АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  КАМЧАТСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации

 

РЕШЕНИЕ

Дело № А24-5891/2024

г. Петропавловск-Камчатский

16 июня 2025 года

Резолютивная часть решения объявлена 02 июня 2025 года.

Полный текст решения изготовлен 16 июня 2025 года.

Арбитражный суд Камчатского края в составе судьи Душенкиной О.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Голубевой А.В., рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по иску общества с ограниченной ответственностью «Арктур» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

к государственному образовательному учреждению среднего профессионального образования «Камчатский медицинский колледж» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

о взыскании 1 256 082,07 руб.,

при участии:

от истца: ФИО1 – директор,

от ответчика: ФИО2 – представитель по доверенности от 20.11.2024 (сроком до 31.12.2025), диплом № 2457,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Арктур» (далее – истец, Общество, ООО «Арктур»; адрес: 683002, 

<

...>) обратилось в арбитражный суд с иском к государственному образовательному учреждению среднего профессионального образования «Камчатский медицинский колледж» (далее – ответчик, Учреждение;  адрес: 683003, 

<

...>) о взыскании 1 256 082,07 руб., включающих 668 081,07 руб. пеней за нарушение срока оплаты работ, исчисленных за период с 01.12.2020 по 05.08.2024, и 588 001 руб. убытков (с учетом уменьшения размера исковых требований, принятого протокольным определением от 19.03.2025).

Требования заявлены истцом со ссылкой на статьи 15, 309, 330, Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и мотивированы ненадлежащим исполнением ответчиком обязательств по контракту на капитальный ремонт подпорной стены от 12.03.2020 № 03.

Ответчик в отзыве на иск выразил несогласие с заявленными истцом требованиями, заявил о пропуске истцом срока исковой давности.

Выслушав в судебном заседании доводы и пояснения сторон, исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), арбитражный суд пришел к следующему выводу.

Как следует из материалов дела, 12.03.2020 между обществом с ограниченной ответственностью «Камчатэнерго» (подрядчик, далее – ООО «Камчатэнерго») и ответчиком (заказчик) с применением конкурентных процедур заключен контракт на капитальный ремонт подпорной стены № 03, по условиям которого подрядчик принял на себя обязательство выполнить капитальный ремонт подпорной стены, а заказчик – принять работы и оплатить их в сроки и в порядке, установленные контрактом (пункт 1.1 контракта).

Цена контракта определена в размере 9 996 017 руб., включая НДС (пункт 2.1).

Срок выполнения работ установлен до 04.08.2020 (пункт 8.2).

Согласно пункту 5.1 исполнение контракта обеспечивается предоставлением банковской гарантии, срок действия которой должен превышать предусмотренный контрактом срок исполнения обязательств не менее чем на один месяц, в том числе в случае его изменения в соответствии со статьей 95 Закона о контрактной системе.

Пунктом 2.4 контракта установлено, что заказчик оплачивает подрядчику стоимость выполненных работ в течение 15 рабочих дней с момента подписания сторонами акта о приемке выполненных работ (форма КС-2), справки о стоимости выполненных работ и затрат (КС-3). В случае нарушения заказчиком срока оплаты работ подрядчик вправе потребовать уплаты пеней, которые начисляются, исходя из 1/300 действующей на дату уплаты пеней ключевой ставки Центрального Банка России от неуплаченной в срок суммы (пункт 10.2.1).

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Камчатского края от 15.05.2024 № А24-4679/2023 установлено, что в связи с ограничениями, введенными на территории Камчатского края из-за пандемии коронавирусной инфекции COVID-19, ситуация с которой определена как обстоятельство непреодолимой силы (письмо Федерально антимонопольной службы от 18.03.2020 № ИА/21684/20), в период с 08.07.2020 до 31.07.2020 работы по контракту приостанавливались по обоюдному согласованию сторон контракта (письма от 27.07.2020, от 01.09.2020).

Письмом от 01.09.2020 № 441 Учреждение подтвердило обоснованность приостановление работ в июле 2020 года, сообщило о переносе сроков окончания работ на более поздние и согласовало подрядчику продление срока банковской гарантии до 30.12.2020.

Вместе с тем письмом от 30.09.2020 № 505 Учреждение уведомило подрядчика о расторжении контракта в одностороннем порядке по причине нарушения подрядчиком срока выполнения работ.

Решение заказчика об отказе от контракта размещено в ЕИС Закупки 02.10.2020, подрядчиком не обжаловано и вступило в законную силу 13.11.2020.

Письмом от 22.11.2020 подрядчик обратился к заказчику за разъяснением относительно отсутствия ответа в отношении переданной ранее документации по форме КС-2, КС-3, счета, счет-фактуры и акта выполненных работ.

Как установлено впоследствии, подрядчик предъявил заказчику к оплате работы, выполненные до прекращения контракта, на общую сумму 1 513 979 руб. (акт о приемке выполненных работ от 30.09.2020 № 1, справка о стоимости выполненных работ и затрат от 30.09.2020 № 3).

15.08.2023 подрядчик направил заказчику претензию с требованием об оплате фактически выполненных работ.

Поскольку обращения подрядчика оставлены заказчиком без ответа и удовлетворения, ООО «Камчатэнерго» обратилось в суд с иском о взыскании с Учреждения стоимости фактически выполненных работ (дело № А24-4679/2023).

Определением суда от 18.01.2024 по делу № А24-4679/2023 произведена замена истца с ООО «Камчатэнерго» на ООО «Арктур» в порядке процессуального правопреемства на основании заключенного между сторонами договора цессии от 20.10.2023 № 10-1/2023, по условиям которого ООО «Арктур» приобрело право требования оплаты за фактически выполненные работы по контракту капитальный ремонт подпорной стены от 12.03.2020 № 03 на тех же условиях, которые существовали у ООО «Камчатэнерго» к моменту перехода права (пункты 1.1, 1.2).

Решением Арбитражного суда Камчатского края от 15.05.2024 по делу № А24-4679/2023 требования ООО «Арктур» полностью удовлетворены, с Учреждения в пользу Общества взыскано 1 513 979 руб. долга по оплате работ, выполненных подрядчиком по контракту от 12.03.2020 № 03 до момента отказа заказчика от его исполнения. Суд признал доказанным выполнение подрядчиком работ на указанную сумму, а уклонение заказчика от приемки этих работ – немотивированным и необоснованным.

Решение суда исполнено Учреждением 06.08.2024 в рамках исполнительного производства (платежное поручение от 06.08.2024 № 813520), в связи с чем Общество выставило требование об уплате установленной контрактом неустойки за нарушение срока оплаты работ (претензия от 21.06.2024 № 02-06/24).

Кроме того, решением Арбитражного суда Нижегородской области от 11.03.2021 по делу № А43-881/2021 с ООО «Камчатэнерго» в пользу АО «Саровбизнесбанк» взыскано 588 001 руб. долга по договору предоставления банковской гарантии от 27.02.2020, образовавшегося в связи с исполнением гарантом требования заказчика о выплате по банковской гарантии денежных средств в связи с начисленными подрядчику штрафом и пени за ненадлежащее исполнение контракта от 12.03.2020 № 03.

Взысканные судом денежные средства в рамках исполнительного производства удержаны со счета ООО «Камчатэнерго» инкассовым поручением от 27.08.2021 № 2965995 и перечислены Банку.

ООО «Камчатэнерго», полагая, что взысканная по банковской гарантии задолженность является для него убытками, возникшими по вине Учреждения, необоснованно отказавшегося от контракта, заключило с ООО «Арктур» договор уступки права требования (цессии) 20.10.2023 №11-1/2023 и уступило последнему право требовать возмещения указанных убытков.

Претензией от 21.06.2024 № 01-06/24 ООО «Арктур» потребовало от Учреждения возместить денежные средства, взысканные с ООО «Камчатэнерго» решением Арбитражного суда Нижегородской области от 11.03.2021 по делу № А43-881/2021. 

Поскольку обе претензии (о выплате неустойки и о возмещении убытков) оставлены Учреждением без ответа и удовлетворения, ООО «Арктур» обратилось с рассматриваемым иском в суд.

На дату судебного разбирательства ООО «Камчатэнерго» (подрядчик по контракту) и АО «Саровбизнесбанк» (гарант) прекратили деятельность в качестве юридических лиц 23.10.2023 и 01.01.2025 соответственно.

Проанализировав представленные в материалы дела контракт и документы, связанные с его исполнением, суд пришел к выводу, что между истцом (как правопреемником подрядчика по спорному контракту) и ответчиком сложились правоотношения, регулируемые положениями главы 37 ГК РФ (подряд), общими нормами ГК РФ об обязательствах и договоре, а также положениями Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон № 44-ФЗ).

Согласно пункту 1 статьи 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

К отдельным видам договора подряда (бытовой подряд, строительный подряд, подряд на выполнение проектных и изыскательских работ, подрядные работы для государственных нужд) положения, предусмотренные настоящим параграфом, применяются, если иное не установлено правилами Кодекса об этих видах договоров (пункт 2 статьи 702 ГК РФ).

В соответствии со статьей 763 ГК РФ подрядные строительные работы (статья 740 ГК РФ), проектные и изыскательские работы (статья 758 ГК РФ), предназначенные для удовлетворения государственных или муниципальных нужд, осуществляются на основе государственного или муниципального контракта на выполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд.

По государственному или муниципальному контракту на выполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд подрядчик обязуется выполнить строительные, проектные и другие связанные со строительством и ремонтом объектов производственного и непроизводственного характера работы и передать их государственному или муниципальному заказчику, а государственный или муниципальный заказчик обязуется принять выполненные работы и оплатить их или обеспечить их оплату (пункт 2 статьи 763 ГК РФ).

Пунктом 1 статьи 711 ГК РФ установлено, что если договором подряда не предусмотрена предварительная оплата выполненной работы или отдельных ее этапов, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок.

Совокупный анализ приведенных правовых норм свидетельствует о том, что обязательственное правоотношение по договору подряда состоит из двух основных встречных обязательств, определяющих тип этого договора: обязательства подрядчика выполнить в натуре работы надлежащего качества в согласованный срок и обязательства заказчика уплатить обусловленную договором цену в порядке, предусмотренном сделкой (статья 328 ГК РФ).

В силу статей 309, 314 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов в период времени, в течение которого они должны быть исполнены, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных Кодексом, другими законами или иными правовыми актами (пункт 1 статьи 310 ГК РФ).

В соответствии со статьей 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, которая по своей правовой природе является мерой имущественной ответственности.

Неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков (пункт 1 статьи 330 ГК РФ). При этом в силу статьи 331 ГК РФ соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме независимо от формы основного обязательства. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность соглашения о неустойке.

Следовательно, для привлечения лица к ответственности в виде неустойки необходимо установить факт неисполнения либо ненадлежащего исполнения им принятых на себя обязательств, а также, с учетом положений статьи 331 ГК РФ, установить, что за нарушение данного обязательства договором либо законом установлена неустойка.

Обращаясь в суд с требованием о взыскании с ответчика пеней в сумме 668 081,07 руб. за период с 01.12.2020 по 05.08.2024, истец ссылается на нарушение заказчиком установленного контрактом срока оплаты работ, выполненных подрядчиком по контракту до момента его прекращения.

Факт несвоевременного исполнения ответчиком денежных обязательств перед ООО «Камчатэнерго» по оплате выполненных работ установлен вступившим в законную силу решением суда по делу № А24-4679/2023, имеющим в силу части 2 статьи 69 АПК РФ преюдициальное значение для разрешения настоящего спора, а также представленными в материалы рассматриваемого дела платежным поручением от 06.08.2024 № 813520, согласно которому задолженность по оплате работ погашена ответчиком уже в пользу нового кредитора (истца) и лишь в рамках исполнительного производства, возбужденного по заявлению истца на основании выданного судом исполнительного листа.

Согласно пункту 1 статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты (пункт 1 статьи 384 ГК РФ).

В рассматриваемом случае договор цессии от 20.10.2023 № 10-1/2023 не содержит исключений из общего правила, установленного статьей 384 ГК РФ, и изъятий из объема переданных истцу прав, ранее принадлежавших ООО «Камчатэнерго» в силу условий заключенного с ответчиком контракта. 

При указанных обстоятельствах, поскольку ненадлежащее исполнение ответчиком денежных обязательств по контракту судом установлено, соглашение о неустойке сторонами контракта достигнуто (пункт 10.2.1), а переход истцу прав требования, связанных с оплатой задолженности по контракту, включая акцессорные требования, состоялся, требование о взыскании с Учреждения договорной неустойки за нарушение срока оплаты работ заявлено истцом правомерно.

Возражая против требования о взыскании неустойки, ответчик заявил о пропуске истцом срока исковой давности.

Рассмотрев заявление, суд пришел к следующему выводу.

В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Пунктом 2 статьи 199 ГК РФ предусмотрено, что исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. Причем если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела (пункт 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – Постановление № 43)).

Установление срока исковой давности обусловлено необходимостью обеспечить стабильность гражданского оборота, имея в виду, что никто не может быть поставлен под угрозу возможного обременения на неопределенный срок, а должник вправе знать, как долго он будет отвечать перед кредитором, в том числе, обеспечивая сохранность необходимых доказательств.

Согласно статье 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 ГК РФ, которая, в свою очередь, устанавливает, что если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Пунктом 2 статьи 200 ГК РФ установлено, что по обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

Просрочка исполнения обязательства представляет собой правонарушение, имеющее длящийся характер, и предусмотренная договором неустойка за просрочку исполнения представляет собой "текущую" меру ответственности, подлежащую применению (начислению) за каждый день просрочки исполнения обязательства. Поэтому срок исковой давности взыскания неустойки должен исчисляться отдельно по каждому дню просрочки. Соответствующая правовая позиция указана в пункте 25 Постановления № 43, согласно которому срок исковой давности по требованию о взыскании неустойки (статья 330 ГК РФ) или процентов, подлежащих уплате по правилам статьи 395 ГК РФ, исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу, определяемому применительно к каждому дню просрочки.

Исходя из того, что пунктом 10.2.1 контракта для заказчика установлена ответственность за нарушение срока оплаты в виде неустойки, которая подлежит начислению за каждый день просрочки до момента исполнения обязательства, на стороне Учреждения каждый день за период с момента истечения срока оплаты работ и до момента внесения соответствующей платы возникало обязательство по уплате арендодателю неустойки.

С учетом приведенных разъяснений, срок исковой давности по обязательствам ответчика оплатить истцу неустойку за нарушение срока оплаты работ по контракту подлежит исчислению применительно к каждому дню просрочки, входящему в заявленный истцом период с 01.12.2020 по 05.08.2024 (дата, предшествующая дню фактической оплаты работ).

При этом суд признает не противоречащим фактическим обстоятельства дела определение истцом датой начала периода просрочки 01.12.2020, поскольку из решения суда по делу № А24-4679/2023, основанному на анализе представленных документов, переписки сторон и решения антимонопольного органа об отказе в включении подрядчика в реестр недобросовестных поставщиков, следует, что на дату отказа заказчика от контракта (30.09.2020) работы на взысканную сумму уже были выполнены подрядчиком. При этом Учреждение не опровергло довод Общества о том, что приемо-сдаточная документация передана заказчику 05.10.2020, а содержание письма подрядчика от 22.11.2020 данное обстоятельство косвенно подтверждает. С учетом данных обстоятельств, а также того, что заказчик решением суда по делу № А24-4679/2023 признан необоснованно уклонившимся от приемки работ, суд приходит к выводу, что установленный контрактом срок на оплату работ (15 рабочих дней), даже с учетом предоставленного заказчику срока на приемку работ (10 календарных дней) к 01.12.2020 действительно истек.

В соответствии с разъяснениями, указанными в пункте 16 Постановления № 43 со ссылкой на пункт 3 статьи 202 ГК РФ, течение срока исковой давности приостанавливается, если стороны прибегли к несудебной процедуре разрешения спора, обращение к которой предусмотрено законом или договором, в том числе к обязательному претензионному порядку. В этих случаях течение исковой давности приостанавливается на срок, установленный законом для проведения этой процедуры, а при отсутствии такого срока – на шесть месяцев со дня начала соответствующей процедуры (определение Верховного Суда Российской Федерации от 04.03.2019 № 305-ЭС18-21546).

Следовательно, требование о взыскании неустойки подлежит удовлетворению в части, которая входит в трехлетний период, предшествующий дате предъявления иска о взыскании неустойки, продленный на период, установленный для соблюдения досудебного (претензионного) порядка урегулирования спора (определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.03.2019 № 305-ЭС18-21546, от 18.03.2019 № 309-ЭС19-980).

Согласно пункту 5 статьи 4 АПК РФ гражданско-правовые споры о взыскании денежных средств по требованиям, возникшим из договоров, других сделок, вследствие неосновательного обогащения, могут быть переданы на разрешение арбитражного суда после принятия сторонами мер по досудебному урегулированию по истечении тридцати календарных дней со дня направления претензии (требования), если иные срок и (или) порядок не установлены законом или договором.

В рассматриваемом случае требование о взыскании пеней основано на контракте, пунктом 11.1 которого срок на досудебное урегулирование спора установлен в количестве 30 календарных дней. Следовательно, течение исковой давности по требованиям в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением контракта от 12.03.2020 № 03 подлежит приостановлению на указанный срок (3 года + 30 календарных дней).

С учетом вышеназванных положений гражданского законодательства, разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, правовой позиции высшей судебной инстанции, истец вправе требовать взыскания неустойки за трехлетний период, предшествующий дате предъявления иска, продленный на 30 календарных дней.

Поскольку исковое заявление подано Обществом в суд 27.11.2024, истец вправе требовать уплаты неустойки лишь в той ее части, в какой она начислена за период не ранее, чем с 28.10.2021 (минус 3 года и 30 календарных дней от даты подачи иска).

При таких обстоятельствах, требование истца о взыскании неустойки, начисленной за период до 27.10.2021 включительно, не подлежит удовлетворению в связи с истечением срока исковой давности, о применении которого заявлено ответчиком.

Доводы истца о приостановлении срока исковой давности по основаниям, предусмотренным подпунктом 3 пункта 1 статьи 202 ГК РФ, несостоятельны и подлежат отклонению.

Прежде всего, по смыслу приведенной правовой нормы течение срока исковой давности приостанавливается в силу установленной на основании закона Правительством Российской Федерации отсрочки исполнения обязательств (мораторий).

В период заявленной истцом просрочки действовали моратории, введенные Правительством Российской Федерации на период с 06.04.2020 по 07.01.2021 Постановлением от 03.04.2020 № 428 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлению кредиторов в отношении отдельных должников», и на период с 01.04.2022 по 30.09.2022 Постановлением от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами» (Постановление № 497). Оба моратория предполагали недопустимость возбуждения дел о банкротстве, предусматривали отсрочку выплаты действительной стоимости доли в уставном капитале юридического лица, устанавливали запрет на начисление штрафных санкций за нарушение срока исполнения обязательств, но не предоставляли отсрочку по исполнению обязательств, вытекающих, в частности, из договоров подряда (в отличие, к примеру, от Постановления Правительства Российской Федерации от 03.04.2020 № 439, которым устанавливалась отсрочка уплаты арендной платы по договорам аренды недвижимого имущества).

Кроме того, в силу пункта 2 статьи 202 ГК РФ, перечисленные в пункте 1 обстоятельства приостанавливают течение срока исковой давности лишь при условии, что они возникли или продолжали существовать в последние шесть месяцев срока исковой давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев, в течение срока исковой давности. Однако в рассматриваемом случае срок исковой давности начался для ответчика применительно к каждому дню просрочки. В частности, по требованию о взыскании пени за 01.12.2020 срок исковой давности длился до 09.01.2024 (3 года + 30 календарных дней), то есть на дату введения каждого из указанных мораториев срок исковой давности даже по первому дню в периоде просрочку превышал шесть месяцев.

При таких обстоятельствах оснований для приостановления срока исковой давности в рассматриваемом случае не имеется.

Как отмечено ранее, обоснованным является лишь требование истца о взыскании пеней за период с 28.10.2021 по 05.08.2024 (дата, определенная истцом как момент окончания периода просрочки).

Вместе с тем, проверив произведенный истцом расчет неустойки, суд признает его неверным в части примененной ставки для расчета пеней.

Согласно пункту 10.2.1 контракта в случае просрочки исполнения обязательства заказчиком, предусмотренных контрактом, подрядчик вправе потребовать оплаты пеней в размере 1/300 действующей на дату уплаты пеней ключевой ставки Центрального Банка России от неуплаченной суммы.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, приведенной в пункте 38 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017, при взыскании суммы неустоек (пеней) в судебном порядке за период до принятия решения суда ко всему периоду просрочки подлежит применению ставка на день его вынесения.

Указанный правовой подход применяется в случаях, когда на дату принятия судебного решения предусмотренная договором обязанность, за нарушение которой начисляется неустойка, не была исполнена.

Однако в случае исполнения обязательства (в том числе частично) определенность в отношениях сторон по вопросу о размере неустойки, подлежащей уплате в связи с допущенной просрочкой исполнения обязательства, наступает в момент окончания исполнения таких обязательств, в связи с чем при расчете неустойки следует руководствоваться ставкой Банка России, действовавшей на день прекращения обязательства (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2016), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19.10.2016, определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.12.2018 № 302-ЭС18-10991, от 21.03.2019 № 305-ЭС18-20107).

В рассматриваемом случае обязанность по оплате работ исполнена Учреждением 06.08.2024, а значит, при расчете пеней ко всему периоду просрочки подлежит применению 1/300 ключевой ставки Банка России, установленной на дату исполнения обязательства, то есть на 06.08.2024 (18 %).

Кроме того, истец при расчете пеней не учел, что Постановлением № 497 на 6 месяцев, начиная с 01.04.2022, введен мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, в отношении юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей. При этом определяя круг лиц, к которым применим введенный мораторий, Правительство Российской Федерации в данном случае не делает разграничение по виду основной деятельности, устанавливая исключение лишь для ряда застройщиков (пункт 2 Постановления № 497).

Соответственно, указанный мораторий распространим и на ответчика, а доводы истца об обратном подлежат отклонению как необоснованные.

В разъяснениях по вопросу № 10 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 2, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30.04.2020, указано, что одним из последствий введения моратория является прекращение начисления неустоек (штрафов и пеней) и иных финансовых санкций за неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежных обязательств и обязательных платежей по требованиям, возникшим до введения моратория (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве). По смыслу пункта 4 статьи 395 ГК РФ этот же правовой режим распространяется и на проценты, являющиеся мерой гражданско-правовой ответственности.

Исходя из буквального содержания подпункта 2 пункта 3 статьи 9.1 и абзаца десятого пункта 1 статьи 63 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), включение должника в перечень лиц, определенных Постановлением № 497, является достаточным основанием для освобождения такого должника от уплаты неустоек (штрафов и пеней) и иных финансовых санкций за неисполнение или ненадлежащее исполнение им денежных обязательств до введения моратория. Установление наличия иных дополнительных оснований или условий для освобождения от уплаты финансовых санкций, в том числе наличия у должника признаков банкротства, возбуждения в отношении него дела о банкротстве и тому подобное, в соответствии с положениями названных правовых норм не требуется.

Из разъяснений, изложенных в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 91 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 44), следует, что в соответствии с пунктом 1 статьи 9.1 Закона о банкротстве на лицо, которое отвечает требованиям, установленным актом Правительства Российской Федерации о введении в действие моратория, распространяются правила о моратории, независимо от того, обладает оно признаками неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества либо нет.

Пунктом 7 Постановления № 44 разъяснено, что в период действия моратория проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 ГК РФ, неустойка (статья 330 ГК РФ), пени за просрочку уплаты налога или сбора (статья 75 Налогового кодекса Российской Федерации), а также иные финансовые санкции не начисляются на требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие (подпункт 2 пункта 3 статьи 91, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве). В частности, это означает, что не подлежит удовлетворению предъявленное в общеисковом порядке заявление кредитора о взыскании с такого лица финансовых санкций, начисленных за период действия моратория. Лицо, на которое распространяется действие моратория вправе заявить возражения об освобождении от уплаты неустойки (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве) и в том случае, если в суд не подавалось заявление о его банкротстве.

Постановление № 497 вступило в законную силу 01.04.2022, действовало 6 месяцев и в силу приведенного нормативного регулирования введенный названным нормативным правовым актом мораторий на начисление штрафных санкций подлежит применению ко всем перечисленным в нем лицам, независимо от категории рассматриваемого дела, и ко всем обязательствам (требованиям), возникшим до введения моратория.

Таким образом, указанный мораторий, распространим и на ответчика, в том числе с учетом того обстоятельства, что денежное обязательство ответчика по оплате фактически выполненных подрядчиком работ возникло до введения указанного моратория.

Следовательно, пени на сумму долга подлежат начислению за период с 28.10.2021 по 05.08.2024 с исключением при расчете периода действия моратория (с 01.04.2022 по 30.09.2022).

Произведя самостоятельный расчет неустойки с учетом приведенного нормативного регулирования, суд установил, что за обоснованный период просрочки с 28.10.2021 по 05.08.2024 (с исключением периода действия моратория), размер пеней, рассчитанный, исходя из подлежавшей оплате стоимости работ (1 513 979 руб.) и 1/300 ключевой ставки Банка России, установленной на дату прекращения обязательств (06.08.2024) в размере 18 %, составляет 753 961,55 руб. (из них 140 800,05 руб. за период с 28.10.2021 по 31.03.2022 и 613 161,50 руб. за период с 01.10.2022 по 05.08.2024).

Однако истец просит взыскать с ответчика пени в сумме 668 081,07 руб., то есть меньше размера правильной неустойки.

В данной связи, поскольку суд не вправе выходить за пределы заявленных требований, требование истца в части взыскания неустойки подлежит удовлетворению полностью в заявленном размере, то есть в сумме 668 081,07 руб.

Также истцом заявлено требование истца о взыскании с ответчика убытков в сумме 588 001 руб., возникших в связи с взысканием с подрядчика задолженности по договору о банковской гарантии. Право требования указанной суммы в качестве убытков также приобретено истцом у первоначального кредитора (ООО «Камчатэнерго») в порядке уступки прав требования на основании договора цессии 20.10.2023 №11-1/2023.

Ответчик, возражая против удовлетворения данного требования, заявил о пропуске истцом срока исковой давности.

Как отмечено ранее со ссылкой на статьи 196, 200 ГК РФ, общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого моментом, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Поскольку срок исковой давности установлен для судебной защиты права лица, то по общему правилу этот срок начинает исчисляться не ранее того момента, когда соответствующее право объективно было нарушено. При исчислении срока исковой давности также учитывается, знал или должен был знать истец о допущенном нарушении, то есть возможность его субъективного знания о фактах, порождающих требование к ответчику.

Истец, исходя из содержания иска в совокупности с дополнительными пояснениями представителя в судебном заседании, связывает возникшие убытки с ненадлежащим исполнением Учреждением как заказчиком обязательств по контракту, а именно: считает необоснованным отказ заказчика от контракта по основанию нарушения подрядчиком срока выполнения работ и начисление штрафных санкций.

Таким образом, требования истца основаны на положениях статьи 393 ГК РФ, в силу которой должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, которые определяются в соответствии с правилами статьи 15 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Разъяснения относительно порядка применения положений статьи 15 ГК РФ приведены в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25) и от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление № 7).

В частности, согласно пункту 12 Постановления № 25, пункту 5 Постановления № 7 по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками.

По смыслу приведенных правовых норм и их разъяснений реализация такого способа защиты права как возмещение убытков предполагает применение к правонарушителю имущественных санкций, а потому возможна лишь при наличии общих условий гражданско-правовой ответственности: факта причинения вреда, его размера, противоправности поведения причинителя вреда и юридически значимой причинной связи между поведением указанного лица и наступившим вредом. Требование о взыскании убытков может быть удовлетворено только при установлении совокупности всех элементов ответственности. Недоказанность хотя бы одного из данных фактов является основанием для отказа в иске.

Исходя из изложенного, для определения момента начала течения срока исковой давности по требованию о возмещении убытков, причиненных ненадлежащим исполнением договора, необходимо установить, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, с которыми он связывает причинение ему убытков.

Причем перемена лиц в обязательстве не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления (статья 201 ГК РФ). В этом случае срок исковой давности начинает течь в порядке, установленном статьей 200 ГК РФ, со дня, когда первоначальный обладатель права узнал или должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 6 Постановления № 43).

Как отмечено ранее, истец связывает причинение его правопредшественнику убытков с фактом взыскания с подрядчика долга по договору банковской гарантии по факту выплаты гарантом денежной суммы заказчику по его требованию.

Из копий документов, приобщенных к материалам рассматриваемого дела из карточки дела № А43-881/2021, судом установлено, что в целях обеспечения обязательств по спорному контракту между ООО «Камчатэнерго» (принципал) и АО «Саровбизнесбанк» (Банк, гарант) заключен договор предоставления банковской гарантии № НБГК-635312-44ФЗ-Т, по условиям которого Банк обязался уплатить по требованию бенефициара (Учреждения) денежную сумму, не превышающую сумму гарантии, в случае ненадлежащего исполнения принципалом обеспеченных гарантией обязательств по предстоящему договору на капитальной ремонт подпорной стены.

При этом в силу пунктов 2.5, 2.6 договора о предоставлении банковской гарантии ООО «Камчатэнерго» обязуется возместить Банку выплаченные по гарантии суммы в течение 3 рабочих дней с момента получения регрессного требования Банка.

11.11.2020 в адрес Банка поступило требование Учреждения от 06.11.2020 о выплате по банковской гарантии в связи с начислением подрядчику (ООО «Камчатэнерго») штрафных санкций за ненадлежащее исполнение договорных обязательств.

Платежным поручением от 16.11.2020 № 180014 Банк перечислил сумму по гарантии Учреждению и выставил ООО «Камчатэнерго» требование от 17.11.2020 № 258 о возмещении выплаченной по гарантии суммы в соответствии с условиями договора о предоставлении банковской гарантии.

Однако ООО «Камчатэнерго» в установленный договором срок обязательство не выполнил, что и послужило основанием для обращения АО «Саровбизнесбанк» с иском в Арбитражный суд Нижегородской области.

По материалам дела № А43-881/2021 суду не удалось установить, когда именно правопредшественник истца получил требование Банка о возмещении выплаченной по гарантии суммы, однако иск подан Банком в Арбитражный суд Нижегородской области 18.01.2021, а значит, к указанной дате ООО «Камчатэнерго» уже должно было узнать о возникновении обстоятельств, с которыми оно связывает причинение ему убытков, а именно: о начислении заказчиком штрафных санкций по контракту, предъявлении заказчиком требования гаранту и выплате Банком суммы по гарантии, которая в любом случае в силу условий договора о предоставлении банковской гарантии и статьи 379 ГК РФ подлежала возмещению подрядчиком в пользу гаранта.

Соответственно, уже в январе 2021 года у правопредшественника истца возникло право на иск о взыскании выплаченной по гарантии суммы в качестве убытков, а значит, к моменту предъявления правопреемником подрядчика (истцом) соответствующего требования в суд (27.11.2024), установленный статьей 196 ГК РФ трехгодичный срок исковой давности истек.

Следует отметить, что срок давности по данному требованию является пропущенным, даже если его исчислять с даты вступления в силу принятого в порядке упрощенного производства решения Арбитражного суда Нижегородской области от 11.03.2021 по делу № А43-881/2021, которым спорная сумма взыскана с ООО «Камчатэнерго».

Таким образом, срок исковой давности по требованию о возмещении убытков к моменту обращения истца в суд (27.11.2024) истек, что в силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ является достаточным основанием для отказа в иске в части указанных требований.

С учетом изложенного, требования истца подлежат частичному удовлетворению в части суммы неустойки за нарушение срока оплаты работ, рассчитанной судом за период, входящий в пределы срока исковой давности, а в удовлетворении остальной части иска суд отказывает в связи с пропуском истцом срока исковой давности.

Рассмотрев требование истца о взыскании с ответчика расходов по оплате услуг представителя, суд пришел к следующему выводу.

В соответствии с часть 1 статьи 112 АПК РФ вопросы распределения судебных расходов, отнесения судебных расходов на лицо, злоупотребляющее своими процессуальными правами, и другие вопросы о судебных расходах разрешаются арбитражным судом соответствующей судебной инстанции в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, или в определении.

В силу части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Таким образом, принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу (абзац второй пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее – Постановление № 1)).

Поскольку в результате рассмотрения дела требования истца удовлетворены частично, у Общества возникло право требовать возмещения судебных издержек, понесенных в связи с рассмотрением дела, пропорционально размеру удовлетворенных требований.

Согласно статье 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

Перечень судебных издержек, предусмотренный указанными кодексами, не является исчерпывающим (абзац второй пункта 2 Постановления № 1).

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 28.01.2021 № 103-О в силу взаимосвязанных положений части 1 статьи 65, статьи 101, статей 106 и 110 АПК РФ возмещение стороне судебных расходов, в том числе расходов на оплату услуг представителя, может производиться только в том случае, если сторона докажет, что несение ею указанных расходов в действительности имело место.

В пункте 10 Постановления № 1 разъяснено, что лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием; недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Истец просит взыскать с ответчика понесенные судебные расходы, связанные с необходимостью оплаты услуг представителя, размер которых составил 15 000 руб.

В подтверждение понесенных расходов истцом представлен договор поручения от 01.11.2024, заключенный с ИП ФИО3 (поверенный), по условиям которого поверенный принял на себя обязательство изучить документы доверителя и составить исковое заявление по предмету, согласующемуся с предметом рассмотренного спора.

Пунктом 2.1 договора установлено, что вознаграждение поверенного за исполнение поручения доверителя составляет 15 000 руб.

Актом от 08.11.2024 стороны подтвердили, что исковое заявление поверенным составлено и передано доверителю.

Платежным поручением от 01.11.2024 № 13 сумму 15 000 руб. истец произвел оплату юридических услуг.

Фактическое оказание правовых услуг истцу подтверждается непосредственно рассмотренным судом исковым заявлением, которое, исходя из условий договора поручения и акта к нему, составлено именно поверенным.

Таким образом, размер понесенных истцом расходов на оплату юридических услуг и относимость этих расходов к рассматриваемому делу документально подтверждены.

В соответствии с частью 2 статьи 110 АПК РФ, пунктом 12 Постановления № 1 расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах. То есть процессуальное законодательство связывает решение вопроса о возмещении судебных расходов с установлением разумности соответствующих требований участника процесса, понесшего эти расходы (часть 2 статьи 110 АПК РФ).

Толкование данной нормы, данное Конституционным Судом Российской Федерации в определении № 454-О от 21.12.2004, предусматривает право суда уменьшить расходы на оплату услуг представителя в том случае, если суд признает их чрезмерными в силу конкретных обстоятельств дела, при том, что суд обязан создавать условия, при которых соблюдался бы необходимый баланс процессуальных прав и обязанностей сторон.

В пункте 11 Постановления № 1 разъяснено, что разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов. Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Из изложенного следует, что при разрешении требования о возмещении судебных расходов суд при принятии решения о возмещении расходов на оплату услуг представителя, понесенных лицом, в пользу которого принят судебный акт, обязан руководствоваться принципом разумности, поскольку такая обязанность является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации. Именно поэтому в части 2 статьи 110 АПК РФ речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле. И в этом случае не имеет значения, доказала ли вторая сторона чрезмерность заявленных судебных расходов, поскольку уменьшение суммы расходов по оплате услуг представителя является правом суда в случае признания их чрезмерными.

Положения статьи 110 АПК РФ предоставляют суду право самостоятельно, по своему усмотрению, определить разумность пределов подлежащих взысканию со стороны судебных расходов. Реализация данного полномочия вытекает из принципа самостоятельности судебной власти, является одним из проявлений дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, и осуществляется им с учетом фактических обстоятельств конкретного дела.

Разумными судебными расходами на оплату услуг представителя являются расходы, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги; при этом также учитываются объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (пункт 13 Постановления № 1).

Таким образом, разумность пределов заявленных расходов каждый раз определяется индивидуально, с учетом особенностей конкретного дела. Критерий разумности пределов расходов является оценочным, и закон не устанавливает ни минимального, ни максимального предела денежных сумм, выплачиваемых лицам, осуществляющим деятельность по оказанию юридических услуг.

В вопросах определения разумности понесенных расходов суд не связан стоимостью юридических услуг, согласованной представляемым лицом и его представителем в договоре на оказание юридических услуг, как и размером выплаченного представителю вознаграждения, поскольку выбор контрагента с определенной квалификацией и уровнем цен на услуги является безусловным правом заказчика, но не является доказательством разумности выплаченных в качестве судебных расходов сумм.

Сумма, подлежащая взысканию со стороны, определяется судом в разумных пределах в порядке статьи 71 АПК РФ в соответствии со своим внутренним убеждением на основе анализа материалов дела с учетом характера заявленного спора, объема и сложности работы, продолжительности времени, необходимого для ее выполнения квалифицированным специалистом.

Проанализировав объем и характер оказанных истцу юридических услуг (составление искового заявления), в связи с которыми он понес спорные расходы, суд признает расходы истца на оплату услуг по составлению иска в сумме 15 000 руб. разумными, обоснованными и соотносимыми с объемом и характером оказанных услуг.

Как отмечено ранее, при частичном удовлетворении исковых требований судебных расходы подлежат возмещению истцу пропорционально размеру удовлетворенных требований (часть 1 статьи 110 АПК РФ).

В рассматриваемом случае процент удовлетворенной части требований (668 081,07 руб.) от заявленной (1 256 082,07 руб.) составил 53,19 %, следовательно, понесенные истцом расходы по оплате услуг представителя подлежат возмещению ему за счет ответчика в сумме 7 978,50 руб., что составляет 53,19 % от суммы фактически понесенных расходов (15 000 руб.).

Государственная пошлина по иску с учетом окончательно сформированной цены иска (1 256 082,07 руб.) составила 62 682 руб., из которых на ответчика относится 33 339 руб. (53,19 %), подлежащие взысканию с него в пользу истца на основании статьи 110 АПК РФ.

В остальной части (29 343 руб.) государственная пошлина относится на истца в связи с частичным отказом в иске. При этом, поскольку истец оплатил государственную пошлину в сумме 63 507 руб., излишне уплаченная государственная пошлина (825 руб.) подлежит возврату ему из федерального бюджета на основании подпункта 3 пункта 3 статьи 333.22, статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 167–171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

иск удовлетворить частично.

Взыскать с государственного образовательного учреждения среднего профессионального образования «Камчатский медицинский колледж» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Арктур» 668 081,07 руб. пеней, 33 339 руб. расходов по оплате государственной пошлины, 7 978,50 руб. расходов по оплате услуг представителя; всего – 709 398,57 руб.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Арктур» из федерального бюджета 825 руб. государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Камчатского края в срок, не превышающий одного месяца со дня принятия решения, а также в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья                                                                                             О.А. Душенкина