АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-69012/2020

Дело № А65-21948/2019

г. Казань

09 июня 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 02 июня 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 09 июня 2022 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Моисеева В.А.,

судей Ивановой А.Г., Фатхутдиновой А.Ф.,

при участии представителей: 

конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Генезис» ФИО1 – ФИО2, доверенность от 02.03.2021,

ФИО3 – ФИО4, ФИО5, доверенность от 12.04.2021, 

ФИО6 – ФИО4, ФИО5, доверенность от 16.04.2021, 

ФИО7 – ФИО4, ФИО5, доверенность от 16.04.2021, 

ФИО8 – ФИО4, ФИО5, доверенность от 16.04.2021, 

ФИО9 – ФИО4, ФИО5, доверенность от 25.02.2021, 

ФИО10 – ФИО4, ФИО5, доверенность от 31.03.2021, 

ФИО11 – ФИО12, по доверенности от 06.04.2021,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотревл в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Генезис» ФИО1 

на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 07.02.2022 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.04.2022

по делу № А65-21948/2019

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Генезис» ФИО1 о привлечении ФИО13, ФИО6, ФИО9, ФИО11, ФИО10, ФИО14, ФИО15, ФИО3, ФИО8, ФИО7, ФИО16, ФИО17, ФИО18 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Генезис», ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.07.2019 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Генезис» (далее – ООО «Генезис», должник).

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 06.03.2020 ООО «Генезис» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО1.

11.02.2021 конкурсный управляющий ООО «Генезис» ФИО1 обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о привлечении ФИО13, ФИО6, ФИО9, ФИО11, ФИО10, ФИО14, ФИО15, ФИО3, ФИО8, ФИО7, ФИО16, ФИО17, ФИО18 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Генезис» в размере 432 960 158,56 руб.).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 07.02.2022 заявление конкурсного управляющего ООО «Генезис» ФИО1 удовлетворено частично.

ФИО13 привлечен к субсидиарной ответственности за не передачу документов в размере 75 889 025,40 руб. (стоимости не переданных активов).

С ФИО13 в пользу ООО «Генезис» взысканы 75 889 025,40 руб.

В удовлетворении остальной части заявления отказано.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.04.2022 определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий должником, ссылаясь на неправильное применение судебными инстанциями норм права и несоответствие сделанных судами выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить определение суда первой инстанции, постановление апелляционного суда, принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований  в полном объеме.

По мнению заявителя кассационной жалобы, суды безосновательно не приняли во внимание имеющиеся доказательства, свидетельствующие, как считает заявитель жалобы, о наличии оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

ФИО13 судебные акты не обжаловал.

ФИО11, ФИО16, ФИО8, ФИО9, ФИО6, ФИО3, ФИО7, ФИО18 представили отзывы на кассационную жалобу, в которых возражают против приведенных в ней доводов, просят оставить обжалуемые судебные акты без изменения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, приведенные в кассационной жалобе, отзывах на нее, заслушав в судебном заседании представителя конкурсного управляющего ООО «Генезис» – ФИО2, 

представителей ФИО3, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10 – ФИО4, ФИО5 и ФИО11 – ФИО12, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом, по состоянию на дату открытия конкурсного производства единственным учредителем ООО «Генезис» с 06.08.2015 являлся ФИО13

С момента начала реорганизации ООО «Генезис», а именно с августа 2015 г., к должнику посредством заключения договора присоединения, присоединены юридические лица.

Так, из сведений Единого государственного реестра юридических лиц суд установил следующее.

ООО «ВСБ-Лизинг» 17.04.2015 прекратило деятельность путем реорганизации в форме присоединения к ООО «Квадрострой». 

Генеральным директором ООО «ВСБ-Лизинг» являлся ФИО6, учредителем с 04.03.2010 являлась ФИО9, с 01.05.2014 – ФИО11 

ООО ЛК «Импульс» 17.04.2015 прекратило деятельность путем реорганизации в форме присоединения к ООО «Квадрострой». 

Генеральным директором ООО ЛК «Импульс» с 16.06.2011 являлась ФИО10, с 10.06.2014 – являлся ФИО8, учредителями – ФИО6, ФИО14 

ООО «Финвест-Лизинг» 17.04.2015 прекратило деятельность путем реорганизации в форме присоединения к ООО «Квадрострой». 

Генеральным директором ООО «Финвест-Лизинг» с 28.07.2010 являлась ФИО15, с 09.08.2013 являлся ФИО7, учредителями – ФИО6, ФИО17 

ООО «Константъ» 12.05.2015 прекратило деятельность путем реорганизации в форме присоединения к ООО «Квадрострой». 

Генеральным директором ООО «Константъ» с 30.09.2020 являлась ФИО16, с 10.09.2012 – ФИО3, учредителями – ФИО18, ФИО8

В свою очередь ООО «Квадрострой» 15.12.2015 также прекратило деятельность путем реорганизации в форме присоединения к должнику – ООО «Генезис». 

Судом установлено, что в период с 2012-2013 г. между правопредшественниками должника и Коммерческим Волжским социальным банком (общество с ограниченной ответственностью) (далее – ООО «Коммерческий Волжский социальный банк») были заключены договоры на предоставление кредитной линии с общим объемом обязательств у ООО «ВСБ-Лизинг» – в размере 54 679 000 руб., у ООО «Константъ» – в размере 70 888 231 руб., у ООО «Финвест-Лизинг» – в размере 31 498 000 руб., у ООО ЛК «Импульс» – в размере 52 467 840 руб.

В обеспечение обязательств указанными лицами были заключены также договоры залога, согласно которым вышеуказанные организации передавали в залог ООО «Коммерческий Волжский социальный банк» транспортные средства и другое имущество.

Конкурсный управляющий в своем заявлении сослался на то, что ответчики не представили доказательств передачи должнику документов первичного бухгалтерского учета при реорганизации, ФИО13, в свою очередь, не передал документацию должника конкурсному управляющему. 

Не исполнение указанной обязанности по передаче документации и имущества не позволило конкурсному управляющему получить информацию о хозяйственной деятельности должника, о совершенных им сделках и исполнить обязанность по формированию конкурсной массы должника, в том числе принимать меры, направленные на поиск, выявление о возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц, предъявлять требования к третьим лицам о взыскании задолженности.

Согласно полученным ответам на запросы конкурсного управляющего в регистрирующие органы у ООО «Генезис» отсутствует имущество (транспортные средства), которое подлежало передаче должнику при реорганизации.

Размер субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов вследствие действий и (или) бездействий контролирующих должника лиц определен конкурсным управляющим в 432 960 158,56 руб. (сумма реестровых требований и текущих обязательств).

Разрешая спор в данной части, суд установил, что определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.10.2020 удовлетворено заявление конкурсного управляющего ООО «Генезис» ФИО1 об истребовании документации у единственного участника должника ФИО13 (как лица, ответственного за сохранность документации в период после ликвидации управляющей организации ООО «Агроснаб» до назначения нового исполнительного органа); суд обязал ФИО13 передать конкурсному управляющему первичные бухгалтерские документы за период с 2016 г. по настоящее время; с ФИО13 взыскана судебная неустойка за неисполнение судебного акта.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.12.2017 по делу № А55-1892/2017 было обращено взыскание на имущество (в том числе, транспортные средства) ООО «Генезис», заложенное по договорам залога между ООО «Коммерческий Волжский социальный банк» и правопредшественниками должника ООО «Финвест-Лизинг», ООО «Константъ», ООО ЛК «Импульс» и ООО «ВСБ-Лизинг»  в обеспечение кредитных обязательств последних, в отношении ООО «Генезис» возбуждено исполнительное производство № 11870/18/16001-ИП на общую сумму 349 896 441,96 руб., которая до настоящего времени не погашена.

С учетом того, что обращая взыскание на предмет залога, суд устанавливает его фактическое наличие, суд в данном случае сделал вывод о том, что имущество, на которое было обращено взыскание апелляционным судом в рамках дела о взыскании, имелось в наличии у должника, соответственно, ранее было передано ему при присоединении организациями - правопредшественниками. При рассмотрении спора о взыскании задолженности и обращении взыскания на предмет залога, руководитель ООО «Генезис» ФИО13 в суде возражений относительно отсутствия предмета залога не заявлял.

Суд установил, что ФИО13 до даты введения конкурсного производства являлся исполнительным органом должника, соответственно, в силу действующего законодательства нес обязанность по ведению текущей финансово-хозяйственной деятельности общества, организации бухгалтерского и налогового учета.

Обязанность по сбору, составлению, ведению и хранению документов бухгалтерского учета и (или) отчетности установлена Федеральным законом от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (статьи 6, 7, 17, 29 указанного Федерального закона). Данная обязанность лежит на руководителе должника.

Как установил суд, ФИО13 был обязан в соответствии с пунктом 2 статьи 126 Федерального закона от 26.10.2002 № 127ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) передать конкурсному управляющему документацию бухгалтерского учета и (или) отчетности должника, однако этого  не сделал.

Уклонения конкурсного управляющего от получения указанных документов суд не установил.

При этом суд установил, что документы бухгалтерского учета за последние пять лет организаций-правопредшественников были переданы их руководителями по актам приема-передачи документов новому руководителю правопреемника – ООО «Квадрострой», а ФИО13, как руководитель последующего правопреемника – ООО «Генезис», требований о передаче документов к правопредшественнику, претензий о неполноте переданных документов не заявлял.

Данное обстоятельство подтверждается договором о присоединении обществ к ООО «Квадрострой», подписанный сторонами 19.01.2015. Также, сторонами был составлен, подписан и передан в органы ФНС России передаточный акт от 15.03.2015, в соответствии с которым все имеющиеся на момент передачи документы по хозяйственной деятельности предприятия были переданы ООО «Квадрострой».

Кроме того, как установил суд, должник не отразил в бухгалтерской отчетности принятое залоговое имущество от юридических лиц – правопредшественников в связи с их присоединением по договору присоединения, а также принятые обязательства от юридических лиц – правопредшественников.

Таким образом, суд установил, что у должника имелся актив (транспортные средства, техника, имущество), являвшийся предметом залога. Между тем правоустанавливающие документы в отношении указанного актива конкурсному управляющему ответчиком не переданы.

При этом правоустанавливающие документы, подтверждающие отчуждение спорного имущества в адрес третьих лиц, утрату спорного имущества, списание в виду амортизационного износа и т.п., ответчик ФИО13 в материалы дела также не представил и не пояснил по каким причинам документация должника не передана конкурсному управляющему и по каким причинам он не принял мер по ее истребованию либо восстановлению.

Указанное обстоятельство, как отметил суд, свидетельствует либо о недостоверности бухгалтерской отчетности, либо о сокрытии активов должника от взыскания в рамках дела о банкротстве и исполнительном производстве, либо о совокупности указанных нарушений.

Суд установил, что отсутствие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности к моменту принятия решения о признании должника банкротом существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе, формирование и реализацию конкурсной массы.

На основании вышеизложенного суд первой инстанции пришел к выводу, что заявление конкурсного управляющего о привлечении к ответственности по вышеуказанным основаниям подлежит удовлетворению в отношении руководителя должника ФИО13

Разрешая вопрос о размере ответственности ФИО13, суд исходил из того, что в соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в настоящее время - подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве) размер ответственности может быть снижен в том случае, если размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого лица. В данном случае суд пришел к выводу о том, что размер ответственности ФИО13 должен быть ограничен стоимостью имевшихся у должника, но не переданных конкурсному управляющему активов, за счет которых происходит формирование конкурсной массы.

Судом первой инстанции установлено, что в соответствии с данными бухгалтерского баланса ООО «Генезис» за 2016 г. показатели балансовой стоимости активов должника имели нулевое значение.

При этом, как установил суд из постановления апелляционного суда от 19.12.2017 по делу № А55-1892/2017, должник принял залоговое имущество от юридических лиц – правопредшественников в связи с их присоединением по договору присоединения стоимостью 75 889 025,40 руб.

Таким образом, судом установлено наличие у должника ООО «Генезис», но не переданных конкурсному управляющему активов (предмет залога) и соответствующей документации, доказательств наличия у должника иных активов, не представлено.

С учетом данных обстоятельств, требование в указанной части удовлетворено судом первой инстанции частично и с ФИО13 в пользу должника взыскано 75 889 025,40 руб.

При этом судом первой инстанции сделан вывод об отсутствии оснований для возложения ответственности на бывших руководителей предприятий – правопредшественников должника, суд счел, что по данному основанию контролирующие правопредшественников лица в силу Закона о банкротстве не являются субъектами такой ответственности.

Суд установил, что в материалах регистрационного дела о реорганизации правопредшественников должника путем присоединения к ООО «Квадрострой» имеются акты приема-передачи документов бухгалтерского учета, в соответствии с которым руководители правопредшественников передали, а руководитель правопреемника принял документацию обществ; каких либо претензий о неполноте переданных документов, не заявлялось.

Требование конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ответчиков за неисполнение обязанности по подаче заявлений о признании ООО «Генезис» и организаций – правопредшественников несостоятельными (банкротами), отклонено судом первой инстанции по следующим основаниям.

По мнению конкурсного управляющего, обстоятельства, с которыми связана обязанность ООО «Генезис» обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом возникла 27.08.2016 – дата вступления в законную силу решения Арбитражным суда Самарской области от 27.07.2016 по делу № А55-2677/2016, которым была взыскана задолженность в пользу ООО «Поволжская финансовая компания» в размере 15 270 722,61 руб.

В своем заявлении конкурсный управляющий указал на не исполненные обязательства должника перед ООО «Миг» на сумму 28 134 000 руб., ФНС России на сумму 38 303 144,26 руб., ООО «Коммерческий Волжский социальный банк» в размере 350 252 441,96 руб., а также сослался на проведенному анализ финансового состояния, в соответствии с которым должник имел неудовлетворительные результаты деятельности и нулевые показатели финансового положения, свидетельствующие, по его мнению, о полном отсутствии финансово-хозяйственной деятельности должника.

Конкурсный управляющий также сослался на наличие признаков банкротства и у организаций-правопредщественников.

Разрешая спор в данной части, суд установил, что в реестр требований кредиторов должника ООО «Генезис» включены требования ФНС России (период задолженности 2013, 2014 г.), ООО «Управляющая компания «Мкапитал», (задолженность ООО «МЭЙФЭЙР» – правопредшественника ООО «Генезис» возникла по состоянию на ноябрь 2014 г.), ООО «Поволжская Финансовая компания» (правопредшественник ООО «Генезис» возникла по состоянию на май 2015 г.), ООО «Коммерческий Волжский социальный банк» (задолженность возникла по состоянию на 11.10.2016), ИП ФИО19 (задолженность возникла по состоянию на 30.12.2016).

При этом, как отметил суд, постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.12.2017 по делу № А551892/2017 было установлено наличие у должника залогового имущества в размере 75 889 025,40 руб.

Суд установил, что основная кредиторская задолженность в размере 349 896 441,96 руб., превышающая размер активов должника в размере 75 889 025,40 руб. возникла 11.10.2016 в связи с восстановлением задолженности ООО «ВСБ-лизинг» перед Банком, соответственно, после завершения реорганизации путем присоединения к ООО «Генезис», руководитель ООО «Генезис» ФИО13 в отсутствие у общества хозяйственной деятельности, денежных средств, достаточных активов, должен был обратиться в суд с заявлением о признании себя банкротом не позднее 11.11.2016.

Вместе с тем, суд не установил возникновения новых обязательств у должника после этой даты.

Восстановленные обязательства по недействительной сделке, заключенной в период до момента возникновения у ответчика обязанности по подаче заявления о банкротстве должника, как указал суд, не являются новым денежным обязательством, а являются восстановлением существующих правоотношений, возникших до даты объективного банкротства.

Поскольку по заявленному конкурсным управляющим основанию руководители могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного в пункте 2 статьи 9 Закона о банкротстве, суд отказал в привлечении к ответственности ФИО13 за не обращение в суд с заявлением должника.

Разрешая вопрос о наличии оснований для привлечения к ответственности руководителей организаций-правопредшественников в соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, суд установил, что обязанности по обращению с заявлением должника у них не возникло,  поскольку с учетом размера неисполненных обязательств по оплате и размера активов каждого правопредшественника должника, последние не отвечали признакам банкротства на момент реорганизации.

Отклоняя довод конкурсного управляющего о наличии непокрытого убытка в 2014 г., подтверждающего ухудшение финансовых показателей, суд указал на то, что само по себе наличие непокрытого убытка в бухгалтерском балансе указанных организаций с учетом специфики их деятельности в виде предоставления имущества в лизинг не является признаком банкротства.

Суд отметил, что ООО «Квадрострой» (правопреемник ООО «ВСБЛизинг», ООО ЛК «Импульс», ООО «Финвест-Лизинг», ООО «Константъ», ООО ЛК «Импульс») являлись организациями, осуществляющими деятельность по предоставлению финансового лизинга. На балансе предприятия числились транспортные средства и специальная техника, которые передавались лизингополучателям. На указанное имущество в соответствии с правилами бухгалтерского учета начисляется амортизация, что вело к уменьшению стоимости основных средств, отражалось в бухгалтерском балансе и ошибочно трактуется конкурсным управляющим как ухудшение финансовых показателей.

Увеличение дебиторской задолженности, на которое указал конкурсный управляющий, суд счел свидетельством увеличения числа лизингополучателей с которыми заключены договоры лизинга, и, следовательно, это обстоятельство характеризует положительную динамику в работе лизинговых компаний.

Судом установлено, что по заключенным кредитным договорам погашение кредитных обязательств осуществлялось своевременно, согласно графика погашения задолженности, штрафные санкции не применялись; полученные денежные средства были использованы на приобретение предметов лизинга, которые находились в залоге у данного банка с целью обеспечения кредитных обязательств; общества имели положительные показатели бухгалтерской отчетности. За время деятельности (2010-2013 г.) значение нераспределенной прибыли имело положительные значения.

Таким образом, суд установил, что на момент реорганизации правопредшественники должника не отвечали признакам банкротства, которое наступило только после реорганизации путем присоединения ООО «Квадрострой» к правопреемнику – ООО «Генезис», в отсутствие у него хозяйственной деятельности, принятия неисполненных обязательств правопредшественников, отчуждения активов; основная кредиторская задолженность правопредшественника должника ООО «ВСБ-Лизинг» перед кредитором ООО «Камский Волжский социальный банк» возникла после реорганизации путем восстановления задолженности в связи с признанием части платежей по погашению кредита техническими записями, что и привело к банкротству должника.

При этом, судом учтено, что на момент реорганизации должник принял неисполненные обязательства и иных обществ, руководителями которых ответчики не являются, а именно, ООО «Мираж» (задолженность перед ФНС); ООО «МЭЙФЭЙР» (задолженность перед ООО УК «Капитал»); ООО «Матрица» (задолженность перед ООО «МИГ» (цессионарий ИП ФИО19)

В связи с этими же обстоятельствами суд не усмотрел оснований и для удовлетворения заявления конкурсного управляющего в части, касающейся привлечения к субсидиарной ответственности учредителей правопредшественников должника, не исполнивших обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд.

Суд также указал, что соответствующая обязанность возложена на учредителей должника Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ (пункт 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве), который не действовал в период, указанный конкурсным управляющим (декабрь 2015 г.) и субсидиарная ответственность за такое бездействие установлена не была.

Доводы конкурсного управляющего о наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве также отклонены судом ввиду следующего.

В обоснование своих доводов, конкурсный управляющий ссылался на постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.12.2017 по делу № А55-1892/2017 которым было обращено взыскание на заложенное по договорам залога имущество, принадлежащее на праве собственности ООО «Генезис».

При разрешении спора было установлено, что в период с 20122013 г. между ООО «Коммерческий Волжский социальный банк», ООО «ВСБЛизинг», ООО «Константъ», ООО «Финвест-Лизинг», ООО ЛК «Импульс» (правопредшественники ООО «Генезис») были заключены договоры на предоставление кредитной линии, а также договоры залога, согласно которым вышеуказанные организации передавали в залог ООО «Коммерческий Волжский социальный банк» транспортные средства.

29.05.2018 в отношении ООО «Генезис» возбуждено исполнительное производство № 11870/18/16001-ИП на общую сумму 349 896 441,96 руб., до настоящего времени задолженность в указанном размере не погашена.

В целях установления факта, относительно дальнейшей судьбы транспортных средств и специальной техники, конкурсным управляющим ООО «Генезис» были выполнены запросы в адрес УГИБДД МВД, Управление Гостехнадзора, Центр ГИМС МЧС.

Согласно полученным ответам у ООО «Генезис» отсутствует вышеуказанное имущество; доказательств передачи руководителем ООО «Генезис» ФИО20 транспортных средств конкурсному управляющему, не представлено; ФИО13 правоустанавливающие документы, подтверждающие отчуждение спорного имущества в адрес третьих лиц, утрату спорного имущества, списание в виду амортизационного износа и т.п., в материалы дела также не представил.

В силу статьи 16, части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) передача должнику предмета залога, наличие предмета залога в натуре у ООО «Генезис», признан судом преюдициально установленным фактом, не требующим доказывания при рассмотрении настоящего спора.

С учетом указанного обстоятельства, довод конкурсного управляющего о том, что руководители правопредшественников должника совершили действия по отчуждению имущества – предмета залога признан судом необоснованным (неподтвержденным доказательствами).

Судом отмечено, что доказательств, подтверждающих заключение от имени должника убыточных сделок в материалы дела не представлено.

Кроме того, суд пришел к выводу о том, что должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход не в результате отчуждения имущества стоимостью 75 889 025,40 руб., поскольку и до утраты имущества должник не осуществлял хозяйственную деятельность, приносящую ему прибыль, в том числе с использованием спорного имущества.

Судом принято во внимание, что объективные признаки банкротства возникли у должника после восстановления 11.10.2016 задолженности перед ООО «Коммерческий Волжский социальный банк» в размере 349 896 441,96 руб., при этом на дату обращения взыскания на предмет залога (19.12.2017), имущество у должника предполагалось, следовательно, утрата имущества должника (предмета залога) имела место после возникновения у должника признаков объективного банкротства, то есть после 11.10.2016.

Установив вышеизложенные обстоятельства, суд пришел к выводу о том, что в результате неправомерных действий ответчика ФИО13 финансовое состояние должника существенно не ухудшилось – его активы уменьшились на сумму 75 889 025,40 руб., однако и с учетом указанного актива должник не имел возможности исполнить свои обязательства перед кредиторами в полном объеме, принимая во внимание, что их размер составляет 432 960 158,56 руб.

В этой связи суд счел, что совершение действий по отчуждению имущества не могли существенно повлиять на объективное банкротство должника и не повлекли за собой существенное ухудшение финансового положения должника, поскольку спорная техника и имущество непосредственно не участвовала в производственном процессе и объективные признаки банкротства у должника уже существовали до совершения отчуждения имущества.

Указанные обстоятельства признаны судом свидетельствующими о том, что вышеназванные сделки должника не находятся в прямой причинноследственной связи с объективным банкротством должника, то есть причиной банкротства должника указанные сделки сами по себе не являются, его банкротство обусловлено иными причинами, утрата имущества не могла повлиять на возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, в связи с чем, соответствующие действия бывшего руководителя должника ФИО13 не могут служить основанием для привлечения указанного лица к субсидиарной ответственности.

Установив факты отсутствия имущества, отсутствия в материалах дела оправдательных документов по его отчуждению на цели, связанные с хозяйственной деятельностью должника, не усмотрев в указанных действиях негативных последствий в виде доведения должника до объективного банкротства, суд с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума № 53), оценил указанные обстоятельства на наличие противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

С учетом разъяснений, содержащихся в пунктах 17 и 20 постановления Пленума № 53, ФИО13 признан судом подлежащим привлечению к ответственности за не передачу документов в размере стоимости не переданных активов, составляющей 75 889 025,40 руб.

Заявление ответчиков о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности отклонено судом первой инстанции по следующим основаниям. 

Вменяемые ответчикам действия (бездействие), приведенные конкурсным управляющим в своем заявлении имели место в ноябре 2016 г. (за неподачу заявления о признании должника банкротом), в 2017 г. (за совершение действий по утрате имущества), то есть в период действия правил о субсидиарной ответственности в редакции Закона № 134-ФЗ.

Согласно абзацу 4 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 названной статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. 

Поскольку должник признан банкротом 06.03.2020, а заявление о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности подано 10.02.2021, то есть в пределах однолетнего срока, оснований для применения срока исковой давности суд не усмотрел.

Суд апелляционной инстанции выводы суда первой инстанции признал обоснованными и правомерными.

Суд кассационной инстанции оснований для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы конкурсного управляющего должником не усматривает.

Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с нарушением обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, установленный статьей 9 Закона о банкротстве, исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, имеет значение причинноследственная связь между неподачей в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, а также вина субъекта ответственности.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Как разъяснено в пункте 16 постановления Пленума № 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Поскольку субсидиарная ответственность руководителя должника является гражданско-правовой, в силу статьи 15 ГК РФ необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда (вина), причинноследственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, а бремя доказывания указанных обстоятельств лежит на лице, заявившем о привлечении к ответственности.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 22 совместного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56 ГК РФ), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьи 61.11 Закона о банкротстве основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем правовых подходов к толкованию положений как прежнего, так и ныне действующего законодательства является общим (в том числе, это относится к разъяснениям норм материального права, изложенным в постановлении Пленума № 53 («Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4(2020)», утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.12.2020).

Законодательно установлена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при непередаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в настоящее время - подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 24 постановления Пленума № 53, лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2017 № 305-ЭС17-9683, для целей удовлетворения заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям конкурсному управляющему необходимо доказать, что отсутствие документации должника либо отсутствие в ней полной и достоверной информации существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве. При этом под существенным затруднением понимается, в том числе невозможность выявления активов должника.

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ имеющиеся в материалах дела доказательства в их совокупности, установив обстоятельства, свидетельствующие о том, что объективные признаки банкротства возникли у должника ввиду восстановления задолженности перед ООО «Коммерческий Волжский социальный банк» в размере 349 896 441,96 руб., в отсутствие доказательств противоправного виновного действия (бездействия) ответчиков по доведению должника до несостоятельности (банкротства), суды пришли к правомерному выводу об отсутствии оснований для привлечения их к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и наличии оснований для возложения на ФИО13 ответственности за не передачу документов в размере стоимости не переданных активов, составляющей 75 889 025,40 руб.

Суд кассационной инстанции считает необходимым отметить, что восстановление обязательств должника перед ООО «Коммерческий Волжский социальный банк» в размере 349 896 441,96 руб. произведено в качестве применения последствий недействительности сделки по результатам рассмотрения обособленного спора в рамках дела о банкротстве ООО «Коммерческий Волжский социальный банк».

Так, определением Арбитражного суда Самарской области от 28.09.2016 по делу №А55-28168/2013 признаны недействительными банковские операции предприятий – правопредшественников должника (ООО ЛК «Импульс», ООО «Константъ», ООО «Фининвест-Лизинг», ООО «ВСБ-Лизинг») по погашению кредитных обязательств перед Банком по основаниям, предусмотренным статьей 61.3 Закона о банкротстве (предпочтительное удовлетворение требований), применены последствия недействительности сделок в виде восстановления кредитных обязательств предприятий – правопредшественников должника перед Банком и соответствующего восстановления остатков денежных средств на расчетном счете кредитной организации, признанной несостоятельным (банкротом).

При разрешении данного спора судом установлено, что указанными лицами совершены платежи в счет погашения кредитных обязательств перед Банком, которые ввиду преференциальности сделок по распоряжению денежными средствами предприятий, находящимися на расчетных счетах открытых в кредитной организации, признаны недействительными.

Учитывая вышеизложенное, доводы, приведенные в кассационной жалобе, подлежат отклонению, поскольку являлись предметом исследования и оценки судов, направлены на переоценку доказательств и установление фактических обстоятельств, отличных от тех, которые были установлены судами, по причине несогласия заявителя жалобы с результатами указанной оценки судов, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, перечисленных в статьях 286, 287 АПК РФ.

Суд кассационной инстанции не вправе переоценивать доказательства и устанавливать иные обстоятельства, отличающиеся от установленных судами нижестоящих инстанций, в нарушение своей компетенции, предусмотренной статьями 286, 287 АПК РФ.

Поскольку нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено, основания для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 07.02.2022 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.04.2022 по делу № А65-21948/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья     В.А. Моисеев

Судьи     А.Г. Иванова

     А.Ф. Фатхутдинова