Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

http://5aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А51-8155/2023

г. Владивосток

18 июня 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 11 июня 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 18 июня 2024 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Т.А. Солохиной,

судей Л.А. Бессчасной, А.В.Пятковой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания В.В. Ли

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью "Импорт Востока",

апелляционное производство № 05АП-304/2024

на решение от 14.12.2023 

судьи А.А.Фокиной

по делу № А51-8155/2023 Арбитражного суда Приморского края

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Импорт Востока» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

к Дальневосточной электронной таможне (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о признании незаконным решения от 18.02.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10720010/191222/3093899, о взыскании судебных расходов по уплате госпошлины в размере 3000 руб.,

при участии:

от ООО «Импорт Востока»: представитель ФИО1 по доверенности от 01.04.2024, сроком действия на один год, диплом о высшем юридическом образовании (регистрационный номер 21664), паспорт;      

от Дальневосточной электронной таможни: представитель ФИО2 по доверенности от 21.12.2023, сроком действия до 31.12.2024, диплом о высшем юридическом образовании (регистрационный номер 3859), служебное удостоверение; представитель ФИО3 по доверенности от 14.07.2023, сроком действия до 13.07.2024, служебное удостоверение.      

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Импорт Востока» (далее по тексту – «заявитель», «декларант», «общество») обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным решения Дальневосточной электронной таможни (далее по тексту – «таможня», «таможенный орган», «ДВЭТ») от 18.02.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10720010/191222/3093899 (далее – спорная ДТ), а также о распределении судебных расходов по уплате госпошлины в размере 3000 рублей.

           Решением суда от 14.12.2023 в удовлетворении заявленных требований отказано.

           Общество, не согласившись с принятым решением, подало апелляционную жалобу и просит его отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований. 

           В обоснование доводов апелляционной жалобы общество ссылается на то, что отсутствие заявления продавца на оплату товара в адрес третьих лиц, либо несогласование условий оплаты в адрес третьих лиц основанием для внесения изменений в ДТ не являлось. При этом, вопреки доводам таможенного органа, отраженным в отзыве, таможней заявления продавца по оплате в адрес третьих лиц не запрашивались, в том числе по поставках товаров, отраженным в представленной ВБК (не имеющих отношения к поставке спорной товаров), равно как и не запрашивались пояснения по факту оплаты в адрес третьих лиц согласно требованиям пункта 4.4. контракта. Обращает внимание суда на то, что документы по оплате за спорную поставку были приобщены в материалы дела по запросу суда в рамках исполнения определения суда от 28.09.2023 и даны пояснения с разбивкой по суммам платежа, которые полностью корреспондируют с коммерческими документами. Касательно выводов суда о неподтверждении статуса третьих лиц, в адрес которых поступил платеж, обществом давались пояснения, которым суд не дал надлежащей оценки.

           Выводы суда по факту несоответствия наименования грузоотправителя в экспортной декларации наименованию продавца по причине отсутствия поручений продавца, содержащие указание на иного грузоотправителя при извещении покупателя о дате поставки и направлении транспортных документов, заявитель считает несостоятельным. Данный вывод был установлен в ходе судебного разбирательства и не был положен в основу принятого таможней решения.

           Кроме того, суд не дал какой-либо оценки в части выбранного таможней источника ценовой информации при определении таможенной стоимости третьим методом на предмет соответствия требованиям пункта 3 статьи 42 ТК ЕАЭС.

           Представитель общества в судебном заседании доводы апелляционной жалобы поддержал.

           Представитель ДЭТ на доводы жалобы возразил по основаниям, изложенным в письменном отзыве. Считает решение суда законным и обоснованным.

           Законность и обоснованность принятого решения проверена судом апелляционной инстанции в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса РФ (далее – АПК РФ).

           Из материалов дела судебной коллегией установлено, что в декабре 2022 года ООО «ИМПОРТ ВОСТОКА» в ДВТП ЦЭД подана ДТ №10720010/191222/3093899, в которой в целях помещения под таможенную процедуру выпуска для внутреннего потребления заявлены сведения о товаре «НОВЫЕ ВЕЛОСИПЕДЫ ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ,СЕРИЯ S. РАМА ИЗ МЕТАЛЛА С ЭЛЕМЕНТАМИ ИЗ ПОЛИМЕРНОГО МАТЕРИАЛА,РАЗЛИЧНЫХ ЦВЕТОВ, ДВУХКОЛЕСНЫЕ, БЕЗ ДВИГАТЕЛЯ, ПОСТАВЛЯЮТСЯ ЧАСТИЧНО В РАЗОБРАННОМ ВИДЕ ДЛЯ УДОБСТВА ТРАНСПОРТИРОВКИ,В КАРТНОННЫХ КОРОБКАХ, ИДЕНТИФИКАЦИОННЫЙ ПРОИЗВОДИТЕЛЬ: TIANJIN DULUN CO ТОВАРНЫЙ ЗНАК: SUMMA, МАРКА: HOTWOLF МОДЕЛЬ: N/M», поступившем из Китая на условиях СРТ УССУРИЙСК во исполнение внешнеторгового контракта от 01.08.2022 № XGL-01 (далее - контракт), заключенного с компанией XITECO GROUP LIMITED. 

           Заявленная декларантом таможенная стоимость товара определена им методом по стоимости сделки с ввозимыми товарами. 

           19.12.2022 в ходе осуществления контроля таможенной стоимости товаров, задекларированных в ДТ №10720010/191222/3093899, таможенным постом у декларанта запрошены документы, сведения и пояснения. 

           16.02.2023 в информационную систему таможенного органа от декларанта поступил ответ на запрос документов и (или) сведений от 19.12.2022 с приложением документов, имеющихся в распоряжении декларанта. 

           Посчитав, что сведения, использованные декларантом при заявлении таможенной стоимости товара, не основаны на количественно определяемой и документально подтвержденной информации, таможенный орган 18.02.2023 принял решение о внесение изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорной ДТ, определив её третьим методом по стоимости сделки с однородными товарами. 

           Не согласившись с решением таможни от 18.02.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в указанной ДТ, считая, что данное решение повлекло возложение на декларанта необоснованного и излишнего финансового бремени в виде дополнительно начисленных таможенных платежей, заявитель обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением. 

           Исследовав материалы дела, проверив в порядке статей 266 - 271 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, арбитражный суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта на основании следующего.

           Согласно части 1 статьи 198, части 4 статьи 200, частям 2 и 3 статьи 201 АПК РФ для признания недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов и их должностных лиц необходимо наличие в совокупности двух условий: несоответствия оспариваемого ненормативного правового акта, решений и действий (бездействия) закону или иному нормативному правовому акту и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

           Пунктом 2 статьи 38 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС) установлено, что таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию Союза, определяется в соответствии с настоящей главой, если при ввозе на таможенную территорию Союза товары пересекли таможенную границу Союза.

           В соответствии с пунктом 10 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

           Согласно пункту 15 статьи 38 ТК ЕАЭС основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 данного Кодекса.

           Пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС установлено, что таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 указанного Кодекса, при выполнении следующих условий:

           1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые: ограничивают географический регион, в котором товары могут быть перепроданы; существенно не влияют на стоимость товаров; установлены актами органов Союза или законодательством государств-членов;

           2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено;

           3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу, кроме случаев, когда в соответствии со статьей 40 ТК ЕАЭС могут быть произведены дополнительные начисления;

           4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 данной статьи.

           В соответствии с подпунктом 4 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС при определении таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за эти товары, добавляются дополнительные начисления, к которым относятся и расходы на перевозку (транспортировку) ввозимых товаров до места прибытия таких товаров на таможенную территорию Союза, а если Комиссией в зависимости от вида транспорта, которым осуществляется перевозка (транспортировка) товаров, и особенностей такой перевозки (транспортировки) определены иные места, - до места, определенного Комиссией.

           Пунктом 1 Решения Коллегии ЕАЭК от 22.05.2018 №83 «О расчете дополнительных начислений при определении таможенной стоимости товаров» установлено, что в случае, если дополнительные начисления, указанные в подпунктах 4 и 5 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС, относятся ко всем или нескольким наименованиям товаров ввозимых на таможенную территорию Евразийского экономического союза, определение величины дополнительных начислений, подлежащих добавлению к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за каждое наименование товара, осуществляется пропорционально величине, определяемой отношением веса брутто каждого наименования товара к общему весу брутто товаров, к которым относятся такие дополнительные начисления.

           В случае если хотя бы одно из условий, указанных в пункте 1 статьи 39 ТК ЕАЭС, не выполняется, цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате, не является приемлемой для определения таможенной стоимости ввозимых товаров и метод 1 (метод по стоимости сделки с ввозимыми товарами) не применяется (пункт 2 статьи 39 ТК ЕАЭС).

           В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 313 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании (далее - контроль таможенной стоимости товаров), таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров). При проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза.

           В соответствии с пунктом 6 статьи 324 ТК ЕАЭС проверка таможенных, иных документов и (или) сведений проводится путем анализа документов и сведений, указанных в пункте 1 статьи 324 ТК ЕАЭС, в том числе путем сопоставления сведений, содержащихся в одном документе, между собой, а также со сведениями, содержащимися в иных документах, в том числе в документах, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, со сведениями, полученными из информационных систем, используемых таможенными органами, и (или) информационных систем государственных органов (организаций) государств-членов в рамках информационного взаимодействия, из других источников, имеющихся в распоряжении таможенного органа на момент проведения проверки, а также другими способами в соответствии с международными договорами и актами в сфере таможенного регулирования и (или) законодательством государств-членов ЕАЭС.

           Согласно пункту 8 статьи 324 ТК ЕАЭС проверка таможенных, иных документов и (или) сведений в отношении таможенной декларации, документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, сведений, заявленных в таможенной декларации и (или) содержащихся в представленных таможенным органам документах, начатая до выпуска товаров, проводится в соответствии со статьей 325 ТК ЕАЭС.

           Из анализа положений статей 324, 325 ТК ЕАЭС следует, что в случае обоснованных сомнений в достоверности заявленных сведений, их неподтвержденности, таможенный орган вправе провести такую форму таможенного контроля как проверка таможенных, иных документов и (или) сведений, запросив у декларанта документы, подтверждающие достоверность заявленных в ДТ сведений и приложенных к ней документов, в том числе сканированные копии документов, которые представлены в таможенный орган вместе с ДТ в формализованном виде. При этом на декларанте лежит обязанность по представлению в таможенный орган соответствующих документов, сведений либо пояснений.

           Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 14 Постановления Пленума от 26.11.2019 №49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее – Постановление Пленума №49), рассматривая споры, связанные с результатами таможенного контроля таможенной стоимости, начатого до выпуска товаров, включая споры о возврате таможенных платежей в связи с несогласием плательщика с результатами таможенного контроля, судам следует учитывать, что исходя из взаимосвязанных положений статей 313, 325 ТК ЕАЭС вывод о неподтвержденности заявленной таможенной стоимости формулируется таможенным органом в соответствии с тем объемом документов, сведений и пояснений, которые были им собраны и даны (раскрыты) декларантом на данной стадии таможенного контроля.

           Согласно пункту 4 статьи 325 ТК ЕАЭС таможенный орган вправе запросить коммерческие, бухгалтерские документы, сертификат о происхождении товара и (или) иные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах, в случае, если документы, представленные при подаче таможенной декларации либо представленные в соответствии с пунктом 2 данной статьи, не содержат необходимых сведений или должным образом не подтверждают заявленные сведения, либо если таможенным органом выявлены признаки несоблюдения положений ТК ЕАЭС и иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства государств-членов, в том числе недостоверности сведений, содержащихся в таких документах.

           Запрос документов и (или) сведений у декларанта в соответствии с пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС должен быть обоснованным и должен содержать перечень признаков, указывающих на то, что сведения, заявленные в таможенной декларации, и (или) сведения, содержащиеся в иных документах, должным образом не подтверждены либо могут являться недостоверными, перечень дополнительно запрашиваемых документов и (или) сведений, а также сроки представления таких документов и (или) сведений. Перечень запрашиваемых документов и (или) сведений определяется должностным лицом таможенного органа исходя из проверяемых сведений с учетом условий сделки с товарами, характеристик товара, его назначения, а также иных обстоятельств (пункт 5 статьи 325 ТК ЕАЭС).

           Согласно пункту 15 статьи 325 ТК ЕАЭС, если представленные в соответствии с указанной статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенный орган до истечения срока, установленного 2 абзацем пункта 14 статьи 325 ТК ЕАЭС, вправе запросить дополнительные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах. Такие дополнительные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, должны быть представлены не позднее 10 календарных дней со дня регистрации таможенным органом запроса.

           Пунктом 17 статьи 325 ТК ЕАЭС установлено, что при завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные в соответствии с данной статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений ТК ЕАЭС, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 ТК ЕАЭС.

           В силу абзаца 2 пункта 13 Постановления Пленума №49, при разрешении споров, касающихся правильности определения таможенной стоимости ввозимых товаров, судам следует учитывать, какие признаки недостоверного определения таможенной стоимости были установлены таможенным органом и нашли свое подтверждение в ходе проведения таможенного контроля, в том числе с учетом документов (сведений), собранных таможенным органом и дополнительно предоставленных декларантом.

           Судебной коллегией установлено, что в ходе контроля заявленной таможенной стоимости таможней были выявлены признаки, указывающие на то, что заявленные обществом при декларировании товаров сведения и представленные к таможенному оформлению документы могут являться недостоверными, что исключает возможность их принятия в целях подтверждения заявленной таможенной стоимости товара по первому методу.

           Так, в результате использования ИСС «Малахит» выявлено, что уровень заявленной таможенной стоимости значительно ниже средних показателей стоимости идентичных/однородных товаров как в целом по ФТС России (на -54,28 %), так и по ДВТУ (на -62,48%).

           При таких обстоятельствах апелляционный суд приходит к выводу о том, что у таможни имелись законные основания для проведения дополнительной проверки заявленной таможенной стоимости, в силу которой у декларанта были запрошены дополнительные пояснения и документы по факторам, влияющим на низкую цену декларируемого товара по сравнению с ценой на идентичные или однородные товары.

           Как разъяснено в пункте 11 Постановления Пленума №49, в порядке реализации положений пункта 2 статьи 313, пункта 15 статьи 325 ТК ЕАЭС декларант вправе предоставить пояснения об экономических и иных разумных причинах значительного отличия стоимости сделки с ввозимыми товарами от ценовой информации, имеющейся у таможенного органа, которые должны быть приняты во внимание при вынесении окончательного решения.

           Лицо, ввозящее на таможенную территорию товар по цене, значительно отличающейся от сопоставимых цен идентичных (однородных) товаров, должно обладать документами, подтверждающими действительное приобретение товара по такой цене и доступными для получения в условиях внешнеторгового оборота (пункт 12 Постановления Пленума №49).

           Поскольку декларантом был избран первый метод таможенной оценки, основанный на стоимости сделки с ввозимыми товарами, то проверка таможней формирования цены сделки была необходима для установления факта выполнения декларантом условий, определенных статьей 39 ТК ЕАЭС.

           Из материалов дела усматривается, что при таможенном оформлении товара по ДТ №10720010/191222/3093899, обществом представлены: контракт от 01.08.2022 №XGL-01, спецификация от 05.12.2022 №XGL-020 к контракту, инвойс от 05.12.2022 №XGL-020, упаковочный лист №XGL-020, прайс-лист продавца от 05.12.2022 №XGL-020, экспортная декларация, а также иные документы и пояснения, в подтверждение заявленного метода таможенной оценки.

           По условиям пункта 1.1 контракта от 01.08.2022 №XGL-01, заключенного между ООО «Импорт Востока» и иностранной компанией XITECO GROUP LIMITED, продавец обязуется поставлять, а покупатель принимать и оплачивать продукцию (различных товаров народного потребления), на условиях контракта, ассортимент, количество, наименование, условия поставки и цена за каждую единицу товара по каждой конкретной поставке определяются в спецификации к контракту, заключаемой по поставки каждой партии.

           Следовательно, спецификации являются неотъемлемой частью данного контракта и документом, в котором сторонами должны быть согласованы существенные условия сделки (наименование, ассортимент, количество, цена, общая стоимость и условия поставки), в данном случае таким документом является спецификация к контракту №XGL-020 от 05.12.2022.

           В силу пункта 2.1 контракта общая сумма контракта составляет 1 000 000 долл. США.

           В цену товара включаются стоимость товара, затраты на погрузку, выгрузку, взвешивание и доставку до пункта назначения, все таможенные формальности, все пошлины, налоги и сборы, связанные с экспортом товара, также все затраты по упаковке, маркировке и прочие расходы, согласно условиям поставки (пункт 2.4 контракта).

           Пунктом 4.2 контракта согласовано, что платежи по нему могут осуществляться по предварительной договоренности сторон на условиях 100% предоплаты или отсрочки платежа на 180 дней с момента исполнения Продавцом обязанности по поставке товара.

           Согласно спецификации к контракту от 05.12.2022 №XGL-020, сторонами достигнуто соглашение на поставку товаров на условиях СРТ Уссурийск на общую сумму 28 588,68 долл. США. Пункт 2 спецификации предусматривает отсрочку оплаты товара на 180 дней.

           Продавцом был сформирован и выставлен инвойс от 05.12.2022 №XGL-020 на ту же сумму также содержащий в себе условия о том, что оплата осуществляется в долл. США банковским переводом в течение 180 дней с даты поставки товара.

           Вместе с тем, в отгрузочной спецификации №XGL-020 от 05.12.2022 условия оплаты указаны иные: «Оплата за поставки продукции осуществляется в долларах США банковским переводом согласно пункту 4.1 контракта».

           В подтверждение оплаты товара общество представило заявления на перевод от 28.12.2022 №20 на сумму 102 470 долл. США, в графе «Назначение платежа» которого содержится ссылка на контракт 01.08.2022 №XGL-01, инвойсы №№ XGL-013, XGL-016, XGL-018, XGL-020.

           При этом апелляционный суд отмечает, что в качестве бенефициара в данном платежном документе указана компания «FUJIN CITY XIN AO ECONOMIC AND TRADE CO., LTD», Acc. №165236529046, Code Country: 156, Country: CHINA, Cultural Community, 24 groups, Fujin, не являющаяся контрагентом по контракту от 01.08.2022 №XGL-01.

           Действительно, как указывает заявитель, оплата в адрес третьих лиц не противоречит требованиям пункта 3 статьи 39 ТК ЕАЭС, согласно которому ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом возможность подобных расчетов иными нормами национального законодательства и международного права не ограничена.

           Вместе с тем, согласно пункту 4.1 контракта стороны согласовали, что платеж за каждую партию товара, поставляемого по контракту, производится покупателем банковским переводом в долларах США на расчетный счет продавца по реквизитам, указанным в пункте 14 контракта, либо на расчетный счет третьего лица, указанного в письменном заявлении Продавца (пункт 4.4. контракта).

           По условиям пункта 4.4. контракта от 01.08.2022 №XGL-01 платеж за поставляемую партию товара может быть осуществлен на расчетный счет третьего лица по письменному заявлению продавца. Письменное заявление продавца должно содержать банковские реквизиты лица, в пользу которого осуществляется платеж.

           Следовательно, осуществление оплаты за товар на реквизиты третьего лица возможно лишь при наличии письменного заявления продавца.

           При этом вопреки доводам апеллянта, коллегия учитывает, что в рамках запроса документов и (или) сведений от 19.12.2022 таможенным органом в числе прочего у декларанта были запрошены оригинал внешнеторгового контракта, а также все действующие приложения и дополнения (изменения) к контракту (пункт 1 запроса).   

           Однако, ни при подаче спорной ДТ, ни в ходе дополнительной проверки письменное заявление продавца о согласовании оплаты спорной поставки на реквизиты третьего лица обществом не представлялось.

           Ссылка общества в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции на письма-поручения инопартнёра от 21.11.2022, от 30.12.2022 об оплате по реквизитам указанных лиц, являющихся агентами продавца, обоснованно отклонена судом, поскольку обществом не пояснено, каким образом агенты продавца принимали участие в исполнении рассматриваемой поставки. Из представленных писем-поручений об оплате либо иных документов установить данные обстоятельства не представляется возможным.

           Следовательно, мнение заявителя о согласовании возможности расчетов за поставляемый товар на расчетные счета иных лиц, отличных от продавца обоснованно отклонен судом первой инстанции.

           Кроме того, ведомость банковского контроля по состоянию на 13.02.2023, представленная таможне по запросу, содержит платежи, совершённые 28.12.2022 на сумму 102 470 долл. США и 17.01.2023 на сумму 68 981,50 долл.США, однако идентифицировать их с рассматриваемой поставкой не представляется возможным, поскольку в соответствии с сальдо расчётов оплаты поступило на 8 127,40 долл.США меньше, чем представлено подтверждающих документов (ДТ).

           Доводы общества о невозможности представления таможенному органу надлежащих доказательств оплаты товара в связи со сбоем в программном обеспечении, и представление их только на стадии рассмотрения дела не могут служить основанием для признания решения незаконным, поскольку декларантом должны были предприняты все необходимые меры для предоставления запрошенных документов, в установленный таможенным органом срок. Так, заявитель не был лишен возможности представить данные документы в таможенный орган на бумажном носителе, либо представить пояснения о техническом сбое и ходатайствовать о продлении сроков проведения проверки и предоставления запрошенных документов. Вместе с тем, указанным правом декларант не воспользовался.

           Как следует из запроса от 19.12.2022 таможня предложила заявителю дополнительно представить оригинал внешнеторгового контракта, все действующие приложения, дополнения (изменения) к контракту (пункт 1), другие документы и сведения, в том числе полученные декларантом от иных лиц, включая лиц, имеющих отношение к производству, перемещению и реализации ввозимых товаров, которые декларант считает возможным представить (пункт 2), сведения о наличии между сторонами внешнеторговой сделки дистрибьюторских, дилерских и иных соглашений (в том числе трёхсторонних) с представлением копий таких документов (пункт 3), банковские платежные документы с отметками банка по оплате счетов-фактур (инвойсов) по декларируемой партии товаров в сканированном виде, и документы, позволяющие однозначно идентифицировать произведенную оплату с рассматриваемой поставкой, документ, согласующий порядок оплаты по данной поставке, документы о согласовании банковских реквизитов (пункт 5). 

           Как следует из материалов дела, ответ на запрос таможни поступил от декларанта 16.02.2023, и на эту дату декларант располагал как заявлениями на перевод от 28.12.2022 №20, от 17.01.2023 №4, так и письмами-поручениями инопартнёра от 21.11.2022, от 30.12.2022 об оплате, а также дополнительными соглашениями к контракту от 30.11.2022 №13, от 12.01.2023 №17, однако таможенному органу данные документы не представил. 

           Между тем, судебное разбирательство не должно подменять осуществление таможенного контроля в соответствующей административной процедуре, новые доказательства признаются относимыми к делу и могут быть приняты (истребованы) судом, если ходатайствующее об этом лицо обосновало наличие объективных препятствий для получения этих доказательств до вынесения оспариваемого решения таможенного органа (пункт 14 Постановления Пленума №49.

           В рассматриваемом случае, общество не представило суду надлежащего обоснования непредставления таких документов.

           Кроме того, в рамках дополнительной проверки в целях подтверждения заявленной таможенной стоимости товара, у общества была запрошена экспортная декларация страны отправления.

           Экспортная декларация является одним из документов, отражающим цену товара при его таможенном оформлении в стране вывоза, и в отличие от коммерческих документов (инвойс, спецификация, коммерческое предложение) оформляется не только от имени продавца, который находится в прямой коммерческой зависимости от покупателя и его интересов, но и государственными органами страны отправления.

           Сведения, содержащиеся в экспортной декларации страны вывоза, представляются в таможенный орган страны отправления продавцом товара, у которого отсутствует заинтересованность в предоставлении таможенному органу страны отправления сведений, отличных от сведений, содержащихся в коммерческих документах по сделке, тем более приводящих к завышению таможенной стоимости вывозимого товара.

           Из материалов дела следует, что в ответ на запрос таможенного органа декларантом представлена экспортная декларация страны отправления №190720220072676318, в которой, по мнению таможенного органа, не сопоставляются сведения о реквизитах и содержании основных товаросопроводительных документов (инвойс, коносаменте) с аналогичными сведениями из документов, представленных декларантом. 

           Согласно условиям контракта, продавцом является XITECO GROUP LIMITED, отправителем товара согласно графе 2 спорной ДТ и данным гр. 1 международной ТТН (CMR) № XGL-020 является также XITECO GROUP LIMITED, однако согласно экспортной таможенной декларации грузоотправителем, а также предприятием-изготовителем и продавцом является Schetko Group Ltd. 

           В ходе судебного разбирательства заявитель, не оспаривая данное обстоятельство, указал на предусмотренную контрактом и обычаями делового оборота возможность поручить отправку товара третьему лицу. 

           Действительно, в силу пункта 3.3 контракта отгрузка и поставка товара может осуществляться третьими лицами, на кого укажут продавец или покупатель, однако продавец обязан заблаговременно передать покупателю надлежащее извещение о дате поставки очередной партии (пункт 3.2), а также передать покупателю вместе с товаром транспортные документы, спецификацию, инвойс, упаковочный лист (пункт 3.5). 

           Таким образом, как указывалось ранее, в случае поручения поставки третьему лицу должно быть соответствующее указание продавца или покупателя об этом, а также уведомление о выборе иного грузоотправителя при извещении о дате поставки и направлении транспортных документов. 

           Вместе с тем, таких документов таможенному органу не представлено, выбор иного грузоотправителя при исполнении рассматриваемой поставки в транспортных и коммерческих документах сделки отражения не нашёл. 

           Представленная обществом экспортная декларация содержит информацию об условиях поставки (2) СРТ (при этом в переводе декларации в данном поле указано «(3) СРТ»), однако согласно пункту 25 Порядка заполнению импортно-экспортной декларации Главного таможенного управления КНР доведённому письмом ФТС России от 15.04.2019 №16-31/22462, выбор и заполнение графы таможенной декларации «Тип сделки» осуществляется в соответствии с утвержденным ГТУ КНР «Классификатором типов сделок», который в настоящее время не содержит тип сделки СРТ (код – 2 или 3), иное заполнение данной графы является недопустимым; согласно Классификатору типов сделок при заполнении экспортных ДТ код 2 соответствует термину С&F, код 3 – соответствует термину FOB; термин СРТ Классификатором типов сделок не предусмотрен. 

           Также ДЭТ указывает на то, что в экспортной декларации выявлены разночтения в графе «Номер транспортного средства», где указано M350ОE/MA1B08FP011086, тогда как в СМR указан № M350OE/AB5027; в графе «Номер товарно-транспортной накладной» указан №AB502720221217, при этом в таможенный орган представлена СМR №XGL-020. 

           Проверив доводы таможни относительно представленной экспортной декларации, суд установил, что в поле «Номер товарно-транспортной накладной» указан буквенно-цифровой код «AB502720221217», в котором первые буквы и четыре цифры «AB5027» - номер полуприцепа (гр. 25 СМR), оставшиеся цифры «20221217» соответствуют дате перевозки «17.12.2022» в формате ГГГГ.ММ.ДД; в поле «Название транспортного средства и номер рейса» указано «M350ОE/MA1B08FP011086», где «M350OE» - это номер тягача (гр. 25 СМR). Номер тягача и полуприцепа соответствуют также сведениям графы 18 спорной ДТ. 

           Согласно Порядку заполнения импортно-экспортной декларации Главного таможенного управления КНР в поле 11 «номер транспортной накладной» указывается номер коносамента или транспортной накладной, однако при перевозке автомобильным транспортом данная графа до введения системы регулирования накладных при перевозке автомобильным транспортом не заполняется; при перемещении товара в пределах провинции Гуандун указывается регистрационный номер транспортного средства; при экспорте при выполнении таможенных формальностей способом консолидированного таможенного декларирования – указывается дата начала и завершения ввоза и вывоза (4 знака – год, 2 знака – месяц, 2 знака - день). 

           Таким образом, в поле «Номер коносамента (накладной)» экспортной декларации фактически указаны номер транспортного средства и дата начала перевозки, в связи с чем, несоответствия сведений и нарушения в заполнении экспортной декларации в данной части отсутствуют.

           Довод таможни о непредставлении обществом прайс-листа производителя либо продавца также необоснован, поскольку данный документ содержался в пакете документов, поступивших от декларанта при декларировании и по запросу таможни.

           Под прайс-листом понимается документ, содержащий сведения о цене предложения реализуемых товаров, оказываемых услуг, производимых работ на определенную дату или определенный период.

           Указанная в прайс-листе информация по выбору лица, реализующего товар, может быть как публичной, так и адресованной к конкретному контрагенту с учетом фактически сложившихся правоотношений последнего с продавцом товара. При этом, информация прайс-листа может являться справочной либо проверочной величиной в совокупности с иными коммерческими документами, но не основным коммерческим документом, свидетельствующим об условиях конкретной сделки, ни тем более основанием для корректировки таможенной стоимости.

           Как следует из материалов дела, обществом в таможенный орган представлен прайс-лист продавца от 05.12.2022 №XGL-020, по существу дублирующий сведения инвойса, в связи с чем, таможня не была лишена возможности дать ему оценку наряду с другими документами декларанта.

           Вместе с тем, отдельные ошибочные выводы таможни в целом не привели к необоснованному решению о необходимости внесения изменений в ДТ, поскольку представленными обществом документами и сведениями не обоснован объективный характер значительного отличия цен на декларируемые товары от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов по сделкам с однородными товарами, ввезенными в Российскую Федерацию при сопоставимых условиях, иных официальных и общепризнанных источниках информации.

           Выявленные несоответствия указывают на документальную неподтвержденность и количественную неопределенность заявленных декларантом сведений.

           От лица, ввозящего на таможенную территорию товар по цене, значительно отличающейся от сопоставимых цен идентичных (однородных) товаров, в целях исполнения требований пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС, подпунктов 1, 4, 9 пункта 1 статьи 106 ТК ЕАЭС разумно ожидать поведения, направленного на заблаговременное собирание доказательств, подтверждающих действительное приобретение товара по такой цене и доступных для получения в условиях внешнеторгового оборота.

           В соответствии с пунктом 3 статьи 108 ТК ЕАЭС документы, подтверждающие сведения, заявленные в таможенной декларации, должны быть у декларанта на момент подачи таможенной декларации.

           При этом судебная коллегия учитывает, что по смыслу положений статей 106, 108, 326 ТК ЕАЭС обязанность по представлению документов, обосновывающих заявленную таможенную стоимость, лежит на декларанте.            

           В рассматриваемом случае, со стороны декларанта отсутствовала должная степень раскрытия информации, позволившей таможенному органу в ходе контрольного мероприятия удостовериться в наличии всех необходимых сведений, подтверждающих обоснованность в рассматриваемом случае первого метода определения таможенной стоимости товаров.

           Апелляционный суд отмечает, что непредставление декларантом дополнительных документов по запросу таможенного органа в ходе таможенного контроля и представление их в материалы дела при обращении в суд не могут быть рассмотрены судом, поскольку по правилам главы 24 АПК РФ законность и обоснованность решения таможенного органа проверяется на дату его принятия, в связи с чем, судебное разбирательство не может подменять собой таможенный контроль, имевший место на определенную дату.

           Исходя из установленных обстоятельств по делу, коллегия соглашается с выводами таможенного органа, изложенными в оспариваемом решении, о том, что декларантом при заявлении таможенной стоимости товаров по спорным ДТ не соблюдены требования пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС и не устранены основания для проведения дополнительной проверки таможенной стоимости.

           Указанное обстоятельство в силу пункта 3 статьи 112 ТК ЕАЭС является основанием для принятия решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации.

           Согласно пункту 1 статьи 42 ТК ЕАЭС, в случае если таможенная стоимость ввозимых товаров не может быть определена в соответствии со статьями 39 и 41 названного Кодекса, таможенной стоимостью таких товаров является стоимость сделки с однородными товарами, проданными для вывоза на таможенную территорию Союза и ввезенными на таможенную территорию Союза в тот же или в соответствующий ему период времени, что и оцениваемые товары, но не ранее чем за 90 календарных дней до ввоза на таможенную территорию Союза оцениваемых товаров.

           Стоимостью сделки с однородными товарами является таможенная стоимость этих товаров, определенная в соответствии со статьей 39 названного Кодекса и принятая таможенным органом. При определении таможенной стоимости ввозимых товаров в соответствии с названной статьей используется стоимость сделки с однородными товарами, проданными на том же коммерческом уровне и по существу в том же количестве, что и оцениваемые товары.

           В случае если такие продажи не выявлены, используется стоимость сделки с однородными товарами, проданными на ином коммерческом уровне и (или) в иных количествах, с соответствующей поправкой, учитывающей различия в коммерческом уровне продажи и (или) в количестве товаров.

           В случае если выявлено более одной стоимости сделки с однородными товарами с учетом поправок в соответствии с пунктами 1 и 2 настоящей статьи, для определения таможенной стоимости ввозимых товаров применяется самая низкая из них (пункт 3 статьи 42 ТК ЕАЭС).

           Согласно статье 37 ТК ЕАЭС, «однородные товары» - товары, не являющиеся идентичными во всех отношениях, но имеющие сходные характеристики и состоящие из схожих компонентов, произведенные из таких же материалов, что позволяет им выполнять те же функции, что и оцениваемые товары, и быть с ними коммерчески взаимозаменяемыми. При определении, являются ли товары однородными, учитываются такие характеристики, как качество, репутация и наличие товарного знака.

           Как следует из оспариваемого решения таможни, таможенная стоимость задекларированного в спорной ДТ товара скорректирована с применением метода по стоимости сделки с однородными товарами по правилам, предусмотренным статьей 42 ТК ЕАЭС, на основании соответствующих источников ценовой информации № 10720010/270922/3070879, ТС=1941.230,КГ=11.5. 

           Сравнительный анализ товара, заявленного в спорной ДТ, с указанным источником ценовой информации, не выявил существенных различий в наименовании сравниваемых товаров.

           Нарушений при выборе источника ценовой информации коллегией не установлено. 

           Довод общества о наличии иных источников ценовой информации судебной коллегией отклоняется, поскольку сопоставление данных ДТ, приведенных таможней по отношению к оцениваемому товару и условиям (обстоятельствам) сделки его приобретения/поставки в наибольшей степени отвечает требованиям статей 37, 42 ТК ЕАЭС.

           В соответствии с частью 3 статьи 201 АПК РФ в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

           Руководствуясь частью 3 статьи 201 АПК РФ, суд первой инстанции правомерно отказал обществу в удовлетворении заявленных требований.

           Доводы заявителя апелляционной жалобы не могут быть приняты во внимание, поскольку не опровергают выводов суда первой инстанции, а лишь выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены судебного акта.

           Учитывая изложенное, арбитражный суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции сделаны в соответствии со статьей 71 АПК РФ на основе полного и всестороннего исследования всех доказательств по делу с правильным применением норм материального права.

           Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.

           При изложенных обстоятельствах решение суда первой инстанции является законным и обоснованным, оснований для его отмены и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

           По результатам рассмотрения апелляционной жалобы судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 1 500 рублей на основании статьи 110 АПК РФ относятся коллегией на апеллянта.

Руководствуясь статьями 258, 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Приморского края от 14.12.2023  по делу №А51-8155/2023  оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение двух месяцев.

Председательствующий

Т.А. Солохина

Судьи

Л.А. Бессчасная

А.В.Пяткова