/

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                   Дело № А75-12097/2016

 

Резолютивная часть постановления объявлена 24 октября 2018 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 30 октября 2018 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                     Лошкомоевой В.А.  

судей                                                    Ишутиной О.В.

                                                             Мельника С.А.

рассмотрел в судебном заседании с использованием средств аудиозаписи кассационную жалобу Фисенко Кристины Александровны на постановление от 16.08.2018 Восьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Бодункова С.А., Зорина О.В., Смольникова М.В.) по делу № А75-12097/2016 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя Сердюковой Натальи Гавриловны (город Ханты-Мансийск), принятое по заявлению Фисенко Кристины Александровны (город Ханты-Мансийск) о включении требования в размере                                2 200 000 рублей в реестр требований кредиторов индивидуального предпринимателя Сердюковой Натальи Гавриловны.

В заседании приняла участие представитель публичного акционерного общества «Сбербанк России» Логинова И.А. по доверенности от 19.04.2018.

Суд установил:

решением от 24.08.2017 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в отношении индивидуального предпринимателя Сердюковой Натальи Гавриловны (далее – ИП Сердюкова Н.Г., должник) введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена Гаврилова Г.Г.

        Фисенко Кристина Александровна 25.10.2017 обратилась в арбитражный суд с заявлением, уточнённым в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о включении требования в размере 2 233 502 рублей 38 копеек в реестр требований кредиторов должника.

        Определением суда от 15.06.2018 (судья Сизикова Л.В.) требование Фисенко К.А. в размере 2 233 502 рублей 38 копеек признано обоснованным и включено в реестр требований кредиторов должника в составе                         третьей очереди.

        Постановлением апелляционного суда от 16.08.2018 определение от 15.06.2018 отменено, принят новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления Фисенко К.А.

        В кассационной жалобе Фисенко К.А. просит постановление апелляционного суда от 16.08.2018 отменить, оставить в силе определение суда от 15.06.2018.

        Податель жалобы считает, что суд апелляционной инстанции неправильно возложил на неё бремя доказывания погашения кредита                           не денежными средствами должника (полностью либо в части),                                        а её собственными, поскольку, по мнению Фисенко К.А., она не может доказать отрицательный факт. Вывод суда о том, что кредитором не раскрыт источник денежных средств для исполнения обязательств должника                      перед банком, не соответствует действительности, в материалы дела представлена справка о её доходах. Сведения о доходах супруга                         Фисенко К.А. не представлялись в связи с тем, что суд не предлагал                            их представить и не исследовал данный вопрос. Вывод суда о том,                            что суброгационное требование поручителя, являющегося близким родственником должника, приобретает корпоративный характер и поэтому не может конкурировать с рядовыми гражданско-правовыми требованиями независимых кредиторов, а также не даёт в рассматриваемом случае права     на включение в реестр, является несостоятельным. Включение в реестр Фисенко К.А., несмотря на близкую родственную связь, какого-либо вреда иным конкурсным кредиторам не приносит, фактически была произведена замена кредитора, перед которым Фисенко К.А. погасила требование. Наличие близкого родства не свидетельствует о злоупотреблении правом                         и не может служить основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов. Не свидетельствует о недобросовестности поручителя заключение договора поручительства в период проведения процедуры банкротства должника, так как законом не запрещено совершение сделок, в данном случае договора поручительства для обеспечения обязательств должника, после возбуждения процедуры банкротства. Следовательно, действия кредитора не выходят за пределы разумности                        и добросовестности.

        Публичное акционерное общество «Сбербанк России» (далее – ПАО «Сбербанк России») в отзыве на кассационную жалобу, доводы которого поддержаны представителем в судебном заседании, не согласилось с приведёнными в ней доводами, считая постановление апелляционного суда соответствующим установленным обстоятельствам.

        Проверив в соответствии со статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность определения  и постановления судов, суд кассационной инстанции считает                                        их подлежащими отмене.

        Как следует из материалов дела и установлено судами, между акционерным Западно-Сибирским коммерческим банком (открытое акционерное общество) (далее – ПАО «Запсибкомбанк», Банк) и Сердюковой Н.Г. (заёмщик) заключён договор ипотечного кредитования     от 20.04.2011 № 2511448/11И, согласно которому Банк предоставляет,                           а заёмщик получает и обязуется вернуть денежные средства в размере 7 000 000 рублей и уплатить проценты за пользование кредитом на условиях и в порядке, предусмотренных договором.

        В связи с введением в отношении Сердюковой Н.Г. процедуры реструктуризации долгов 10.04.2017 в рамках настоящего дела поступило заявление ПАО «Запсибкомбанк» о включении требования в размере 2 221 923 рублей 81 копейки, в том числе 1 777 329 рублей 62 копеек  основного долга, 249 814 рублей 53 копеек процентов, 194 779 рублей 66 копеек неустойки в реестр требований кредиторов должника.

        В качестве обеспечения исполнения обязательств заёмщика по договору ипотечного кредитования от 20.04.2011 № 2511448/11И между Банком и Фисенко К.А. (поручитель) заключён договор поручительства от 15.05.2017 № 251144811/П-2, согласно которому поручитель обязался нести перед Банком солидарную ответственность за неисполнение заёмщиком обязательств, возникших из договора ипотечного кредитования от 20.04.2011 № 2511448/11И.

        Фисенко К.А. в рамках указанного договора поручительства погасила задолженность Сердюковой Н.Г. по договору ипотечного кредитования                         от 20.04.2011 № 2511448/11И в размере 2 233 502 рублей 38 копеек.

        Определением суда от 03.08.2017 принят отказ ПАО «Запсибкомбанк» от заявления о включении требования в размере 2 221 923 рублей 81 копейки в реестр требований кредиторов должника.

        Учитывая, что к поручителю, исполнившему обязательство, в силу закона переходят права кредитора по этому обязательству, Фисенко К.А. обратилась в арбитражный суд с настоящим заявлением.

        ПАО «Сбербанк России» возразило против заявленного требования, ссылаясь на то, что Фисенко К.А. является дочерью Сердюковой Н.Г.,                            в связи с чем кредитные обязательства могли быть исполнены за счёт денежных средств должника с целью исключения залогового имущества                    из конкурсной массы.

        Признав требование поручителя обоснованным и подлежащим включению в реестр требований кредиторов должника, суд первой инстанции исходил из его соответствия положениям статей 365, 387 Гражданского кодекса Российской Федерации.

        При повторном рассмотрении спора суд апелляционной инстанции                       с выводами суда не согласился, указав на то, что в рамках дела о банкротстве основного заёмщика суброгационное требование поручителя приобретает корпоративный характер.

        Апелляционный суд, ссылаясь на то, что в рассматриваемом случае отношения поручительства возникли после введения в отношении основного заёмщика процедуры банкротства, поручителем является близкий родственник должника, признав, что гашение задолженности преследовало цель исключения имущества, являющегося предметом ипотеки,                                    в конкурсную массу должника, счёл справедливым применить правовой подход, согласно которому корпоративный характер требования не может конкурировать с рядовыми гражданско-правовыми требованиями независимых кредиторов и не даёт в рассматриваемом случае права                             на включение в реестр (определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.05.2018 № 308-ЭС18-5319).

        В признании требования кредитора обоснованным и подлежащим включению в реестр требований кредиторов должника апелляционным судом отказано также с указанием на отсутствие доказательств гашения                   Фисенко К.А. задолженности перед ПАО «Запсибкомбанк» именно за счёт собственных денежных средств, так как кредитором не раскрыт источник получения денежных средств для исполнения обязательств перед Банком                      и не опровергнут довод об использовании денежных средств самого должника (полностью либо в части) для гашения задолженности.

        Между тем судом апелляционной инстанции не учтено следующее.

        Согласно сложившейся судебной практике наличие корпоративных либо иных связей между поручителем (залогодателем) и должником объясняет мотивы совершения обеспечительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.02.2014 № 14510/13).

        Вместе с тем действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очерёдность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается. 

        При оценке допустимости включения основанных на обеспечительных сделках требований следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем,                                             а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству. В частности, предоставление должнику денежных средств                        в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определённых обстоятельствах свидетельствовать о намерении займодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации заём может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

        При таких условиях с учётом конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заёмные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации либо при установлении противоправной цели - по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемым требованием статус корпоративного, что является основанием для отказа во включении                            его в реестр.

        При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путём доказывания гражданско-правовой природы обязательства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях и т.д.

        Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556 (2) такой же подход применим и к требованиям, вытекающим из договора поручительства (суброгационным требованиям).

        В рассматриваемом случае на основании установленного факта гашения задолженности заёмщика поручителем, которые находятся в отношениях близкого родства, суд апелляционной инстанции констатировал наличие цели возникновения отношений поручительства после введения процедуры банкротства заёмщика – исключение возможности включения имущества, являющегося предметом ипотеки, в конкурсную массу должника.

        Однако при оценке допустимости включения основанного на договоре поручительства требования Фисенко К.А. судами, в частности, судом апелляционной инстанции при установлении противоправной цели – по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) не была детально исследована природа отношений по поводу возможности включения имущества, являющегося предметом ипотеки, в конкурсную массу должника.

        В силу пункта 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством.

        Согласно части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на жилое помещение (его части), принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности, если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением имущества, которое является предметом ипотеки и на которое в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание.

        В силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит это имущество (залогодателя) (пункт 1 статьи 334 Гражданского кодекса Российской Федерации).

        Наличие у гражданина-должника жилого помещения, являющегося единственным пригодным для постоянного проживания помещением для него и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, не является препятствием для обращения на него взыскания, если соответствующее жилое помещение является предметом ипотеки (договорной или законной) (определения Верховного Суда Российской Федерации от 02.06.2015 № 127-КГ15-9, от 23.10.2015 № 310-ЭС15-13984 по делу № А08-606/2013, от 23.12.2016 № 305-ЭС16-17706 по делу № А40-184451/2015, постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.11.2013 № 6283/13 по делу № А65-15362/2009).

        При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции считает, что поскольку погашением кредитных обязательств Сердюковой Н.Г. права Фисенко К.А. обеспечиваются нормой статьи 365 Гражданского кодекса Российской Федерации, при доказанности наличия и размера суброгационных требований, возникших в результате поручительского исполнения, выводы апелляционного суда о том, что гашение Фисенко К.А. задолженности преследовало противоправную цель, в частности, в целях вывода имущества для предотвращения обращения                                             на него взыскания по обязательствам должника перед кредиторами, являются преждевременными.

        Обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом как со стороны Фисенко К.А.,                                     так и Сердюковой Н.Г., судами не установлено.

        В соответствии с пунктом 13 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством», к поручителю, исполнившему своё обязательство перед кредитором (в том числе в ходе исполнительного производства), переходят права, принадлежащие кредитору.

        Таким образом, приобретая права кредитора в силу закона, поручитель тем самым освободил себя от обязательств перед Банком.

        Поскольку все фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения настоящего обособленного спора,                    не установлены, суд апелляционной инстанции не рассматривал дело                          по правилам суда первой инстанции, суд кассационной инстанции считает, что отмене подлежат и определение суда первой инстанции, и постановление апелляционного суда с направлением заявления Фисенко К.А. на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

        При новом рассмотрении суду необходимо исследовать,                                   было ли допущено сторонами злоупотребление правом как при заключении договора поручительства, так и при его исполнении, в том числе вероятность включения требования Фисенко К.А. как обеспеченного залогом, дать оценку финансовому состоянию поручителя на предмет возможности погашения                 ею задолженности по договору ипотечного кредитования, включая финансовое состояние супруга, является ли приобретённый на заёмные денежные средства дом единственным жилым помещением должника                        либо частью конкурсной массы, а также дать оценку иным обстоятельствам, могущим повлиять на выводы суда и правильность применения им норм права. 

Руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, частью 1 статьи 288, статьями 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение от 15.06.2018 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры и постановление от 16.08.2018 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А75-12097/2016 отменить.

Обособленный спор по заявлению Фисенко Кристины Александровны направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры. 

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий                         двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                     В.А. Лошкомоева

 

Судьи                                                                  О.В. Ишутина

 

                                                                            С.А. Мельник