АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОДАРСКОГО КРАЯ

г. Краснодар, ул. Постовая, 32.

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А32-3415/2019

г. Краснодар

02 апреля 2019 года

Резолютивная часть решения объявлена 02 апреля 2019 года. 

Решение в полном объеме изготовлено 02 апреля 2019 года.

Арбитражный суд Краснодарского края в составе судьи Погорелова И.А., при ведении протокола помощником судьи Лабашевой М.В., рассмотрев в судебном заседании заявление Государственного унитарного предприятия  Краснодарского края «Центр  информационных технологий», г. Краснодар (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

к государственному учреждению – Краснодарское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации (филиал № 2), г. Краснодар

о признании недействительным решения от 23.11.2018 № 595

при участии в заседании:

от заявителя: ФИО1 – доверенность от 09.01.2019;

ФИО2 – доверенность от 09.01.2019;

от заинтересованного лица: ФИО3 – доверенность от 04.02.2019.

УСТАНОВИЛ:

Государственное унитарное предприятие Краснодарского края «Центр информационных технологий», г. Краснодар (далее – предприятие, заявитель) обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением к Государственному учреждению – Краснодарское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации (филиал № 2), г. Краснодар (далее – фонд, учреждение) о признании недействительным решение от 23.11.2018 № 595.

Заявитель указывает, что фондом не оспаривается факт наличия трудовых отношений между страхователем и застрахованными лицами (действующий трудовой договор), а также факт наступления страхового случая (предоставление отпуска по уходу за ребенком), при этом вывод фонда, что в нарушение статьи 10 Гражданского кодекса РФ создана искусственная ситуация с намерением получения пособий за счет средств Фонда социального страхования РФ, не соответствует фактическим обстоятельствам и имеющимся документам. Является неправомерными также выводы фонда, что пособие по уходу за ребенком направлено только на компенсацию утраченного заработка, а работники в ГУП КК «ЦИТ» стали получать больше, чем до предоставления им отпуска по уходу за ребенком, поскольку повышение средней заработной платы в 2018 году у работников произошло не за счет пособия по уходу за ребенком, а за счет иных выплат. Кроме того, страховщик не вправе предлагать предприятию доплатить страховые взносы в сумме не принятых к зачету расходов, так как действующее законодательство не содержит норм, обязывающих включать в базу для начисления страховых взносов не принятые фондом к зачету сумм выплаченного страхового обеспечения. Отказ фонда в принятии к зачету расходов по выплате пособий по уходу за ребенком, не может изменять статус выплаченных средств как страховое обеспечение, то есть страховые выплаты, обусловленные наступлением страхового случая. Указанные суммы сохраняют свою социальную направленность и не являются вознаграждением за выполнение работником трудовых функций.

Возражения по заявленным требованиям изложены в отзыве. Фонд указывает, что ежемесячное пособие выплачивается тому родителю, который фактически осуществляет уход за ребенком и не может заниматься трудовой деятельностью. Право на получение пособия и одновременно работы на условиях неполного рабочего времени установлено законом в целях поддержки лица, осуществляющего фактический уход за ребенком, и, в силу данного обстоятельства, не имеющему возможности осуществлять трудовую деятельность в прежнем объеме с получением прежнего заработка. Уменьшение рабочего времени всего на один час или менее свидетельствует о том, что фактически уход за ребенком осуществляется другим лицом, а пребывание работника в отпуске – не что иное, как злоупотребление правом ради одновременного получения фактически полного заработка и пособия по обязательному социальному страхованию. Из вышеизложенного следует, что фактический уход за ребенком указанные сотрудники не осуществляют, следовательно, не имеют права на получение пособия. Кроме того, увеличение полученных доходов после оформления отпуска по уходу за ребенком свидетельствует о том, что пособие по уходу за ребенком, для данных сотрудников, уже не является компенсацией утраченного заработка, а приобретает характер дополнительного материального стимулирования. Указанные обстоятельства свидетельствуют о злоупотреблении заявителем правом в целях предоставления своим сотрудникам дополнительного материального обеспечения, возмещаемого за счет средств фонда.

Представители заявителя настояли на удовлетворении заявленных требований по основаниям, изложенным в заявлении.

Представитель заинтересованного лица возразил против удовлетворения заявленных требований по основаниям, изложенным в отзыве.

Суд, исследовав материалы дела и оценив в совокупности все представленные доказательства, считает, что требования общества не подлежат удовлетворению по следующим основаниям. 

Как следует из материалов дела и установлено судом, предприятие обратилось в фонд по вопросу выделения средств на возмещение расходов на выплату пособий по обязательному социальному страхованию в сумме 233 417 руб. 86 коп.

Фонд провел камеральную проверку документов, подтверждающих обоснованность и правильность расходования заявителем средств на цели обязательного социального страхования, проведена за период с 01.01.2018 по 30.06.2018.

Проверкой установлено, что согласно трудовому договору от 19.06.2014 № 14/14, дополнительному соглашению от 12.03.2018 к трудовому договору от  19.06.2014 № 14/14, ФИО4 (отец ребенка) на дату проведения проверки занимал должность начальника юридического отдела. На основании заявления от 25.06.2018 приказом от 25.06.2018 № 26-от ему представлен с 11.09.2017 по 02.12.2018 отпуск по уходу за ребенком ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Приказом от 11.09.2017 № 150 ФИО4 установлен неполный режим рабочего времени (35 часов в неделю), при этом:

-за ним сохранена ежемесячная доплата в размере 5 000,00 руб. за выполнение работы специалиста по гражданской обороне (0,25 ставки);

-в апреле – июне 2018 года произведена доплата в сумме 43 750,00 руб. за совмещение должностей (в период нетрудоспособности заместителя начальника отдела ФИО2) (расчетные листки).

Кроме того, указанный сотрудник выходил на работу в праздничные и выходные дни, 13.01.2018 – 4,5 часа, а 14.01.2018 – ФИО4 находился на рабочем месте полный (8 часовой) рабочий день; направлялся в однодневные командировки: 14.05.2018 – 7 часов, 26.06.2018 – 7 часов; приказом от 08.06.2018 № 21-от отпуск по уходу за ребенком до 1,5 лет прерван с 13.06.2018. С этого же дня, ФИО4, предоставлен очередной трудовой отпуск до 24.06.2018. С 25.06.2018 по 02.12.2018 повторно представлен отпуск по уходу за ребенком до 1,5 лет (согласно приказам от 25.06.2018 № 26-от и от 25.06.2018 № 82). Режим работы указанного сотрудника составил 88 % занятости рабочего времени (7 часов в день). При этом суммы денежных средств полученных ФИО4 стали больше в сравнении с заработком, который данный сотрудник мог получать при условии полного (8 часового) рабочего дня. ФИО5 (мать ребенка) нигде не работает.

Аналогичным образом, согласно трудовому договору от 19.10.2009 №6/09, дополнительным соглашениям от 02.03.2015, от 06.07.2017 к трудовому договору от 19.10.2009 №6/09 сотрудник ФИО6 на дату проведения проверки занимал должность заместителя начальника общего отдела. На основании заявления от 11.09.2017 приказом от 11.09.2017 № ЦИТ00057-от ФИО6 (отец ребенка) представлен с 11.09.2017 по 03.07.2018 отпуск по уходу за ребенком ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Приказом от 11.09.2017 № 153 ему установлен неполный режим рабочего времени (35 часов в неделю), вместе с тем:

-за ним была сохранена ежемесячная надбавка (фиксированная выплата) за увеличение объема работ (доп. соглашение от 02.03.2015) в размере 5 000,00 руб;

Кроме того, сотрудник выходил на работу в праздничные и выходные дни: 11.03.2017 – 8 часов, 15.07.2017 – 8 часов, то есть ФИО6 находился в эти дни на рабочем месте полный (8 часовой) рабочий день. Приказом от 06.06.2018 № 18-от отпуск по уходу за ребенком ФИО6 прерван с 13.06.2018. С этого же дня ему предоставлен очередной трудовой отпуск. ФИО7 (мать ребенка) не работает с 06.07.2017. Согласно представленным к проверке документам, режим работы указанного сотрудника составил 88 % занятости рабочего времени (7 часов в день). При этом суммы денежных средств полученных ФИО6 возросли по сравнению с заработком, который данный сотрудник мог получать при условии полного (8 часового) рабочего дня.

По итогам проверки составлен акт камеральной проверки от 22.10.2018 №1723 и приняты решения от 23.11.2018 № 1723 «Об отказе в выделении средств на возмещение расходов страхователя на выплату страхового обеспечения» в сумме 233 417 руб. 86 коп., от 23.11.2018 № 595 «О непринятии к зачету расходов на выплату страхового обеспечения по обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством» в сумме 233 417 руб. 86 коп.

Полагая, что решение от 23.11.2018 № 595 является недействительным, предприятие обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Согласно части 1 статьи 198, части 4 статьи 200, частям 2 и 3 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для признания недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, необходимо наличие в совокупности двух условий: несоответствие оспариваемых ненормативного правового акта, решений и действий (бездействия) закону или иному нормативному правовому акту и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В силу части 1 статьи 65, части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

Из материалов дела следует, что основанием для непринятия расходов на выплату страхового обеспечения ФИО4 и ФИО6 стал вывод о создании искусственной ситуации для получения средств фонда. 

Правоотношения в системе обязательного социального страхования на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством урегулированы положениями Федерального закона от 29.12.2006 № 255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством» (далее – Закон № 255-ФЗ).

Часть 1 статьи 1 Закона № 255-ФЗ определяет условия, размеры и порядок обеспечения пособиями по временной нетрудоспособности, по беременности и родам граждан, подлежащих обязательному социальному страхованию.

Согласно части 1 статьи 2 Закона № 255-ФЗ, обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством подлежат лица, работающие по трудовым договорам.

Пунктом 1 части 1 статьи 2.1 Закона № 255-ФЗ предусмотрено, что страхователями по обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством являются юридические лица, производящие выплаты физическим лицам, подлежащим обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством.

По общему правилу страхователи выплачивают страховое обеспечение застрахованным лицам в счет уплаты страховых взносов. Сумма страховых взносов, подлежащих перечислению страхователями в Фонд социального страхования Российской Федерации, уменьшается на сумму произведенных ими расходов на выплату страхового обеспечения застрахованным лицам. Если начисленных страхователем страховых взносов недостаточно для выплаты страхового обеспечения застрахованным лицам в полном объеме, страхователь обращается за необходимыми средствами в территориальный орган страховщика по месту своей регистрации (частей 1, 2 статьи 4.6 Закона № 255-ФЗ).

На основании пункта 4 части 1 статьи 4.2 Закона № 255-ФЗ и подпункта 3 пункта 1 статьи 11 Федерального закона от 16.07.1999 № 165-ФЗ «Об основах обязательного социального страхования» (далее – Закон № 165-ФЗ), страховщик имеет право не принимать к зачету расходы на обязательное социальное страхование в том случае, если данные расходы произведены страхователем с нарушением законодательства Российской Федерации.

Статьей 4.7 Закона от 29.12.2006 № 255-ФЗ установлено, что территориальный орган страховщика по месту регистрации страхователя проводит камеральные и выездные проверки правильности расходов страхователя на выплату страхового обеспечения (часть 1).

В случае выявления расходов на выплату страхового обеспечения, произведенных страхователем с нарушением законодательства Российской Федерации об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством, не подтвержденных документами, произведенных на основании неправильно оформленных или выданных с нарушением установленного порядка документов, территориальный орган страховщика, проводивший проверку, выносит решение о непринятии таких расходов к зачету (часть 4).

Страховое обеспечение в виде ежемесячного пособия по уходу за ребенком предоставляется, согласно Закону № 165-ФЗ, в связи с таким социальным страховым риском, как утрата застрахованным лицом заработка (выплат, вознаграждений в пользу застрахованного лица) или другого дохода при наступлении страхового случая, а именно при осуществлении ухода за ребенком в возрасте до полутора лет.

Условия, размеры и порядок обеспечения этим пособием определяются Законом № 255-ФЗ и Федеральным законом от 19.05.1995 № 81-ФЗ «О государственных пособиях гражданам, имеющим детей», закрепляющими право на получение матерью ребенка либо его отцом, другим родственником, опекуном, фактически осуществляющим уход за ребенком и находящимся в отпуске по уходу за ребенком, предоставленном на основании статьи 256 Трудового кодекса Российской Федерации, ежемесячного пособия по уходу за ребенком.

При этом в целях защиты интересов лиц, совмещающих уход за ребенком с работой в режиме неполного рабочего времени, частью 2 статьи 11.1 Закона № 255-ФЗ предусмотрена возможность сохранения за ними права на получение ежемесячного пособия по уходу за ребенком при условии, что они находятся в отпуске по уходу за ребенком, работают на условиях неполного рабочего времени и продолжают осуществлять уход за ребенком.

В таком случае, получение работниками пособия по уходу за ребенком до достижения им 1,5 лет, призвано компенсировать заработок, утраченный ими из-за неполного рабочего времени, сокращение которого вызвано необходимостью в оставшееся рабочее время продолжать осуществлять уход за ребенком.

В соответствии со статьей 256 Трудового кодекса Российской Федерации, по заявлению женщины ей предоставляется отпуск по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет. Порядок и сроки выплаты пособия по государственному социальному страхованию в период указанного отпуска определяются федеральными законами. Отпуска по уходу за ребенком могут быть использованы полностью или по частям также отцом ребенка, бабушкой, дедом, другим родственником или опекуном, фактически осуществляющим уход за ребенком. По заявлению женщины или лиц, указанных в части второй настоящей статьи, во время нахождения в отпусках по уходу за ребенком они могут работать на условиях неполного рабочего времени или на дому с сохранением права на получение пособия по государственному социальному страхованию.

В силу статьи 93 Трудового кодекса Российской Федерации по соглашению между работником и работодателем могут устанавливаться как при приеме на работу, так и впоследствии неполный рабочий день (смена) или неполная рабочая неделя. Работодатель обязан устанавливать неполный рабочий день (смену) или неполную рабочую неделю по просьбе беременной женщины, одного из родителей (опекуна, попечителя), имеющего ребенка в возрасте до четырнадцати лет (ребенка-инвалида в возрасте до восемнадцати лет), а также лица, осуществляющего уход за больным членом семьи в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, и сторонами фактически не оспорено, в рассматриваемом случае предприятие производило выплату пособия по уходу за ребенком начальнику юридического отдела ФИО4, который работал на условиях неполной рабочей недели в соответствии с приказом от 11.09.2017 № 150 (35 часов в неделю), при этом за ним сохранена ежемесячная доплата в размере 5 000,00 руб. за выполнение работы специалиста по гражданской обороне (0,25 ставки), а также в апреле – июне 2018 года произведена доплата в сумме 43 750,00 руб. за совмещение должностей (в период нетрудоспособности заместителя начальника отдела ФИО2). Сотрудник выходил на работу в праздничные и выходные дни и находился на рабочем месте полный рабочий день; направлялся в однодневные командировки. Приказом от 08.06.2018 № 21-от отпуск по уходу за ребенком до 1,5 лет прерван с 13.06.2018, предоставлен очередной трудовой отпуск до 24.06.2018. С 25.06.2018 по 02.12.2018 повторно представлен отпуск по уходу за ребенком до 1,5 лет (согласно приказам от 25.06.2018 № 26-от и от 25.06.2018 № 82). Режим работы указанного сотрудника составил 88 % занятости рабочего времени ((35 часов / 40 часов) * 100% = 88%). 

Ежемесячное пособие по уходу за ребенком выплачивается в размере 40% среднего заработка застрахованного лица, но не менее минимального размера этого пособия, установленного пунктом 1 статьи 11.2 Закона № 225-ФЗ.

При этом суммы денежных средств полученных ФИО4 стали больше в сравнении с заработком, который данный сотрудник получал при условии полного (8 часового) рабочего дня.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, содержащейся в определении от 13.05.2014 № 983-О, ежемесячное пособие по уходу за ребенком направлено исключительно на оказание поддержки семье, воспитывающей малолетнего ребенка, указанное пособие выполняет задачу компенсации определенной части заработка трудоспособного лица с целью создания, насколько это возможно в конкретный период, благоприятных условий для ухода за малолетним ребенком и для его воспитания, предоставляя этому лицу возможность продолжать трудовую деятельность, сочетать такую деятельность с уходом за ребенком и сохранять при этом право на получение указанного пособия. Лица, осуществляющие уход за ребенком, вправе отказаться от пособия и продолжить трудовую деятельность либо совмещать получение пособия с трудовой деятельностью (на условиях неполного рабочего времени или работы на дому).

Как указывалось выше, в силу пункта 1 статьи 11.1 Закона № 255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством» ежемесячное пособие по уходу за ребенком выплачивается застрахованным лицам (матери, отцу, другим родственникам, опекунам), фактически осуществляющим уход за ребенком и находящимся в отпуске по уходу за ребенком, со дня предоставления отпуска по уходу за ребенком до достижения ребенком возраста полутора лет, а право на ежемесячное пособие по уходу за ребенком сохраняется в случае, если лицо, находящееся в отпуске по уходу за ребенком, работает на условиях неполного рабочего времени или на дому и продолжает осуществлять уход за ребенком (пункт 2 статьи 11.1 Закона № 255-ФЗ).

Названное законоположение направлено на защиту интересов лиц, совмещающих уход за ребенком с работой на условиях неполного рабочего времени, как указано в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 07.06.2011 № 742-О-О.

Лица, осуществляющие уход за ребенком, вправе отказаться от пособия и продолжить трудовую деятельность либо совмещать получение пособия с трудовой деятельностью на условиях неполного рабочего времени или работы на дому.

Суд считает обоснованным вывод проверяющих фонда о незаконной выплате пособия ФИО4, поскольку пособие вправе получать лицо, осуществляющие фактический уход за ребенком, а в период нахождения на рабочем месте с продолжительностью рабочего дня 7 часов осуществлять постоянный уход за ребенком невозможно.

Аналогичным образом, заместитель начальника общего отдела ФИО6 на основании заявления от 11.09.2017 приказом от 11.09.2017 № ЦИТ00057-от с 11.09.2017 по 03.07.2018 находился в отпуске по уходу за ребенком ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Приказом от 11.09.2017 № 153 ему установлен неполный режим рабочего времени (35 часов в неделю), при этом за ним была сохранена ежемесячная надбавка (фиксированная выплата) за увеличение объема работ (доп. соглашение от 02.03.2015) в размере 5 000,00 руб. Сотрудник выходил на работу в праздничные и выходные дни и находился на рабочем месте полный рабочий день. Приказом от 06.06.2018 № 18-от отпуск по уходу за ребенком ФИО6 прерван с 13.06.2018 и предоставлен очередной трудовой отпуск. Режим работы указанного сотрудника составил 88 % занятости рабочего времени ((35 часов / 40 часов) * 100% = 88%). При этом суммы денежных средств полученных ФИО6 возросли по сравнению с заработком, который данный сотрудник мог получать при условии полного (8 часового) рабочего дня.

Оценив данные обстоятельства в совокупности, с учетом правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 18.07.2017 № 307-КГ17-1728, суд считает, что указанное сокращение рабочего дня является формальным, не обеспечивает продолжение осуществления ухода за ребенком и не влечет утрату работниками заработка. Исходя из этого, пособие по уходу за ребенком, выплаченное таким работникам наряду с увеличившейся заработной платой уже не является ее компенсацией, а приобретает характер дополнительного материального стимулирования, что свидетельствует о злоупотреблении обществом правом в целях предоставления своим сотрудникам дополнительного материального обеспечения, возмещаемого за счет средств учреждения в размере, превышающем сумму пособия, возможностью получения которого обладали их неработающие супруги.

Выплата пособия при минимальном сокращении продолжительности рабочего дня противоречит целям установления и назначения самого пособия.

В соответствии со статьей 91 Трудового кодекса Российской Федерации нормальная продолжительность рабочего времени не может превышать 40 часов в неделю.

Рабочее время – время, в течение которого работник в соответствии с правилами внутреннего трудового распорядка и условиями трудового договора должен исполнять трудовые обязанности, а также иные периоды времени, которые в соответствии с настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации относятся к рабочему времени.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 28.02.2017 № 329-О, уменьшение продолжительности рабочего дня на 60 минут не позволяет фактически осуществлять уход за ребенком в полном объеме.

Оценив данные обстоятельства в совокупности, с учетом правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 18.07.2017 N 307-КГ17-1728, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что указанное сокращение рабочего дня является формальным, не обеспечивает продолжение осуществления ухода за ребенком и не влечет утрату работниками заработка. Исходя из этого, пособие по уходу за ребенком, выплаченное таким работникам наряду с незначительно уменьшенной заработной платой уже не является ее компенсацией, а приобретает характер дополнительного материального стимулирования, что свидетельствует о злоупотреблении страхователем правом в целях предоставления своим сотрудникам дополнительного материального обеспечения, возмещаемого за счет средств ФСС в размере, превышающем сумму пособия, возможностью получения которого обладали ФИО4 и ФИО6

В настоящем случае имело место незначительное сокращение рабочего времени лиц, претендующих на получение пособия по уходу за ребенком (на 1 час в день), такое сокращение рабочего времени не может расцениваться как мера, необходимая для осуществления ухода за ребенком, повлекшая утрату заработка, а потому, действия заявителя обоснованно признаны фондом злоупотреблением правом в целях предоставления своим сотрудникам дополнительного материального обеспечения, возмещаемого за счет средств фонда, что противоречит требованиям пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Доводы предприятия, изложенные в заявлении, основаны на неверном толковании норм права и выводов судов, содержащихся в приведенных судебных актах, и не соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным судом по настоящему делу в связи с чем подлежат отклонению.

В соответствии с частью 3 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

При таких обстоятельствах, правовых оснований для удовлетворения заявленных требований не имеется.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины по заявлению относятся на заявителя.

На основании вышеизложенного, руководствуясь названными нормативными актами, статьями 167 - 170, 176, 197 - 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении заявленных требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок от даты его принятия.

Судья                                                                 И.А. Погорелов