РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-5490/24-62-40

г. Москва

10 апреля 2024 г.

Резолютивная часть решения объявлена 28 марта 2024года

Полный текст решения изготовлен 10 апреля 2024 года

 

Арбитражный суд города Москвы в составе

Судьи Жежелевской О.Ю. единолично

при ведении протокола секретарем судебного заседания Юшиной А.А.,

рассмотрев в судебном заседании дело

по иску ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ГОРОДА МОСКВЫ "ЖИЛИЩНИК РАЙОНА ОРЕХОВО-БОРИСОВО ЮЖНОЕ" (115583, 

<

...>, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 09.06.2015, ИНН: 

<

***>)

к ФИО1, ФИО2

о привлечении к субсидиарной ответственности, о взыскании денежных средств в размере 963 160 руб. 00 коп.

при участии:

От истца– Тюрина Л.В. (доверенность от 12.04.2024, диплом), ФИО3 (доверенность от 10.01.2024, диплом).

От ответчика 1 – не явился, извещен.

От ответчика 2 – ФИО4 (доверенность от 16.02.2024) 

 

У С Т А Н О В И Л:

ГБУ г. Москвы «Жилищник района Орехово-Борисово Южное» обратилось в суд с иском к ФИО1, ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности, о взыскании денежных средств в размере 963 160 руб. 00 коп.

Исковые требования мотивированы невозможностью получения денежных средств взысканных с должника судом по причине недобросовестных действий ответчика.

В судебное заседании истец заявленные требования поддержал.

Ответчик 1, извещенный о месте и времени рассмотрения дела надлежащим образом, в судебное заседание не явился, суд счел возможным рассмотрение дела в его отсутствие в порядке ст.ст. 123, 156 АПК РФ.

Ответчик 2, заявленные требования не признал по доводам письменного отзыва на иск.

Выслушав стороны, изучив материалы дела, оценив представленные доказательства с позиции статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему:

В ходе судебного разбирательства судом установлено, что решением Арбитражного суда г. Москвы по делу по делу № А40-17668/2020 от 06 марта 2020 года и Постановлением Девятого Арбитражного суда г. Москвы исковые требования ГБУ «Жилищник района Орехово-Борисово Южное» о взыскании с ООО «СИМВОЛ-СТР» выплаченного аванса в размере 963 160 рублей 00 копеек, проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 44 199 руб., расходы по уплате государственной пошлины в сумме 23 074 руб.  от 04 августа 2020 года, были удовлетворены в полном объеме.

Решение суда в добровольном порядке ООО «СИМВО-СТР» не исполнило.

27.08.2020 г. на основании вышеуказанного решения был выдан исполнительный лист.

25.09.2020 г. Перовским РОСП возбуждено исполнительное производство № 176323/20/77021-ИП. Исполнительное производство находилось на исполнении у судебного пристава-исполнителя Перовского РОСП ФИО5

22.09.2022 года ООО «Символ-СТР» на основании решения налогового органа было исключено из ЕГРЮЛ, в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений, в отношении которых внесена запись о недостоверности и на основании п.7 ч. 2 ст. 43 Федерального закона № 229-ФЗ от 02.10.2007 г. «Об исполнительном производстве» судебным приставом-исполнителем Перовского РОСП ФИО5 18.10.2022 года было вынесено постановление об окончании исполнительного производства.

Согласно выписки из Единого реестра юридических лиц генеральным директором ООО «СИМВОЛ-СТР» с ЗОЛ 1.2020 года являлся ФИО1, учредителем ФИО2, который до 30.11.2020 года являлся генеральным директором ООО «СИМВОЛ-СТР» и который был подписантом при заключении Государственного контракта № ОБЮ/1686-19 от 12.02.2019 г.

Обращаясь в суд с настоящими требованиями, истец считает, что поскольку генеральный директор ООО «СИМВОЛ-СТР» ФИО1 и учредитель ФИО2, как контролирующие лица должника ООО «СИМВОЛ-СТР» при наличии признаков неплатежеспособности,  не  обратились  в установленный  законом  в  срок  в Арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, данное бездействие не может расцениваться добросовестным, в связи с чем, ответчики подлежат субсидиарной ответственности по долгам исключенного юридического лица.

Возражая против удовлетворения заявленных требований, ответчик оспаривал свою вину в невозможности погашения долга юридического лица.

Суд, анализируя представленные по делу доказательства, доводы и возражения сторон, приходит к следующему:

В пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановления № 62) разъяснено, что лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее - директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

Согласно статье 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

Право на возмещение убытков возникает у кредитора как из нарушения договорного обязательства (статья 393 ГК РФ), так и из деликтного обязательства (статья 1064 Кодекса).

В пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ указаны следующие лица, обязанные возместить убытки: лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени; члены коллегиальных органов юридического лица; лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным выше.

В случае совместного причинения убытков юридическому лицу лица, указанные в пунктах 1 - 3 настоящей статьи, обязаны возместить убытки солидарно (пункт 4 статьи 53.1 ГК РФ).

Исходя из толкования указанной нормы возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 названного Кодекса, к субсидиарной ответственности законодатель ставит в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц; бремя доказывания (обоснования) наличия признаков недобросовестности или неразумности в поведении указанных лиц возлагается законом на истца (пункты 1, 2 статьи 53.1 ГК РФ).

Под действиями (бездействием) контролирующего общества лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной такого неисполнения, то есть те, без которых объективное неисполнение не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение общества, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным неисполнением.

Пунктом 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью установлено, что исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном Федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Пунктом 1 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" (далее также - закон N 129-ФЗ) предусмотрено, что юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность (далее - недействующее юридическое лицо). Такое юридическое лицо может быть исключено из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом.

Согласно пункту 3 статьи 64.2 ГК РФ исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 Кодекса.

Из принципов ограниченной ответственности и защиты делового решения (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве"; далее - постановление Пленума N 53) следует, что подобного рода ответственность не может презюмироваться, даже в случае исключения организации из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа на основании статьи 21.1 Закона о государственной регистрации. При разрешении такого рода споров истец должен доказать, что невозможность погашения долга перед ним возникла по вине ответчика в результате его неразумных либо недобросовестных действий.

При этом само по себе исключение Общества из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, не подтверждение сведений об адресе), равно как и неисполнение обязательств не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с названной нормой.

Требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, привели к тому, что Общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 N 306-ЭС19-18285).

Истец числит за обществом задолженность, на дату исключения общества из ЕГРЮЛ, данная задолженность перед истцом не погашена.

При этом истец не ссылался на какие-либо конкретные действия ответчика, свидетельствующие о недобросовестности. Исключение Общества из ЕГРЮЛ в административном порядке и непогашение задолженности, само по себе не свидетельствует о недобросовестном или неразумном поведении ответчика, повлекшем неуплату долга.

Следовательно, наличие задолженности, не погашенной обществом, не является бесспорным доказательством вины ответчика, как контролирующих лиц Общества, в усугублении финансового положения организации, и безусловным основанием для отнесения на ответчиков убытков, понесенных истцом.

Вопреки доводам истца, материалы дела также не содержат оснований для вывода о том, что именно принятие ответчиком мер к ликвидации общества через процедуру банкротства могло привести к погашению задолженности.

Правом привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности при невыполнении требований закона об обращении в арбитражный суд с заявлением о банкротстве при наступлении обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, обладают только кредиторы, вступая в правоотношения с которыми руководитель должника заведомо знал о том, что данные обязательства не могут быть исполнены.

Истцом таких обстоятельств в отношении бывшего руководителя общества не приведено.

Само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с положениями, закрепленными в пункте 3.1 статьи 3 Закона об обществах.

Кроме того, из принципов ограниченной ответственности и защиты делового решения (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве") следует, что подобного рода ответственность не может и презюмироваться, даже в случае исключения организации из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа на основании статьи 21.1 Закона о государственной регистрации, истец не предоставил каких-либо доказательств недобросовестности либо неразумности в действиях контролирующих деятельность ликвидированного должника лиц, повлекших неисполнение обязательств общества.

По смыслу действующего законодательства привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ; пункту постановление Пленума от 21.12.2017 N 53).

Таким образом, для привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности необходимо установление специальных оснований такой ответственности, предусмотренных гражданским законодательством.

Субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, то есть исключением из принципа ограниченной ответственности участников и правилом о защите делового решения менеджеров, поэтому по названной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах.

По смыслу разъяснений, содержащихся в пункту 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих   должника   лиц   к    ответственности    при   банкротстве"   , институт субсидиарной ответственности применяется только в случае незаконных, недобросовестных действий контролирующих лиц, нарушивших интересы конкурсных кредиторов, но не может применяться в случае принятия неверных управленческих решений, находящихся в пределах обычного делового предпринимательского риска.

При этом, как пояснил ответчик, им были предприняты все возможные действия для исполнения обязательств, возложенных на ООО «СИМВОЛ-СТР» Государственным контрактом № ОБЮ/1686-19. ФИО2 добросовестно приступил к исполнению обязанностей по Контракту, направив полученную часть авансового платежа субподрядчику (платежное поручение № 24 от 10.04.2029 г.).

Судебной практикой подтверждается то, что заявителю необходимо доказать намеренность отрицательно влияющих на предпринимательскую деятельность действий должника.

Вступая в правоотношения со своими контрагентами, общество выступает как самостоятельный субъект предпринимательской деятельности; ООО «СИМВОЛ-СТР» вело обычную хозяйственную деятельность с целью получения прибыли, которая не выходила за пределы обычного делового (предпринимательского) риска и не была направлена на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех контрагентов.

Поскольку материалы настоящего дела не подтверждают факта недобросовестности и/или неразумности поведения ответчиков, а также не подтверждают наличие причинно-следственной связи между поведением контролирующих общество лиц и обстоятельствами неисполнения обязательств перед истцом, суд не усматривает необходимых обстоятельств для возложения на ответчиков субсидиарной ответственности по обязательствам общества.

Судебные расходы по оплате госпошлины распределены судом в соответствии со ст. 110 АПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 4, 8, 9, 11, 12, 15, 53, 54, 64, 393 ГК РФ, ст.ст. 4, 8, 9,  65-69, 70-75, 110, 137, 121, 123. 156, 167, 170, 171, 180, 181 АПК РФ, суд 

 

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

 

Судья:

О.Ю. Жежелевская