ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А57-26663/2017

г. Саратов

26 апреля 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена «21» апреля 2021 года 

Полный текст постановления изготовлен «26» апреля 2021 года 

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Батыршиной Г.М.,

судей Грабко О.В., Самохваловой А.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО2 и ФИО3

на определение Арбитражного суда Саратовской области от 11 марта 2021 года по делу № А57-26663/2017 (судья Лиско Е.Б.) 

по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Гранд-СВ» ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3, 

в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Гранд-СВ», (город Саратов, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом), заинтересованное лицо: ООО «Городской расчетный центр»,

без участия в судебном заседании представителей лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте проведения судебного заседания; 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Саратовской области от 05.07.2018 (резолютивная часть от 28.06.2018) по делу №А57-26663/2017, ООО «Гранд-СВ» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство сроком. 

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 05.07.2018 (резолютивная часть от 28.06.2018) конкурсным управляющим ООО «Гранд-СВ» утвержден ФИО2 (ИНН 

<

***>, регистрационный номер в сводном государственном реестре арбитражных управляющих - 11302, почтовый адрес: 460005, 

<

...>, а/я 430) – член саморегулируемой организации Ассоциации «Краснодарская межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Единство». 

Публикация произведена в газете «Коммерсантъ» №143 от 11.08.2018. 

В Арбитражный суд Саратовской области поступило заявление конкурсного управляющего ООО «Гранд-СВ» ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности, согласно которому конкурсный управляющий просит привлечь бывшего руководителя должника ФИО3 к субсидиарной ответственности по долговым обязательствам ООО «Гранд-СВ»; взыскать с ФИО3 в пользу ООО «Гранд-СВ» в порядке привлечения к субсидиарной ответственности 23 516 783,30 руб., приостановить рассмотрение заявления о привлечении к субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 11.03.2021 заявление конкурсного управляющего ООО «Гранд-СВ» ФИО2 удовлетворено в части. С ФИО3 в пользу должника – ООО «Гранд-СВ» взысканы  убытки в размере 1 550 000 рублей 00 копеек. В удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Гранд-СВ» ФИО2 в остальной части, отказано. 

Не согласившись с указанным судебным актом в части отказа в привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий ФИО2 обратился в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда Саратовской области от 11.03.2021 по делу № А57-26663/2017. В обоснование жалобы  указывает на то, что отсутствие обособленного спора об истребовании документации у бывшего руководителя должника не свидетельствует  о безосновательности заявленных конкурсным управляющим  требований, поскольку обязанность  передать документацию должника конкурсному управляющему возложена на руководителя положениями статьи 126 Закона о банкротстве и не зависит от наличия или отсутствия специального судебного акта об истребовании у него документации.

ФИО3 не согласился с определением Арбитражного суда Саратовской области от 11.03.2021  в части взыскания с него убытков, обратился с апелляционной жалобой, просит определение отменить, в удовлетворении требований конкурсного управляющего отказать в полном объеме. Апелляционная жалоба ФИО3 мотивирована тем, что сделки с ООО «Актив» действительные, что подтверждается договором,  актом выполненных работ, банковскими  выписками, то есть, сделка совершена в период обычной хозяйственной деятельности, в связи с чем, вывода денежных средств не было, взыскание в ФИО3 1 550 000 руб. необоснованное.

Лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства путем направления определения, выполненного в форме электронного документа, в соответствии со статьей 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступ.

В соответствии с частью 3 статьи 156 АПК РФ при неявке в судебное заседание лиц, участвующих в деле и надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд рассматривает дело в их отсутствие.

Судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных и не явившихся в судебное заседание.

Исследовав материалы дела, выслушав представителей, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 1 статьи 32 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях», рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26.10.2002 года N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26.10.2002 года N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона). 

Согласно пункту 2 статьи 61.14 Закона о банкротстве, правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.12 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, обладают конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники либо бывшие работники должника или уполномоченные органы, обязательства перед которыми предусмотрены пунктом 2 статьи 61.12 настоящего Федерального закона, либо арбитражный управляющий по своей инициативе от имени должника в интересах указанных лиц.

Как указывает конкурсный управляющий полагает, что ФИО3 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в соответствии с подпунктами 1,2,4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве. 

В силу разъяснений, изложенных в пункте 16 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. 

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Вместе с тем, поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства. 

В обоснование доводом о наличии оснований для привлечения ФИО3, к субсидиарной ответственности по долгам должника в соответствии с подпунктом 1 пункта 2 стать 61.11 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий  ссылается на тот факт, что при анализе реестра платежей совершенных от имени ООО «Гранд-СВ» и расчетного счета должника, были выявлены перечисления денежных средств в общей сумме 1 550 000,00 руб. за период с 08.07.2016 по 18.01.2017 в пользу ООО «Актив», вместе с тем, документы (первичная бухгалтерская документация) в подтверждение данных операций отсутствует.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Саратовской области от 31.08.2020 в рамках настоящего дела №А57- 26663/2017 признаны недействительными сделки по перечислению ООО «Гранд-СВ» денежных средств в пользу ООО «Актив» в общей сумме 1 550 000,00 руб., а именно: 08.07.2016 в размере 100 000,00 руб., 18.07.2016 в размере 100 000,00 руб., 26.08.2016 в размере 150 000,00 руб., 14.09.2016 в размере 200 000,00 руб., 21.09.2016 в размере 250 000,00 руб., 19.10.2016 в размере 100 000,00 руб., 25.10.2016 в размере 100 000,00 руб., 19.12.2016 в размере 200 000,00 руб., 28.12.2016 в размере 100 000,00 руб., 18.01.2017 в размере 250 000,00 руб.; применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ООО «Актив» в конкурсную массу ООО «Гранд-СВ» денежных средств в сумме 1 550 000,00 руб.

В соответствии с положениями подпунктов 2, 4 пункта 2 статьи 61.11. Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств, в частности, документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы. 

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве, с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника. Руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В случае непредставления лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности, отзыва, указанного в пункте 2 статьи 61.15 настоящего Федерального закона, по причинам, признанным арбитражным судом неуважительными, или явной неполноты возражений относительно предъявленных к нему требований по доводам, содержащимся в заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности, бремя доказывания отсутствия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности может быть возложено арбитражным судом на лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности. 

Из Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» следует, что применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. 

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. 

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе, невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: - невозможность определения основных активов должника и их идентификации; - невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; - невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов. 

Конкурсный управляющий со ссылкой на бухгалтерский баланс должника за 2018 года, указывает на наличие в данной отчетности в составе активов таких показателей, как дебиторская задолженность, денежные средства, а также прочие оборотные активы; полагает, что документация по указанным активам конкурсному управляющему передана не в полном объеме, последний считает, что имеются основания для привлечения соответствующего лица к субсидиарной ответственности. 

Во исполнение требований пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве, ФИО3 передал конкурсному управляющему должника документацию.

Судом установлено и не оспаривалось конкурсным управляющим, что в рамках настоящего дела о банкротстве, конкурсный управляющий с какими-либо заявлениями об истребовании документации к ФИО3 не обращался. 

Относимых и допустимых доказательств того, что отсутствие какой-то документации, с учетом исполнения бывшим руководителем должника обязанности по передаче документации конкурсному управляющему должника, повлияло на формирование конкурсной массы и, как следствие, явилось основанием для воспрепятствования деятельности арбитражного управляющего, конкурсным управляющим, в нарушение требований статьи 65 АПК РФ не представлено и в материалах дела отсутствуют. 

Процедура конкурсного производства ООО «Град-СВ» неоднократно продлевалась по ходатайству конкурсного управляющего, который среди прочего в обоснование соответствующих ходатайство указывал, что им проводится мероприятия по взысканию дебиторской задолженности, которые не завершены, что влечет необходимость продления процедуры конкурсного производства. 

Из чего следует, что документация по дебиторской задолженности, конкурсному управляющему также была передана, наличие же иных документов, в том числе в отношении той же дебиторской задолженности у должника, в материалы дела не представлено, как то и не следует из пояснений самого конкурсного управляющего. 

Доказательств, в том числе косвенных, наличия у ФИО3 иных документов ООО «Град-СВ», с учетом отсутствия пояснения конкурсного управляющего о недостатках (неполноте) уже переданных, материалы дела не содержат. 

Вопреки доводам конкурсного управляющего, доказательств неполноты переданных документов, в том числе вследствие необеспечения их составления (ведения), влияющей на возможность формирования конкурсной массы, конкурсным управляющим, в нарушение требований, статьи 65 АПК РФ, также не представлено и в материалах дела отсутствуют.

В материалы дела не представлены доказательства подтверждающие, что несостоятельность (банкротство) ООО «Град-СВ» явилось следствием неправомерных действий руководителя должника, которые привели к объективному банкротству должника. 

В соответствии с представленными в материалы дела документами, основным видом деятельности должника является управление эксплуатацией жилого фонда за вознаграждение или на договорной основе, единственным источником поступления денежных средств являются обязательные платежи с собственников жилых помещений. Изменение таких показателей как дебиторская, кредиторская задолженности является обычным в процессе осуществления хозяйственной деятельности, тем более такого юридического лица, как управляющая компания, так как, указанные показатели зависят исключительно от платежеспособности населения. 

В связи с чем, суд первой инстанции пришёл к выводу, что не доказано, что действия ФИО3 привели к банкротству ООО «Град-СВ», и оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности в соответствии с подпунктами 1,2,4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве не имеется. 

Вместе с тем, как указывалось ранее, вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Саратовской области от 31.08.2020 в рамках настоящего дела №А57- 26663/2017, признаны недействительными сделки по перечислению ООО «Гранд-СВ» денежных средств в пользу ООО «Актив» в общей сумме 1550000,00 руб., применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ООО «Актив» в конкурсную массу ООО «Гранд-СВ» денежных средств в сумме 1550000,00 руб.

В пункте 20 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53 разъяснено, что при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия. 

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве. 

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ. 

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. 

При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков. 

В силу статьи 53.1 ГК РФ, лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску. 

Согласно разъяснениям пункта 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» с даты введения любой процедуры банкротства вплоть до ее завершения требования должника, его участников и кредиторов о привлечении к ответственности, в том числе в виде возмещении убытков, причиненных контролирующими должника лицами, могут быть предъявлены и рассмотрены только в деле о банкротстве. 

Поскольку, ФИО3 являлся контролирующим должника лицом, ответственность контролирующих должника лиц, предусмотренная статьей 53.1 ГК РФ является гражданско-правовой, основания, порядок привлечения к ответственности и размер вреда (убытков) определяется по правилам статей 15, 1064 ГК РФ с особенностями, установленными данной статьей. 

В силу пункта 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо произвело или должно будет произвести для восстановления его нарушенного права, а также утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб) и неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). 

Возмещение убытков - это мера гражданско-правовой ответственности, поэтому ее применение возможно лишь при наличии условий, предусмотренных законом. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт нарушения обязательства ответчиком, наличие и размер убытков, причинную связь между допущенным правонарушением и возникшими убытками. 

Недоказанность хотя бы одного из указанных условий является достаточным основанием для отказа в удовлетворении иска о взыскании убытков. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. 

Для наступления гражданско-правовой ответственности необходимо доказать факт причинения вреда, противоправность действий ответчика и наличие причинной связи между этими действиями и нанесенным вредом, а также размер подлежащих возмещению убытков. 

Отсутствие хотя бы одного из указанных условий в действиях контролирующих должника лиц исключает возможность применения ответственности. 

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности действий директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица и наличие убытков у юридического лица.

Статьей 44 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» установлено, что единоличный исполнительный орган общества при осуществлении прав и исполнении обязанностей по управлению обществом должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно. Единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. При определении оснований и размера ответственности единоличного исполнительного органа общества должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела. 

Негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. 

Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска (абзац второй пункта 1 разъяснений постановления Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление №62).

Если заявитель утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, то недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; 

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; 

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; 

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; 

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) (пункт 2 разъяснений Постановления №62). 

В случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса РФ). 

Из разъяснений, изложенных в пункте 4 Постановления №62 следует, что добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора, понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с директора. При обосновании добросовестности и разумности своих действий (бездействия) директор может представить доказательства того, что квалификация действий (бездействия) юридического лица в качестве правонарушения на момент их совершения не являлась очевидной, в том числе по причине отсутствия единообразия в применении законодательства налоговыми, таможенными и иными органами, вследствие чего невозможно было сделать однозначный вывод о неправомерности соответствующих действий (бездействия) юридического лица.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Саратовской области от 31.08.2020 в рамках настоящего дела №А57-26663/2017, установлено, что перечисление денежных средств в пользу ООО «Актив» происходило с назначением платежа за обслуживание и ремонт жилого фонда. 

Документация в отношении контрагента ООО «Актив» конкурсному управляющему в связи с введением процедуры конкурсного производства в отношении должника, передана ФИО3 не была, что не оспаривалось ФИО3 при рассмотрении настоящего обособленного спора. 

ФИО3 представлял документацию в обоснование доводов о якобы, наличии гражданско-правовых отношений с ООО «Актив», во исполнение обязательств по которым были перечислены денежные средства в общей сумме 1550000,00 руб. 

Вместе с тем, оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности по правилам статьи 71 АПК РФ, суд учитывает следующее. 

Так, ФИО3 был привлечен в рамках обособленного спора по оспариванию сделок с ООО «Актив» в качестве третьего лица. 

Само ООО «Актив» доказательства существования действительных оснований перечисления денежных средств в рамках оспаривания соответствующих сделок, также не представило. 

В рамках настоящего обособленного спора ФИО3 пояснил, что раньше документы по контрагенту ООО «Актив» им представлены быть не могли, поскольку только в рамках настоящего обособленного спора запрошены у ООО «Актив». 

Вместе с тем, ФИО3 не был лишен возможности при рассмотрении обособленного спора об оспаривании сделок с ООО «Актив» запросить соответствующие документы у ООО «Актив», как на это указывает ФИО3; относимых и допустимых доказательств объективной невозможности для представления соответствующих документов в рамках обособленного спора с ООО «Актив», не представлено и в материалах дела отсутствую. 

Таким образом, учитывая, что ФИО3 при введении в отношении ООО «ГрадСВ» конкурсного производства документацию по контрагенту ООО «Актив» не передал конкурсному управляющему, в рамках оспаривания сделок с ООО «Актив» ФИО3 также соответствующие документы не представил, будучи лицом, участвующим в деле, а представил данную документацию только в обособленный спор о его привлечении к субсидиарной ответственности, суд критически относится к представленным ФИО3 документам по ООО «Актив». 

Кроме того, суд первой инстанции пришёл к выводу, что представленные ФИО3 документы,  бесспорно не подтверждают фактическое выполнение соответствующих работ. 

Так, в рамках рассмотрения обособленного спора об оспаривании сделок с ОО «Актив» судом было установлено, что численность работников ООО «Актив» составила в спорный период всего 1 человек, тогда как работы по обслуживанию и ремонту жилого фонда должнику – ООО «Гранд-СВ» в спорный период выполняло ООО «Забота» (выполнение работ ООО «Забота» в спорный период также было установлено иным вступившим в законную силу определением суда от 03.02.2020 в рамках настоящего дела №А57-26663/2017). 

В отсутствие документов подтверждающих правомерность перечисления денежных средств ООО «Гранд-СВ» в пользу ООО «Актив», должник безвозмездно перечислил ООО «Актив» денежные средства в общей сумме 1 550 000,00 руб.

Безвозмездное выбытие денежных средств в размере 1550000,00 руб. привело к уменьшению имущества должника и к причинению имущественного вреда, как самому должнику, так и правам кредиторов должника. 

Встречное предоставление по спорным платежам должником не получено. 

Безвозмездное перечисление (выбытие) денежных средств не отвечает экономическими интересами ООО «Гранд-СВ». 

Совершение спорных платежей в условиях отсутствия для этого каких-либо оснований свидетельствует о причинении вреда имущественным интересам кредиторов должника, поскольку привело к безосновательному выводу денежных средств последнего, за счет которых могли быть погашены требования, включенные впоследствии в реестр требований кредиторов. 

С учетом изложенных обстоятельств, суд первой инстанции пришёл к верному выводу, что спорные сделки заключены со злоупотреблением права, со стороны должника и ООО «Актив». 

Принимая во внимание обстоятельства, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании сделок недействительными, то  поведение ФИО3 по перечислению денежных средств в сумме 1550000,00 руб., следует квалифицировать как недобросовестное, неразумное и неосмотрительное. 

Согласно абзацу 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, судам следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. 

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. В соответствии с пунктом 3 статьи 53.1 ГК РФ лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. 

В силу разъяснений, изложенных в пункте 8 Постановления №62 следует, что удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу. 

Однако в случае, если юридическое лицо уже получило возмещение своих имущественных потерь посредством иных мер защиты, в том числе путем взыскания убытков с непосредственного причинителя вреда (например, работника или контрагента), в удовлетворении требования к директору о возмещении убытков должно быть отказано. 

Судом установлено, что на основании определения определением Арбитражного суда Саратовской области от 31.08.2020 в рамках настоящего дела №А57-26663/2017, выдан исполнительный лист, возбуждено исполнительное производство, вместе с тем, каких-либо взысканий в рамках исполнительного производства не производилось, что следует из представленной конкурсным управляющим информации ФССП, размещенной на официальном сайте в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет». Доказательств обратного не представлено и в материалах дела отсутствуют.

Суд апелляционной инстанции считает, что убедительных доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит.

Несогласие апеллянтов с произведенной судом оценкой фактических обстоятельств дела не свидетельствует о неправильном применении норм права и не может быть положено в обоснование отмены обжалуемого судебного акта.

В связи с изложенным, у суда апелляционной инстанции не имеется предусмотренных статьей 270 АПК РФ оснований для отмены или изменения обжалуемого определения.

Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Саратовской области от 11 марта 2021 года по делу № А57-26663/2017 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в кассационном порядке в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме через арбитражный суд первой инстанции, принявший определение.

Председательствующий судьяГ.М. Батыршина 

СудьиО.В. Грабко 

А.Ю. Самохвалова