﻿

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А63-18144/2019

г. Краснодар

19 июня 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 11 июня 2020 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 19 июня 2020 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Калашниковой М.Г., судей Андреевой Е.В. и Мацко Ю.В., при участии в судебном заседании от публичного акционерного общества «Московский индустриальный банк» (ИНН 7725039953, ОГРН 1027739179160) – Загонниковой Н.Д. (доверенность от 11.011.2019), в отсутствие должника – общества с ограниченной ответственностью «Региональное объединение строителей ЮгСтрой» (ИНН 0907006974, ОГРН 1020900692053), временного управляющего Захаровой Н.Б., иных участвующих в деле о банкротстве лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте суда в сети Интернет рассмотрев кассационную жалобу ООО «Региональное объединение строителей ЮгСтрой» на определение Арбитражного суда Ставропольского края от 16.01.2020 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.03.2020 по делу                              № А63-18144/2019, установил следующее.

ПАО «Московский индустриальный банк» (далее – банк) обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «Региональное объединение строителей ЮгСтрой» (далее – должник) банкротом.

Определением от 16.01.2020, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 12.03.2020, заявление банка признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена Захарова Н.Б., требования банка в сумме 3 076 769 рублей 55 копеек включены в третью очередь реестра требований кредиторов, как обеспеченные залогом имущества должника.

В кассационной жалобе и дополнении к ней должник просит отменить судебные акты, ссылаясь на необоснованный отказ в приостановлении производства по делу в связи с тем, что учредитель должника оспаривает в суде кредитные договоры, заключенные должником и банком; отсутствие регистрации обременения в виде ипотеки по договору об ипотеке от 25.08.2016 № 102-И-4; необоснованное заявление требования о признании должника банкротом со ссылкой на неисполнение обязательств, срок исполнения которых не наступил.

В отзывах банк и временный управляющий просят в удовлетворении жалобы отказать.

Согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации неявка в судебное заседание арбитражного суда кассационной инстанции подателя кассационной жалобе не может служить препятствием для рассмотрения дела в его отсутствие, если он был надлежащим образом извещен о времени и месте судебного разбирательства; явка подателя жалобы судом не признана обязательной. Доводы достаточно подробно изложены в жалобе и дополнении к ней. Новые доказательства по делу суд кассационной инстанции принимать и исследовать не вправе. Кроме того, в суде кассационной инстанции обеспечена возможность участия в онлайн-заседании. При таких обстоятельствах препятствия для рассмотрения жалобы отсутствуют. 

В судебном заседании представитель банка повторил доводы отзыва.

Изучив материалы дела, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что основания для отмены судебных актов отсутствуют.

Как установили суды, банк обратился с заявлением о признании должника банкротом, ссылаясь на наличие задолженности, возникшей в связи с неисполнением  кредитных договоров от 25.08.2016 № 102-К, от 05.06.2017 № 114-К. В обоснование заявленных требований банк представил кредитные договоры от 25.08.2016 № 102-К и от 05.06.2017 № 114-К (с учетом дополнительных соглашений), договоры об ипотеке от 25.08.2016 № 102-И-4, от 25.12.2017 № 102-И-5, от 31.07.2018 № 114-И-5.

Согласно пункту 2 статьи 33 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) (далее – Закон о банкротстве) заявление о признании должника банкротом принимается арбитражным судом, если требования к должнику – юридическому лицу в совокупности составляют не менее чем триста тысяч рублей и указанные требования не исполнены в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены, если иное не предусмотрено Законом.

В силу пункта 3 статьи 48 Закона о банкротстве определение о признании требований заявителя обоснованными и введении наблюдения выносится в случае, если требование заявителя соответствует условиям, установленным пунктом 2 статьи 33 Закона, признано обоснованным и не удовлетворено должником на дату заседания  суда, установлено наличие оснований, предусмотренных пунктом 2 статьи 3 Закона.

Оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в подтверждение заявленного требования доказательства и установив наличие у должника перед банком задолженности в размере, превышающем 300 тыс. рублей, неисполнение обязательств в течение более трех месяцев, суды правомерно признали требования банка обоснованными, ввели в отношении должника наблюдение и включили заявленные банком требования в реестр 

Довод должника о необходимости приостановления производства по делу в связи с наличием в производстве суда искового заявления учредителя должника об оспаривании кредитных договоров в отсутствие возражений против получения должником кредитных средств не является основанием для приостановления производства по настоящему делу. 

Податель жалобы ссылается на то, что в дополнительных соглашениях стороны согласовали условие о предоставлении заемщику отсрочки по уплате текущих процентов с июля 2018 года по апрель 2019 года, а также о том, что ежемесячная уплата текущих и накопительных процентов будет осуществляться с мая 2019 года, сумма накопительных процентов будет распределена пропорционально на весь период действия кредитного договора. Указанный довод не является основанием для отмены судебных актов,  принимая во внимание, что заявление банка о признании должника банкротом подано 18.09.2019 и принято к производству суда определением от 30.10.2019; банк ссылался на неоплату задолженности по процентам за пользование кредитом за май 2019 года; сведения о погашении названных процентов в полном объеме в материалы дела не представлены; банк в суде первой инстанции уточнил заявленные требования с учетом сумм, полученных им от должника.

Кроме того, как следует из картотеки арбитражных дел, банк заявил требование о включении в реестр 240 231 487 рублей основного долга; определением от 26.03.2020 названная сумма включена в реестр; в рамках настоящего дела также заявлены требования иных кредитов и уполномоченного органа.

В обоснование заявления в части признания заявленных требований обеспеченными залогом имущества должника банк представил в материалы дела договор об ипотеке от 25.08.2016 № 102-И-4, согласно которому в обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору от 25.07.2016 № 102-К должник передает банку в залог земельный участок, категория земель – земли сельскохозяйственного назначения, площадью 72 тыс. кв. м, кадастровый номер 09:01:0061401:430; договор об ипотеке от 25.12.2017 № 102-И-5, согласно которому в обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору от 25.07.2016 № 102-К должник передает банку в залог земельный участок, категория земель – земли сельскохозяйственного назначения, площадью 72 тыс. кв. м, кадастровый номер 09:01:0061401:429; договор об ипотеке от 31.07.2018 № 114-И-5, согласно которому в обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору от 05.06.2017 № 1114-К должник передает банку в залог земельный участок, категория земель – земли сельскохозяйственного назначения, площадью 72 тыс. кв. м, кадастровый номер 09:01:0061401:429.

Как видно из материалов дела, обременение в виде ипотеки по договорам от 25.12.2017 № 102-И-5 и от 31.07.2018 № 114-И-5 зарегистрировано в установленном порядке.

Сведения о регистрации обременения в виде ипотеки по договору от 25.08.2016 № 102-И-4 в материалах дела отсутствуют. 

Согласно части 1 статьи 339.1 Гражданского кодекса Российской Федерации залог подлежит государственной регистрации и возникает с момента такой регистрации в случае, если в соответствии с законом права, закрепляющие принадлежность имущества определенному лицу, подлежат государственной регистрации (статья 8.1 Кодекса). К договорам ипотеки, заключенным после 1 июля 2014 года, применяются общие положения о залоге, содержащиеся в названном Кодексе и закрепляющие требования к государственной регистрации ипотеки в виде обременения путем внесения записи об ограничении права в виде ипотеки в Единый государственный реестр недвижимости. Суды обоснованно указали, что сам договор ипотеки регистрации не подлежит и считается заключенным с момента достижения сторонами соглашения по всем существенным условиям договора. Однако в данном случае в отсутствие сведений о государственной регистрации залога залогодержатель (банк) не вправе противопоставлять свои залоговые права третьим лицам, не осведомленным о таком залоге (в данном случае – конкурсным кредиторам должника).

Банк не указывал на невозможность осуществить регистрацию обременения земельного участка на основании договора от 25.08.2016 № 102-И-4 ввиду отсутствия регистрации права собственности должника на земельный участок, являющий объектом ипотеки (в договоре указано, что право собственности должника на земельный участок зарегистрировано 27.03.2015), не приводил доводы о злоупотреблении правом со стороны должника, уклонявшегося от совершения действий по государственной регистрации ипотеки. Кроме того, как видно из картотеки арбитражных дел, банк обратился к должнику с иском о регистрации обременения в виде ипотеки по договору от 25.08.2016 № 102-И-4. Как следует из материалов электронного дела, с требованием о регистрации обременения по названному договору банк обратился к должнику в письме от 02.10.2019, после обращения с заявлением о банкротстве должника. Определением от 15.11.2019 по делу № А25-3153/2019 иск банка принят к производству суда, спор по существу не рассмотрен. 

При таких обстоятельствах вывод судов о том, что требование банка является обеспеченным залогом земельного участка площадью 72 тыс. кв. м с кадастровым номером 09:01:0061401:430, являющимся предметом договора об ипотеке от 25.08.2016 № 102-И-4, следует признать преждевременным; основания для признания требования банка обеспеченного залогом названного земельного участка у судов отсутствовали. Однако, в данном случае, принимая во внимание, что исполнение обязательств по кредитным договорам от 25.08.2016 № 102-К и от 05.06.2017 № 114-К также обеспечено залогом имущества должника на основании договоров об ипотеке от 25.12.2017                           № 102-И-5 и от 31.07.2018 № 114-И-5 и в резолютивной части определения от 16.01.2020 суд указал о включении требований банка в сумме 3 076 769 рублей 55 копеек в третью очередь реестра требований кредиторов, как обеспеченных залогом имущества должника, основания для изменения резолютивной части у суда кассационной инстанции отсутствуют. 

Руководствуясь статьями 284, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ставропольского края от 16.01.2020 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.03.2020 по делу                            № А63-18144/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий

                   М.Г. Калашникова

Судьи

                   Е.В. Андреева 

                   Ю.В. Мацко