Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                 Дело № А45-21421/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 20 декабря 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 21 декабря 2023 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                         Глотова Н.Б.,

судей                                                         Казарина И.М.,

ФИО1 -

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Новосибирской областиот 12.07.2023 (судья Бродская М.В.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 09.10.2023 (судьи Михалова А.П., Дубовик В.С., Кудряшева Е.В.) по делу № А45-21421/2021 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Барышевский Хлеб» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), принятые по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 о признании сделки недействительной.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, - ФИО4.

В судебном заседании принял участие представитель ФИО5 – ФИО6 по доверенности от 29.08.2023.

Суд установил:

в деле о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Барышевский Хлеб» (далее - общество «Барышевский Хлеб», должник) его конкурсный управляющий ФИО3 (далее - конкурсный управляющий) обратился в Арбитражный суд Новосибирской области с заявлением, уточённымв порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства от 12.09.2018 № 01/09 (далее – договор купли-продажи), заключённого обществом «Барышевский Хлеб» с ФИО5 (далее - ФИО5, ответчик), применении последствий недействительности в виде взыскания с ответчика стоимости необоснованно отчуждённого в сумме 720 000 руб.

Определением от 12.07.2023 Арбитражного суда Новосибирской области заявление конкурсного управляющего удовлетворено.

Седьмой арбитражный апелляционный суд, рассмотрев спор по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, постановлением от 09.10.2023 признал недействительным договор купли-продажи, взыскав с ответчика в порядке применения последствий недействительности сделки 720 000 руб.

Не согласившись с принятым апелляционной инстанцией постановлением,ФИО5 обратилась с кассационной жалобой, в которой просит его отменитьи принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления.

По мнению кассатора, суды пришли к ошибочному выводу о наличии основанийдля признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Федерального законаот 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Законо банкротстве), поскольку цель причинения вреда опровергается представленными доказательствами финансовой возможности ответчика оплатить спорное имуществопо цене 500 000 руб., которая отвечает рыночным условиям с учётом плохого технического состояния автомобиля. В подтверждение факта передачи денежных средств представлена расписка от 10.04.2018, подписанная лично руководителем должника ФИО7.

По утверждению кассатора, его взаимоотношения с должником носили реальный характер, аффилированность сторон не установлена, что презюмирует рыночный характер правоотношений.

Податель жалобы также приводит доводы о том, что признаки неплатёжеспособности возникли у общества «Барышевский Хлеб» в начале 2019 года после совершения спорной сделки (12.09.2018), следовательно, она не могла причинить вред кредиторам должника.

От конкурсного управляющего поступил отзыв с возражениями на кассационную жалобу.

В судебном заседании представитель кассатора поддержал доводы, изложенныев жалобе, просил обжалуемый судебный акт отменить.

Проверив в соответствии со статьями 284, 286 АПК РФ законность постановления суда апелляционной инстанции, суд кассационной инстанции не находит основанийдля его отмены или изменения.

Как следует из материалов дела, между обществом «Барышевский Хлеб» (продавец) и ФИО5 (покупатель) заключён договор купли-продажи транспортного средства, по условиям которого покупатель приобрёл автомобиль Lexus RX 330, 2003 года выпуска, VIN 

<

***>, двигатель номер 4089960, 234 л.с. (далее – автомобиль, транспортное средство).

Цена транспортного средства определена сторонами в сумме 15 000 руб.

По акту приёма-передачи от 12.09.2018 автомобиль передан продавцом покупателю.

Ссылаясь на то что спорный договор, исполненный в отсутствие встречного предоставления со стороны ФИО5, наряду с иными сделками, совершёнными должником с целью вывода имущества для недопущения обращения на него взыскания, привёл к неплатёжеспособности должника, конкурсный управляющий со ссылкойна пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Суд апелляционной инстанции, удовлетворяя заявление, исходил из заключения оспариваемой сделки с имуществом неплатёжеспособного должника при наличии неисполненных обязательств перед кредиторами, в течение трёх лет до возбуждения дела о банкротстве, по цене транспортного средства, существенно в худшую для должника сторону, отличающейся от цены и иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Выводы апелляционного суда соответствуют фактическим обстоятельствам, имеющимся в деле доказательствам.

Во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершённых в преддверии банкротства. Подобные сделки могут быть признаны недействительными по основаниям и в порядке, которые указаны в Законео банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершённая должникомв целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трёх лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должникак моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Квалифицирующими признаками подозрительной сделки, указанной в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, являются её направленность на причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомлённость другой стороны сделки об указанной противоправной цели, фактическое причинение вреда в результате совершения сделки.

В рассматриваемом случае судами установлено, что оспариваемый договор заключён 12.09.2018, то есть в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, с момента – 13.08.2021 принятия судом заявленияо признании должника банкротом.

Вывод о неравноценном характере встречного предоставления сделан судамина основании проверки условий договора с фактически полученным должником исполнением по сделке.

Исследуя доводы ответчика о том, что должником в лице бывшего руководителяв действительности от продажи спорного имущества получено равноценное встречное исполнение в сумме 500 000 руб., апелляционный суд, оценив критически документыо дефектах, якобы значительно уменьшающих стоимость транспортного средства, исследуя доводы о безденежности оспариваемой сделки, руководствуясь разъяснениями, данными в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанныхс рассмотрением дело банкротстве», перешёл к проверке наличия у ФИО5 финансовой возможности произвести оплату приобретаемого имущества по объявленной ей цене.

Оценив представленные ответчиком документы о его доходах, полученныхв закрытом акционерном обществе «Экран ФЭП»: в 2016 году - за вычетом налога 373 418,82 руб. (31 118,23 руб. в месяц), в 2017 год за вычетом налога - 417 633,50 руб.(34 794,45 руб. в месяц), учитывая необходимость несения расходов на повседневные нужды, апелляционный суд исходил из недоказанности наличия у ФИО5 финансовой возможности оплатить рыночную стоимость автомобиля.

Иные поименованные ответчиком источники финансирования, полученныеот третьих лиц, не позволяют осуществить их проверку на предмет достоверностии действительности существования.

Кроме того, при исследовании давности изготовления представленной в материалы дела расписки экспертом (заключение № 125-Н-ТЭД) сделан следующий вывод: «...установить точную дату исполнения (в том числе, факт соответствия / несоответствия дате, указанной в документе) штрихов рукописных записей и подписей от имени ФИО7 в расписке от 20.04.2018 не представляется возможным, так как штрихи реквизитов расписки непригодны для исследования по причине содержания в них растворителей в следовых количествах, а также в связи с наличием признаков, характерных при химическом агрессивном воздействии:

«Бумага, на которой выполнена расписка от 20.04.2018, имеет признаки, характерные при химическом агрессивном воздействии. Определить, имелоли воздействие умышленный характер или имеет случайный характер и связанос ненадлежащим хранением документа, а также степень влияния агрессивного воздействия на материалы письма реквизитов в представленной Расписки от 20.04.2018не представляется возможным...».

Таким образом, из представленного в материалы дела заключения эксперта следует, что расписка имеет признаки агрессивного химического воздействия, что вызывает обоснованные сомнения в реальности её изготовления в указанную на ней дату 20.04.2018 и ставит под сомнение добросовестность ответчика.

Из содержания положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве можно заключить, что нормы и выражения, следующие за первым предложением данного пункта, устанавливают лишь презумпции, которые могут быть использованы при доказывании обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной и описание которых содержится в первом предложении пункта.

Из этого следует, что, например, сама по себе недоказанность признаков неплатёжеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной.

Согласно ответу Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 24по Новосибирской области от 25.10.2021, численность работников общества составила:за 2018 год - 8 человек, за 2019 год - 4 человека, за 2020 год - данные отсутствуют; сведения о доходах по форме 2-НДФЛ за 2019 - 2020 годы не представлены; налоговые декларации по налогу на добавленную стоимость (далее - НДС) за период с 4 квартала 2019 года по 3 квартал 2020 года представлены с нулевыми показателями; последняя отчетность представлена за 3 квартал 2020 года.

На конец 2018 года в бухгалтерской отчётности должника отражены долгосрочныеи краткосрочные обязательства в размере 24 414 000 руб.

В отношении должника сформированы расхождения по НДС за 3 квартал 2018 года -765 899 17 руб., за 4 квартал 2018 года - 925 728,03 руб., за 1 квартал 2019 года - 637 222 ,34 руб., за 2 квартал 2019 года - 909 333,52 руб., за 3 квартал 2019 года - 702 632,90 руб.

К тому же в 2018-2020 годы должником заключено и исполнено 14 сделокпо отчуждению принадлежащих ему транспортных средств и самоходных машин по цене (15 000 руб.) значительно ниже рыночной и при отсутствии встречного исполнения, которые признаны недействительными.

Поскольку ответчиком надлежащими объективными доказательствами, оформленными незаинтересованными лицами, в подтверждение наличия у него на дату совершения оспариваемой сделки денежных средств в размере, достаточномдо произведения оплаты по договору купли-продажи, их действительную передачу должнику, не представлены, не раскрыты все значимые обстоятельства для разрешения спора, касающиеся отчуждения имущества и его дальнейшего использования (открытого и добросовестного владения), его поведение характеризовалось непоследовательностью, суды правомерно указали на то, что, вступая в правоотношения, ответчик и должник преследовали противоправный интерес, заключающийся в избавлении последнегоот имущества на любых доступных условиях с целью недопущения расчётовс кредиторами, справедливо рассчитывающих на удовлетворение его требований за счёт равноценного денежного эквивалента, полученного от реализации имущества.

В результате совершения оспариваемой сделки ФИО5 получила существенную нетипичную выгоду (которую бы она никогда не получилапри нормальном развитии отношений), подлинная воля сторон при заключении договора купли-продажи не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при его совершении, отчуждение транспортного средства в пользу ответчикав оспариваемый период произведено в целях противоправного вывода имуществаиз имущественной сферы должника.

Многократное занижение стоимости отчуждаемого имущества должно породитьу любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнения относительно правомерности такого отчуждения.

В подобной ситуации ответчик, получив автомобиль, который им не оплаченили был оплачен по цене значительно отличающейся от рыночной, не мог не знатьо наличии противоправной цели причинить вред имущественным правам кредиторов должника.

Таким образом, фактическая аффилированность ФИО5 и должника является доказанной, так как неравноценность оспариваемой сделки очевиднаи не опровергнута.

Поскольку сделка купли-продажи автомобиля совершена за счёт имущества неплатёжеспособного должника в отсутствие какой-либо экономической целесообразности и встречного предоставления, суды пришли к обоснованному выводуо наличии совокупности обстоятельств, предусмотренных в пункте 2 статьи 61.2 Законао банкротстве, для признания её недействительной.

Кассатор не приводит каких-либо веских и убедительных аргументов в пользу того, что заключение договора купли-продажи автомобиля отвечало стандартам поведения обычных участников гражданского оборота, имело под собой типичные для такого рода отношений экономические предпосылки и цели их совершения.

Поскольку транспортное средство на момент рассмотрения заявление конкурсного управляющего отчуждено ФИО5 в пользу третьего лица, последствия недействительности сделки в виде взыскания с ответчика его действительной стоимости судами применены правильно (статья 61.6 Закона о банкротстве).

Довод кассатора о том, что заниженная стоимость автомобиля не является подтверждением того факта, что ответчик является недобросовестным, отклоняется судом округа, так как покупателю, приобретшему имущество по более низкой цене, предложенной продавцом, по сравнению с покупкой на рынке, не должно составить труда раскрыть объективные причины, повлиявшие на ценообразование (обычный торгили влиянием иных рыночных механизмов).

Если имущество приобретается заранее в непригодном состоянии покупатель должен обосновать рациональность такой покупки с учётом жизненных потребностейи рода своей деятельности, обосновать причины, побудившие его совершить сделку вопреки основного потребительского интереса, который присущ владельцу автотранспортного средства.

В свою очередь, приобретая имущество за почти символическую стоимость, ответчик не мог не осознавать того, что сделка с такой ценой нарушает права и законные интересы кредиторов должника.

Как следствие, ФИО5, не представившая экономическихи организационных объяснений своего поведения, была прямо или косвенно (вероятнее всего через своего знакомого ФИО8, являющегося работником должника), осведомлена о противоправной цели, а потому её интерес не подлежит судебной защите.

Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованыи оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ.

В целом доводы заявителя кассационной жалобы судом кассационной инстанции изучены и отклонены, поскольку не содержат обстоятельств, которые могли повлиятьна законность судебного акта либо опровергнуть выводы судов. Основанийдля переоценки выводов апелляционного суда, установленных им фактических обстоятельств и имеющихся в деле доказательств у суда кассационной инстанции в силу статьи 286 АПК РФ не имеется.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено.

В связи с окончанием производства по кассационной жалобе принятые определением суда округа от 23.11.2023 меры по приостановлению исполнения обжалуемых судебных актов подлежат отмене на основании статьи 283 АПК РФ.

С учётом изложенного кассационную жалобу следует оставить без удовлетворения.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьёй 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 09.10.2023 по делу № А45-21421/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Меры по приостановлению исполнения обжалуемых судебных актов, принятые определением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 23.11.2023, отменить.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

 

Председательствующий                                                       Н.Б. Глотов

 

Судьи                                                                                    И.М. Казарин

 

ФИО1