Арбитражный суд Тамбовской области

392020, г. Тамбов, ул. Пензенская, д. 67/12

http://tambov.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело №А64-2014/2020

14 октября 2020 года

г. Тамбов

Резолютивная часть решения объявлена 07 октября 2020 г.

Решение в полном объеме изготовлено 14 октября 2020 г.

Арбитражный суд Тамбовской области в составе судьи Митиной Ю.Н.,

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в судебном заседании дело по иску 

Андреас Штиль АГ & Ко. КГ (Andreas Stihl AG & Co. KG) (71336, Германия, 

<

...>, фактический адрес:  105066, 

<

...>)

к Индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 307682010100032, дата регистрации: 11.04.2007 г.)

о взыскании 100000,00 руб.

при участии  в судебном заседании:

от истца: не явились, извещены,

от ответчика: ФИО2, паспорт РФ, выписка из ЕГРИП

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Андреас Штиль АГ & Ко. КГ (Andreas Stihl AG & Co. KG) (71336, Германия, 

<

...>, фактический адрес:  105066, 

<

...>) обратилось в Арбитражный суд Тамбовской области с иском к Индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 307682010100032, дата регистрации: 11.04.2007 г.) о взыскании 100000,00 руб.

Определением от 27.03.2020 г. дело назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства без вызова сторон в соответствии со статьей 228 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением от 21.05.2020 г. дело назначено к рассмотрению в общем порядке, предварительное судебное заседание назначено на 08.07.2020.

Определением суда от 08.07.2020 дело назначено к судебному разбирательству на 17.08.2020.

Представитель истца в судебное заседание 07.10.2020 не явился, извещен надлежащим образом. 

В соответствии со ст. 123, 156 АПК РФ, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителя истца по имеющимся материалам, поскольку указанное лицо надлежащим образом извещено о времени и месте судебного заседания.

Представитель ответчика исковые требования не признает, представил дополнительные документы, приобщены судом к материалам дела.

Ответчик поддержал ранее заявленное ходатайство об истребовании у АО ББР банк (121099, 

<

...>), АО КБ «Модульбанк» (156005, 

<

...>) карточек с образцами подписей и оттиска печати, принадлежащие Индивидуальному предпринимателю ФИО2.

В силу части 4 статьи 66 АПК РФ лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства. В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения.

Суд, совещаясь на месте, определил отказать в удовлетворении ходатайства об истребовании доказательств, поскольку стороны не лишены возможности получить запрашиваемую информацию самостоятельно. 

Кроме того, ответчик заявил ходатайство об оставлении иска без рассмотрения, в связи с нарушением истцом претензионного порядка, ссылаясь на отсутствие полномочий у представителя истца на подписание претензии.

В силу  п.2 ч.1 ст.148  АПК РФ  несоблюдение истцом  претензионного  или иного  досудебного порядка урегулирования спора с ответчиком  является  основанием  для  оставления  искового  заявления  судом  без рассмотрения.

Между тем, представленная в материалы дела доверенность от Андреас Штиль АГ & Ко. КГ (Andreas Stihl AG & Co. KG) (71336, Германия, 

<

...>, фактический адрес:  105066, 

<

...>),  выданная ФИО3 от 22.11.2019, содержит необходимые полномочия на представление интересов доверителя на территории Российской Федерации.

Рассмотрев  заявление   ответчика   о несоблюдении  истцом досудебного (претензионного)  порядка  в отношении  требований  по иску суд признал, что основания   для  оставления  искового  заявления  судом  без рассмотрения отсутствуют, в материалах дела имеются доказательства направления претензии в адрес ответчика, претензионный порядок урегулирования спора соблюден.      

Из поведения ответчика после  принятия судом искового заявления и  возбуждения  производства по  делу, представленного  отзыва на  исковое заявление,  не усматривается  намерения  ответчика добровольно и оперативно урегулировать возникший спор с истцом (по предмету иска)  во внесудебном порядке,  поэтому  оставление   судом    искового  заявления  без рассмотрения по мотивам несоблюдения  досудебного  порядка  урегулирования спора, что заведомо приведет к необоснованному затягиванию разрешения возникшего спора сторон и ущемлению прав истца.

При этом  суд   признает,  что истцом  представлены   достаточные   доказательства   соблюдения  досудебного  порядка  урегулирования спора  с ответчиком.   

В судебном заседании ответчик возражал против удовлетворения исковых требований, оспаривал размер взыскиваемой компенсации, заявил ходатайство о снижении суммы компенсации до 10 000,00 руб.

Как следует из материалов дела, в целях защиты своих исключительных прав 05.09.2019 года истцом был произведен комплекс мероприятий, в результате которых выявлен факт продажи продукции, нарушающей исключительные права истца. 

В торговом павильоне, расположенном вблизи адресной таблички: Московская область, д.Брехово, ТЦ Стройдвор Брехово, предлагался к продаже и был реализован товар «масло для бензопил». 

Указанный товар был приобретен истцом по договору розничной купли продажи. В подтверждение сделки продавцом был выдан чек, с реквизитами ответчика. Процесс заключения договора купли-продажи, в порядке ст. 12, 14 ГК РФ, в целях самозащиты гражданских прав, фиксировался истцом посредством ведения видеозаписи. 

Факт реализации товара ответчиком подтверждается приобретённым товаром, товарным и кассовым чеками от 05.09.2019 года, компакт-диск с видеозаписью процесса приобретения товара.

Истец указал, что на данном товаре размещены изображения, сходные до степени смешения с товарными знаками: - средство индивидуализации - товарный знак №573715 (дата регистрации 30 сентября 1997 г., срок действия до 14 февраля 2021 г.). Вышеуказанные исключительные права принадлежат истцу на основании: - Выписки из WIPO на Товарный знак № 573715 «STIHL».

 В порядке досудебного урегулирования спора истцом в адрес ответчика было направлено претензионное письмо №51825 с требованием оплатить компенсацию в размере 100 000 руб. за нарушение исключительного права на товарный знак.

Однако ответчиком указанная претензия была оставлена без удовлетворения.

Ссылаясь на то обстоятельство, что ответчиком было допущено нарушение исключительных прав истца, общество обратилось в арбитражный суд Тамбовской области с настоящим иском.

Исследовав материалы дела, изучив представленные по делу доказательства, суд находит исковое заявление подлежащим удовлетворению в части, руководствуясь следующими основаниями. 

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 названного Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 этой статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: 1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; 2) при выполнении работ, оказании услуг; 3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; 4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; 5) в сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 статьи 1484 ГК РФ).

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).

Пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ предусмотрено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если ГК РФ не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными указанным Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную этим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается ГК РФ.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных ГК РФ для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных данным Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ предусмотрено, что правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Как определено пунктом 2 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности, путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации.

Как следует из пояснений истца, товарный знак STIHL индивидуализирует профессиональный товар – моторные масла для электрических пил, газонокосилок и прочей техники. Данный товар является сопутствующим в очень узкой товарной группе и продается, как правило, в магазинах, которые специализируются на продаже соответствующего оборудования либо сопутствующих товаров к нему. 

Товарный знак на этом сегменте товарного рынка выполняет не просто роль привлечения внимания потребителя, но роль гарантии качества товара, совместимость его с определенной техникой. Моторное масло напрямую влияет на безопасность и долговечность использования техники, производитель добавляет в масла определенные присадки и иные добавки, которые делают масло наиболее эффективным для использования в конкретных моделях техники. Производители контрафакта не обеспечивают соответствие составу подлинной продукции. В силу этого торговля контрафактной продукцией в данном сегменте рынка наносит прямой вред потребителям продукции и, таким образом, репутационный вред как производителям моторных масел, так и производителям техники, которая не отвечает заявленным производителем параметрам долговечности и производительности в связи с использованием контрафактного моторного масла.

Таким образом, реализация ответчиком спорного товара (масло для бензопил), содержащего на своей упаковке товарные знаки, принадлежащие истцу, в отсутствие разрешения правообладателя, рассматривается как нарушение исключительных прав истца.

Факт реализации спорного товара 05 сентября 2019 г. в торговом павильоне, расположенном вблизи адресной таблички: Московская область, д.Брехово, ТЦ Стройдвор Брехово, ИП ФИО2 подтверждается товарным и кассовым чеками от 05 сентября 2019 г. на сумму 200,00 рублей, а также материалами видеозаписи, воспроизведенными в порядке ст. 162 АПК РФ в судебном заседании. 

Ответчик возражал против признания видеозаписи процесса покупки надлежащим доказательством по делу, относимым к рассматриваемому спору; заявлено ходатайство об исключении видеозаписи приобретения товара, товарного и кассового чеков от 05.09.2020 из числа доказательств по делу.

В свою очередь, истец полагал видеозапись надлежащим доказательством процесса приобретения товара, указывал, что полномочия продавца на реализацию товара следовали из обстановки.

 Суд, совещаясь на месте, определил отказать в удовлетворении заявленного ходатайства по следующим основаниям.

 Согласно ст. 64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В соответствии со ст. 89 АПК РФ иные документы и материалы допускаются в качестве доказательств, если содержат сведения об обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела. К иным документам и материалам относится материалы фото- и киносъемки, аудио- и видеозаписи и иные носители информации, полученные, истребованные или представленные в порядке, установленном Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исходя из анализа норм ст.ст. 12, 14 ГК РФ и вышеуказанных норм процессуального законодательства осуществление видеосъемки при фиксации факта продажи товара является соразмерным и допустимым способом самозащиты и отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств. При этом данная видеосъемка проводилась истцом в целях защиты нарушенного права в рамках гражданско-правовых отношений. Оснований полагать, что данное доказательство получено с нарушением федерального закона, у суда не имеется.

Представленная истцом видеосъемка выбора и покупки товара не прерывалась.

Осуществление видеозаписи (в том числе, и скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует ст.ст. 12, 14 ГК РФ и корреспондирует ч. 2 ст. 45 Конституции РФ, согласно которой, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

В силу ч. 2 ст. 64 АПК РФ осуществление видеосъемки при фиксации факта распространения контрафактной продукции является соразмерным и допустимым способом самозащиты, и видеозапись отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств.

Доводы ответчика о том, что видеозапись не подтверждает того факта, что спорный товар предлагался ИП ФИО2 к продаже, размещен на витринах и полках, появляется в кадре на несколько секунд, не фиксирует факт передачи товара, отклоняются судом, поскольку из видеозаписи следует процесс приобретения моторного масла в торговой точке в ТЦ Стройдвор Брехово. Представленное истцом доказательство оценивается судом в совокупности с иными доказательствами приобретения товара, в том числе, наряду с представленными в материалы дела товарным, кассовым чеками. 

В этой связи, суд находит видеозапись относимым и допустимым доказательством по делу, указывающим на приобретение спорного товара у ответчика.

В соответствии со ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Представитель ответчика, возражая против удовлетворения исковых требований части взыскания компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак, указал, что представленный в материалы кассовый и товарный чек от 05.09.2019 не является надлежащим доказательством, поскольку кассовый чек не содержит обязательных реквизитов, предусмотренных действующим законодательством. Также ответчиком указано, что кассовый чек, не содержит сведений, подтверждающих продажу спорного товара.

Данный довод судом не принимается ввиду следующего.

Представленный в материалы дела кассовый чек содержит необходимые реквизиты - дату, цену, адрес точки продажи, ИНН продавца (ответчика), номер контрольно-кассовой техники, что отвечает требованиям ст.ст. 67, 68 АПК РФ, следовательно, является достаточным доказательством заключения договора розничной купли-продажи между ответчиком и представителем истца. Товарный чек также содержит необходимые реквизиты, в том числе, печать ответчика с указанием, его фамилии, имени, отчества, данных ИНН, ОГРНИП.

При этом, доводы ответчика об отсутствии у него печати не принимаются судом, поскольку опровергаются материалами дела. О фальсификации видеозаписи, товарного чека либо иных представленных в дело доказательств от предпринимателя в порядке статьи 161 АПК РФ не поступало.

При рассмотрении арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности, доказательствами незаконного распространения контрафактной продукции путем розничной продажи согласно разъяснениям пункта 6 информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» могут выступать кассовый чек, отчет частного детектива, свидетельские показания.

Таким образом, товарный и кассовый чеки являются надлежащими документами, на основании которого покупатель может подтвердить факт продажи ему товара, приобретенного по договору розничной купли-продажи, и в силу правил статьи 493 ГК РФ.

В этой связи, суд находит кассовый и товарный чеки достаточным доказательством, указывающим на заключение сторонами договора розничной купли-продажи спорного товара, что, в свою очередь, свидетельствует о его распространении.

Суд критически относится к доводам ответчика о том, что им 05.09.2019 было реализовано моторное масло иного производителя, а именно, масло «Эхо», что подтверждается выпиской из реестра продаж от 05.09.2019, поскольку факт приобретения и реализации ответчиком моторного масла «STIHL» следует из его письменного отзыва от 17.04.2020, представленного в материалы дела.

Так, ответчик указал, что спорный товар был приобретен им у поставщика ООО «Велес» на основании договора поставки от 25.08.2019 №61 по товарной накладной от 02.09.2019 №2314; на поставленный товар приложена декларация о соответствии моторного масла «STIHL», сроком действия до 16.08.2020; ответчик указывает, что, полагая, что товар введен в гражданским оборот легально, предлагал его к продаже покупателям; при оприходовании товара, партия товара была снята с продажи, поставщику направлено уведомление о возврате товара; при этом за время нахождения в продаже партии товара, ответчиком было реализовано три единицы товара, что подтверждается разницей между входящей товарной накладной от 02.09.2019 №2314 на 12 единиц товара и исходящей возвратной накладной от 11.09.2019 №2314/В на 9 единиц товара.

Таким образом, доводы ответчика о реализации в торговой точке моторного масла иной марки опровергаются его письменным отзывом, в котором ответчик подтвердил факт реализации спорного моторного масла под маркой «STIHL».  

Истец указывает, что реализованный ответчиком товар содержит признаки контрафактности, а именно, название бренда указано без буквы «H»; бутылка из слишком твердого пластика; цена контрафакта существенно ниже оптовой цены на оригинал; отличие в цвете масла; отсутствие даты розлива масла и номера партии; отсутствие знака с надписью «EAC»; отсутствие выпуклых надписей на дне бутылки (bottelpack – должна быть); не запаяна крышка бутылки.

В судебном заседании судом обозревался спорный товар; доводы, указанные истцом о наличии в реализованном товаре признаков контрафактности, подтвердились. Так, реализованный ответчиком товар содержит название бренда без буквы «H». При этом, нанесенное на бутылку масла обозначение сходно до степени смешения с товарным знаком истца.

Согласно п.13 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 №122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» вопрос о сходстве до степени смешения обозначений на товарах истца и ответчика является вопросом факта и может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует. 

 Установив использование ответчиком на проданных им товаре товарных знаков, сходного до степени смешения с товарным знаком истца, в отсутствие прав на его использование, а также наличие признаков контрафактности данного товара, суд считает, что ответчиком допущено нарушение принадлежащего истцу исключительного права на товарный знак № 573715 «STIHL». 

В соответствии с п. 1 ст. 1252 ГК РФ защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления в порядке, предусмотренном настоящим Кодексом, требования о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб, в том числе нарушившему его право на вознаграждение, предусмотренное статьей 1245, пунктом 3 статьи 1263 и статьей 1326 настоящего Кодекса.

В случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и тому подобное), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Согласно разъяснениям, содержащимися в пункте 61 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 №10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере. 

Истец, заявляя о взыскании с ответчика 100 000,00 руб., указывает, что законодатель считает достаточным наказанием субъекта предпринимательской деятельности за нарушение исключительных прав (в случае отсутствия признаков уголовно-наказуемого деяния) штраф от 30 до 200 тысяч рублей в зависимости от состава нарушения исключительных прав, ссылается на нормы ст.7.12, 14.10 КоАП РФ. 

Между тем, в Постановлении от 13 февраля 2018 года N 8-П, где Конституционный Суд Российской Федерации указал, что в каждом конкретном случае меры гражданско-правовой ответственности, устанавливаемые в целях защиты конституционно значимых ценностей, должны определяться исходя из требования адекватности порождаемых ими последствий (в том числе для лица, в отношении которого они применяются) тому вреду, который причинен в результате противоправного деяния, с тем чтобы обеспечивалась их соразмерность правонарушению, соблюдался баланс основных прав индивида и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от противоправных посягательств.

В Гражданском кодексе Российской Федерации отсутствует содержавшееся в статье 49 Закона Российской Федерации от 9 июля 1993 года N 5351-1 "Об авторском праве и смежных правах" (утратил силу в соответствии с Федеральным законом от 18 декабря 2006 года N 231-ФЗ, которым также введена в действие часть четвертая данного Кодекса) указание на то, что компенсация за нарушение исключительного права подлежит взысканию независимо от наличия или отсутствия убытков. В силу абзаца первого пункта 3 статьи 1252 данного Кодекса правообладатель вправе требовать выплаты компенсации за нарушение исключительного права вместо возмещения убытков; правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Это означает, что компенсация может взыскиваться и сверх убытков, но лишь при наличии таковых. Будучи мерой гражданско-правовой ответственности, она имеет целью восстановить имущественное положение правообладателя, но при этом, отражая специфику объектов интеллектуальной собственности и особенности их воспроизведения, носит и штрафной характер.

Соответственно, компенсация может быть больше (в умеренных пределах), чем цена, на которую правообладатель мог бы рассчитывать по договору о передаче права на использование объекта исключительных прав. Штрафной ее характер - наряду с возможными судебными расходами и репутационными издержками нарушителя - должен стимулировать к правомерному (договорному) использованию объектов интеллектуальной собственности и вместе с тем способствовать, как следует из Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 10 октября 2017 года N 2256-О, восстановлению нарушенных прав, а не обогащению правообладателя.

Истцом выбрана компенсация, предусмотренная ст. 1301 ГК РФ, а именно: в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда.

Развивая выраженные в Постановлении от 13 декабря 2016 года N 28-П позиции о правовой природе компенсации за нарушение исключительного права и о необходимости находить баланс интересов участников соответствующих правоотношений, Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 13 февраля 2018 года N 8-П отметил следующее: если при рассмотрении конкретного дела будет выявлено, что применимые нормы ставят одну сторону (правообладателя) в более выгодное положение, а в отношении другой предусматривают возможность неблагоприятных последствий, то суд обязан руководствоваться критериями обеспечения равновесия конкурирующих интересов сторон и соразмерности назначаемой меры ответственности.

В настоящее же время гарантии уменьшения чрезмерной компенсации, предоставленные индивидуальным предпринимателям (в том числе находящимся в трудной жизненной ситуации), существенно разнятся. Так, если нарушено право на один результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, уменьшение компенсации относительно закрепленного в законе минимального размера невозможно. В результате баланс интересов правообладателей и нарушителей оказался чрезмерно смещен в пользу первых, что не отвечает правовым позициям Конституционного Суда Российской Федерации, выраженным в постановлениях от 13 декабря 2016 года N 28-П и от 13 февраля 2018 года N 8-П, и может быть квалифицировано как нарушение принципа юридического равенства, провозглашенного в статье 19 Конституции Российской Федерации.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 24.07.2020 N40-П "По делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Пятнадцатого Арбитражного Апелляционного суда" правовые позиции, которые содержатся в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 декабря 2016 года N 28-П, имеют общий (универсальный) характер в том смысле, что должны учитываться не только при применении тех же самых норм Гражданского кодекса Российской Федерации, которые стали непосредственным предметом проверки Конституционного Суда Российской Федерации, и лишь в контексте идентичных обстоятельств дела, но и в аналогичных ситуациях. 

Соответственно, и в случае взыскания за нарушение исключительного права на один товарный знак компенсации, определенной по правилам подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 данного Кодекса, должна быть обеспечена возможность ее снижения, если размер подлежащей выплате компенсации многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (притом что убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.

В процессе рассмотрения ответчик, среди прочего, заявил о несоразмерности стоимости использования права и заявленной истцом суммы компенсации (100000,00 руб.), просил о снижении суммы компенсации до разумных пределов, ссылаясь, в том числе, на незначительную стоимость реализованного товара. ИП ФИО2 просил также учесть, заявленная истцом сумма компенсации значительно превышает совокупный месячный доход от предпринимательской деятельности, представил налоговую декларацию о доходах за второй квартал 2020 года.  

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 24.07.2020 N 40-П, при определенных условиях возможно снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьями 1301 и 1311 ГК РФ, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях: убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком; правонарушение совершено ответчиком впервые; использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Истец, заявляя о взыскании с ответчика сумму компенсации в размере 100 000,00 руб., руководствуется положениями п. 1 ч. 4 ст. 1515 ГК, согласно которому правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

В свою очередь, ответчик, заявляя о чрезмерности и неразумности заявленного размера компенсации, просил снизить размер компенсации до минимального уровня.

Учитывая характер и масштаб допущенного нарушения, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения, принимая во внимание финансовое положение ответчика, подтвержденное налоговыми декларациями, совершения правонарушения впервые, которое не носило грубый характер, суд полагает ходатайство ответчика о снижении суммы компенсации обоснованным и признает требования истца подлежащими удовлетворению частично - в размере 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на товарный знак №573715.

В удовлетворении исковых требований в остальной части следует отказать.

Истцом также заявлено требование о возмещении судебных издержек по восстановлению нарушенного права в размере стоимости вещественных доказательств - товара, приобретенного у ответчика в размере 200 руб., почтовых расходов на отправление иска в размере 53 рублей, почтовых расходов на отправление претензии в размере 139 руб., расходов на получение выписки из ЕГРИП на сумму 200 рублей.

К судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде (часть 1 статьи 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В соответствии с частью 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце втором пункта 12 Постановления Пленума N 1 при неполном (частичном) удовлетворении требований расходы присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (статьи 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 111, 112 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, статья 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Исходя из взаимосвязи статьи 106 АПК РФ с положениями статей 64, 65 Кодекса, за счет проигравшей стороны могут подлежать возмещению и расходы, связанные с получением в установленном порядке сведений о фактах, представляемых в арбитражный суд лицами, участвующими в деле, для подтверждения обстоятельств, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений (данная правовая позиция выражена в определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 25.09.2014 № 2186-О, от 04.10.2012 № 1851-О). 

Расходы, понесенные истцом в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления в суд, также могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости (пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»). 

Предметом иска по настоящему делу является взыскание компенсации за нарушение исключительных прав. В предмет доказывания по делу входит, в том числе, установление факта реализации товара, содержащего обозначения, сходные до степени смешения с товарным знаком, в отношении которого истец имеет приоритет, в отсутствие согласия истца. 

В связи с изложенным, расходы в размере стоимости представленного в материалы дела доказательства  - 200,00 руб. отвечают установленным статьей 106 Кодекса критериям судебных издержек и подлежат взысканию с ответчика в пользу истца пропорционально удовлетворенным требованиям.

Заявленные истцом судебные издержки по оплате почтовых услуг на общую сумму 192,00 руб., по мнению суда, понесены в связи с рассмотрением настоящего дела, (отправкой ответчику претензии, а также копии иска и приложенных к нему документов), подтверждены почтовыми квитанциями, в связи с чем, указанные расходы также подлежат возмещению ответчиком пропорционально удовлетворенным требованиям.

Кроме того, истцом в связи с рассмотрением настоящего дела также понесены судебные издержки в размере 200 руб. за получение сведений из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей в отношении ответчика. 

В материалах дела имеется выписка из ЕГРИП в отношении ответчика, выданная налоговым органом. 

В силу пункта 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 расходы, понесенные лицом, участвующим в деле, в связи с получением им выписки из Единого государственного реестра юридических лиц или Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей, относятся к судебным издержкам (статья 106 АПК РФ) и подлежат распределению в составе судебных расходов (статьи 101 и 110 АПК РФ). 

В соответствии с положениями статьи 7 Федерального закона от 08.08.2001 №129- ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» предоставление содержащихся в государственных реестрах сведений и документов, а также предусмотренной пунктом 6 статьи 6 настоящего Федерального закона справки осуществляется за плату, если иное не установлено федеральными законами. Размер платы за предоставление содержащихся в государственных реестрах сведений и документов, а также предусмотренной пунктом 6 статьи 6 настоящего Федерального закона справки устанавливается Правительством Российской Федерации. 

Постановлением Правительства Российской Федерации от 19.05.2014 № 462 «О размере платы за предоставление содержащихся в Едином государственном реестре юридических лиц и Едином государственном реестре индивидуальных предпринимателей сведений и документов и признании утратившими силу некоторых актов Правительства Российской Федерации» установлена стоимость предоставления сведений о конкретном юридическом лице или об индивидуальном предпринимателе на бумажном носителе в размере 200 руб. 

На основании изложенного, расходы истца на получение сведений из ЕГРИП в отношении ответчика подлежат возмещению ответчиком пропорционально удовлетворенным требованиям.

Таким образом, с учетом того, что иск удовлетворен частично, требования истца о взыскании судебных расходов подлежат удовлетворению в части, а именно, судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 400,00 руб., судебные издержки в размере 59,20 рублей из них: почтовые расходы в общей сумме 19,2 руб., расходы по восстановлению нарушенного права в размере стоимости приобретенного товара – 20,00 руб., расходы на получение выписки из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей – 20,00 руб. 

В удовлетворении остальных исковых требований в части взыскания судебных расходов следует отказать.

Удовлетворение требования истца о взыскании компенсации в меньшем размере, чем была им изначально заявлена, является частичным удовлетворением иска по смыслу абзаца второго части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, что влечет отнесение судебных расходов на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований. Указанная позиция сформулирована в определении Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2016 N 301-ЭС16-18098.

При этом, как следует из пункта 48 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, при взыскании компенсации за незаконное использование результатов интеллектуальной деятельности судебные расходы на оплату государственной пошлины относятся на истца пропорционально размеру необоснованно заявленной им компенсации.

С учетом изложенного, судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 3600,00 руб. остаются за истцом.

Руководствуясь статьями 110, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса РФ, арбитражный суд 

                                                                Р Е Ш И Л :

Исковые требования удовлетворить в части.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 307682010100032) в пользу Андреас Штиль АГ & Ко. КГ (Andreas Stihl AG & Co. KG) (71336, Германия, 

<

...>, фактический адрес:  105066, 

<

...>) компенсацию за нарушение исключительных имущественных прав на товарный знак №573715 в размере 10 000 руб., а также судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 400 руб.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 307682010100032) в пользу Андреас Штиль АГ & Ко. КГ (Andreas Stihl AG & Co. KG) (71336, Германия, 

<

...>, фактический адрес:  105066, 

<

...>) судебные издержки - почтовые расходы в общей сумме 19,2 руб., расходы по восстановлению нарушенного права в размере стоимости приобретенного товара – 20,00 руб., расходы на получение выписки из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей – 20,00 руб. 

В удовлетворении исковых требований в остальной части отказать, судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 3600,00 руб. оставить за истцом.

Выдать исполнительный лист после вступления решения в законную силу.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия через Арбитражный суд Тамбовской области.

 

  Судья                                 Ю.Н. Митина