2353/2023-119798(2) 

 

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27  

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/ 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда апелляционной инстанции 

по проверке законности и обоснованности решений (определений)  

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А01-4362/2020

город Ростов-на-Дону

05 декабря 2023 года

15АП-18006/2023  

Резолютивная часть постановления объявлена 28 ноября 2023 года.  

Полный текст постановления изготовлен 05 декабря 2023 года. Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Николаева Д.В., судей Гамова Д.С., Сулименко Н.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания  ФИО1,  

при участии посредством проведения онлайн-заседания в режиме веб-конференции:  

от финансового управляющего ФИО2 - ФИО3: представитель ФИО4  по доверенности от  20.11.2023,  

от общества с ограниченно ответственностью "АЭРОПОРТ СИТИ": представитель  ФИО5 по доверенности от 05.10.2023,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО9 на определение Арбитражного суда Республики Адыгея от 05.10.2023 по  делу № А01-4362/2020 о признании сделки недействительной и применении последствий  недействительности сделки по заявлению финансового управляющего ФИО2 - ФИО6 к ФИО9, третьи лица: ФИО7, финансовый управляющий  ФИО7 - ФИО8 в рамках дела о  несостоятельности (банкротстве) ФИО2,  

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (далее - должник) финансовый управляющий должника обратился в суд с  заявлением о признании сделки недействительной и применении последствий  недействительности сделки  

Определением Арбитражного суда Республики Адыгея от 05.10.2023 суд признал  недействительными сделками - договор поручительства № 2 от 27.12.2018, договор залога  от 27.12.2018, заключенные между ФИО2 и  ФИО9.  

ФИО9 обжаловал определение суда первой инстанции в  порядке, предусмотренном гл. 34 АПК РФ, и просил отменить судебный акт, принять  новый.  

Суд огласил, что от финансового управляющего ФИО2  ФИО3 через канцелярию суда поступил отзыв на апелляционную  жалобу.  

Суд, совещаясь на месте, определил: приобщить отзыв на апелляционную жалобу к  материалам дела.  

В судебном заседании представитель финансового управляющего ФИО2 ФИО3 поддержал доводы, изложенные  в отзыве на апелляционную жалобу, просил определение суда оставить без изменения,  апелляционную жалобу - без удовлетворения.  

Представитель общества с ограниченно ответственностью "АЭРОПОРТ СИТИ"  поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил определение  суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.  

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и  месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не  обеспечили.  

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным  рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц,  участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.  

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва, выслушав  представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции  пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по  следующим основаниям.  

Как следует из материалов дела, ФИО2 (далее - ФИО2, должник) обратился в Арбитражный суд Республики Адыгея с заявлением о  признании его несостоятельным (банкротом).  

Решением Арбитражного суда Республики Адыгея от 13.04.2021 гражданин ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура  реализации имущества гражданина сроком на пять месяцев, финансовым управляющим  утвержден ФИО6.  

5 апреля 2022 года финансовый управляющий гражданина ФИО2  ФИО6 обратился в Арбитражный суд Республики Адыгея с заявлением к  ФИО9, третьи лица: ФИО7,  финансовый управляющий гражданки ФИО7 ФИО8 о признании недействительными сделками договора поручительства № 2 от  27.12.2018, договора залога от 27.12.2018, заключенного между ФИО2 и  ФИО9 и применении последствий недействительности сделок.  

В обоснование заявленных требований финансовый управляющий указал, что  оспариваемые сделки противоречат принципам добросовестности и разумности, были  заключены без какого-либо встречного предоставления со стороны выгодоприобретателя  по сделкам и в отсутствие реального регрессного требования. Сделки не имели для  должника экономической цели и выгоды, повлекли причинение ему убытков и ущерба его  кредиторам.  

Определением Арбитражного суда Республики Адыгея от 01.08.2022 ФИО6 освобожден от исполнения возложенных на него обязанностей  финансового управляющего ФИО2 Указанным судебным актом финансовым  управляющим утверждена ФИО3.  

Финансовый управляющий должника ФИО3 представила дополнение к  заявлению, в котором указала, что наличие недобросовестности в действиях ФИО9, ФИО2 и ФИО7 в период заключения спорных сделок установлено  судебными актами, оспариваемые сделки предполагали погашение за счет имущества  ФИО2 обязательств ФИО7 перед ФИО9, что влечет за собой  причинение ущерба кредиторам должника. Просила признать сделки недействительными  и применить последствия недействительности сделок.  

Хамидуллин И.Х. представил отзыв на заявление финансового управляющего, в  котором указал, что является добросовестным участником сделок, основания для  удовлетворения заявленных требований отсутствуют.  

Конкурсный кредитор ООО «Аэропрт Сити» представил отзыв, согласно которому  поддерживает заявленные требования финансового управляющего должника,  оспариваемые сделки считает недействительными.  

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, дав надлежащую правовую оценку доводам лиц,  участвующих в деле, суд первой инстанции удовлетворил заявление финансового  управляющего должника, обоснованно приняв во внимание нижеследующее.  

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом  по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными  федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).  

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о банкротстве  юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей,  рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным  процессуальным кодексом Российской Федерации (далее - АПК РФ), с особенностями,  установленными настоящим Федеральным законом.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения,  связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой,  регулируются главами I - VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI  настоящего Федерального закона.  

В силу статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки  должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и  подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.  

Кредиторы или иные лица, в отношении которых совершена оспариваемая сделка  или о правах и об обязанностях которых может быть принят судебный акт в отношении  оспариваемой сделки, являются лицами, участвующими в рассмотрении арбитражным  судом заявления об оспаривании сделки должника.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об  оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2  или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим  по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а  также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его  кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет  более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в  реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении  которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.  

В обоснование заявленных требований финансовый управляющий должника  ссылался на нормы статьи 61.2 Закона о банкротстве, нормы статей 10 и 168  Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ), указывал на то, что  оспариваемые сделки противоречат принципам добросовестности и разумности, при этом  наличие недобросовестности в действиях ФИО9, ФИО2 и ФИО7  в период заключения спорных сделок установлено судебными актами. По мнению  управляющего, сделки были совершенны с целью погашения задолженности ФИО7  перед ФИО9, при отсутствии встречного равноценного и реального  предоставления в пользу ФИО2 На этом основании заявитель полагает, что сделки  не имели для должника экономической цели и выгоды, повлекли причинение ему убытков  и ущерба кредиторам.  

Удовлетворяя заявленные требования финансового управляющего должника о  признании сделок недействительными, суд первой инстанции обоснованно  руководствовался из следующим.  

В соответствии с пунктами 1, 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки,  совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны  недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации  (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о  банкротстве.  

Положениями статьи 61.2 Закона о банкротстве регулируется оспаривание  подозрительных сделок должника.  

Согласно положениям статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная  должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или  после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом  недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой  стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия  существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий,  при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки  (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет  признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств,  если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им  иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного  встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств  такого встречного исполнения обязательств.  

В случае, если продажа имущества, выполнение работы, оказание услуги  осуществляются по государственным регулируемым ценам (тарифам), установленным в  соответствии с законодательством Российской Федерации, в целях настоящей статьи при  определении соответствующей цены применяются указанные цены (тарифы).  

Сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным  правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если  такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании  должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее  совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона  сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная  сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана  заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении  интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или  недостаточности имущества должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если  на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или  недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении  заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе  должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей  (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий:  

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких  взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности  составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для  кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов  должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю  отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;  

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления  кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо  скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы,  документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых  

предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате  ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению  бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;  

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал  осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания  его собственнику об определении судьбы данного имущества.  

В пункте 5 - 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 23.12.2010 № 63 (ред. от 30.07.2013) «О некоторых вопросах, связанных с  применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по  тексту - Постановление № 63) даны следующие разъяснения.  

Пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания  недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда  имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).  

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию  необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех  следующих обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам  кредиторов;  

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам  кредиторов;  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели  должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в  признании сделки недействительной по данному основанию.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду,  что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается  уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера  имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных  должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие  привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить  удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель  причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо  одновременно два следующих условия:  

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности  или недостаточности имущества;  

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами  вторым пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не  доказано другой стороной сделки.  

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности  имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать  третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения  содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства,  указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия  признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.  

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается,  что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред  имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья  19 этого Закона), либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов  кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности  

имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются,  если иное не доказано другой стороной сделки.  

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об  указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя  разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность,  установить наличие этих обстоятельств.  

Согласно абзацу второму пункта 3 статьи 28 Закона о банкротстве сведения о  введении наблюдения, финансового оздоровления, внешнего управления, о признании  должника банкротом и об открытии конкурсного производства подлежат обязательному  опубликованию в порядке, предусмотренном названной статьей.  

В связи с этим, при наличии таких публикаций, в случае оспаривания на основании  пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделок, совершенных после этих публикаций,  надлежит исходить из следующего: если не доказано иное, любое лицо должно было знать  о том, что введена соответствующая процедура банкротства, а значит и о том, что  должник имеет признаки неплатежеспособности.  

Пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания  недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой  стороной сделки.  

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не  требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому  неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из  условий сделки.  

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве  неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в  частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения  существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий,  при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.  

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками, следует учитывать как  условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых  аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.  

При определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  судам надлежит исходить из следующего.  

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия  заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания  ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о  банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной  статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. На основании пункта  1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой  формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на  момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет  имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.  

Как разъяснено в пункте 8 Постановление № 63, в соответствии с абзацем первым  пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение  обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой  сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для  должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых  обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.  

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок  по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее по тексту - Постановление № 32) разъяснено, что исходя из  недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и  необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по  

требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана  недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка  должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в  частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по  заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.  

Таким образом, для признания сделки недействительной по основанию,  указанному в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, заявителю необходимо доказать,  что сделка заключена в течение года до принятия заявления о признании банкротом или  после принятия указанного заявления (данный срок является периодом подозрительности,  который устанавливается с целью обеспечения стабильности гражданского оборота) и  неравноценное встречное исполнение обязательств являлось условием оспариваемой  сделки.  

В пункте 9 Постановления № 63 разъяснено, что при определении соотношения  пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.  Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления  о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее  недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о  банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной  статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.  

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была  совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления  о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на  основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им  обстоятельств (с учетом пункта 6 Постановления № 63).  

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих  оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве.  

В силу части 1 статьи 64 и статьи 71 АПК РФ арбитражный суд устанавливает  наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц,  участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного  рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он  руководствуется правилами статей 67 и 68 АПК РФ об относимости и допустимости  доказательств.  

Как следует из материалов дела, дело о несостоятельности (банкротстве)  гражданина ФИО2 возбуждено определением суда от  28.01.2021, а оспариваемые сделки совершены 27.12.2018, то есть в установленный  пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве в период подозрительности 3 года.  

Судом первой инстанции установлено, что 27 декабря 2018 года между  ФИО9 и ФИО7 был заключен договор денежного займа с  процентами, в соответствии с которым ФИО9 предоставил ФИО7 сумму  займа в размере 30 000 000 рублей под 20 % годовых, со сроком возврата до 31 декабря  2019 года.  

В обеспечение исполнения обязательств заемщика ФИО7, между  ФИО9 и ФИО2 был заключен договор поручительства № 2 от  27.12.2018 (далее — договор поручительства), по условиям которого ФИО2 принял  на себя обязательства отвечать перед ФИО9 за исполнение ФИО7  всех обязательств, принятых по договору займа с процентами от 27.12.20218 (п. 1.1  договора).  

Также с целью обеспечения надлежащего исполнения ФИО7 обязательств по  возврату займа между ФИО9 и ФИО2 был заключен договор  залога от 27.12.2018 (далее — договор залога), по условиям которого ФИО10  предоставил в залог ФИО9 147 земельных участков, расположенных по  адресу: 

<

...> (п. 1.1 договора).  

Принимая во внимание вышеизложенное, суд правомерно признал, что  оспариваемые сделки совершенные одновременно, являются взаимосвязанными и, как  следствие, имеют общую цель.  

Как установлено судом, договор поручительства и договор залога предусматривали  обязанность ФИО2 солидарно и своим имуществом отвечать перед ФИО9 по заемным обязательствам ФИО7, при этом не содержали каких-либо условий  встречного предоставления в пользу ФИО2 со стороны ФИО7 как лица, в  интересах которого заключены сделки.  

В результате заключения договора залога земельные участки ФИО2,  фактически стали ограничены в обороте. ФИО2 являясь предпринимателем с  основным видом деятельности - покупка и продажа собственного недвижимого  имущества, но в результате совершения спорных сделок фактически не мог распоряжаться  переданными в залог земельными участками и извлекать прибыль от своей деятельности.  

Из материалов дела следует, что в установленные сроки ФИО7 свои  обязательства перед ФИО9 по договору денежного займа не исполнила, что  стало основанием для привлечения к солидарной ответственности ФИО2 как  поручителя и обращения взыскания на предмет залога.  

Так, решением Майкопского городского суда Республики Адыгея от 10.03.2020 по  делу № 2-933/2020 взыскано солидарно с ФИО7 и ФИО2 в пользу  ФИО9 сумма долга по договору займа от 27.12.2018 в размере 30 000 000  рублей, проценты за пользование займом за период с 28.12.2018 по 31.12.2019 в размере 6  393 622 рублей 27 копеек, а также расходы по уплате государственной пошлины в размере  60 000 рублей. Также с ФИО7 в пользу ФИО9 взысканы проценты по  договору займа от 27.12.2018 в размере 20 % годовых, начиная с 21.01.2020 до  фактического исполнения обязательств.  

В последующем предприниматель ФИО9 обратился в Арбитражный суд  Республики Адыгея с иском к предпринимателю ФИО2 о государственной  регистрации договора залога недвижимого имущества от 27.12.2018.  

Решением Арбитражного суда Республики Адыгея от 09.03.2021 по делу № А01290/2020 исковые требования о государственной регистрации права залога на основании  договора от 27.12.2018 были удовлетворены.  

Постановлением апелляционного суда от 08.07.2021 решение от 09.03.2021  отменено в части требований о регистрации в ЕГРН обременения залогом в пользу  залогодержателя на основании договора залога от 27.12.2018 в отношении земельных  участков с кадастровыми номерами:01:08:0502001:1123, 01:08:0502001:1124,  01:08:0502001:1125, 01:08:0502001:1100, 01:08:0502001:1101, 01:08:0502001:1102,  01:08:0502001:1103, 01:03:0502001:1104, 01:08:0502001:1105, 01:08:0502001:1106,  01:08:0502001:1107, 01.03:0502001.1108, 01:08:0502001:1109, расположенных по адресу:  

<

...>. В указанной части в иске отказано.  Апелляционный суд изменил первый абзац резолютивной части решения от 09.03.2021,  изложив его в следующей редакции: «Исковое заявление индивидуального  предпринимателя ФИО9 о государственной регистрации  обременения на основании договора залога от 27.12.2018 удовлетворить». В остальной  части решение от 09.03.2021 оставлено без изменения.  

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 14.10.2021  постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.07.2021 по делу №  А01-290/2020 оставлено без изменения.  

Указанные судебные акты являются основанием для регистрации в ЕГРП права  залога ФИО9 в отношении 60 земельных участков.  

В рамках дела о банкротстве ФИО2 были заявлены требования  ФИО9 о включении в реестр требований кредиторов в сумме 43 660 273 рубля  97 копеек, как обеспеченные залогом. Основанием для предъявления требований  

послужили оспариваемые финансовым управляющим сделки - договоры поручительства и  залога.  

Основываясь на указанных сделках и ранее принятых судебных актах,  Арбитражный суд Республики Адыгея определением от 01.10.2021 по делу № А014362/2020 включил требования ФИО9 в реестр требований кредиторов  ФИО2 в сумме 43 660 273,97 рубля, как обеспеченные залогом имущества  должника.  

Учитывая установленные по делу обстоятельства, апелляционная коллегия  соглашается с выводом суда о том, что указанные обязательства по своему размеру  являлись значительными и существенным образом повлияли на финансовое положение  должника и в определенной степени стали причиной его банкротства.  

При этом суд верно указал, что в результате включения требований кредитора  ФИО9 к ФИО2 в реестр требований кредиторов по состоянию на  01.10.2021 размер этих требований составил 43 660 273,97 руб. или 93,3 % всей  кредиторской задолженности ФИО2  

На основании изложенного суд первой инстанции пришел к обоснованному  выводу, что спорные сделки привели к значительному увеличению кредиторской  задолженности ФИО2, повлекли существенное ухудшение его финансового  состояния, и в тоже время сделки не предусматривали какого-либо равноценного  встречного предоставления. В свою очередь, возможность взыскания ФИО2  (поручителем и залогодателем по обязательствам третьего лица) с ФИО7 (основного  должника) денежных средств в порядке регресса суд расценивает как фактически не  реальное. В этой связи действия сторон по совершению спорных сделок - договора залога  и поручительства - суд расценивает как недобросовестное, что подтверждается  следующими обстоятельствами дела.  

Как следует из материалов дела и установлено судом, что передаваемые ФИО2 в залог ФИО9 земельные участки ранее входили в состав земельного  участка с кадастровым номером 01:08:0502001:703, общей площадью 304 137 кв.м.,  который был приобретен ИП ФИО2 (Покупатель) у ООО «Аэропорт Сити»  (Продавец) по договору купли-продажи земельного участка от 30.08.2018.  

В последующем земельный участок с кадастровым номером 01:08:0502001:703,  площадью 304 137 кв.м. был разделен по инициативе ИП ФИО2 на двести  двенадцать земельных участков, часть из которых была предоставлена в залог  ФИО9  

В ходе процедуры банкротства ООО «Аэропорт Сити» определением  Арбитражного суда Республики Адыгея от 21.03.2022 по делу № А01-984/2020 признан  недействительным договор купли-продажи земельного участка от 30.08.2018, применены  последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу ООО  «Аэропорт Сити» земельных участков.  

Постановлением апелляционного суда от 30.05.2022 определение от 21.03.2022  изменено: резолютивная часть определения дополнена абзацами следующего содержания:  «Признать имущество: 60 земельных участков, категория земель: земли населенных  пунктов, вид разрешенного использования: для индивидуального жилищного  строительства, образованных из земельного участка с кадастровым номером  01:08:0502001:703, расположенных по адресу: Российская Федерация, 

<

...> обремененными залогом в пользу индивидуального  предпринимателя ФИО9 по договору залога от 27.12.2018, в том числе  земельные участки: с кадастровым номером 01:08:0502001:969 общей площадью 1104 кв.  м, с кадастровым номером 01:08:0502001:977 общей площадью 685 кв. м, с кадастровым  номером 01:08:0502001:978 общей площадью 629 кв. м, с кадастровым номером  01:08:0502001:979 общей площадью 781 кв. м, с кадастровым номером 01:08:0502001:986  общей площадью 800 кв. м, с кадастровым номером 01:08:0502001:988 общей площадью  800 кв. м, с кадастровым номером 01:08:0502001:989 общей площадью 800 кв. м, с  

кадастровым номером 01:08:0502001:990 общей площадью 800 кв. м, с кадастровым  номером 01:08:0502001:993 общей площадью 800 кв. м, с кадастровым номером  01:08:0502001:994 общей площадью 800 кв. м, с кадастровым номером 01:08:0502001:995  общей площадью 800 кв. м, с кадастровым номером 01:08:0502001:1000 общей площадью  832 кв. м, с кадастровым номером 01:08:0502001:1001 общей площадью 684 кв. м, с  кадастровым номером 01:08:0502001:1002 общей площадью 698 кв. м, с кадастровым  номером 01:08:0502001:1003 общей площадью 685 кв. м, с кадастровым номером  01:08:0502001:1004 общей площадью 685 кв. м, с кадастровым номером  01:08:0502001:1007 общей площадью 813 кв. м, с кадастровым номером  01:08:0502001:1008 общей площадью 837 кв. м, с кадастровым номером  01:08:0502001:1012 общей площадью 800 кв. м, с кадастровым номером  01:08:0502001:1013, общей площадью 800 кв.м., с кадастровым номером  01:08:0502001:1020, общей площадью 929 кв.м., с кадастровым номером  01:08:0502001:1027, общей площадью 800 кв.м., с кадастровым номером  01:08:0502001:1029, общей площадью 800 кв.м., с кадастровым номером  01:08:0502001:1035, общей площадью 681 кв.м., с кадастровым номером  01:08:0502001:1036, общей площадью 707 кв.м., с кадастровым номером  01:08:0502001:1038, общей площадью 769 кв.м., с кадастровым номером  01:08:0502001:1039, общей площадью 770 кв.м., с кадастровым номером  01:08:0502001:1040, общей площадью 769 кв.м., с кадастровым номером  01:08:0502001:1041, общей площадью 770 кв.м., с кадастровым номером  01:08:0502001:1042, общей площадью 769 кв.м., с кадастровым номером  01:08:0502001:1043, обшей площадью 770 кв.м., с кадастровым номером  01:08:0502001:1044, обшей площадью 960 кв.м., с кадастровым номером  01:08:0502001:1045, общей площадью 800 кв.м., с кадастровым номером  01:08:0502001:1046, общей площадью 800 кв.м., с кадастровым номером  01:08:0502001:1081, общей площадью 800 кв.м., с кадастровым номером  01:08:0502001:1082, обшей площадью 800 кв.м., с кадастровым номером  01:08:0502001:1083, обшей площадью 800 кв.м., с кадастровым номером  01:08:0502001:1084, общей площадью 800 кв.м., с кадастровым номером  01:08:0502001:1085, общей площадью 800 кв.м., с кадастровым номером  01:08:0502001:1086, обшей площадью 800 кв.м., с кадастровым номером  01:08:0502001:1087, обшей площадью 800 кв.м., с кадастровым номером  01:08:0502001:1088, общей площадью 800 кв.м., с кадастровым номером  01:08:0502001:1090, общей площадью 660 кв.м., с кадастровым номером  01:08:0502001:1091, обшей площадью 720 кв.м., с кадастровым номером  01:08:0502001:1092, общей площадью 800 кв.м., с кадастровым номером  01:08:0502001:1093, общей площадью 800 кв.м., с кадастровым номером  01:08:0502001:1094, общей площадью 800 кв.м., с кадастровым номером  01:08:0502001:1095, общей площадью 800 кв.м., с кадастровым номером  01:08:0502001:1096, общей площадью 800 кв.м., с кадастровым номером  01:08:0502001:1097, общей площадью 800 кв.м., с кадастровым номером  01:08:0502001:1098, обшей площадью 800 кв.м., с кадастровым номером  01:08:0502001:1099, обшей площадью 800 кв.м., с кадастровым номером  01:08:0502001:1110, общей площадью 1056 кв.м., с кадастровым номером  01:08:0502001:1111, обшей площадью 864 кв.м., с кадастровым номером  01:08:0502001:1120, обшей площадью 800 кв.м., с кадастровым номером  01:08:0502001:1121, обшей площадью 800 кв.м., с кадастровым номером  01:08:0502001:1122, общей площадью 800 кв.м., с кадастровым номером  01:08:0502001:1126, общей площадью 4557 кв.м., с кадастровым номером  01:08:0502001:1127, общей площадью 74020 кв.м., с кадастровым номером  01:08:0502001:1128, общей площадью 147 кв.м. В остальной части определение от  21.03.2022 оставлено без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.  

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 12.10.2022  определение от 21.03.2022 и постановление апелляционного суда от 30.05.2022 в части  применения последствий недействительности сделки в виде обязания предпринимателя  возвратить в конкурсную массу должника 60 земельных участков, обремененных залогом  в пользу индивидуального предпринимателя Хамидуллина И.Х., отменены. В отмененной  части обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд  Республики Адыгея.  

Определением от 20.02.2023 признано отсутствующим обременение залогом в  пользу индивидуального предпринимателя ФИО9 по договору залога от  27.12.2018 на 60 земельных участков, категория земель: земли населенных пунктов, вид  разрешенного использования: для индивидуального жилищного строительства, с  соответствующими кадастровыми номерами, образованными из земельного участка с  кадастровым номером 01:08:0502001:703, расположенных по адресу: Российская  Федерация, 

<

...>. Применены последствия  недействительности договора купли-продажи земельного участка от 30.08.2018 в виде  обязания предпринимателя в течение десяти дней с момента вступления определения в  законную силу вернуть в конкурсную массу должника 60 земельных участков без  сохранения обременения залогом в пользу индивидуального предпринимателя  ФИО9 по договору залога от 27.12.2018.  

Постановлением апелляционного суда от 19.05.2023 определение от 20.02.2023 в  обжалуемой части отменено. Исключен из резолютивной части определения от 20.02.2023  абзац первый. Абзац второй резолютивной части определения от 20.02.2023 изложен в  следующей редакции: «Применить последствия недействительности договора купли - продажи земельного участка от 30.08.2018 в виде обязания индивидуального  предпринимателя ФИО2 в течение десяти дней, с момента  вступления настоящего определения в законную силу, вернуть в конкурсную массу ООО  «Аэропорт Сити» 60 земельных участков, с сохранением обременения в виде залога в  пользу индивидуального предпринимателя ФИО9 по договору  залога от 27.12.2018».  

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 07.09.2023  постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.05.2023 по делу   № А01-984/2020 отменено. Оставлено в силе определение Арбитражного суда Республики  Адыгея от 20.02.2023.  

Признавая договор купли-продажи от 30.08.2018 недействительным и применяя  последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу ООО  «Аэропорт Сити» земельных участков без сохранения обременения залогом в пользу  ФИО9 по договору залога от 27.12.2018, суды пришли к выводу о  существенном занижении стоимости договора и недобросовестном поведении  ФИО9  

При рассмотрении настоящего спора судом первой инстанции установлено, что  договорная цена была почти в восемь раз меньше действительной рыночной стоимости  имущества на дату сделки, которая составила 30 413 700 рублей.  

Также судом установлено, что кадастровая стоимость земельного участка с  кадастровым номером 01:08:0502001:703 составляла 123 987 531 рублей, что в тридцать  раз превышало договорную стоимость.  

При этом, в пункте 1.1. договора залога от 27.12.2018, заключенном между  ФИО2 и ФИО9, указано, что право собственности залогодателя на  предмет залога возникло на основании договора купли-продажи от 30.08.2018.  

В пункте 1.1. договора залога от 27.12.2018 также определена общая оценка  предмета залога в отношении 147 земельных участков в размере 26 710 851 рублей.  

Суд первой инстанции верно отметил, что принимая имущество в залог,  залогодержатель, действующий разумно и добросовестно, должен принимать  необходимые меры к проверке правомочий залогодателя на передачу имущества в залог, в  

том числе путем ознакомления с правоустанавливающими документами. В этой связи при  заключении договора залога от 27.12.2018, Хамидуллин И.Х. не мог не знать, что право  собственности Воёкова А.М. на предмет залога зарегистрировано на основании договора  от 30.08.2018, по условиям которого земельный участок с кадастровым номером  01:08:0502001:703 был продан по цене в десятки раз ниже его кадастровой стоимости.  

Также суд обратил внимание на то, что земельный участок с кадастровым номером  01:08:0502001:703 был в последствии разделен на 212 земельных участков, 147 из  которых переданы в залог по договору от 27.12.2018.  

При этом согласованная сторонами общая залоговая стоимость 147 земельных  участков, передаваемых в залог по договору, составляла 26 710 851 рублей, что почти в  семь раз больше, чем стоимость всего земельного участка с кадастровым номером  01:08:0502001:703, указанная в договоре от 30.08.2018.  

Таким образом, суд первой инстанции верно указал, что при подписании договора  залога от 27.12.2018, стороны установили, что стоимость даже части земельных участков,  образованных из участка с кадастровым номером 01:08:0502001:703, существенно больше,  чем стоимость, по которой ФИО2 приобретал весь земельный участок целиком на  основании договора купли-продажи от 30.08.2018.  

Кроме того в рамках обособленного спора по делу № А01-984/2020 определением  Арбитражного суда Республики Адыгея от 17.08.2021 установлено, что 12.12.2018 между  ИП ФИО2 (Продавец) и ФИО9 (Покупатель) был заключен  договор купли-продажи недвижимого имущества, по условиям которого Продавец продал  Покупателю 13 земельных участков общей площадью 10 600 кв.м. по цене 7 420 000 руб.,  из расчета 700 рублей за 1 квадратный метр, расположенных по адресу: 

<

...> в пределах кадастрового квартала 01:08:0502001.  

Указанные земельные участки были также образованы из земельного участка с  кадастровым номером 01:08:0502001:703.  

При этом стоимость 1 кв.м. земельных участков по договору от 12.12.2018  составила 700 рублей, в то время как стоимость 1 кв.м. земельного участка по договору от  30.08.2018 составила всего 12 рублей 65 копеек, то есть в 55 раз меньше.  

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно пришел к верному выводу о  том, что ответчик не мог не знать о том, что рыночная стоимость земельных участков,  передаваемых в залог, значительно выше той стоимости, по которой они были  приобретены ФИО2 у ООО «Аэропорт Сити» по договору от 30.08.2018.  

Из правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской  Федерации от 11.08.2022 № 305-ЭС21-21196(5) по делу № А41-70837/2017 следует, что  действия лица, приобретающего имущество по цене, явно ниже кадастровой и рыночной,  нельзя назвать осмотрительными и осторожными. Многократное занижение стоимости  отчуждаемого имущества должно породить у любого добросовестного и разумного  участника гражданского оборота сомнения относительно правомерности такого  отчуждения. В подобной ситуации предполагается, что покупатель либо знает о  намерении должника вывести свое имущество из-под угрозы обращения на него  взыскания и действует с ним совместно, либо понимает, что менеджмент или иные  контролирующие должника лица избавляются от имущества общества по заниженной  цене по причинам, не связанным с экономическими интересами последнего.  

Соответственно, покупатель прямо или косвенно осведомлен о противоправной  цели должника.  

Применительно к обстоятельствам настоящего дела суд правомерно указал, что  данная правовая позиция подтверждает, что действующий разумно и добросовестно  залогодержатель должен был обратить внимание на существенное занижение стоимости  по договору купли-продажи относительно рыночной и кадастровой стоимости имущества,  что в свою очередь должны было «породить у любого добросовестного и разумного  участника гражданского оборота сомнения относительно правомерности такого  

отчуждения» и легитимности прав залогодателя в отношении передаваемого в залог  имущества.  

Исходя из вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному  выводу, что для действующих разумно и добросовестно участников гражданского оборота  было известно, что право собственности ФИО2 на земельные участки,  приобретенные у ООО «Аэропорт Сити» и переданные в последующем в залог  ФИО9, возникло по сделке с существенно заниженной стоимостью, т.е. по  заведомо недействительному основанию. Таким образом, действия ФИО9 при  заключении договора залога от 27.12.2018 не могут быть признаны судом  добросовестными и разумными.  

При рассмотрении настоящего обособленного спора суд также верно указал, что в  течение 2018-2019 гг. ФИО9 неоднократно вступал в договорные отношения с  ООО «Аэропорт Сити», ФИО7 и ФИО2, при этом в рамках рассмотренных  судами споров указанные отношения и связанные с ними действия сторон уже  признавались судами нерыночными, а действия сторон квалифицировались как  злоупотребление правами и оценивались как недобросовестные.  

В рамках ранее рассмотренных судебных споров было установлено, что  заключенные в течение 2018-2019 гг. с участием ООО «Аэропорт Сити», ФИО9, ФИО7 и ФИО2 сделки являются недействительными и были  направлены на вывод имущества ООО «Аэропорт Сити». Сделки с участием указанных  лиц совершались на условиях, существенно отличавшихся от обычных рыночных  условий, имущество реализовывалось по заниженной стоимости, при этом конечным  бенефициаром по сделкам являлся ФИО9, в собственность которого поступали  земельные участки, принадлежавшие ООО «Аэропорт Сити».  

Так, в рамках обособленного спора по делу № А01 -984/2020 определением  Арбитражного суда Республики Адыгея от 17.08.2021, оставленным без изменения  постановлением апелляционного суда от 01.11.2021 и постановлением кассационного суда  от 19.01.2022 установлено, что между ООО «Аэропорт Сити» (Продавец) и  ФИО9 (Покупатель) был заключен договор купли-продажи недвижимого  имущества от 29.03.2019 г., по условиям которого Продавец продал Покупателю  земельные участки и объекты недвижимости по существенно заниженной стоимости.  

При этом суд расценил поведение ИП ФИО9 при совершении  указанной сделки в качестве недобросовестного, поскольку материалами делами  подтверждено, что покупатель по договору не мог не знать, что стоимость имущества по  договору существенно занижена относительно действительной стоимости. Суд также  расценил в качестве недобросовестных и последующие сделки ФИО9 по  продаже имущества третьим лицам и истребовал имущество в состав конкурсной массы  должника.  

Определением Арбитражного суда Республики Адыгея от 16.05.2022 по делу №  А01-4362/2020 признаны недействительными: договор перевода долга от 12.12.2018,  заключенный между ФИО9, ФИО7 и предпринимателем ФИО2; акт взаимных расчетов от 12.12.2018, заключенный между ФИО9 и  предпринимателем ФИО2; договор купли-продажи недвижимого имущества от  12.12.2018, заключенный между ФИО9 и предпринимателем ФИО2 Применены последствия недействительности данных сделок в виде обязания  ФИО9 в течение десяти дней, с момента вступления настоящего определения  в законную силу, вернуть в конкурсную массу гражданина ФИО2 13 земельных участков расположенных по адресу: 

<

...>.  

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.08.2022 и  Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 02.11.2022 по делу №  А01 -4362/2020 указанное определение суда первой инстанции оставлено без изменений.  

При этом в постановлении апелляционной инстанции от 10.08.2022 сделан вывод,  что Хамидуллин И.Х., Енина А.С. и Воёков А.М. являются фактически аффилированными  лицами, имеют давние экономические взаимоотношения и располагали сведениями о  финансовом состоянии друг друга при заключении сделок.  

Выводы судов по указанным выше спорам свидетельствуют о том, что, принимая  имущество в залог, ФИО9 осознавал нелегитимность его приобретения  ФИО2 у ООО «Аэропорт Сити» по заниженной стоимости, и в этой связи его  действия по заключению договора залога нельзя оценить как разумные и добросовестные.  

Также суд первой инстанции обратил внимание на то, что установлено судами при  рассмотрении обособленного спора по делу № А01 -4362/2020 (определение  Арбитражного суда Республики Адыгея от 16.05.2022, постановление Пятнадцатого  арбитражного апелляционного суда от 10.08.2022, постановление Арбитражного суда  Северо-Кавказского округа от 02.11.2022) ФИО7 признана несостоятельной  банкротом на основании решения от 24.02.2021 по делу № А01-3015/2019 и по состоянию  на 12.12.2018 имела значительные просроченные обязательства как перед ФИО9, в размере более 7 млн. руб. и перед бюджетом, в размере более 22 млн. руб.  

В 2018 году налоговый орган и кредитор ФИО9 предпринимали  действия по взысканию задолженности с ФИО7, в связи с чем у участников сделок  имелась информация о наличии у ФИО7 просроченных и непогашенных долгов, а  значит и признаков банкротства.  

Таким образом, суд обоснованно указал, что при рассмотрении дела № А014362/2020, фактическими обстоятельствами установлено и подтверждается, что на дату  заключения договора денежного займа от 27.12.2018 между ФИО9 и  ФИО7, заключения договора поручительства № 2 и залога от 27.12.2018 между  ФИО9 и ФИО2, ФИО7 уже была фактически  неплатежеспособна и имела значительные просроченные обязательства.  

При этом как следует из материалов дела, на дату заключения договоров  поручительства и залога ФИО2 имел не исполненные обязательства перед третьими  лицами - задолженность по кредитному договору № 

<

***> от 28.09.2018, заключенному с  АО «Майкопбанк».  

Определением Арбитражного суда Республики Адыгея от 13.10.2021 по  настоящему делу требования АО «Майкопбанк» в сумме 2 877 675, 52 рублей признаны  обоснованными и подлежащими удовлетворению за счет оставшегося после  удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов,  имущества должника.  

Суд учитывает правовую позицию, изложенную в определении Судебной коллегии  по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-  ЭС17-11710 (3), согласно которой по смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о  банкротстве и абзаца третьего пункта 6 Постановления № 63 наличие на дату совершения  сделки у должника просроченного обязательства, которое не было исполнено  впоследствии и было включено в реестр, подтверждает факт неплатежеспособности  должника в период заключения оспариваемой сделки.  

Таким образом, по состоянию на 27.12.2018 ФИО2 имел кредиторов, чьи  требования в настоящее время не погашены и подлежат удовлетворению в рамках дела о  банкротстве должника.  

Кроме того, спорные сделки в целом ухудшили финансовое положение должника,  привели к возникновению у него значительного денежного обязательства перед третьим  лицом, без получения какого-либо встречного возмещения.  

Согласно определению ВС РФ от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710 (4) сама по себе  недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на  момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения  вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной.  В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть  

доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации).  

Как установлено судом, договор поручительства № 2 от 27.12.2018 и договор  залога от 27.12.2018 не отвечают целям и задачам предпринимательской деятельности,  ФИО2 фактически безвозмездно принял на себя обязательства ФИО7, в  результате чего у него возникла задолженность перед ФИО9 в размере 43  660 273 рубля 97 копеек.  

В пункте 7 постановления № 63 разъяснено, что в силу абзаца первого пункта 2  статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о  совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она  признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или  должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках  неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

В рамках рассмотрения настоящего судом установлено, что согласованные  действия сторон по погашению долга в результате заключения нескольких сделок,  экономически необоснованное принятие долга ФИО11, свидетельствует о наличии  между сторонами сделок особых отличных от «независимых» отношений.  

При этом суд первой инстанции учтено, что в постановлении апелляционной  инстанции от 10.08.2022 по делу № А01-4362/2020, а также в постановлении  кассационной инстанции от 07.09.2023 по делу № А01-984/2020 сделан вывод об  аффилированности предпринимателя ФИО9, ФИО7 и предпринимателя  ФИО2, а также о давности экономических взаимоотношених и об их  осведомленности о финансовом состоянии друг друга при заключении сделок.  

Учитывая установленные по делу обстоятельства, суд первой инстанции обосновано  пришел к выводу, что поведение сторон при заключении договора перевода долга и договора  залога являлось недобросовестным, и было направлено на возложение на ФИО2  денежного обязательства перед предпринимателем ФИО9 без реального  встречного предоставления от основного должника по займу — ФИО7, и в отсутствие  возможности получения соответствующего возмещения от основного должника, что привело  к увеличению кредиторской задолженности ФИО2, к нарушению собственных прав  должника и законных интересов его добросовестных кредиторов. В этой связи договор  поручительства № 2 от 27.12.2018 и договор залога от 27.12.2018, заключенные между  ФИО9 и ФИО2, подлежат признанию недействительными  сделками как по основаниям, предусмотренным ст. 61.2 Закона о банкротстве, так и в силу  ст. ст. 10, 168 ГК РФ.  

В силу статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет предусмотренных ею  правовых последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и  недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из  сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности  возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в  пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить  его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены  законом.  

Согласно пункта 29 Постановления № 63 если сделка, признанная в порядке главы  Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой  стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки  недействительной также указывает на применение последствий недействительности  сделки (пункт 2 статьи 167 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8  Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об  оспаривании сделки.  

Принимая во внимание вышеизложенное, суд правомерно признал ФИО2  не исполнено обеспеченное договором поручительства и договором залога обязательство,  в связи с чем признание сделок недействительными лишает ФИО9  

возможности предъявлять требования к должнику - поручителю и залогодателю, т.к.  договорные обязательства не возникли. В этой связи, у суда отсутствуют основания для  применения последствий недействительности сделок: договора поручительства № 2 от  27.12.2018 и договора залога от 27.12.2018, заключенных между Воёковым Александром  Михайловичем и Хамидуллиным Иреком Хамбаловичем.  

Доводы ФИО12 о том, что основания для признания оспариваемых  договоров недействительными отсутствуют, поскольку вступившим в законную силу  решением Майкопского городского суда от 10.03.2020 по делу № 2-933/2020  подтверждено наличие задолженности, включенной в реестр требований кредиторов  должника, а решением Арбитражного суда Республики Адыгея от 09.03.2021 г. по делу   № А01-290/2020 подтверждено наличие у апеллянта права залога, отклоняются судом  апелляционной инстанции как необоснованные, поскольку в рамках дела о банкротстве  сделки оспариваются по специальным основаниям, предусмотренным Законом о  банкротстве, в связи с этим применительно к рассматриваемому спору подлежат  доказыванию и оценке иные обстоятельства, чем те которые установлены указанными  судебными актами.  

Статья 69 АПК РФ связывает преюдициальное значение не с наличием  вступивших в законную силу судебных актов, разрешающих дело по существу, а с  обстоятельствами (фактами), установленными данными актами, имеющими значение  для другого дела, в котором участвуют те же лица.  

Преюдиция - это установление судом конкретных фактов, которые указаны в  судебном акте и не подлежат повторному судебному установлению при последующем  разбирательстве иного спора между теми же лицами. Преюдициальность  предусматривает не только отсутствие необходимости повторно доказывать  установленные в судебном акте факты, но и запрет на их опровержение.  

Согласно ч. 2 ст. 69 АПК РФ преюдициальными являются не выводы, сделанные  судами при рассмотрении дела, а установленные судами обстоятельства.  

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного  Суда Российской Федерации от 05.2017 № 305-ЭС17-14948 по делу № А40-148669/2016,  само по себе наличие судебного акта, которым удовлетворено денежное требование,  основанное на сделке, не препятствует арбитражному управляющему в деле о  банкротстве обратиться в арбитражный суд с заявлением об оспаривании этой сделки,  поскольку к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности  должника - банкрота, предъявляются повышенные требования.  

Независимо от состава лиц, участвующих в деле о взыскании по договору и в  деле по иску об оспаривании договора, оценка, данная судом обстоятельствам, которые  установлены в деле, рассмотренном ранее, учитывается судом, рассматривающим  второе дело.  

В том случае, если суд, рассматривающий второе дело, придет к иным выводам,  он должен указать соответствующие мотивы (пункт 2 постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 57 «О некоторых  процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением  либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств»).  

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в определении от  06.11.2014 № 2528-О, часть 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации освобождает от доказывания фактических обстоятельств дела,  но не исключает возможности их различной правовой оценки в зависимости от  характера конкретного спора.  

Положения части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации касаются лишь вопроса освобождения от доказывания  обстоятельств дела, а не их правовой квалификации, которая может быть различной  (определение Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2019 № 304-КГ1815768). Она освобождает от доказывания фактических обстоятельств дела, но не  

исключает их различной правовой оценки, которая зависит от характера конкретного  спора (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 06.11.2014 №  2528-О).  

В то же время вопросы применения норм материального права преюдициального  значения не имеют (определение Верховного Суда Российской Федерации от 29.03.2016   № 305-ЭС15-16362).  

В судебных актах по делу № 2-933/2020, по делу № А01-290/2020, по делу   № А01-4362/2020, судами не дана оценка договору залога и договору поручительства  от 27.12.2028 г. на предмет их соответствия статье 61.2 Закона о банкротстве. Само по  себе установление требований кредитора должника в реестр, ранее взысканное в  судебном порядке не препятствует последующему оспариванию сделок, положенных в  основу такого требования, по специальным основаниям, предусмотренным Законом о  банкротстве.  

В целом доводы подателя апелляционной жалобы по существу выражают его  несогласие с проведенной арбитражным судом первой инстанции оценкой доказательств  по делу, направлены на переоценку соответствующих выводов суда первой инстанции.  

При этом оснований для переоценки выводов и доказательств, которые при  рассмотрении дела были исследованы и оценены судом первой инстанции с соблюдением  требований статьи 71 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено.  

При указанных обстоятельствах основания для отмены или изменения  обжалуемого судебного акта отсутствуют.  

Нарушений процессуальных норм, влекущих отмену оспариваемого акта (ч. 4  ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом  апелляционной инстанции не установлено.  

С учетом изложенного, основания для удовлетворения апелляционной жалобы  отсутствуют.  

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Адыгея от 05.10.2023 по делу   № А01-4362/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление  арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его  принятия.  

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном  статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.  

Председательствующий Д.В. Николаев  

Судьи Д.С. Гамов 

 Н.В. Сулименко