СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-6154/2019-АК

г. Пермь

10 марта 2022 года

Дело № А60-59359/2017

 

Резолютивная часть постановления объявлена 09 марта 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 10 марта 2022 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Герасименко Т.С., 

судей: Мартемьянова В.И., Чепурченко О.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от ФИО2: ФИО3, паспорт, доверенность от 04.03.2022;

от ФИО4: ФИО5, паспорт, доверенность от 12.11.2021;

ФИО6, паспорт; его представитель ФИО7, удостоверение, доверенность;

от ФИО8: ФИО7, удостоверение, доверенность;

в судебном заседании посредством использования веб-конференции  присутствует от ФИО9: ФИО10, паспорт, доверенность от 04.03.2021; при этом не обеспечена техническая возможность нормального соединения (присутствует только изображение, звук отсутствует, в связи с чем представитель дать пояснения не смогла),

рассмотрев вопрос о возможности возобновления производства по делу и проведении в этом судебном заседании судебного разбирательства по апелляционной жалобе ФИО4 

на определение Арбитражного суда Свердловской области от 14 июля 2021 года об удовлетворении заявления финансового управляющего должника – ФИО6 о признании недействительным договора займа от 01.09.2015  и применении последствий его недействительности, 

вынесенное в рамках дела № А60-59359/2017

о признании несостоятельным (банкротом) ФИО6,

третьи лица – ООО «Смарт менеджмент» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), ФИО11, финансовый управляющий ФИО9 – ФИО12, 

 

установил:

02.11.2017 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление ФИО4 (далее – заявитель, ФИО4) о признании ФИО6 (далее – должник, ФИО6) несостоятельным (банкротом), в связи с наличием задолженности в размере               10 000 000 руб.

Определением от 26.04.2018 заявление ФИО4 признано обоснованным, в отношении ФИО6 введена процедура реструктуризации долгов. Финансовым управляющим утвержден ФИО12.

Решением арбитражного суда от 30.07.2018 ФИО6 признан несостоятельным (банкротом). В отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина на шесть месяцев, до 24.01.2019; финансовым управляющим утвержден ФИО12.

Определением от 22.12.2020 ФИО12 отстранён от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО6

Определением от 11.02.2021 финансовым управляющим должника утверждена ФИО2.

Ранее, 08.11.2019 в арбитражный суд от ФИО6 поступила жалоба на бездействие финансового управляющего, в которой он просил признать незаконным бездействие финансового управляющего в части не обращения в суд с заявлением об оспаривании договора займа от 01.09.2015, заключенного с ФИО4, а также условия договора займа от 01.09.2015 о неустойке (0,2% в день). 

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.10.2020 жалоба ФИО6 на бездействие финансового управляющего ФИО12 удовлетворена. Признан незаконным отказ финансового управляющего ФИО12 от оспаривания сделки – договора займа от 01.09.2015, заключенного с ФИО4. 

Как указано в Постановлении от 07.10.2020, несмотря на заявленные ФИО6 в апелляционной жалобе доводы о безденежности договора займа, отсутствия у ФИО4 финансовой возможности одновременно передать должнику и еще двум лицам наличные денежные средства в общей сумме 30 млн. руб., о неполучении ФИО6 10 млн. руб. по договору займа, в определении апелляционного судом не дана правовая оценка данных доводов и не исследованы приведенные в их обоснование обстоятельства с указанием на их несостоятельности в виду отсутствия их обоснования и не представления доказательств со ссылкой на то, что именно к ФИО4 ответчики обратились за долгом в данном размере. Проверка наличия или отсутствия финансовой возможности выдачи займа наличными денежными средствами не является обстоятельством обязательным и необходимым при рассмотрении споров о взыскании задолженности по договорам займа в общеисковом порядке, что нельзя сказать о спорах, рассматриваемых в рамках дела о банкротстве. Из приведенных положений следует, что установление обстоятельств наличия или отсутствия у лица финансовой возможности выдачи должнику займа наличными денежными средствами является обязательным и входит в предмет исследования арбитражным судом, в том числе при рассмотрении споров об оспаривании сделок должника в рамках дела о банкротстве. Недоказанность таких обстоятельств влечет недействительность сделки, и как следствие, отсутствие у должника соответствующих обязательств. Поскольку обстоятельства, приведенные должником в требовании об оспаривании сделки заслуживают внимания и свидетельствуют о наличии у сделки пороков, которые могут влечь ее недействительность, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что финансовый управляющий, действуя добросовестно в интересах всех кредиторов должника был обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением об оспаривании договора займа от 01.09.2015, заключенного должником с ФИО4, что им сделано не было. 

Руководствуясь данным постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.10.2020, финансовый управляющий ФИО12 11.11.2020г. обратился в суд с заявлением об оспаривании названного выше договора займа. В качестве основания заявленного требования указаны нормы ст.ст. 10, 168, 170 ГК РФ.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 14.07.2021  (резолютивная часть от 09.07.2021) заявление финансового управляющего удовлетворено. Признан недействительной сделкой договор займа от 01.09.2015, заключенный между ФИО4, ФИО6, ФИО9, ФИО8 Применены последствия недействительности сделки в виде признания отсутствующей задолженности ФИО6 перед ФИО4 по договору займа от 01.09.2015.

Не согласившись с указанным определением суда, ФИО4 обжаловал его в апелляционном порядке, просит определение суда отменить, принять новый судебный акт.

Заявитель апелляционной жалобы ссылается на то, что на момент заключения оспариваемого договора займа и передачи денежных средств ФИО4 не знал и не мог знать о том, что заемщики прекратили расчеты с Банком «ВТБ» (ПАО), так как сведения о взыскании с них задолженности банком в общедоступных источниках отсутствовали. Указывает, что материалы дела не содержат доказательств того, что сделка совершена для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Отмечает, что договор был заключен 01.09.2015, денежные средства были переданы в день подписания договора, в этот же день были заключены оговоры поручительства с ООО «Смарт Менеджмент» и договор залога, который был зарегистрирован в установленном порядке. Полагает, что материалы дела не содержат доказательств, каким образом стороны намеривались реализовать какой-либо противоправный интерес, напротив, в данном случае противоправный интерес реализовали заемщики (ФИО6, ФИО9 и ФИО8), взяв заемные денежные средства у ФИО4 и Банка «ВТБ» (ПАО), они не намеревались возвращать их, предприняли меры по отчуждению своего имущества. Считает, что материалами дела не установлено, каким образом заключенная сделка причинила вред другому лицу, за исключением причинённого вреда ФИО4, а также не установлено каким образом стороны сделки намеривались причинить вред имущественным правам кредиторов (на момент заключения договора займа должники не отвечали признакам неплатежеспособности), сделка не направлена на уменьшение активов должника и причинение вреда его кредиторам. Также оспаривает выводы суда об отсутствии в деле доказательств, подтверждающих наличие у ФИО4 финансовой возможности выдать заем в спорном размере.

До судебного заседания от должника, ответчика ФИО8, финансового управляющего ФИО2, финансового управляющего ФИО9 ФИО13,  конкурсного кредитора ФИО14 поступили письменные отзывы об отказе в удовлетворении апелляционной жалобы.

В судебном заседании 18.11.2021 ФИО4 и его представитель доводы апелляционной жалобы поддержали; заявили ходатайство о приобщении к материалам дела копии акта приема оборудования в ремонт 20006514 от 19.10.2021 и квитанции об оплате услуги, диска DVD RW с видеозаписями, копии протокола внеочередного собрания участников ООО «Смарт Менеджмент».

Представитель должника и финансовый управляющий по заявленному ходатайству возражали, просили в удовлетворении апелляционной жалобы отказать по мотивам, изложенным в отзыве.

Суд в судебном заседании 18.11.2021 обозрел видеозапись на представленном носителе.

Ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных документов рассмотрено в порядке ст. 159 АПК РФ и удовлетворено, поскольку апеллянт подтвердил невозможность представления данных документов суду первой инстанции (находились на жестком диске, информация с которого была удалена, принадлежавшем юристу ФИО15, осуществлявшему сопровождение сделки и видеозапись, и умершему 09.02.2016, о чем было указано, в том числе и в суде первой инстанции).

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.11.2021 судебное разбирательство отложено до 25.11.2021 по ходатайству должника и финансового управляющего.

В судебном заседании 25.11.2021 представитель финансового управляющего заявил ходатайство о фальсификации доказательств. Полагает, что в действительности видеозапись была снята не в ту дату, когда была составлена расписка (01.09.2015), а позднее. В целях проверки заявления о фальсификации доказательств просит назначить по делу судебную техническую экспертизу.

Представитель должника, ФИО8 заявленное ходатайство поддерживал, представитель должника представил самостоятельное ходатайство о фальсификации доказательств и назначении по делу судебной технической экспертизы.

В силу статьи 161 АПК РФ, если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд: разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления; исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу; проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

Представителю ФИО4 предложено исключить из числа доказательств по делу видеозапись.

Представитель ФИО4 отказался исключать видеозапись из числа доказательств по делу.

С целью проверки заявлений о фальсификации определением от 25.11.2021 суд назначил по настоящему обособленному спору судебную техническую  экспертизу, производство которой поручил АНО Экспертный центр «Аналитика» эксперту ФИО16 (614010, 

<

...>).

На разрешение экспертизы поставил следующие вопросы:

- Когда и каким образом был создан файл видеозаписи, который поименован как «передача денег»?

- Содержит ли видеозапись, которая поименована как «передача денег», признаки прерывания процесса осуществления записи?

- подвергалась ли видеозапись, которая поименована как «передача денег», склейке, обрезанию, ухудшению качества, иным видам монтажа или любым другим модификациям?

- находится ли на жестком диске (винчестере), его фрагментах, накопителях данных, «головках» и т.д. данные, позволившие восстановит видео файлы, в том числе видео файл с именем «передача денег TMS»?

- имеет ли жесткий диск, который был передан суду в процессе 18.11.2021, следы форматирования (удаления данных) и могут ли удаленные данные быть восстановлены теми способами и методами, на которые ссылается муравьев А.К. в своем ходатайстве о приобщении дополнительных доказательств?

Установлен срок для производства экспертизы в 1 месяц  -  не позднее  12.01.2022. Производство по апелляционной жалобе приостановлено.

К указанному сроку заключение эксперта не поступило.

13.01.2022 от АНО Экспертный центр «Аналитика» поступило ходатайство о продлении срока проведения экспертизы в связи с большим объемом исследования и загруженностью эксперта до 11.02.2022.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.01.2022 назначено судебное заседание арбитражного суда апелляционной инстанции для разрешения ходатайства эксперта, а также решения вопроса о возможности возобновления производства по апелляционной жалобе ФИО4 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 14 июля 2021 года по делу  № А60-59359/2017 о признании несостоятельным (банкротом) ФИО6 и проведения в этом судебном заседании судебного разбирательства на 24 января 2022 года.

Определением от 24.01..2022 произведена замена судей Плаховой Т.Ю. на судью Чухманцева М.А., сформирован состав суда для рассмотрения ходатайства эксперта, вопроса о возобновлении производства по делу и проведения в этом судебном заседании судебного разбирательства по рассмотрению апелляционной жалобы: председательствующий судья Герасименко Т.С., судьи Мухаметдинова Г.Н., Чухманцев М.А.  

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.01.2022 срок проведения судебной экспертизы по настоящему обособленному спору по делу № А60-59359/2017 продлен. Суд обязал эксперта представить экспертное заключение в суд не позднее 04 февраля 2022 года. Судебное заседание арбитражного суда апелляционной инстанции для решения вопроса о возможности возобновления производства по апелляционной жалобе ФИО4 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 14 июля 2021 года по делу  № А60-59359/2017 о признании несостоятельным (банкротом) ФИО6 и проведения в этом судебном заседании судебного разбирательства по жалобе назначено на 09 февраля 2022 года.

07.02.2022 в материалы дела поступило заключение эксперта №2294-21.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.02.2022 произведена замена судьи Мухаметдиновой Г.Н. на судью Мартемьянова В.И.,  сформирован состав суда для рассмотрения вопроса о возобновлении производства по делу и проведения в этом судебном заседании судебного разбирательства по рассмотрению апелляционной жалобы: председательствующий судья Герасименко Т.С., судьи Мартемьянов В.И., Чухманцев М.А.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.02.2022 произведена замена судьи Чухманцева М.А. на судью Чепурченко О.Н.,  сформирован состав суда для рассмотрения вопроса о возобновлении производства по делу и проведения в этом судебном заседании судебного разбирательства по рассмотрению апелляционной жалобы: председательствующий судья Герасименко Т.С., судьи Мартемьянов В.И., Чепурченко О.Н.  

От ФИО8 поступили письменные объяснения по делу с приложением дополнительных документов – заключения специалиста.

От финансового управляющего поступило ходатайство об отложении судебного заседания в связи с невозможностью ознакомиться с заключением эксперта и представить свои возражения на него.

Ввиду того, что заключение эксперта поступило в суд только 07.02.2022 и у лиц, участвующих в деле, отсутствовала возможность ознакомиться с ним и представить свои возражения, суд апелляционной инстанции на основании ст. 158 АПК РФ отложил судебное заседания по разрешению поставленных судом вопросов на 09.03.2022.

В материалы дела поступило письменное мнение на апелляционную жалобу ФИО4 от финансового управляющего ФИО9 – ФИО13, письменные пояснения по делу от представителя ФИО8 и дополнительный отзыв на апелляционную жалобу  от финансового управляющего должника, отзыв на апелляционную жалобу от ФИО9

В судебном заседании рассмотрен вопрос о возобновлении производства по апелляционным жалобам.

Учитывая, что обстоятельства, послужившие основанием для приостановления производства по апелляционной жалобе, устранены, производство по ней подлежит возобновлению (ст. 146-147 АПК РФ), о чем вынесено протокольное определение..

Представленное ФИО8 заключение специалиста приобщено судом к материалам дела.

Письменных отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц, участвующих в деле, не поступило. 

Как указано выше, в целях проверки заявлений о фальсификации представленной суду видеозаписи судом была назначена экспертиза.

Из содержания экспертного заключения, представленного в материалы дела, судом установлено следующее.

По вопросу №1: «Когда и каким образом был создан файл видеозаписи, который поименован как «передача денег»?» эксперт указал, что представленная на исследование видеограмма «ПЕРЕДАЧА ДЕНЕГ» создана - 01 сентября 2015 года в 22 часа 19 минут. Видеозапись создана в форме HD-видео на видео фиксирующем устройстве производителя JVC.

По вопросу №2: «Содержит ли видеозапись, которая поименована как «передача денег», признаки прерывания процесса осуществления записи?» эксперт пришел к выводу о том, что проведенными исследованиями прерываний видеограммы: «ПЕРЕДАЧА ДЕНЕГ» в ходе проведения экспертизы не зафиксировано.

По вопросу №3: «Подвергалась ли видеозапись, которая поименована как «передача денег», склейке, обрезанию, ухудшению качества, иным видам монтажа или любым другим модификациям?» эксперт указал, что примененные методы исследования не выявили признаков наличия акустического и электронного монтажа представленной на исследование видеограммы «ПЕРЕДАЧА ДЕНЕГ»; признаков коррекции изображения в выявлено, примененные методы исследования не выявили признаков наличия виде и фотомонтажа у представленной на исследование видеограммы «ПЕРЕДАЧА ДЕНЕГ».

В соответствии с судебным определением, предусматривающим: «Если эксперт при проведении экспертизы установит обстоятельства, которые имеют значение для дела и по поводу которых ему не были поставлены вопросы, он вправе включить выводы об этих обстоятельствах в свое заключение», эксперт посчитал необходимым указать на следующее.

По итогам проведенного экспертного исследования видеозаписи, эксперт обращает внимание на нелогичность процесса её осуществления. Начало и окончание записи осциллограммы начинается с нулевого отсчета и заканчивается им же, то есть, видеозапись не является обрезанной. Таким образом, лицо осуществлявшее видеосъемку факта передачи денег, планово завершает этот процесс до момента самого факта передачи денег, при появлении пакета с купюрами. Учитывая неоднократную фокусировку кадров на расписке, отсутствие должной фокусировки на пакете с купюрами, который не позволяет даже с использованием специальных технических средств установить их количество и номинал, а также момент, выбранный для завершения самой видеосъемки, не исключает наличие определенных намерений у лица, производившего видеозапись в ручном режиме.

Таким образом, по мнению эксперта, представленная на исследование видеозапись, при отсутствии видео и фотомонтажа, в тоже время имеет необычные для фиксации процесса передачи денег признаки, выразившиеся в процессе производства самой видеозаписи и особенно  ее завершения.

По вопросам № 4-5: «Находится ли на жестком диске (винчестере), его фрагментах, накопителях данных, «головках» и т.д. данные, позволившие восстановить видео файлы, в том числе видео файл с именем «передача денег TMS»? Имеет ли жесткий диск, который был передан суду в процессе следы форматирования (удаления данных) и могут ли удаленные данные быть восстановлены теми способами и методами, на которые ссылается ФИО4 в своем ходатайстве о приобщении дополнительных доказательств?» экспертом не представилось возможным дать ответы, поскольку поставленные вопросы выходят за пределы специальных познаний эксперта в области видеотехнической экспертизы и относятся к сфере компьютерно-технической экспертизы.

С учетом результатов экспертизы ходатайства о фальсификации рассмотрены апелляционным судом, при этом установлено следующее.

В силу статьи 161 АПК РФ, если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд: разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления; исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу; проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 22.03.2012 N 560-О-О, закрепление в процессуальном законе правил, регламентирующих рассмотрение заявления о фальсификации доказательства, направлено на исключение оспариваемого доказательства из числа доказательств по делу. Сами эти процессуальные правила представляют собой механизм проверки подлинности формы доказательства, а не его достоверности.

Таким образом, судебная экспертиза является одним из способов проверки заявления о фальсификации доказательств, процессуальный закон не исключает возможности проверки судом заявления о фальсификации другими способами.

Судом апелляционной инстанции с учетом представленных в материалы дела документов и пояснений, а также с учетом результатов технической экспертизы не установлено оснований для признания видеозаписи сфальсифицированной и исключения ее из числа доказательств по делу. При этом, кроме назначения экспертизы, суд апелляционной инстанции воспользовался своими полномочиями по принятию мер для проверки достоверности доказательств путем сопоставления их с другими документами, имеющимися в материалах дела, а также с иными доказательствами, в том числе пояснениями представителей лиц, участвующих в деле, о том, что съемка фактически велась, в том числе при оформлении расписки о получении денежных средств.

Факт указания экспертом на нелогичность видеозаписи момента передачи денег не относится к вопросам, на которые необходимо дать ответ, соответствующие выводы эксперта не входят в предмет экспертизы, в связи с чем апелляционным судом во внимание не принимаются.

Представитель должника и ФИО8 заявил ходатайство о проведении дополнительной экспертизы с целью получения ответов на вопросы, которые не смог дать эксперт в ходе проведения судебной экспертизы.

Учитывая, что ходатайство о фальсификации рассмотрено апелляционным судом, оснований для назначения дополнительной экспертизы судом не установлено.

Участвующие в судебном заседании представитель апеллянта, представители должника, ФИО8 и финансового управляющего поддержали доводы жалобы и отзывов, соответственно.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание представителей не направили, что в силу ст.ст. 156, 266 АПК РФ не препятствует рассмотрению апелляционной жалобы в их отсутствие. 

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст.ст. 266, 268 АПК РФ. 

Как следует из материалов дела, 01.09.2015г. между ФИО4 (Займодавец) с одной стороны и ФИО9, ФИО6, ФИО8 (заемщики) с другой стороны заключен договор займа на сумму 10 000 000 руб. на срок до 01.03.2016г., в подтверждение фактического получения денежных средств представлена расписка на сумму 10 000 000 руб., выданная и подписанная, соответственно, ФИО9, ФИО6, ФИО8

В соответствии с п. 4.2 вышеуказанного договора займа обязательства сторон по настоящему договору обеспечиваются поручительством ООО «СМАРТ МЕНЕДЖМЕНТ» (ИНН 

<

***>), учредителями которого являются ФИО9, ФИО6, ФИО8, и залогом объектов недвижимого имущества - помещений, общей площадью 541.1 кв.м, номера по этажному плану 1-6, этаж 1 по адресу: 

<

...>., принадлежащего ООО «СМАРТ МЕНЕДЖМЕНТ»

Между ФИО4 и ООО «СМАРТ МЕНЕДЖМЕНТ» в лице директора ФИО17 во исполнение договора займа подписаны договор поручительства от 01.09.2015 и договор залога от 01.09.2015, зарегистрированный в установленном порядке.

В указанных договорах зафиксировано, что залогом и поручительством обеспечивается исполнение обязательств заемщиков ФИО9, ФИО6, ФИО8 по возврату займа в сумме 10 000 000 руб.

В связи с неисполнением обязательств по возврату займа ФИО4 обратился в суд с исковым заявлением о взыскании долга.

Заочным решением Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 31.01.2017г. по делу № 2-7327/2016 с ФИО8, ФИО9, ФИО6 и ООО «СМАРТ МЕНЕДЖМЕНТ» в пользу ФИО4 были взысканы денежные средства по договору займа от 01.09.2015 в размере 16 020 000 (Шестнадцать миллионов двадцать тысяч) рублей 00 копеек, расходы по уплате государственной пошлины в размере 60 300 рублей, обращено взыскание на заложенное имущество - помещения общей площадью 541,1 кв.м., номера по этажному плану 1-6, этаж 1 по адресу: 

<

...>. 

Апелляционном определением Свердловского областного суда от 17.12.2019 по делу № 2-433/2017 в удовлетворении ходатайства об оставлении искового заявления ФИО4 без рассмотрения было отказано, исковые требования ФИО4 удовлетворены, с ФИО8, ФИО9, ФИО6 и ООО «Смарт Менеджмент» взысканы денежные средства в размере 16 020 000 руб., 60 000 руб. расходы по уплате гос. пошлины, обращено взыскание на заложенное имущество.

02 ноября 2017 года в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление ФИО4 о признании ФИО6 банкротом по причине задолженности в размере 10 000 000 рублей. Основанием для обращения в суд стало обязательство по договору займа от 01.09.2015г. При этом, по состоянию на момент заключения договора займа ФИО6 прекратил расчеты с Банком «ВТБ» (ПАО) и был должен ему 3 268 022,76 руб. Следовательно, заем выдавался в условиях неплатежеспособности ФИО6

08 ноября 2019 года в арбитражный суд от ФИО6 поступила жалоба на бездействие финансового управляющего, которой просил признать незаконным бездействие финансового управляющего в части не обращения в суд с заявлением об оспаривании договора займа от 01.09.2015, заключенного с ФИО4, а также условия договора займа от 01.09.2015 о неустойке (0,2% в день).

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07 октября 2020 года (резолютивная часть постановления объявлена 01 октября 2020 года) № 17АП-6154/2019(6)-АК, жалоба ФИО6 на бездействие финансового управляющего ФИО12 удовлетворена. Признан незаконным отказ финансового управляющего ФИО12 в оспаривании сделки – договора займа от 01.09.2015, заключенного с ФИО4.

Как указано в Постановлении апелляционного суда  от 07 октября 2020 года, несмотря на заявленные ФИО6 в апелляционной жалобе доводы о безденежности договора займа, отсутствия у ФИО4 финансовой возможности одновременно передать должнику и еще двум лицам наличные денежные средства в общей сумме 30 млн. руб., о неполучении ФИО6 10 млн. руб. по договору займа, в определении апелляционного судом не дана правовая оценка данных доводов и не исследованы приведенные в их обоснование обстоятельства с указанием на их несостоятельности в виду отсутствия их обоснования и не представления доказательств со ссылкой на то, что именно к ФИО4 ответчики обратились за долгом в данном размере. Проверка наличия или отсутствия финансовой возможности выдачи займа наличными денежными средствами не является обстоятельством обязательным и необходимым при рассмотрении споров о взыскании задолженности по договорам займа в общеисковом порядке, что нельзя сказать о спорах, рассматриваемых в рамках дела о банкротстве. Из приведенных положений следует, что установление обстоятельств наличия или отсутствия у лица финансовой возможности выдачи должнику займа наличными денежными средствами является обязательным и входит в предмет исследования арбитражным судом, в том числе при рассмотрении споров об оспаривании сделок должника в рамках дела о банкротстве. Недоказанность таких обстоятельств влечет недействительность сделки, и как следствие, отсутствие у должника соответствующих обязательств. Поскольку обстоятельства приведенные должником в требовании об оспаривании сделки заслуживают внимания и свидетельствуют о наличии у сделки пороков, которые могут влечь ее недействительности, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что финансовый управляющий, действуя добросовестно в интересах всех кредиторов должника был обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением об оспаривании договора займа от 01.09.2015, заключенного должником с ФИО4, что им сделано не было.

Руководствуясь Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07 октября 2020 года, финансовый управляющий ФИО12 11.11.2020г. обратился в суд с заявлением об оспаривании договора займа. Впоследствии (определением от Арбитражного суда Свердловской области от 22 декабря 2020 года, оставленным в силе Постановлением Семнадцатого Арбитражного апелляционного суда от 31.03.2021г. № 17АП-6154/2019(8)-АК) ФИО12 отстранён от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО6

Удовлетворяя требования о признании сделки недействительной, суд первой инстанции указал на недоказанность наличия у ФИО4 финансовой возможности предоставить займ в сумме 10 млн.руб.

Исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы и возражений, проанализировав нормы материального и процессуального права, выслушав пояснения лиц, участвующих в процессе, суд апелляционной инстанции приходит к следующему. 

В силу положений ст. 61.1 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (п. 1 ст. 61.8 Закона о банкротстве).

На основании пункта 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 N 154 -ФЗ "Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", абзац 2 пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами с 3 по 5 статьи 213.32 Закона банкротстве.

Судом первой инстанции установлено, что оспариваемый договор заключен до 01.10.2015, у должника в спорный период отсутствовал статус индивидуального предпринимателя, в связи с этим данная сделка не может быть оспорена по специальным основаниям главы III.1 Закона о банкротстве, но может быть признана недействительной по общим основаниям статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, на что обоснованно указал суд первой инстанции.

В силу пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы, сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав и направленное на причинение вреда третьим лицам.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Для признания сделки недействительной по причине злоупотребления правом обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок; наличие или возможность негативных правовых последствий для прав и законных интересов иных лиц; наличие у стороны по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

В соответствии с абзацем тридцать вторым статьи 2 Закона о банкротстве под вредом имущественным правам кредиторов понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника, а также иные последствия совершенных должником сделок, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Из содержания пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации также следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Согласно п. 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации" с целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу, суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В соответствии с п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Норма п. 1 ст. 170 ГК РФ, согласно которой сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна, направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота. Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у сторон этой сделки нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не соответствует их внутренней воле.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

В соответствии со ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. Это правило распространяется и на признанную недействительной оспоримую сделку.

Суд первой инстанции установил, что достоверность подписи ни в договоре займа, ни в представленной расписке сторонами не оспаривается, соответственно, учитывая Постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07 октября 2020 года  № 17АП-6154/2019(6)-АК, посчитал необходимым осуществить проверку наличия или отсутствия финансовой возможности выдачи займа наличными денежными средствами.

При этом суд посчитал, что ФИО4 не подтвердил свою  финансовую возможность передать спорную сумму наличными по займу, а должник не представил доказательств траты заемных денежных средств, в связи с чем суд указал, что договор займа от 01.09.2015г. носит мнимый характер.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи по правилам, установленным ст. 71 АПК РФ ,суд апелляционной инстанции не может согласиться с указанным выводом суда первой инстанции, при этом исходит из следующего.

В рассматриваемой ситуации следует руководствоваться пунктом 1 статьи 61.1, пунктом 7 статьи 213.9, пунктом 1 статьи 213.32 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса РФ, а также положениями пункта 1 статьи 807, пункта 1 статьи 810 Гражданского кодекса РФ, согласно которым передача займодавцем заемщику суммы займа является основным и необходимым условием заключения договора займа, являющегося реальным договором.

Согласно пунктам 1, 3 статьи 812 Гражданского кодекса РФ заемщик вправе оспаривать договор займа по его безденежности, доказывая, что деньги или другие вещи в действительности не получены им от займодавца или получены в меньшем количестве, чем указано в договоре. Если в процессе оспаривания заемщиком договора займа по его безденежности будет установлено, что деньги или другие вещи в действительности не были получены от займодавца, договор займа считается незаключенным. Когда деньги или вещи в действительности получены заемщиком от займодавца в меньшем количестве, чем указано в договоре, договор считается заключенным на это количество денег или вещей.

Согласно разъяснениям Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенным в п. 26 постановления Пленума от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Из приведенных положений следует, что установление обстоятельств наличия или отсутствия у лица финансовой возможности выдачи должнику займа наличными денежными средствами является обязательным и входит в предмет исследования арбитражным судом, в том числе при рассмотрении споров об оспаривании сделок должника в рамках дела о банкротстве. Недоказанность таких обстоятельств влечет недействительность сделки, и как следствие, отсутствие у должника соответствующих обязательств.

В подтверждение факта наличия у кредитора финансовой возможности выдать займ в размере 10 млн. руб. в материалы дела представлены следующие документы:

-        копия договора займа от 15.04.2015 г. на сумму 7 000 000 руб. с ФИО11;

-        копия выписки по счету № 234230649361 ФИО4 о снятии денежных средств с депозита в размере 838 016 руб. 50 коп. (дата снятия 14.03.2015 г.);

-        копия выписки по счету № 234230649912 ФИО18 (супруга) о снятии денежных средств в размере 817 622 руб. 17 коп. (дата снятия 21.03.2015г.);

-        копия выписки по счету № 234260600061 ФИО19 (мать) о снятии денежных средств в размере 814 604 руб. 58 коп. (дата снятия 28.05.2015г.); 

-        копия договора купли-продажи ТС от 16.06.2015 г. в размере 900 000 руб. 00 коп.;

-        копия налоговой декларации ООО «Мобилавтокарт» (ИНН 

<

***>) за 2015 г.;

-        копия справки об оборотах ИП ФИО4 за период с 01.09.2014 г. по 31.08.2015 г.

Суд первой инстанции проанализировал данные о движении на счетах и указал, что сведения о снятии суммы  в размере 10 млн. руб. отсутствуют.

При этом с учетом заявления о фальсификации копии договора займа от 15.04.2015 г. на сумму 7 000 000 руб. с ФИО11, данный документ исключен судом из состава доказательств по делу.

Между тем, по мнению апелляционного суда, именно совокупность представленных в дело доказательств свидетельствует о наличии у ФИО20 возможности выдать займ в сумме 10 млн.руб.в спорный период времени.

Как указывает ФИО4 и не опровергнуто материалами дела, значительные суммы денежных средств находились у него не только в безналичном обороте, но и в наличной форме.

Сведения о доходах ФИО4, об оборотах на его предпринимательских и личных счетах, на счетах его жены, также являющейся предпринимателем, об оборотах на счетах принадлежащего ФИО4 юридического лица, подтверждают доводы апеллянта о его финансовой состоятельности, наличии возможности выдать займ в соответствующей сумме.

Также в подтверждение финансового положения представлены сведения о наличии у ФИО4 объектов недвижимости, которые были приобретены в декабре 2014г. и реализованы в 20417-2018 годах, а денежные средства направлены на гашение имеющихся заемных обязательств, по следующим договорам:

-        Договор купли-продажи квартиры от 09.08.2017 г. по адресу 

<

...>, кадастровый номер 66:35:0105002:3916, заключенный между ФИО4 и ФИО21, стоимость квартиры составила 1 730 130,80 руб., расчет производился в наличной форме;

-        Договор купли-продажи квартиры от 18.10.2017 г. по адресу 

<

...>, кадастровый номер 66:35:0105002:3871, заключенный между ФИО4 и ФИО22, стоимость квартиры составила 1 702 470,00 руб., расчет производился в наличной форме;

-        Договор купли-продажи квартиры от 18.10.2017 г. по адресу 

<

...>, кадастровый номер не указан, заключенный между ФИО4 и ФИО23, ФИО24 и ФИО25, стоимость квартиры составила 1 632 946,00 руб., расчет был произведен в наличной форме в размере 1 179 920,00 руб., оставшаяся сумма за счет средств материнского (семейного) капитала;

-        Договор купли-продажи квартиры от 30.08.2017 г. по адресу 

<

...>, кадастровый номер 66:35:0105002:3920, заключенный между ФИО4 и ФИО26, ФИО27, стоимость квартиры составила 1 890 000,00 руб., расчет производился в наличной форме;

-        Договор купли-продажи квартиры от 13.09.2018г. по адресу 

<

...>, кадастровый номер 66:35:0105002:3872, заключенный между ФИО4 и ФИО28, стоимость квартиры составила 1 662 000,00 руб., расчет производился в наличной форме;

-        Договор купли-продажи квартиры от 28.09.2018г. по адресу 

<

...>, кадастровый номер 66:35:0105002:3878, заключенный между ФИО4 и ФИО29, стоимость квартиры составила 1 662 000,00 руб., расчет производился в наличной форме.

Общая стоимость проданных квартир составила 9 826 520,80 коп., ФИО4 указывает, что денежные средства в размере 6 502 520,80 руб. были возвращены ФИО11 в августе 2017 г. и октябре 2017 г., оставшаяся сумма в размере 1 197 479,20 руб. была возвращена в сентябре 2018 г.

Кроме того, у ФИО4 имелась возможность снять денежные средства в размере 7 124 000 руб. с расчетного счета ИП ФИО4 возвращенные обществом «Мобилавтокарт» (ИНН 

<

***>), на что указал суд первой инстанции.

Также согласно выписке по расчетному счету 

<

***> открытым в банке «УБРиР» (ПАО) ФИО4, вопреки выводам суда первой инстанции, совершались платежи на значительные суммы.

То обстоятельство, что ФИО4 не может документально подтвердить оборот наличных денег, соответствует обычным условиям расчетов наличными денежными средствами, в частности между физическими лицами, которые документально не оформляются.

То обстоятельство, что в процессе рассмотрения спора и в результате анализа дополнительно запрошенных документов выяснилось, что денежные средства, снятые со счета № 234230649361 в размере 838 016 руб. 50 коп., 20.03.2015 г. были зачислены на другой счет ***951, с учетом значительных оборотов в деятельности ФИО4, а также значительного периода с момента совершения сделки и затруднении в связи с этим возможности представления оправдательных документов, об отсутствии у него финансовой возможности выдать заем не свидетельствует.

Возражения должника и его финансового управляющего, основанные на оценке каждого представленного документа в отдельности, суд апелляционной инстанции отклоняет, как необоснованные.

По мнению апелляционного суда, основанному на оценке доказательств в их совокупности и взаимосвязи, а не каждого доказательства в отдельности, ФИО4, являющийся предпринимателем, имеющий значительные доходы от осуществления предпринимательской деятельности, безусловно подтвердил наличие у него финансовой возможности выдать займ в сумме 10 млн. руб., его состоятельность подтверждена имеющимися в деле доказательствами.

Также суд апелляционной инстанции учитывает, что данный факт – наличие у ФИО4 финансовой возможности выдать займ также установлен вступившим в законную силу судебным актом суда общей юрисдикции о взыскании задолженности.

В рамках указанного спора должником и его финансовым управляющим также излагались доводы об отсутствии заемных отношений между сторонами, об отсутствии у ФИО4 финансовой возможности выдать займ, которые исследовались судом общей юрисдикции, что отражено, в том числе в копии протокола судебного заседания по указанному делу, имеющегося в материалах настоящего спора (т1 л.д. 146).

Вступившим в законную силу Апелляционным определением Свердловского областного суда от 17.12.2019 по делу № 2-433/2017  установлено, что доказательств, подтверждающих доводы о безденежности спорной долговой расписки суду не представлено.

То обстоятельство, что в постановлении Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07 октября 2020 года по настоящему делу указано на необходимость проверки данного обстоятельства в рамках дела о банкротстве об ином не свидетельствует, поскольку доказательств, которые позволили бы суду апелляционной инстанции прийти к иному выводу, в материалы дела не представлено.

Доказательства, которые не были представлены суду общей юрисдикции, исследованы апелляционным судом, на что указано выше, и не позволяют суду прийти к иным выводам.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 N 30-П, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела.

Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности. При этом в качестве единого способа опровержения (преодоления) преюдиции во всех видах судопроизводства должен признаваться пересмотр судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам.

Как указывалось выше, судом общей юрисдикции была дана оценка заключенному между сторонами договору займа, судом были проанализированы и проверены все юридически значимые обстоятельства, в том числе наличие финансовой возможности у ФИО4 выдать займ.

Суд общей юрисдикции также пришел к выводу об отсутствии доказательств мнимости договора займа.

Как указано выше, установление судом общей юрисдикции обстоятельств предоставления займа, не исключает возможности иной правовой оценки тех же отношений арбитражным судом в рамках дела о банкротстве.

Между тем, в данном обособленном споре, ни финансовым управляющим, ни должником не представлены доказательства, которые позволили бы арбитражному суду в рамках настоящего спора, дать иную оценку взаимоотношений сторон по займу.

Учитывая, что вопреки доводам должника кредитор подтвердил финансовую возможность (размер его доходов за предшествующий выдаче займа период) выдачи займа, позиция финансового управляющего и должника направлена на преодоление судебного акта суда общей юрисдикции, поскольку доводы, содержащиеся в заявлении финансового управляющего, являлись предметом рассмотрения суда общей юрисдикции.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что механизм оспаривания сделок должника не может являться способом преодоления преюдициальности юридически значимых фактов, установленных вступившим в законную силу судебным решением.

Оценивая взаимоотношения сторон, суд апелляционной инстанции помимо изложенного учитывает, что в рассматриваемом случае реальность существования взаимоотношений по предоставлению займа, помимо  вступившего в законную силу судебного акта суда общей юрисдикции, а также совокупности доказательств наличия у ФИО4 выдать соответствующую сумму денежных средств в заем, подтверждена наличием договоров залога и поручительства, а также видеозаписью факта передачи денежных средств.

Как указано выше, договор займа был заключен 01.09.2015 г., денежные средства по договору займа были переданы в день подписания договора 01.09.2015 г.

В этот же день были заключены с ООО «СМАРТ МЕНЕДЖМЕНТ» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), учредителями которого являются заемщики – ФИО6, ФИО8 и ФИО9, договор поручительства и договор залога от 01.09.2015 г., данный договор был зарегистрирован в установленном законом порядке, о чем была сделана запись об ипотеке Управлением федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии 18.09.2015 г., номер регистрации № 66-66/037- 66/037/661/2015-863/1. 

Согласно п. 1.2 Договора залога предметом залога является: помещения, общей площадью 541, 1 кв.м., номера по этажному плану 1-6, этаж 1 по адресу: 

<

...>.

Как было установлено судом первой инстанции, достоверность подписи ни в договоре займа, ни в представленной расписке сторонами не оспаривается.

Таким образом, стороны пришли к соглашению заключить договор займа, поручительства и залога, в последующем все условия были достигнуты и выполнены (за исключением возврата суммы займа ФИО4), договоры заключены и подписаны, что указывает на реальность данных сделок.

Учитывая, что в материалы дела представлен протокол собрания учредителей ООО «СМАРТ МЕНЕДЖМЕНТ» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),- ФИО6, ФИО8 и ФИО9 от 01.09.2015, в соответствии с которым одобрено заключение договоров залога и поручительства с ФИО4 в обеспечение исполнения обязательств по договору займа, при этом ФИО6, ФИО8 и ФИО9 не раскрывают суду цели заключения этих договоров, оснований считать нереальным договор займа у суда апелляционной инстанции не имеется.

Представитель апеллянта пояснил также, что в настоящее время заложенное по договору залога имущество передано ему в рамках исполнительного производства, в связи с чем уменьшена сумма требований к должнику.

Также апелляционный суд учитывает противоречивые пояснения должника и ФИО8 о целях заключения и подписания ими договора займа и расписки, одобрения заключения договора залога и поручительства, о том, получил ли ФИО9 денежные средства.

Аргументированных и логических пояснений о том, почему имущество было передано в залог, если не в обеспечение исполнения обязательств по договору займа, лица, участвующие в деле, суду не дали. 

Представленные апелляционному суду видеозаписи заключения договора займа, подписания расписки заемщиками, а также видеозапись передачи денежных средств, также исследованы и оценены судом, как свидетельствующие о фактическом заключении договора и о фактической передаче денежных средств.

При этом апелляционный суд учитывает, что заемщики подтвердили, что факт заключения договора, подписания расписки фиксировался путем видеозаписи. Соответственно, зная о ведении видеозаписи, заемщики, в том числе должник, не могли не осознавать, что в дальнейшем такая видеозапись может быть использована с целью подтверждения фактических заемных отношений.

В отношении файла с видеозаписью «Передача денег» апелляционный суд отмечает, что данное доказательство в совокупности с иными имеющимися в деле доказательствами однозначно свидетельствует о фактической передаче денег, как минимум одному из заемщиков – ФИО9

Его ссылки на то, что соответствующая запись осуществлялась скрытой камерой с учетом пояснений должника и ФИО8 о видеофиксации, апелляционный суд считает возможным оценить критически. 

Более того, ФИО9 в своем отзыве дает противоречивые пояснения о том, что денег он не получал, но при этом указывает, что представленная видеозапись, на которой он получает деньги, не является «постановочной», но снята скрытой камерой. 

Заключением судебной экспертизы установлено, что дата создания файла соответствует дате заключения договора займа, что, по мнению апелляционного суда, также подтверждает факт передачи ФИО4 денежных средств одному из заемщиков.

То обстоятельство, что денежные средства были переданы одному из заемщиков, не освобождает других созаемщиков от исполнения обязательств по возврату займа, учитывая, что подписав расписку и не выразив желания участвовать при передаче денежных средств, ФИО8 и должник тем самым одобрили такие действия ФИО9

Представленное ФИО8 заключение специалиста, касающееся изображенной в видеозаписи суммы денежных средств, апелляционный суд также считает возможным оценить критически, поскольку нет оснований полагать, что на видео зафиксирована вся передаваемая сумма денежных средств.

Что касается указаний на нелогичность процесса съемки в связи с отсутствием фиксации факта пересчета денежных средств, в том числе со ссылкой на соответствующие выводы судебной экспертизы, апелляционный суд отмечает, что, учитывая качество съемки, основания полагать, что съемка является постановочной, у апелляционного суда отсутствуют.

Данные выводы суд делает, как указано выше, исключительно на основании оценки всех имеющихся в деле доказательств в их совокупности и взаимосвязи. 

Более того, апелляционный суд считает необходимым отметить нелогичность действий заемщиков, которые путем видеозаписи фиксируют факт заключения договора займа, подписания расписки, одобряют заключение договора поручительства и залога, фактически такой договор заключается и регистрируется, а в дальнейшем стороны ссылаются на неполучение денежных средств.

Также апелляционный суд учитывает указания апеллянта на то, что активные действия, направленные на оспаривание договора с ФИО4, должник начал предпринимать после оспаривания сделок должника и возврата имущества в конкурсную массу, тогда как заявление о признании должника банкротом принято к производству суда 28.11.2017 г., процедура реструктуризации долгов введена определением Арбитражного суда Свердловской области от 26.04.2018 г. по делу № А60-59359/2017.

При рассмотрении настоящего спора должник указывает, что денежные средства он не получал, при этом соответствующих возражений при включении ФИО4 в реестр требований кредиторов должника, им не заявлялось, с заявлением об оспаривании договора займа в период с даты заключения договора (01.09.2015 г.) до даты истечения срока возврата займа (01.03.2016 г.), до даты обращения в суд за взысканием суммы займа (26.12.2016г.), взыскания суммы займа в Орджоникидзевском районном суде (заочное решение от 31.01.2017 г. по делу № 2-7327/16, уникальный идентификатор 66RS0006-06-2016-007924-08) и до даты введения процедуры банкротства в отношении ФИО6 (26.04.2018 г.), должник не обращался.

Суд также отмечает, что в материалы обособленного спора не представлено доказательств того, что у сторон при совершении оспариваемой сделки имелись цели причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, а также не доказан сам факт причинения такого вреда.

Суд первой инстанции указал, что по состоянию на момент заключения договора займа ФИО6 прекратил расчеты с Банком «ВТБ» и был должен ему 3 268 022,76 руб., следовательно, заем выдавался в условиях неплатежеспособности ФИО6

Вместе с тем, учитывая, что отсутствуют доказательства аффилированности должника и кредитора ФИО4, суд апелляционной инстанции считает недоказанным то обстоятельство, что ФИО4 могло быть известно о данном обстоятельстве, поскольку согласно картотеки гражданских дел Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга Свердловской области (http://ordzhonikidzevskv.svd.sudrf.ru/) исковое заявление Банка «ВТБ» поступило в суд 16.09.2016 г. (Дело № 2-6045/2016), в то время как договор займа был заключен 01.09.2015 г., денежные средства по договору займа были переданы в день подписания договора 01.09.2015 г., срок возврата займа был установлен до 01.03.2016 г.

Таким образом, на момент заключения договора займа и передачи денежных средств ФИО4 не знал и не мог знать о том, что заемщики прекратили расчеты с Банком «ВТБ» (ПАО), так как сведения о взыскании с них задолженности банком в общедоступных источниках отсутствовали.

Иного из материалов дела не следует.

Даже если принять во внимание доводы сторон о наличии у них неисполненных обязательств, по договору займа именно ФИО4 предоставил денежные средства, что могло быть направлено на восстановление платежеспособности, но не на причинение вреда кредиторам.

Довод финансового управляющего о том, что сделка совершена с целью дальнейшего инициирования процедуры банкротства в отношении должника, подлежит отклонению как недоказанная. При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что должник, подписывая договор займа и расписку о получении денежных средств, не мог не осознавать последствий таких своих действий.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к выводу о том, что в нарушение ст. 65 АПК РФ финансовым управляющим не доказана указанная совокупность условий для констатации порочности сделки по общим основаниям.

Фактов совершения сделки со злоупотреблением правами судом также не установлено.

В силу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 10 Постановления от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснил, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы.

При этом в силу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Приведенная норма возлагает обязанность доказывания неразумности и недобросовестности действий участника гражданских правоотношений на лицо, заявившее требования.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.11.2010 N 6526/10 по делу N А46-4670/2009, заключение направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов сделки, имеющей целью, в частности, уменьшение активов должника и его конкурсной массы путем отчуждения имущества третьим лицам, является злоупотреблением гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ).

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, ее стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

В рассматриваемом случае сделка должника оспаривается в рамках дела о банкротстве, соответственно, при установлении факта того была ли совершена сделка с намерением причинить вред другому лицу, следует установить имелись у должника намерения причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы.

Если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

Материалы дела не содержат доказательств того, что сделки совершены для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Как указано выше, доказательств причинения вреда кредитором в результате совершения оспариваемой сделки в материалах дела не имеется.

Иного из материалов дела не следует, суду апелляционной инстанции не доказано.

Также апелляционный суд отмечает, что при рассмотрении апелляционной жалобы на бездействие финансового управляющего ФИО12 представители должника ссылались на то, что ФИО4 должен был передать заемщикам  наличные денежные средства в общей сумме 30 млн. руб., в том числе данный довод нашел отражение в постановлении апелляционного суда от 07.10.2020 г., в последующем данный довод не заявлялся, в связи с чем обоснованным является указание апеллянта на то, что единственной целью заявления такого довода было признание бездействия финансового управляющего незаконным. В договоре прямо прописано и согласовано сторонами, что займодавец передает заемщикам взаем денежные средства в размере 10 000 000 руб. 00 коп. Сведения и документы, указывающие на то, что займодавец должен был передать каждому из заемщиков по 10 000 000 рублей, материалы дела не содержат.

Заключенный сторонами договор займа денежных средств, расписка о получении денежных средств недвусмысленно, ясно указывают на возникновение между ФИО4, ФИО9, ФИО6, ФИО8 отношений по займу.

Договор не содержит каких-либо оговорок относительно передачи денежных средств, в частности, одному из заемщиков. В расписке о получении денежных средств указано, что ФИО9, ФИО6, ФИО8 получили от ФИО4 денежную сумму в размере 10 000 000 рублей. 

Суд апелляционной инстанции учитывает также, что основной должник заемным обязательством не предусмотрен, равно как не предусмотрено, кто именно принимает деньги в долг. В этой связи то, каким образом заемщики распорядились полученными денежными средствами, в спорном правоотношении значения не имеет, учитывая, что в силу требований ст. 322 Гражданского кодекса Российской Федерации при обязательстве нескольких должников обязанность (ответственность) является солидарной, если иное не предусмотрено, в частности, договором, а кредитор в силу ст. 321 Гражданского кодекса Российской Федерации вправе требовать исполнения обязательства каждым должником. Отношения, сложившиеся между должниками, являются самостоятельными и не входят в предмет настоящего спора.

Указания финансового управляющего должника, финансового управляющего ФИО30, самих заемщиков на отсутствие каких-либо доказательств того, для чего должник брал такую значительную сумму в займ и на какие цели указанные денежные средства были потрачены, учитывая заинтересованность должника и иных заемщиков в сокрытии данных обстоятельств, не свидетельствуют о наличии оснований для признания сделки недействительной.

Иного из материалов дела не следует, апелляционному суду вопреки доводам заемщиков не доказано.

Таким образом, суд приходит к выводу об отсутствии совокупности доказательств, свидетельствующих о наличии оснований для признания сделки недействительной.

Все иные доводы возражений также проверены апелляционным судом и подлежат отклонению, как необоснованные, не опровергающие выводы суда апелляционной  инстанции о недоказанности наличия оснований для признания сделки недействительной.

С учетом изложенного определение суда первой инстанции подлежит отмене в связи с несоответствием выводов суда обстоятельствам дела, в удовлетворении требований финансового управляющего о признании сделки недействительной следует отказать, а апелляционную жалобу - удовлетворить.

В порядке ст. 110 АПК РФ государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы подлежит отнесению на должника.

Также на должника подлежат отнесению расходы по оплате судебной экспертизы. 

В отношении подлежащей оплате эксперту суммы суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить следующее.

Как было указано выше, суд назначил по настоящему обособленному спору судебную техническую  экспертизу, производство которой поручил АНО Экспертный центр «Аналитика» эксперту ФИО16 (614010, 

<

...>), на разрешение экспертизы поставил 5 вопросов, установил стоимость экспертизы в размере 50 000 руб.

По результатам экспертизы представлено экспертное заключение, ответы даны на 3 вопроса из 5. В отношении оставшихся двух вопросов эксперт указал на отсутствие у него соответствующей компетенции.

Учитывая изложенное, апелляционный суд считает возможным установить сумму вознаграждения, которая подлежит перечислению эксперту, в сумме 30 000 руб., о чем будет вынесено отдельное определение.

Как указано выше, данные расходы относятся на должника и подлежат перечислению эксперту за счет денежных средств, внесенных на депозит суда финансовым Управляющим должника (сумма в размере 50 000 руб. поступила на депозит суда 25.11.2021).

Остальные находящиеся на депозите суммы подлежат возврату лицам, их внесшим, по их заявлениям с указанием реквизитов для возврата.

Руководствуясь статьями 104, 110, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 14 июля 2021 года по делу № А60-59359/2017 отменить.

В удовлетворении заявления финансового управляющего о признании недействительной сделкой договора займа от 01.09.2015, заключенного между ФИО4, ФИО6, ФИО9, ФИО8 отказать.

Взыскать в пользу ФИО4 за счет конкурсной массы должника ФИО6 расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе в сумме 3 000 (Три тысячи) рублей.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

Т.С. Герасименко 

 

Судьи

 

В.И. Мартемьянов 

 

 

О.Н. Чепурченко