АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

24 августа 2022 года

Дело №

А56-89916/2018

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Зарочинцевой Е.В., судей Мирошниченко В.В., ФИО1,

при участии конкурсного управляющего ФИО2, представителей ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 20.12.2021), ФИО5 – ФИО6 (доверенность от 20.09.2021),

рассмотрев 17.08.2022 в открытом судебном заседании кассационные жалобы конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Цветков Консалтинг» ФИО2 и ФИО3 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 28.03.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.05.2022 по делу № А56-89916/2018/суб.1, 

 

у с т а н о в и л:

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и      Ленинградской области от 29.03.2019 ООО «Цветков Консалтинг»                       (адрес: 197374, Санкт-Петербург, Яхтенная ул., д. 3, корп. 2, лит. А, пом. 30Н, ОГРН 

<

***>, далее – Общество) признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура банкротства – конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО7.

В рамках процедуры конкурсного производства 10.01.2021 конкурсный управляющий ФИО7 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении  контролировавших деятельность должника лиц, – ФИО5 и ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества в размере 11 977 921,60 руб. (с окончательным определением размера после выполнения мероприятий процедуры конкурсного производства и осуществления расчетов с кредиторами).

Определением арбитражного суда от 18.02.2022 полномочия конкурсного управляющего ФИО7 были прекращены в связи со смертью, новым конкурсным управляющим должником утвержден ФИО2, член Саморегулируемой организации Союз арбитражных управляющих «Авангард».

Определением арбитражного суда от 28.03.2022, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.05.2022, в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим требований отказано.

В кассационных жалобах конкурсный управляющий ФИО2 и конкурсный кредитор ФИО3, ссылаясь на нарушение и неправильное применение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, просят отменить определение от 28.03.2022 и постановление от 31.05.2022, принять по обособленному спору новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО3 представитель ответчика ФИО8 просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, считая их законными и обоснованными.

В судебном заседании конкурсный управляющий ФИО2 и представитель ФИО3 поддержали доводы кассационных жалоб, представитель ответчика ФИО5 возражал против их удовлетворения.

Иные участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в силу статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения кассационных жалоб.

Проверив в порядке статей 286, 287 АПК РФ правильность применения судами норм материального и процессуального права при принятии судебных актов судов первой и апелляционной инстанций, а также соответствие выводов судов установленным фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, суд округа приходит к выводу о наличии правовых оснований для отмены обжалуемых судебных актов.

Как следует из материалов дела, определением от 20.07.2018 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) Общества, определением от 17.10.2018 введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО9

Решением от 29.03.2019 Общество признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО7

Определением арбитражного суда от 18.02.2022 полномочия конкурсного управляющего ФИО7 прекращены в связи со смертью, новым конкурсным управляющим утвержден ФИО2

Обращаясь в арбитражный суд с настоящими требованиями, конкурсный управляющий просил привлечь ответчиков к субсидиарной ответственности на основании пункта 4 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), ссылаясь на наличие презумпций вины контролировавших должника лиц в виде непередачи и отсутствия у управляющего бухгалтерской документации должника и совершения контролирующими Общество лицами экономически невыгодных сделок.

При этом заявитель также отмечал резкое снижение показателей активов должника, начиная с 2014 года, в 2015 году и к 2018 году, когда указанный показатель стал равняться нулю, при нераскрытии оснований выбытия активов и их состава, а также непредоставлении бухгалтерских балансов за 2012 и 2018 годы.

Также конкурсный управляющий указывал на противоречивую позицию  ответчиков относительно существования бухгалтерской документации Общества. Так, ФИО5 отрицал ведение бухгалтерского учета в связи с применением налогоплательщиком упрощенной системы налогообложения, а ФИО8 утверждал, что документы бухгалтерского учета и отчетности у ФИО5 имеются, бухгалтерский учет велся.

В отношении экономически невыгодных сделок заявитель ссылался на следующие операции:

- перечисление денежных средств в пользу ООО «Джет Консалтинг» в размере 327 454,88 руб. (сделка признана недействительной постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.07.2020 по делу                         № А56-89916/2018/сд.3);

- перечисление в качестве дивидендов ФИО5 215 000 руб. (сделка признана недействительной постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.12.2020 по обособленному спору № А56-89916/2018/сд.1);

- перечисление денежных средств (выплата дивидендов) в период с 23.05.2014 по 19.08.2015 на счета ФИО5 и ФИО8 в общей сумме 1 800 000 руб. (сделка признана недействительной определением Арбитражного суда города      Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.12.2020 по делу № А56-89916/2018/сд.4); 

- перечисление денежных средств в сумме 50 000 руб. в пользу       ФИО8 (в признании сделки недействительной отказано определением от 04.07.2020 по обособленному спору № А56-89916/2018/сд.2 в связи с добровольным возвратом ответчиком денежных средств в конкурсную массу).

Кроме того, заявитель указывал на то, что контролировавшие Общество лица предприняли попытку инициировать фиктивное банкротство, что подтверждается, по его мнению, фактом признания решением Приморского районного суда города Санкт-Петербурга от 07.05.2019 по делу№N 2-1469/2019 ничтожным договора на оказание бухгалтерских услуг, задолженность по которому послужила основанием для обращения кредитора ФИО10 в суд с заявлением о банкротстве Общества.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что банкротство должника и невозможность осуществления расчетов с кредиторами явились следствием риска предпринимательской деятельности, а не противоправных действий контролировавших должника лиц, в связи с чем в данном случае не имеется оснований для их привлечения к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктом 4 статьи 10, статьей 61.11 Закона о банкротстве.

Оценив доводы заявителя и установленные по делу обстоятельства, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что объективное банкротство должника наступило в связи с присуждением Обществу по результатам спора с ФИО3 возврата значительной суммы денежных средств, при том, что заключая эту сделку, должник, рассчитывая на получение прибыли, произвел затраты на исполнение договора.

При этом суд указал, что из материалов дела не следует, что неисполнение заключенного с ФИО3 договора имело место не в силу обычных рисков предпринимательской деятельности в сфере поставки товаров и выполнения работ, связанных с недостижением требований к их качеству, а в результате противоправных действий участников Общества и его руководителя.

Суд также указал, что из совокупности представленных в дело доказательств и приведенных пояснений следует, что у должника не имелось активов, сведения о которых были бы сокрыты в результате непередачи какой-либо бухгалтерской документации должника, а ФИО5 опровергнута презумпция его ответственности в связи с отсутствием или неполнотой документов бухгалтерского учета должника.

С учетом представленных в распоряжение конкурсного управляющего сведений и документации оснований для вывода о недобросовестности бывшего руководителя Общества и сокрытия им сведений, которые                          имели бы существенное значение для формирования конкурсной массы, не имеется.

При этом ФИО8, исходя из положений статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», лицом, ответственным за хранение бухгалтерской документации должника и оформление его хозяйственных операций, не является, и доказательств его участия в организации ведения бухгалтерского учета и отчетности Общества не представлено.

        Сопоставив размер признанных недействительными платежей с оборотами, обычными для хозяйственной деятельности Общества, суд первой инстанции сделал вывод о том, что списание указанных сумм само по себе не могло повлечь банкротства должника.

Суд апелляционной инстанции поддержал указанные выводы суда первой инстанции, также указав, что совершение оспоренных конкурсным управляющим сделок не повлекло негативных последствий для должника, поскольку Общество продолжало осуществлять хозяйственную деятельность и после совершения оспоренных сделок, что подтверждается движением денежных средств по банковской выписке (расчетами с контрагентами) и документами, переданными конкурсному управляющему.

Суд кассационной инстанции считает, что, оставляя требования конкурсного управляющего должником о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, судами не учтено следующее.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве, частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений                    о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной                      статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня   вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона                             № 266-ФЗ.

Как верно указано судами, поскольку в данном случае обстоятельства, которые, по мнению конкурсного управляющего, явились основанием для возникновения у ответчиков субсидиарной ответственности, имели место в 2012 - 2018 годах, следовательно, к спорным правоотношениям за период до 30.07.2017 подлежат применению положения статьи 10 Закона о банкротстве, а после указанной даты – действующие нормы Закона о банкротстве об основаниях субсидиарной ответственности.

В абзаце четвертом пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве содержится презумпция о наличии причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при отсутствии документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

        По смыслу указанной нормы также, пока не доказано иное,  предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в том числе, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона (абзац третий пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Аналогичные основания для субсидиарной ответственности и     презумпции предусмотрены действующими положениями статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В силу пункта 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве и абзаца первого статьи 1080 ГК РФ, если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно. В целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. Пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой (пункт 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 22 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996     № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении вопросов, связанных с ответственностью учредителя (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, необходимо учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Как следует из материалов дела, ООО «Цветков консалтинг» зарегистрировано в качестве юридического лица 15.02.2010; основным видом деятельности Общества указана торговля оптовая водопроводным и отопительным оборудованием и санитарно-технической арматурой.

Участниками Общества с долей участия по 50% являются ФИО8 и ФИО5, а генеральным директором Общества являлся ФИО5

Таким образом, как ФИО5, так и ФИО8 контролировали деятельность должника и являлись его бенефициарными владельцами.

Обоснованность требований кредитора ФИО3 подтверждена вступившим в законную силу решением Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 19.07.2017 по делу № 2-2200/2017, принятым по иску кредитора к Обществу о взыскании 4 787 868 руб. 05 коп. стоимости непоставленного оборудования по договору от 28.02.2011 № 28/02/2011, по условиям которого Общество приняло на себя обязательства выполнить комплекс работ «под ключ» по поставке и монтажу оборудования для бассейна.

Таким образом, обязательства перед кредитором ФИО3 возникли из заключенного с должником договора в 2011 году, по которому 31.12.2011 и 16.05.2014 сторонами были подписаны акты сверок, подтверждающие наличие задолженности перед кредитором соответственно в размере 2 374 887 руб. и 4 817 546,05 руб., первая претензия была направлена ФИО3 в адрес должника 09.12.2014.

При обращении в суд с заявлением о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий ссылался на отсутствие бухгалтерской документации должника, что не позволяет в полной мере проанализировать хозяйственную деятельность Общества за период с 2013-2018 г.г.

При этом руководитель должника не представил ни оборотно-сальдовые ведомости за 2013-2018 г.г., ни первичные документы, обосновывающие состав активов должника и правомерности их выбытия, что не позволило проследить изменения, касающиеся размера и состава активов, осуществить мероприятия по взысканию, а также принять меры к поиску имущества.   

В ходе рассмотрения обособленного спора об истребовании документов отказ в удовлетворении заявления был обусловлен заявлением ответчика об отсутствии истребуемой документации, те есть исключительно невозможностью исполнения судебного акта.

При этом судами сделан вывод, что обязанность по ведению книги учета фактов хозяйственной деятельности должника контролирующими лицами не исполнялась, регистры бухгалтерского учет Обществом не заполнялись, не велись и не были переданы конкурсному управляющему.

Как указано в постановлениях судов апелляционной и кассационной инстанций по обособленному спору № А56-89916/2018/истр.2 отсутствие учетной политики у бывшего единоличного органа не означает ее отсутствие в принципе.

Невыполнение требования закона о предоставлении первичных бухгалтерских документов или отчетности приравнивается к их отсутствию.

Сокрытие документов бухгалтерского учета, равно как и их уничтожение, имеет одинаковые последствия – отсутствие у конкурсного управляющего информации о хозяйственной деятельности должника, его активах, невозможность выполнения возложенных на него обязанностей, в том числе по оспариванию сделок должника и формированию конкурсной массы.   

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 23.07.2020 по делу № А56-89916/2018/истр.1 установлено уничтожение копий документов должника, однако оригиналы запрашиваемых документов также не были переданы конкурсному управляющему.

Судом кассационной инстанции сделан вывод о наличии негативных последствий по неисполнению обязанности по  ведению бухгалтерского учета, позволяющего определить основания, по которым производились списания активов должника, а также непринятию мер по восстановлению утраченной документации и передаче информации конкурсному управляющему.

Добросовестный и разумный руководитель в случае утраты документации, в том числе по независящим от него обстоятельствам, обязан совершить действия по ее восстановлению (в частности, путем направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления первичной документации и т.д.) и дальнейшей передачи документации конкурсному управляющему должника.

Доказательства совершения таких действий в материалах дела отсутствуют и суду не представлены, в том числе и в обособленных спорах об истребовании документов в рамках дела о банкротстве должника.

Таким образом, судами первой и апелляционной инстанций, несмотря на наличие судебных актов, указывающих на факты недобросовестного поведения бывшего руководителя должника, сделан необоснованный вывод об отсутствии признаков неправомерного поведения контролирующих должника лиц вследствие непредставления конкурсному управляющему всей необходимой для ведения процедуры банкротства документации о финансово-хозяйственной деятельности должника.

Судами первой и апелляционной инстанций также сделан вывод о том, что негативные последствия признанных недействительными сделок нивелированы результатами их оспаривания – применением последствий недействительности  (взысканием денежных средств).

Данные выводы, по мнению суда кассационной инстанции, противоречат следующим обстоятельствам. 

Судом установлено, что должником в преддверии банкротства произведено отчуждение наиболее ликвидных активов (денежных средств) в пользу контролирующих должника лиц – ФИО5 и ФИО8

Суд признал недействительными сделками платежи ООО «Цветков Консталтинг» по выплате дивидендов, совершенные в период с 23.05.2014 по 19.08.2015 в пользу названных лиц в общей сумме 1 8000 000 руб. (по 900 000 руб. в пользу каждого) (определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.12.2020).

 Общая сумма оспоренных в рамках дела о банкротстве должника сделок, совершенных контролирующими должника лицами, составила 2 392 454,88 руб.

При этом недобросовестность их действий подтверждена вступившими в законную силу судебными актами.

Поскольку руководитель Общества, осуществляя свою деятельность, должен принимать решения и действовать в интересах самого Общества и его кредиторов, проявлять высшую степень заботливости и осмотрительности с целью недопущения ухудшения его финансового состояния, совершение противоположных действий при руководстве хозяйственной деятельностью Общества, приведших к его банкротству, означает наличие вины руководителя  в наступлении банкротства юридического лица.

Совершение сделок на заведомо невыгодных для должника условиях, признанных судами недействительными, послужило причиной возникновения неплатежеспособности должника, а также повлекло причинение реального ущерба Обществу и его кредиторам.

Конкурсный управляющий обращал внимание на то, что в бухгалтерском балансе должника за 2014 год величина оборотных активов ООО «Цветков Консалтинг» составляла 16 086 000 руб., после чего произошло резкое сокращение величины оборотных активов в результате выбытия производственных запасов.

В соответствии с бухгалтерским балансом Общества уже в 2014 году очевидно просматривается динамика на снижение показателей стоимости совокупных активов должника, так к концу года данный показатель составил 11 685 000 руб. (сокращение почти на 30%).

При этом, как отмечалось ранее, требование о возврате денежных средств было направлено ФИО3 именно в 2014 году.

В 2015 году наблюдается резкое сокращение величины оборотных активов ООО «Цветков Консалтинг», что обусловлено выбытием его производственных запасов (сократились на 75%). В этот период на 99% оборотные активы Общества были представлены производственными запасами.

Оспоренные в рамках дела о банкротстве Общества сделки, совершенные под влиянием ответчиков, совершены за период с 17.05.2016 по 25.05.2016 (сд.1), 30.06.2016 (сд.2), с 12.10.2015 по 20.10.2016 (сд.3), с 23.05.2014 по 19.08.2015 (сд.4).

Таким образом, на момент совершения оспоренных сделок должник уже имел задолженность перед кредитором ФИО3, резкое сокращение активов наблюдается уже в 2015 году, в связи с чем выводы суда апелляционной инстанции об осуществлении успешной предпринимательской деятельности на момент совершения указанных сделок не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. 

Указанные действия контролирующих должника лиц по выводу денежных средств за период с 2014 по 2016 г.г. направлены исключительно на причинение вреда кредиторам в целях уменьшения  конкурсной массы и уклонение от исполнения финансовых обязательств перед кредиторами должника, однако судами первой и апелляционной инстанций указанные обстоятельства не приняты во внимание, что привело к принятию судебных актов, нарушающих баланс интересов кредиторов и должника.

Все вышеуказанные обстоятельства были раскрыты конкурсным управляющим как в его заявлении, так и в ходе судебного разбирательства, достоверно подтверждены представленными доказательствами.

 С учетом изложенного, суд кассационной инстанции приходит к выводу, что обжалуемые судебные акты приняты при неправильном применении норм материального права, а содержащиеся в них выводы противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам.

 Ввиду неправильного применения судами норм материального права на основании частей 1 и 2 статьи 288 АПК РФ обжалуемые судебные акты подлежат отмене.

 Суд кассационной инстанции считает, что указанные обстоятельства дают основания для привлечения ФИО5 и ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, исполнение которых стало невозможным в результате их совместных действий.

 С учетом изложенного и принимая во внимание, что по настоящему делу не требуется установления каких-либо новых фактических обстоятельств, суд кассационной инстанции считает возможным на основании пункта 2 части 1 статьи 287 АПК РФ, не передавая спор на новое рассмотрение, принять новый судебный акт, которым признать обоснованными требования конкурсного управляющего должником о привлечении контролирующих должника лиц – ФИО5 и ФИО8 – к  субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам должника.

         Поскольку в настоящее время не представляется возможным определить размер ответственности ответчиков, производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего в части установления размера субсидиарной ответственности подлежит приостановлению до окончания расчетов с кредиторами в рамках дела о банкротстве.

          Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 28.03.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.05.2022 по делу № А56-89916/2018/суб.1 отменить.

   Привлечь ФИО5, ФИО8  к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам должника общества с ограниченной ответственностью «Цветков Консалтинг».

          Производство по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности приостановить до завершения расчетов с кредиторами должника.

 

Председательствующий

Е.В. Зарочинцева

Судьи

 

В.В. Мирошниченко

К.Г. Казарян