АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-13650/2021

Дело № А72-4769/2021

г. Казань

09 октября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 03 октября 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 09 октября 2023 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Третьякова Н.А.,

судей Самсонова В.А., Фатхутдиновой А.Ф.,

при ведении протокола судебного заседания с использованием систем веб-конференции помощником судьи Исмаиловой Г.Р.

при участии в Арбитражном суде Поволжского округа:

ФИО1 – лично, паспорт,

представителя общества с ограниченной ответственностью «Книжный двор» - ФИО2, по доверенности от 11.05.2021,

при участии в судебном заседании посредством использования системы веб-конференции представителя:

конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Спецтранс» ФИО3 – ФИО4, доверенность от 25.01.2022,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом  судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Спецтранс» ФИО3

на постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.06.2023

по делу № А72-4769/2021

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Спецтранс» о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Спецтранс» (ИНН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Ульяновской области от 30.04.2021   возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Спецтранс»  (далее – общество «Спецтранс», должник).

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 31.08.2021 в отношении должника  введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО3.

Решением Арбитражного суда Ульяновской области от 28.01.2022 общество «Спецтранс» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утвержден ФИО3 (далее – конкурсный управляющий). 

Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением   о привлечении общества с ограниченной ответственностью «Книжный двор» (далее – общество «Книжный двор»), ФИО5 (далее – ФИО5), ФИО1 (далее – ФИО1), ФИО6 (далее – ФИО6) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в солидарном порядке.

Определениями суда  от 21.03.2022, 07.06.2022  к участию в споре в качестве соответчиков  привлечены ФИО7,  ФИО8 и ФИО9.

Определением суда первой инстанции от 05.09.2022 требование  конкурсного управляющего о привлечении ФИО9 и ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника выделено в отдельное производство.

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 28.03.2023 признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО5,  ФИО1,  ФИО7,  ФИО6 и общества «Книжный двор» к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Спецтранс». Производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего о привлечении указанных лиц к субсидиарной ответственности приостановлено  до окончания расчетов с кредиторами.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.06.2023 определение Арбитражного суда Ульяновской области от 28.03.2023 в части привлечения ФИО6, ФИО7, ФИО1 и общества «Книжный двор» к субсидиарной ответственности  отменено, в отмененной  части принят новый судебный акт об отказе в удовлетворении  заявления конкурсного управляющего.  В остальной части определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Не согласившись с постановлением суда апелляционной инстанции, конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Поволжского  округа с кассационной  жалобой, в которой просит его отменить и оставить в силе определение суда первой инстанции.

В обоснование кассационной  жалобы заявитель ссылается на то, что суд апелляционной инстанции рассмотрел вопрос о привлечении  ответчиков к субсидиарной ответственности не по всем заявленным основаниям. Приводит доводы о том, что  привлекаемыми к субсидиарной ответственности лицами фактически создана бизнес-модель, предполагающая разделение организаций на центры прибыли и убытков, что в конечном итоге причинило должнику убытки. Полагает,  что, действуя в рамках группы лиц, объединенных общими экономическими интересами, ответчики совершили действия по выводу имущества должника, что привело  к  невозможности расчета с кредиторами.

Общество «Книжный двор» в представленном отзыве возражает против удовлетворения кассационной жалобы.

Иные лица, участвующие  в деле, письменные отзывы на кассационную жалобу не представили.

В судебном заседании,  представитель конкурсного управляющего  поддержал доводы, изложенные в кассационной  жалобе.

ФИО1 и представитель общества  «Книжный двор»  возражали против удовлетворения кассационной жалобы, просили постановление суда апелляционной инстанции  оставить без изменения.

Иные лица, участвующие в обособленном споре, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе путем размещения этой информации на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились, явку своих представителей не обеспечили.

Проверив законность судебного акта в обжалуемой части (в части привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности судебные акты не обжалуются, с самостоятельной жалобой ФИО5 не обращался) в пределах доводов, изложенных в кассационной жалобе (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; далее - АПК РФ), обсудив доводы кассационной  жалобы, отзыва на нее, судебная коллегия считает, что кассационная жалоба удовлетворению не подлежит по следующим основаниям.

Как установлено судом первой инстанции участниками общества «Спецтранс» в разные периоды являлись:

- общество «Книжный двор»: с 31.12.2014 по 16.03.2015 - 50%, с 17.03.2015 по 26.05.2016 - 100%, с 27.05.2016 по 31.08.2017 - 50%;

- ФИО5 с 27.05.2016 по 31.08.2017 - 50%, с 01.09.2017 по настоящее время - 100%.

Руководителями общества «Спецтранс» в разные периоды являлись:

- ФИО1 с 31.12.2014 по 03.09.2015,

- ФИО5 с 04.09.2015 по дату признания должника банкротом.

Заявленные конкурсным управляющим требования о привлечении общества «Книжный двор», ФИО5, ФИО1  к субсидиарной ответственности обоснованы совершением указанными лицами действий по сокрытию первичных документов бухгалтерского учета должника,  искажению  бухгалтерской и налоговой отчетности,  что  привело к существенным затруднениям проведения  мероприятий по  пополнению конкурсной массы, а также явилось следствием привлечения должника к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения и доначисления неуплаченных налогов, размер которых  превышает пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.  Также конкурсный управляющий указывал на  совершение должником под контролем указанных лиц сделок, направленных на вывод активов должника с целью причинения вреда его кредиторам.

Требования к ФИО6 и ФИО7  конкурсный управляющий связывал  с их статусом контролирующих лиц в отношении общества «Книжный двор» (участника должника): руководителем общества «Книжный двор» с 02.12.2009 по 01.10.2020 являлся  ФИО6, а ФИО7 является его единственным участником с 18.03.2009.

Удовлетворяя заявление конкурсного управляющего и признавая доказанным наличие оснований для привлечения ответчиков  к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, суд первой инстанции  исходил из следующего.

В период с 26.09.2018 по 30.04.2019 в отношении  должника  Инспекцией ФНС России по Ленинскому району г. Ульяновска была проведена выездная налоговая проверка  за период с 01.01.2015 по 31.12.2017, по результатам которой  принято решение № 18-16/025313 от 27.08.2019 о привлечении общества  «Спецтранс» к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Указанным решением должнику  доначислены налоги в общей сумме 25 396 472 руб., пени - 8 256 294,87 руб., за совершение налогового правонарушения назначен штраф в общем размере 5 152 060,00 руб.

Основаниями для привлечения общества «Спецтранс» к ответственности послужили многочисленные нарушения обязанностей налогоплательщика: неуплата налога на добавленную стоимость (далее – НДС)  с 1 квартала 2015 года  по 4 квартал 2017 года, неуплата налога на прибыль за 2015, 2016, 2017 годы, неуплата транспортного налога за 2015, 2016, 2017 годы; неправомерное неперечисление (несвоевременное перечисление) сумм налога, подлежащего удержанию и перечислению налоговым агентом за 2015, 2016 годы; непредставление в установленные сроки налоговых деклараций по налогу на имущество за 2015, 2016 годы; непредставление в налоговый орган истребованных в установленном порядке документов первичного бухгалтерского учета.

Данным  решением налогового органа установлено, что со стороны общества «Спецтранс» в ходе проверки не были представлены первичные документы бухгалтерского и налогового учета, что послужило основанием для применения налоговым органом расчетного способа определения сумм налогов за проверяемый период.

Решением УФНС России  по Ульяновской области от 01.11.2019 № 07-07/17838@ решение налогового органа № 18-16/025313 от 27.08.2019 частично отменено.

Как отметил суд первой инстанции, исходя из периода проверки деятельности должника  (период с 01.01.2015 по 31.12.2017) и времени проведения проверки ответственным за предприятие являлся ФИО5, осуществляющий полномочия руководителя.

Определениями от 18.01.2022, 18.07.2022 суд обязывал ФИО5  передать временному и конкурсному управляющему ФИО3 документы и сведения должника.

Между тем доказательств исполнения ФИО5 установленной законом обязанности передать арбитражному управляющему документацию должника, а равно исполнения определений суда от 18.01.2022,  18.07.2022, как указал  суд первой инстанции,  в материалы дела не представлено.

Кроме того, судом установлено, что решением Арбитражного суда Ульяновской области от 09.02.2023 по делу № А72-18313/2022 по заявлению Прокурора Ленинского района г. Ульяновска ФИО5 привлечен к административной ответственности по части 4 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях за неисполнение им обязанности по передаче конкурсному управляющему должником  документации должника.

Вышеизложенные обстоятельства в своей совокупности позволили суду первой инстанции прийти к выводу о том, что непредставление ФИО5 документов должника  налоговому органу для проведения проверки явилось следствием доначисления существенных сумм налогов (25 396 472 руб.).

Также суд отметил, что по данным  бухгалтерской отчетности  у должника на начало 2019 года  имелись активы на сумму более 48 млн. руб., в связи с чем непредставление бывшим руководителем документов арбитражному управляющему значительно затруднило пополнение конкурсной массы.

Помимо этого судом из общедоступной информации, размещенной в Картотеке арбитражных дел,  установлено, что общество  «Спецтранс» неоднократно привлекалось к ответственности за совершение налоговых правонарушений.

Так, решением Арбитражного суда Ульяновской области от 16.01.2018 по делу №А72-8571/2017 установлено, что при оспаривании решения Инспекции Федеральной налоговой службы по Железнодорожному району г.Ульяновска от 28.03.2017 № 824 выявлены факты необоснованного учета в отчетности общества  «Спецтранс» значительных объемов песка, поставщиком которых по договору  поставки от 01.05.2016 значилось ООО «Спецуправление» (руководителем являлась ФИО7), поскольку у ООО «Спецуправление» отсутствовали необходимые условия и средства для исполнения принятых обязательств  по поставке товарно-материальных ценностей в силу отсутствия технического персонала, складских помещений и транспортных средств. 

При этом,  как установил  суд,  единственным участником ООО «Спецуправление» с 02.06.2010 является   общество  «Книжный двор».

При анализе  сделок  должника на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам, а также степени  вовлеченности каждого из ответчиков в управление делами  общества «Спецтранс», суд первой инстанции исходил из следующего.

Определением суда от 21.06.2022   установлено, что в преддверии своего банкротства должником безвозмездно отчужден в пользу аффилированного общества  «Книжный двор» последний ликвидный актив - право требования к ООО «Скания Лизинг» о взыскании неосновательного обогащения (сальдо встречных обязательств в пользу общества  «Спецтранс»), образовавшегося  при расторжении договора лизинга № 10782-119-001 от 13.01.2017, заключенного между обществом «Спецтранс» и ООО «Скания Лизинг».  

По данным должника, размер отчужденного права требования составил 3 052 653,31 руб., а также проценты за пользование чужими денежными средствами.

В рамках обособленного спора № А72-4769-9/2021  было рассмотрено заявление конкурсного управляющего о признании недействительными двух сделок должника по отчуждению в пользу ООО «Дон-Авто» прав требования должника    к ООО «Соллерс-Финанс» по исполнению последним договоров финансовой аренды (лизинга) № Актн-0319/11402 от 18.03.2019 и № А-0319/11407 от 19.03.2019 в отношении:

- седельного тягача VOLVO FН-TRUCK 4х2, VIN 

<

***>, шасси № 

<

***>, 2014 г.в., стоимостью 4 680 000,00 руб.

- полуприцепа KRONE SD бортовой тентованный, VIN 

<

***>, 2011 г.в., стоимостью 1 297 000,00 руб.

Определением суда от 16.11.2022 по указанному обособленному спору установлено, что ООО «Дон-Авто» и общество «Спецтранс» являются заинтересованными лицами, их участниками и руководителями являются,  соответственно,  ФИО9 и ФИО5 (отец и сын), оспоренные сделки по уступке прав требования совершены по символической цене - по 1 000 руб., причинившие вред должнику и его кредиторам.

Как указал суд первой инстанции,   определением  от 16.11.2022 по обособленному спору № А72-4769-9/2021   также установлено, что, возражая против требований управляющего, аффилированное с должником ООО «Дон-Авто»  представило в материалы указанного спора копию отчета Союза «Ульяновская областная торгово-промышленная палата» о рыночной стоимости имущества №0056/22 от 22.04.2022, заказчиком которого значится ФИО1 (при этом сам ФИО1 участником данного обособленного спора не был).

Из общедоступной информации, размещенной в Картотеке арбитражных дел, суд  установил, что интересы общества  «Спецтранс», а также аффилированных с ним общества  «Книжный двор» и ООО «Дон-Авто» представлял ФИО2 в судебных заседаниях по делам №А72-4769/2021 (обособленных спорах) и №А40-36750/2021.

Кроме того, ФИО2 представлял интересы ООО «Институт медико-биологии спорта», директором которого являлся ФИО1, в Арбитражном суде города Москвы (решение от 25.01.2018 по делу № А40-138296/2016).

При этом, как отметил суд первой инстанции,   решением Арбитражного суда города Москвы от 25.01.2018 по делу № А40-138296/2016  установлено, что между ООО «Строймеханизация» (ИНН 

<

***>) и ООО «Строймеханизация» ИНН (

<

***>) заключены несколько договоров уступки права требования (№ Р13-23401-ДУ от 05.05.2014, № Р13-27865- ДУ от 05.05.2014), в соответствии с которыми к ООО «Строймеханизация» (ИНН 

<

***>)  перешли права и обязанности лизингополучателя по нескольким договорам лизинга с ОАО «ВЭБ-лизинг».

В последующем ООО «Институт медико-биологии спорта», директором которого являлся ФИО1, приобрело у ООО «Строймеханизация» (ИНН 

<

***>) право требования суммы неосновательного обогащения, взысканной решением Арбитражного суда г. Москвы от 22.11.2016  по делу № А40-138296/2016  на основании договора уступки права требования от 14.02.2017 № 1.

Из  судебных актов по делу № А40-138296/2016  также следует, что все действующие контракты, заключенные ООО «Строймеханизация» с другими лизингодателями, были переведены на общество «Спецтранс», в дальнейшем должник производил оплату и погашал задолженность ООО «Строймеханизация», что подтверждается представленными в материалы указанного дела письмом № 8 от 04.03.2015, платежным поручением № 25 от 04.03.2015 с указанием в назначении платежа: «Оплата за ООО «Строймеханизация».

В связи с этим суд первой инстанции заключил, что общество «Спецтранс», ООО «Строймеханизация» (ИНН 

<

***>), ООО «Строймеханизация» (ИНН 

<

***>) и  ООО «Институт медико-биологии спорта» контролируются одной группой лиц.

Кроме того, как отметил суд, определением Арбитражного суда Ульяновской области от 07.09.2017 по делу №А72-12667/2014 о банкротстве ООО «Строймеханизация» (ИНН 

<

***>) признаны недействительными заключенные между ООО «Строймеханизация» (ИНН 

<

***>) и ООО «Строймеханизация» (ИНН 

<

***>) договоры уступки № Р13-21888-ДУ от 06.05.2014, № Р13-23401-ДУ от 05.05.2014, № Р13-27865-ДУ от 05.05.2014 по причине их безвозмездности.

Судом также установлено, что до возбуждения  данного дела о банкротстве  должником последовательно произведено отчуждение своего имущества, а именно:

- по договору купли-продажи от  24.05.2018 должником реализован  ФИО10 автомобиль  MITSUBISHI PAJERO SPORT, 2015 г.в., VIN 

<

***>; определением суда от 23.09.2022 данный договор купли-продажи  признан недействительным.

- по договорам   купли-продажи от 23.10.2018 должник реализовал ФИО11  два автомобиля -  СКАНИЯ Р6Х400 P400CB6X4EHZ, 2014 г.в., VIN 

<

***> и СКАНИЯ Р6Х400 P400CB6X4EHZ, 2013 г.в., VIN 

<

***>.

При этом после отчуждения ФИО11 указанных двух единиц техники общество «Спецтранс» продолжило владение и пользование ими в статусе арендатора с уплатой арендных платежей в сумме 250 000 руб. ежемесячно.

- по договорам  купли-продажи от 27.08.2018, от 30.09.2018  должником реализованы   ФИО8 автомобили  VOLVO FM-TRACK 6х4, 2012 г.в., VIN 

<

***>, VOLVO FM-TRACK 6х4, 2012 г.в., VIN Х89697612С0АG4048 и  RENAULT DUSTER, 2015 г.в., VIN 

<

***>.

Как и в случае с ФИО11, после отчуждения в пользу ФИО8 автомобиля RENAULT DUSTER общество «Спецтранс» продолжило владение и пользование им в статусе арендатора с уплатой ежемесячных арендных платежей.

При рассмотрении обособленных споров об оспаривании сделок по отчуждению должником своих активов в пользу заинтересованных и аффилированных лиц – ООО «Книжный двор», ФИО5, ФИО9, ФИО8, как отметил суд,  было установлено  сокрытие указанной группой аффилированных лиц первичной документации по хозяйственной деятельности должника, что является  типичным поведением для контролирующих должника лиц.

При этом решением ИФНС по Ленинскому району г.Ульяновска  №18-16/025313 от 27.08.2019 установлено, что в числе организаций, не подтвердивших факты совершения хозяйственных операций с должником, имеются следующие:

– ООО «Экопроект» (ИНН 

<

***>), директор ФИО1,

– ООО «Спецуправление», директор ФИО7, единственный участник ООО «Книжный двор»,

– ООО «Волгастройсервис», директор ФИО12, супруга (в последующем бывшая супруга) ФИО1;

– ООО «Строймеханизация» (ИНН 

<

***>), директор ФИО8 (бывший финансовый директор общества  «Спецтранс», ответчик по оспоренным сделкам должника), участник с долей 50% ФИО1,

– ООО «АРС ПРЕМЬЕР ГРУПП», директор ФИО13 (представитель ООО «Спецтранс» и ФИО8 при рассмотрении основного дела №А72-4769/2021 и обособленных споров по нему), совместно с ФИО1 являются участниками в ООО «Юридическая компания «Траст-Информ».

 

Как отметил суд первой инстанции, приведенные обстоятельства  в совокупности с типичным поведением контролирующих должника лиц по сокрытию первичной документации и имущества общества  «Спецтранс» и  установленными фактами передачи имущества должника заинтересованным лицам на безвозмездной основе или по символической стоимости в преддверии введения в отношении должника процедуры банкротства в условиях заведомой его неплатежеспособности, а также фактическое поведение указанных лиц непосредственно в период процедуры банкротства ООО «Спецтранс», в том числе их процессуальное поведение при рассмотрении обособленных споров, свидетельствуют о сохранении до настоящего времени фактической аффилированности должника с ООО «Книжный двор» и ФИО1

Таким образом,  суд первой инстанции пришел к выводу о том, что с 2014 года  общество  «Спецтранс» контролировалось одной группой лиц, в которую входили ФИО5, ФИО1, ООО «Книжный двор».

Признавая ФИО7 и ФИО6 контролирующими должника лицами, суд первой инстанции исходил из того, что ФИО7  являлась участником  ООО «Книжный двор» с 18.03.2009, а ФИО6  с  02.12.2009 по 01.10.2020 был его руководителем, которыми полностью и определялись действия  ООО «Книжный двор».

Отклоняя доводы ответчиков о том, что доначисление налогов по итогам проведенных налоговых проверок и   совершение вышеуказанных  сделок  не привело к невозможности полного погашения требований кредиторов и объективному банкротству, поскольку  признаки объективного банкротства у должника возникли только в 2019 году, суд первой инстанции исходил из того, что  приведенные в бухгалтерской отчетности должника показатели его финансово-хозяйственной деятельности за все периоды деятельности  с 2015 года  носили формальный характер и не отражали реальное  имущественное положение общества «Спецтранс».

Моментом  возникновения признаков объективного банкротства должника суд определил   1 квартал 2015 года, поскольку  именно в указанный период у общества «Спецтранс» начала формироваться задолженность перед кредиторами, включенная в дальнейшем в реестр требований кредиторов должника.

Этот же период, как отметил суд,  определен актами проверок налогового органа в качестве начала хозяйственной деятельности общества  «Спецтранс», сопровождающейся сокрытием первичной документации.

Оценивая  совершенные должником сделки по отчуждению своего имущества   на предмет их влияния на масштабы деятельности общества  «Спецтранс»,  суд первой инстанции указал, что совокупная (рыночная, балансовая) стоимость отчужденного имущественного актива должника только по результатам разрешения обособленных споров по их оспариванию за трехлетний период до возбуждения дела о банкротстве составила 28 504 560,92 руб. (в пользу ООО «Книжный двор» – 3 052 653,31 руб., в пользу ФИО5 – 1 995 512,61 руб., в пользу ФИО9 – 185 000,00 руб., в пользу ФИО11 – 12 125 800,00 руб., в пользу ООО «Дон-Авто» – 145 595,00 руб.,  в пользу ФИО8 – 10 100 000,00 руб., в пользу ФИО10 – 900 000,00 руб.).

При этом  судом отмечено, что совершение первых сделок  в череде последовательного отчуждения должником своего имущества в пользу аффилированных лиц совпадает с началом периода проведения в отношении общества «Спецтранс» налоговой проверки (26.09.2018), что указывает на объединение указанных сделок одним умыслом, направленным на вывод активов должника в ущерб интересам его кредиторов.

Приняв  во внимание, что отчужденный имущественный актив (транспортные средства, права требования, вытекающие из договоров лизинга по транспортным средствам, денежные средства) являлся ликвидным и должен был участвовать в хозяйственной деятельности должника  с учетом основного вида его деятельности (деятельность автомобильного грузового транспорта и услуги по перевозкам), суд первой инстанции пришел к выводу о том, что   в результате   совершения таких сделок должник лишился ликвидного имущества, задействованного в его основной деятельности, что привело к невозможности дальнейшего  осуществления им производственной и финансово-хозяйственной деятельности и, как следствие, повлекло его банкротство.

Установленная степень участия каждого из ответчиков в контроле и определении деятельности общества  «Спецтранс»,  как отметил суд первой инстанции,  свидетельствует не только об их осведомленности относительно обстоятельств совершения убыточных сделок должника, но и об участии указанных лиц в их совершении в качестве сторон таких сделок и лиц, обеспечивающих их совершение и создание условий для придания им в дальнейшем видимости их формальной законности.

Как указал суд, установленные обстоятельства указывают на то, что в рассматриваемом случае реализована модель бизнеса группы компаний, при которой контролирующими ее лицами периодически производилась смена «центров прибыли» путем свободного перемещения активов между различными взаимозависимыми организациями, отводя статус «центра убытков» тем участникам холдинга, которые начинали отвечать признакам неплатежеспособности. 

Суд отметил, что хронология установленных обстоятельств деятельности общества  «Спецтранс» начиная с 2014 года и до признания его банкротом позволяет   признать доказанной волю контролирующих должника лиц на создание и ведение бизнес-модели осуществления деятельности, исключающей и (или) существенно затрудняющей возможность проведения различного рода проверочных мероприятий, в том числе судебного и налогового контроля, сопровождающейся сокрытием документов первичного учета и имущества должника путем свободного вывода активов общества  «Спецтранс» в пользу аффилированных с ним лиц, находящихся под контролем одной группы лиц, направленным на избежание обращения взыскания на него для целей удовлетворения требований кредиторов.

С учетом характера действий ответчиков,  приняв во внимание вышеуказанные обстоятельства, а также то, что презумпции, предусмотренные пунктом 4 статьи 10,  пунктом 2 статьи 61.11 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве),   не опровергнуты, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что банкротство должника явилось следствием действий общества «Книжный двор», ФИО5, ФИО1, ФИО6 и ФИО7, в связи с чем признал доказанным наличие оснований для привлечения их субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Установив, что в настоящее время не все мероприятия процедуры конкурсного производства завершены, расчеты с кредиторами не произведены, в связи с чем размер ответственности ответчиков определить невозможно, суд первой инстанции производство по заявлению в соответствующей части признал подлежащим приостановлению до окончания расчетов с кредиторами должника.

Суд апелляционной инстанции,  повторно рассмотрев спор по правилам главы 34 АПК РФ, не согласился с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для привлечения общества «Книжный двор», ФИО1, ФИО6 и ФИО7  к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в связи с чем отменил определение суда первой инстанции в соответствующей  части, при этом исходил из следующего.

Так, в отношении сделки должника по отчуждению обществу «Книжный двор» права требования к ООО «Скания Лизинг» о взыскании неосновательного обогащения,  образовавшегося  при расторжении договора лизинга № 10782-119-001 от 13.01.2017, суд апелляционной инстанции отметил, что, признавая указанную сделку недействительной  определением  от 21.06.2022, суд  не взыскал с общества «Книжный двор» какую-либо сумму в конкурсную массу, а лишь восстановил право требования общества «Спецтранс» к ООО «Скания Лизинг» о взыскании неосновательного обогащения. 

Данное определение   исполнено и права переданы, подтверждением  чего свидетельствует факт участия именно общества «Спецтранс» на стороне истца при рассмотрении дела № А40-36750/2021.

Более того, как отметил апелляционный суд,  вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 17.02.2023  по делу № А40-36750/2021 обществу  «Спецтранс» отказано в удовлетворении заявления о взыскании неосновательного обогащения с ООО «Скания Лизинг». 

В связи с этим указанная сделка не признана судом апелляционной инстанции   ущербной,  как для должника, так и его кредиторов, поскольку  никаких активов в виде права требования в итоге не существует.

Относительно   признанных определением суда первой инстанции от 16.11.2022 недействительными двух сделок  должника  по отчуждению в пользу ООО «Дон-Авто» прав требования общества «Спецтранс» к ООО «Соллерс-Финанс»  по исполнению последним договоров финансовой аренды (лизинга) № Актн-0319/11402 от 18.03.2019 и № А-0319/11407 от 19.03.2019 в отношении автомобиля   VOLVO FН-TRUCK, стоимостью 4 680 000,00 руб.,  полуприцепа KRONE SD, стоимостью 1 297 000,00 руб., суд апелляционной инстанции отметил, что постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.05.2023 определение суда от 16.11.2022 отменено и в удовлетворении заявления отказано. 

 В отношении сделок  по переводу на должника прав  и обязанностей  лизингополучателя по договорам лизинга с ОАО «ВЭБ-лизинг» суд апелляционной инстанции принял во внимание, что в  результате совершения этих сделок должник  получил предметы лизинга, в связи с чем данные сделки также не являются ущербными.

Относительно сделки должника по отчуждению ФИО10 по договору купли-продажи от 24.05.2018 автомобиля MITSUBISHI PAJERO SPORT, признанной недействительной определением от 23.09.2022, суд апелляционной инстанции указал, что постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.04.2023 определение суда первой инстанции от 23.09.2022 отменено и в удовлетворении заявления об оспаривании данной сделки отказано.

Применительно к сделкам,  по которым должник реализовал  ФИО11 и ФИО8 транспортные  средства, а в дальнейшем некоторые из них арендовал у указанных лиц, апелляционный суд установил, что данные  сделки от имени должника совершены ФИО5, при этом остальные ответчики  к ним никакого отношения не имеют и  выгодоприобретателями не являются;  учредителем должника на момент их совершения являлся уже ФИО5, а не общество «Книжный двор».

В отношении  признанных  недействительными сделок должника по  безвозмездному  перечислению денежных средств в пользу   ФИО5 (1 995 512 руб. 61 коп.),   его отца ФИО9 (185 000 руб.),  а также в пользу ФИО8 (2 389 000 руб.), суд апелляционной инстанции учел, что права по сделкам  восстановлены,  судебные акты частично исполнены (более 100 000 руб. возвращено в конкурсную массу), отметив также, что ответственным за   совершение указанных сделок является ФИО5, который привлечен  к субсидиарной ответственности.

Суд апелляционной инстанции также не усмотрел оснований для возложения  на общество «Книжный двор», ФИО1, ФИО6 и ФИО7 ответственности за доначисление должнику по итогам проведенных налоговых проверок сумм налогов, сборов, пени и штрафов по ним.

Как отметил суд апелляционной инстанции, в данном случае период налоговой проверки деятельности должника  в своей основной части охватывает период,  когда ФИО5 осуществлял руководство должником; налоговая задолженность доначислена и определена расчетным методом в связи с тем, что  именно ФИО5 не передал первичные документы бухгалтерского учета и  не представил оправдательные документы по хозяйственным операциям должника.

Довод конкурсного управляющего о том, что материалами налоговых проверок подтверждается вывод активов должника    через «родственные предприятия», отклонен судом апелляционной инстанции.

Как отметил суд апелляционной инстанции, то обстоятельство, что решением ИФНС России по Ленинскому району г. Ульяновска № 1816/025313 от 27.08.2019    признаны неподтвержденными   хозяйственные операции должника  с ООО «Экопроект», ООО «Спецуправление», ООО «Волгастройсервис»,   ООО «Строймеханизация» (ИНН 

<

***>),  ООО «АРС ПРЕМЬЕР ГРУПП», само по себе не  свидетельствует о выводе должником своих активов в пользу  указанных  контрагентов, поскольку,  как по первой налоговой проверке,  так и по второй, не установлено, что должник перечислял  своим контрагентам денежные средства.

Суд указал, что из текста вышеуказанного решения налогового органа не усматривается, что должник оплатил эти услуги, работы (поставку), он лишь отразил эти счета-фактуры и накладные в книге покупок в целях необоснованного  предъявления к вычетам сумм НДС.

Суд апелляционной инстанции также отметил, что помимо вышеуказанных предприятий  должник вступал в хозяйственные связи и с другими контрагентами.

При определении степени участия в деятельности должника каждого из ответчиков и получении от этого выгоды судом апелляционной инстанции  учтено  следующее.

ФИО14 являлся руководителем должника с 31.12.2014 по 03.09.2015, т.е. за 6 лет до возбуждения дела о банкротстве перестал осуществлять руководство должником, передав все документы ФИО5 На конец 2015 г. у должника по данным бухгалтерского баланса   имелись  активы на общую сумму 17 735 000 руб., включая основные средства на сумму 3 057 000 руб. Бенефициаром каких-либо активов должника ФИО14 не стал.

Общество «Книжный двор»  являлось участником должника с 31.12.2014 по 16.03.2015 - 50%, с 17.03.2015 по 26.05.2016 - 100%, с 27.05.2016 по 31.08.2017 - 50%, т.е. за 4 года до банкротства должника перестало быть учредителем. На конец 2017 года  у должника по данным бухгалтерского баланса   были активы на общую сумму 46 411 000 руб.

При этом, как отметил суд апелляционной инстанции,  в материалах налоговой проверки отсутствует информация о хозяйственных связях должника с обществом  «Книжный двор»; бенефициаром каких-либо активов должника общество «Книжный двор» не стало; признанная недействительной   единственная сделка должника с обществом «Книжный двор»  по передаче права требования к ООО «Скания Лизинг» не повлекла  уменьшение активов должника.

По этой же причине,  как указал суд,  ФИО15 (руководитель общества   «Книжный двор» с 02.12.2009 по 01.10.2020)  и ФИО7 (единственный участник с 18.03.2009), также не могут нести  субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Таким образом,   проанализировав вовлеченность общества «Книжный двор», ФИО1, ФИО6 и ФИО7  в совершении вменяемых им сделок применительно к каждой из них, принимая во внимание отсутствие у них  статуса контролирующих должника лиц на момент совершения сделок должника, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о недоказанности конкурсным управляющим  оснований  для привлечения указанных лиц  к субсидиарной ответственности, в связи с чем отказал в удовлетворении заявления в указанной части.

Арбитражный суд Поволжского округа считает, что выводы, содержащиеся в постановлении суда апелляционной инстанции в обжалуемой части, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, имеющимся в нем доказательствам, спор разрешен без нарушения либо неправильного применения норм материального права и норм процессуального права.

Поскольку конкурсный управляющий  связывает основание своих требований  с действиями  ответчиков, имевшими место в 2015-2021 годах, до и после вступления в силу Закона № 266-ФЗ,  то к спорным отношениям суды правомерно применили нормы материального права, предусмотренные, как статьей 10, так и статьей   61.11 Закона о банкротстве.

При этом положения статьи 10 Закона о банкротстве в прежней редакции по содержанию мало чем отличаются от предусмотренной  действующей  в настоящее время статьи  61.11  Закона о банкротстве оснований ответственности, что означает возможность применения к статье 10 Закона о банкротстве значительного объема разъяснений норм материального права, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума № 53).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц наступает в случае, когда в результате их поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующих лиц.

Таким образом, при обращении с требованием о привлечении учредителя должника к субсидиарной ответственности заявитель должен доказать, что своими действиями (указаниями) указанное лицо довело должника до банкротства, то есть до состояния, не позволяющего ему удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам.

Согласно пункту 5 статьи 61.10 Закона о банкротстве арбитражный суд может признать лицо контролирующим должника лицом по иным основаниям.

В соответствии с пунктом 7 постановления Пленума № 53 предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В связи с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.

Из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 22.06.2020 № 307-ЭС19-18723(2,3), следует, что при установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание, является ли ответчик инициатором такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий. По смыслу абзаца третьего пункта 16 постановления Пленума № 53 к ответственности подлежит привлечению то лицо, которое инициировало совершение подобной сделки и (или) получило (потенциальную) выгоду от ее совершения.

Из приведенных в пункте 23 постановления Пленума № 53 разъяснений следует, что в соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

В данном случае, исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ имеющиеся в материалах дела доказательства в их совокупности, установив недоказанность конкурсным управляющим заключения или одобрения обществом «Книжный двор», ФИО1, ФИО6 и ФИО7   сделок, которые привели к банкротству должника и невозможности дальнейшего осуществления им хозяйственной деятельности, осуществление указанными лицами после выхода из состава участников и прекращения исполнения обязанностей руководителя  текущего контроля за хозяйственной деятельностью должника либо совершение действий, направленных на ухудшение финансового состояния должника и причинение имущественного вреда кредиторам, апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения указанных лиц  к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в связи с чем правомерно отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего в соответствующей части.

В данном случае, разрешая спор, суд апелляционной инстанции исследовал представленные доказательства, оценив их по своему внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ.

Изложенные в кассационной жалобе доводы выводы суда апелляционной инстанции не опровергают, направлены на переоценку доказательств и установление фактических обстоятельств, отличных от тех, которые были установлены судом, по причине несогласия заявителя жалобы с результатами указанной оценки суда, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, перечисленных в статьях 286, 287 АПК РФ.

Поскольку неправильного применения апелляционным судом норм материального права, а также нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебного акта в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено, суд кассационной инстанции оснований для отмены постановления суда апелляционной инстанции и удовлетворения кассационной жалобы  не находит.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.06.2023 по делу № А72-4769/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                                           Н.А. Третьяков

Судьи                                                                                                             В.А. Самсонов                                                                                                                     А.Ф. Фатхутдинова