ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А46-14706/2015

27 декабря 2018 года

город Омск

Резолютивная часть постановления объявлена  20 декабря 2018 года

Постановление изготовлено в полном объеме  27 декабря 2018 года

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Зориной О.В.

судей  Бодункова С.А., Брежнева О.Ю.

при ведении протокола судебного заседания секретарём ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер 08АП-12907/2018) конкурсного управляющего ФИО2 и (регистрационный номер 08АП-12908/2018) ФИО3 на определение Арбитражного суда Омской области от 20 сентября 2018 года по делу № А46-14706/2015 (судья Е.С. Звягольская), вынесенное по результатам рассмотрения жалобы ФИО3 на действия (бездействие) конкурсного управляющего ФИО2, в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Вега-2000-Сибирская органика» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

при участии в судебном заседании представителей:

арбитражный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Вега-2000-Сибирская органика» ФИО2 – лично, предъявлен паспорт; представитель ФИО4 по доверенности б/н от 02.10.2017, сроком действия на три года; 

от ФИО3 – представитель ФИО5 по доверенности № 55АА 1982253 от 31.10.2018, сроком действия на пять лет; 

от Омского регионального фонда поддержки и развития малого предпринимательства - представитель ФИО6 по доверенности б/н от 04.09.2018, сроком действия один год); 

установил:

решением Арбитражного суда Омской области от 27.06.2016 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Вега-2000-Сибирская органика» (далее – ООО «Вега-2000-СО», должник) введена процедура конкурсного производства, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на временного управляющего ФИО2. 

Определением Арбитражного суда Омской области от 01.09.2016 конкурсным управляющим должника утверждена ФИО2 (далее – ФИО2, конкурсный управляющий).

ФИО3 (далее – ФИО3) обратился в Арбитражный суд Омской области с жалобой на действия (бездействие) конкурсного управляющего, взыскании убытков и об отстранении ФИО2 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Вега-2000-СО».

Заявление с учетом уточнения (том 2 листы дела 141-142) мотивировано ненадлежащим исполнением ФИО2 обязанностей конкурсного управляющего должника, повлекшим нарушение прав и законных интересов должника и его кредиторов, а именно: 

- неприложением к отчетам конкурсного управляющего о своей деятельности и о результатах проведения конкурсного производства, к отчетам конкурсного управляющего об использовании денежных средств должника документов, подтверждающих указанные в них сведения, и документов, обосновывающих расходование денежных средств, полученных от реализации имущества, включенного в конкурсную массу; 

- непредоставлением ФИО3 выписки по расчетным счетам, используемым конкурсным управляющим в процедуре банкротства должника;

- отражением недостоверной информации в отчете конкурсного управляющего о своей деятельности и о результатах проведения конкурсного производства, а также отчете конкурсного управляющего об использовании денежных средств должника, о выплаченном вознаграждении за период наблюдения и конкурсного производства; 

- отражением недостоверной информации в протоколе собрания кредиторов от 13.12.2017 в части отражения результатов голосования по дополнительным вопросам повестки дня; 

- неопубликованием в ЕФРСБ сведений о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц; 

- неопубликование в ЕФРСБ сведений о результатах проведения процедуры наблюдения должника;

- необращением в суд  с заявлением о признании сделок должника недействительными;

Кроме того заявитель просил взыскать с ФИО2 в конкурсную массу убытки в сумме 7 487 132 руб. 75 коп.  в связи с:

 осуществлением денежных операций путем снятия денежных средств с расчетного счета должника; 

оплатой публикаций в местном печатном издании; 

оплатой услуг оценщика; 

уклонением от обращения в суд с заявлением об оспаривании сделок.

От требования об отстранении ФИО2 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника ФИО3 в дальнейшем отказался.

К участию в настоящем обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительного предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Страховое общество «Помощь» (далее – ООО «Страховое общество «Помощь»), общество с ограниченной ответственностью «Страховая компания Арсеналъ» (далее – ООО «Страховая компания Арсеналъ») и ассоциация арбитражных управляющих Саморегулируемая организация «Центральное агентство арбитражных управляющих» (далее – ААУ СРО «Центральное агентство арбитражных управляющих»).

Определением Арбитражного суда Омской области от 20.09.2018 по настоящему делу жалоба ФИО3 на действия (бездействие) конкурсного управляющего удовлетворена частично; признаны незаконными действия ФИО2, выразившиеся в:

- неприложении к отчетам конкурсного управляющего о своей деятельности и о результатах проведения конкурсного производства от 08.12.2017, а также отчетам конкурсного управляющего об использовании денежных средств должника от 08.12.2017 документов, обосновывающих расходование денежных средств, полученных от реализации имущества, включенного в конкурсную массу;

- отражении недостоверной информации в отчете конкурсного управляющего о своей деятельности и о результатах проведения конкурсного производства от 08.12.2017, а также отчете конкурсного управляющего об использовании денежных средств, о выплаченном вознаграждении от 08.12.2017 за период наблюдения и конкурсного производства;

- отражении недостоверной информации в протоколе общего собрания кредиторов от 13.12.2017 в части отражения голосования по дополнительным вопросам повестки дня. 

В удовлетворении жалобы в остальной части отказано.

Не согласившись с судебным актом суда первой инстанции, ФИО2, ФИО3 обратились с апелляционными жалобами.

ФИО3 в своей апелляционной жалобе просил обжалуемое определение суда первой инстанции отменить в части отказа в удовлетворении его требований, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении его требований в полном объеме.

В обоснование апелляционной жалобы ФИО3 указал следующее:

1) относительно непредоставления ФИО3 выписки по расчетным счетам, используемым конкурсным управляющим в процедуре банкротства должника:

- суд первой инстанции сделал неправильный вывод о том, что обязанность конкурсного управляющего предоставлять документы на основании запросов конкурсных кредиторов нормами Закона о банкротстве и иными нормативными правовыми актами не предусмотрена;

- хотя такая обязанность конкурсного управляющего не предусмотрена законом, законом не установлен запрет конкурсным кредиторам направлять требование о предоставлении информации в индивидуальном порядке, поэтому запрос ФИО3 не должен был быть оставлен без ответа ФИО2, так как соответствующая информация необходима ему для осведомленности о проведении процедуры банкротства должника, позволяет ему осуществлять контроль за деятельностью конкурсного управляющего;

2) относительно неопубликования в ЕФРСБ сведений о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, о результатах проведения процедуры наблюдения должника:

- конкурсным управляющим нарушены сроки опубликования сообщений в ЕФРСБ, чем ФИО2 нарушила статью 22 Закона о банкротстве и право кредитора на информацию;

- такое нарушение, вопреки позиции суда первой инстанции, не может являться незначительным;

3) относительно совершения действий, не предусмотренных Законом о банкротстве, причинивших убытки кредиторам суд первой инстанции пришел к неправильному выводу о том, что утверждение положения о порядках продажи имущества, обремененного залогом, и предоставление залоговому кредитору отчетов об оценке является доказательством того, что оценка была проведена по требованию залогового кредитора и права ФИО3 не нарушены, кроме того:

- указанный отчет не подтверждает того, что залоговый кредитор указывал на привлечение оценщика для проведения оценки залогового имущества, потому привлечение оценщика осуществлено конкурсным управляющим в нарушение статьи 138 Закона о банкротстве;

- в материалах дела отсутствуют доказательства того, что все расходы, произведенные на оплату услуг оценщика, были возмещены из средств от реализации предмета залога, следовательно, возмещение таких расходов осуществлено за счет общей конкурсной массы, что неправомерно;

- договор об оказании оценочных услуг № 210 от 19.09.2016 заключен ФИО2 от ее имени, что не влечет возникновение у должника обязательств по указанному договору, в том числе обязательств по оплате услуг оценщика;

- письмо общества с ограниченной ответственностью «ВЕГА-ТАГ», содержащее требование о проведении оценки имущества, не может являться надлежащим доказательством, так как не содержит даты и номера, даты его получения конкурсным управляющим;

- ФИО2 29.09.2016 получена чековая книжка, путем использования которой с расчетного счета должника были сняты наличные денежные средства, что противоречит положениям статьи 133 Закона о банкротстве, не позволяет конкурсным кредиторам осуществлять контроль за целевым использованием соответствующих денежных средств, комиссия, списанная банком в размере 786 руб. 75 коп., является убытками должника и подлежит взысканию с конкурсного управляющего;

4) относительно уклонения от обращения в суд с заявлением об оспаривании сделок:

- срок исковой давности по оспариванию сделок должника пропущен конкурсным управляющим, что привело к утрате возможности пополнения конкурсной массы должника и удовлетворения требований конкурсных кредиторов, что причинило им убытки в размере 6 541 000 руб., которые подлежат взысканию с конкурсного управляющего;

- факт обращения ФИО3 с требованием об оспаривании сделок за пределами срока исковой давности не имеет правового значения, так как не отменяет обязанность конкурсного управляющего своевременно оспорить такие сделки;

- суд первой инстанции не дал оценку доводу ФИО3 об излишне перечисленном вознаграждении конкурсному управляющему в размере 722 996 руб.

Поддерживая доводы апелляционной жалобы ФИО3, Омский региональный фонд поддержки и развития малого предпринимательства представил письменный отзыв, в котором указал, что находит апелляционную жалобу ФИО3 обоснованной и не возражает против ее удовлетворения.

Возражая на апелляционную жалобу ФИО3, ФИО2 представила письменные возражения, в которых просила апелляционную жалобу ФИО3 оставить без удовлетворения, определение суда первой инстанции в обжалуемой им части – без изменения.

ФИО2 в своей апелляционной жалобе просила обжалуемое определение суда первой инстанции отменить в части признания ее действий незаконными.

В обоснование апелляционной жалобы ФИО2 указала следующее:

- конкурсным управляющим не реже чем один раз в три месяца проводились собрания кредиторов должника с целью ознакомления с ходом проведения процедуры конкурсного производства, по запросам кредиторов конкурсный управляющим своевременно направлял им копии материалов, подлежащих рассмотрению на собраниях кредиторов, то есть ФИО2 добросовестно исполняла свои обязанности;

- ФИО3 неоднократно принимал участие в собраниях кредиторов, знакомился с материалами, подлежащими рассмотрению, однако запросы о предоставлении каких-либо дополнительных документов или сведений не направлял;

- все отчеты конкурсного управляющего соответствуют требованиям Закона о банкротстве, при этом ФИО3 не указал, какие именно сведения не были представлены ему на ознакомление конкурсным управляющим, каким образом нарушены его права;

- суд первой инстанции не принял во внимание довод конкурсного управляющего, согласно которому все его отчеты содержат достоверную информацию, приведенные ФИО3 расчеты не соответствуют действительности, а также отчет о движении денежных средств должника содержит все необходимые сведения, в том числе реквизиты расчетного счета должника, сведения о размере поступивших на него средств, о каждом платеже и об общем размере использованных денежных средств должника, таким образом, отчеты конкурсного управляющего и приложенные к ним документы позволяют конкурсным кредиторам контролировать ход процедур в деле о банкротстве должника;

- вывод суда первой инстанции о необходимости отражения информации в протоколе общего собрания кредиторов от 13.12.2017 в части отражения голосования по дополнительным вопросам повестки дня противоречит материалам дела, так как дополнительные вопросы были вручены конкурсному управляющему после завершения собрания кредиторов, таким образом, заполнение кредиторами бюллетеней для голосования было осуществлено после окончания собрания кредиторов.

Оспаривая доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего, Омский региональный фонд поддержки и развития малого предпринимательства, ФИО3 представили письменные отзывы, в которых просили в удовлетворении апелляционной жалобы ФИО2 отказать.

Оспаривая доводы апелляционной жалобы ФИО2, ФИО3 представил отзыв, в котором просил определение суда первой инстанции в части, обжалуемой ФИО2, оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего – без удовлетворения.

В заседании суда апелляционной инстанции, открытом 22.11.2018, в соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) объявлен перерыв до 27.11.2018, после окончания которого судебное заседание продолжено.

Информация о перерыве в судебном заседании размещена в информационном ресурсе http://kad.arbitr.ru/.

До начала заседания суда апелляционной инстанции, назначенного на 27.11.2018, от ФИО3 в материалы дела поступило ходатайство об истребовании доказательств.

ФИО2 в заседании суда апелляционной инстанции, открытом  27.11.2018, возражала против удовлетворения ходатайства об истребовании доказательств.

 Представитель Омского регионального фонда поддержки и развития малого предпринимательства оставил вопрос по заявленному ходатайству на усмотрение суда.

Рассмотрев ходатайство ФИО3, суд апелляционной инстанции  отказал в его удовлетворении по причинам, изложенным в мотивировочной части настоящего постановления.

В заседании суда апелляционной инстанции, открытом 22.11.2018, в соответствии со статьей 163 АПК РФ объявлен перерыв до 27.11.2018, после окончания которого судебное заседание было отложено на 20.12.2018.

Информация о перерыве в судебном заседании и отложении судебного разбирательства была размещена в информационном ресурсе http://kad.arbitr.ru/.

В заседании суда апелляционной инстанции, открытом 20.12.2018, ФИО2 поддержала доводы, изложенные в апелляционной жалобе. Считает определение суда первой инстанции в части удовлетворения жалобы незаконным и необоснованным, просила его отменить, апелляционную жалобу конкурсного управляющего – удовлетворить. 

Представитель ФИО3 поддержала доводы, изложенные в своей апелляционной жалобе. Считает определение суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении жалобы незаконным и необоснованным, просила его отменить, апелляционную жалобу ФИО3 – удовлетворить. 

Представитель Омского регионального фонда поддержки и развития малого предпринимательства поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе ФИО3 Считает определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным в части, просит его отменить, апелляционную жалобу ФИО3  – удовлетворить. 

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, надлежащим образом извещенные о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили. На основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся лиц.

Рассмотрев материалы дела, апелляционные жалобы, отзывы на них, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в порядке статьей 266, 268, 270 АПК РФ, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены определения Арбитражного суда Омской области от 20.09.2018 по настоящему делу по следующим причинам:

В соответствии с частью 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.3 и пунктом 1 статьи 20.4 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества. 

По правилам статьи 60 Закона о банкротстве жалобы кредиторов о нарушении их прав и законных интересов подлежат рассмотрению арбитражным судом в порядке и сроки, установленные пунктом 1 указанной статьи Закона о банкротстве. 

В таком же порядке и в сроки рассматриваются жалобы на действия арбитражного управляющего (пункт 3 статьи 60 Закона о банкротстве). 

Основанием удовлетворения жалобы на действия (бездействие) арбитражного управляющего является установление арбитражным судом: факта несоответствия этих действий законодательству о банкротстве (неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим своих обязанностей); или факта несоответствия этих действий требованиям разумности; или факта несоответствия этих действий требованиям добросовестности. 

При рассмотрении жалоб на действия (бездействие) арбитражного управляющего бремя доказывания должно распределяться следующим образом: лицо, обратившееся с жалобой, обязано доказать наличие незаконного, недобросовестного или неразумного поведения арбитражного управляющего и то, что такое поведение нарушает права и законные интересы этого лица, а арбитражный управляющий обязан представить доказательства отсутствия его вины в этом поведении или обосновать соответствие его действий требованиям добросовестности и разумности. 

I. Обоснованность жалобы ФИО3  в части отказа в ее удовлетворении по каждому из эпизодов не подтверждена по следующим причинам:

1. По вопросу о  непредоставлении  ФИО3 выписки по расчетным счетам, используемым конкурсным управляющим в процедуре банкротства должника.

Как верно установил суд первой инстанции, 19.01.2018 конкурсный кредитор ФИО3 по электронной почте направил конкурсному управляющему требование о предоставлении информации, а именно предоставить на электронную почту кредитора выписку по расчетным счетам, используемым конкурсным управляющим в качестве основного и специального счетов за период с даты введения процедуры наблюдения по дату исполнения требования. Требование конкурсным управляющим ФИО2 до настоящего времени не исполнено. 

Конкурсный управляющий ФИО2 данное нарушение не признает, пояснила, что выписку по счету она не могла направить, поскольку невозможно установить подлинность и личность лица, запрашиваемого сведения. Кроме того, кредитор ФИО3 присутствовал на собрании кредиторов 13.12.2017, был ознакомлен и получил на руки копии всех документов, вопросов о движении денежных средств управляющему не задавали. 

14.03.2018 состоялось собрания кредиторов должника, по итогам которого протокол собрания кредиторов и выписка по расчетным счетам должника были направлены в Арбитражный суд Омской области. 

Оценив данные доводы, суд апелляционной инстанции учитывает следующее:

По смыслу пункта 1 статьи 143 Закона о банкротстве конкурсный кредитор не имеет права требовать предоставления ему информации о деятельности должника напрямую у конкурсного управляющего в индивидуальном порядке.

Права такого кредитора на информацию о ходе конкурсного производства обеспечиваются участием в собрании кредиторов,  а также положениями пункта 7 статьи 12 Закона о банкротстве, согласно которым протокол собрания кредиторов (комитета кредиторов) вместе с материалами к собранию направляется в арбитражный суд не позднее чем через пять дней с даты проведения собрания кредиторов, где с ним вправе знакомиться любое лицо, участвующее в деле.

Исходя из пункта 2 статьи 143 Закона о банкротстве состав материалов к собранию, помимо  сведений прямо перечисленных в пункте 2 статьи 143 Закона о банкротстве, определяется конкурсным управляющим, а также требованиями собрания кредиторов (комитета кредиторов) или арбитражного суда.

То есть, требование о предоставлении конкурсным управляющим каких-то определенных материалов (в данном случае выписки) может быть заявлено собранием кредиторов (комитетом кредиторов) или арбитражным судом соответствующим определением.

Следовательно, кредитор вправе знакомиться с выпиской  в составе материалов к собранию кредиторов (комитету кредиторов) на самом собрании или при ознакомлении с протоколом собрания кредиторов и приложенными к нему материалами, направленными в суд. 

Предоставлять соответствующую выписку о движении денежных средств по счету должника кредитору в индивидуальном порядке конкурсный управляющий не обязан, тем более, что для предоставления сведений о движении денежных средств предусмотрена специальная форма отчетности – отчет об использовании денежных средств должника.

С соответствующим ходатайством к суду о вынесении определения об обязании представить выписку собранию кредиторов  или ему лично  в порядке статьи 60 Закона о банкротстве или статьи 66 АПК РФ со ссылками на невозможность повлиять на состав материалов к собранию  податель жалобы не обращался.

Поэтому суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении жалобы в этой части.

Доводы ФИО3 о том, что Закон о банкротстве не содержит запрета на  истребовании информации у конкурсного управляющего в индивидуальном порядке, являются несостоятельными.

Закон о банкротстве, закрепляя порядок ознакомления с делами должника путем проведения собраний кредиторов и подготовки материалов к ним,  установил баланс между правом кредиторов на информацию о ходе процедур банкротства  и ограничением временных и денежных затрат на предоставление такой информации кредиторам.

При предоставлении кредиторам неограниченного права направлять индивидуальные запросы о ходе конкурсного производства у конкурсного управляющего может не остаться ни времени, ни средств для  осуществления своих основных обязанностей по формированию конкурсной массы и  осуществлению расчетов с кредиторами.

2. По вопросу о неопубликовании в ЕФРСБ сведений о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

В отношении данного эпизода суд апелляционной инстанции указывает следующее:

Суд первой инстанции правильно установил, что ФИО2 был нарушен срок размещения в ЕФРСБ  сведений об обращении в суд с заявлением о привлечении контролирующего лица ФИО7 к субсидиарной ответственности.

Однако публикация данной информации в ЕФРСБ имеет целью  информирование заинтересованных лиц о поданном заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

Между тем, в данном случае ФИО3 ссылался на то, что им самим, то есть конкурсным кредитором ФИО3 в арбитражный суд Омской области в рамках дела о банкротстве было подано заявление о привлечении ФИО7, как контролирующего должника лица, к субсидиарной ответственности. 

Указанное заявление Определением от 19.01.2018 года было принято к производству. 

Таким образом, ФИО3 не мог не знать о поданном им самим заявлении и его права на информирование об этом событии не могут считаться нарушенными в связи с несвоевременным размещением сведений об этом в ЕФРСБ.

Обоснования того, почему его права являются нарушенными несвоевременным информированием о  подаче заявления иных лиц, ФИО3 суду не привел.

Поскольку жалоба кредитора на действия конкурсного управляющего может быть удовлетворена только при условии действительного нарушения прав и законных интересов вменяемым незаконным или недобросовестным  действием или бездействием и поскольку доказательств такого нарушения данным эпизодом в деле нет, оснований для удовлетворения жалобы в этой части не имеется.

3. По вопросу неопубликования в ЕФРСБ сведений о результатах проведения процедуры наблюдения должника.

Суд первой инстанции  правильно установил, что ФИО2 допущено нарушение Закона о банкротстве в данной части.

Вместе с тем суд первой инстанции также обоснованно отказал в удовлетворении жалобы по этому эпизоду, поскольку ФИО3 не раскрыл суду, какие конкретно права и законные интересы данного кредитора были нарушены данным бездействием управляющего.

Жалоба конкурсного кредитора на отсутствие указанной информации была подана  спустя почти два года после завершения процедуры наблюдения в отношении должника.

ФИО3 в основной части своего требования к должнику  является приобретателем прав требования к должнику на основании договора уступки прав требования № 2 от 23.09.2016 года, то есть договора, заключенного в период процедуры конкурсного производства в отношении должника (определение о процессуальном правопреемстве от 30.12.2016 года).

Поэтому предполагается, что приобретая права требования к должнику в процедуре банкротства последнего, действуя как разумный инвестор, ФИО3 собрал информацию о финансовом состоянии должника, его имущественной массе и перспективах удовлетворения требований незалоговых кредиторов третьей очереди.

Поэтому суд апелляционной инстанции соглашается, что  коль скоро не обосновано обратное, в деле отсутствуют доказательства нарушения данным бездействием прав и законных интересов ФИО3

4. По вопросу необращения в суд  с заявлением о признании сделок должника недействительными.

Как указал ФИО3, Инспекцией ФНС России № 2 по Центральному административному округу г. Омска была проведена выездная налоговая проверка Общества с ограниченной ответственностью «Вега-2000-Сибирская органика» по вопросам соблюдения налогового законодательства, правильности исчисления, полноты и своевременности расчётов с бюджетом по всем налогам и сборам за период с 01.01.2011 по 31.12.2013.

По итогам проведённой проверки налоговым органом вынесено решение от 04.09.2015 № 13-10/696 ДСП о привлечении ООО «Вега-2000-СО» к ответственности за совершение налогового правонарушения, предусмотренной:

-пунктом 1 статьи 122 Кодекса за неуплату (неполную уплату) сумм налога надобавленную стоимость в результате неправильного исчисления налога в виде штрафав размере 3 201 575 рублей;

-статьёй 123 Кодекса за неперечисление (неполное перечисление) вустановленный срок сумм налога на доходы физических лиц, подлежащих удержаниюи перечислению налоговым агентом, в виде штрафа в размере 72 812 рублей.

Указанным решением Обществу определена недоимка по налогу на добавленную стоимость в размере 31 053 450 рублей, а также исчислена сумма пени, в соответствии с требованиями статьи 75 Кодекса, в размере 9 852 299,11 рублей.

Налогоплательщик, не согласившись с вышеуказанным ненормативным актом налогового органа, обратился в Управление ФНС России по Омской области (далее – Управление) с апелляционной жалобой, в которой считает решение от 04.09.2015 № 13-10/696 ДСП незаконным и просил отменить данный ненормативный акт налогового органа.

Решением Управления от 02.12.2015 № 16-22/15381@ Решение Инспекции ФНС России № 2 по Центральному административному округу г. Омска о привлечении Общества с ограниченной ответственностью «Вега-2000-Сибирская органика» к ответственности за совершение налогового правонарушения от 04.09.2015 № 13-10/696 ДСП отменено в части: -1.1. признания недоимкой сумм налога на добавленную стоимость в общем размере 14 726 514 рубля;

-1.2.привлечения к налоговой ответственности, предусмотренной пунктом 1статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации за неполную уплату суммналога на добавленную стоимость в виде взыскания штрафов в общем размере1 419 080 рублей,

-1.3. начисления сумм пени по налогу на добавленную стоимость в частиотменённых сумм недоимки по налогу, указанных в пункте 1.1.

РешениеИнспекцииотмененопоэпизодам,связаннымс ООО «Сибирьпромснаб», ООО «Восток», ООО «Аман», ООО «Стройкомплекс».

В остальной части, а именно по эпизодам, связанным с ООО «Константа», ООО «Тироль», ООО «КТП» и ООО «Трансмаш», Решение Инспекции оставлено без изменения, апелляционная жалоба – без удовлетворения.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения налогоплательщика в арбитражный суд с заявлением о признании акта налогового органа недействительным, как нарушающего охраняемые законом права и интересы налогоплательщика в Арбитражный суд Омской области. Решением Арбитражного суда Омской области от 18.05.2016 по делу № А46-40/2016, оставленным без изменения Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 12.09.2016, в удовлетворении требований должника было отказано.

Как следует из судебных актов, в    ходе    осуществления    мероприятий налогового контроля установлено, что налогоплательщиком в проверяемом периоде заявлены хозяйственные взаимоотношения с рядом контрагентов, в том числе с ООО «КТП», ООО «Тироль», ООО «Константа», ООО «Трансмаш».

При этом налоговым органом установлено, что данные организации являются номинальными, по адресам, заявленным в учредительных документах, не находятся, налоговую отчетность предоставляют с незначительными показателями, собственных производственных       мощностей,       основных       средств,       транспорта       не имеют,       штатная численность минимизирована до одного человека (руководителя), движение денежных средств по расчётным счетам носит транзитный характер, подписи в первичных документах выполнены не лицами, значащимися руководителями в соответствии с регистрационными данными.

Кроме того, судом констатировано, что выводы налоговым органом сделаны на основании следующего:

-учредитель и руководитель ООО «КТП» (ФИО8, ФИО9), подписавшие документы по сделкам с заявителем, от факта их подписания отказываются, отрицают осуществление реальной хозяйственной деятельности от имени ООО «КТП», подтверждают регистрацию организации за вознаграждение;

учредитель и руководитель ООО «Константа» (ФИО10 (Барсукова) В.А.), от лица которой подписаны документы по сделкам с заявителем, от факта их подписания отказывается, отрицает осуществление реальной хозяйственной деятельности от имени ООО «Константа», подтверждает регистрацию организации за        вознаграждение;

учредитель и руководитель ООО «Тироль» (ФИО11, ФИО12), от лица которых подписаны документы по сделкам с заявителем, от факта их подписания отказываются, отрицают осуществление реальной хозяйственной деятельности от имени ООО «Тироль»: либо отрицают регистрацию организации вообще (ФИО11), либо подтверждают регистрацию организации за вознаграждение (ФИО12);

учредитель   и   руководитель   ООО   «Трансмаш»   (ФИО13),   от   лица   которого подписаны документы по сделкам с заявителем, от факта их подписания отказывается, отрицает осуществление реальной хозяйственной деятельности от имени ООО «Трансмаш», подтверждает регистрацию организации за вознаграждение;

- в соответствии с почерковедческим исследованием Экспертно-криминалистического центра полиции УМВД России по Омской области от 10.03.2015 №10/118, подписи на документах, оформленных от имени ООО «КТП», выполнены не ФИО8, ФИО9, а иными лицами; подписи на представленных документах по взаимоотношениям с ООО «Константа» от имени ФИО14 выполнены не ФИО14, а иным лицом; подписи на представленных документах по взаимоотношениям с ООО «Тироль» от имени ФИО12. выполнены не ФИО12, а иным лицом; подписи на представленных документах по взаимоотношениям с ООО «Трансмаш» от имени ФИО13. выполнены не Бабенко КВ., а иным лицом;

-денежные средства, поступившие от ООО «ВЕГА-2000-СО», перечислялисьООО «КТП» в основном на счета ООО «Аман», ООО «Раритет», ООО «Созвездие»,ООО «Оплот», ООО «Сибирьпромснаб», ООО «Орион», ООО «ТД «Мемфис», ООО«ТД «Нотэк», с указанием различных назначений платежей;

-большая часть денежных средств, поступивших ООО «Константа» отООО «ВЕГА-2000-СО», в этот же или на следующий день перечислялась на расчетныесчета ООО «Тироль», ООО «КТП», ООО «Трансмаш» с указанием различныхназначений платежей; 

денежные средства, поступившие от ООО «ВЕГА-2000-СО», перечислялись ООО «Тироль» в основном на счета ООО «Трансмаш», ФИО15, КПК «Вектор» ООО «КТП», ООО «Сибирьпромснаб» с указанием различных назначений платежей;

денежные средства, поступившие от ООО «ВЕГА-2000-СО», перечислялись ООО «Трансмаш» в основном на счета ООО «Вега», КПК «Восток», ООО «Техинвестсервис», ООО «НАВИ», ООО «Альянс», ООО «Тироль»;

в результате анализа движения денежных средств по расчётным счетам ООО «КТП» установлено, что часть денежных средств с расчётного счёта данного контрагента, открытого в ОАО «Плюс Банк», перечисляется на банковские карты, открытые на имя ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25., ФИО26 (указанные лица имеют непосредственное отношение к налогоплательщику: работники, учредители, руководители, действующие либо бывшие);

в результате анализа движения денежных средств по расчётным счетам ООО «Константа» установлено, что денежные средства, перечисленные на расчётные счета ООО «Тироль» и ООО «Трансмаш» вместе с денежными средствами, поступившими от ООО «Вега-2000-СО» частично перечисляются на расчётный счёт ФИО16 (бывший учредитель заявителя).

На основании изложенного, суд согласился с налоговым органом в том, что установлен факт возврата денежных средств от контрагентов налогоплательщику, а также установлено движение денежных средств между вышеуказанными контрагентами, вследствие чего довод заявителя об отсутствии доказательств получения необоснованной налоговой выгоды не подтверждается материалами выездной налоговой проверки.

Согласно показаниям директора ООО «ВЕГА-2000-Сибирская органика» ФИО7 (протокол допроса от 29.04.2015, от 13.04.2015) поиском поставщиков непосредственно занимался директор ФИО7 

Исходя из вышеизложенного, суд, оценив все представленные доказательства в соответствии со ст. 71 АПК РФ, посчитал возможным согласиться с выводами налогового органа о том, что ООО «Вега-2000- Сибирская органика» создан фиктивный документооборот по не имеющим места операциям, поскольку реальность операций должным образом не подтверждена.

Конкурсный кредитор ФИО3 утверждает, что принимая во внимание фиктивный оборот денежных средств в сделках по перечислению денежных средств со счетов должника имелись признаки сделок с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Конкурсный кредитор ФИО3 обладает количеством голосов менее 10% от общей реестровой задолженности, 15.01.2018 года им в адрес конкурсного управляющего ФИО2. посредством электронного отправления (ksv.au@,list.ru) и посредством отправления Почтой России было направлено требование об оспаривании сделок должника с указанием сделок и оснований для их оспаривания. 

Поскольку ФИО2 не оспорила данные перечисления в суде  с соблюдением срока давности, по ее вине утрачена возможность пополнения конкурсной массы на сумму данных перечислений.

Оценив данные пояснения, суд апелляционной инстанции учитывает следующее:

Как следует из формулировки требования,  ФИО3 ставит вопрос не о непроведении конкурсным управляющим надлежащего анализа спорных сделок в целях их оспаривания, а о незаконном бездействии по необращению в суд с иском об их оспаривании.

При таком требовании на конкурсном кредиторе лежит обязанность доказать, что для обращения с заявлением в суд основания имелись, и такое оспаривание имело хорошую судебную перспективу.

Как указал  ФИО3,  конкурсный управляющий была обязана оспорить сделки как сделки, совершенные с целью причинения вреда кредиторам.

Между тем в дело не представлено никаких доказательств того, что судебная перспектива у такого оспаривания имелась.

В дело вообще не представлено анализа обстоятельств совершения конкретных сделок, на которые ссылался ФИО3 в данной части.

Заявитель жалобы не проанализировал ни одну конкретную сделку с целью определения наличия на дату ее совершения кредиторов, которым предположительно был причинен вред, с целью определения совершения конкретных сделок в период подозрительности (в пределах трех лет от даты возбуждения дела о банкротстве).

Как пояснила суду апелляционной инстанции ФИО2, и как следует из судебных актов по делу № А46-40/2016,   денежные средства, перечисленные по  упомянутым кредитором сделкам, по сведениям уполномоченного  органа, были возвращены должнику через его аффилированных лиц под видом возвратов займов, а круговое перечисление имело целью формирование искусственных вычетов по НДС. 

То есть налоговый орган пришел к выводу о том, что  выбытие денежных средств от должника было мнимым, совершенным с использованием искусственного кругооборота, а денежные средств в действительности были возвращены в имущественную массу должника.

В таких условиях вред кредиторам в действительности отсутствует, а возможность применения последствий недействительности сделок в целях пополнения конкурсной массы сомнительной.

Суммы налога были доначислены уполномоченным органом по результатам проверки и к должнику применены налоговые санкции за совершение налогового правонарушения.

Данные пояснения и выводы судов представитель ФИО3  не опровергала. Доказательств действительного наличия у сделок цели причинения вреда кредиторам (то есть реального вывода имущества в целях причинения вреда конкретным кредиторам в преддверии банкротства), а не занижения должником налоговых обязательств не представляла.

В суде апелляционной инстанции кредитором было заявлено ходатайство об истребовании сведений в Инспекции ФНС № 2 Центрального административного округа города Омска, в Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», в ПАО «ВТБ 24» о датах совершения спорных перечислений денежных средств от ООО «КТП» в пользу ФИО17, ФИО16, ФИО21, ФИО7, ФИО19, ФИО27 в целях обоснования того, что они  частично подпадают под период подозрительности.

В   обоснование невозможности заявления такого ходатайства в суде первой инстанции  представитель ФИО3 указала, что  конкурсным управляющим не оспаривалось то обстоятельство, что возможность оспаривания сделок существовала.

Между тем истец освобождается от обязанности доказывания фактических обстоятельств, которые прямо не оспорены ответчиком (часть 3.1. статьи 70 АПК РФ), но на которые истец ссылается в обоснование требования, то есть которые он раскрывает перед ответчиком в должной степени.

Однако кредитор, ссылаясь на необходимость оспаривания сделок, не перечислил эти сделки, не обозначил их стороны и даты совершения, не проанализировал наличие признаков недействительности каждой конкретной сделки, а ответчик требование в общем виде не признал.

Кредитор в  обоснование жалобы в данной части ссылался на выводы суда о том, что в действительности перечисление денежных средств было мнимым, то есть деньги из имущественной сферы должника не выбывали.

Поэтому в такой ситуации  кредитор не может считаться освобожденным от обязанности доказывать обстоятельства наличия  у сделок признаков недействительности и судебной перспективы их оспаривания.

Риск непредставления доказательств лежит на кредиторе и у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания считать, что незаявление ходатайства об истребовании дополнительных доказательств ФИО3 было вызвано уважительными и не зависящими от кредитора причинами.

Более того, не представив таких доказательств, не раскрыв и не проанализировав перед судом наличие признаков недействительности конкретных сделок,  кредитор  предъявил требование о возмещении убытков от неоспаривания сделок в сумме 6 541 000 руб.

Между тем по смыслу  Определения  Верховного Суда РФ от 26.10.2017 N 305-ЭС17-8225 по делу N А40-154653/2015 для взыскания убытков с управляющего в связи с неоспариванием им сделок суду должна быть доказана высокая вероятность признания сделок недействительными в случае их оспаривания в суде.

Таких доказательств конкурсный кредитор ФИО3 суду не представлял, анализа сделок не делал.

5. В отношении требования о  взыскании  с ФИО2 в конкурсную массу убытков в сумме 7 487 132 руб. 75 коп.  

Названная сумма требований состоит из следующих убытков:

- 722 996 руб. убытков в виде излишне выплаченного вознаграждения;

- 786 руб. 75 коп. убытков в виде оплаты комиссий банку за снятие за открытие чековой книжки и выдачу наличных денежных средств;

- 36 850 руб. убытков в виде оплаты публикации о торгах в местном печатном издании;  

- 185500 руб. убытков от оплаты услуг оценщика;

- 6 541 000 руб. убытков от неоспаривания сделок.

5.1. в отношении убытков в виде излишне выплаченного вознаграждения в сумме 722 996 руб. суд апелляционной инстанции указывает следующее.

Как установил суд первой инстанции, из отчета конкурсного управляющего ФИО2 о результатах конкурсного производства в отношении должника от 08.12.2017 и отчета об использовании денежных средств от 08.12.2017 следует, что в качестве вознаграждения арбитражного управляющего выплачены следующие суммы: 22.09.2016 года – 84 000 руб. за январь-март 2016 года; 27.09.2016 года – 134 300 руб. за март-апрель 2016 года; 28.09.2016 года – 50 000 руб. за апрель - май 2016 года; 07.10.2016 года – 53 000 руб. за апрель - май 2016 года; 21.10.2016 года – 37 500 руб. за май 2016 года; 03.03.2017 года - 49 000 руб. (период не указан); 13.03.2017 года - 10 000 руб. (период не указан); 02.05.2017 года - 125 000 руб. (период не указан); 24.05.2017 года - 30 000 руб. (период не указан); 29.05.2017 года - 30 000 руб. (период не указан); 08.06.2017 года - 30 000 руб. (период не указан); 16.06.2017 года - 7 546 руб. (период не указан); 16.06.2017 года - 60 000 руб. (проценты за процедуру наблюдения); 07.07.2017 года - 30 000 руб. (период не указан); 01.08.2017 года - 15 000 руб. (период не указан); 14.08.2017 года – 30 000 руб. (период не указан); 18.08.2017 года - 15 000 руб. (период не указан); 11.09.2017 года - 38 000 руб. (период не указан); 22.09.2017 года - 30 000 руб. (период не указан); 22.09.2017 года – 36 800 руб. (период не указан); 29.09.2017 года – 35 000 руб. (период не указан); 11.10.2017 года – 20 000 руб. (период не указан); 19.10.2017 года – 10 000 руб. (период не указан).

Всего согласно отчетам, арбитражному управляющему ФИО2 выплачено 967 846 руб. Между тем, за период с момента введения процедуры наблюдения 12.01.2016 по 19.10.2017 (дата заявленная кредитором в жалобе), вознаграждение арбитражного управляющего составляет (20 дней января – 19 354 руб. 84 коп.; за период с 01.02.2016 по 30.09.2017 – 600 000 руб. за период с 01.10.2017 по 19.10.2017 – 19 000 руб., 60 000 руб. проценты по вознаграждению) 698 354 руб. 84 коп. 

В судебном заседании суда первой и апелляционной инстанции арбитражный управляющий ФИО2 и ее представитель поясняли, что в отчете неверно указывалось назначение платежа. 

Как пояснила ФИО2, поскольку в конкурсной массе должника денежных средств до реализации имущества не было, часть расходов по процедуре управляющий производила из собственных средств, которые были ей компенсированы после поступления денежных средств в конкурсную массу. 

В то же время, поскольку поступление денежных средств в основном имело место от реализации залогового имущества, списание со специального залогового счета осуществлялось под видом вознаграждения как по причине ограничения видов платежей по специальному  залоговому счету, так  и по причине дешевизны банковской комиссии за снятие денежных средств именно в целях выплаты вознаграждения.

ФИО2 пояснила, что при подготовке отчета в графе «Сведения о размере поступивших и использованных денежных средств должника» указывалось на погашение всех расходов арбитражного управляющего: почтовых, на публикации, охрану и иные, а «Вознаграждение арбитражного управляющего» было указано ошибочно. 

В подтверждения своих расходов ФИО2 в материалы дела были предоставлены следующие документы: счет № 77031743763 от 15.01.2016 на сумму 5868 руб. 47 коп. (предоплата за публикацию в газете «КомерсантЪ» сведений о банкротстве должника ООО «Вега-2000-СО»), отчет об оплате; счет № 77031907752 от 24.06.2016 на сумму 6 185 руб. 05 коп. (оплата за публикацию в газете «КомерсантЪ» сведений о банкротстве должника ООО «Вега-2000-СО»), отчет об оплате; счет № 77031969767 от 29.08.2016 на сумму 5 324 руб. 35 коп. (оплата за публикацию в газете «КомерсантЪ» сведений о банкротстве должника ООО «Вега-2000-СО»), отчет об оплате; счет № 77032037786 от 03.11.2016 на сумму 23 138 руб. 89 коп. (оплата за публикацию в газете «КомерсантЪ» сведений о банкротстве должника ООО «Вега-2000-СО»), отчет об оплате; счет № 77032058644 от 24.11.2016 на сумму 41 413 руб. 81 коп. (оплата за публикацию в газете «КомерсантЪ» сведений о банкротстве должника ООО «Вега-2000-СО»), отчет об оплате. Всего на публикацию сообщений в газете «КамерсантЪ» арбитражным управляющим было израсходовано 81 930 руб. 57 коп. 

На сайте ЕФРСБ за период с 12.01.2016 по 19.10.2017 года арбитражным управляющим было опубликовано 36 сообщений на общую сумму 26 565 руб. 

Расходы на публикацию в местном печатном издании «Домашняя газета» составили 34 300 руб., в подтверждении чего в материалы дела представлены квитанции к приходным кассовым ордерам № 588 от 09.11.2016, № 626 от 01.12.2016, № 6 от 26.01.2017.

Расходы на охрану имущества должника составили 490 000 руб. в подтверждение указанных расходов представлены: квитанции к приходным кассовым ордерам № 21 от 15.09.2016, № 16 от 01.09.2016, № 3 от 15.07.2016, № 34 от 30.12.2016, № 31 от 01.12.2016, № 3 от 31.01.2017, № 29 от 15.11.2016, договор № 1/7-2016 о предоставлении охранных услуг от  01.07.2016. 

Расходы по оценку составили 174 500 руб., в подтверждение расходов представлены квитанции № 0000011, № 0000009, № 0000010, квитанция к приходному кассовому ордеру № 185 от 19.07.2016, договор на оказание услуг № 213, договор на оказание услуг № 185 от 19.06.2019, договор об оказании услуг № 210 от 19.09.2016. 

Почтовые расходы арбитражного управляющего в этот период составили 1 453 руб., которые подтверждаются представленными письмами и доказательствами их отправки (кассовыми чеками). 

Податель жалобы конкретных возражений против расчета суда первой инстанции не привел, настаивает на том, что несмотря на представление доказательств расходования денежных средств должника на оплату расходов по делу о банкротстве, данное расходование является для должника убытками по причине того, что денежные средства снимались ФИО2 под видом выплаты вознаграждения.

Между тем суд апелляционной инстанции соглашается с судом первой инстанции в том, что снованием для возмещения убытков может являться только необоснованное уменьшение имущественной массы должника без получения встречного  предоставления.

В данном случае, несмотря на допущенные нарушения при расходовании денежных средств должника,  ФИО2 обосновала, что такое расходование осуществлялось на нужды процедуры (оплату охраны имущества должника, услуг по оценке, публикаций сообщений о проведении торгов, публикаций о ходе осуществления процедур банкротства, почтовых расходов).

Поэтому такое расходование не может свидетельствовать об отсутствии встречного предоставления и наличии на стороне имущественной массы убытков, подлежащих возмещению управляющим.

5.2. в отношении убытков в виде оплаты комиссий банку за снятие за открытие чековой книжки и выдачу наличных денежных средств в сумме 786 руб. 75 коп.

Исходя из отчета об использования денежных средств должника, конкурсным управляющим ФИО2 29.09.2016 года была получена чековая книжка, за выдачу которой банком была удержана комиссия в размере 200 руб. 

10.10.2016 года и 29.12.2016 года ФИО2 с расчетного счета должника были получены наличные денежные средства, за выдачу которых банком была удержана комиссия в размере 191 руб. и 195 руб.75 коп. 

28.02.2017 года была получена еще одна чековая книжка за выдачу, которой банком была удержана комиссия в размере 200 руб. 

Конкурсный кредитор ФИО3 считает указанные выплаты убытками, поскольку, по его мнению, действующим законодательством не предусмотрена возможность иных форм расчетов кроме безналичных с использованием расчетных счетов должника. Поскольку ФИО2 не вправе была использовать наличную форму расчетов, то ее действиями причинены убытки в сумме комиссий, списанных банком, в размере 786 руб. 75 коп. 

Как следует из предоставленной в материалы дела выписки, по счету должника, 10 октября 2016 года Банком удержана комиссия в сумме 191 руб. В назначении платежа указано «Комиссия за «Выдачу наличных денежных средств со счетов клиентов (юридического лица) на зарплату для осуществления выплат соц. Характера по счету 40702810410430004908, за 27 сентября 2016 г. согласно тарифам банка. НДС не облагается» 

27.09.2016 арбитражному управляющему было выдано 134 300 руб. вознаграждения за март - апрель 2016.

29 декабря 2016 года Банком удержана комиссия в сумме 197 руб. 75 коп. В назначении платежа указано «Комиссия за «Выдачу наличных денежных средств со счетов клиентов (юридического лица) на зарплату для осуществления выплат соц. Характера по счету 40702810410430004908, за 28 декабря 2016 г. согласно тарифам банка. НДС не облагается» 

28.12.2016 арбитражному управляющему было выдано 39 150 руб. вознаграждения за август – сентябрь 2016. 

Конкурсный управляющий ФИО2 не согласна, что оформлением чековой книжки и снятием своего вознаграждения наличными, она причинила убытки. В  подтверждение своих возражений представила сведения о размерах комиссий банка за снятие  наличных денежных средств при использовании чековой книжки и  при безналичном перечислении на счет  получателя.  Ссылается на более выгодный тариф при использовании чековой книжки.

Оценив требование о возмещении убытков в данной части суд апелляционной инстанции указывает следующее:

В соответствии с п. 2 ст. 133 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» на основной счет должника зачисляются поступающие в ходе конкурсного производства денежные средства должника, с него же осуществляются выплаты кредиторам в порядке, предусмотренном статьей 134 настоящего Федерального закона, то есть с соблюдением очередности удовлетворения требований кредиторов. 

Целью регулирования указанной нормы является обеспечение прозрачности расходования денежных средств с основного или специального счета должника.

Поэтому при условии обеспечения прозрачности расходования денежных средств само по себе использование чековой книжки для снятия наличных с основного счета должника или со специального счета, допускающего расходование на определенные цели, не  является неправомерным.

Прозрачность расходования обеспечивается указанием на действительную цель расходования в чеке. Данное назначение выплаты на основании чека отражается в выписке по счету должника при описании операции по снятию денежных средств со счета.

Никакая разница в тарифах не может являться оправданием расходования на иные цели под видом вознаграждения.

Поэтому доводы управляющего об указании ею в качестве назначения выплаты вознаграждения в целях минимизации комиссии за выплату, тогда как расходование осуществлялось на иные цели, являются неправомерными.

Вместе с тем, в данном случае конкурсный управляющий обосновала расходование наличных денежных средств на  нужды процедур банкротства, подтвердила расходование на эти цели доказательствами. 

Поскольку использование чековой книжки само по себе не является основанием для возмещения убытков, а расходование снятых денежных средств на нужды процедуры конкурсный управляющий подтвердила, суд первой инстанции правомерно отказал в возмещении убытков в соответствующей части.

5.3. в отношении убытков в виде оплаты публикации о торгах в местном печатном издании  в сумме 36 850 руб.

22.05.2017 года конкурсным управляющим ФИО2. за счет средств должника была оплачена публикация в местном печатном издании «Домашняя газета» в размере 22 850 руб. 

11.10.2017 года конкурсным управляющим ФИО2. за счет средств должника была оплачена публикация в местном печатном издании «Домашняя газета» в размере 14 000 руб. 

ФИО3, ссылаясь на то, что действующим законодательством предусмотрено обязательное опубликование сообщения о продаже имущества должника только на ЕФРСБ и в официальном издании утвержденном Правительством Российской Федерации, которым является газета «Коммерсант», а публикация в местной газете не являлась обязательной, считает, что такой публикацией должнику и кредиторам были причинены убытки, которые подлежат возмещению управляющим.

Из инвентаризационной описи № 0001 от 23.09.2016 следует, что арбитражным управляющим по результатам проведенной инвентаризации выявлено у должника следующее имущество: - Здание котельной литера Ж, кадастровый номер 55-55-14/008/2008-127, общей площадью 124,0 кв.м., расположенное по адресу: 

<

...>; - Здание лесопильного цеха литера 3, кадастровый номер 55-55-14/005/2008-098, общей площадью 291,2 кв.м., расположенного по адресу: Омская область, Тюкалинский район, г. Тюкалинск, верная, 

<

...>; - Земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов - общественно- деловые цели, для размещения производственных и административных зданий площадью: 696 кв.м., кадастровый номер 55:38:012204:109, адрес: 

<

...>; - Паллетоупаковщик; - Реактор ИНВ 105; - Реактор ИНВ 106; - Реактор ИНВ 107; - Трехходовая печь АВМ 065; - Трехходовая печь АВМ 065; - Мелиоративная установка МЗ-10 (1991); - Мелиоративная установка МЗ-10 (1992); - Экскаватор, модель ЭО-3322-1, регистрационный знак 3006 ОХ55, зав.№ машины рамы 4360, цвет красный, двигатель № 577417; - Прицеп, марка ПТС-4, знак 

<

***>; - Трактор ДТ-75МЛ, регистрационный знак 

<

***> зав. № машины (рамы) 848321, двигатель № 589314,коробка передач № 8492, ведущий мост № 8492; - Трактор ДТ-75МЛ, регистрационный знак 

<

***> зав. № машины (рамы) 801495, двигатель № 12, коробка передач № 931944, ведущий мост № 931944; - Трактор Т-40АМ, рег. Знак 

<

***> зав. № машины 339253, двигатель № 12, коробка передач № 655884 578947, ведущий мост № 655884 578947, цвет синий; - УАЗ 330301, регистрационный знак С095ММ55, (VIN/Кузов) ХТТ330300L0073440,31900, цвет темно-зеленый; - Трактор ЮМЗ-6АКЛ, регистрационный знак 

<

***> зав.№ машины 789296, двигатель 2Р1653, цвет красный; - Земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов - общественно- деловые цели, для размещения производственных и административных зданий площадью: 3 046 кв.м., кадастровый номер 55:38:012204:108, адрес: 

<

...> - Здание столярного цеха литера А, кадастровый (условный) номер 55-32-34004588, общей площадью 297,0 кв.м., расположенной по адресу: 

<

...> - Мобильная теплозаправочная станция; - Погрузчик ПФБ-Ф-6; - Погрузчик ПФН-1; - Транспортер ленточный; - Пантоны; - Прес-экструдер; - Разбрасыватель сапропеля РВ-000; - Пилорама; - Термостат; - Вагончик-бочка; - Сместитель 2012 на 1500кг/час; - МАЗ 5440А5-330-031,регистрационный знак С943ОТ55 (VIN/кузов) Y3M5440А5В0002162, цвет белый; - Полуприцеп с бортовой платформой, модель FRUEHAUF, РЕГИСТРАЦИОННЫЙ ЗНАК ао155955, (VIN) 

<

***>; - ГАЗ 2752, регистрационный знак 

<

***> (VIN) 

<

***>, цвет светло- золотой; - ГАЗ 2752, регистрационный знак С760ЕХ55 (VIN) 

<

***>, цвет белый; - ГАЗ 30202, регистрационный знак С100НХ55 (VIN) 

<

***>, цвет белый; - Диспергатор ДЭ-500; - Автоматическая фасовочная линия макиз-компакт У-04; - Камаз 65115N3, регистрационный знак C449МА55, ХТС 651153С1249211, цвет оранжевый; - Отсеиватель – грохот; - ГАЗ 330202, регистрационный знак Р877СУ55,2011, (VIN) 

<

***>, цвет оранжевый.

Из инвентаризационной описи № 0002 от 26.09.2016 следует, что арбитражным управляющим по результатам проведенной инвентаризации выявлено у должника следующее имущество: - Здание складского помещения литера А, кадастровый (условный) номер 55:38:012204:184, общей площадью 197,7 кв.м., расположе5нного по адресу: 

<

...>; - Трактор БЕЛАРУС 82.1-СМ, регистрационный знак 

<

***> 2011 г., зав.№ машины (рамы) 00803919, двигатель 659897, цвет синий; - Автопогрузчик HYUNDAI 25D-7, рег. Знак 

<

***> 20С015878 г., зав. № машины (рамы) HHKHHN07LC0000397, двигатель № С015878, цвет желтый; - реактор ИНВ 40; - земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов - общественно- деловые цели, для размещения производственных и административных зданий площадью: 2 692 кв.м., кадастровый номер 55:38:012204:6, адрес: 

<

...> Из инвентаризационной описи № 0003 от 20.10.2016 следует, что арбитражным управляющим по результатам проведенной инвентаризации выявлено у должника следующее имущество: - Термоусадочый тоннель; - Органическое удобрение сапропель, общим объемом 1 100,0 куб.м (1155,0 тн), находящееся на картах намыва, расположенного по адресу: Омская область, Тюкалинский район, г. Тюкалинск; - реактор для производства углеродного сорбента.

В последующем, конкурсным управляющим разработано Положение о порядке, сроках и условиях продажи имущества ООО «ВЕГА-2000-СО».

Согласно пункту 1.1 статьи 139 Закона о банкротстве в течение месяца с даты окончания инвентаризации и оценки предприятия должника, имущества должника конкурсный управляющий обязан представить собранию кредиторов или в комитет кредиторов для утверждения предложения о продаже имущества должника, включающие в себя сведения о составе имущества, о сроках его продажи, о форме торгов (аукцион или конкурс), об условиях конкурса (в случае, если продажа имущества в соответствии с законодательством Российской Федерации осуществляется путем проведения конкурса), о форме представления предложений о цене имущества, о начальной цене его продажи, о средствах массовой информации и сайтах в сети «Интернет», где предлагается соответственно опубликовать и разместить сообщение о продаже имущества, о сроках опубликования и размещения указанного сообщения. 

Абзацем 6 пункта 1.1 статьи 139 Закона о банкротстве предусмотрено, что собрание кредиторов или комитет кредиторов вправе утвердить иной порядок продажи имущества должника, чем тот, который был предложен конкурсным управляющим

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что 27.10.2016 состоялось заседание кредиторов, на котором кредиторами принято решение об утверждении Положения о порядке, сроках и условиях продажи имущества ООО «Вега-2000- СО». 

В пункте 5.1. Положения о порядке, сроках и условиях продажи имущества ООО «Вега-2000-СО» кредиторы определили: «В соответствии со ст. ст. 110, 139 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» ст. 448 ГК РФ извещение о проведении торгов должно быть опубликовано организатором торгов не менее чем за тридцать дней до даты и проведения в официальном издании, определяемом в соответствии со ст. 28 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», а также в местном печатном органе по месту нахождения должника в газете «Домашняя газета», в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве на сайте www.fedresurs.ru». 

Таким образом, действия конкурсного управляющего ФИО2 по опубликованию информации о торгах в газете «Домашняя газета» были осуществлены на  основании порядка реализации имущества должника, утвержденного уполномоченным органом, а следовательно, являются правомерными.

Расходы на публикацию являются обоснованными и взысканию с арбитражного управляющего не подлежат.

5.4. в отношении убытков в виде оплаты услуг оценщиков в общей сумме 185 500 руб.

Из отчета конкурсного управляющего следует, что ею были заключены договоры на проведение оценки с ООО «Центр судебной экспертизы и оценки»: № 185 от 19.06.2016 года и выплачено 2 500 руб.; № 210 от 19.09.2016 и выплачено 146 000 руб.; от 21.09.2016 и выплачено 11 000 руб.; № 213 от 24.10.2016 и выплачено 26 000 руб. 

Таким образом, выплачено за услуги по оценке 185 500 руб. 

В обоснования указанного довода жалобы кредитор ФИО3 указал, что  Закон о банкротстве не содержит обязанности конкурсного управляющего по своей инициативе во всех случаях привлекать оценщика для проведения оценки имущества должника. Закон о банкротстве  предусматривает случаи, когда привлечение оценщика является обязательным. Такие случаи, по мнению заявителя,  в настоящей процедуре не установлены. Реализацией в процедуре банкротства должника подлежало залоговое имущество, находящее в залоге у ПАО «ВТБ 24» и Омского регионального фонда поддержки и развития малого предпринимательства, а также имущество, не обременённое залогом. В случае если ФИО2 при оценке залогового имущества пользовалась услугами оценщика, то на то должно было быть указание залогового кредитора, и оплата таких услуг подлежала за счет сумм, подлежащих выплате залоговому кредитору в порядке ст. 138 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» либо залоговый кредитор обязан был самостоятельно определить начальную продажную стоимость имущества. Оценка имущества не находящегося в залоге в соответствии со ст. 139 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», осуществляется  только в случае направления соответствующего требования от кредитора. 

Оценив данные доводы суд апелляционной инстанции указывает следующее:

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 131 Закона о банкротстве в составе имущества должника отдельно учитывается и подлежит обязательной оценке имущество, являющееся предметом залога.

По смыслу Определения Верховного Суда РФ от 26.09.2018 № 308-ЭС18-14168 по делу № А22-3253/2014, а также  Определения Верховного Суда РФ от 24.10.2018 № 310-ЭС18-16346 по делу № А36-6243/2016 в соответствии с положениями пункта 2 статьи 129 и пункта 2 статьи 131 Закона о банкротстве привлечение оценщика для реализации имущества, являющегося предметом залога, является обязательным. Вместе с тем расходы на оценку включаются в состав расходов на реализацию предмета залога и подлежат компенсации по правилам пункта 6 статьи 138 Закона о банкротстве.

Поэтому доводы подателя жалобы об отсутствии необходимости оценки залогового имущества не соответствуют положениям Закона о банкротстве в части реализации имущества юридических лиц.

Следовательно,  расходы на оценку залогового имущества не могут быть отнесены к необоснованному уменьшению конкурсной массы должника, то есть к убыткам, возникшим по вине конкурсного управляющего.

Доводы подателя жалобы о том, что данные расходы являются убытками по причине того, что они должны были производиться за счет залогового кредитора, заявителем жалобы не доказаны.

Возмещение расходов управляющего под видом вознаграждения осуществлялось со специального залогового счета, то есть  за счет средств от реализации залогового имущества.

Податель жалобы не привел никакого анализа того, что залоговому кредитору было выплачено от реализации залогового имущества больше, чем ему причиталось в связи с необходимостью предварительного погашения расходов на оценку в порядке пункта 6 статьи 138 Закона о банкротстве.

То обстоятельство, что предварительная оплата расходов на оценку осуществлялась самой ФИО2 с последующим возмещением от реализации предмета залога само по себе (при условии  указания достоверного назначения платежа при расходовании денежных средств со специального счета)  незаконным не является.

Так, согласно абзацу 2 пункта 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 17.12.2009 N 91 "О порядке погашения расходов по делу о банкротстве" в случае временного отсутствия у должника достаточной суммы для осуществления расходов по делу о банкротстве арбитражный управляющий либо с его согласия кредитор, учредитель (участник) должника или иное лицо вправе оплатить эти расходы из собственных средств с последующим возмещением за счет имущества должника (пункт 3 настоящего Постановления). Лицо, финансирующее расходы по делу о банкротстве за счет собственных средств, не связано при этом очередностью удовлетворения текущих требований (пункт 2 статьи 134 Закона о банкротстве). Оно вправе непосредственно уплатить необходимую сумму текущему кредитору; предварительного перечисления им денег на основной счет должника (статья 133 Закона о банкротстве) и последующего перечисления их текущему кредитору именно должником не требуется. Требование такого лица о возмещении уплаченных им сумм за счет должника относится к той же очереди текущих платежей, к которой относилось исполненное им текущее обязательство должника; при его удовлетворении следует учитывать разъяснения, данные в пункте 3 настоящего постановления. Сведения о такой оплате расходов также включаются в отчеты арбитражного управляющего (пункт 6 настоящего постановления).

Поэтому если конкурсный управляющий провела оценку залогового имущества за свой счет, она на основании указанных разъяснений имеет право на получение со специального залогового счета должника, открытого  для осуществления операций, связанных с реализацией залогового имущества,  компенсации произведенных расходов в такой же очередности, в какой имел право  возместить свои расходы непосредственный оценщик или хранитель залогового имущества.

Учитывая, что бремя доказывания факта совершения неправомерных действий конкурсным управляющим, являющимся основанием для возмещения убытков, а также самого факта причинения убытков  лежит на заявителе, он не вправе ссылаться на вероятность получения залоговым кредитором предпочтения при удовлетворении его требования, а обязан доказать факт такого предпочтения.

Таких доказательств в дело не представлено.

Поэтому достаточных доказательств для вывода о  причинении управляющим убытков в связи с проведением оценки залогового имущества у суда нет.

Также суд первой инстанции правомерно установил, что о проведении оценки всего выявленного имущества, не находящегося в залоге, в соответствие со ст. 139 Закона о банкротстве, заявил конкурсный кредитор - ООО «Вега-ТАГ», в подтверждении чего в материалы дела представлена копия письма б/д, б/н.

Размер требований данного кредитора превышает порог, необходимый для получения права требовать проведения оценки имущества должника.

Так, согласно пункту 5.1 статьи 110 Закона о банкротстве в течение тридцати рабочих дней с даты включения сведений о результатах инвентаризации имущества должника в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве конкурсный кредитор или уполномоченный орган, если размер требования конкурсного кредитора или размер требования уполномоченного органа превышает два процента общей суммы требований конкурсных кредиторов и уполномоченных органов, включенных в реестр требований кредиторов, вправе направить внешнему управляющему требование о привлечении оценщика с указанием имущества, в отношении которого требуется оценка

В течение двух месяцев с даты поступления такого требования внешний управляющий обязан обеспечить проведение оценки указанного имущества за счет имущества должника. 

Доводы апелляционной жалобы о том, что  в деле отсутствуют доказательства направления указанного уведомления до проведения оценки, судом отклоняются.

Как верно отметил суд первой инстанции, о фальсификации требования кредитором не заявлялось. Доказательств подконтрольности ФИО2 данному кредитору или, напротив, оказания влияния ФИО28 на принятие решений указанным кредитором податель жалобы  суду не раскрывал.

Поэтому при наличии презумпции добросовестности в действиях участников оборота у суда отсутствуют  основания считать, что в вопросе составления указанного письма имел место сговор между ООО «Вега-ТАГ» и ФИО2, а в действительности заинтересованность ООО «Вега-ТАГ» в проведении оценки незалогового имущества отсутствовала.

19.06.2016 конкурсный управляющий заключила с ООО «Центр судебной экспертизы и оценки» договор об оказании услуг № 210 предметом, которого является оценка рыночной стоимости объектов на 23.09.2016, в перечне объектов подлежащих оценки указанно, в том числе незалоговое имущество должника пункты с 26 по 32, п. 46. 

19.09.2016 конкурсный управляющий заключила с ООО «Центр судебной экспертизы и оценки» договор об оказании услуг № 213 предметом, которого является оценка рыночной стоимости объектов, в том числе являющегося незалоговым – органического удобрения сапропель, находящегося в картах намыва, расположенного по адресу Омская область, Тюкалинский район, г. Тюкалинск. 

Доводы апелляционной жалобы в части того, что договоры об оказании оценочных услуг № 210 от 19.09.2016 года и № 213 заключены ФИО2 от своего имени, а не от имени должника, поэтому расходы не подлежали возмещению за счет конкурсной массы, являются несостоятельными.

По смыслу  пункта 121 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" орган юридического лица обладает полномочиями представителя.

Согласно пункту 1 статьи 65.2 ГК РФ участники корпорации (участники, члены, акционеры и т.п.) вправе оспаривать совершенные ею сделки по основаниям, предусмотренным статьей 174 настоящего Кодекса или законами о корпорациях отдельных организационно-правовых форм, и требовать применения последствий их недействительности, а также применения последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182),.

То есть помимо законных представителей (родителей, опекунов, попечителей прямо названных в качестве законных представителей)  и представителей на основании доверенностей законодательство предусматривает третий вид представительства (который условно можно назвать представительством в силу закона), при котором данные представители уполномочены выступать от имени представляемых не на основании доверенности, а связи с наделением их этими полномочиями в случаях, предусмотренных законом и/или в предусмотренном законом порядке.

Конкурсные управляющие должника также являются  представителями должника в силу Закона о банкротстве (например, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве). Наделение их полномочиями представителя должника осуществляется судом в рамках  определенной процедуры (статья 45 Закона о банкротстве).

По смыслу  абзаца 5 пункта 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 17.12.2009 N 91 "О порядке погашения расходов по делу о банкротстве" то обстоятельство, кто именно указан в договоре об оказании услуг специалистом, привлеченным управляющим, не имеет существенного значения.

При наличии права на возмещение этих расходов за счет  имущества должника, такие расходы подлежат возмещению.

То обстоятельство, что договор на оценку № 185 от 19.06.2016 года на сумму 2 500 руб. в целях оценки органического удовлетворения, расположенного в картах намыва в г.Тюкалинске, был заключен за день до введения конкурсного производства, также не является достаточным основанием для отнесения данных расходов к убыткам, учитывая последующее требование конкурсного кредитора о проведении оценки незалогового имущества, то есть последующее получение управляющим возможности возместить свои расходы на оценку за счет имущества должника.

Причины повторной оценки сапропеля были раскрыты управляющим. Она пояснила, что  июне 2016 г. доступ к сапропелю был ограничен в виду заболачиваемости почвы в округе. Указанное обстоятельство повлекло дополнительные трудозатраты, которые были учтены в договоре №213, посредством включения пункта об оценке сапропеля в договор. Доказательств недобросовестности данных пояснений в деле нет, так же как нет доказательств несоразмерности платы за оценку сапропеля с учетом общей цены оценки по двум договорам.

Поэтому доводы о наличии убытков у должника и его кредиторов в связи с произведенной конкурсным управляющим оценкой суд апелляционной инстанции считает недоказанными.

5.5. в отношении убытков от неоспаривания сделок  в сумме 6 541 000 руб.

С учетом того, что, как указано выше, суду апелляционной инстанции не представлено доказательств высокой вероятности признания сделок недействительными, снований для взыскания  убытков в этой части не имеется.

Таким образом, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы ФИО3 суд апелляционной инстанции не усматривает.

II. В отношении доводов апелляционной жалобы ФИО2 суд апелляционной инстанции указывает следующее:

1. По вопросу о непредставлении для ознакомления документов, подтверждающих указанные в отчете о движении денежных средств от 08.12.2017 и отчете о результатах проведения конкурсного производства от 08.12.2017 сведения. 

Как справедливо указал суд первой инстанции, на основании  пункта 11 «Общих правил подготовки отчетов (заключений) арбитражного управляющего», утвержденных Постановлением Правительства РФ № 299 от 22.05.2003(далее - Правила) к отчетам конкурсного управляющего о своей деятельности должны прилагаться копии документов, подтверждающих указанные в них сведения. 

Копии документов, подтверждающих сведения, содержащиеся в отчете конкурсного управляющего об использовании денежных средств должника должны представляться вместе с отчетом, что следует из Приложения № 5 Типовой формы отчета конкурсного управляющего о своей деятельности и о результатах проведения конкурсного производства, утвержденной Приказом Министерства юстиции Российской Федерации № 195 от 14.08.2003. 

В отчете конкурсного управляющего ООО «Вега-2000-СО» ФИО2 о ходе  конкурсного производства от 08.12.2017, а также в отчете об использовании денежных средств должника от 08.12.2017 отсутствует раздел «Приложение». 

Как верно указал суд первой инстанции, непредставление договоров оценки с ООО «Центр судебной экспертизы и оценки», договоров охраны с ООО ЧОО «Центр Защиты», актов об оказании услуг, квитанций об оплате услуг наличными денежными средствами (сведения о такой оплате не проходят по счетам должника и не отражаются в отчете об использовании денежных средств должника).

договоров купли-продажи имущества должника кредиторам, одновременно с отчетом, вводит в заблуждение кредиторов должника, которые вправе получать соответствующие действительности сведения о ходе процедуры конкурсного производства во всех ее аспектах одновременно с отчетом о деятельности конкурсного управляющего должника; отсутствие данных сведений нарушает права кредиторов на информацию о ходе конкурсного производства.

Документы и информацию конкурсный управляющий представляла дозировано, в  ходе рассмотрения жалоб на ее действия, что нарушает права кредитора на информацию, препятствует надлежащему контролю за деятельностью конкурсного управляющего.

Согласно пункту 2 статьи 143 Закона о банкротстве в отчете конкурсного управляющего должны содержаться сведения:

о сформированной конкурсной массе, в том числе о ходе и об итогах инвентаризации имущества должника, о ходе и результатах оценки имущества должника в случае привлечения оценщика для оценки такого имущества;

о размере денежных средств, поступивших на основной счет должника, об источниках данных поступлений;

о ходе реализации имущества должника с указанием сумм, поступивших от реализации имущества;

о количестве и об общем размере требований о взыскании задолженности, предъявленных конкурсным управляющим к третьим лицам;

о предпринятых мерах по обеспечению сохранности имущества должника, а также по выявлению и истребованию имущества должника, находящегося во владении у третьих лиц;

о предпринятых мерах по признанию недействительными сделок должника, а также по заявлению отказа от исполнения договоров должника;

о ведении реестра требований кредиторов с указанием общего размера требований кредиторов, включенных в реестр, и отдельно - относительно каждой очереди;

о количестве работников должника, продолжающих свою деятельность в ходе конкурсного производства, а также о количестве уволенных (сокращенных) работников должника в ходе конкурсного производства;

о проведенной конкурсным управляющим работе по закрытию счетов должника и ее результатах;

о сумме текущих обязательств должника с указанием процедуры, применяемой в деле о банкротстве должника, в ходе которой они возникли, их назначения, основания их возникновения, размера обязательства и непогашенного остатка;

о привлечении к субсидиарной ответственности третьих лиц, которые в соответствии с законодательством Российской Федерации несут субсидиарную ответственность по обязательствам должника в связи с доведением его до банкротства;

иные сведения о ходе конкурсного производства, состав которых определяется конкурсным управляющим, а также требованиями собрания кредиторов (комитета кредиторов) или арбитражного суда.

Все эти сведения должны подтверждаться документами, позволяющими проверить данные отчета.

Как верно указал суд первой инстанции, в отчете о движении денежных средств указаны статьи расходов, а также сведения об осуществленных платежах по данным статьям подтверждающие документы обосновывающие законность их возникновения отсутствуют; отсутствие данных сведений также нарушает права кредиторов на информацию о ходе конкурсного производства. 

Во всех перечисленных случаях в отчетах конкурсного управляющего содержатся общие формулировки, не позволяющие идентифицировать в каждом конкретном случае источник и правовые основания поступления денежных средств на основной расчетный счет должника, а также установить обоснование и соблюдение очередности платежей при списании денежных средств, что препятствует реализации кредиторами своего права на получение полной и достоверной информации о ходе конкурсного производства. 

На основании изложенного  суд первой инстанции правомерно признал жалобу в данной части обоснованно.

Доводы апелляционной жалобы ФИО2 о том, что данные сведения и приложения должны содержаться лишь в итоговом отчете по результатам процедуры конкурсного производства противоречат положениям статьи 143 Закона о банкротстве, а также пункту 11 Общих правил подготовки отчетов (заключений) арбитражного управляющего, регулирующему требования как к отчету о ходе конкурсного производства, так и к итоговому отчету о результатах процедуры конкурсного производства (статья 147 Закона о банкротстве).

Вопреки утверждению подателя жалобы заявитель и суд первой инстанции указали, каким образом нарушены права кредитора отсутствием необходимой информации.

Как было сказано выше, ФИО2 не раскрывала при расходовании действительное назначение расходов, снимая денежные средства должника под видом вознаграждения. Из отчета невозможно установить и сопоставить, какие документы о расходовании явились основанием для осуществления текущих расходов, в каком объеме, на какие суммы осуществлялось расходование.

Только в ходе рассмотрения жалобы конкурсный управляющий стала раскрывать документы, подтверждающие назначение и размер расходования денежных средств должника.

Так, в отчете от 14.03.2018 года (том 1 лист дела 47 дела по жалобе на действия  поступила в суд 6.06.2018 входящий номер 61579) единственным упоминанием расходов на охрану является указание в  пункте 7 раздела «сведения о расходах на проведение процедуры конкурсного производства» суммы в 490 000 руб. Ни договора, ни актов оказанных услуг, ни доказательств оплаты к отчету не прикладывалось. Сведения о договоре, на основании которого осуществлялась выплата, вообще отсутствовали в отчете.

Между тем  к дате составления отчета расходы на охрану были произведены не только в этой сумме. Как было установлено судом  апелляционной инстанции при рассмотрении данной жалобы, а также при рассмотрении апелляционной жалобы на  определение от 17.09.2018 года по результатам рассмотрения иной жалобы на действия ФИО2  к моменту составления отчета от 08.12.2017 года по счету должника в пользу ООО ЧОО «Центр защиты» было выплачено помимо 490 000 руб. наличными денежными средствами 280 000 руб. по счету.

Ни установить общую сумму выплаты, ни оплачиваемый период, ни способ оплаты до подачи жалобы на действия конкурсного управляющего у кредитора не было возможности.

Только после подачи жалобы кредитор получил от конкурсного управляющего документы, являвшиеся  основанием для выплаты и  доказательством выплаты.

Поэтому жалоба в данной части удовлетворена правильно.

2. по вопросу  наличия недостоверной информации в отчетах конкурсного управляющего.

Общими правилами подготовки отчетов (заключений) арбитражного управляющего, утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 22.05.2003 № 299 (далее - Правила), предусмотрено, что в отчетах (заключениях) арбитражного управляющего указываются сведения, определенные Правилами, сведения, предусмотренные Законом о банкротстве, и дополнительная информация, которая может иметь существенное значение для принятия решений арбитражным судом и собранием (комитетом) кредиторов (пункт 3). 

Согласно подпункту «в» пункта 12 Постановления Правительства Российской Федерации от 22.05.2003 № 299 «Об утверждении общих правил подготовки отчетов (заключений) арбитражного управляющего» в отчете конкурсного управляющего об использовании денежных средств должника должны содержаться сведения, в том числе о каждом платеже (с обоснованием платежа) и об общем размере использованных денежных средств должника. 

Аналогичные требования содержатся в пункте 2 статьи 143 Закона о банкротстве.

Как уже было указано выше в силу положений подпункта «в» пункта 12 Постановления Правительства Российской Федерации от 22.05.2003 № 299 «Об утверждении общих правил подготовки отчетов (заключений) арбитражного управляющего» в отчете конкурсного управляющего об использовании денежных средств должника должны содержаться сведения, в том числе о каждом платеже (с обоснованием платежа) и об общем размере использованных денежных средств должника, поскольку ФИО2 по ряду платежей указала недостоверное назначение платежа, ею было нарушено законодательство о банкротстве. 

Под видом вознаграждения ФИО2  снимала со счета должника денежные средства для компенсации  иных расходов.

Понимание и уяснение  размеров и целей расходования конкурсной массы было существенно и грубо затруднено.

То обстоятельство, что ФИО2 осуществляла возмещение собственных расходов, произведенных ею ранее, по смыслу пункта 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 17.12.2009 N 91 "О порядке погашения расходов по делу о банкротстве" не освобождает ее от обязанности отражать сведения о предварительном расходовании в отчетах с указанием суммы и действительного назначения каждого платежа. При последующем расходовании в свою пользу за счет средств должника   назначение расходования также не подлежит искажению.

Права кредитора ФИО3 на получение достоверной информации действительно грубо и существенно были нарушены тем, что достоверную информацию об использовании денежных средств из иных источников он получить не мог.

Информация о  расходовании денежных средств должника с подтверждающими документами, которая могла бы быть проверена и сопоставлена кредитором, была предоставлена конкурсным управляющим только в ходе рассмотрения жалобы на действия управляющего.

Возражения ФИО2 в апелляционной жалобе по данному эпизоду о соблюдении ею требований Закона о банкротстве являются голословными, носят общий, неконкретный характер, не могут являться основанием для отмены судебного акта в данной  части.

3. По вопросу составления протокола общего собрания участников с нарушением ст. 12 ФЗ «О несостоятельности банкротства». 

13.12.2017 года конкурсным управляющим ФИО2. было проведено собрание кредиторов должника. До окончания срока регистрации конкурсным кредитором ФИО3 конкурсному управляющему ФИО2 в порядке ст. 15 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» было вручено требование о включении в повестку дня собрания кредиторов дополнительного вопроса со следующей формулировкой: «Об обязании конкурсного управляющего должника в 15-дневный срок обратиться в Арбитражный суд Омской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по основаниям. предусмотренным ст. 61.11, 61.12 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». Одновременно были предоставлены бюллетени для голосования. 

Указанное требование было принято ФИО2 

После голосования по вопросам повестки дня ФИО2 отказалась ставить предоставленные вопросы на голосование. Но в последующем, после споров, поставила вопросы на голосование. По вопросу о включении в повестку дня дополнительного голосования большинством голосов было принято решение не включать дополнительный вопрос в повестку дня.

Между тем, указанная информация (о предоставлении дополнительных вопросов, о голосовании по дополнительным вопросам) не отражена в протоколе от 13.12.2017 года.  Напротив, указано, что дополнительные вопросы не поступали.

При этом требование о включении дополнительного вопроса в повестку дня и бюллетени с итогами голосования приложено к протоколу. 

В судебном заседании конкурсный управляющий пояснила, что вопросы были ей вручены после окончания времени регистрации. Несмотря на это, по настоянию представителя налогового органа, она поставила на голосование вопрос о включении в повестку дня дополнительных вопросов. Большинством голосов было принято решение не включать дополнительный вопрос в повестку дня. В дальнейшем при оформлении протокола собрания кредиторов, арбитражный управляющий посчитала, что проведенное голосование не соответствует закону, поэтому не включила данную информацию в протокол. Считает, что голосование о включении в повестку дня дополнительных вопросов было уже за рамками собрания, после его закрытия и значения не имеет. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 12 Закона о банкротстве организация и проведение собрания кредиторов осуществляются арбитражным управляющим. 

Порядок организации и проведения собрания кредиторов установлены в Общих правилах подготовки, организации и проведения арбитражным управляющим собраний кредиторов и заседаний комитетов кредиторов, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 06.02.2004 № 56 (далее - Общие правила). 

Подпунктами а - г пункта 5 Общих правил установлено, что при регистрации участников собрания кредиторов арбитражный управляющий проверяет полномочия участников собрания кредиторов; вносит в журнал регистрации участников собрания кредиторов необходимые сведения о каждом конкурсном кредиторе и уполномоченном органе, количестве принадлежащих ему голосов и его представителе, об участниках собрания кредиторов без права голоса; выдает конкурсным кредиторам и уполномоченным органам бюллетени для голосования; принимает от участников собрания кредиторов заявки о включении в повестку дня собрания дополнительных вопросов. 

По окончании регистрации при наличии необходимого количества голосов конкурсных кредиторов и уполномоченных органов арбитражный управляющий проводит собрание кредиторов (пункт 6 Общих правил подготовки, организации и проведения арбитражным управляющим собраний кредиторов). 

В соответствии с пунктом 8 Общих правил арбитражный управляющий по окончании голосования осуществляет подсчет голосов и объявляет результаты голосования по каждому вопросу повестки дня; в установленных законом случаях составляет список кредиторов, голосовавших против принятых собранием кредиторов решений или не принимавших участия в голосовании, прилагаемый к протоколу заседания собрания кредиторов. 

После рассмотрения всех вопросов повестки дня собрания кредиторов арбитражный управляющий проводит голосование о включении в повестку дня дополнительных вопросов и голосование по этим вопросам (пункт 9 Общих правил). 

Пунктом 10 Общих правил на арбитражного управляющего возложена обязанность вести протокол собрания кредиторов, в котором в частности, указываются общее количество голосов конкурсных кредиторов и уполномоченных органов по данным реестра требований кредиторов и по результатам регистрации, результаты подсчета голосов и решения, принятые собранием кредиторов по порядку ведения собрания и вопросам повестки дня. 

В соответствии с названными Общими правилами в протоколе собрания кредиторов арбитражным управляющим фиксируются результаты подсчета голосов и решения, принятые собранием кредиторов по порядку ведения собрания и вопросам повестки дня. 

Как следует из приведенных положений Общих правил (пункт 10), протокол собрания кредиторов ведется непосредственно при проведении собрания кредиторов и отражает как ход проведения собрания, так и результаты голосования. 

Ни нормы Закона о банкротстве ни положения Общих правил не предоставляют арбитражному управляющему права после проведения собрания кредиторов повторно проверять полномочия кредиторов, участвовавших в собрании, отражать в протоколе собрания кредиторов сведения, не соответствующие фактическому ходу проведения собрания кредиторов (в частности, о полномочиях представителей кредиторов, допуске или не допуске их к голосованию), а также отражать в протоколе собрания кредиторов иные решения, чем те, которые были фактически приняты собранием кредиторов; самому изменять результаты подсчета голосов, а также вообще не указывать в протоколе собрания кредиторов процедуру голосования по каким-либо вопросам, в данном случае – о постановке дополнительных вопросов. 

Следовательно, в протокол собрания кредиторов конкурсный управляющий ФИО2 должна была внести сведения о результатах голосования собрания кредиторов о включении в повестку дня дополнительных вопросов, которые фактически имели место, а также внести результаты голосования, которые вообще не нашли своего отражения в протоколе собрания кредиторов. 

Такое поведение нарушает права кредитора, поскольку затрудняет оспаривание решений собрания,  отстаивание своих интересов в суде в ходе рассмотрения дела о банкротстве.

Данный эпизод жалобы ФИО3 подтвержден материалами дела, признается судом обоснованным.

Доводы апелляционной  жалобы ФИО2 в этой части о том, что требование о включении в повестку дня дополнительных вопросов поступило после проведения собрания, ничем не подтверждены, противоречат пояснениям лиц, участвовавших в собрании.

К тому же с учетом того, что голосование по дополнительным вопросам фактически осуществлялось, ФИО2 в любом случае была обязана достоверно отразить в протоколе ход собрания. 

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения суда. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Апелляционные жалобы удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 4 статьи 272, статьями 270 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Омской области от 20 сентября 2018 года по делу № А46-14706/2015 (судья Е.С. Звягольская), вынесенное по результатам рассмотрения жалобы ФИО3 на действия (бездействие) конкурсного управляющего ФИО2, в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Вега-2000-Сибирская органика» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционные жалобы (регистрационный номер 08АП-12907/2018) конкурсного управляющего ФИО2, (регистрационный номер 08АП-12908/2018) ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Председательствующий

О.В. Зорина

Судьи

С.А. Бодункова

 О.Ю. Брежнева