АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-8932/2013

Дело № А65-32156/2012

г. Казань

12 октября 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 05 октября 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 12 октября 2021 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Фатхутдиновой А.Ф.,

судей Ивановой А.Г., Самсонова В.А.,

при участии представителей:

АО «БТА Банк»  – ФИО1 (доверенность от 05.01.2021),

ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 26.11.2019),

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле - извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационные жалобы конкурсного управляющего закрытым акционерным обществом «Нефтяная Компания Руснефтехим» ФИО4 и акционерного общества «БТА Банк»

на постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.07.2021

по делу № А65-32156/2012

по заявлениям акционерного общества «БТА Банк» и конкурсного управляющего закрытого акционерного общества «Нефтяная Компания Руснефтехим» о привлечении ФИО2, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 к субсидиарной ответственности 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) закрытого акционерного общества «Нефтяная Компания Руснефтехим» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 13.11.2013 закрытое акционерное общество «Нефтяная Компания Руснефтехим» (далее - ЗАО «НК Руснефтехим», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.06.2016 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО4

В Арбитражный суд Республики Татарстан 10.10.2019 поступило заявление АО «БТА Банк» о привлечении ФИО2 (далее - ФИО2), ФИО5 (далее - ФИО5), ФИО6 (далее - ФИО6) к субсидиарной ответственности в размере 4 518 624 283,01 руб. (вх. 30969).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.10.2019 заявление принято к производству.

В Арбитражный суд Республики Татарстан 09.10.2019 поступило заявление конкурсного управляющего ЗАО «НК Руснефтехим» о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц (вх. 30800). Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 29.10.2019 заявление принято к производству.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 11.12.2019 объединены в одно производство для совместного рассмотрения заявлений вх. № 30800 и вх. № 30969.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.02.2020 к участию в деле в качестве соответчиков привлечены наследники ФИО6: ФИО7; ФИО8; ФИО9 в лице законного представителя ФИО10; в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: нотариус нотариального округа г. Москвы ФИО11; отдел по опеке и попечительству по месту регистрации несовершеннолетнего ребенка ФИО9.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.11.2020 выделено в отдельное производство рассмотрение заявлений АО «БТА Банк» и конкурсного управляющего ЗАО «НК Руснефтехим» о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности. 

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.12.2020 объединены в единое производство для совместного рассмотрения заявление АО «БТА Банк» и конкурсного управляющего ЗАО «НК Руснефтехим» о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности и заявления АО «БТА Банк» и конкурсного управляющего ЗАО «НК Руснефтехим» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5, ФИО6

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.02.2021 заявления АО «БТА Банк» и конкурсного управляющего ЗАО «НК Руснефтехим» удовлетворены.

Суд привлек солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «НК Руснефтехим» ФИО2, ФИО5, наследников ФИО6 - ФИО7, ФИО8, ФИО9 в размере 4 518 624 283,01 руб.

С ФИО2, ФИО5, а также наследников ФИО6 (в пределах наследственной массы) - ФИО7, ФИО8, ФИО9 в пользу ЗАО «НК Руснефтехим» взысканы солидарно 4 518 624 283,01 руб.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.07.2021 определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.02.2021 в обжалуемой части, а именно в части привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «НК Руснефтехим» отменено, в отмененной части принят новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ЗАО «НК Руснефтехим» о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «НК Руснефтехим» 

Дополнительным постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.07.2021 в удовлетворении заявления АО «БТА Банк» о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «НК Руснефтехим» отказано.

Конкурсный управляющий ЗАО «НК Руснефтехим» и АО «БТА Банк» обратились в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационными жалобами, в которых просят постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.07.2021 с учетом дополнительного постановления Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.07.2021 отменить, оставить в силе определение суда первой инстанции, мотивируя неправильным применением судом норм материального и процессуального права.

В судебном заседании представитель АО «БТА Банк» поддержал доводы, изложенные в поданной им кассационной жалобе, а представитель ФИО2, считая доводы жалоб несостоятельными, просил оставить обжалуемый судебный акт без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, представителей в судебное заседание не направили, что в силу статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием к рассмотрению кассационной жалобы. Информация о принятии кассационной жалобы к производству, движении дела, времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Арбитражного суда Поволжского округа в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: http://faspo.arbitr.ru/ в соответствии со статьей 121 АПК РФ.

В судебном заседании 28.09.2021 в порядке, предусмотренном статьей 163 АПК РФ, объявлен перерыв до 12 часов 00 минут 05.10.2021, о чем размещена информация на официальном сайте в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, после окончания перерыва судебное заседание продолжено в том же составе суда.

Изучив материалы обособленного спора, выслушав представителей сторон, проверив в порядке статей 286, 287 и 288 АПК РФ законность обжалованного судебного акта исходя из доводов, приведенных в кассационных жалобах и в возражениях, судебная коллегия приходит к следующему.

Как следует из материалов обособленного спора и установлено судом, ФИО2 являлся контролирующим должника лицом, поскольку осуществлял полномочия генерального директора должника в период с 22.04.2010 по 23.03.2012.

В период исполнения ФИО2 обязанностей генерального директора ЗАО «НК Руснефтехим», а также в период, когда акционерами общества являлись ФИО5 и ФИО6, между ЗАО «НК Руснефтехим» и ООО «Алюнит», а именно 10.05.2011 был заключен договор купли-продажи следующего имущества:

- производственно-технологического комплекса УКПН 5 площадью 4666,2 кв. м по адресу: Республика Татарстан, Ютазинский район, Дым-Тамакский с/с, д. Екатериновка, зд. УКПН 5, кадастровый номер 16:43:040301:69;

- здания площадью 223,2 кв. м по адресу: Республика Татарстан, Ютазинский район, Дым-Тамакский с/с, д. Екатериновка на территории УКПН № 5, кадастровый номер 16:43:040301:83;

- земельного участка площадью 13 366 кв. м, расположенного по адресу Республика Татарстан, Ютазинский район, Дым-Тамакский с/с, в 500 м. от д. Екатериновка, кадастровый номер 16:43:041701:3;

- земельного участка площадью 278 250 кв. м, расположенного по адресу Республика Татарстан, Ютазинский район, Дым-Тамакский с/с, в 650 м от д. Екатериновка, кадастровый номер 16:43:041701:1 (далее - Недвижимость).

Согласно пункту 3.1 договора, установленная сторонами цена продажи недвижимости составила общую сумму 10 000 000 руб., в том числе: производственно-технологический комплекс УКПН 5 и здание - 9 970 000 руб.; земельные участки - 30 000 руб.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Республики от 24.07.2017 договор купли-продажи от 10.05.2011, заключенный между ЗАО «НК Руснефтехим» и ООО «Алюнит», признан недействительным, применены последствии недействительности сделки в виде возврата имущества в конкурсную массу должника. 

Указанным судебным актом установлено, что договор купли-продажи был совершен с целью причинения вреда кредиторам при неравноценном встречном исполнении обязательств. Так, проведенной в рамках обособленного спора судебной экспертизой установлена рыночная стоимость недвижимости по состоянию на 10.05.2011 в сумме 98 791 461 руб. При этом как указал суд, спорное имущество рыночной стоимостью 98 791 461 руб. было отчуждено в пользу аффилированного лица с целью причинения вреда должнику и его кредиторам, поскольку с 2010 года происходило существенное снижение экономических показателей должника при параллельном проявлении признаков неплатежеспособности и отчуждения активов.

В определении от 24.07.2017 суд указал, что признаки неплатежеспособности подтверждаются отчетом временного управляющего ЗАО «НК Руснефтехим» ФИО12 по результатам анализа финансового состояния и определения признаков фиктивного и преднамеренного банкротства должника по состоянию на 01.04.2013. Согласно данному отчету в период с 2010 по 2012 годы происходил процесс существенного снижения объема реализации продукции; в период с 2010 по 2011 годы были проданы объекты основных средств, при помощи которых обеспечивалась загрузка производственных мощностей; в период с 2010 по 2012 годы среднесписочная численность работников филиалов (Звенигородская ГРС, Ногинская ГРС, Зарайская ГРС) снизилась до 0 человек; коэффициент степени платежеспособности по текущим обязательствам ухудшился до такой степени, что на погашение задолженности предприятия потребовалось бы 33 года; должник выдавал займы другим предприятиям средствами, взятыми в кредит, которые не были возвращены, увеличивая тем самым кредиторскую и дебиторскую задолженность; в действиях руководителя усматриваются признаки преднамеренного банкротства.

Суд в определении от 24.07.2017 также указал, что в силу статьи 19 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) ЗАО НК «Руснефтехим», ООО «Алюнит» и ООО «МЕТАЛИТ» являлись аффилированными лицами через своих руководителей и учредителей ФИО2 и ФИО13, в связи с чем на момент совершения спорной сделки ООО «Алюнит» являлось по отношению к должнику заинтересованным лицом и знало о цели должника по выводу активов и причинении вреда имущественным правам кредиторов.

Кроме того, в обоснование заявления о привлечении лиц к субсидиарной ответственности, на момент совершения сделки, то есть на начало 2011 года баланс должника составлял 2 022 713 000 руб., а после совершения сделки, которая совершена была в мае 2011 года, баланс равнялся 1 383 877 000 руб. При этом согласно балансу снижение стоимости основных средств произошло с 72 069 000 руб. до 14 126 000 руб., что свидетельствует об утрате обществом основных средств после совершения сделки, которая судом была признана недействительной.

Удовлетворяя заявления, суд первой инстанции исходил из наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «НК Руснефтехим» ФИО2, ФИО5, наследников ФИО6 - ФИО7, ФИО8, ФИО9 в размере 4 518 624 283,01 руб. солидарно за совершение от имени должника сделок, впоследствии признанных недействительными судом на основании статей 61.2, 61.3 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в ходе осуществления руководства финансово-хозяйственной деятельностью предприятия ответчики допустили умышленные действия по выводу активов, которые фактически привели к наступлению несостоятельности (банкротства) должника.

Суд первой инстанции указал, что определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 24.07.2017 по делу № А6532156/2012 указанная сделка признана недействительной, как сделка на неравноценных условиях, заключенная с аффилированным с должником лицом ООО «Алюнит», при этом у должника имелись признаки неплатежеспособности, что подтверждается бухгалтерскими балансами, представленными в материалы дела, а также анализом финансового состояния, что нашло свое отражение в судебном акте. Так, размер основных средств в 2010 году был 72 069 000 руб., размер основных средств по итогам 2011 (с учетом оспоренной сделки) составил 14 126 000 руб. Уже в 2012 году было подано заявление о банкротстве. Взаимосвязь ЗАО НК «Руснефтехим» и ООО «Алюнит» также установлена определением суда от 24.07.2017 по настоящему делу, что свидетельствует о том, что действия контролирующих лиц направлены на вывод активов должника, так как в системе других сделок ЗАО «НК Руснефтехим» лишилось одного из важнейших производственных объектов. В результате совершенной сделки общество не дополучило 88 791 461 руб. при условии, что данное имущество являлось основой производственной деятельности должника.

Суд первой инстанции отметил также, что на момент совершения указанной сделки требовалось одобрение акционеров.

Суд первой инстанции указал, что, как установлено в определении от 24.07.2017 по настоящему делу, заключение договора купли-продажи от 10.05.2011 по заниженной стоимости в данном случае повлекло причинение вреда имущественным правам кредиторов должника, выразившееся в уменьшении размера имущества должника, что привело к утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. В результате совершенных сделок должник лишился активов в виде недвижимого имущества, в условиях наступления фактической неплатежеспособности и последующей остановки деятельности должника, что в конечном итоге привело к невозможности удовлетворения их требований, о чем ответчики не могли не знать.

Как указал суд первой инстанции, в настоящее время конкурсная масса должника, за счет которой могут быть удовлетворены требования кредиторов, включенные в реестр требований, отсутствует, иные источники ее формирования не выявлены, что подтверждается, в том числе результатами проведенной инвентаризации имущества должника.

По мнению суда первой инстанции, факт заключения спорной сделки в условиях неисполнения существовавших обязательств перед кредиторами, отчуждение активов и аффилированность покупателя - в своей совокупности являлись обстоятельствами, достаточными для определения того, что у должника имелась цель причинения вреда своим кредиторам в результате совершения названной сделки (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305ЭС1711710(4)).

Доводы ответчика ФИО2 о том, что сделка не причинила ущерба должнику, так как в результате  торгов в рамках дела о банкротстве имущество было реализовано по цене 325 899,99 руб., признаны судом несостоятельными. Суд отметил, что сделка является существенно убыточной для должника, что подтверждается данными баланса, так как по итогам сделки размер основных средств был снижен в 6 раз. Кроме того, значительная убыточность сделки подтверждена определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 24.07.2017.

При этом суд отклонил заявление ФИО2 о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности, предусмотренного для обращения в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

Суд первой инстанции исходил из того, что вменяемые, в том числе ФИО2, нарушения имели место в 2011 году, то есть в период действия правил о субсидиарной ответственности в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ, которые специального срока обращения с заявлением о применении субсидиарной ответственности не содержали.

 Суд первой инстанции исчислил срок исковой давности с момента, когда заявителю стало известно о нарушении права, а именно с момента завершения реализации имущества должника - 20.11.2019, что подтверждается сообщением в ЕФРСБ от 20.11.2019 № 4392703.

Поскольку заявители обратились в суд в течение октября 2019 года, суд пришел к выводу, что срок исковой давности по заявленному требованию не пропущен. Иные ответчики о пропуске срока исковой давности не заявляли. 

Также суд первой инстанции установил, что согласно реестру кредиторов ЗАО «НК «Руснефтехим» размер требований кредиторов третьей очереди равен 4 518 175 846,81 руб. Размер требований кредиторов, подлежащих удовлетворению за счет оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, составляет 448 436,20 руб. В этой связи общий размер субсидиарной ответственности определен судом первой инстанции в сумме 4 518 624 283,01 руб.

Апелляционный суд, повторно рассмотрев обособленный спор, пришел к выводу о недоказанности обстоятельств, послуживших основанием для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, а также о пропуске срока исковой давности.

Суд указал на отсутствие в материалах дела доказательств того, что отчуждение имущества в соответствии со сделкой, признанной в дальнейшем недействительной определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 24.07.2017, явилось необходимой причиной появления объективных признаков банкротства.

Суд апелляционной инстанции отметил, что в пункте 4.3 заключения (отчета) по результатам анализа финансового состояния и определения признаков фиктивного и преднамеренного банкротства указано, что «причиной ухудшения финансового состояния предприятия стала неэффективность производственной деятельности, что, в свою очередь, привело к недостатку оборотных средств и увеличению кредиторской задолженности».

Суд принял во внимание данные бухгалтерских балансов должника. Как указывал ответчик, показатели активов в бухгалтерском балансе на конец 2009 года составляли 3 562 130 тыс. руб., тогда как на конец 2010 года уже 2 022 713 тыс. руб. и на конец 2011 года - 1 383 877 тыс. руб. При этом в разделе оборотных активов показатель «денежных средств и денежных эквивалентов» на конец 2009 года составлял 6290 тыс. руб., а на конец 2010 года уже 309 тыс. руб., что более чем в 20 раз больше, чем за приводимый заявителями период с конца 2010 по конец 2011 года с 309 тыс. руб. до 62 тыс. руб. Указанные доводы кем-либо не опровергнуты.

Суд апелляционной инстанции с учетом установленных по делу обстоятельств пришел к выводу, что возможные убытки в связи с заключением оспоренной сделки (определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 24.07.2017) могли составлять сумму около 88 млн. руб. (98 млн. руб. по оценке, произведенной в рамках обособленного спора об оспаривании сделки за вычетом 10 млн. руб. фактически по указанной сделке полученных).

Отклоняя доводы АО «БТА Банк» о том, что после реализации данного имущества должника стоимость основных средств и выручка должника резко снизились, тогда как аналогичны показатели покупателя (ООО «Алюнит») возросли, суд апелляционной инстанции исходил из отсутствия в материалах дела доказательств того, что снижение стоимости основных средств и выручка должника стало следствием отчуждения имущества по договору купли-продажи от 10.05.2011, поскольку ни стоимость отчуждения имущества, ни установленная рыночная оценка такого имущества не соотносятся с размером снижения стоимости основных средств, взаимосвязь со значительным снижением выручки также не подтверждена.

Суд апелляционной инстанции также указал на отсутствие доказательств того, что отчужденное имущество применительно к масштабам деятельности составляло основной производственный актив и именно его реализация повлекла наступление банкротства.

Суд принял во внимание, что доказательств того, что отчужденные земельные участки и строения использовались для добычи полезных ископаемых, что и составляло основу доходной части бюджета должника, не имеется.

Вне зависимости от установленных в ЕГРЮЛ для должника видов деятельности (ОКВЭД), фактических обстоятельств, материалов дела, из решения Арбитражного суда Республики Татарстан от 13.11.2013 следует, что основной деятельностью должника являлось оказание услуг в области транспортировки нефти, а также ее реализации (лист 4).

Ответчик представил суду письмо ФГБУ «Российский федеральный геологический фонд» от 31.05.2021 № РГ-14/2735, письмо Федерального агентства по недропользованию от 04.06.2021 № ОК-03-31/8344, из содержания которых следует, что должник никогда не получал и, соответственно, не сдавал на хранение лицензии на пользование недрами.

Кроме того, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о пропуске заявителями срока исковой давности.

Суд апелляционной инстанции указал, что решение о признании должника несостоятельным (банкротом) и введении в отношении него процедуры конкурсного производства принято 13.11.2013.

02.06.2014 в ЕФРСБ опубликовано сообщение № 295681 о результатах инвентаризации имущества должника, из содержания которого с очевидностью следует недостаточность выявленного имущества для удовлетворения требований кредиторов (основные средства в сумме 937 336 руб. и дебиторская задолженность в сумме 724 542 485 руб.).

Об обстоятельствах отчуждения имущества, являющегося предметом сделки, признанной в дальнейшем недействительной определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 24.07.2017, заинтересованные лица знали из содержания обязательных документов, составленных временным управляющим должника, включая финансовый анализ и заключение о наличии/отсутствии признаков преднамеренного и фиктивного банкротства, что прямо следует из содержания решения Арбитражного суда Республики Татарстан от 13.11.2013 о признании должника банкротом (лист 6-7).

С учетом перечисленных обстоятельств, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что заинтересованным лицам известны были и основания, по которым контролирующие лица могли быть привлечены к субсидиарной ответственности, в данном случае имеются основания для применения исковой давности, общий трехлетний срок для предъявления соответствующих требований на момент обращения в суд с заявлениями о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности истек, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении соответствующих требований (пункт 2 статьи 199 ГК РФ).

Суд кассационной инстанции оснований для отмены постановления апелляционного суда и удовлетворения кассационных жалоб не усматривает.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных взаимоотношений) в случае банкротства должника по вине учредителей (участников) должника, собственника имущества должника - унитарного предприятия или иных лиц, в том числе по вине руководителя должника, которые имеют право давать обязательные для должника указания или имеют возможность иным образом определять его действия, на учредителей (участников) должника или иных лиц в случае недостаточности имущества должника может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Ответственность контролирующих лиц является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на ответчика обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса РФ (далее - ГК РФ), следовательно, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

Из пункта 3 статьи 56 ГК РФ следует, что если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

В силу названных норм права для привлечения лица к субсидиарной ответственности необходима совокупность условий: наличие у привлекаемого лица права давать обязательные для руководимого им юридического лица указания либо возможности иным образом определять действия данного юридического лица; совершение им действий, свидетельствующих об использовании такого права или возможности; наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении юридического лица и наступлением несостоятельности (банкротства) последнего; недостаточности имущества у должника для удовлетворения требований кредиторов.

Из разъяснений, данных в абзаце четвертом 4 пункта 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", следует, что для применения презумпции в виде доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

Приведенные разъяснения подлежат применению в настоящем споре в той их части, которая не противоречит существу нормы статьи 10 Закона о банкротстве в указанной выше редакции.

По результатам исследования и оценки представленных в материалы дела доказательств, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о недоказанности конкурсным управляющим и конкурсным кредитором причинно-следственной связи между действиями ответчика по распоряжению спорным имуществом должника (его отчуждением) и наступлением такого последствия как банкротство должника, то есть недоказанности наличия в действиях ответчика по обособленному спору состава правонарушения, необходимого для возложения на него субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица, признанного банкротом.

При этом суд исходил из того, что само по себе признание недействительной сделки, совершенной должником, не является безусловным доказательством наличия причинно-следственной связи между использованием указанным лицом своих прав и (или) возможностей в отношении должника и неплатежеспособностью должника, а также вины ответчика в банкротстве должника.

Судом указано на не представление в материалы дела доказательств того, что отчуждение имущества должника в соответствии с договором купли-продажи от 10.05.2011 явилось необходимой причиной банкротства и непогашения кредиторской задолженности в сумме около 5 млрд. руб.

Также суд принял во внимание, что в результате примененных судом определением от 24.07.2017 последствий недействительности сделки спорное имущество в результате исполнения судебного акта  фактически возвращено должнику и реализовано в ходе конкурсного производства, при этом окончательная совокупная цена его реализации на публичных торгах составила 325 899,99 руб. (сообщение ЕФРСБ от 20.11.2019 № 4392703).

Суд кассационной инстанции отмечает, что действовавшее весь период банкротства должника законодательство предусматривало наряду с субсидиарной ответственностью также ответственность в виде убытков, причиненных должнику, в том числе, контролирующими его деятельность.

При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков (пункт 20 постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Как установлено судом апелляционной инстанции, возможные убытки в связи с заключением оспоренной сделки (определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 24.07.2017) могли составить сумму около 88 млн. руб. (98 млн. руб. по оценке, произведенной в рамках обособленного спора об оспаривании сделки за вычетом 10 млн. руб. фактически по указанной сделке полученных).

Из материалов дела следует, что конкурсный управляющий должника 27.07.2016 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной (ничтожной) сделки должника и применении последствий ее недействительности  в виде возврата в конкурсную массу всего полученного по сделке.

Таким образом, о факте совершения спорной сделки, равно как и о факте отсутствия встречного равноценного предоставления со стороны покупателя, на которую заявители ссылаются в качестве оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, было известно не позднее даты подачи конкурсным управляющим заявления в арбитражный суд, то есть с 27.07.2016.

С учетом даты обращения заявителей в суд с настоящими требованиями, срок давности по заявлению о возмещении убытков также пропущен, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований; в отношении вопроса об исчислении срока для взыскания убытков обстоятельства, касающиеся завершения мероприятий по формированию конкурсной массы, расчета с кредиторами, не имеют значения. 

Доводы заявителей жалоб об ошибочном исчислении срока исковой давности судом апелляционной инстанции не имеют правового значения для разрешения спора, поскольку судом установлены обстоятельства, свидетельствующие о том, что виновные действия ФИО2, исходя из масштабов деятельности должника, не могли явиться причиной банкротства должника.

Разрешая настоящий обособленный спор, суд апелляционной инстанции действовал в рамках предоставленных им полномочий и оценил обстоятельства по внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ.

Доводы кассационных жалоб фактически направлены на переоценку установленных при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции обстоятельств, что в силу требований статьи 286 АПК РФ недопустимо в суде кассационной инстанции.

Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов (часть 4 статьи 288 АПК РФ), не установлены.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы судебная коллегия приходит к выводу, что постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.07.2021 основано на полном и всестороннем исследовании имеющихся в деле доказательств, принято с соблюдением норм материального и норм процессуального права, в связи с чем на основании пункта 1 части 1 статьи 287 АПК РФ подлежит оставлению без изменения.

Вопрос о распределении расходов по уплате государственной пошлины с кассационных жалоб не рассматривался, поскольку согласно статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче кассационной жалобы по данной категории дел государственная пошлина не уплачивается.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.07.2021 по делу № А65-32156/2012 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья    А.Ф. Фатхутдинова 

Судьи              А.Г. Иванова 

    В.А. Самсонов