АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                   Дело № А45-6926/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 26 апреля 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 28 апреля 2023 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                         Лаптева Н.В.,

судей                                                         Глотова Н.Б.,

ФИО1 –

при ведении протокола с использованием средств видеоконференц-связи помощником судьи Котельниковой В.К. рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Азимут» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; далее – общество «Азимут»), общества с ограниченной ответственностью «Новосибирская аграрная компания» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; далее – общество «НАК») на определение Арбитражного суда Новосибирской области от 28.11.2022 (судья Агеева Ю.М.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 03.02.2023 (судьи Усанина Н.А., Иващенко А.П., Сбитнев А.Ю.) по делу № А45-6926/2021 о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Доронинское» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; далее – общество «Доронинское», должник), принятые по заявлению общества «НАК» о включении требования в реестр кредиторов должника.

Третьи лица: ФИО2 и финансовый управляющий его имуществом – ФИО3, общество с ограниченной ответственностью «Сибирская аграрная компания» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; далее – общество «САК»).

Путём использования систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Новосибирской области (судья Нехорошев К.Б.) в заседании участвовали представители: общества «Азимут» – ФИО4 по доверенности от 10.11.2022, общества «НАК» – ФИО5 по доверенности от 19.04.2023.

Суд установил:

в рамках дела о банкротстве общества «Доронинское» 27.08.2021 общество «НАК» обратилось в арбитражный суд с заявлением о включении требования в реестр требований кредиторов должника.

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 08.12.2021 отказанов удовлетворении заявления общества «НАК», поскольку на момент рассмотрения требования у заявителя отсутствует право требование указанной суммы займа, ввиду его передачи по договору цессии и его дальнейшего перехода путём зачёта к должнику.

Определением арбитражного суда от 31.08.2022 удовлетворено заявление общества «НАК» о пересмотре определения арбитражного суда от 08.12.2021 по новым обстоятельствам; определение арбитражного суда от 08.12.2021 отменено.

Общество «НАК» ходатайствовало об уточнении заявления – увеличении размера требований до 268 525 164,13 руб., в числе которых: 197 440 456,92 руб. основного долга, 31 004 294,46 руб. процентов за пользование займом, 40 080 412,75 руб. процентов за неправомерное пользование чужими денежными средствами.

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 28.11.2022, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 03.02.2023, требования общества «НАК» в сумме 228 444 751,38 руб., в числе которых: 197 440 456,92 руб. основного долга, 31 004 294,46 руб. процентов за пользование займом, признаны подлежащим удовлетворению после погашения требований кредиторов должника, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), то есть в очерёдности, предшествующей распределению ликвидационной квоты. В остальной части требований отказано.

Участники обособленного спора подали кассационные жалобы, в которых:

общество «Азимут» просит отменить определение арбитражного суда от 28.11.2022 и постановление апелляционного суда от 03.02.2023 в части признания обоснованным требования общества «НАК» в сумме 228 444 751,38 руб., в числе которых: 197 440 456,92 руб. основного долга, 31 004 294,46 руб. процентов за пользование займом, принять в указанной части новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований;

общество «НАК» просит отменить определение арбитражного суда от 28.11.2022 и постановление апелляционного суда от 03.02.2023, принять новый судебный акт о включении в третью очередь реестра требований кредиторов должника требования в сумме 268 525 164,13 руб., в числе которых: 197 440 456,92 руб. основного долга, 31 004 294,46 руб. процентов за пользование займом, 40 080 412,75 руб. процентов за неправомерное пользование чужими денежными средствами.

В кассационной жалобе общества «Азимут» приведены доводы о том, что оспариваемые судебные акты вынесены с нарушением норм материального права, судами не применены положения статьи 170 ГК РФ, неправильно распределено бремя доказывания – общество «НАК» освобождено от опровержения разумных и существенных сомнений; вывод судов о недоказанности транзитного характера заёмных правоотношений является необоснованным.

Общество «Азимут» указывает на то, что заём, на основании которого общество «НАК» предъявило свои требования, предоставлен обществу «Доронинское» за счёт его же (должника) имущества, что не опровергнуто обществами «НАК» и «САК»; из банковских выписок по счетам общества «НАК» видно, что в 2013 общество «НАК» купило товары на сумму 133 900 000 руб., а продало на 284 800 000 руб., то есть дельта (разница) между купленным и проданным товаром составляет более 150 000 000 руб.; общество «НАК» не обладало собственными денежными средствами, достаточными для выдачи спорного займа в сумме около 200 000 000 руб.

По мнению общества «Азимут», должник и общество «НАК», будучи полностью аффилированными и подконтрольными единому центру – ФИО2, при совершении сделки по займу преследовали цель ухода от налогообложения.

Общество «НАК» ссылается на то, что предоставление займов должнику, выдача поручительства перед банком имели целью укрупнение общества «Доронинское» в качестве производителя сельскохозяйственной продукции в Тогучинском районе Новосибирской области, увеличение его производственных мощностей, с целью повышения своих доходов; напрямую от деятельности должника общество «НАК» доходов не получало и получать не могло, равно как не предоставляло обществу «Доронинское» компенсационного финансирования; в период предоставления займов общество «НАК» не являлось аффилированным лицом по отношению к должнику, а общество «Доронинское» не имело признаков финансового кризиса, в период когда такие признаки возникли, общество «НАК» не имело возможности реализовать своё право требования как по причине не наступления срока возврата займа, так и по причине уступки права требования ФИО2

С позиции общества «НАК», доказательств возникновения просроченной задолженности должника ранее 15.09.2018 материалы дела не содержат; расчёт процентов за неправомерное пользование чужими денежными средствами в сумме 40 080 412,75 руб. участниками спора не оспорен.

В судебном заседании представители участвующих в обособленном споре лиц поддержали свои доводы и возражения.

Проверив в пределах, предусмотренных статьями 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), правильность применения судами норм материального права и соблюдение процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, суд округа не находит основания для удовлетворения кассационных жалоб.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между обществом «НАК» (заимодавец) и обществом «Доронинское» (заёмщик) заключён договор займа от 02.12.2013 № 03/021213/НАК-Д (далее – договор займа от 02.12.2013), по условиям которого заимодавец предоставил заёмщику денежные средства в сумме, не превышающей 250 000 000 руб. под 3 % годовых, на срок до 31.12.2020.

Согласно пункту 1.3 договора возврат суммы займа (отдельных частей) производится заёмщиком по требованию заимодавца, в течение двух дней с момента получения требования. Сумма займа считается возвращённой заёмщиком в момент передачи (получения) займодавцу(ом) всей суммы займа.

В пункте 3.1 договора указано, что в случае, когда заёмщик не возвращает в срок сумму займа, займодавец имеет право требовать уплаты процентов за неправомерное пользование чужими денежными средствами в размере 0,1 % от суммы займа за каждый день просрочки возврата.

Перечисления денежных средств по договору займа подтверждены платёжными поручениями на сумму 201 859 000 руб.

Обществом «Доронинское» осуществлён частичный возврат денежных средств в сумме 19 727 000 руб., в числе которых: 10 667 000 руб. в погашение суммы основного долга, 9 060 000 руб. процентов за пользование займом.

Между публичным акционерным обществом Банк ВТБ 24 (кредитор) и обществом «Доронинское» (заёмщик) заключено кредитное соглашение от 19.05.2014 № 721/0640-0000133 (далее – кредитное соглашение), по условиям которого заёмщик получил кредит в сумме 60 000 000 руб. сроком на 5 лет под 12,4 % годовых.

Поручителями по кредитному договору выступили: общество «НАК», ФИО6, общество «САК», ФИО7, ФИО2, ФИО8, ФИО9, закрытые акционерные общества «СПАС», «Элеватор», общество с ограниченной ответственностью «Сибирские хлеборобы».

На дату заключения кредитного соглашения (19.05.2014) и выдачу поручительства обществом «НАК» за общество «Доронинское» на сумму 60 000 000 руб., долг общества «Доронинское» перед обществом «НАК» составлял 65 820 000 руб.

Между обществом «НАК» (цедент), ФИО2 (цессионарий) и обществом «Доронинское» (должник), заключён договор уступки права требования от 03.10.2016 № 07/031016/НАК-ПВВ (далее – договор цессии от 03.10.2016), по условиям которого цедент уступает, а цессионарий принимает право требования по договору займа от 02.12.2013, заключённому между цедентом и должником.

Стоимость уступаемого права требования составила 201 538 668,44 руб.

ФИО2 принял уступленное требование, однако оплату обществу «НАК» не произвёл.

Заявлением о зачёте встречных однородных требований от 29.11.2018 (далее – заявление о зачёте от 29.11.2018) общество «Доронинское» осуществило односторонний зачёт своего права требования к ФИО2, который был основан, в том числе, на договоре займа от 02.12.2013 и договоре цессии от 03.10.2016.

Определением суда от 23.07.2021 в отношении общества «Доронинское» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждён ФИО10

Определением арбитражного суда от 18.10.2021 в третью очередь реестра требований кредиторов должника включены требования Администрации Тогучинского района Новосибирской области в сумме 1 483 840,12 руб., в числе которых: 561 514,32 руб. основного долга, 922 325,80 руб. неустойки, основанные на решении Арбитражного суда Новосибирской области от 11.06.2021 по делу №А45-3838/2021 (задолженность по договорам аренды от 16.05.2005 № 1, от 21.06.2013 № 6/3, (за период с 15.09.2018 по 15.12.2020), от 20.03.2009 № 6/2 (за период с 15.12.2018 по 15.12.2020), неустойка за период с 16.12.2012 по 01.02.2021).

Определением арбитражного суда от 16.12.2021 по делу № А45-15071/2019 признан недействительным договор цессии от 03.10.2016, применены последствия его недействительности в виде взыскания с ФИО2 в пользу общества «НАК» денежных средств в сумме 201 538 668 руб.; отказано в удовлетворении заявления о признании недействительным договора уступки права требования от 01.10.2018, дополнительного соглашения от 17.12.2018 к договору уступки права требования от 01.10.2018, заключённых между обществом «Доронинское» и ФИО8, заявления о зачёте от 29.11.2018, выполненное обществом «Доронинское».

Определением арбитражного суда от 15.08.2022 отменено определение арбитражного суда от 16.12.2021 по новым обстоятельствам в части применения последствий недействительности договора цессии от 03.10.2016, принят новый судебный акт о применении последствий недействительности в виде восстановления права требования общества «НАК» к обществу «Доронинское» задолженности по договору займа в сумме 201 538 668 руб.

Ссылаясь на наличие неисполненных денежных обязательств, общество «НАК» обратилось в арбитражный суд с указанным заявлением.

Признавая часть требований в сумме 228 444 751,38 руб., в числе которых: 197 440 456,92 руб. основного долга, 31 004 294,46 руб. процентов за пользование займом обоснованными, подлежащими погашению в очерёдности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, суд первой инстанции руководствовался разъяснениями, содержащимися в пунктах 3.2, 3.3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утверждённом Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020),и исходил из непредставления кредитором разумных объяснений относительно предоставлению должнику, находящемуся в состоянии имущественного кризиса, отсрочки исполнения обязательств по оплате предъявленных договоров, экономических мотивов совершения действий по отказу от принятия мер к истребованию задолженности.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований в части включения в реестр требований кредиторов должника суммы 40 080 412,75 руб. процентов за неправомерное пользование чужими денежными средствами (штрафные санкции), суд первой инстанции исходил из отсутствия сведений о предъявлении требования о возврате займа, согласно пунктам 1.3 и 3.1 договора.

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции, отметив, что должником не опровергнуто расходование полученных денежных средств в собственных предпринимательских целях, благодаря полученному займу и иным займам, которые были предметом рассмотрения требований ФИО2; общество «Доронинское» приступило к реализации инвестиционного проекта: строительству молочного завода и животноводческого комплекса, приобретению стада большой численности и земельных участков – посевных площадей, сельхоз техники, а так же денежные средства были потрачены на выплату заработной платы, погашение текущих обязательств, при этом общество «Доронинское» частично возвращало заём, что свидетельствует о реальности заёмных отношений.

Выводы арбитражного суда первой и апелляционной инстанций соответствуют фактическим обстоятельствам, имеющимся в деле доказательствам и применённым нормам права.

Так, установление размера требований кредиторов в процедуре конкурсного производства осуществляется в порядке, предусмотренном статьёй 100 Закона о банкротстве) (абзац второй пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве).

В силу статьи 100 Закона о банкротстве кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в любой момент в ходе конкурсного производства. Указанные требования направляются в арбитражный суд и конкурсному управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность этих требований документов. Указанные требования включаются конкурсным управляющим в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов. При рассмотрении требования кредитора в деле о несостоятельности (банкротстве) арбитражный суд проверяет его обоснованность и наличие оснований для включения в реестр требований кредиторов должника.

Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводитк нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Основанием к включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 № 305-ЭС18-413, от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197).

Сложившейся судебной практикой при рассмотрении требований в ситуации включения в реестр аффилированного кредитора выработаны критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с лицом, заявившем о включении требованийв реестр, и заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором, - на последнего переходит бремяпо опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключённого соглашения (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017№ 306-ЭС16-20056 (6), от 11.07.2017 № 305-ЭС17-2110, от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784).

В соответствии с позицией Верховного Суда Российской Федерации, содержащейсяв определении от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197, при рассмотрении требования аффилированного (фактически аффилированного) кредитора применяется повышенный стандарт доказывания – «за пределами любых разумных сомнений»: если стороны настоящего дела действительно являются аффилированными, к требованию истца должен быть применён ещё более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредиторув деле о банкротстве. Такой истец должен исключить любые разумные сомненияв реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе, повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшенияв интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихсяна долю кредиторов независимых (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6), от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав. При этом наличие в действиях стороны злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во взыскании долга (пункты 1 и 2 статьи 10 ГК РФ), абзац четвёртый пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым заинтересованность (аффилированность) лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очерёдности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными.

Вместе с тем из указанного правила имеется ряд исключений, которые проанализированы в Обзоре от 29.01.2020, обобщившим правовые подходы, позволяющие сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очерёдности (субординации) требования аффилированного с должником лица.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 2, 3.1, 3.2, 3.4 Обзора от 29.01.2020, при наличии любого из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, считается, что должник находится в трудном экономическом положении (далее – имущественный кризис) и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве.

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее – компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции договора займа, то есть избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 ГК РФ).

Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям – оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ (далее – очерёдность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса.

Данные разъяснения касаются, в том числе, предоставления финансирования, оформленного договором займа.

Кроме того, в пункте 3.2 Обзора от 29.01.2020 разъяснено, что невостребование контролирующим лицом займа в разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся, равно как отказ от реализации права на досрочное истребование займа, предусмотренного договором или законом (например, пункт 2 статьи 811, статья 813 ГК РФ), или подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа по существу являются формами финансирования должника.

При этом не устранённые контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора от 29.01.2020).

Поскольку судами установлено, что кредитор и должник являются аффилированными лицами, кредитор подтвердил объективными доказательствами наличие у должника задолженности по договорам займа в сумме 228 444 751,38 руб., которая является компенсационным финансированием, очерёдность удовлетворения признанного обоснованным части заявленного требования кредитора до очерёдности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, понижена правомерно.

Доводы, изложенные в кассационных жалобах, отклоняются.

Обстоятельства обоснованности требования кредитора устанавливаются судами первой и апелляционной инстанции путём оценки имеющихся в деле доказательстви доводов лиц, участвующих в деле.

Фактические обстоятельства установлены арбитражными судами в результате полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств в их совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 АПК РФ с учётом строгого стандарта доказывания, нарушений норм процессуального права не допущено.

Приведённые в кассационных жалобах доводы не свидетельствуют о нарушении судами первой и апелляционной инстанции норм права, по существу сводятсяк несогласию с оценкой обстоятельств обособленного спора.

Несогласие заявителей кассационных жалоб с оценкой обстоятельств дела и иное толкование ими положений действующего законодательства не являются основаниемдля отмены обжалуемых судебных актов суда в кассационном порядке.

Поскольку оснований, предусмотренных статьёй 288 АПК РФ, для отмены обжалуемых судебных актов не имеется, кассационные жалобы удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Новосибирской области от 28.11.2022 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 03.02.2023 по делу № А45-6926/2021 оставить без изменения, а кассационные жалобы без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 АПК РФ.

 

Председательствующий                                                                                   Н.В. Лаптев

 

Судьи                                                                                                                  Н.Б. Глотов

 

ФИО1