СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, 

<

...> e-mail: 17aas.info@arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 № 17АП-14662/2023(3)-АК

Дело № А60-63533/2022

30 января 2026 года

г. Пермь

Резолютивная часть постановления объявлена 26 января 2026 года. Постановление в полном объеме изготовлено 30 января 2026 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Макарова Т. В.,

судей Зарифуллиной Л.М., Саликовой Л.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем Паршиной В.Г.,

при участии:

конкурсный управляющий ООО «Спецстрой-центр» – ФИО1, (паспорт);

от ФИО2 – ФИО3 (паспорт, доверенность от 08.07.2025);

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда)

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ответчика ФИО2

на определение Арбитражного суда Свердловской области от 15 октября 2025 года о привлечении к субсидиарной ответственности, вынесенное в рамках дела № А60-63533/2022

о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Спецстрой- центр» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 28.11.2022 к производству суда принято (поступившее в суд 21.11.2022) заявление ООО «Верховина» о признании ООО «СпецСтрой-центр» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.02.2023 (резолютивная часть от 13.02.2023) в отношении ООО «СпецСтрой-центр» введена процедура наблюдения; временным управляющим утвержден ФИО1, являющийся членом Ассоциации «Сибирская гильдия антикризисных управляющих».

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 26.06.2023 (резолютивная часть от 19.06.2023) ООО «СпецСтрой-центр» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, до 19.12.2023. Конкурсным управляющим утвержден ФИО1, являющийся членом Ассоциации «Сибирская гильдия антикризисных управляющих».

Конкурсный управляющий ФИО1 13.02.2025 обратился в суд с заявлением о привлечении контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности, в котором просит возложить субсидиарную ответственность по обязательствам общества «СпецСтрой-центр» на контролирующего должника лицо: бывшего генерального директора и учредителя общества ФИО4; взыскать в пользу общества «СпецСтрой-центр» с бывшего генерального директора и учредителя общества ФИО4 денежные средства в размере, который будет определен после окончания расчетов с кредиторами либо после окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий указал, что бывший генеральный директор общества «СпецСтрой-центр» ФИО4 не передал конкурсному управляющему в полном объеме документы бухгалтерского и налоговой отчетности, другую документацию, а также товарно-материальные ценности. Из представленных документов, невозможно определить наличие активов должника. Кроме того, конкурсным управляющим были подготовлены акты приема-передачи документов и направлены в адрес ФИО4 до настоящего момента времени бывший руководитель не подписал их. Вместе с тем, организация, сдававшая бухгалтерскую отчетность, с которой ФИО4 был заключен договор на обслуживание (ООО «Первый региональный центр аутсорсинга»), также не представила документов по должнику. Кроме того, ФИО4 уклоняется от передачи перечня имущества должника. В связи с указанными обстоятельствами, в ходе инвентаризации фактического наличия имущества должника не выявлено, конкурсный управляющий был лишен возможности взыскать дебиторскую задолженность, реализовать имущество должника.

В ходе судебного разбирательства, конкурсный управляющий ФИО1 11.05.2025 представил в суд дополнение к заявлению в привлечении контролирующих лиц должника к субсидиарной

ответственности, в котором просит привлечь в качестве соответчика по настоящему обособленному спору ФИО2; признать доказанными обстоятельства того, что ФИО2 являлся фактическим руководителем ООО «СпецСтрой-центр», руководи производственно-хозяйственной деятельностью должника, и привлечь его к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СпецСтрой-центр» перед кредиторами солидарно с бывшим генеральным директором ФИО4.

Как указывает заявитель, ФИО2 передал конкурсному управляющему находящуюся на хранении должника документацию. В переданных документах бухгалтерской и налоговой отчетности должника не было. В числе преданных документов находились различные документы ООО «Спецстрой». Указанное свидетельствует о том, что дела должника вел ФИО2 и не разделял документацию одного предприятия от другого. По мнению конкурсного управляющего, реальным бенефициаром является ФИО2, он принимал ключевые решения, а также вел производственно-хозяйственную деятельность должника.

Данные уточнения приняты судом в порядке ст. 49 АПК РФ.

В отзыве от 19.06.2025 кредитор ФИО5, поддержала заявленные требования, просила суд привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО4 и ФИО2.

В своем отзыве от 24.07.2025 ФИО2 просил в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, отказать. Ответчик указал, что им были переданы конкурсному документы (по просьбе ФИО4), хранившиеся в арендуемом, ООО «СпецСтрой- центр», у ФИО2 офисе, к которому у ФИО2 был доступ, как у собственника помещения. Поэтому, в этих документах могли находиться документы ООО «Спецстрой». Отмечает, что обязанность по организации ведения бухгалтерского учета и хранения, ведению документов бухгалтерского учета и (или ) бухгалтерской отчетности должника, у него отсутствует. Считает, что заявитель не привел доказательств того, что ФИО2 является контролирующим должника лицом. При этом, ФИО2 никогда не занимал должности в ООО «СпецСтрой-центр», заработной платы за свою работу не получал. Являясь индивидуальным предпринимателем, ФИО2 оказывал должнику услуги по строительству и техническому контролю за строительством, при этом руководителем должника был ФИО4 Никаких документов, за исключением нескольких договоров аренды земельных участков в Кондинском районе и договора с ООО «Шаимгаз» ФИО2 не подписывал. Печать ООО «СпецСтрой- центр», которой были скреплены вышеуказанные договоры, хранилась у

ФИО4 и для их подписания передавалась ФИО2 через знакомых работников железнодорожного транспорта проезда Екатеринбург – Усть-Аха и таксистов, которые привозили печать в г. Урай. По мнению ФИО2, банкротство должника вызвано не действиями руководителя компании, а объективными экономическими причинами.

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 15.20.2025 признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО4 и ФИО2 к субсидиарной ответственности. Производство по обособленному спору приостановлено до завершения расчетов с кредиторами.

Ответчик ФИО2 не согласился с принятым судебным актом, обжаловал его в апелляционном порядке, просит определение Арбитражного суда Свердловской области от 15 октября 2025 года по делу № А60-63533/2022 отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требования заявителя.

В апелляционной жалобе ФИО2 цитирует текст обжалуемого судебного акта, указывает на то, что заявителем не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что на ФИО2 была возложена обязанность по ведению и хранению документов бухгалтерского учёта. Апеллянт отмечает, что отсутствуют положения закона, обязывающие ФИО2 вести бухгалтерский учёт и хранить документы бухгалтерского учёта должника. Вывод суда о наличии у ФИО2 обязанности по ведению и хранению документов бухгалтерского учёта должника не основан на законе и не следует из доказательств, представленных Заявителем. В силу положений пункта 3 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» составление первичных документов бухгалтерского учёта, в частности заключение некоторых договора между должником и третьими лицами, составление иных документов, проведение переговоров в интересах должника не свидетельствует о наличии у ФИО2 обязанности по ведению и хранению документов бухгалтерской отчётности должника, и в данном случае ФИО2 может быть ответственным только за соответствие составленных первичных учетных документов свершившимся фактам хозяйственной жизни. При этом, по мнению апеллянта, признавая ФИО2 теневым руководителем должника, а ФИО4 номинальным руководителем должника суд первой инстанции применил разъяснения абзацев первого и второго пункта 6 Постановления Пленума ВС РФ № 53, применение которых возможно только в отношении ФИО4, в качестве основания для привлечения ФИО2 в качестве номинального руководителя по основанию, установленному подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в отсутствии доказательств наличия у ФИО2 обязанности по ведению и хранению документов

бухгалтерского учёта, обосновав это только исключительно наличием у ФИО2 статуса контролирующего должника лица. По мнению апеллянта, в основу судебного акта были положены недоказанные в установленном законом порядке имеющих значение для дела обстоятельства, в частности наличие у ФИО2 обязанности по ведению и хранению документов бухгалтерского учёта, а также не применены нормы Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете». Заявляя требования о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий фактически исходил из того, что невозможность удовлетворения требований кредиторов ООО «Спецстрой- Центр» находится в прямой причинно-следственной связи с противоправными, виновными действиями (бездействием) ФИО2, в результате которых должник фактически утратил свою платёжеспособность и стал центром убытков. Перераспределив полученные денежные средства внутри группы компаний, а также заключив заведомо невыгодные сделки, условия по которым согласовывал ответчик, ФИО2 довел должника до банкротства. Ответчик являлся руководителем и учредителем ООО «Спецстрой» (ИНН 

<

***>), осуществлявшего деятельность на территории ХМАО. Впоследствии, доведя организацию до банкротства, ФИО2 перевел бизнес на ООО «Спецстрой- Центр». Уже в новой организации при содействии своего сына ФИО4 он продолжил наращивать кредиторскую задолженность, извлекая только прибыль. Ответчик указывает, что согласно позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2021 № 305-ЭС21-3961, когда отношения сторон являются сложно структурированными и опосредуются чередой запутанных и связанных между собой сделок, правильная квалификация совокупности юридически значимых действий сторон должна осуществляться посредством сопоставления фактических обстоятельств, имевших место до инициирования оспариваемых действий, и обстоятельств, возникших после совершения сторонами всех операций. Следовательно, вопрос о возможном причинении контролирующими лицами вреда кредиторам должен разрешаться посредством сопоставления имущественного состояния должника, имевшегося до всей совокупности приведенных операций, с тем финансовым положением, в котором он находился после совершения сторонами этих операций (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 18.08.2023 № 305-ЭС18-17629). Конкурсный управляющий в обоснование своей позиции о причинении Должнику ущерба действиями ФИО2 ссылался на: действия по выводу денежных средств за период с 10.03.2017 по 06.09.2024; получение денежные средств по договорам займа с

ООО «Верховина»; получение денежных средств по договорам с ФИО6 получения арендной платы в период с 01.01.2018 по 31.12.2023; получения денежные средства по договорам от 01.01.2019, от 12.01.2021. При этом, сделки, на которые ссылается конкурсный управляющий должника недействительными признаны не были, разница между поступлениями от ФИО2 и выплатой ему по договорам займа составляет 300 000 руб., что не является значимым в масштабах деятельности должника.. Как указывает апеллянт, суд первой инстанции в нарушение статьи 65 АПК РФ, норм Закона о банкротстве и руководящих разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 фактически освободил конкурсного управляющего должника от доказывания фактов убыточности и значимости вышеуказанных сделок, сославшись на отсутствие у конкурсного управляющего данных договоров займа и не предоставления доказательств возможности выдачи денежных средств в указанном размере. При этом, доводы суда о непредоставлении доказательств возможности выдачи денежных средств в указанном размере нельзя признать состоятельными, поскольку они опровергаются фактами совершения банковских операций по перечислению денежных средств с банковского счёта ФИО2 к должнику по договорам займа и подтверждаются выпиской по счетам должника, представленной в материалы дела конкурсным управляющим. По мнению апеллянта, нельзя признать состоятельным указание суда на непредставление конкурсному управляющему должника договоров займа, поскольку данный вывод противоречит установленным судом по делу обстоятельствам, в частности в своём решении суд указывает на то, что по итогам изучения переданных документов конкурсным управляющим 05.07.2023 составлен акт приема-передачи документов № 1, согласно которому в папке № 3 переданы конкурсному управляющему в том числе и договора займа. Также заинтересованное лицо считает несостоятельными вывод суда об отсутствии доказательств проведения работ по ремонту спортивного зала и вывода денежных средств, выплаченных должнику, за ремонт спортивного зала на счёт ФИО2 в целях уклонения от расчётов с кредиторами по следующим основаниям. Так, договор на выполнение работ по ремонту спортивного зала от 14.07.2020, по которому ФИО2 выступал подрядчиком и во исполнение которого ФИО2 от должника были перечислены денежные средства в размере 1 300 000 руб., на который ссылается конкурсный управляющий должника, недействительными признан не был, спор о недействительности вышеуказанной сделки судами не рассматривался. При этом, суд первой инстанции в нарушение статьи 65 АПК РФ, норм Закона о банкротстве и руководящих разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 фактически

освободил конкурсного управляющего должника от доказывания фактов убыточности и значимости вышеуказанной сделки, сославшись на отсутствие в деле доказательств выполнения работ, в том числе доказательств закупки материалов, оплаты труда работников, наличии в деле личной карточки слушателя НЧОУ ДПО «Учебно-экспертный центр «Строитель» на имя ФИО2 в соответствии с которой, ФИО2 числился в штате должника в должности главного инженера сделав указанные выше выводы. При этом, данная сделка на предмет убыточности, значимости её для должника и недействительности судом не изучалась. Стороны не представляли суду доводы и доказательства в подтверждение позиций по недействительности сделки её значимости или убыточности. ФИО2 в штате должника не когда не состоял, о чём уже ранее высказывал свою позицию. В свою очередь, нахождение или не нахождение в штате должника ФИО2 не влияет на действительность сделки заключённой между должником и ИП ФИО2 С учётом стоимости контракта по ремонту спортивного зала заключённого между Администрацией города Урай и должником в размере 4 340 000 руб. и выплаты ФИО2 по договору от 14.07.2020 денежных средств в размере 1 300 000 руб. разница между полученной должником прибылью по контракту и оплатой произведённых работ составляет 3 040 000 руб. = (4 340 000 руб. – 1 300 000 руб.). Учитывая деятельности компании по строительству жилых домов, сумма в 1 300 000 руб. с учётом затрат на производство работ: закупку материалов, оплату труда рабочих и т.д., которые в любом случае должен был бы понести должник, не является для должника, применительно к масштабам его деятельности, значимой и существенно убыточной, доказательств обратного заявителем, на котором лежала обязанность по доказыванию значимости и убыточности данной сделки, не представлено, как и не представлено доказательств, что цена договора 14.07.2020 была явно завышенной, не рыночной, или что, должник понёс бы гораздо меньшие затраты выполняя данные работы самостоятельно. Таким образом, в связи с фактическим не изучением судом первой инстанции сделки - Договора на выполнение работ по ремонту спортивного зала от 14.07.2020 года и как следствие отсутствие в материалах дела доказательств значимости и убыточности данной сделки для должника, доказательств недействительности данной сделки, вывод суда о перечислении денежных средств по вышеуказанной сделке с целью уклонения от расчётов с кредиторами является, преждевременным. Кроме того, ФИО2 считает также не состоятельным вывод суда о уклонении ФИО2 от представления документов обосновывающих оплаты должником в период с 10.03.2017 по 01.10.2017 за ООО «Спецстрой» на общую сумму 1 900 641 руб., в том числе: Администрации города Урай за аренду земельных участков – 703 341 руб.; за ГСМ и электрическую энергию

– 397 300 руб.; Индивидуальному предпринимателю ФИО7 – 800 000 руб., перечислению директору ООО «Спецстрой-Центр» ФИО4 – 5 760 000 руб., в том числе: заработная плата за период с мая 2017 года по декабрь 2021 года – 1 960 000 руб.; в подотчет - 2 000 000 руб.; накладные расходы – 1 800 000 руб., и невозможности в связи с эти установления наличие/отсутствие обоснованности перечисления указанных денежных средств, в виду отсутствия у ФИО2 обязанности по хранению документов бухгалтерского учёта. Также же ФИО2 считает недоказанным причинение ФИО2 вреда должнику в связи с заключением между должником и обществом «Верховина» договора займа ввиду непредставления ФИО2 сведений о дальнейшем расходовании денежных средств в связи со следующим. Согласно обстоятельствам установленным Решением Арбитражного суда Свердловской области от 27 января 2022 года по делу № А60-54203/2021, денежные средства были получены на основании платёжного поручения № 99 от 23.08.2019 года самим должником на расчётный счёт. Заинтересованное лицо договор займа № 9/2019 от 21.08.2019 с обществом «Верховина» не заключало, денежных средств от общества «Верховина» не получало, возможностью распоряжаться денежными средствами, находящимися на счету должника, не имело, денежные средства полученные должником от ООО «Верховина» на личные нужды не расходовало, какую либо иную выгоду от совершения указанной сделки не получало, доказательств иного заявителем не представлено. При этом, в условиях наличия у конкурсного управляющего должника всей необходимой информации по движению денежных средств и возможности отследить расходование денежных средств с расчётного счёта Должника суд, фактически освободил конкурсного управляющего от доказывания наличия убытков у должника действиями ФИО2, противоправности действий ФИО2 и причинно-следственной связи между данными фактами. Доказательств транзитного движения денежных средств, полученных от ООО «Верховина» по договору займа, через должника иным лицам или в пользу ФИО2 в материалы дела не представлено. Заявителем не представлено бесспорных доказательств того, что задолженность перед обществом «Верховина» не была погашена именно в виду недобросовестных и виновных действий (бездействия) заинтересованного лица, как и не представлено каких-либо доказательств причинения ФИО2 убытков должнику в связи с недобросовестными действиями по транзитному перечислению денежных средств полученных по договору займа с ООО «Верховина» в пользу ФИО2 или иных лиц, в связи с чем вывод суда о вменения в вину ФИО2 растраты денежных средств по договору займа с ООО «Верховина» является преждевременным. Кроме того, апеллянт считает несостоятельным вывод суда о причинении ущерба должнику в связи

с получением от должника денежных средств по договору аренды помещения под офис и производственную базу от 18.01.2018, договору на выполнение работ по строительству наружных сетей водоснабжения от 12.01.2021, Договору строительного подряда по строительству домов в мкр. «Южный» г. Урай от 01.01.2019 ввиду следующего. Так, сделки, на которые ссылается конкурсный управляющий должника недействительными признаны небыли, споры о недействительности вышеуказанных сделок судами не рассматривались. Заявитель, ссылается на то, что заинтересованным лицом, по вышеуказанным сделкам, были получены денежные средства, которые являются по сути убытками должника, при этом суд освободил конкурсного управляющего должника от доказывания убыточности и значимости данных сделок. В свою очередь, ФИО2 неоднократно заявлял, что денежных средств по данным заключённым с должником сделкам он не получал, доказательств иного заявителем суду не представлено. С учетом приведенных доводов, само по себе заключение договора аренды помещения под офис и производственную базу от 18.01.2018, договора на выполнение работ по строительству наружных сетей водоснабжения от 12.01.2021, договора строительного подряда по строительству домов в мкр. «Южный» г. Урай от 01.01.2019 без фактического исполнения их должником, в части оплаты по ним в пользу ФИО2, не привело к отрицательному экономическому эффекту для должника, так как не повлекло изменений в соотношении его активов и пассивов. В данном случае отсутствие негативных изменений в соотношении активов и пассивов должника указывает на отсутствие признака причинения вреда кредиторам, в силу чего не имеется и условий для возложения на ФИО2 субсидиарной ответственности по долгам общества в связи с вышеуказанными обстоятельствами. Не доказаны значительность и убыточность для должника перечислений денежных средств в адрес ФИО2 во исполнение договоров займа, значительность и убыточность для Должника контракта по ремонту спортивного зала, причинение ФИО2 вреда должнику в связи с заключением между должником и ООО «Верховина» договора займа, причинение ФИО2 ущерба должнику в связи с получением от должника денежных средств по договору аренды помещения под офис и производственную базу от 18.01.2018, договору на выполнение работ по строительству наружных сетей водоснабжения от 12.01.2021, договору строительного подряда по строительству домов в мкр. «Южный» г. Урай от 01.01.2019. Кроме прочего, апеллянт считает несостоятельным вывод суда первой инстанции о недобросовестных действиях заинтересованного лица по получению денежных средств от граждан в качестве оплаты за строительство индивидуальных жилых домов в наличной форме, в виду следующего. Так, в

обоснование доводов суд ссылается на апелляционное определения судебной коллегии по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа-Югры от 11.02.2025 по делу № 2- 797/2024; решения Урайского городского суда от 10.04.2025 по делу № 2-330/2025, от 28.10.2024 по делу № 798/2024, от 23.12.2024 по делу № 2-807/2024. При этом, ФИО2 денежных средств в наличной форме по договорам строительства жилых домов от граждан не получал, доказательств того, что денежные средства от граждан по договорам на строительство жилых домов были получены ФИО2 в материалы дела заявителем не представлено, данные дела в ходе разбирательства в суде первой инстанции судом первой инстанции в судебное заседание не истребовались и судом первой инстанции не изучались.

До начала судебного заседания от конкурсного управляющего должника поступил письменные отзыв на апелляционную жалобу и дополнение к отзыву, просит в удовлетворении апелляционной жалобы отказать, обжалуемый судебный акт оставить без изменения.

Представитель ФИО2 – ФИО3 поддержал доводы апелляционной жалобы в полном объеме, просил ее удовлетворить, отменить судебный акт в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2

В судебном заседании конкурсный управляющий должника ФИО1 возражал против доводов апелляционной жалобы, просил оставить обжалуемый судебный акт без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, письменные отзывы на жалобы не представили, явку своих представителей в суд апелляционной инстанции не обеспечили, что в силу статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы судом в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, рассмотрев доводы апелляционной жалобы ответчика, письменного отзыва на нее, апелляционный суд оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта не установил, руководствуясь следующим.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом

Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 61.10 Закона о банкротстве, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий

В силу подпункта 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии.

Конкурсный управляющий полагает, что имеются основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности в связи совершением ими действий (бездействия), направленных на вывод активов должника, повлекших невозможность удовлетворения требований кредиторов.

Согласно общему правилу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания, как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

В соответствии с пунктом 6 Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 руководитель, формально входящий в состав юридического лица, но не осуществляющий фактического управления (далее номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку

подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

В этом случае, по общему правилу номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также ответственность, указанную в статьей 61.20 Закона о банкротстве солидарно (абзац 1 статьи 1080 ГК РФ, пункт 8 статьи 61.11, абзац 2 пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Законодательством о банкротстве предусмотрена возможность привлечения к ответственности как фактических (теневых), так и номинальных контролирующих лиц (пункт 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Смысл и предназначение номинального контролирующего лица (в частности, руководителя) состоят в том, чтобы обезопасить действительных бенефициаров от негативных последствий принимаемых по их воле недобросовестных управленческих решений, влекущих несостоятельность организации. В результате назначения номинальных руководителей создается ситуация, при которой имеются основания для привлечения к ответственности лиц, формально совершивших недобросовестное волеизъявление. При этом внешне условия для возложения ответственности на теневых руководителей (иного контролирующего лица) не формируются по причине отсутствия как информации об их личности, так и письменных доказательств их вредоносного поведения.

Тем самым происходит перекладывание ответственности с реально виновных лиц на номинальных, что в конечном итоге нарушает права кредиторов на получение возмещения, поскольку номинальные руководители не являются инициаторами действий, повлекших банкротство, и, как правило, не имеют имущества, достаточного для погашения причиненного ими вреда. При этом бенефициары, избежавшие ответственности, подобным способом извлекают выгоду из своего недобросовестного поведения.

Очевидно, что такое положение дел не может являться допустимым. Именно поэтому к субсидиарной ответственности подлежат привлечению как теневые, так и номинальные контролирующие лица солидарно (абзац второй пункта 6 Постановления № 53). Первые - поскольку в результате именно их виновных действий стало невозможным погасить требования кредиторов, вторые - поскольку они своим поведением содействовали сокрытию личности действительных правонарушителей.

Как следует из материалов дела, ООО «Спецстрой-центр»

зарегистрировано в ЕГРЮЛ 17.02.2017, с присвоением ОГРН 

<

***>. Основным видом экономической деятельности является торговля оптовая древесным сырьем и необработанными лесоматериалами (код 46.73.1), дополнительными – разработка строительных проектов (код 41.10), строительство жилых и нежилых зданий (код 41.20), строительство автомобильных дорог и автомагистралей (код 42.11) и другие.

Руководителем должника с даты создания общества 17.02.2017 до даты введения процедуры конкурсного производства 19.06.2023 являлся ФИО4, который также является единственным учредителем (участником) общества «Спецстрой-центр» (100 % доли в уставном капитале).

При этом, конкурсным управляющим заявлено о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 и его отца ФИО2.

Как следует из материалов дела, общество «Спецстрой-центр» осуществляло строительство индивидуальных жилых домов в микрорайоне Южный города Урая. Постановлением Администрации города Урай Ханты-Мансийского автономного округа-Югры от 11.08.2017 года № 2333 на основании заявления общества «Спецстрой» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) ему были предоставлены из земель населенных пунктов в аренду сроком с 01.03.2018 по 28.02.2022 земельные участки в микрорайоне Южный города Урай:

1) с видом разрешенного использования: для индивидуального жилищного строительства - 46 участков;

2) с видом разрешенного использования предпринимательства - 1 участок;

3) с видом разрешенного использования: коммунальное обслуживание - 5 участков;

4) с видом разрешенного использования: земельные участки (территории) общего использования - 1 участок.

На основании данного постановления Администрации города Урай заключены договоры между Администрацией города Урай и обществом «Спецстрой»:

1) договор № 36/17 аренды земельных участков от 25.08.2017; 2) договор № 37/17 аренды земельного участка от 25.08.2017; 3) договор № 38/17 аренды земельных участков от 25.08.2017; 4) договор № 39/17 аренды земельного участка от 25.08.2017.

Впоследствии к вышеперечисленным договорам заключено соглашение № 1 от 27.02.2018, согласно которому права и обязанности арендатора по договорам № 36/17, 37/17, 38/17, 39/17 аренды земельных участков от 25.08.2017 перешли от ООО «Спецстрой» к ООО «Спецстрой-Центр».

Согласно ЕГРЮЛ общество с ограниченной ответственностью «Спецстрой» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) было зарегистрировано 15.08.2008 года. Учредителями хозяйственного общества являлись: ФИО2 (50 % доли в уставном капитале общества) и ФИО8 (50% доли в уставном капитале общества). Директором общества «Спецстрой» являлся ФИО2. Впоследствии, 17.09.2017 ФИО2 и ФИО8 доли в уставном капитале общества проданы ФИО9, который становится единственным участником данного юридического лица.

До продажи доли общества «Спецстрой», ФИО2 являлся единоличным исполнительным директором и одним из участников данного общества.

Межрайонная ИФНС России № 2 по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре 21.02.2018 обратилась в Арбитражный суд ХантыМансийского автономного округа – Югры с заявлением о признании общества «Спецстрой» несостоятельным (банкротом) (дело № А75-2393/2018).

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 29.03.2019 производство по делу о банкротстве ООО «Спецстрой» прекращено на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 АПК РФ в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

Как указывалось ранее, ООО «Спецстрой-Центр» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) зарегистрировано 17.02.2017 (за семь месяцев до продажи долей в уставном капитале ФИО10), с учетом соглашения № 1 от 27.02.2018 к должнику (ООО «Спецстрой-Центр») перешли права пользования по договорам аренды, заключенным обществом «Спецстрой» с Администрацией города Урая.

В обоснование позиции о том, что ФИО2 является контролирующим лицом должника, конкурсный управляющий указал на неоднократные разговоры по телефону с ФИО4 с целью обеспечения передачи документов и имущества должника. При этом, при телефонном разговоре ФИО4 сообщил управляющему, что документов у него нет, они находятся в городе Урае и получить их можно только от отца ФИО2, который работал в ООО «Спецстрой-Центр» главным инженером с правами директора.

Впоследствии, как указал конкурсный управляющий, а также подтвердил ФИО2 в своем письменном отзыве, документы должника были переданы ФИО2 конкурсному управляющему.

При этом, в составе указанных документов содержались и документы общества «Спецстрой».

Вместе с тем, материалы дела представлены доверенности, выданные должником на имя ФИО2 от 06.11.2020 № 66 АА 6385001 сроком на три года, от 05.10.2021 № 1 сроком на три года, поступившие от Администрации Кондинского района ХМАО-Югры и Урайского городского суда по запросам конкурсного управляющего. Из содержания указанных доверенностей следует, что ФИО2 был уполномочен на представление интересов должника во всех органах, кроме того, ему был предоставлен большой объем прав, в том числе тех, которые специально должны быть оговорены в доверенности.

Кроме того, в материалы дела представлены ответы за запросы конкурсного управляющего обществ «Верховина» и «Шаимгаг».

Как следует из письма кредитора общества «Верховина» от 07.05.2025 Исх. № 16, представителем должника по всем вопросам взаимоотношения организаций являлся ФИО2, он лично договаривался с единственным учредителем и директором общества «Верховина» ФИО11 о получении займов, покупке строительных материалов и другим вопросам, связанным с хозяйственной деятельностью должника. ФИО2 лично присутствовал при подписании и заключении договора займа. Учредитель кредитора считал, что реальным директором должника является ФИО2, а ФИО4 является номинальным директором и учредителем данной организации.

Согласно письму кредитора общества «Шаимгаз» от 12.05.2025 Исх. № 352 в отношениях между должником и кредитором общество «Спецстрой- Центр» представлял ФИО2, подписанные договоры подряда, акты приёмки выполненных работ передавались ФИО2, полномочия которого явствовали из обстановки (именно он участвовал в совещаниях, проводимых на территории строительной площадки в присутствии генерального директора и главного инженера ООО «Шаимгаг», должных лиц Администрации города Урая и АО «Водоканал»; он давал указания работникам должника бухгалтеру и менеджеру; все решения принимались ФИО2). С ФИО4 представители общества «Шаимгаз» никогда не встречались.

Кроме того, в своем отзыве от 26.06.2025 кредитор ФИО5 указывает на то, что все переговоры вел ФИО2. В связи с неисполнением обществом «Спецстрой» обязательств по договору строительного подряда от 01.08.2016 № 1, заключенному с ФИО5, именно ФИО2 предложил перезаключить договор на должника. При этом объяснил, что перезаключение договора ни на что не повлияет, поскольку, несмотря на то, что в качестве директора в договоре

был указан ФИО4, продолжать строительство будет сам ФИО2. Все возникающие во время строительства вопросы решались только с ФИО2, а ФИО4 никогда не приезжал на объекты, никогда и ни с кем не подписывал документы.

Вместе с тем, из письменных объяснений ФИО6 следует, что все переговоры о покупке объектов незавершенного строительства, расположенных по адресу ХМАБ-Югра, 

<

...> велись между ее супругом ФИО12 и ФИО2

Указанные обстоятельства ФИО2 не отрицал в суде первой инстанции.

Как следует из письменных объяснений ФИО13, с которым должником был заключен договор купли-продажи индивидуального жилого дома от 26.11.2021, наличные денежные средства им были переданы непосредственно ФИО2, который руководил строительством микрорайона Южный в городе Урай. ФИО4 никогда на стройке не появлялся.

Помимо указанного, документы должника Письмо Главе города Урая от 18.11.2020, заявление о предоставлении земельного участка от 11.11.2020, приказ от 17.02.2017 № 1/ОК, решение единственного участника от 17.02.2017 № 2 оформлены на бланке должника, однако в шапке документов указан адрес «Российская Федерация Ханты-Мансийский автономный округ».

При этом, ФИО4 в период с 03.04.2012 по 07.09.2023 был зарегистрирован по месту жительства в городе Екатеринбурге (как следует из ответа ГУ МВД России по Свердловской области от 30.04.2025), ФИО2 с 25.05.1990 по настоящее время зарегистрирован по месту жительства в городе Урае (регистрационное досье от 15.05.2025), где и осуществлялась деятельность должника по строительству индивидуальных жилых домов в микрорайоне Южный.

Вместе с тем, как указывалось ранее, документы должника, запрашиваемые конкурсным управляющим, были переданы ФИО2 конкурсному управляющему в городе Урае, в котором ФИО2 проживал, деятельность должника осуществлялась в городе Урай.

В апелляционной жалобе ФИО2 ссылается на недоказанность своей причастности к банкротству должника.

При этом, исходя из изложенного, арбитражным судом установлена вовлеченность ФИО2 в управленческую и хозяйственную деятельность ООО «Спецстрой-Центр», степень этой вовлеченности вытекает из предоставленных ему полномочий (заключение невыгодных для должника договоров, осуществление действий по уменьшению имущества

должника, причинившие убытки кредиторам), также принятия ими управленческих решений.

Указанное, в совокупности, свидетельствует о том, что ФИО2, являющийся единоличным исполнительным органом и участником общества «Спецстрой», в том числе, фактически осуществлял руководство ООО «Спецстрой-Центр»

Кроме того, в обоснование требований о привлечении ФИО4 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве конкурсный управляющий указывал на совершение ими действий (бездействия), выразившихся в уклонении от передачи бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему, которые повлекли невозможность полного погашения требований кредиторов.

Согласно пункту 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника.

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 ГК РФ. По результатам рассмотрения соответствующего обособленного спора выносится судебный акт, который может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 АПК РФ.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подп. 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в

целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Обязанность ведения бухгалтерского учета, обеспечения сохранности в течение определенных периодов (не менее пяти лет) первичной документации, на основании которой ведется такой учет и сдается отчетность, установлена положениями Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (статьи 6, 7, 9, 29). Ответственность за ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета возложена на руководителя организации.

Согласно пункту 3.2. статьи 64 Закона о банкротстве не позднее пятнадцати дней с даты утверждения временного управляющего руководитель должника обязан предоставить временному управляющему и направить в арбитражный суд перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения. Ежемесячно руководитель должника обязан информировать временного управляющего об изменениях в составе имущества должника.

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить ему передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей.

Указанное требование закона обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с этим, невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов. Для целей удовлетворения заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по

заявленным основаниям необходимо обосновать, что отсутствие документации должника, либо отсутствие в ней полной и достоверной информации, существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве. При этом под существенным затруднением, как указано выше, понимается, в том числе невозможность выявления активов должника.

Сама по себе непередача предыдущим руководителем новому необходимых документов не освобождает последнего от ответственности и не свидетельствует об отсутствии вины. Добросовестный и разумный руководитель обязан совершить действия по истребованию документации у предыдущего руководителя (применительно к статье 308.3 ГК РФ) либо по восстановлению документации иным образом (в частности, путем направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления первичной документации и т.д.).

Как следует из материалов дела, ФИО4 является единственным учредителем (участником) общества «Спецстрой-центр», им не исполнена обязанность, предусмотренная Законом обязанность по передаче конкурсному управляющему документов, касающихся деятельности должника, а также имущество должника.

Требование о передаче документов должника конкурсному управляющему было вручено ФИО2, кроме того ответчику были вручены приказы.

ФИО4 через представителя ФИО2 (доверенность от 03.07.2023 № 1) конкурсному управляющему передан комплект документов в папках без конкретизации их перечня.

Конкурсным управляющим 05.07.2023 составлен акт приема-передачи документов № 1, согласно которому переданы следующие документы:

1) папка № 1: постановления Администрации города Урай на передачу в аренду земельных участков, договоры на оказание транспортных услуг, строительного подряда, на заправку ГСМ, на выполнение работ по обследованию объектов недвижимости, договор на технологическое присоединение к электрическим сетям, разрешение на строительство;

2) папка № 2: личные карточки работников ООО «Спецстрой-Центр», муниципальные контракты, счета-фактуры на закупку материалов, акты сверок, акта займа между юридическими лицами и физическими лицами, акты выполненных работ;

3) папка № 3: договоры займа, договоры на оказание транспортных услуг, договоры на ремонт дорог, договоры на оказание услуг по доставке грунта, счета-фактуры, товарные накладные;

4) папка № 4: Устав ООО «Спецстрой-Центр», карточка предприятия, приказ о назначении директора, выписка из ЕГРЮЛ, свидетельство о

постановке на учет в налоговом органе ООО «Спецстрой-Центр», решение единственного учредителя о продлении полномочий директора ООО «Спецстрой-Центр»;

5) папка № 5: договоры купли-продажи земельных участков, недвижимого имущества, строительного подряда, объектов незавершенных строительством, выписки из Единого государственного реестра, постановления Администрации города Урай;

6) россыпью было передано 60 файлов, в которых находились: счетафактуры, накладные, товарные чеки, счета на оплату, сопроводительные письма, договоры поставки, УПД, квитанция к заказ- нарядам, акты сверок, договоры займа, технические паспорта - 3 шт.

В связи с тем, что документы бухгалтерской и налоговой отчетности переданы не были, конкурсный управляющий самостоятельно запросил их в налоговом органе, которые были ему представлены за период с 2018 по 2020 года, за 2021-2023 налоговая отчетность не предоставлялась.

ФИО4, ФИО2 уклонились от подписания акта приема-передачи от 05.07.2023 № 1, в дальнейшем действий по передаче бухгалтерской и налоговой отчетности, имущества, числящегося за должником, не предприняли.

В дальнейшем, конкурсным управляющим был направлен запрос в организацию, которая сдавала отчетность должника, ООО «Первый региональный центр аутсорсинга», документы не были представлены (ответы от 03.09.2024, 10.09.2024).

Так, решением Урайского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 28.10.2024 по делу № 2-799/2024 в удовлетворении исковых требований конкурсного управляющего о взыскании задолженности по договору купли-продажи индивидуального жилого дома к ФИО14 отказано по причине представления ответчиком в материалы дела оригинала квитанции к приходному кассовому ордеру о принятии денежных средств должником.

Решением Урайского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 18.12.2024 по делу № 2-808/2024 в удовлетворении исковых требований конкурсного управляющего о взыскании задолженности по договору купли-продажи индивидуального жилого дома к ФИО15 отказано по причине представления ответчиком в материалы дела оригинала квитанции к приходному кассовому ордеру о принятии денежных средств должником.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 27.04.2024, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.07.2024, заявление конкурсного управляющего к ФИО6 о признании сделок недействительными

отказано. Установив возведение объектов незавершенного строительства силами супругов К-вых, суд отказал в удовлетворении требований конкурсного управляющего.

В определении Верховного Суда РФ 30.09.2019 по делу № 305-ЭС19-10079 разъяснено, что как ранее, так и в настоящее время действовала презумпция, согласно которой отсутствие (непередача руководителем арбитражному управляющему) финансовой и иной документации должника, существенно затрудняющее проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, указывает на вину руководителя. Смысл этой презумпции состоит в том, что руководитель, уничтожая, искажая или производя иные манипуляции с названной документацией, скрывает данные о хозяйственной деятельности должника. Предполагается, что целью такого сокрытия, скорее всего, является лишение арбитражного управляющего и конкурсных кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику. К таковым, в частности, могут относиться сведения о заключении заведомо невыгодных сделок, о выводе активов и т.п., что само по себе позволяет применить иную презумпцию субсидиарной ответственности (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, абзац третий пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ). Кроме того, отсутствие определенного вида документации затрудняет наполнение конкурсной массы, например, посредством взыскания дебиторской задолженности, возврата незаконно отчужденного имущества. Именно поэтому предполагается, что непередача документации указывает на наличие причинно-следственной связи между действиями руководителя и невозможностью погашения требований кредиторов.

При этом, согласно бухгалтерской отчетности на последнюю дату, перед введением процедуры банкротства у должника имелись активы на общую сумму 87 444 тыс. руб., включая запасы на сумму 9 371 тыс. руб., денежные средства в эквиваленте 1 252 тыс. руб., а также дебиторская задолженность в размере 76 821 тыс. руб. Отсутствие документации не позволило конкурсному управляющему обнаружить вышеуказанные активы должника, которые могли быть направлены на погашение требований кредиторов.

Таким образом, контролирующие должника лица ФИО4, ФИО2 уклонились от исполнения обязанности по передаче документации конкурсному управляющего, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсной массы, препятствовало взысканию дебиторской задолженности, а также к оспариванию сделок должника, у конкурсного управляющего отсутствовал возможность проверить наличие оснований для перечисления денежных средств, что привило к затягиванию

процедуры конкурсного производства и повлекло дополнительные расходы.

Обстоятельства, на которые ссылается заявитель жалобы, не влекут освобождение ответчиков от субсидиарной ответственности, а могут быть учтены при определении размера ответственности с учетом степени вины.

Суд первой инстанции, приняв во внимание тот факт, что мероприятия процедуры конкурсного производства в отношении должника, в том числе направленные на пополнение конкурсной массы не завершены, в связи с чем, определить размер субсидиарной ответственности в настоящее время не представляется возможным, правомерно приостановил производство по заявлению до завершения необходимых процедур в рамках дела о банкротстве.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, по существу направлены на переоценку всей совокупности установленных по настоящему делу обстоятельств и фактических отношений сторон, оснований для которой не имеется, поскольку судом первой инстанции при рассмотрении дела установлены и исследованы все существенные для принятия правильного судебного акта обстоятельства, им дана надлежащая правовая оценка, выводы, изложенные в судебном акте, основаны на имеющихся в деле доказательствах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 15 октября 2025 года по делу № А60-63533/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий Т.В. Макаров

Судьи Л.М. Зарифуллина Л.В. Саликова