ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

20.05.2021

Дело № А40-101082/2019

Резолютивная часть постановления объявлена  13.05.2021 

Полный текст постановления изготовлен  20.05.2021

Арбитражный суд Московского округа 

в составе:

председательствующего-судьи ФИО1,

судей Кручининой Н.А., Коротковой Е.Н.,

при участии в заседании: 

от КБ «Кремлевский» (ООО) – ФИО2, по доверенности от 22 июня 2020 года; 

от конкурсного управляющего ООО «Развоз» - ФИО3, по доверенности от 02 мата 2021 года;

от УФНС по г. Москве – ФИО4, по доверенности о 20 января 2021 года;

от Банк ВТБ (ПАО) – ФИО5, по доверенности от 13 ноября 2020 года;

рассмотрев 13.05.2021 в судебном заседании кассационную жалобу КБ «Кремлевский» (ООО)

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 19 февраля 2021 года 

по заявлению конкурсного управляющего должника ФИО6 о признании недействительной сделки по перечислению денежных средств в пользу Банка Кремлевский (ООО) в размере 177 795 765,94 руб. и применении последствий признания сделки недействительной,

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Развоз»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 07 июля 2020 года общество с ограниченной ответственностью «Развоз» (ООО "Развоз") признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО6.

Конкурсный управляющий должника ФИО6 обратился в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о признании недействительной сделки по перечислению денежных средств в пользу Банка «Кремлевский» (ООО) в размере 177 795 765,94 руб., а также о применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 16 ноября 2020 года в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО "Развоз" о признании сделок недействительными отказано.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 19 февраля 2021 года определение Арбитражного суда города Москвы от 16 ноября 2020 года по делу № А40-101082/19 отменено, при этом суд признал  недействительными платежи, совершенные ООО "Развоз" в пользу КБ "Кремлевский" (ООО) в счет погашения кредитной задолженности по договорам № 

<

***> КВ от 28 мая 2018 года, № 

<

***> КВ от 09 июня 2018 года в период с 23 апреля 2019 года по 30 апреля 2019 года на общую сумму 169 899 000 руб. и применил последствия недействительности сделок в виде взыскания с  КБ "Кремлевский" (ООО) в пользу ООО "Развоз" денежных средств  в размере 169 899 000 руб., а также в виде восстановления обязательств ООО "Развоз" перед КБ "Кремлевский" (ООО) по кредитным договорам № 

<

***> КВ от 28 мая 2018 года, № 

<

***> КВ от 09 июня 2018 года.

Не согласившись с принятым апелляционной инстанцией судебным актом,  КБ «Кремлевский» (ООО) обратился с кассационной жалобой в Арбитражный суд Московского округа, в которой просил постановление суда апелляционной инстанции отменить и оставить в силе определение суда первой инстанции.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru. 

06 апреля 2021 года в суд поступили отзывы Банка ВТБ (ПАО) и конкурсного управляющего должника на кассационную жалобу, которые в порядке ст. 279 АПК РФ приобщены к материалам дела.

Как следует из материалов дела, конкурсный управляющий должника в обоснование заявленных требований указал, что между Банк «Кремлевский» (ООО) и ООО "Развоз" были заключены следующие договоры:

 - кредитный договор № 

<

***> кв от 28 мая 2018 года, в соответствии с которым Банк предоставил ООО "Развоз" кредит в размере 75 000 000 руб. с уплатой процентов в размере 15% годовых. Срок возврата кредита - не позднее 27 мая 2019 года. Исполнение ООО "Развоз" обязательств по кредитному договору было обеспечено залогом автотранспорта на основании договора последующего залога № 

<

***> з от 28 мая 2018 года, согласно которому  ООО "Развоз" было предоставлено в залог имущество - автотранспортные средства в количестве 88 единиц залоговой стоимостью 91 416 000 руб.;

- кредитный договор № 

<

***> кв от 09 июня 2018 года, в соответствии с которым Банк предоставил ООО "Развоз" кредит в размере 95 000 000 руб. с уплатой процентов в размере 15% годовых. Срок возврата кредита - не позднее 27 июня 2019 года. Исполнение ООО "Развоз" обязательств по кредитному договору было обеспечено залогом автотранспорта на основании договора последующего залога № 

<

***> з от 09 июня 2018 года, согласно которому  ООО "Развоз" было предоставлено в залог имущество - автотранспортные средства в количестве 88 единиц рыночной стоимостью 157 800 000 руб. (залоговая стоимость установлена в размере 91 416 000 руб.).

В период с 31 января 2019 года по 30 апреля 2019 года должник перечислил Банку в счет исполнения вышеуказанных кредитных обязательств денежные средства на общую сумму 177 795 765,94 руб.

Конкурсный управляющий полагает, что указанные платежи в своей совокупности являются недействительными сделками в силу ст. 61.3. ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", поскольку в результате их совершения Банк «Кремлевский» (ООО) получил удовлетворение своих требований предпочтительно перед иными кредиторами должника.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что оспариваемые платежи были совершены должником до и после вынесения Арбитражным судом города Москвы определения о принятия заявления о признании должника банкротом (23 апреля 2019 года) в условиях продолжения на этом фоне должником активной хозяйственной деятельности, при этом наличие неисполненных требований кредиторов не свидетельствует о том, что должник не был способен удовлетворить требования по погашению имеющейся задолженности, что подтверждается позицией Пленума ВАС РФ, изложенной в п. 12 Постановления N 63.

Как указал суд, при отсутствии определения суда о введении в отношении должника процедуры наблюдения и соответствующей публикации в газете "Коммерсантъ" совокупность условий, необходимых для признания сделки недействительной по ст. 61.3 Закона о банкротстве отсутствует в силу п. 4 ст. 61.4. Закона о банкротстве.

Отменяя определение суда первой инстанции и признавая платежи недействительными сделками, суд апелляционной инстанции указал, что на  момент совершения спорных платежей в официальных общедоступных ресурсах содержались сведения, указывающие на ненадлежащее исполнение должником своих обязательств перед кредиторами, в частности, Банком ВТБ (ПАО), при этом неисполнение обязательств по договору поручительства послужило основанием для обращения Банка с заявлением о банкротстве должника. 

Как указал суд, "Банк Кремлевский" ООО должен был знать о наличии неисполненных обязательств должника перед Банком ВТБ (ПАО) на дату совершения спорных платежей, при этом требования Банка ВТБ (ПАО) в последующем были включены в реестр требований кредиторов должника на основании определения Арбитражного суда г. Москвы от 04 октября 2019 года. 

Кроме того, как установил суд, информация о намерении Банка ВТБ (ПАО) обратиться с заявлением о банкротстве должника была доступна задолго до совершения оспариваемых платежей (более 3-х месяцев), так же, как и информация о возбуждении дела о банкротстве. 

По мнению суда, Банк, действуя разумно и добросовестно, имел все разумные основания полагаться на предстоящее возбуждение в отношении должника процедуры несостоятельности (банкротства), при том что, исходя из условий кредитных договоров, у Банк Кремлевский" ООО имелись обязательства анализировать финансовое состояние заемщика.

Также суд апелляционной инстанции указал, что вторым обстоятельством, отсутствие которого указывает на недобросовестность банка, является совершение спорных платежей не в те сроки и (или) не в том размере, как это предусмотрено договором и (или) законом (п. 4 ст. 61.4 Закона о банкротстве).

В данном случае, как установил суд, возврат основного долга по кредитам осуществлен должником досрочно, при этом ранее обществом погашались исключительно проценты по кредиту, но не основной долг, в связи с чем оспариваемые платежи нельзя признать совершенными в обычной хозяйственной деятельности.

КБ «Кремлевский» (ООО), оспаривая постановление суда апелляционной инстанции, сослался на то, что суды не учли, что в абзаце 11 пункта 16 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016 (далее - Обзор от 20.12.2016), указано, что только с момента официального опубликования сведений о введении наблюдения, финансового оздоровления, внешнего управления, о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства считается, что органы, осуществляющие взыскание обязательных платежей, и кредитные организации обладают информацией о наличии у должника не исполненных в установленный срок требований по денежным обязательствам.

Поскольку оспариваемые платежи совершены до введения процедуры банкротства в отношении должника, Банк полагает, что осведомленность ответчика  о наличии у должника неисполненных обязательств не доказана, при этом, как указал заявитель, вопреки выводам суда апелляционной инстанции, согласно п. 12.2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" сам по себе тот факт, что другая сторона сделки является кредитной организацией, не может рассматриваться как единственное достаточное обоснование того, что она знала или должна была знать о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (пункт 2 статьи 61.2 или пункт 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве); оспаривающее сделку лицо должно представить конкретные доказательства недобросовестности кредитной организации.

Также заявитель кассационной жалобы сослался на то, что на момент совершения платежей не имелось публикаций о возбуждении в отношении общества исполнительных производств, а Банк ВТБ (АО) обратился в суд через 4 месяца после публикации о намерении банкротить ООО «Развоз», при этом, по мнению заявителя, суд не учел, что по условиям заключенного сторонами спора договора Банк извещается заемщиком о выдаче будущих поручительств, а не существующих.

Кроме того, как считает ответчик, суд пришел к неверному выводу о том, что кредит погашен досрочно, поскольку по условиям кредитных договоров в форме кредитных линий не имеется конкретного срока возврата и установленный срок возврата кредита как «не позднее» означает, что заёмщик вправе в любое время производить платежи в погашение кредита.

Заявитель считает, что суд апелляционной инстанции не применил разъяснения, данные в определении ВС РФ от 07 августа 2015 года №309-ЭС15-2399, квалифицирующие аналогичные сделки как обыкновенные текущие платежи, при этом, по мнению заявителя, применяя последствия недействительности сделки, суд апелляционной инстанции необоснованно  не восстановил залоговые права банка.

Представитель заявителя  в судебном заседании поддержал доводы кассационной жалобы.

Конкурсный управляющий должника и представители УФНС по г. Москве и Банк ВТБ (ПАО) возражали по доводам кассационной жалобы.

Изучив доводы кассационной жалобы, исследовав материалы дела, заслушав представителей лиц, явившихся в заседание, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьей 32 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу части 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно пункту 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий: сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами; сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.

Как следует из пункта 11 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление N 63) если сделка с предпочтением была совершена после принятия судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.3, в связи с чем наличия иных обстоятельств, предусмотренных пунктом 3 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

В соответствии с пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, сделка, указанная в пункте 1 названной статьи и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами 2 и 3 пункта 1 названной статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

 Оспариваемые платежи совершены ООО «Развоз» в период с 31 января 2019 года по 30 апреля 2019 года, заявление о признании должника банкротом принято к производству 24 апреля 2019 года, а, следовательно, оспариваемые платежи, совершенные в период с 31 января 2019 года по 24 марта 2019 года подпадают под период подозрительности, установленный п. 3 ст. 61.3. Закона о банкротстве, оставшиеся платежи – под пункт 2 ст. 61.3. Закона о банкротстве.

Законодательством о банкротстве установлены особенности оспаривания расчетных операций, направленных на исполнение обязательств, вытекающих из кредитных договоров.

Согласно п. 4 ст. 61.4 Закона о банкротстве сделки, связанные с исполнением денежных обязательств, вытекающих из кредитного договора, или обязанности по уплате обязательных платежей, не могут быть оспорены на основании статьи 61.3 настоящего Федерального закона, если должник не имел к моменту исполнения, вытекающего из кредитного договора или законодательства Российской Федерации, известных соответствующему конкурсному кредитору (уполномоченному органу) денежных обязательств или обязанности по уплате обязательных платежей перед иными конкурсными кредиторами (уполномоченными органами), срок исполнения которых наступил, и исполнение денежного обязательства, вытекающего из кредитного договора, или обязанности по уплате обязательных платежей не отличалось по срокам и размеру уплаченных или взысканных платежей от определенных в кредитном договоре или законодательстве Российской Федерации обязательства или обязанности.

Суд апелляционной инстанции, делая вывод об осведомленности ответчика о наличии денежных обязательств перед иными конкурсными кредиторами, срок исполнения которых наступил, сослался на то, что на момент совершения спорных платежей в официальных общедоступных ресурсах содержались сведения, указывающие на ненадлежащее исполнение должником своих обязательств перед кредиторами, в частности, Банком ВТБ (ПАО), поскольку было опубликовано сообщение о намерении обратиться с заявлением о банкротстве должника (25.01.2019), что подтверждается распечаткой с сайта https://fedresurs.ru/, представленной управляющим в материалы дела.

Кроме того, как указал суд, согласно сведениям, имеющимся в "Картотеке арбитражных дел", на момент совершения большей части оспариваемых платежей в отношении должника было возбуждено производство по настоящему делу о банкротстве (заявление подано 18.04.2019, дело возбуждено 23.04.2019).

Как указал суд, Банк, действуя разумно и добросовестно, имел все разумные основания полагаться на предстоящее возбуждение в отношении должника процедуры несостоятельности (банкротства), при этом, исходя из условий кредитных договоров, у "Банк Кремлевский" ООО имелись обязательства анализировать финансовое состояние заемщика.

Также суд сослался на то, что Банк ВТБ (ПАО) на момент совершения оспариваемых сделок уже обратился с заявлениями о банкротстве основных заемщиков, в обеспечение исполнения обязательств которых должником было выдано поручительство.

Между тем, суд апелляционной инстанции при разрешении спора не учел следующее.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 12 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 (ред. от 30.07.2013) "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", если сделка с предпочтением была совершена не ранее чем за шесть месяцев и не позднее чем за один месяц до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве она может быть признана недействительной, только если: а) в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым или третьим пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве; б) или имеются иные условия, соответствующие требованиям пункта 1 статьи 61.3, и при этом оспаривающим сделку лицом доказано, что на момент совершения сделки кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было или должно было быть известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно абз. 4 п. 12 этого же постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 при решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

К числу фактов, свидетельствующих в пользу такого знания кредитора, могут с учетом всех обстоятельств дела относиться следующие: неоднократное обращение должника к кредитору с просьбой об отсрочке долга по причине невозможности уплаты его в изначально установленный срок; известное кредитору (кредитной организации) длительное наличие картотеки по банковскому счету должника (в том числе скрытой); осведомленность кредитора о том, что должник подал заявление о признании себя банкротом.

В данном случае таких обстоятельств судом установлено не было.

Согласно пункту 12.2 постановления от 23.12.2010 N 63 сам по себе тот факт, что другая сторона сделки является кредитной организацией, не может рассматриваться как единственное достаточное обоснование того, что она знала или должна была знать о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (пункт 2 статьи 61.2 или пункт 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве); оспаривающее сделку лицо должно представить конкретные доказательства недобросовестности кредитной организации.

Доказательств, что в представленных заемщиком Банку документах имелись сведения, заметно свидетельствующие о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, не представлено, при этом, как правильно указал заявитель кассационной жалобы, по условиям заключенного с Банком «Кремлевский» ООО кредитных договоров заемщик обязан предоставить сведения о будущих поручительствах, а не о поручительстве с Банком ВТБ (ПАО), при этом суд апелляционной инстанции не указал, в силу каких норм права Банк должен был отслеживать предъявление исков Банка ВТБ (ПАО) к заемщикам данного лица.

В абз. пятом п. 12 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 разъясняется, что получение кредитором платежа в ходе исполнительного производства, или со значительной просрочкой, или от третьего лица за должника, или после подачи этим или другим кредитором заявления о признании должника банкротом само по себе еще не означает, что кредитор должен был знать о неплатежеспособности должника.

Таким образом, вопреки выводам суда апелляционной инстанции, сам факт размещения в публичном доступе сведений о намерении Банка ВТБ (ПАО) обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом не свидетельствует об осведомленности ответчика о неплатежеспособности должника.

По кредитным договорам, заключенным должником с ответчиком, просрочек выплаты процентов не имелось.

Кроме того, согласно правовой позиции, изложенной в определении ВС РФ от 25.01.2016 N 310-ЭС15-12396 по делу N А09-1924/2013 со ссылкой на позицию, изложенную в постановлении Президиума ВАС РФ от 23.04.2013 N 18245/12 по делу N А47-4285/2011, недопустимо отождествление неплатежеспособности с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору.

В соответствии с абзацем 10 пункта 16 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.2016, судам также следует учитывать, что в силу пункта 10 статьи 13 Закона N 222-ФЗ при рассмотрении заявлений об оспаривании сделок (действий) по уплате (взысканию) обязательных платежей, поданных после 01.09.2016, такие действия могут быть признаны недействительными на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, если в соответствии с пунктом 4 статьи 61.4 Закона о банкротстве будет установлено, что органы, осуществляющие взыскание обязательных платежей, действительно обладали сведениями о наличии у должника просроченных денежных обязательств перед конкурсными кредиторами, что позволяло сделать однозначный вывод о получении предпочтения при удовлетворении публичных требований.

При этом, с момента официального опубликования сведений о введении наблюдения, финансового оздоровления, внешнего управления, о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства считается, что органы, осуществляющие взыскание обязательных платежей, обладают информацией о наличии у должника неисполненных в установленный срок требований по денежным обязательствам.

Таким образом, в отношении обязательных платежей, как и кредитных обязательств, указанных в п. 4 ст. 61.4. Закона о банкротстве, установлен специальный критерий недобросовестности.

В данном случае процедура банкротства введена в отношении должника  после осуществления оспариваемых платежей.

В том случае, когда кредитной организацией не допущено нарушение требований законодательства, неблагоприятные для него последствия наступают только при условии, что на момент исполнения обязанности по уплате  платежей в его распоряжении действительно имелись сведения о наличии у должника уже просроченных денежных обязательств перед конкурсными кредиторами, которые не были погашены до возбуждения дела о банкротстве, что позволяло бы сделать однозначный вывод о получении предпочтения при удовлетворении требований.

В данном случае суд первой инстанции, исходя из вышеуказанных разъяснений,  пришел к правильному выводу, что у Банка не имелось сведений о наличии у должника уже просроченных денежных обязательств перед конкурсными кредиторами, поскольку на момент совершения платежей процедура банкротства не была введена.

Кроме того, на момент проведения спорных платежей согласно общедоступным сведениям официального сайта Верховного Суда Российской Федерации и базы данных исполнительного производства УФССП в отношении должника в производстве какого-либо арбитражного суда не было дел по искам ПАО Банк ВТБ и МТИ Банк, по которым должник выступал бы ответчиком, не были возбуждены и какие-либо исполнительные производства, то есть кредиторы, которых указывает конкурсный управляющий на дату спорных платежей, были известны только самому ООО «Развоз».

Учитывая, что Банк не является заинтересованным лицом по отношению к ООО «Развоз», суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что он не мог располагать и не располагал информацией о приостановлении должником операций по расчетам с иными кредиторами или информацией, которая бы свидетельствовала о его неплатежеспособности.

Также суд первой инстанции правильно отметил, что Банк не знал и не мог знать на момент совершения спорных платежей о состоянии ссудных счетов должника в указанных конкурсным управляющим банках, и не мог их получить самостоятельно, поскольку эти сведения в силу ст. 857 ГК РФ, ст. 26 Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности» являются банковской тайной.

В случаях, когда законодательство или кредитный договор предусматривают получение кредитной организацией от заемщика документов о его финансовом положении, судам следует, в том числе, учитывать: имелись ли в представленных документах конкретные сведения, заметно свидетельствующие о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В данном случае доказательств наличия в документах, представленных Банку, таких сведений, не подтверждено.

Также суд округа не может согласиться с выводами суда апелляционной инстанции о том, что кредитные обязательства были погашены должником досрочно.

Как следует из условий кредитного договора № 

<

***> кв от 28 мая 2018 года срок возврата кредита - не позднее 27 мая 2019 года, по кредитному договору № 

<

***> кв от 09 июня 2018 года - не позднее 27 июня 2019 года. 

Таким образом, по условиям кредитных договоров в форме кредитных линий не определен график погашения основного долга и не имеется конкретного срока возврата кредита и формулировка «не позднее» означает, что заёмщик вправе в любое время производить платежи в погашение кредита.

Оспариваемые платежи совершены в период с 31 января 2019 года по 30 апреля 2019 года, заявление о принятии к производству датировано 25 апреля 2019 года, процедура введена в октябре 2019 года, то есть даже окончательные сроки платежа по кредиту должны были быть произведены до введения процедуры в отношении должника.

При таких обстоятельствах суд округа полагает, что погашение кредитных обязательств за месяц до окончания срока окончательного погашения кредита при отсутствии введенной процедуры банкротства в отношении должника, во-первых, не свидетельствует о досрочном погашении должником обязательств, а,  во-вторых, подтверждает добросовестность ответчика.

Учитывая все вышеизложенное, суд округа полагает, что суд первой инстанции правомерно применил в настоящем случае п. 4 ст. 61.4. Закона о банкротстве, установив все обстоятельства, предусмотренные для применения данной нормы права, тогда как суд апелляционной инстанции не учел разъяснения, изложенные в Пленуме ВАС РФ №63, а также в Обзоре судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.2016, относительно осведомленности Банка о наличии просроченных обязательств перед другими кредиторами на момент совершения сделок, а также не принял во внимание условия заключенных между должником и Банком кредитных договоров относительно срока погашения кредитов, в связи с чем суд кассационной инстанции, руководствуясь пунктом 5 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, считает возможным отменить постановление суда апелляционной инстанции, оставить в силе определение суда первой инстанции.

Согласно части 4 статьи 283 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации исполнение судебного акта приостанавливается на срок до принятия арбитражным судом кассационной инстанции постановления по результатам рассмотрения кассационной жалобы.

Поскольку кассационная жалоба ответчика рассмотрена, суд кассационной инстанции считает необходимым отменить приостановление исполнения постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 19 февраля 2021 года, введенное определением Арбитражного суда Московского округа от 26 февраля 2021 года.

Руководствуясь статьями 284 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 19 февраля 2021 года по делу № А40-101082/19 отменить, определение Арбитражного суда города Москвы от 16 ноября 2020 года оставить в силе.

Отменить приостановление исполнения постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 19 февраля 2021 года, введенное определением Арбитражного суда Московского округа от 26 февраля 2021 года.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судьяС.А. Закутская 

Судьи:Н.А. Кручинина

Е.Н. Короткова