ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А75-20794/2021

16 декабря 2024 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 04 декабря 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 16 декабря 2024 года

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Солодкевич Ю.М., судей Рожкова Д.Г., Тетериной Н.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем Губанищевой У.Ю., рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационные номера 08АП-12209/2024; 08АП-11706/2024) публичного акционерного общества «Газпром нефть», общества с ограниченной ответственностью «Газпром трансгаз Сургут» на решение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 14.10.2024 по делу № А75-20794/2021 (судья Горобчук Н.А.), принятое по иску публичного акционерного общества «Газпром нефть» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Няганские газораспределительные сети» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) об урегулировании разногласий при заключении договора, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: Департамент по управлению государственным имуществом Ханты-Мансийского автономного округа – Югры (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>); общество с ограниченной ответственностью «Газпром трансгаз Сургут» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>); общество с ограниченной ответственностью «Газпромнефть-Хантос» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>); общество с ограниченной ответственностью «Газпром межрегионгаз Север» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), акционерное общество «Нефтяная компания «Конданефть» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), Федеральная антимонопольная служба,

при участии в судебном заседании:

непосредственно в здании суда представителей общества с ограниченной ответственностью «Няганские газораспределительные сети» – ФИО1 по доверенности от 12.08.2024 № 11, ФИО2 по доверенности от 09.01.2024 № 01,

представителя публичного акционерного общества «Газпром нефть» – ФИО3 по доверенности от 27.09.2022 № НК-536,

посредством веб-конференции с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел» представителей: 

публичного акционерного общества «Газпром нефть» – ФИО4 по доверенности от 17.04.2024 № Д-405,

общества с ограниченной ответственностью «Няганские газораспределительные сети» –ФИО5 по доверенности 25.11.2024,

общества с ограниченной ответственностью «Газпром трансгаз Сургут» – ФИО6 по доверенности от 01.10.2024 № SC652-24, ФИО7 по доверенности от 07.10.2024 № SC675-24,

общества с ограниченной ответственностью «Газпром межрегионгаз Север» – ФИО8 по  доверенности от 11.12.2023 № ГМС-34/424/23,

акционерного общества «Нефтяная компания «Конданефть» – ФИО9 по доверенности от 01.01.2024 № 2-24,

установил:

публичное акционерное общество «Газпром нефть» (далее – истец, ПАО «Газпром нефть») обратилось в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Няганские газораспределительные сети» (далее – ответчик, ООО «НГРС») об урегулировании разногласий при заключении договора транспортировки газа по магистральному газопроводу-отводу «Газоснабжение г. Ханты-Мансийск и поселков Ханты-Мансийского района» от 15.11.2021 № 1/021.

Определением от 19.04.2022 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Департамент по управлению государственным имуществом Ханты-Мансийского автономного округа – Югры, общество с ограниченной ответственностью «Газпром трансгаз Сургут» (далее – ООО «Газпром трансгаз Сургут»), общество с ограниченной ответственностью «Газпромнефть-Хантос» (далее – ООО «Газпромнефть-Хантос»), общество с ограниченной ответственностью «Газпром межрегионгаз Север» (далее – ООО «Газпром межрегионгаз Север»), акционерное общество «Нефтяная компания «Конданефть» (далее – АО «НК «Конданефть»), Федеральная антимонопольная служба.

Решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа-Югры от 14.10.2024 по делу № А75-20794/2021 урегулированы разногласия, возникшие между ПАО «Газпром нефть» и ООО «НГРС» при заключении договора транспортировки газа по магистральному газопроводу-отводу «Газоснабжение г. Ханты-Мансийск и поселков Ханты-Мансийского района» от 15.11.2021 № 1/021.

Не соглашаясь с принятым судебным актом ПАО «Газпром нефть», ООО «Газпром трансгаз Сургут» подали апелляционные жалобы, в которых просят решение суда первой инстанции отменить, принять новый судебный акт.

Истец в обоснование своей апелляционной жалобы указал, что утверждение условий договора, предполагающих его ретроспективное действие (плановые объемы транспортировки газа – пункт 2.3 и начало срока действия договора – пункт 9.1), противоречит пункту 4 статьи 445 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), и пункту 11 Правил поставки газа в Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 05.02.1998 № 162 (далее – Правила № 162). Редакция пунктов 4.3, 4.4, 4.5 – 4.5.3, 4.7, 4.9, абзаца 3 пункта 4.13, утвержденная судом, не соответствует Правилам учёта газа, утвержденным Приказом Минэнерго России от 30.12.2013 № 961 (далее – Правила № 961). Исключение пункта 7.8 из договора противоречит его правовой природе.

По мнению ООО «Газпром трансгаз Сургут», исключение узла учета газа (далее – УУГ) на 46 км из схемы учета газа, соответственно, принятие пунктов 2.1, 4.3, 4.4, 4.5.1-4.5.3, 4.7, 4.16 в редакции ответчика, не соответствует нормам действующего законодательства.

Оспаривая доводы апелляционных жалоб, ООО «НГРС» и Департамент по управлению государственным имуществом Ханты-Мансийского автономного округа – Югры представили отзывы на них, в которых просили решение суда первой инстанции оставить без изменения, жалобы – без удовлетворения.

Поддерживая позицию подателей жалоб, АО «НК «Конданефть» в своём отзыве просило решение отменить, принять спорные условия договора в редакции истца.

Департамент по управлению государственным имуществом Ханты-Мансийского автономного округа – Югры заявил ходатайство о рассмотрении жалоб в отсутствие его представителя, которое удовлетворено судом апелляционной инстанции (часть 2 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Судебное заседание апелляционного суда проведено также в отсутствие представителей ООО «Газпромнефть-Хантос», Федеральной антимонопольной службы, надлежащим образом уведомленных о времени и месте рассмотрения дела, в соответствии с частью 1 статьи 266 и частью 5 статьи 156 АПК РФ. 

Представитель истца пояснил, что не знаком с отзывом ответчика.

Представитель ООО «Газпром трансгаз Сургут» ФИО7 возражает против приобщения отзыва, поступившего от ответчика, так как он с ним не знаком.

Представитель ООО «НГРС» в судебном заседании пояснил, что данный отзыв направлен сторонам по адресу электронной почты и получен 28.11.2024, о чем имеются номера входящей корреспонденции: истца вх. № 019/717, ООО «Газпром трансгаз Сургут» вх. № 13791. Данные номера входящей корреспонденции стали известны после телефонного звонка в канцелярии этих обществ. Подачу отзыва на жалобы 28.22.2024 объясняет формированием в нём позиции по двум жалобам сразу, отмечает, что срок, установленный судом в определении от 21.11.2024, не нарушен.

Принимая во внимание, что обстоятельства не ознакомления непосредственно представителя ФИО7 по состоянию на 04.12.2024 с поступившим от ООО «НГРС» отзывом на жалобы с учетом обеспеченной возможности, как судом, разместившим его 28.11.2024 в системе «Картотека арбитражных дел», так и процессуальным оппонентом (копия отзыва на апелляционную жалобу направлена по электронной почте 28.11.2024 и получена канцелярией общества в этот же день) не является основанием для признания факта нарушения ответчиком порядка предоставления отзыва, установленного статьёй 262 АПК РФ.

Суд апелляционной инстанции также учитывает, что доводы отзыва ответчика не содержат каких-либо новых возражений, описанные ООО «НГРС» фактические обстоятельства спора и нормы права являлись предметом обсуждения в суде первой инстанции.

В заседании суда апелляционной инстанции представители подателей жалоб поддержали требования, изложенные в апелляционных жалобах, просили отменить решение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт.

Представители ответчика и АО «НК «Конданефть» высказались согласно отзывам на жалобы.

Представитель ООО «Газпром межрегионгаз Север» поддержала доводы жалоб.

С учетом части 5 статьи 268 АПК РФ, приведенных в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерауии от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» разъяснений и отсутствия возражений против проверки судебного акта в обжалуемой части к началу рассмотрения апелляционной жалобы, обжалуемое решение проверено лишь в части урегулирования судом первой инстанции разногласий, возникших при заключении договора транспортировки газа по магистральному газопроводу-отводу «Газоснабжение г. Ханты-Мансийск и поселков Ханты-Мансийского района» от 15.11.2021 № 1/021 по пунктам 2.1, 2.3, 4.3, 4.4, 4.5 – 4.5.3, 4.7, 4.9, абзаца 3 пункта 4.13, пункта 4.16, пунктов 7.8, 9.1 договора. В остальной части обжалуемое решение не проверяется.

Заслушав представителей сторон и третьих лиц, проверив законность и обоснованность судебного акта в порядке статей 266, 270 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не находит оснований для изменения решения по настоящему делу.

Судом первой инстанции установлено и из материалов дела следует, что между ООО «НГРС» (газотранспортная организация, ГРО) и ПАО «Газпром нефть» (поставщик газа) заключен договор транспортировки газа по магистральным газопроводам-отводам от 10.02.2017 № ГПН-17/09000/00492/Р, по условиям которого ответчик принял на себя обязательства по оказанию услуг транспортировки газа по магистральному газопроводу-отводу «Газоснабжение г. Ханты-Мансийск и поселков Ханты-Мансийского района» до выходов газораспределительных станций г. Ханты-Мансийска, п. Цингалы, п. Батово, п. Реполово, п. Выкатное, п. Ярки, а истец принял обязательство оплачивать оказанные услуги на условиях, предусмотренных договором транспортировки (представлен по системе «Мой арбитр» 22.12.2021).

Согласно пункту 6.1 договора он вступает в силу с момента его подписания уполномоченными представителями сторон и распространяет свое действие на период с 10.02.2017 до 31.12.2017, в случае если за 30 (тридцать) календарных до истечения срока, указанного в этом пункте настоящего договора, ни одна из сторон не заявит о его расторжении договор будет пролонгирован (пункт 6.2 договора).

29 ноября 2021 года в адрес истца письмом от 26.11.2021 за исх. № 1164 (вх. № 020710 от 29.11.2021) от ответчика поступил проект договора оказания услуг по транспортировке газа по магистральному газопроводу-отводу «Газоснабжение г. Ханты-Мансийск и поселков Ханты-Мансийского района» (период оказания услуг: 01.01.2022 -31.12.2026), на рассмотрение которого дан 10-дневный срок (т. 1 л. 45-56). Причины направления проекта нового договора заключаются в отсутствии правовой определенности в вопросах учета газа, в частности, ввиду не заключения технического соглашения между ООО «Газпром трансгаз Сургут», ООО «Газпромнефть-Хантос», ООО «НГРС», ООО «Южно-Приобский ГПЗ», а также изменении схемы газоснабжения (подключения в газопроводу ответчика дополнительных потребителей).

8 декабря 2021 года письмом за исх. № НК-25/017608 истец по результатам рассмотрения проекта договора направил ответчику протокол разногласий (т. 1 л. 57-75).

ООО «НГРС» не согласилось с предложением АО «Газпром нефть», отклонив представленный протокол разногласий, что подтверждается письмом от 17.12.2021 исх. №1249 (т. 1 л. 76-77).

С учетом итоговой позиции истца и итоговой уточненной редакции условий договора ответчика разногласия сторон остались, в том числе по условиям пунктов 2.1, 2.3, 4.3, 4.4, 4.5 – 4.5.3, 4.7, 4.9, абзаца 3 пункта 4.13, пункта 4.16, пунктов 7.8, 9.1 договора.

Неурегулирование разногласий при заключении договора послужило основанием обращения АО «Газпром нефть» в арбитражный суд с рассматриваемым иском.

Суд первой инстанции принял условия приведенных выше пунктов договора в редакции ответчика, пункт 7.8 исключил из договора.

Повторно исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Правовые, экономические и организационные основы отношений в области газоснабжения в Российской Федерации регулируются положениями параграфа 6 главы 30 ГК РФ в силу пункта 2 статьи 548 ГК РФ, Федерального закона от 31.03.1999 № 69-ФЗ «О газоснабжении в Российской Федерации» (далее – Закон № 69-ФЗ), Правилами № 162, Правилами 961, Правилами поставки газа для обеспечения коммунально-бытовых нужд граждан, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 21.07.2008 № 549 (далее - Правила № 549).

В соответствии с абзацем вторым статьи 2 Закона № 69-ФЗ газоснабжение является одной из форм энергоснабжения, представляющего собой деятельность по обеспечению потребителей газом, в том числе деятельность по формированию фонда разведанных месторождений газа, добыче, транспортировке, хранению и поставкам газа. 

По пункту 4 статьи 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами. Договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом или иными правовыми актами (императивным нормам), действующими в момент его заключения (статья 422 ГК РФ).

Статьей 446 ГК РФ предусмотрено, что в случаях передачи разногласий, возникших при заключении договора, на рассмотрение суда, условия договора, по которым у сторон имелись разногласия, определяются в соответствии с решением суда.

Задача суда при разрешении преддоговорного спора заключается в создании между сторонами договорной связи, когда часть условий, о редакции которых стороны не могут договориться путем свободного согласования своих автономных воль, определяется властью суда на основании судебного понимания должного баланса интересов сторон через призму императивных и диспозитивных норм права, регулирующих спорные отношения.

Разрешение судом спора при возникновении разногласий по конкретным условиям договора имеет своей целью внесение определенности в правоотношения сторон и установление условий договора в соответствии с требованиями действующего законодательства (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 31.01.2012 № 11657/11).

По смыслу статьи 173 АПК РФ при рассмотрении требования об определении спорных условий договора суд обязан оценить законность и обоснованность редакций, предложенных обеими сторонами. 

Пунктом 6 Правил № 549 закреплено, что поставщик газа в целях обеспечения исполнения обязательств по поставке газа заключает с газораспределительной организацией договор о транспортировке газа населению.

В силу пунктов 6, 8 - 11 Правил № 162 порядок и условия транспортировки газа по газотранспортной системе устанавливаются газотранспортной или газораспределительной организацией и оформляются договором в соответствии с указанными Правилами.

Заключение договора на транспортировку газа населению в данном случае является обязательным как для ООО «НГРС» (пункт 6 Правил № 549), так и для ПАО «Газпром нефть» (пункт 10 Правил № 162).

Оценивая довод ООО «Газпром трансгаз Сургут» о том, что пункт 2.1 договора в редакции ответчика не соответствует нормам действующего законодательства, как несостоятельный, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Истец с учетом уточненных исковых требований предлагает пункт 2.1 договора изложить в следующей редакции:

«2.1. Заказчик обязуется оплачивать, а Исполнитель обязуется оказывать услуги по транспортировке горючего природного газа и / или сухого отбензиненного горючего природного газа (далее – газ):

- приобретенного Заказчиком в собственность;

- принятого Заказчиком по договору комиссии;

- обязательства по организации транспортировки которого Заказчик принял на себя по иным договорам (агентский, оказания услуг и пр.);

по Газопроводу до границы разделения балансовой принадлежности.

Транспортировка газа по магистральному газопроводу-отводу Исполнителя в прямом направлении осуществляется от:

- границы раздела сетей Заказчика и Исполнителя (124 км) 

до:

- выходов ГРС Исполнителя;

- до ГРС сторонних организаций (ГРС АО «НК «Конданефть» на 28 км отвода на п. Цингалы и ГРС 29 км отвода на п. Выкатной);

- границы раздела сетей Исполнителя и газотранспортной системы ООО «Газпром трансгаз Сургут».

Транспортировка газа по магистральному газопроводу-отводу Исполнителя в обратном направлении осуществляется от:

- границы раздела сетей Исполнителя и газотранспортной системы ООО «Газпром трансгаз Сургут»

до:

- выходов ГРС Исполнителя;

- до ГРС сторонних организаций (ГРС АО «НК «Конданефть» на 28 км отвода на п. Цингалы и ГРС 29 км отвода на п. Выкатной);

- границы раздела сетей Заказчика и Исполнителя (124 км)».

В редакции ответчика пункт 2.1 договора изложен так:

«2.1. Заказчик обязуется оплачивать, а Исполнитель обязуется оказывать услуги по транспортировке горючего природного газа и / или сухого отбензиненного горючего природного газа (далее – газ):

- приобретенного Заказчиком в собственность;

- принятого Заказчиком по договору комиссии;

- обязательства по организации транспортировки которого Заказчик принял на себя по иным договорам (агентский, оказания услуг и пр.);

по Газопроводу до границы разделения балансовой принадлежности.

Транспортировка газа по магистральному газопроводу-отводу Исполнителя в прямом направлении осуществляется до:

- выходов ГРС Исполнителя;

- ГРС сторонних организаций (ГРС АО «НК «Конданефть» на 28 км отвода на п. Цингалы и ГРС 29 км отвода на п. Выкатной);

- границы раздела сетей Исполнителя и газотранспортной системы ООО «Газпром трансгаз Сургут».

Транспортировка газа по магистральному газопроводу-отводу Исполнителя в обратном направлении осуществляется до:

- выходов ГРС Исполнителя;

- ГРС сторонних организаций (ГРС АО «НК «Конданефть» на 28 км отвода на п. Цингалы и ГРС 29 км отвода на п. Выкатной);

- границы раздела сетей Исполнителя и сетей иной организации в районе узла учета газа на 124 км.

Транспортировка газа по магистральному газопроводу-отводу Исполнителя в смешанном направлении осуществляется до:

- выходов ГРС Исполнителя;

- ГРС сторонних организаций (ГРС АО «НК «Конданефть» на 28 км отвода на п. Цингалы и ГРС 29 км отвода на п. Выкатной)».

Разногласия сторон по пункту 2.1 договора касаются условия о месте, до которого осуществляется транспортировка газа по магистральному газопроводу ООО «НГРС» (далее также – газопровод) в обратном направлении на 124 км.

По мнению истца, транспортировка газа в обратном направлении осуществляется до «границы раздела сетей Заказчика и Исполнителя (124 км)», а ответчик считает, что до «границы раздела сетей Исполнителя и сетей иной организации в районе узла учета газа на 124 км».

Как следует из пояснений сторон и не оспаривается ими, в учете газа, транспортируемого по газопроводу, задействованы несколько организаций, каждая из которых обеспечивает учет газа по узлам учета:

1) ПАО «Газпром нефть» – узел учета на 124 км;

2) ООО «НГРС» – узлы учета на ГРС г. Ханты-Мансийска, п. Цингалы, п. Батово, п. Реполово, п. Выкатной, п. Ярки;

3) АО «НК «Конданефть» – узлы учета на ГРС 28 км отвода на п. Цингалы и ГРС 29 км отвода на п. Выкатной;

4) ООО «Газпром трансгаз Сургут» – узел учета на 46 км.

Транспортировка газа осуществляется по газопроводу до выходов газораспределительных станций г. Ханты-Мансийска, п. Цингалы, п. Батово, п. Реполово, п. Выкатной, п. Ярки.

Газопровод берет свое начало на 46 км, на разделе с газотранспортной системой ПАО «Газпром».

Заканчивается газопровод на ГРС г. Ханты-Мансийск, после данной ГРС газ транспортируется по местным газораспределительным сетям до конечных потребителей.

Изначально использование газопровода предполагалось для газоснабжения потребителей г. Ханты-Мансийска и поселков в Ханты-Мансийском районе (поселки Ярки, Цингалы, Батово, Реполово, Выкатной).

При проектировании газопровода установка узлов учета газа предусматривалась только на выходе из него на ГРС г. Ханты-Мансийска, п. Цингалы, п. Батово, п. Реполово, п. Выкатной, п. Ярки.

В 2015 году введен в эксплуатацию Южно-Приобский газоперерабатывающий завод (ЮП ГПЗ). Газ с месторождения стал поступать в газопровод для его дальнейшей транспортировки как в целях газоснабжения объектов в Ханты-Мансийского автономного округа – Югры, так и для транспортировки по Единой газотранспортной системе РФ.

После запуска газоперерабатывающего завода установлены узлы учета газа ООО «Газпром трансгаз Сургут» (на 46 км) и ПАО «Газпром нефть» (ЮП ГПЗ, на 124 км).

После введения в эксплуатацию ЮП ГПЗ газ в газопровод начал поступать и через 124 км, а до этого момента – только через 46 км.

В 2016 году газопровод передан ООО «НГРС» по договору аренды с Департаментом по управлению государственным имуществом Ханты-Мансийского автономного округа – Югры.

Газопровод получен ответчиком в том состоянии, в котором находился на момент передачи. Состав узлов учета газа на момент получения газопровода в аренду определялся не ответчиком.

Специфика транспортировки газа по газопроводу ООО «НГРС» предполагает подачу газа в прямом, обратном и смешанном направлениях.

В прямом направлении газ подается в газопровод из системы газоснабжения ЮП ГПЗ (на 124 км).

Газ в прямом направлении:

- следует на ГРС исполнителя и через них подается в адрес конечных потребителей, 

- поступает на ГРС АО «НК «Конданефть» на его нужды,

- и следует через границу газопровода с газотранспортной системой ПАО «Газпром» в магистральный газопровод ООО «Газпром трансгаз Сургут».

В обратном направлении газ подается из газопровода в систему газоснабжения ЮП ГПЗ (через 124 км), а также потребителям через ГРС ответчика и ГРС АО «НК «Конданефть».

В смешанном направлении газ подается в газопровод из системы газоснабжения ЮП ГПЗ и из газотранспортной системы ООО «Газпром трансгаз Сургут».

Как признал истец в ходе судебных заседаний в суде первой инстанции, сети в районе 124 км на границе с газопроводом ответчика принадлежат иной организации – ООО «Газпромнефть-Хантос».

Документов о принадлежности истцу сетей в районе 124 км на границе с газопроводом ответчика не представлено в материалы дела.

При таких обстоятельствах оснований для включения в договор условия о том, что транспортировка газа в обратном направлении осуществляется, в том числе, до границы раздела сетей заказчика (истца) и исполнителя (ответчика) на 124 км, не имеется, поскольку сети ПАО «Газпром нефть» на границе с газопроводом ООО «НГРС» отсутствуют.

Истец в предлагаемой им редакции пункта 2.1 договора не предусматривает абзац о порядке подачи газа по газопроводу в смешанном направлении.

Поскольку пункт 2.1 договора в редакции истца не учитывает фактические обстоятельства и схему транспортировки газа по газопроводу, то пункт 2.1 договора верно согласован судом первой инстанции в редакции, предложенной ответчиком.

ПАО «Газпром нефть» возражений против содержания пункта 2.1 договора в согласованной судом первой инстанции редакции в своей апелляционной жалобе не заявил.

При рассмотрении разногласий сторон по пункту 2.3, 9.1 договора суд апелляционной инстанции принимает во внимание следующее.

Истец предлагает пункт 2.3 договора изложить в следующей редакции:

«2.3. Плановые объемы транспортировки газа Заказчик направляет Исполнителю официальным письмом в течение 10 рабочих дней после подписания Сторонами Договора.

Объемы транспортировки газа на каждый последующий год с разбивкой по месяцам Стороны согласовывают дополнительным соглашением, исходя из технических возможностей газотранспортной системы, магистрального газопровода-отвода Исполнителя.

Изменение объемов газа, транспортируемых по Договору, оформляется дополнительными соглашениями к Договору на основании заявки Заказчика.

Заказчик направляет Исполнителю заявку на изменение плановых объемов транспортировки газа на следующий календарный год не позднее, чем за 3 (три) месяца до окончания текущего календарного года. При корректировке бизнес-плана по выработке газа ЮП ГПЗ, Заказчик направляет Исполнителю скорректированную заявку на изменение плановых объемов транспортировки газа на следующий календарный год не позднее, чем за 1 (один) месяц до окончания текущего календарного года.

При непоступлении от Заказчика заявки на изменение плановых объемов транспортировки газа на следующий календарный год, план транспортировки газа принимается согласно плану транспортировки в текущем календарном году.

Изменение квартальных объемов транспортировки газа с разбивкой по месяцам производится не позднее 30 (тридцати) дней до начала планируемого квартала по согласию Сторон, изменение месячных объемов – не позднее 20 (двадцати) дней до начала планируемого месяца, при наличии технической возможности».

В редакции ответчика пункт 2.3 договора изложен следующим образом:

«2.3. Плановые объемы транспортировки газа составляют:

В 2024 году

млн. куб. м

того

Январь

Февраль

Март

Апрель

Май

Июнь

Июль

Август

Сентябрь

Октябрь

Ноябрь

Декабрь

0,57

0,50

2,00

3,00

3,00

3,00

3,00

55,078 

8

0

0

0

0

0

0

1 квартал: -

2 квартал: 

20,578

3 квартал: 65,500

4 квартал: 

69,000

В 2025 году

млн. куб. м

того

Январь

Февраль

Март

Апрель

Май

Июнь

Июль

Август

Сентябрь

Октябрь

Ноябрь

Декабрь

2

0,500

8,00

0

8,00

00

8,00

8,00

8,00

8,00

9,44

0,00

0,50

0,50

0,50

29,447

0

0

0

0

0

0

7

0

0

0

0

1 квартал: 

2 квартал: 

54,000

3 квартал: 

4 квартал: 

56,500

54,000

57,447

61,500

В 2026 году

млн. куб. м

того

Январь

Февраль

Март

Апрель

Май

Июнь

Июль

Август

Сентябрь

Октябрь

Ноябрь

Декабрь

2

5,00

3,00

3,00

3,00

2,00

2,00

2,67

3,00

4,00

5,00

5,00

5,00

82,671

0

0

0

0

0

0

1

0

0

0

0

0

1 квартал:

2 квартал:

3 квартал:

4 квартал:

71,000

67,000

69,671

75,000

                                                           В 2027 году

                                                          млн. куб. м

того

Январь

Февраль

Март

Апрель

Май

Июнь

(с1 по 7)

Июль

Август

Сентябрь

Октябрь

Ноябрь

Декабрь

1

21,133

5,00

0

3,00 0

3,00

0

3,00

0

2,00 0

,133

1 квартал: 71,000

2 квартал: 

50,133

3 квартал: -

4 квартал : -

Объемы транспортировки газа на каждый последующий год с разбивкой по месяцам Стороны согласовывают дополнительным соглашением, исходя из технических возможностей газотранспортной системы, магистрального газопровода-отвода Исполнителя.

Изменение объемов газа, транспортируемых по Договору, оформляется дополнительными соглашениями к Договору на основании заявки Заказчика.

Заказчик направляет Исполнителю заявку на изменение плановых объемов транспортировки газа на следующий календарный год не позднее, чем за 3 (три) месяца до окончания текущего календарного года. При корректировке бизнес-плана по выработке газа ЮП ГПЗ, Заказчик направляет Исполнителю скорректированную заявку на изменение плановых объемов транспортировки газа на следующий календарный год не позднее, чем за 1 (один) месяц до окончания текущего календарного года.

При непоступлении от Заказчика заявки на изменение плановых объемов транспортировки газа на следующий календарный год, план транспортировки газа принимается согласно плану транспортировки в текущем календарном году.

Изменение квартальных объемов транспортировки газа с разбивкой по месяцам производится не позднее 30 (тридцати) дней до начала планируемого квартала по согласию Сторон, изменение месячных объемов – не позднее 20 (двадцати) дней до начала планируемого месяца, при наличии технической возможности».

Разногласия сторон по пункту 2.3 договора касаются только абзаца 1.

По мнению истца, в абзаце 1 пункта 2.3 договора не подлежат указанию плановые объемы транспортировки, а должно быть предусмотрено, что он направляет сведения о них ответчику официальным письмом в течение 10 рабочих дней после подписания сторонами договора.

Согласно пункту 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. 

Предложенная истцом редакция абзаца 1 пункта 2.3 договора не соответствует действующему законодательству, поскольку объемы транспортировки газа являются существенным условием договора транспортировки газа (пункт 9 Положения об обеспечении доступа организаций к местным газораспределительным сетям, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 24.11.1998 № 1370) (далее – Положение об обеспечении доступа организаций к местным газораспределительным сетям)), пункты 12, 12.1 Правил № 162.

Объемы газа должны быть определены в договоре транспортировки (пункт 13 Положения об обеспечении доступа независимых организаций к газотранспортной системе открытого акционерного общества «Газпром», утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 14.07.1997 № 858) (далее – Положение об обеспечении доступа к газотранспортной системе)).

Для получения доступа к газотранспортной системе поставщик должен представить заявку, в которой обязательно указываются объемы транспортировки газа (пункт 5 Положения об обеспечении доступа организаций к местным газораспределительным сетям, пункт 6 Положения об обеспечении доступа к газотранспортной системе).

Согласно абзацу 6 пункта 1 Положения о доступе к газотранспортной системе, свободная мощность газотранспортной системы определяется исходя из технически возможной мощности системы по приему и транспортировке газа за вычетом объемов транспортировки газа, осуществляемой в соответствии с действующими в определенный момент времени договорами.

Аналогичные положения об определении свободной мощности сети содержатся в пунктах 3 и 5 Положения о доступе к местным газораспределительным сетям.

В отсутствии информации об объемах транспортировки газа в договоре транспортировки с истцом ответчик не сможет определить свободную мощность своей газотранспортной системы для целей удовлетворения заявок иных поставщиков газа и (или) потребителей в случае их поступления.

Необходимость указания в договоре объемов транспортировки газа вытекает и из положений пункта 1 статьи 541 ГК РФ, согласно которым энергоснабжающая организация обязана подавать абоненту энергию через присоединенную сеть в количестве, предусмотренном договором энергоснабжения, и с соблюдением режима подачи, согласованного сторонами.

В ответ на запрос ООО «НГРС» истец в письме от 23.11.2023 исх. № НК-25/020034 сообщил сведения о плановых объемах транспортировки газа по газопроводу на 2024, 2025 и 2026 гг.

Используя данные сведения, ответчик предусмотрел в пункте 2.3 договора плановые объемы транспортировки газа на каждый год действия договора.

Пункт 2.3 договора обоснованно принят в редакции, предложенной ответчиком.

Вопреки позиции истца, суд первой инстанции, закрепляя в пункте 2.3 договора плановые объёмы транспортировки газа за период, начиная с июня 2024 года до вступления в законную силу решения по настоящему делу, тем самым не предал условиям договора ретроспективное действие.

При принятии судом решения об урегулировании разногласий, возникших при  заключении договора, он считается заключенным с момента вступления в законную силу решения суда (пункт 4 статьи 445 ГК РФ).

При этом дополнительных действий сторон (подписание двустороннего документа, обмен документами, содержащими оферту и ее акцепт, и т.п.) не требуется (пункт 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора»).

Согласно абзацу 4 пункта 11 Правил № 162 в случае, если покупатель обратился в арбитражный суд, действие договора поставки газа, заключенного на предыдущий период, продлевается до вступления в силу решения суда.

Пункт 9.1 договора принят в редакции ответчика: «Договор заключается на срок до «07» июня 2027 г. включительно, а по расчетам – до их полного завершения».

То есть начало действия договора с иного срока, нежели закреплено в пункте 4 статьи 445 ГК РФ, судом не согласовано.

Поэтому указание в пункте 2.3 договора сведений о плановых объёмах газа с июня 2024 года прав и законных интересов ПАО «Газпром нефть» не нарушает.

Разногласия сторон относительно пунктов 4.3, 4.4, 4.5, 4.5.1-4.5.3, 4.7, 4.16 фактически сводятся к тому, подлежат ли при определении транспортировки газа по газопроводу ответчика учёту показания прибора учёта газа, установленного на 46 км магистрального газопровода, который находится в зоне эксплуатационной ответственности ООО «Газпром трансгаз Сургут», на расстоянии примерно 615 м от границы балансовой принадлежности ООО «НГРС» и ООО «Газпром трансгаз Сургут», и принадлежит последнему.

Так истец предлагает пункт 4.3 договора изложить в следующей редакции:

«4.3. Учет газа ведется в следующих точках:

- при сдаче газа из Газопровода Исполнителя в Газораспределительные системы – по УУГ, установленным на ГРС Исполнителя;

- при сдаче газа в/из газотранспортной системы ООО «Газпром трансгаз Сургут»

- по УУГ на 46 км Газопровода;

- при сдаче-приеме газа в/из системы газоснабжения ЮП ГПЗ – по УУГ на 124 км Газопровода;

- при сдаче газа из Газопровода Исполнителя в системы газоснабжения сторонних организаций – по УУГ, установленным на ГРС сторонних организаций (ГРС АО «НК «Конданефть» на 28 км отвода на п. Цингалы и ГРС 29 км отвода на п. Выкатной)».

Ответчик предлагает пункт 4.3 договора изложить в следующей редакции:

«4.3. Учет газа ведется в следующих точках:

- при сдаче газа из Газопровода Исполнителя в Газораспределительные системы – по УУГ, установленным на ГРС Исполнителя;

- при сдаче-приеме газа в/из системы газоснабжения ЮП ГПЗ – по УУГ на 124 км Газопровода;

- при сдаче газа из Газопровода Исполнителя в системы газоснабжения сторонних организаций – по УУГ, установленным на ГРС сторонних организаций (ГРС АО «НК «Конданефть» на 28 км отвода на п. Цингалы и ГРС 29 км отвода на п. Выкатной)».

Пункт 4.4 в редакции истца изложен в следующей редакции:

«4.4. По точкам учета газа на 46 км и 124 км Газопровода газ перемещается в прямом и обратном направлении:

- на 124 км – при подаче газа в прямом направлении газ подается из системы газоснабжения ЮП ГПЗ в Газопровод Исполнителя, при подаче газа в обратном направлении газ подается из Газопровода Исполнителя в систему газоснабжения ЮП ГПЗ;

- на 46 км – при подаче газа в прямом направлении газ подается из Газопровода Исполнителя в газотранспортную систему ООО «Газпром трансгаз Сургут», при подаче газа в обратном направлении газ подается из газотранспортной системы ООО «Газпром трансгаз Сургут» в Газопровод Исполнителя.

При подаче газа в смешанном направлении газ подается в Газопровод Исполнителя из системы газоснабжения ЮП ГПЗ на 124 км и из газотранспортной системы ООО «Газпром трансгаз Сургут» на 46 км».

Ответчик считает, что пункт 4.4 договора следует изложить в такой редакции:

«4.4. Газ по Газопроводу перемещается в прямом и обратном направлении:

- на 124 км – при подаче газа в прямом направлении газ подается из системы газоснабжения ЮП ГПЗ в Газопровод Исполнителя, при подаче газа в обратном направлении газ подается из Газопровода Исполнителя в систему газоснабжения ЮП ГПЗ;

- на границе раздела сетей Исполнителя и газотранспортной системы ООО «Газпром трансгаз Сургут» – при подаче газа в прямом направлении газ подается из Газопровода Исполнителя в газотранспортную систему ООО «Газпром трансгаз Сургут», при подаче газа в обратном направлении газ подается из газотранспортной системы ООО «Газпром трансгаз Сургут» в Газопровод Исполнителя.

При подаче газа в смешанном направлении газ подается в Газопровод Исполнителя из системы газоснабжения ЮП ГПЗ и из газотранспортной системы ООО «Газпром трансгаз Сургут».

Таким образом, истец предлагает установить: в пункте 4.3 договора, что учет газа ведется, в том числе, по узлу учета газа на 46 км при сдаче газа в/из газотранспортной системы ООО «Газпром трансгаз Сургут», в пункте 4.4 договора в качестве одной из точек учета газа 46 км газопровода ответчика.

Ответчик не согласен с применением узла учета газа на 46 км газопровода для учета транспортированного газа по договору.

Согласно пунктам 21 и 22 Правил № 162 поставка и отбор газа без учета его объема не допускаются. Учет объема газа, передаваемого покупателю, производится контрольно-измерительными приборами стороны, передающей газ, и оформляется документом, подписанным сторонами по форме и в сроки, указанные в договоре поставки газа.

Пунктом 23 Правил № 162 установлено, что при неисправности или отсутствии средств измерений у передающей стороны объем переданного газа учитывается по средствам измерений принимающей газ стороны, а при их отсутствии или неисправности - по объему потребления газа, соответствующему проектной мощности неопломбированных газопотребляющих установок и времени, в течение которого подавался газ в период неисправности средств измерений, или иным методом, предусмотренным договором.

В соответствии с пунктами 2.6, 2.10 Правил № 961 при потреблении учету подлежит газ при входе на газопотребляющий объект. При приеме-передаче газа его объем измеряется средствами измерений и (или) техническими системами и устройствами с измерительными функциями, определенными проектной документацией на объекты транспортировки, хранения и (или) потребления.

Пунктом 3.7 Правил № 961 установлено, что количественные и качественные показатели природного газа при приеме-передаче для транспортировки, а также в процессе распределения измеряются на линии раздела объектов газоснабжения и (или) распределения между владельцами по признаку собственности или владения на ином законном основании.

Согласно пункту 3.8 Правил № 961 при отсутствии либо неисправности средств измерений и (или) технических систем и устройств с измерительными функциями у газораспределительной организации количество поданного природного газа поставщиком определяется по данным средств измерения и (или) технических систем и устройств с измерительными функциями поставщика газа.

При отсутствии либо неисправности средств измерений и (или) технических систем и устройств с измерительными функциями у потребителя количество поданного газа поставщиком или газораспределительной организацией определяется по проектной мощности газопотребляющих объектов исходя из времени, в течение которого подавался газ в период отсутствия либо неисправности средств измерения и (или) технических систем и устройств с измерительными функциями (пункт 3.9 Правил № 961).

При транспортировке учету подлежит газ: принимаемый от грузоотправителя для транспортировки; сдаваемый грузополучателю; передаваемый одной организацией трубопроводного транспорта другой организации трубопроводного транспорта; утерянный (пункт 2.3 Правил № 961).

В соответствии пунктом 3.4 Правил № 961 фактические потери природного газа при добыче, транспортировке, переработке и хранении (при закачке и отборе из газохранилищ) определяются собственником природного газа по каждому конкретному месту их образования и оформляются актами.

По смыслу указанных положений Правил № 961 при отсутствии объективной возможности определить количество газа и, соответственно, объем оказанных услуг по его транспортировке с использованием средств измерений, допускается использование расчетного способа. Объем фактических потерь подлежит фиксации в установленном законом порядке.

В силу вышеприведенных норм, регулирующих спорные правоотношения, учет объемов переданного ресурса производится на границе раздела сетей с использованием средств измерений ГРО или поставщика. Причем императивно установлено: во-первых, требование о приоритетном учёте газа средствами изменения передающей стороны (ГРО); во-вторых, закрытый перечень оснований для применения средств измерений другой стороны, а именно: неисправность, отсутствие средств измерения передающей стороны (ГРО).

Как усматривается из материалов дела, узел учета газа на 46 км не предусмотрен проектной документацией на газопровод и установлен после изменения схемы транспортировки газа в связи с введением в эксплуатацию Южно-Приобского газоперерабатывающего завода, не принадлежит ни ГРО, ни поставщику.

При этом узел учета газа 46 км расположен не на границе балансовой и эксплуатационной принадлежности (ответственности) (газопровода ответчика и ООО «Газпром трансгаз Сургут»), он находится примерно на расстоянии 615 м, в границах зоны эксплуатационной ответственности ООО «Газпром трансгаз Сургут» и принадлежит последнему (т. 6, л. 96).

Договорные отношения у ООО «НГРС» с ООО «Газпром трансгаз Сургут» отсутствуют. Договор на транспортировку газа оформлен между истцом и ответчиком.

Между тем, заключение договора между двумя юридическими лицами не может порождать права и обязанности для третьих лиц (статьи 307, 308 ГК РФ). Стороны обязательства не могут выдвигать в отношении третьих лиц возражения, основанные на обязательстве между собой, равно как и третьи лица не могут выдвигать возражения, вытекающие из обязательства, в котором они не участвуют.

Корректность работы узла учета на 124 км (в пределах допустимой погрешности) сторонами не оспаривается.

Договор предусматривает условия о возможности проведения сторонами проверок узлов учета газа на ГРС ответчика, а также регламентирует обязательства сторон по предоставлению документации, связанной с учетом газа, и обеспечению доступа к узлам учета газа.

В отношении узла учета на 46 км договор таких условий не предусматривает.

Ответчик предлагал включить в договор условие о порядке доступа и проверки, в том числе на узле учета 46 км. Поскольку от данного обстоятельства будет зависеть объём транспортируемого газа, а, следовательно, стоимость услуг, причитающаяся ООО «НГРС», его просьба обеспечить доступ в УУГ на 46 км отвечает правилам поведения разумного коммерсанта.

Но истец возражал против включения в договор механизма проверки достоверности показаний узла учета 46 км, не предложил со своей стороны подобного механизма.

В связи с несогласованностью сторонами условий об обеспечении доступа к узлу учета на 46 км, не имеется возможности предусмотреть в договоре условие о проведении совместных проверок узла учета 46 км, чтобы убедиться в достоверности его показаний, а также корректировать показания такого узла учета газа.

Истец указывал в письменных документах (т. 1 л. 113-116) и пояснял в судебных заседаниях суда перовой инстанции, что не имеет возможности обеспечить доступ к узлу учета на 46 км, не готов обеспечить заключение технического соглашения о порядке учета газа между владельцами соответствующих узлов учета газа.

ООО «Газпром трансгаз Сургут» в своих письменных пояснениях суду первой инстанции (т. 2 л. 67, т. 4 л. 147, т. 5 л. 144-145) и апелляционной жалобе (стр. 9-10) категорично указало, что у него нет обязанности обеспечивать доступ ответчика к узлу учета на 46 км, это зависит от его воли и интересов. В письме от 23.05.2022 № 23/31-04698-08 ООО «Газпром трансгаз Сургут» сообщило, что у него не имеется оснований для допуска ООО «НГРС» к УУГ на 46 км ввиду отсутствия двустороннего соглашения, кроме того специалисты ответчика не обладает специальными техническими познаниями по диагностике средств измерений (т. 2 л. 144). Изложенное позволяет сделать вывод о том, что владелец УУГ на 46 км не предоставит ГРО возможность проверки достоверности этого узла учёта.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель ООО «Газпром трансгаз Сургут» сообщил, что такая возможность может быть предоставлена в рамках трехстороннего технического соглашения, от заключения которого ООО «НГРС» уклоняется с 2020 года  (письма о направлении соглашения представлены 04.04.2023 по системе «Мой арбитр»).

Комментируя данное объяснение, представитель ответчика отметил, что техническое соглашение должно быть заключено, в том числе с участием ООО «Газпром-Хантос», ООО «Газпром межрегионгаз Север», ООО «Южно-Приобский ГПЗ», АО «НК «Конданефть» и иными лицами, участвующих в сдаче-приёмке газа.

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что стороны не могут принимать узел учета газа на 46 км в качестве коммерческого и осуществлять взаиморасчеты с учетом его показаний.

Кроме того, у сторон нет единого подхода относительно работоспособности узла учета на 46 км, и, соответственно, возможности применения его показаний для определения объема газа. Объективные сомнения относительно расчетности прибора учета на 46 км подтверждены результатами экспертного исследования № ЭЗ-74-2018-01-1, проводимого в рамках дела № А75-6757/2017, результатами экспертного исследования № ЭЗ-ККИТЭ-2023-06-1 по делу № А75-9638/2020 (т. 7 л. 79-141).

Те обстоятельства, что экспертизы в рамках указанных дел проводились за периоды 10.02.2017-31.05.2017, 01.06.2017-30.09.2018, УУГ на 46 км имеет свидетельство об аттестации методики (метода) измерений № 01.00257-2013/216013-18 и методику измерений, утвержденную 20.09.2018 (т. 7 л. 82-137), достоверность измерений данным прибором объёма транспортируемого ООО «НГРС» газа не подтверждает.

Актами от 04.05.2022, от 03.06.2022, составленным представителями Самсоновского СПУМГ ООО «Газпром трасгаз Сургут» (главным инженером и инженером по метрологии),  зафиксирован сбор работы измерительного комплекса на 46 км, влекущий необходимость корректировки объёма газа (т. 3 л. 54-57, 138-141).

В заседании суда апелляционной инстанции представители подтвердили, что при изменении направления подачи газа в целях корректного учёта его объема требуется настойка показателей точности УУГ на 46 км, вследствие различного компонентного состава газа («тяжелого» от ООО «Южно-Приобский ГПЗ» и «легкий» от ООО «Газпром трансгаз Сургут»). Аналогичные объяснения даны ООО «Газпром трансгаз Сургут» 03.11.2023 (т. 6 л. 96-98).

Законодательством, в том числе Правилами учета газа, не предусмотрено обязанности газотранспортной организации устанавливать узел учета газа на магистральном газопроводе.

Обеспечение учета законодательством возложено именно на поставщика газа.

Пунктом 22 Правил № 162 предусмотрено, что договором транспортировки газа на газотранспортную организацию могут быть возложены обязанности и полномочия по приему-передаче и обеспечению учета поставляемого газа от имени поставщика.

То есть, обязанность по обеспечению учета поставляемого газа может быть возложена на газотранспортную организацию только с ее согласия при заключении договора транспортировки.

В настоящем случае со стороны ООО «НГРС» такое согласие отсутствует.

Ссылка ПАО «Газпром нефть» на то, что ООО «НГРС» является передающей стороной в отношениях со смежными газотранспортными организациями, в силу чего оно также несет обязанность по установке прибора учета, подлежит отклонению, поскольку если такая обязанность и установлена, то в правоотношениях не с истцом, а с иными смежными организациями, а потому в силу положений пункта 3 статьи 308 ГК РФ ее нарушение не имеет значения в рамках договорных правоотношений сторон.

Действительно, в соответствии с Правилами учета газа транспортируемый газ подлежит учету.

Правила учета газа предусматривают также, что:

- средства измерений и (или) технические системы и устройства с измерительными функциями, применяемые для учета газа в сферах государственного регулирования, должны отвечать требованиям законодательства РФ об обеспечении единства измерений (пункт 1.6);

- измерения объема газа выполняются по аттестованным в установленном порядке методикам (методам) измерений (пункт 2.9);

- при приеме-передаче газа его объем измеряется средствами измерений и (или) техническими системами и устройствами с измерительными функциями, определенными проектной документацией на объекты транспортировки (пункт 2.10).

Ответчик не выдавал технические условия на установку узлу учета газа 46 км, не согласовывал проектную документацию на данный узел учета, не принимал узел учета 46 км в эксплуатацию.

Данные обстоятельства обоснованно учтены судом первой инстанции для целей оценки поведения ГРО, выразившего несогласие с указанием в качестве учётного в договоре транспортировки газа с поставщиком, этого УУГ.

При этом ООО «НГРС» с согласия Департамент по управлению государственным имуществом Ханты-Мансийского автономного округа – Югры разработало проект технических условий для установки узла учета на границе балансовой принадлежности газопровода ответчика и ООО «Газпром трансгаз Сургут» (представлены по системе «Мой арбитр» 28.05.2024).

Истцом и ООО «Газпром трансгаз Сургут» наличие технической возможности установки узла учета газа на границе балансовой принадлежности ответчика и третьего лица допустимыми доказательствами не опровергнуто. Позиция истца, настаивающего на необходимости учета газа с использование иных УУГ, кроме установленного на 124 км, не реализующего установку прибора учета газа в соответствии с уже разработанным проектом технических условий, не может быть признана разумной и направленной на защиту имущественных интересов поставщика газа.

Учитывая изложенное, а также отсутствие возможности доступа к УУГ на 46 км, не имеется оснований признать поведение ГРО непоследовательным и недобросовестным.

ФАС России в своих письменных объяснениях от 28.12.2023 № СП/111649/23 на стр. 4 указывает, что в тариф на услуги ответчика по транспортировке газа по магистральному газопроводу не могут быть включены расходы на содержание узла учета газа на 46 км и участка газопровода до него, протяженностью в 615 метров, поскольку данные объекты не находятся на законных основаниях у ООО «НГРС» (т. 8 л. 13-18).

Истец также указывает в своей итоговой позиции, что в рамках договора транспортировки газа, заключенного между ПАО «Газпром нефть» и ПАО «Газпром», последний обязан учитывать весь газ, транспортируемый по его газотранспортной системе по показаниям узлов учета газа.

В соответствии с имманентно присущим гражданско-правовому обязательству принципом относительности, лицо, не являющееся его стороной, по общему правилу, не несет вытекающих из такого обязательства обязанностей, не получает прав (кроме предусмотренных законом или договором случаев), а также вправе не получать возражений из «чужого» обязательства, и, собственно, само не может выдвигать возражений касательно того обязательства, стороной которого не является (пункт 3 статьи 308 ГК РФ, пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении»).

Следовательно, договор между ПАО «Газпром нефть» и ПАО «Газпром» не может создавать обязанностей для ответчика.

Учитывая вышеизложенное, предложенный истцом способ учета объема услуг по транспортировке газа на 46 км верно признан судом первой инстанции не обеспечивающим баланс интересов сторон по договору и не подлежащим применению во взаимоотношениях ГРО и поставщика, и пункты 4.3 и 4.4 договора согласованы в редакции, предложенной ответчиком.

Далее истец предлагает пункт 4.5 договора изложить в следующей редакции:

«4.5. В Договоре применяются следующие обозначения и их расчет в отчетном периоде:

- Vтр. – объем транспортировки газа по Газопроводу;

- Vпоступ. = V124км + V46 км обр., где:

- V124км – объем газа, прошедшего через УУГ на 124 км Газопровода в прямом направлении;

- V46км обр. – объем газа, прошедшего через УУГ на 46 км Газопровода в обратном направлении (от магистрального газопровода ООО «Газпром трансгаз Сургут»);

- Vпоступ. должен быть равен Vраспр., который состоит из следующих слагаемых: (1) Vраспр. = Vгрс + Vнк + Vгпз + V46 км пр. + Vсн + Vтн + Vтп, где:

- Vгрс – суммарный объем газа, прошедшего через УУГ на ГРС г. Ханты-Мансийска, ГРС п. Цингалы, ГРС п. Батово, ГРС п. Реполово, ГРС п. Выкатной, ГРС п. Ярки;

- Vнк – объем газа, прошедшего через УУГ АО «НК «Конданефть»;

- Vгпз – объем газа, прошедшего через УУГ на 124 км Газопровода в обратном направлении;

- V46км пр. – объем газа, прошедшего через УУГ на 46 км Газопровода в прямом направлении (в магистральный газопровод ООО «Газпром трансгаз Сургут»);

- Vсн – объем газа на собственные нужды Исполнителя;

- Vтн – объем газа на технологические нужды Исполнителя;

- Vтп – объем газа на технологические потери в Газопроводе Исполнителя;

Фактические Vтн и Vтп Исполнитель покупает у Заказчика по цене ФАС региона для промышленных потребителей».

Ответчик считает, что пункт 4.5 договора надлежит изложить в следующей редакции:

«4.5. В Договоре применяются следующие обозначения:

- Vтр. – объем транспортировки газа по Газопроводу;

- VГПЗ – объем газа, прошедшего через УУГ на 124 км Газопровода в обратном направлении;

- V124км – объем газа, прошедшего через УУГ на 124 км Газопровода в прямом направлении;

- VГРС – суммарный объем газа, прошедшего через УУГ на ГРС г. Ханты-Мансийска, ГРС п. Цингалы, ГРС п. Батово, ГРС п. Реполово, ГРС п. Выкатной, ГРС п. Ярки;

- VНК – объем газа, прошедшего через УУГ АО «НК «Конданефть»;

- VСН – объем газа на собственные нужды Исполнителя;

- VТН – объем газа на технологические нужды Исполнителя;

- VТП – объем газа на Технологические потери в Газопроводе Исполнителя.

Объем транспортировки газа по Газопроводу Исполнителя (Vтр.) в отчетном периоде определяется следующим образом:

Vтр. = VГРС + VНК + VГПЗ + (V124км – (VГРС + VНК)) + VСН + VТН + VТП».

Истец предлагает включить в договор пункты 4.5.1, 4.5.2, 4.5.3 в следующей редакции:

«4.5.1. Если V поступ. равно V распр., то Vтр. = Vпоступ.

4.5.2. Если Vпоступ. превышает Vраспр. (рассчитанный по формуле (1) пункта 4.5.), то

Vтр. = Vраспр. + ?, где

? – величина абсолютной погрешности УУГ ГРС Исполнителя, рассчитанная как произведение относительной погрешности УУГ ГРС Исполнителя и объема газа, прошедшего через УУГ ГРС Исполнителя, с учетом ограничения указанной величины таким образом, чтобы значение (Vраспр. + ?) не превышало Vпоступ.

При этом, если Vпоступ. превышает значение (Vраспр. + ?), то разница между ними (Vпоступ. - (Vраспр. + ?)) признается сторонами как разбаланс, который Стороны фиксируют в акте оказанных услуг за отчетный период.

4.5.3. Если Vпоступ. меньше Vраспр., то Vтр. = Vраспр.».

Ответчик предлагает пункты 4.5.1., 4.5.2., 4.5.3. не включать в Договор.

В целом разногласия сторон по пунктам 4.5, 4.5.1, 4.5.2, 4.5.3 договора касаются порядка определения объема транспортировки газа.

Ответчик предлагает определять объем транспортированного газа по сумме объемов, поступивших в конечные точки транспортировки газа, путем суммирования объемов газа:

- прошедших через узлы учета на ГРС ответчика,

- прошедших через узлы учета на ГРС АО «НК «Конданефть»,

- прошедших через узлы учета на 124 км в обратном направлении (из газопровода в систему газоснабжения Южно-Приобского газоперерабатывающего завода),

- переданных в газотранспортную систему ООО «Газпром трансгаз Сургут».

Поскольку узел учета газа на границе газопровода ответчика и газотранспортной системы ООО «Газпром трансгаз Сургут» не установлен, объем газа, переданный в  газотранспортную систему ООО «Газпром трансгаз Сургут», определяется ответчиком путем вычитания из объема, прошедшего через узел учета на 124 км в прямом направлении (из системы газоснабжения ЮП ГПЗ в Газопровод), суммы объемов, прошедших через узлы учета на ГРС ответчика и ГРС АО «НК «Конданефть».

Объем транспортировки газа определяется ответчиком с учетом объемов газа на собственные нужды и технологические нужды ООО «НГРС», на технологические потери в газопроводе.

Порядок определения объемов газа на собственные нужды и технологические нужды ответчика, объемов газа на технологические потери в газопроводе установлен пунктом 4.10 договора, по которому у сторон нет разногласий.

В пункте 4.5 договора в редакции истца предусмотрено, что объем газа, поступивший в газопровод, должен быть равен объему, вышедшему из него в точках распределения.

Поступивший в газопровод объем газа истец предлагает определять, как сумму объемов, прошедших через узел учета на 124 км в прямом направлении и на 46 км в  обратном направлении (из газотранспортной системы ООО «Газпром трансгаз Сургут» в газопровод).

Распределенный объем истец предлагает определять, как сумму объемов, прошедших через узлы учета на ГРС ответчика, ГРС АО «НК «Конданефть», на 124 км в обратном направлении, на 46 км в прямом направлении (в магистральный газопровод ООО «Газпром трансгаз Сургут»), и объемов газа на технологические и собственные нужды ответчика, технологические потери в газопроводе.

Узел учета газа на 46 км находится в границах газотранспортной системы ООО «Газпром трансгаз Сургут», в 615 метрах от границы газопровода ответчика и сетей ООО «Газпром трансгаз Сургут». На данном участке газопровода, протяженностью 615 метров, также возникают потери газа, могут иметь место незаконные врезки. Равенство между объемами поступления и распределения в таком случае невозможно, поскольку разбаланс будет возникать в связи с применением показаний узла учета на 46 км и перемещением газа по участку газопровода ООО «Газпром трансгаз Сургут», протяженностью 615 метров.

При этом такое равенство объемов поступления газа в газопровод и распределения газа по конечным точкам транспортировки не касается исключительно оказания услуг транспортировки газа по газопроводу, принадлежащему ответчику.

Разбаланс газа - это величина разницы между объемом газа, измеренным на входе в газопровод, и суммарным объемом газа, измеренным в точках выхода (информационное письмо Федеральной службы по тарифам от 28.06.2005 № СН-3923/9).

Предлагаемый истцом способ определения объема приведет к тому, что ответчик, не имея возможности убедиться в достоверности показаний узла учета 46 км, расположенного не на его сетях, должен применять показания такого узла учета при определении объема транспортировки газа по газопроводу, и отвечать за разбаланс, который возникает в связи с перемещением газа не на сетях ответчика.

Между сторонами заключается договор оказания услуг по транспортировке газа, которым должен быть определен порядок определения объема транспортировки газа и оформления актов об оказании услуг. Договор предусматривает составление по результатам отчетного периода акта об оказании услуг (универсального передаточного документа). Законодательство не предусматривает необходимость фиксации величины разбаланса в договоре и акте об оказании услуг по транспортировке газа.

Договор не предназначается для решения вопросов по сведению баланса газа в системе, включающей участки газопроводов ответчика и ООО «Газпром трансгаз Сургут». Договором должен быть установлен способ определения объема транспортированного газа именно по газопроводу ответчика.

Договор транспортировки газа заключается только между истцом и ответчиком, не может распространяться на третьих лиц.

В рамках двухстороннего договора транспортировки газа вопросы разбаланса не могут быть урегулированы сторонами и выходят за его пределы.

Для таких целей договор в пункте 4.15 предусматривает, что стороны вправе организовать и обеспечить заключение технического соглашения об условиях сдачи-приема газа, порядке учета газа и взаимодействия в названных целях между ООО «Газпромнефть-Хантос», исполнителем, заказчиком, ООО «Газпром межрегионгаз», ООО «Южно-Приобский ГПЗ», АО «НК «Конданефть» и иными лицами.

Названное техническое соглашение применяется к отношениям сторон в части, не урегулированной договором.

С 2016 года по инициативе ООО «НГРС» урегулируются разногласия по условиям технического соглашения (т. 2 л. 150-163, т. 3 л. 1-32). Ответчик, в очередной раз, подготовил проект данного технического соглашения и направил в адрес его сторон ООО «Газпромнефть-Хантос», ПАО «Газпром нефть», ООО «Газпром межрегионгаз», ООО «Газпром межрегионгаз Север», ООО «Газпром трансгаз Сургут», ООО «Южно-Приобский ГПЗ», АО «НК «Конданефть», что подтверждается приобщенным к материалам дела письмом ООО «НГРС» исх. № 441 от 27.04.2024 (предоставлено по системе «Мой арбитр» 27.05.2024). От ПАО «Газпром нефть», ООО «Газпром межрегионгаз Север», ООО «Газпром трансгаз Сургут», ООО «Южно-Приобский ГПЗ», АО «НК «Конданефть» получены возражения (представлены по системе «Мой арбитр» 03.07.2024). ООО «Газпром трансгаз Сургут» настаивает на заключении трехстороннего соглашения. АО «НК «Конданефть» считает, что все необходимые вопросы транспортировки газа уже урегулированы с ООО «НГРС» в соответствующем Регламенте. ООО «Газпром межрегионгаз Север» возвратило соглашение без подписания ввиду отсутствия правоотношений с ООО «НГРС». ПАО «Газпром нефть» и ООО «Южно-Приобский ГПЗ» указали, что требуется внесение корректировок в соглашение и их согласование.

Вопросы разбаланса могут быть урегулированы сторонами в многостороннем техническом соглашении, в том числе с участием ООО «Газпром трансгаз Сургут», право на заключение которого предусмотрено договором. Определение участников такого технического соглашения и его условий с соблюдением баланса интересов всех сторон, находит в зоне контроля лиц, получающих газ по газопроводу и ГРО.

В случае заключения технического соглашения и разрешения вопросов, касающихся обеспечения доступа к узлу учета на 46 км, его проверки и т.д., стороны договора не лишены возможности дополнить его необходимыми условиями об учете газа с использованием узла учета газа на 46 км, с учетом положений технического соглашения.

Исходя из содержания пунктов 4.5.2. – 4.5.3 в редакции истца, он предлагает при определении объема транспортировки в ситуации, когда объем поступления газа в газопровод превышает объем газа в конечных точках учета, увеличивать объем транспортировки на величину погрешности приборов учета газа.

При этом объем, по мнению ПАО «Газпром нефть», должен увеличиваться только на погрешность узлов учета газа на ГРС ответчика, несмотря на то, что в учете газа по газопроводу задействованы еще узлы учета на 124 км и на ГРС АО «НК «Конданефть», а сам истец настаивает на учете газа на основании показаний еще и узла учета на 46 км.

Пункт 4.5.2 в редакции истца предусматривает, что если поступивший в газопровод объем газа превышает объем газа в точках выхода с учетом погрешности узлов учета на ГРС ответчика, то разница между этими объемами признается сторонами разбалансом.

Погрешности узлов учета газа третьих лиц также влияют на разбаланс, возникающий при транспортировке газа по газопроводу ответчика, что подтверждается заключениями экспертов в рамках судебных дел №№ А75-6757/2017, А75-9638/2020.

К разбалансу приводит и погрешность узлов учета на 124 км и 46 км, а не только на узлах учета ГРС ответчика.

Увеличение объема распределения на величину погрешности узлов учета газа только на ГРС ответчика неизбежно приведет к фиктивному разбалансу газа, когда поступивший в газопровод объем газа будет больше того объема, который из него вышел.

Такой разбаланс истец предлагает относить на ответчика, что означает необходимость возмещения ООО «НГРС» стоимости объемов, которые составляют разбаланс (разницу между поступившим и вышедшим объемами).

Фактические потери газа при транспортировке определяются собственником газа по каждому конкретному месту их образования (пункт 3.4 Правил № 961).

Возложение на ответчика обязанностей, не предусмотренных действующим законодательством, допустимо только на добровольной основе (при наличии волеизъявления ответчика).

Как уже отмечено выше, истец настаивает также на том, что при определении объема поступления и распределения должны, в том числе, учитываться показания узла учета ООО «Газпром трансгаз Сургут» на 46 км.

Предлагаемый истцом метод направлен не на определение объема транспортировки по газопроводу газа, а на сведение баланса газа в системе, в которой подача газа осуществляется через узел учета истца на 124 км и узел учета ООО «Газпром трансгаз Сургут» на 46 км, а отбор газа осуществляется через узлы учета на ГРС ответчика, АО «НК «Конданефть», и так же через узел учета на 46 км.

Истец, с одной стороны, утверждает, что не может обеспечить доступ к узлу учета третьих лиц, которые как и ПАО «Газпром нефть» входят в группу компаний «ПАО «Газпром», задействованных в транспортировке, в том числе к узлу учета на 46 км и ГРС АО «НК «Конданефть», но с другой стороны настаивает на ведении учета газа, в том числе, с применением узла учета ООО «Газпром трансгаз Сургут» на 46 км.

При этом ООО «Газпром нефть» считает возможным в рамках двустороннего договора оказания услуг по транспортировке газа распределять объемы разбаланса, в формировании которого участвуют, в том числе, данные узлов учета ООО «Газпром трансгаз Сургут» на 46 км, АО «НК «Конданефть», а также данные ООО «Газпром межрегионгаз» (в случае, если баланс сводится на основании сведений, предоставляемых ООО «Газпром межрегионгаз», что имело место при рассмотрении судебного дела № А75-6757/2017, № А75-9638/2020).

В связи с изложенным, пункты 4.5-4.5.3 в редакции истца нарушают баланс интересов, ставят ответчика в обременительное положение.

Принцип применения расчетных способов учета энергоресурсов заложен в части 2 статьи 13 Федерального закона от 23.11.2009 № 261-ФЗ «Об энергосбережении и о повышении энергетической эффективности и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон № 261-ФЗ).

Он состоит в том, что расчетные способы должны определять количество энергетических ресурсов таким образом, чтобы стимулировать покупателей энергетических ресурсов к осуществлению расчетов на основании данных об их количественном значении, определенных при помощи приборов учета используемых энергетических ресурсов.

Поэтому применяемые в сфере газоснабжения расчетные способы имеют целью не определить реальное количество газа, а определить, например, максимально возможный объем потребления газа, при применении расчета по проектной мощности газопотребляющего оборудования.

Ответчик предлагает определять объем газа, поступивший через 46 км, основываясь на показаниях иных узлов учета газа, а именно, по показаниям узлов учета на 124 км, на ГРС ответчика и на ГРС АО «НК «Конданефть».

Поэтому предлагаемый ответчиком способ определения объема газа фактически является приборным, основанным на показаниях средств измерения расхода газа.

В свою очередь, истец предлагает определять объем транспортировки газа через расчетные величины: объем поступления газа и объем распределения газа.

Если объем поступления газа в газопровод равен объему распределения, то истец приравнивает объем транспортировки по газопроводу к объему газа, который в него поступил.

Если же объем поступления превышает или меньше объема распределения, то истец предлагает применять одну из фиктивных (расчётных) величин:

- в случае превышения объема поступления над объемом распределения: объем транспортированного газа поставщик приравнивает к объему распределения газа с увеличением его на величину погрешности узлов учета газа ответчика; 

- если объем поступления газа в газопровод оказывается меньше объема распределения, то поставщик предлагает считать объем транспортированного газа равным объему распределения газа.

Данные способы не направлены на достоверное определение объема транспортировки, представляют собой расчетные методы определения объёма ресурса.

Метод расчета объема обязательств по энергоснабжению, при котором используются приборы учета, законодательством признается приоритетным в силу статьи 541 ГК РФ и статьи 13 Закона № 261-ФЗ.

Поэтому суд первой инстанции правильно счёл, что пункт 4.5 договора следует изложить в редакции, предложенной ответчиком, а пункты 4.5.1, 4.5.2, 4.5.3 не подлежат включению в договор.

Пункт 4.7 договора истец сформулировал следующим образом: 

«4.7. При отсутствии или неисправности УУГ на 46 км объем прошедшего через него газа за период отсутствия или неисправности определяется путем умножения количества дней отсутствия или неисправности узла учета газа на величину среднего суточного расхода газа за предыдущие 3 (трое) суток, предшествующих дате неисправности / отсутствия узла учета газа».

Ответчик считает, что отсутствуют основания включать пункт 4.7 в договор.

Так как узел учета на 46 км не подлежит применению при определении объема транспортировки газа по договору по мотивам, приведенным при рассмотрении разногласий по пунктам 4.3, 4.4 договора, пункт 4.7 договора не подлежит включению в него.

С учетом исключения пункта 4.7 договора пункт 4.9 договора подлежит изложению в редакции ответчика: «4.9. Количество транспортированного по Газопроводу газа определяется по показаниям средств измерений, установленных на узлах учета газа, в соответствии с пп. 4.5.,4.6.,4.8. Договора».

Истец предлагает пункт 4.13 договора изложить в следующей редакции: 

«4.13. Заказчик в течение 2 (двух) рабочих дней, следующих за месяцем транспортировки газа, направляет Исполнителю следующую информацию об объемах газа, а также копии документации, ее подтверждающей:

1) ежесуточные объемы газа, прошедшего через УУГ на 124 км Газопровода;

2) ежесуточные объемы газа, прошедшего через УУГ на 46 км Газопровода;

3) ежесуточные объемы газа, прошедшего через ГРС сторонних организаций.

При неисправности УУГ на ГРС Исполнителя Заказчик обязуется предоставить также информацию об объемах газа, указанную в п. 4.8. Договора.

К документации, подтверждающей информацию об объемах газа, для целей Договора относится, в том числе, акты приема-передачи газа (поданного-принятого газа), акты о количестве газа, распечатки с УУГ (в частности, электронного корректора), журналы учета газа.

Исполнитель в течение 2 (двух) рабочих дней, с момента поступившей от Заказчика информации об объемах газа, подписывает и заверяет печатью акт об оказании услуг по транспортировке газа (далее – Акт об оказании услуг) в 2 (двух) экземплярах и направляет Заказчику.

Исполнитель обязуется предоставить Заказчику в срок не позднее 4-го (четвертого) рабочего дня месяца, следующего за отчетным, Акт об оказанных услугах по транспортировке газа, счет-фактуру, при условии соблюдения Заказчиком срока предоставления информации об объемах газа, а также копий документации, ее подтверждающей, указанного в абз. 1 настоящего пункта.

Заказчик подписывает и возвращает Акт об оказании услуг в течение 1 (одного) рабочего дня с момента передачи акта Заказчику».

По мнению ответчик пункт 4.13 договора надлежит изложить в следующей редакции:

 «4.13. Заказчик в течение 2 (двух) рабочих дней, следующих за месяцем транспортировки газа, направляет Исполнителю следующую информацию об объемах газа, а также копии документации, ее подтверждающей:

1) ежесуточные объемы газа, прошедшего через УУГ на 124 км Газопровода;

2) ежесуточные объемы газа, прошедшего через ГРС сторонних организаций.

При неисправности УУГ на ГРС Исполнителя Заказчик обязуется предоставить также информацию об объемах газа, указанную в п. 4.8. Договора.

К документации, подтверждающей информацию об объемах газа, для целей Договора относится, в том числе, акты приема-передачи газа (поданного-принятого газа), акты о количестве газа, распечатки с УУГ (в частности, электронного корректора), журналы учета газа.

Исполнитель в течение 2 (двух) рабочих дней, с момента поступившей от Заказчика информации об объемах газа, подписывает и заверяет печатью акт об оказании услуг по транспортировке газа (далее – Акт об оказании услуг) в 2 (двух) экземплярах и направляет Заказчику.

Исполнитель обязуется предоставить Заказчику в срок не позднее 4-го (четвертого) рабочего дня месяца, следующего за отчетным, Акт об оказанных услугах по транспортировке газа, счет-фактуру, при условии соблюдения Заказчиком срока предоставления информации об объемах газа, а также копий документации, ее подтверждающей, указанного в абз. 1 настоящего пункта.

Заказчик подписывает и возвращает Акт об оказании услуг в течение 1 (одного) рабочего дня с момента передачи акта Заказчику.

Если Заказчик не подписывает Акт об оказании услуг или отказывается от его подписания, Акт об оказании услуг считается оформленным надлежащим образом обеими Сторонами при наличии только подписи Исполнителя, если Исполнитель имеет доказательства его отправления Заказчику (или получения Заказчиком).

До урегулирования разногласий объем транспортированного газа принимается по данным Исполнителя».

В пункт 4.13 договора истец предлагает включить абзац 3 о предоставлении им, в том числе, ежесуточных данных по объемам газа, прошедшим через узел учета на 46 км газопровода. Ответчик возражает против включения данного абзаца в пункт 4.13 договора.

Однако абзац 3 пункта 4.13 договора в редакции истца о предоставлении ежесуточных данных по объемам газа, прошедшим через узел учета на 46 км, не подлежит включению в пункт 4.13 договора, поскольку узел учета на 46 км не подлежит применению при определении объема транспортировки газа по договору по основаниям, изложенным при рассмотрении разногласий по пунктам 4.3, 4.4 договора.

Довод истца о том, что исключение пункта 7.8 из договора лишает его смысла, отклоняется судом апелляционной инстанции.

Истец предлагает включить в договор пункт 7.8 в следующей редакции:

«7.8. Исполнитель обязуется обеспечить сохранность объемов газа при транспортировке».

То есть, считает, что у ответчика имеется обязанность по обеспечению сохранности объемов газа при транспортировке.

Однако на независимых организациях, использующих газотранспортную систему, в соответствии с пунктом 18 Положения об обеспечении доступа к газотранспортной системе лежит обязанность по выполнению норм и требований, обеспечивающих сохранность трубопроводов и безопасность транспортировки газа.

Под независимыми организациями, использующими газотранспортную систему, понимаются независимые производители, поставщики, потребители газа (пункт 1 Положения об обеспечении доступа к газотранспортной системе).

Таким образом, на поставщиках и потребителях газа лежит обязанность по обеспечению сохранности газотранспортной системы и ее способности к перемещению газа.

На ответчике лежат обязанности по надлежащей эксплуатации и содержанию газопровода, обеспечению его готовности к локализации потенциальных аварий, катастроф, ликвидации последствий в случае их возникновения, то есть по обеспечению исправной работы газопровода, исключающей сверхнормативные потери газа при его транспортировке.

По условиям пунктов 2.2.3, 2.2.4, 2.2.7, 2.2.8 договора аренды от 08.06.2022 № 122010085, на основании которого ответчик (арендатор) владеет газопроводом, а также в силу положений пункта 6 статьи 616 ГК РФ арендатор обязан обеспечить техническое обслуживание газопровода, его защиту от актов незаконного вмешательства, осуществлять эксплуатацию газопровода в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации, поддерживать газопровод в исправном состоянии, в том числе обеспечить его противопожарное состояние, осуществлять за свой счет текущий и капитальный ремонт, нести расходы по его содержанию и эксплуатации.

В силу пункта 2.2.5 договора аренды от 08.06.2022 № 122010085 и требований законодательства ответчик должен соблюдать требования промышленной безопасности к эксплуатации газопровода в качестве опасного производственного объекта (статья 30 Закона № 69-ФЗ, статья 9 Федерального закона от 21.07.1997 № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» (далее – Закон о промышленной безопасности)).

Согласно статье 9 Закона о промышленной безопасности организация, эксплуатирующая опасный производственный объект, обязана, в частности:

- иметь лицензию на осуществление конкретного вида деятельности в области промышленной безопасности, подлежащего лицензированию в соответствии с законодательством;

- обеспечивать укомплектованность штата работников опасного производственного объекта в соответствии с установленными требованиями;

- допускать к работе на опасном производственном объекте лиц, удовлетворяющих соответствующим квалификационным требованиям и не имеющих медицинских противопоказаний к указанной работе;

- организовывать и осуществлять производственный контроль за соблюдением требований промышленной безопасности;

- обеспечивать наличие и функционирование необходимых приборов и систем контроля за производственными процессами;

- обеспечивать выполнение требований промышленной безопасности к хранению опасных веществ;

- приостанавливать эксплуатацию опасного производственного объекта самостоятельно или по решению суда в случае аварии или инцидента на опасном производственном объекте;

- осуществлять мероприятия по локализации и ликвидации последствий аварий на опасном производственном объекте, оказывать содействие государственным органам в расследовании причин аварии;

- принимать участие в техническом расследовании причин аварии на опасном производственном объекте, принимать меры по устранению указанных причин и профилактике подобных аварий; 

- принимать меры по защите жизни и здоровья работников в случае аварии на опасном производственном объекте.

Организация – собственник системы газоснабжения кроме мер, предусмотренных законодательством РФ в области промышленной безопасности, обязана обеспечить осуществление комплекса специальных мер по безопасному функционированию объектов системы газоснабжения, локализации и уменьшению последствий аварий, катастроф (абзац 1 статьи 32 Закона № 69-ФЗ).

В силу пункта 2.2.12 договора аренды от 08.06.2022 № 122010085 ответчик обязан планировать и осуществлять мероприятия по локализации и ликвидации последствий аварий на газопроводе.

Юридические и физические лица, виновные в возникновении аварий, катастроф на объектах систем газоснабжения, в том числе аварий, катастроф, возникших в связи со скрытыми дефектами материалов, оборудования, с некачественным выполнением строительно-монтажных работ, несут ответственность в соответствии с законодательством РФ (абзац 2 статьи 32 Закона № 69-ФЗ).

Органы исполнительной власти и должностные лица, граждане, виновные в нарушении ограничений использования земельных участков, осуществления хозяйственной деятельности в границах охранных зон газопроводов, зон минимальных расстояний до магистральных или промышленных трубопроводов или в умышленном блокировании объектов систем газоснабжения либо их повреждении, иных нарушающих бесперебойную и безопасную работу объектов систем газоснабжения незаконных действиях, несут ответственность в соответствии с законодательством РФ (абзац 3 статьи 32 Закона № 69-ФЗ).

В силу пункта 2.2.6 договора аренды от 08.06.2022 № 122010085 ответчик обязан содержать за свой счет охранные зоны газопровода в пожаробезопасном состоянии.

Порядок охраны магистральных газопроводов урегулирован Правилами охраны магистральных газопроводов, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 08.09.2017 № 1083, которые не предусматривают обязанности газотранспортной организации по обеспечению сохранности объемов газа.

В незначительных объемах потери газа нормативно допустимы и считаются технологическими потерями (эксплуатационные утечки газа в силу негерметичности газопроводов) (Методические рекомендации по определению технологических потерь природного газа при транспортировке магистральным трубопроводным транспортом, утвержденные Министерством энергетики РФ 24 января 2019 г.)).

Ответчик в договоре предусмотрел, что расчет за услуги по транспортировке газа в отчетный период производится с учетом технологических потерь газа (пункты 4.5 и 4.6 договора).

Договором предусмотрена методика, по которой будут рассчитываться потери газа (пункт 4.10 договора).

В случаях, когда третье лицо незаконно подключается к газопроводу, в результате чего происходит хищение газа, обязанность по компенсации убытков поставщика газа по неполучению доходов ложится на лицо, незаконно врезавшееся в газопровод.

Такое третье лицо возмещает также убытки газотранспортной организации в связи с повреждением газопровода и проведением восстановительных работ. В данном случае «несохранность» объемов возникает не по вине газотранспортной организации.

Отсутствие в договоре условия, предлагаемого истцом в пункте 7.8, не повлечет лишение его права на возмещение убытков от виновных действий лиц, результатом которых станет утрата газа, транспортируемого по газопроводу.

Поэтому утверждение АО «Газпром нефть» о том, что необеспечение ООО «НГРС» сохранности газа при транспортировке с неизбежностью влечет его утрату и убытки у поставщика газа, основанием для включения пункта 7.8 в договор не является.

В рамках сложившихся между сторонами правоотношений обязательство газотранспортной организации заключается в транспортировке газа поставщика, коим является ПАО «Газпром нефть», по газотранспортной системе с целью её передачи абонентам (потребителям) последнего, в поставщик, в свою очередь, обязан оплачивать услуги по транспортировке газа (статьи 328, 771, 781 ГК РФ). 

Учёт газа, поставленного абонентам (потребителям), не находится в зоне контроля газотранспортной организации (статья 308 ГК РФ).

Предположения о том, что отсутствие данного условия в договоре влечет незаинтересованность газотранспортной организации в надлежащем содержании газопровода, так как услуги по транспортировке поступившего в сеть газа в любом случае будут ему оплачены, судом апелляционной инстанции не признаются объективными.

Основной целью коммерческой деятельности является извлечение прибыли (статья 2 ГК РФ).

Закон презюмирует, что нормальным и добросовестным поведением участника рынка является действие в своем интересе с целью получить экономическую выгоду. 

ООО «НГРС» осуществляет регулируемую деятельность.

Наличие исключительного намерения ответчика причинить истцу вред и/или иное недобросовестное поведение ООО «НГРС», возражающего против включения в договор пункта 7.8, представленными в дело доказательствами не подтверждается, презюмируемая в силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ и пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» добросовестность газотранспортной организации не опровергнута.

С учетом указанного, обязанность обеспечить сохранность объемов газа не соответствует нормам действующего законодательства и не может быть возложена на ответчика, в связи с чем пункт 7.8 обоснованно не включен в договор.

При таких обстоятельствах урегулирование судом первой инстанции вышеуказанных разногласий посредством принятия редакции ответчика не может быть признано необоснованным. 

Суд апелляционной инстанции полагает, что приведенная судом первой инстанции оценка обстоятельств дела соответствует положениям процессуального законодательства, устанавливающим стандарт всестороннего и полного исследования имеющихся в деле доказательств в их совокупности и взаимосвязи без придания преимущественного значения какому бы то ни было из них (определения Верховного Суда Российской Федерации от 20.06.2016 № 305-ЭС15-10323, от 05.10.2017 № 309-ЭС17-6308).

Исходя из изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для изменения обжалуемого решения суда, апелляционные жалобы удовлетворению не подлежат.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционных жалоб в связи с отказом в их удовлетворении относятся на подателей жалоб.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьями 270-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой  арбитражный апелляционный суд

постановил:

решение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 14.10.2024 по делу № А75-20794/2021 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.

Председательствующий

Ю.М. Солодкевич

Судьи

Д.Г. Рожков

Н.В. Тетерина