АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-2593/25 

Екатеринбург

15 июля 2025 г.

Дело № А60-34378/2024

Резолютивная часть постановления объявлена 02 июля 2025 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 15 июля 2025 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Дякиной О. Г.,

судей Черемных Л. Н., Абозновой О. В.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Лабиринт» на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.03.2025 по делу                  № А60-34378/2024 Арбитражного суда Свердловской области.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители:

Прокуратуры Свердловской области – ФИО1 (доверенность от 30.01.2025 № 8/2-15-2025);

общества с ограниченной ответственностью «Лабиринт» – ФИО2 (доверенность от 01.01.2024).

Заместитель прокурора Свердловской области (далее – истец), действующий в интересах Свердловской области, в лице Министерства здравоохранения Свердловской области, в порядке статьи 52 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обратился в Арбитражный суд Свердловской области с иском о признании недействительными (ничтожными) государственных контрактов от 16.12.2022                                         № 0362300093422000143 и № 0362300093422000142, заключенных между государственным бюджетным учреждением здравоохранения Свердловской области «Центральная городская клиническая больница № 1 город Екатеринбург» (далее – ГБУЗ СО «Центральная городская клиническая больница № 1 город Екатеринбург», учреждение) и обществом с ограниченной ответственностью «Лабиринт» (далее – общество «Лабиринт», заявитель жалобы),  взыскании с общества «Лабиринт» в пользу ГБУЗ СО «Центральная городская клиническая больница № 1 город Екатеринбург» денежных средств в сумме 347 895 руб. 00 коп.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 25.10.2024 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.03.2025 решение суда отменено. Исковые требования удовлетворены: государственный контракт от 16.12.2022 №0362300093422000143, заключенный между ГБУЗ СО «Центральная городская клиническая больница № 1 город Екатеринбург» и обществом «Лабиринт», признан недействительным (ничтожным); государственный контракт от 16.12.2022 № 0362300093422000142, заключенный между ГБУЗ СО «Центральная городская клиническая больница № 1 город Екатеринбург»  и обществом «Лабиринт», признан недействительным (ничтожным). Применены последствия недействительности сделки: с общества «Лабиринт» в пользу ГБУЗ СО «Центральная городская клиническая больница № 1 город Екатеринбург» взыскано 347 895 руб. 00 коп.

Общество «Лабиринт», не согласившись с принятым судебным актом, обратилось с кассационной жалобой, в которой просит постановление отменить, оставить в силе решение суда первой инстанции, ссылаясь на неправильное применение судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

Оспаривая вывод суда апелляционной инстанции об обязанности общества «Лабиринт» уведомить ГБУЗ СО «Центральная городская клиническая больница № 1 город Екатеринбург» о включении общества «Лабиринт» в реестр недобросовестных поставщиков, заявитель жалобы указывает на то, что данный вывод не соответствует положениям Федерального закона «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» от 05.04.2013 № 44-ФЗ (далее – Закон № 44-ФЗ), поскольку Законом 44-ФЗ обязанность по проверке сведений, представленных участником закупки, возложена на заказчика; при этом участник обязан лишь указать в заявке достоверные сведения; между тем сведения о включении общества «Лабиринт»  в реестр недобросовестных поставщиков внесены после подачи заявки на участие в аукционе. 

В отзыве на кассационную жалобу истец просит оставить оспариваемый судебный акт без изменения, ссылаясь на отсутствие оснований для отмены принятого по делу законного судебного акта.

Проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции установил, что оснований для его отмены не имеется.

Как следует из материалов дела и установлено судами, 24.11.2022 на официальном сайте Единой информационной системы в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в сфере закупок https://zakupki.gov.ru ГБУЗ СО «Центральная городская клиническая больница № 1 город Екатеринбург» разместило извещения о проведении электронных аукционов на поставку продуктов питания № 0362300093422000142 (масло подсолнечное рафинированное) и                           № 0362300093422000143 (консервы мясные).

По результатам электронных аукционов победителем признано общество «Лабиринт» (поставщик), с которым 16.12.2022 учреждением (заказчиком) заключены государственные контракты                                         № 0362300093422000142, 0362300093422000143, по условиям которых поставщик обязуется поставить заказчику продукты питания, а заказчик обязуется принять и оплатить поставленный товар в порядке и размере, установленных контрактом.

Общая стоимость контракта от 16.12.2022 № 0362300093422000142 определена по результатам проведенного аукциона и составила 62 445 руб. 00 коп. (пункт 2.1 контракта); срок действия контракта – с даты заключения до 30.08.2023, а в части оплаты – до 30.09.2023 (пункт 11.1 контракта).

Общая стоимость контракта от 16.12.2022 № 0362300093422000143 определена по результатам проведенного аукциона и составила 285 450 руб. 00 коп. (пункт 2.1 контракта); срок действия контракта – с даты заключения до 30.08.2023, а в части оплаты – до 30.09.2023 (пункт 11.1 контракта).

В ходе проведения проверки прокуратурой Свердловской области установлен факт неправомерности подписания государственных контрактов от 16.12.2022 № 0362300093422000142, 0362300093422000143, в связи с несоответствием поставщика на дату его подписания требованиям аукционной документации, с учетом включения общества «Лабиринт» 08.12.2022 на основании решения УФАС России по Свердловской области от 05.12.2022 № РНП-066/06/104-3988/2022 в реестр недобросовестных поставщиков (далее – РНП).

Ссылаясь на то, что общество «Лабиринт» на момент заключения государственных контрактов не соответствовало требованиям Закона                   № 44-ФЗ об участнике закупок, истец обратился в арбитражный суд с рассматриваемым иском.

 Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что в законодательстве о контрактной системе отсутствует прямой запрет на заключение контракта в случае включения поставщика в реестр недобросовестных поставщиков после подписания протокола подведения итогов электронного аукциона, но до подписания контракта. Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что истец не представил доказательств ничтожности сделок, не указал, какой публичный интерес подлежит защите данным способом, отметив, что контракты исполнены в полном объеме обществом и оплачены учреждением, а удовлетворение иска приведет к неосновательному обогащению заказчика.

Суд апелляционной инстанции, исследовав и оценив доводы апелляционной жалобы, а также имеющиеся в деле доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  с учетом положений Закона № 44-ФЗ с выводами суда первой инстанции о том, что в рассматриваемых случаях аукционная документация не содержала требования к участникам закупки об отсутствии в реестре недобросовестных поставщиков, не согласился, в связи с этим отменил решение суда первой инстанции. Установив, что информация об ответчике, как о недобросовестном поставщике, внесена в публичный реестр 08.12.2022, констатировав осведомленность общества о данном факте на момент заключения контракта 16.12.2022, резюмировав недобросовестное поведение участника закупочной процедуры, выразившееся во вступлении в правоотношения с заказчиком в обход установленных требований, учитывая также, что решение о включении в РНП не представлялось заказчику, придя к выводу о наличии у контрактов признаков ничтожной сделки, приняв во внимание разъяснения Верховного Суда Российской Федерации, указывающие на лишение исполнителя  права на получение от заказчика денежных средств за оказанные услуги и на возврат исполненного в условиях осведомленности о нарушении установленной процедуры, суд апелляционной инстанции признал контракты недействительными сделками и счел возможным применить последствия недействительности сделки в виде односторонней реституции, обязав  общество «Лабиринт» возвратить ГБУЗ СО «Центральная городская клиническая больница № 1 город Екатеринбург» полученную оплату в общей сумме 347 895 руб. 00 коп.

Выводы суда апелляционной инстанций соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и действующему законодательству.

В силу пункта 1 статьи 422 Гражданского кодекса Российской Федерации договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

На основании пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации  сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Пунктом 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Согласно пункту 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения.

В пункте 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25) разъяснено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, по общему правилу является оспоримой, при этом пункты 74, 75 Постановления № 25 указывают, что ничтожной является сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц; применительно к статьям 166 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы (пункт 65 Постановления № 25, пункт 9 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации  от 28.06.2017 (далее -  Обзор от 28.06.2017)).

В соответствии с частью 1 статьи 52 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации прокурор вправе обратиться в арбитражный суд с иском о признании недействительными сделок, совершенных органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, государственными и муниципальными унитарными предприятиями, государственными учреждениями, а также юридическими лицами, в уставном капитале (фонде) которых есть доля участия Российской Федерации, доля участия субъектов Российской Федерации, доля участия муниципальных образований.

Договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность.

В соответствии с частью 1 статьи 1 Закона № 44-ФЗ указанным законом регулируются правоотношения, направленные на обеспечение государственных и муниципальных нужд в целях повышения эффективности, результативности осуществления закупок товаров, работ, услуг, обеспечения гласности и прозрачности осуществления таких закупок, предотвращения коррупции и других злоупотреблений в сфере таких закупок.

Согласно пункту 3 части 1 статьи 3 Федерального закона № 44-ФЗ под закупкой товара, работ, услуг для обеспечения государственных или муниципальных нужд понимается совокупность действий, осуществляемых в установленном настоящим Федеральным законом порядке заказчиком и направленных на обеспечение государственных или муниципальных нужд. Закупка начинается с определения поставщика (подрядчика, исполнителя) и завершается исполнением обязательств сторонами контракта.

Контрактная система в сфере закупок основывается на принципах открытости, прозрачности информации о контрактной системе в сфере закупок, обеспечения конкуренции, профессионализма заказчиков, стимулирования инноваций, единства контрактной системы в сфере закупок, ответственности за результативность обеспечения государственных и муниципальных нужд, эффективности осуществления закупок (статья 6 Закона № 44-ФЗ).

На основании части 2 статьи 8 Закона № 44-ФЗ запрещается совершение заказчиками, специализированными организациями, их должностными лицами, комиссиями по осуществлению закупок, членами таких комиссий, участниками закупок любых действий, которые противоречат требованиям указанного закона.

В силу пункта 1 части 1 статьи 31 Закона № 44-ФЗ при осуществлении закупки заказчик устанавливает единые требования к участникам закупки, включая соответствие требованиям, установленным в соответствии с законодательством Российской Федерации к лицам, осуществляющим поставку товара, выполнение работы, оказание услуги, являющихся объектом закупки.

Частью 1.1 статьи 31 Закона № 44-ФЗ определено, что заказчик вправе установить требование об отсутствии в предусмотренном настоящим Федеральным законом реестре недобросовестных поставщиков (подрядчиков, исполнителей) информации об участнике закупки, в том числе о лицах, информация о которых содержится в заявке на участие в закупке в соответствии с подпунктом «в» пункта 1 части 1 статьи 43 настоящего Федерального закона, если Правительством Российской Федерации не установлено иное.

Включение в РНП является последствием нарушения обязательства исполнителем (поставщиком), что законодатель предусмотрел в целях ограничения прав лица на участие в течение установленного срока в закупках товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд.

В рассматриваемом случае, как установлено судом апелляционной инстанции соответствие участника закупки требованиям части 1.1 статьи 31 Закона № 44-ФЗ было предусмотрено извещениями о проведении электронных аукционов № 0362300093422000142, 0362300093422000143, размещенных 24.11.2022 на официальном сайте Единой информационной системы в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в сфере закупок https://zakupki.gov.ru.

Следовательно, оспариваемые государственные контракты по итогам электронного аукциона не могли быть заключены с лицом, включенным в РНП.

Как установлено судом апелляционной инстанции, антимонопольный орган принял решение о включении общества в реестр недобросовестных поставщиков 05.12.2022, сведения в отношении общества включены в реестр 08.12.2022, реестровый номер 22008342. Поскольку поставщик внесен в реестр недобросовестных поставщиков 08.12.2022, контракты заключены 16.12.2022, на дату подписания контрактов поставщик не соответствовал требованиям извещения и документации о закупке.

Судом апелляционной инстанции также отмечено, что из представленного в материалы дела решения УФАС России по Свердловской области от 05.12.2022 № РНП-066/06/104-3988/2022 о внесении общества «Лабиринт» в РНП, а также о лице, исполняющем функции единоличного исполнительного органа, учредителем ФИО3 следует, что по состоянию на 05.12.2022 (дата подведения итогов определения поставщиков электронных аукционов) ответчик уже знал о включении его в РНП, так как на заседании Комиссии присутствовал его представитель ФИО2, действующий на основании доверенности от 15.12.2021.

Между тем общество «Лабиринт» на дату подведения итогов определения поставщиков электронных аукционов и в последующем при заключении контрактов не раскрыло перед учреждением сведения о включении его в РНП, что способствовало заключению контрактов. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 18 Обзора от 28.06.2017, государственный (муниципальный) контракт, заключенный с нарушением требований Закона № 44-ФЗ и влекущий, в частности, нарушение принципов открытости, прозрачности, ограничение конкуренции, необоснованное ограничение числа участников закупки, а, следовательно, посягающий на публичные интересы и (или) права и законные интересы третьих лиц, является ничтожным. 

Из разъяснений пункта 75 постановления Пленума № 25 следует, что  посягающей на публичные интересы является в том числе сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом.

Общество, зная о принятом УФАС России по Свердловской области решении от 05.12.2022, перед заключением контракта действуя добросовестно, должно было уведомить заказчика о факте включения в РНП, поскольку  общество «Лабиринт» не имело правовых оснований для заключения  оспариваемых контрактов.

Оспариваемая сделка совершена в обход явно выраженного запрета, установленного Законом № 44-ФЗ, и является ничтожной, как посягающая на публичные интересы (часть 2 статьи 8 Закона № 44-ФЗ, пункт 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации РФ, пункты 7 и 75 Постановления № 25).

В силу пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации оспариваемый государственный контракт ничтожен независимо от признания его таковым судом.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в совокупности и взаимосвязи, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, установив факт включения общества «Лабиринт» в реестр недобросовестных поставщиков, несоответствия общества «Лабиринт» требованиям извещения и документации о закупке на дату подписания контрактов, суд апелляционной инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что контракты, при заключении которых допущено нарушение законодательства о закупках, являются ничтожными в силу части 2 статьи 8 Закона № 44-ФЗ, пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Отклоняя доводы общества «Лабиринт» относительно того, что на момент определения победителя  электронных аукционов информации о включении его в РНП не имелось, суд апелляционной инстанции правомерно указал на то, что несоблюдение участником закупки на момент заключения контракта требований, установленных частью 1.1 статьи 31 Закона № 44-ФЗ, влечет за собой отказ от заключения контракта с победителем закупки в любой момент до заключения контракта.

Отстранение участника закупки от участия в определении поставщика (подрядчика, исполнителя) или отказ от заключения контракта с победителем определения поставщика (подрядчика, исполнителя) осуществляется в любой момент до заключения контракта, если заказчик или комиссия по осуществлению закупок обнаружит, что участник закупки не соответствует требованиям, указанным в части 1, частях 1.1, 2 и 2.1 (при наличии таких требований) статьи 31, или предоставил недостоверную информацию в отношении своего соответствия указанным требованиям (часть 9 статьи 31 Закона № 44-ФЗ).

Суд округа соглашается с выводом апелляционного суда о том, что исходя из цели и смысла законодательного регулирования, в рассматриваемом случае государственные контракты является ничтожными сделками по пункту 2 статьи 168 Гражданского кодека Российской Федерации.

В соответствии со статьей 167 Гражданского кодека Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

По общему правилу поставка товаров (выполнение работ, оказание услуг) в целях удовлетворения государственных или муниципальных нужд в отсутствие государственного или муниципального контракта не порождает у поставщика (подрядчика, исполнителя) права требовать оплаты соответствующего предоставления, поскольку иной подход допускал бы поставку товаров (выполнение работ, оказание услуг) для государственных или муниципальных нужд в обход положений Закона № 44-ФЗ (статья 10 Гражданского кодекса  Российской Федерации, пункт 20 Обзора от 28.06.2017).

Исполнение ничтожного контракта не препятствует возврату в порядке реституции исполнителем оплаты, полученной от заказчика.

Следовательно, в ситуации, когда в ходе заключения государственного контракта допущено нарушение публичных интересов, у исполнителя отсутствует право на получение встречного предоставления, с учетом чего сумма оплаты, произведенной заказчиком, подлежит взысканию с исполнителя по правилам главы 60 Гражданского кодекса  Российской Федерации (односторонняя реституция).

Применение таких последствий возможно только в случае, если заказчик, принимая исполнение по контракту, не знал и не должен был знать о наличии оснований его ничтожности, а исполнитель, заключивший порочный контракт, напротив, обладал такой информацией, действуя заведомо недобросовестно (определение Верховного Суда Российской Федерации от 17.06.2020 № 310-ЭС19-26526, пункт 32 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 3 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ  от 25.11.2020).

Если подобные обстоятельства судом не установлены, то при недействительности государственного (муниципального) контракта должны применяться общие последствия недействительности сделок, определенные статьей 167 Гражданского кодекса  Российской Федерации, субсидиарно пункт 1 статьи 1103 Гражданского кодекса  Российской Федерации (двусторонняя реституция).

В случае невозможности возвратить полученное имущество в натуре (когда полученное публичным заказчиком выражается в выполненной контрагентом работе, оказанной услуге) презумпция равенства взаимных предоставлений по недействительной сделке, установленная в пункте 80 Постановления № 25, не применяется, аналогичный подход применен Верховным Судом Российской Федерации в определении от 09.06.2016                  № 308-ЭС14-9028.

В подобной ситуации на контрагента возлагается бремя доказывания фактических расходов, понесенных в связи с осуществлением встречного предоставления, размер которых определяется судом исходя из конкретных обстоятельств рассматриваемого спора, но не может быть равным договорной цене такого предоставления. Величина этих расходов и составляет объем денежной реституционной обязанности публичного заказчика перед контрагентом.

Суд вправе не применять последствия недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодека Российской Федерации), если их применение будет противоречить основам правопорядка или нравственности (пункт 4 статьи 167 Гражданского кодека Российской Федерации).

Судом апелляционной инстанции установлено, что в материалах дела отсутствуют доказательства осведомленности ГБУЗ СО «Центральная городская клиническая больница № 1 город Екатеринбург» о включении  общества «Лабиринт» в РНП, при этом учреждение действовало в соответствии с действующим законодательством при  подведении итогов электронных аукционов и заключении контрактов, поскольку информация о включении конкретного лица в реестр недобросовестных поставщиков автоматически не предоставляется последнему, в связи с чем, ответчик не доказал, что учреждение знало о заключении контрактов с лицом, которое не отвечает требованиям, установленным документацией.

Признание контракта ничтожной сделкой свидетельствует о поставке обществом «Лабиринт»  продуктов в отсутствие государственных контрактов.

В соответствии с пунктом 20 Обзора от 28.06.2017, по общему правилу, поставка товаров, выполнение работ или оказание услуг в целях удовлетворения государственных или муниципальных нужд в отсутствие государственного или муниципального контракта не порождает у исполнителя право требовать оплаты соответствующего предоставления.

Ввиду указанных обстоятельств действия общества «Лабиринт»  по заключению государственных контрактов свидетельствуют о недобросовестности поведения стороны, в связи с чем исполнитель (поставщик) не может рассчитывать на получение платы, поскольку извлечение преимущества из такого незаконного поведения противоречит положениям пунктов 3, 4 статьи  1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Такие сделки совершаются в обход явно выраженного запрета, установленного законом.

Действия в обход закона влекут отказ в защите принадлежащего лицу права (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Поскольку спорные контракты заключены с нарушением требований Закона № 44-ФЗ, при недобросовестном поведении участника закупки, с целью обхода закона с противоправной целью, нарушая принципы конкуренции, а следовательно, публичные интересы, в связи с чем они являются ничтожными, выводы апелляционного суда являются обоснованными.

Иной подход свидетельствовал бы о возможности недобросовестного лица извлекать прибыль при совершении противозаконных действии, нарушая публичный правопорядок (на недопустимость такого подхода указано в пункте 32 Обзора судебной практики ВС РФ №3(2020), утвержденного Президиумом ВС РФ 25.11.2020).

Если сделка недействительна в силу противоречия одному из основополагающих правовых принципов либо императивной норме закона, то обогатившийся не обязан возвращать неосновательное обогащение в той мере, в какой возврат противоречил бы целям установления таких принципа или нормы. В зависимости от обстоятельств дела суд решает, что больше соответствует целям принципа (нормы) - применение реституции или отказ в ней. При определении этого наибольшее значение имеют следующие критерии: а) виновность каждой стороны; б) цель принципа или правила, которое было нарушено; в) категория лиц, для защиты которых существует принцип или правило, которое было нарушено; г) санкции, которые могут быть применены в соответствии с нарушенным правилом; д) уровень общественной опасности, связанный с нарушением правила; е) серьезность нарушения правила применительно к конкретной ситуации

Заключение лицом, заведомо знающим об отсутствии у него права участвовать в закупках и являться его стороной, свидетельствует о недобросовестном поведении такого лица, в связи с чем судом может быть применена так называемая односторонняя реституция, когда исполнитель обязан вернуть все полученное по сделке, а заказчик (как невиновная сторона) - нет.

В рассматриваемом деле суд апелляционной инстанции, оценив обстоятельства заключения контрактов и их исполнения, поведение участников сделки, пришел к верному выводу о наличии оснований для применения последствий признания сделки недействительной путем обязания одной стороны сделки – ответчика возвратить полученную им сумму оплаты за поставленный товар, приняв во внимание доказательства добросовестного поведения ГБУЗ СО «Центральная городская клиническая больница № 1 город Екатеринбург» при заключении контрактов, отсутствие осведомленности учреждения о ничтожности заключенных контрактов, недобросовестное поведение ответчика, выразившееся в сокрытии своего несоответствия как участника электронных аукционов.

Выводы суда о применении правил односторонней реституции заявителем жалобы по существу не обжалуются.

Правовых оснований с указанием конкретных доказательств для переоценки выводов суда апелляционной инстанции заявителем кассационной жалобы не представлено.

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции верно отметил, что применение реституционных последствий в виде возврата обществом «Лабиринт» суммы неосновательного обогащения, равной стоимости поставленной продукции, будет направлено на преодоление установленного законом запрета на получение денежных средств, полученных по сделкам, совершенным в обход закона (пункт 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Оснований не согласиться с указанными выводами суда апелляционной инстанции судебная коллегия не усматривает и признает, что все существенные обстоятельства дела судом установлены, спор разрешен в соответствии с установленными обстоятельствами и представленными доказательствами.

Сама по себе направленность доводов кассационной жалобы на оценку доказательств и установление иных фактических обстоятельств не может быть признана допустимой на стадии кассационного обжалования судебных актов в силу статьи 286, части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 32 Постановления Пленума ВС РФ № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», поскольку исследование доказательственной стороны спора к компетенции суда округа не относится.

Довод заявителя кассационной жалобы  о необоснованном приобщении судом апелляционной инстанции к материалам дела дополнительных доказательств, отклоняется.

В силу статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции повторно рассматривает дело по имеющимся и дополнительно представленным доказательствам.

Принятие дополнительных доказательств судом апелляционной инстанции не может служить основанием для отмены постановления суда апелляционной инстанции.

В соответствии с частью 1 статьи 65, статьи 67 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации участники спора используют любые допустимые и относимые доказательства, доказывают обстоятельства, на которые они ссылаются как на основание своих требований и возражений. Суд же в условиях состязательности (статья 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) оказывает содействие в реализации процессуальных прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела. Таким образом, эффективная судебная защита нарушенных прав может быть обеспечена своевременным заявлением доводов и возражений по существу спора.

Применение части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должно осуществляться судом апелляционной инстанции в каждом конкретном случае и с учетом того, насколько новые доводы (доказательства) могут повлиять на результат рассмотрения дела.

Судом апелляционной инстанции дополнительные доказательства приобщены в целях полного и всестороннего исследования обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного разрешения спора.

С учетом изложенного отсутствуют основания полагать, что судом апелляционной инстанции допущено нарушение статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Довод общества «Лабиринт» о необоснованности выводов суда апелляционной инстанции о наличии признаков в действиях общества недобросовестного поведения отклоняется судом кассационной инстанции как противоречащий материалам дела с учетом приведенных норм действующего законодательства и правовых позиций Верховного Суда Российской Федерации. Общество, как профессиональный участник экономических отношений, не могло не знать, что будучи включенным в РНП, не соответствует требованиям, установленным законодательством Российской Федерации к лицам, осуществляющим поставку товара,  и осуществляет поставку товара  при очевидном отсутствии обязательства.

Иные доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобе, судом кассационной инстанции отклоняются по основаниям, указанным в мотивировочной части настоящего постановления. Указанные доводы являлись предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции, им дана надлежащая правовая оценка и сводятся, по сути, лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемого судебного акта, а выражает несогласие с произведенной судом оценкой доказательств, просит еще раз пересмотреть данное дело по существу, переоценить имеющиеся в деле доказательства.

Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не установлено.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

постановление  Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.03.2025 по делу   № А60-34378/2024 Арбитражного суда Свердловской области оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Лабиринт»  – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий                                             О.Г. Дякина 

Судьи                                                                          Л.Н. Черемных 

                                                                                     О.В. Абознова