АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КОМИ

ул. Ленина, д. 60, г. Сыктывкар, 167000

8(8212) 300-800, 300-810, http://komi.arbitr.ru, е-mail: info@komi.arbitr.ru   

 

Именем Российской Федерации

 

РЕШЕНИЕ

Дело № А29-14371/2022

04 апреля 2023 года

г. Сыктывкар

 

Резолютивная часть решения объявлена 28 марта 2023 года, полный текст решения изготовлен 04 апреля 2023 года.

 

Арбитражный суд Республики Коми в составе судьи  Изъюровой Т.Ф.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Бартель Е.В.,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску Комитета по управлению муниципальным имуществом администрации муниципального образования городского округа «Воркута» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>)

к ФИО1

о взыскании убытков,

без участия представителей сторон,

установил:

Комитет по управлению муниципальным имуществом администрации муниципального образования городского округа «Воркута» (далее – КУМИ администрации МО ГО «Воркута», Комитет, истец) обратился в Арбитражный суд Республики Коми с исковым заявлением к ФИО1 (далее – ФИО1, ответчик) о взыскании с зачислением в доход бюджета муниципального образования городского округа «Воркута» 12 275 руб. 23 коп. убытков по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Кама» (далее – ООО «Кама», Общество) (с учетом заявления об уточнении требований от 19.01.2023).

Стороны, извещенные о времени и месте судебного разбирательства, явку представителей в судебное заседание не обеспечили.

Ответчик отзыва на иск не представил.

В силу статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) суд рассмотрел дело в отсутствие представителей истца и ответчика, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.

Исследовав материалы дела, суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, в рамках дела № А29-10429/2016 решением Арбитражного суда Республики Коми от 04.12.2015 удовлетворен иск Комитета. С общества с ограниченной ответственностью «Кама» в доход бюджета муниципального образования городского округа «Воркута» взыскано 6 082 руб. 87 коп. задолженности и 6 192 руб. 36 коп. неустойки.

31.08.2020 Межрайонной ИФНС России № 5 по Республике Коми в ЕГРЮЛ внесена запись об исключении ООО «Кама» из ЕГРЮЛ на основании пункта 5 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее – Закон № 129-ФЗ) по решению регистрирующего органа в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

Полагая, что исключение ООО «Кама» из ЕГРЮЛ стало следствием бездействия ФИО1, в результате которого Комитет не смог взыскать задолженность и пени с ООО «Кама», истец обратился с иском в суд.

Исследовав материалы дела, суд пришел к следующим выводам.

Согласно статье 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, предусмотренном АПК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 399 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ, Гражданский кодекс) до предъявления требований к лицу, которое в соответствии с законом, иными правовыми актами или условиями обязательства несет ответственность дополнительно к ответственности другого лица, являющегося основным должником (субсидиарную ответственность), кредитор должен предъявить требование к основному должнику. Если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

Согласно пункту 1 статьи 64.2 ГК РФ, пунктам 1 и 2 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ регистрирующий орган принимает решение о предстоящем исключении юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц при наличии одновременно всех признаков недействующего юридического лица, к которым отнесены: непредставление в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, документов отчетности, предусмотренных законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и неосуществление операций хотя бы по одному банковскому счету (недействующее юридическое лицо). Такое юридическое лицо признается фактически прекратившим свою деятельность и может быть исключено из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, предусмотренном указанным Федеральным законом.

Предусмотренный статьей 21.1 Закона № 129-ФЗ порядок исключения юридического лица из ЕГРЮЛ применяется также в случае наличия в названном реестре сведений, в отношении которых внесена запись об их недостоверности, в течение более чем шести месяцев с момента внесения такой записи (подпункт «б» пункта 5 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ).

Ликвидация юридического лица влечет его прекращение без перехода в порядке универсального правопреемства его прав и обязанностей к другим лицам (пункт 1 статьи 61 Гражданского кодекса).

В соответствии с положениями статьи 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом.

В качестве одного из правовых оснований иска истец привел пункт 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон № 14-ФЗ). Согласно данной норме исключение общества из Единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Пункт 3.1 статьи 3 Закона №14-ФЗ введен в действие пунктом 1 статьи 1 Федерального закона от 28.12.2016 N 488-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон N 488-ФЗ).

Согласно статье 4 Закона N 448-ФЗ данный закон вступил в силу по истечении ста восьмидесяти дней после дня его официального опубликования, то есть с 27.06.2017.

В соответствии с пунктом 1 статьи 4 ГК РФ акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

При таких обстоятельствах, учитывая, что Закон N 488-ФЗ не предусматривает, что изменения, внесенные в статью 3 Закона № 14-ФЗ, распространяются на отношения, возникшие до введения его в действие, в рассматриваемом случае, исходя из того, что указанная истцом задолженность возникла в связи с обязательственными отношениями, имевшими место до 28.06.2017, отсутствуют основания для применения положений пункта 3.1 статьи 3 Закона об №14-ФЗ.

Однако в настоящем случае ответчики не могут быть привлечены к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3.1 статьи 3 Закона N 14-ФЗ, поскольку указанное законоположение вступило в силу позднее возникновения обстоятельств, на которые ссылался истец в обоснование своего требования.

Аналогичная правовая позиция содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 11.07.2019 N 305-ЭС19-9938.

Применительно к рассматриваемому делу спорная задолженность по договору аренды, взысканная решением по делу № А29-10429/2016, образовалась за период с 15 октября по 22 ноября 2012 года, пени за период с 11.12.2012 по 24.09.2015г., то есть до введения в действие соответствующей нормы.

В то же время, до введения указанной нормы к бывшему руководителю должника применялись общие нормы Гражданского кодекса об убытках, устанавливающие идентичный стандарт доказывания, а именно, необходимость доказывания противоправности поведения ответчика как причинителя вреда, наличия и размера понесенных убытков, причинно-следственной связи между незаконными действиями ответчика и возникшими убытками, вины причинителя вреда. Само по себе отсутствие нормы пункта 3.1 статьи 3 Закона N 14-ФЗ не исключало возложение на бывшего руководителя ответственности по аналогичному основанию.

Согласно статье 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

При этом для применения ответственности по указанному пункту необходимо доказать совокупность условий: исключение общества из ЕГРЮЛ как недействующего юридического лица; неисполненность обязательства исключенного общества; неразумность/недобросовестность действий лиц, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица; наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц.

Таким образом, само по себе исключение юридического лица из ЕГРЮЛ в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени, предоставление недостоверных сведений), равно как и неисполнение обязательств перед кредиторами не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии. Необходимо, чтобы неразумные и (или) недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами. Данное правовое положение закреплено в пункте 3.1 статьи 3 Закона об ООО.

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

При оценке действий (бездействия) контролирующих должника лиц, в результате которых кредиторы не получили удовлетворения своих притязаний от самого общества, кредитор, не получивший должного от юридического лица и требующий исполнения от физических лиц - руководителя и учредителя общества, должен обосновать наличие в действиях таких лиц умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения в будущем обязательства перед контрагентом.

Под действиями (бездействием) контролирующего общества лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной такого неисполнения, то есть те, без которых объективное неисполнение не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение общества, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным неисполнением.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред обществу и его кредиторам, и т.д.

Ответственность лица, контролирующего деятельность общества, перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц. При этом суду необходимо установить наличие причинно-следственной связи между действиями такого лица и невозможностью исполнения обязательства перед контрагентом. Одного лишь сомнения в добросовестности действий контролирующего деятельность общества лица недостаточно для применения субсидиарной ответственности, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждать отсутствие намерений погасить конкретную дебиторскую задолженность.

Указанное обусловлено тем, что привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов и при его применении необходимо учитывать сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений (пункт 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Согласно статье 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований или возражений.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62) разъяснил, что в силу части 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

К понятиям недобросовестного или неразумного поведения участников общества следует применять по аналогии разъяснения, изложенные в пунктах 2, 3 Постановления № 62 отношении действий (бездействия) директора.

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

В то же время необходимо учитывать, что в гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 ГК РФ). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

В качестве доказательств неразумности и недобросовестности действий ответчика истец ссылается на непринятие мер по погашению задолженности, а также на непринятие действий к прекращению либо отмене процедуры исключения ООО «Кама» из ЕГРЮЛ.

Материалами дела подтверждено, что ООО «Кама» исключено из ЕГРЮЛ, как недействующее юридическое лицо; сторонами не оспаривается тот факт, что судебный акт Арбитражного суда Республики Коми от 04.12.2015 по делу № А29-10429/2015 о взыскании с ООО «Кама» в пользу истца задолженности и пеней осталось неисполненным.

Из материалов дела следует, что истец заявления после вступления в законную силу судебного акта Арбитражного суда Республики Коми от 04.12.2015 по делу № А29-10429/2015 в порядке, установленном пунктом 4 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ не подавал, и не обжаловал действия регистрирующего органа об исключении ООО «Кама» из ЕГРЮЛ.

Однако само по себе то обстоятельство, что истец, являющийся кредитором ООО «Кама», не воспользовался предусмотренной законом возможностью подать мотивированное заявление для пресечения исключения ООО «Кама» из ЕГРЮЛ (пункты 3 и 4 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ), не означает, что истец утрачивает право на возмещение убытков на основании пункта 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 3.2 Постановления № 20-П, при обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из ЕГРЮЛ недействующее юридическое лицо, объективно затруднено. Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц.

Обычный стандарт доказывания («разумная степень достоверности» или «баланс вероятностей») применим в процессе с равными возможностями спорящих лиц по сбору доказательств (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС16-18600 (5 - 8) и предполагает признание обоснованными требований истца или возражений ответчика при представлении ими доказательств, с разумной степенью достоверности подтверждающих обстоятельства, положенные в основание таких требований и возражений.

Таким образом, предъявление к истцу требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его не вовлеченности в корпоративные правоотношения.

Ответчиком не представлено в материалы дела каких-либо доказательств того, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности Общества предпринимательских рисков, он действовал добросовестно и принял все меры для надлежащей деятельности Общества в целях исполнения обязательств перед контрагентами и судебного акта о взыскании спорной задолженности.

Решение о ликвидации ООО «Кама» ответчиком не принималось, ликвидационный баланс не составлялся. Общество исключено из ЕГРЮЛ по решению налогового органа.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно обращал внимание на недобросовестность предшествующего исключению юридического лица из ЕГРЮЛ поведения тех граждан, которые уклонились от совершения необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, и указывал, что такое поведение может также означать уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица (определения от 13.03.2018 N 580-О, N 581-О и N 582-О, от 29.09.2020 N 2128-О).

Своевременное внесение информации в ЕГРЮЛ об актуальном и достоверном адресе, о единоличном исполнительном органе является обязанностью участия гражданского оборота (юридического лица). В свою очередь неисполнение указанной обязанности (бездействие) относится к неразумным и недобросовестным действиям, принимая во внимание последствия в виде исключения лица из ЕГРЮЛ, предусмотренные пунктом «б» части 5 статьи 21.1. Закона № 129-ФЗ.

В соответствии с толкованием правовых норм, приведенном в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.02.2011 № 12771/10, при рассмотрении споров о возмещении причиненных обществу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке действия (бездействие) ответчика с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей.

В соответствии с разъяснениями подпунктов 1, 2 пункта 3 Постановления № 62 неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации.

Невозможно признать добросовестность бездействия ФИО1, выразившегося в непредставлении возражений против исключения ООО «Кама» из ЕГРЮЛ при наличии у нее сведений о наличии задолженности перед истцом, подтвержденной решением суда. Доказательств уважительности причин исключения ООО «Кама» из ЕГРЮЛ ответчиком не приведено.

Ответчик в спорной ситуации действовал (бездействовал) без должной добросовестности и разумности - зная о наличии долга, не намереваясь исполнять обязательства контролируемого им юридического лица, создал ситуацию, при которой деятельность последнего прекращена в административном порядке, а взыскание задолженности с ООО «Кама» в пользу истца стало невозможным.

Данное виновное бездействие признается основанием для возложения субсидиарной ответственности на контролирующее лицо должника.

Добросовестность бездействия контролирующего должника лица по погашению имеющейся задолженности ФИО1 не мотивирована.

Определениями Арбитражного суда Республики Коми от 17.11.2022, от 15.12.2022, от 20.01.2023 и от 01.03.2023 ответчику предлагалось представить отзыв на иск с нормативно-правовыми документами, обосновывающими возражения; в суд каких-либо пояснений представлено не было.

Нежелание стороны представить доказательства, подтверждающие ее возражения и опровергающие доводы процессуального оппонента, представившего доказательства, должно быть квалифицировано исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно указывает процессуальный оппонент (Определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2014 N 309-ЭС14-923, от 09.10.2015 N 305-КГ15-5805, Постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.03.2012 N 12505/11, от 08.10.2013 N 12857/12, от 13.05.2014 N 1446/14).

Обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований (часть 3.1 статьи 70 АПК РФ).

Неосуществление ответчиком ликвидации Общества при наличии на момент исключения из ЕГРЮЛ долгов Общества перед кредиторами, может свидетельствовать о намеренном пренебрежении контролирующим Общество лицом своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве Общества.

Из представленных налоговым органом сведений следует, что ФИО1, помимо единоличного участия и руководства в ООО «Кама», как до, в период возникновения установленных обязательств, так и впоследствии, также являлась единственным участником и руководителем двух других коммерческих обществ со сходным видом деятельности – ООО «Уют» (ОГРН 

<

***>; исключено из ЕГРЮЛ 25.08.2020 в связи с наличием сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности) и ООО «Лана» (ОГРН 

<

***>; действующее, 22.12.2022 в ЕГРЮЛ внесены сведения о недостоверности адреса). В связи с тем, что доводы иска ответчиком не оспаривались, судом дополнительно не выяснялась финансовая состоятельность указанных обществ, но даже совокупный размер уставного капитала, принадлежащего в них ФИО1, превышают сумму неисполненных ООО «Кама» обязательств перед истцом.

При таких обстоятельствах, требования Комитета к ФИО1 подлежат удовлетворению в полном объеме.

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ расходы истца по уплате государственной пошлины относятся на ответчика.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 171, 176, 180-181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить.

Взыскать с ФИО1 (ИНН 

<

***>) в пользу Комитета по управлению муниципальным имуществом администрации муниципального образования городского округа «Воркута» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) 12275 руб. 23 коп. убытков.

Взыскать с ФИО1 (ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета 2000 руб. государственной пошлины.

Разъяснить, что решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке во Второй арбитражный апелляционный суд (г.Киров) с подачей жалобы через Арбитражный суд Республики Коми в месячный срок со дня изготовления в полном объеме.

 

Судья                                                                                                 Т.Ф. Изъюрова