей по поставке аппаратов, установленных законом от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», в условиях быстрого распространения новой короновирусной инфекции COVID-19 на территории Новосибирской области,  ООО «ДОРН» было вынуждено произвести оплату по второму письму-согласию № 1503 от 30.07.2020 в общей сумме 23 000 000 рублей.

 Третье оспариваемое письмо-согласие ИП Кузьмина Р.И. от 11.08.2020 № 1536 на право использования товарного знака «Lufter» в оставшейся части поставки партии аппаратов ИВЛ «Lufter 5» было ИП Кузьминым Р.И. выдано также со стоимостью вознаграждения в размере 200 000 рублей за один аппарат ИВЛ, что составило общую сумму 23 000 000 рублей за 115 аппаратов ИВЛ.

При этом арбитражный суд принимает во внимание то, что все три письма-согласия, оформленные  ИП Кузьминым Р.И. на право использования товарного знака «Lufter» на аппаратах ИВЛ, были выданы  ООО «ДОРН» исключительно для  исполнения им Государственных контрактов на поставку на территорию Новосибирской области аппаратов ИВЛ для обеспечения нужд здравоохранения субъекта РФ, о чем ИП Кузьмин Р.И. не мог не знать. 

Также ИП Кузьмин Р.И. был осведомлен о том что разрешение на право использования ООО «ДОРН» аппаратов ИВЛ «Luiter 5» (производитель «Шеньчжень Проб Сайнс энд Технолоджи Ко., Лтд.», страна происхождения товара Китай), общим количеством 270 штук (40, 115 и 115 штук) были выданы в целях реализации единого намерения использования товарного знака «Lufter» во исполнение общих обязательств на поставку этих аппаратов.

По своей правовой сути, письма-согласия ИП Кузьмина Р.И. в соответствии со статьями 153, 155 ГК РФ являются односторонней сделкой, направленной на достижение единой цели предоставления ООО «ДОРН» права использования товарного знака, принадлежащего ИП Кузьмину Р.И.

При этом, вынужденное принятие ООО «ДОРН» условий этой сделки в сложившейся экстраординарной ситуации стремительно развивающейся ситуации с распространением новой короновирусной инфекции, не свидетельствует о том, что  со стороны ООО «ДОРН» была проявлена воля на полное и безусловное принятие ее условий в части стоимости права за использование товарного знака,  что свидетельствует о наличии признаков кабальной сделки (п. 3 ст. 179 ГК РФ).

ИП Кузьмин Р.И., двойное увеличение платы использования товарного знака за одну единицу ИВЛ до 200 000 рублей объясняет тем, что в эту стоимость была заложена упущенная выгода, которую ИП Кузьмин Р.И не получил от ООО «ДОРН» при поставке 141 единиц аппаратов ИВЛ через аффилированное с Кузьминым Р.И. юридическое лицо - ООО «Кранц».

Согласно п. 1 ст. 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки,  причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

В силу п. 1 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии с п. 2 ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо,   чье   право   нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления  нарушенного права, утрата или повреждение его имуществ (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Применение такой меры гражданско-правовой ответственности как возмещение убытков, возможно при доказанности истцом совокупности условий (основания возмещения убытков): противоправность действий (бездействия) причинителя убытков, причинная связь между противоправными действиями (бездействием) и убытками, наличие и размер понесенных убытков. Следовательно, лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер убытков и причинно-следственную связь между первым и вторым обстоятельствами. При этом для удовлетворения требований истца о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных условий.

Между тем, доказательств в подтверждение своих доводов о наличии договоренностей между ООО «ДОРН» о поставке через аффилированное лицо - ООО «Кранц» 141 единиц аппаратов ИВЛ, ИП Кузьминым Р.И. представлено не было.

Представленный ИП Кузьминым Р.И. договор поставки № 137 от 22.05.2020 являлся проектом договора, по которому стороны (ООО «ДОРН» и ООО «Кранц») так и не достигли договоренностей по его заключению,  поскольку он не подписан как со стороны ООО «Кранц», так и со стороны ООО «ДОРН».

Озвученная в судебном заседании 01.11.2021 представителями ИП Кузьмина Р.И. в обоснование своих доводов о достигнутых договоренностях с ООО «ДОРН» о поставке аппаратов ИВЛ через ООО «Кранц» ссылка на то, что ООО «Кранц» направляло своих инженеров на склад ООО «ДОРН» для оказания содействия в сборке аппаратов ИВЛ, также не подтверждена документально, поскольку доказательств оказания ООО «Кранц» услуг по монтажу аппаратов ИВЛ, подключению и вводу их в эксплуатацию в материалы дела не представлено.

Кроме того, ИП Кузьминым Р.И. в материалы дела не представлено доказательств, свидетельствующих о реальной возможности ООО «Кранц» поставки для ООО «ДОРН» в установленные Государственным контрактом сроки аппаратов ИВЛ в количестве 270 единиц.

Учитывая данные обстоятельства, арбитражный суд приходит к выводу о том, что у ООО «ДОРН» отсутствовали законные основания для компенсации ИП Кузьмину Р.И. упущенной выгоды, которая, по утверждению ИП Кузьмина  Р.И. была им заложена в стоимость права использования товарного знака при выдаче им писем-согласий от 30.07.2020. и № 1536 от 11.08.2020.

Также в материалах дела отсутствуют доказательства подтверждающие возникновения у  ИП Кузьминым Р.И. каких-либо реальных убытков, которые он понес при выдаче оспариваемых писем-согласий.

Несмотря на охраняемое гражданским законодательством Российской Федерации исключительное право правообладателя на товарный знак (п. 1 ст. 1484 ГК РФ), правообладатель, тем не менее, не имеет право использовать товарный знак исключительно с целью взыскания избыточной  компенсации с других участников экономической деятельности.

Оценка    сопоставимости условий использования товарного знака с обстоятельствами   нарушения должна осуществляться судом, рассматривающим конкретное дело, при этом, правовое регулирование не должно препятствовать установлению баланса интересов как правообладателя, так и ответчика.

Согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Положениями пункта 1 статьи 10 ГК РФ, пункта 1 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О некоторых положений части I Гражданского кодекса РФ» (далее - постановление № 25) указывается на недопущение действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. 

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских права, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

В соответствии с п. 2 ч 10 ГК РФ, в случае несоблюдения требований,  предусмотренных п. 1 ст. 10 ГК РФ, суд, с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления, отказывает лицу  в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет к нему иные меры, предусмотренные законом.

Согласно разъяснениям,  содержащимся в пункте 1 постановления № 25, оценивая действия сторон  как  добросовестные   или недобросовестные, суду следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. 

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий у частника гражданского оборота от добросовестного поведения. Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны.

Суд вправе отказать также лицу в защите его права на товарный знак на основании статьи 10 ГК РФ, если по материалам дела, исходя из конкретных фактических обстоятельств, действия по приобретению соответствующего товарного знака (по государственной регистрации товарного знака (в том числе по подаче заявки на товарный знак), по приобретению исключительного права на товарный знак на основании договора об отчуждении исключительного права) или действия по применению конкретных мер защиты могут быть квалифицированы как злоупотребление правом (п. 154 постановления № 10).

ООО «ДОРН» в материалы дела были представлены доказательства того, что ИП Кузьмин Р.И. аккумулирует товарные знаки, явно без цели их использования. В материалах дела содержатся доказательства, подтверждающие, что на сегодняшний момент ИП Кузьмин Р.И. является зарегистрированным на территории Российской Федерации правообладателем 26 товарных знаков  и 10 товарных знаков находится в заявках на рассмотрении.

Поскольку основной функцией товарных знаков является индивидуализация товаров, то суды признают злоупотреблением правом действия правообладателей по аккумулированию товарных знаков и их использованию исключительно с целью взыскания компенсации с других участников экономической деятельности. Соответственно, в удовлетворении требований о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак такому правообладателю будет отказано (постановление Суда по интеллектуальным правам от 24.07.2018  № СО 1-422/2018 по делу № А28-5685/2017).

В силу п. 1 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной, а также сделка, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обстоятельствами, подлежащими установлению для признания сделки недействительной как кабальной, являются: нахождение лица, совершающего сделку, в тяжелых обстоятельствах; совершение сделки на крайне невыгодных для потерпевшего условиях; причинно-следственная связь между стечением у потерпевшего тяжелых обстоятельств и совершением сделки на крайне невыгодных для него условиях; осведомленность другой стороны о перечисленных обстоятельствах и использование их к своей выгоде.

При этом стечение тяжелых обстоятельств само по себе не является основанием недействительности сделки. Для этого необходимы два условия: заключение сделки под влиянием таких обстоятельств на крайне невыгодных условиях и наличие действий другой стороны, свидетельствующих о том, что она такими тяжелыми обстоятельствами воспользовалась.

В п. 11 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10.12.2013 № 162 «Обзор практики применения арбитражными  судами  статей   178  и   179  Гражданского  кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в соответствии со ст. 179 ГК РФ к элементам состава, установленного для признания сделки недействительной как кабальной, относится заключение сделки на крайне невыгодных условиях, о чем может свидетельствовать, в частности, чрезмерное превышение цены договора относительно иных договоров такого вида.

Как указывалось ранее, в материалах дела содержится проект письма-согласия на 270 штук аппаратов ИВЛ, в котором была согласована стоимость использования товарного знака «Lufter» в размере 100000 рублей за один аппарат ИВЛ. При этом, данный проект письма-согласия подтверждает осведомленность ИП Кузьмина Р.И. о необходимости приобретения ООО «ДОРН» 270 штук аппаратов ИВЛ в рамках Государственных контрактов, которые последний планировал в последующем заключить с Министерством здравоохранения Новосибирской области.  

В   первом     письме-согласии в  соответствии   с  достигнутыми с ООО «ДОРН»  договоренностями  ИП Кузьмин Р.И. указал стоимость использования товарного знака в размере 100 000 рублей за один аппарат ИВЛ.  В последующем же ИП Кузьмин Р.И., без каких либо законных оснований в одностороннем порядке увеличил данную стоимость в два раза, выдав ООО «ДОРН» письма-согласия с установлением за право использования товарного знака двойную цену в размере 200 000 рублей за единицу ИВЛ.

Доказательств, подтверждающих обоснованность увеличения цены использования товарного знака в два раза, ИП Кузьминым Р.И. в материалы дела не представлено. 

Увеличение ИП Кузьминым Р.И. размера вознаграждения за использование  товарного знака в два раза не было связано с изменением каких-либо фактических  договоренностей   между   сторонами   и   не было   обусловлено   какими-либо объективными факторами. Одностороннее увеличение размера вознаграждения за использование товарным знаком было результатом исключительно волеизъявления правообладателя и произошло через месяц после определения первоначальной суммы договоренностей.

Как указывает сам ИП Кузьмин Р.И. он совместно с принадлежащей ему компанией ООО «Кранц» осуществляет деятельность на территории России по  поставкам медицинского оборудования, соответственно ИП Кузьмин Р.И. обладал объективной информацией о ситуации в стране и в мире,  связанной с распространением новой корновирусной инфекции COVID-19 и был осведомлен о нехватке аппаратов ИВЛ для оказания медицинской неотложной помощи больным COVID-19, находящимся в реанимациях в перепрофилированных под COVID-19 в медицинских учреждениях, в том числе в больницах Новосибирской области. 

ООО «ДОРН» представлены в материалы дела Государственные контракты, заключенные с Министерством здравоохранения Новосибирской области, в которых были установлены короткие сроки поставки ИВЛ  с учетом резкого  роста заболеваемости в Новосибирской области в связи с распространением новой короновирусной инфекции COVID-19, а также ответственности за неисполнение принятых ООО «ДОРН» в соответствии с Контрактами обязательств.

В сложившейся ситуации ООО «ДОРН» было вынуждено принять условия ИП Кузьмина Р.И. относительно стоимости использования товарного знака, в размере 200 00 рублей за единицу аппарата ИВЛ (п. 5 оспариваемых писем-согласий) в целях предотвращения возможных потерь, связанных с невозможностью исполнения условий Государственных контрактов в установленные сроки и как следствие оставление медицинских учреждений без аппаратов ИВЛ, которые были необходимы для лечения больных COVID-19, в условиях тяжелой эпидемиологической обстановки в стране.

Учитывая, что цена использования товарного знака из расчета 200 000 рублей за одну единицу аппарата ИВЛ является явно завышенной, суд приходит к выводу о том, что оспариваемые письма-согласия были  заключены на крайне невыгодных для ООО «ДОРН» условиях и по стоимости значительно выше среднерыночной стоимости в Российской Федерации в данный период. Таким образом, при заключении писем - согласий № 1503 от 30.07.2020, № 1536 от 11.08.2020 ООО «ДОРН» было поставлено в положение, затрудняющее для него согласование иного содержания условий этих писем. 

Поскольку согласно пункту 4 статьи 1 ГК РФ никто  не  вправе  извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения,  в пунктах 9, 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах», разъяснено, что слабая сторона договора вправе заявить о недопустимости применения несправедливых договорных условий на основании статьи 10 ГК РФ или о ничтожности таких условий по статье 169 ГК РФ.

При рассмотрении споров о защите от несправедливых договорных условий суд должен оценивать спорные условия в совокупности со всеми условиями договора и с учетом всех обстоятельств дела.

Так, в частности, суд определяет фактическое соотношение переговорных возможностей сторон и выясняет, было ли присоединение к предложенным условиям вынужденным, а также учитывает уровень профессионализма сторон в соответствующей сфере, конкуренцию на соответствующем рынке, наличие у присоединившейся стороны реальной возможности вести переговоры или заключить аналогичный договор с третьими лицами на иных условиях и т.д.

Вместе с тем при оценке того, являются ли условия договора явно обременительными и нарушают ли существенным образом баланс интересов сторон, судам следует иметь в виду, что сторона вправе з обоснование своих возражений, в частности, представлять доказательства того, что данный договор, содержащий условия, создающие для нее существенные преимущества, был заключен на этих условиях в связи с наличием другого договора (договоров), где содержатся условия, создающие, наоборот, существенные преимущества для другой стороны (хотя бы это и не было прямо упомянуто ни в одном из этих договоров), поэтому нарушение баланса интересов сторон на самом деле отсутствует.

Совокупность исследованных судом обстоятельств дела показала, что оспариваемые письма-согласия имеют все признаки кабальной сделки, поскольку:

-заключены на крайне невыгодных для ООО «ДОРН» условиях, где стоимость использования товарного знака была завышена в два раза против ранее достигнутых сторонами договоренностей;

-ООО «ДОРН» заключило оспариваемые письма - согласия вследствие стечения тяжелых обстоятельств;

-ИП Кузьмину Р.И. было известно о данных обстоятельствах, и он ими воспользовался, что подтверждается имеющимися в материалах дела документами.

Представленные ООО «ДОРН» доказательства подтверждают факт стечения тяжелых обстоятельств на стороне истца по встречному иску, стоимость использования товарного знака в размере 200 000 рублей чрезмерно отличается (завышена) от цены установленной ИП Кузьминым Р.И. ранее в письме-согласии № 1287 от 23.06.2020 - 100 000 рублей за один аппарат ИВЛ (двойное увеличение цены). Совокупность названных обстоятельств в достаточной степени свидетельствует о кабальности писем - согласий № 1503 от 30.07.2020 и  № 1536 от 11.08.2020 в силу ст. 168 и п. 3 ст. 179 ГК РФ в части определения завышенной стоимости за пользование товарным знаком.

Данные выводы согласуются с  пунктом 11 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10.12.2013 № 162.

Кроме того, в Постановлении Конституционного суда Российской Федерации от 13.02.2020 № 8-П по делу о проверке конституционности положений пункта 4 статьи 1252, статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – постановление КС РФ № 8) разъяснено, что в каждом конкретном случае меры гражданско-правовой ответственности, устанавливаемые в целях защиты конституционно значимых ценностей, должны определяться исходя из требования адекватности порождаемых ими последствий (в том числе для лица, в отношении которого они применяются) тому вреду, который причинен в результате противоправного деяния, с тем, чтобы обеспечивалась их соразмерность совершенному правонарушению, а также соблюдался баланс основных прав индивида и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от противоправных посягательств.

Также Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении N 8-П выразил правовую позицию, согласно которой не исключается правомочие суда, действуя на основании статей 17 (часть 3) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации и в соответствии с пунктами 3 и 4 статьи 1, пунктами 1 и 2 статьи 10 ГК РФ,  отказать в правообладателю в защите права, в тех случаях, когда в силу недобросовестности поведения правообладателя товарного знака применение по его требованию таких последствий может создать угрозу для жизни и здоровья граждан, иных публично значимых интересов.

Согласно письмам Министерства Финансов Российской Федерации (от 26.03.2020  №24-06-08/24077, от 27.03.2020 №24-06-08/24649) и позиции Минфина России (24-06-05/26578 от 03.04.2020), МЧС России (219-АГ-70 от 03.04.2020), ФАС России (МЕ/28039/20 от 03.04.2020) распространение новой коронавирусной инфекции, вызванной 2019-nCoV, носит чрезвычайный и непредотвратимый характер, в связи с чем является обстоятельством непреодолимой силы. 

В целях обеспечения единообразного применения законодательства РФ, направленного на противодействие распространению на территории РФ новой коронавирусной инфекции (COVID-19), пунктом 4 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 1, утвержденному Президиумом Верховного Суда РФ от 21.04.2020, разъяснено, что признание распространения новой коронавирусной инфекции обстоятельством непреодолимой силы не может быть универсальным для всех категорий должников  и судам  следует учитывать:

- тип деятельности должника: в настоящем  деле - поставка жизненно важного для населения в период распространения новой коронавирусной инфекции COVID-19 медицинского оборудования (аппаратов ИВЛ) в медицинские учреждения Новосибирской области;

- условия ее осуществления: в настоящем  деле - короткий срок поставки аппаратов ИВЛ в количестве 270 штук в связи с их острым дефицитом в медицинских учреждениях  Новосибирской области (Контракты от 18 и 30 апреля 2020, а первая поставка должна была быть осуществлена уже 30.05.2020, при этом в России действовали ограничения, введенные Всемирной организацией здравоохранения и Указом Президента РФ от 02.04.2020 № 239 «О мерах по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения на территории Российской Федерации в связи с распространением новой коронавирусной инфекции COVID-19 и Указ Президента РФ от 28.04.2020 № 294 о продлении этих мер);

- регион ее осуществлении - в России отсутствовали необходимые аппараты искусственной вентиляции легких, производство аппаратов осуществлялось в стране Китай и необходимо было найти нужное количество аппаратов и обеспечить доставку;

-обстоятельства конкретного дела, в том числе сроки исполнения обязательства, характер неисполненного обязательства, разумности и добросовестности действий должника: в рассматриваемом деле ООО «ДОРН» заблаговременно,   до   заключения Государственных контрактов на поставку аппаратов ИВЛ, обратилось к правообладателю товарного знака Lufter за получением его согласия на право его  использования.

В соответствии с п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 (ред. от 22.06.2021) «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса РФ об ответственности за нарушение обязательств»), для признания обстоятельства непреодолимой силой необходимо, чтобы оно носило чрезвычайный, непредотвратимый при данных условиях и внешний по отношению к деятельности должника характер. Требование чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого является обычным в конкретных условиях.

Защита прав интеллектуальной собственности является частноправовым институтом, который основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений (п. 1 ст. 1 ГК РФ), а именно правообладателя и пользователя его исключительного права на объект интеллектуальной собственности, и в рамках которого защита имущественных прав правообладателя должна осуществляться с соблюдением вытекающих из Конституции Российской Федерации требований справедливости, равенства и соразмерности, а также запрета на осуществление прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц, то есть таким образом, чтобы обеспечивался баланс прав и законных интересов участников гражданского оборота.

Ссылка ИП Кузьмина Р.И. на то, что оспариваемые письма-согласия не могут быть признаны недействительными частично на п. 100 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ», представляется необоснованной, поскольку  указанный пункт отношения к рассматриваемому спору не имеет.

В абзаце 2 пункта 100 данного постановления Пленума ВС РФ приведен пример, который показывает, что у ООО «ДОРН» не было намерения заключить иную сделку, так как ООО «ДОРН» изначально знало о том, что перед заключением Государственных контрактов с Министерством здравоохранения Новосибирской  области ему необходимо получить согласие на ввоз аппаратов ИВЛ с товарным знаком Lufter на территорию Российской Федерации у его правообладателя (ИП Кузьмина Р.И.).

Согласие, в виде авторизационного письма, выданного полностью аффилированным с ИП Кузьминым Р.И. ООО «Кранц», где была согласована стоимость использования товарного знака в размере 100 000 рублей за одну единицу аппарата ИВЛ,  было получено ООО «ДОРН» непосредственно перед заключением Государственных контрактов с Министерством здравоохранения Новосибирской  области.

Уплатив ИП Кузьмину Р.И. за 270 штук аппаратов ИВЛ с товарным знаком «Lufter» по цене 100 000 рублей общую сумму вознаграждения в размере 27 000 000 рублей, ООО «ДОРН» исполнило свои обязательства перед ИП Кузьминым Р.И. по возникшему между ними спорному обязательству в части заранее оговоренного условия по стоимости права использования за единицу товара.

Таким образом, в данной ситуации ООО «ДОРН» и ИП Кузьмин Р.И. намеревались заключить обычную сделку, не противоречащую закону, связанную с использованием товарного знака Lufter на территории Российской Федерации, в связи с чем письма-согласия могут быть признаны недействительными в части установления стоимости права за использование товарным знаком «Lufter» в размере 200 000 рублей за одну единицу товара с товарным знаком «Lufter».

Статьей 71 АПК РФ установлено, что арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Статьей 64 АПК РФ определено, что доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном АПК РФ и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы.

Арбитражный суд принимает только те доказательства, которые имеют отношение к рассматриваемому делу (статья 67АПК РФ).

Обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами (статья 68АПК РФ). 

В силу статьи 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимной связи по правилам статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд приходит к выводу о необходимости удовлетворения предъявленных ООО «ДОРН» требований, соответственно, требования ИП Кузьмина Р.И. по первоначальному иску подлежат отклонению в полном объеме.

Руководствуясь ст. 110, 167-176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

РЕШИЛ:

По первоначальному иску:

в удовлетворении иска отказать.

Судебные расходы по государственной пошлине по первоначальному иску отнести на индивидуального предпринимателя Кузьмина Романа Ивановича.

По встречному иску:

Признать недействительными сделки: письма-согласия №1530 от 30.07.2020 и №1536 от 11.08.2020, выданные индивидуальным предпринимателем  Кузьминым Романом Ивановичем (ОГРНИП: 308753624600017) обществу с ограниченной ответственностью «ДОРН» (ОГРН: 1135476072610) на право использования товарного знака «Lufter» в части установления стоимости права использования товарного знака «Lufter» в размере 200 000 рублей 00 копеек за единицу товара с товарным знаком «Lufter».

Взыскать с индивидуального предпринимателя Кузьмина Романа Ивановича (ОГРНИП: 308753624600017, ИНН: 753600634580) в пользу общества с ограниченной ответственностью «ДОРН» (ОГРН: 1135476072610, ИНН: 5407485647) 6 000 рублей 00 копеек расходов по государственной пошлине по встречному иску.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу и по заявлению взыскателя. 

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в Седьмой арбитражный апелляционный суд.

Решение, вступившее в законную силу, может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Суд по интеллектуальным правам в течение двух месяцев с момента вступления решения в законную силу при условии, если решение было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы. 

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через  Арбитражный суд Новосибирской области.

Судья           	          		        					    И.В. Лузарева