ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

15.01.2020

Дело № А40-21587/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 09.01.2020

Полный текст постановления изготовлен  15.01.2020

 

Арбитражный суд Московского округа 

в составе:

председательствующего-судьи Закутской С.А.,

судей Кручининой Н.А., Тарасова Н.Н., 

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего Банка «Новый Символ» (АО)  - ФИО1, по доверенности от 03.12.2019;

от ФИО2 – ФИО3, по доверенности от 18 июня 2018 года;

рассмотрев 09.01.2020 в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего Банка «Новый Символ» (АО)  

на определение от 15 июля 2019 года

Арбитражного суда города Москвы,

на постановление от 10 октября 2019 года

Девятого арбитражного апелляционного суда,

по возражениям ФИО2 на отказ конкурсного управляющего о включении требований в реестр требований кредиторов Банка «Новый Символ» (АО),

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 24 апреля 2018 года Банк «Новый Символ» (акционерное общество) (АО Банк «Новый Символ», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, обязанности конкурсного управляющего должника возложены на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов» (ГК «АСВ»).

Соответствующее сообщение опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 12.05.2018 № 80.

23.08.2018 г. в Арбитражный суд города Москвы поступили возражения ФИО2 на отказ ГК «АСВ» во включении в реестр требований кредиторов должника требования ФИО2 на сумму 73 000 000 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 15 июля 2019 года, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 10 октября 2019 года, возражения признаны обоснованными, в связи с чем суды включили в третью очередь реестра требований кредиторов должника требование ФИО2 на сумму 73 000 000 руб.

Не согласившись с вынесенными по делу судебными актами, конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просил определение суда первой инстанции от 15 июля 2019 года и постановление суда апелляционной инстанции от 10 октября 2019 года отменить и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

16 декабря 2019 года в адрес суда поступил отзыв ФИО2 на кассационную жалобу, который судом округа приобщен к материалам дела в порядке ст. 279 АПК РФ.

Как установлено судами, в обоснование заявленных требований ФИО2 указал, что является векселедержателем простого векселя № 0005111 на сумму 73 000 000 руб., составленного 26.12.2016 г. в г. Москве, по которому  векселедателем является ФИО4 Срок платежа по векселю - по предъявлении, но не ранее 26.12.2017 г.

В тот же день указанный вексель был авалирован Банком «Новый Символ» (АО).

Как указал кредитор, оригинал векселя был передан конкурсному управляющему должника по Акту приема-передачи от 11 июля 2018 года одновременно с предъявлением настоящего требования.

Из устного обращения к конкурсному управляющему кредитору стало известно об отказе во включении в реестр требований кредиторов, в письменном виде отказ конкурсного управляющего не представлен, однако факт отказа конкурсный управляющий подтвердил.

Не согласившись с результатами рассмотрения конкурсным управляющим должника заявленного требования, ФИО2 обратился в суд с соответствующими возражениями.

Суды, удовлетворяя заявленные требования, исходили из того, что  вексель соответствует общим положениям статьи 142, 143, 815 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), содержит все необходимые подписи и реквизиты, в связи с чем наличие вексельной задолженности подтверждено надлежащими доказательствами.

Отклоняя довод конкурсного управляющего о несоответствии оттиска печати Банка на векселе действительной печати, принадлежащей должнику как авалисту, подтвержденный результатами проведенной в рамках настоящего спора судебной экспертизы, суды указали, что данные обстоятельства не могут свидетельствовать о недействительности векселя и указывают на ненадлежащую организацию текущей деятельности должника, поскольку в больших кредитных организациях существует несколько печатей и не все из них учтены во внутренних положениях и регламентах.

Ссылку конкурсного управляющего на отсутствие в финансовой и иной документации должника упоминаний о составлении спорного векселя или договора поручительства от 09.10.2015 г., суды также признали несостоятельной  в силу того, что бухгалтерский учет является вторичным процессом по отношению к вопросу возникновения обязательств, возникающих из векселя, в связи с чем, как указали суды, отсутствие бухгалтерской проводки не может служить доказательством недействительности векселя.

Кроме того, суды указали, что ФИО4 являлся Председателем Правления Банка, членом Совета директоров, акционером Банка с долей владения 21,64% акций, то есть лицом, под контролем и значительным влиянием которого в соответствии с критериями международных стандартов финансовой отчетности находился Банк, а, соответственно, сделка по предоставлению поручительства для Банка в соответствии с действующим законодательством (ст. 45 ГК РФ, ст. 81 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах») являлась сделкой с заинтересованностью.

Рассматривая вопрос о нарушении правил одобрения сделки с заинтересованностью, установленные п. 8 Протокола годового общего собрания акционеров Банка от 14.06.2016 г., суды указали, что данные обстоятельства не влекут ничтожность сделки, а лишь наделяют заинтересованных лиц правом требовать признания этой сделки недействительной в судебном порядке.

С учетом установленного факта подписи ФИО4 на простом векселе № 0005111 от 26.12.2016 г., суды пришли к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявленных требований.

Заявитель кассационной жалобы, оспаривая принятые судебные акты, сослался на то, что в силу п. 3.25 ГОСТ Р 6.30-2003 оттиск печати входит в состав реквизитов документов, которые используются при подготовке и оформлении документов, при этом, как указал заявитель, при отсутствии сведений о выдаче векселя в бухгалтерской документации и на внебалансовом учете должника, а также с учетом нарушения порядка одобрения общим собранием акционеров кредитной организации сделки, превышающей 20 000 000 руб., и отсутствия у должника экономической целесообразности в проставлении аваля, суды неправомерно удовлетворили заявленные требования.

Также заявитель ссылался на то, что кредитор до настоящего времени не предпринял соответствующих действий по обращению к ФИО4 за погашением векселя как к векселедателю, и не дал пояснений относительно несовершения указанных действий, при этом сделка по обеспечению личных обязательств Председателя Правления Банка ФИО4 увеличила задолженность Банка на сумму 73 000 000 руб. 

По мнению заявителя, ФИО4 на момент авалирования являлся лицом, под контролем и значительным влиянием которого находился Банк, в связи с чем проставление аваля совершено при злоупотреблении правом сторонами, которые при заключении сделки преследовали иные цели, нежели цели, которые обычно намереваются достичь стороны таких правоотношений.

Представитель конкурсного управляющего должника в судебном заседании поддержал доводы кассационной жалобы.

Представитель ФИО2 в судебном заседании возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

Изучив доводы кассационной жалобы, исследовав материалы дела, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В п. 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дело банкротстве" разъяснено, что в силу п. 3 - 5 ст. 71 и п. 3 - 5 ст. 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве суд должен исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника, предъявляются повышенные требования.

Рассматривая обособленный спор об установлении требования кредитора при наличии возражений, мотивированных тем, что лежащая в основе этого требования сделка направлена на создание искусственной задолженности, суд в силу положений статей 71, 100 Закона о банкротстве должен осуществить проверку обоснованности такого требования, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке.

В данном случае суды, удовлетворяя требования кредитора, исходили из того, что вексельная задолженность подтверждена надлежащими доказательствами, при этом корпоративная связь векселедателя и авалиста свидетельствует об экономической целесообразности проставления аваля.

Действительно, согласно статьям 142 и 143 ГК РФ и Положению о переводном и простом векселе вексель является ценной бумагой, в которой выражено ничем не обусловленное денежное обязательство: обязательство уплатить определенную денежную сумму.

Между тем, в соответствии с правовой позицией, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.02.2011 N 13603/10, при рассмотрении вопроса об обоснованности требования кредитора, основанного на векселях, недостаточно установления формального соответствия векселя требованиям к форме и содержанию, судом должны исследоваться обстоятельства, связанные с приобретением кредитором вексельных прав, а также обстоятельства основания выдачи векселей.

Выдача векселя удостоверяет заемные отношения, в связи с чем судам необходимо было предложить кредитору представить доказательства, в оплату чего были предоставлены векселя.

Однако суды в данном случае не установили, имелась ли реальная задолженность ФИО4 перед ФИО2, послужившая основанием для выдачи векселя.

Вексельные требования в силу статьи 17 Положения о переводном и простом векселе, введенного в действие Постановлением Центрального исполнительного комитета СССР и Совета народных комиссаров СССР от 07.08.1937 N 104/1341, могут быть признаны необоснованными (отсутствующие), если векселедержатель, приобретая вексель, действовал сознательно в ущерб должнику или кредиторам несостоятельного должника в преддверии возбуждения дела о банкротстве должника, ради включения его требования как векселедержателя в реестр требований кредиторов, получения денежных средств из конкурсной массы должника и оказания существенного влияния на решения, принимаемые собранием кредиторов должника, и соответственно на ход дела о банкротстве.

Для выяснения указанных обстоятельств заявителем требования должны быть представлены доказательства, подтверждающие реальность сделок, лежащих в основании выдачи векселей; наличие разумной экономической цели совершения сделок с векселями, при этом обязанность доказывания указанных оснований возлагается на кредитора.

В данном случае кредитор не представил доказательств наличия у должника задолженности, в счет которой выдан вексель, при этом суды такие доказательства не запрашивали.

Если обязательства, лежащие в основе выдачи векселя, не могут быть подтверждены в судебном заседании, то ставится под сомнение возможность включения требований по векселю в реестр требований кредиторов.

При отсутствии вышеуказанных доказательств формальное наличие векселя у лица, получившего его в отсутствие какого-либо обязательства, не может являться основанием для признания вексельного долга обоснованным (ст. 10 ГК РФ, п. 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 ГК РФ").

Это же следует и из пункта 2 статьи 4 Закона о банкротстве, по смыслу которой конкурсным кредитором может быть только лицо, перед которым должник имеет денежное обязательство за реально предоставленную вещь (в том числе деньги), выполненную работу, оказанную услугу, либо за реально изъятое должником у кредитора имущество (в том числе имущественное право).

Кроме того, существенным признаком правоотношений по обеспечению исполнения обязательств, в данном случае, аваля, является их дополнительный характер. 

Между тем, каких-либо доказательств, свидетельствующих об обращении кредитора к векселедателю за исполнением обязательств, не представлено.

Суд округа полагает, что в данном случае при разрешении спора суды не учли, что стандарты доказывания в деле о банкротстве являются более строгими, чем в условиях не осложненного процедурой банкротства состязательного процесса, при этом арбитражный суд вправе и должен устанавливать реальность положенных в основу хозяйственных отношений, предлагая всем заинтересованным лицам представить достаточные и взаимно не противоречивые доказательства.

С учетом вышеизложенного и доводов кассационной жалоб, суд округа приходит к выводу, что судами обеих инстанций не были созданы условия для установления всех фактических обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного разрешения спора, не оказано содействие в предоставлении сторонами достаточных и надлежащих доказательств.

Учитывая, что судебные акты приняты при неполном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела, при этом судами не дана оценка добросовестности или недобросовестности поведения сторон сделки, судебные акты судов первой и апелляционной инстанций подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

При новом рассмотрении спора суду следует учесть изложенное, проверить наличие либо отсутствие обязательств векселедателя, лежащих в основе выдачи векселя, установить, производилась ли оплата по векселям векселедателем, дать оценку доводам конкурсного управляющего о создании искусственной кредиторской задолженности, после чего с учетом имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, а также с учетом установления всех фактических обстоятельств, исходя из подлежащих применению норм материального права, принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт.

Руководствуясь статьями 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 15 июля 2019 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 10 октября 2019 года по делу № А40-21587/2018 отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

 

Председательствующий-судья                                                 С.А. Закутская 

 

Судьи:                                                                                             Н.А. Кручинина

 

 Н.Н. Тарасов