СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

634050, г. Томск, ул. Набережная реки Ушайки, 24

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Томск                                                                                                       Дело № А02-100/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 30 января 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 13 февраля 2025 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего                                       Вагановой Р.А.,

судей                                                                       Аюшева Д.Н., 

                                                                                Сухотиной В.М.

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи секретарем судебного заседания Комиссаровой К.В. в судебном заседании в режиме веб-конференции рассмотрел по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дел в арбитражном суде первой инстанции, по апелляционной жалобе акционера открытого акционерного общества «Горно-Алтайский Агроснаб» ФИО1 (№ 07АП-6153/2023 (2)) на решение от 07.02.2024 Арбитражного суда Республики Алтай (судья Амургушев С. В.) дело № А02-100/2023

по иску акционера ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г. рождения (г. Славгород, Алтайский край) в интересах открытого акционерного общества «Горно-Алтайский Агроснаб» к ФИО2, ФИО13 (ранее – ФИО3) Виктории Валерьевне, ФИО4, ФИО5 о взыскании солидарно убытков в размере 33 578 006,93 руб.,

к ФИО5 о признании договора купли-продажи недвижимости от 28.05.2020, заключенного между открытым акционерным обществом «Горно-Алтайский Агроснаб» и ФИО5, недействительным (ничтожным), о взыскании 25 870 993,07 руб.,

при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, общества с ограниченной ответственностью «Глобал-Строй» в лице конкурсного управляющего ФИО6, акционерного коммерческого банка «Ноосфера» (акционерное общество), ФИО7, ФИО8, ФИО9, публичного акционерного общества Банк «Финансовая корпорация Открытие» (ОГРН 

<

***>), финансового управляющего ФИО4 ФИО10, общества с ограниченной ответственностью «Спецстрой» (ИНН 

<

***>), общества с ограниченной ответственностью «Азбука Стали» (ИНН 

<

***>).

В судебном заседании приняли участие представители:

от истца: ФИО11 по доверенности от 22.02.2024, паспорт, диплом (онлайн);

от ответчика ФИО2: ФИО12 по доверенности от 28.01.2023 (на три года), паспорт, удостоверение адвоката (онлайн);

от ответчика ФИО13: ФИО12 по доверенности от 06.02.2023 (на три года), паспорт, удостоверение адвоката (онлайн);

от ответчика ФИО5: ФИО14 по доверенности от 14.05.2024, паспорт, диплом (онлайн);

от третьего лица Банка «Ноосфера»: ФИО15 по доверенности № 79 от 19.09.2024, паспорт, диплом (онлайн);

от третьего лица ООО «Азбука Стали»: ФИО16 по доверенности от 15.08.2024, паспорт, диплом (онлайн);

от иных лиц: без участия (извещены).

Суд

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 как акционер открытого акционерного общества «Горно-Алтайский Агроснаб» (далее – ОАО «Горно-Алтайский Агроснаб», Общество)  обратился в арбитражный суд с иском к ФИО2, ФИО17 как лицам, контролировавшим деятельность Общества, о взыскании в пользу ОАО «Горно-Алтайский Агроснаб» 33 578 006,93 руб. в возмещение причиненных убытков.

В ходе рассмотрения спора к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены открытое акционерное общество «Горно-Алтайский Агроснаб», общество с ограниченной ответственностью «Глобал-Строй» (далее – ООО «Глобал-Строй», ИНН 

<

***>) в лице конкурсного управляющего ФИО6, ФИО5 (далее – ФИО5), акционерный коммерческий банк «Ноосфера» (далее – Банк «Ноосфера»).  

Решением от 07.02.2024 Арбитражного суда Республики Алтай в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с судебным актом, ФИО1 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении исковых требований. В обоснование жалобы ее податель указывает на то, что полученные от продажи недвижимого имущества Общества денежные средства распределены фактически для погашения личных обязательств членов семьи В-ных, в том числе по обязательствам ООО «Глобал-Строй» перед Банком «Ноосфера», в которых В-ны выступали поручителями по кредитному договору, по заёмным обязательствам ФИО17 перед ООО «Азбука Стали». Совершенные в пользу ООО «Ротор» и ООО «Спецстрой» платежи истец полагает произведенными в отсутствие какого-либо встречного предоставления, поскольку ООО «Ротор» обладало признаками «фирмы-однодневки», а ООО «Спецстрой» уклонилось от предоставления документации в подтверждение поставки ТМЦ, сославшись на её утрату. При этом ОАО «Горно-Алтайский Агроснаб», ООО «Спецстрой» и ООО «Глобал-Строй» являются аффилированными лицами, контролируемыми членами семьи В-ных – ответчиками и ФИО4 (далее – ФИО4). 

Ответчиками в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) представлен отзыв на апелляционную жалобу, в котором возражали против удовлетворения апелляционной жалобы.

Определением от 29.05.2024 Седьмой арбитражный апелляционный суд перешел к рассмотрению настоящего дела по правилам, установленным АПК РФ для рассмотрения дел в арбитражном суде первой инстанции. Этим же определением к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены члены Совета директоров Общества ФИО7, ФИО8, ФИО9.

Определением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 03.07.2024 судебное разбирательство отложено; к участию в деле в качестве соответчиков привлечены ФИО4 и ФИО5, в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, – публичное акционерное общество Банк «Финансовая корпорация Открытие» (далее - ПАО БАНК «ФК ОТКРЫТИЕ»).

Определением апелляционного суда от 14.08.2024 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчиков привлечены финансовый управляющий ФИО4 ФИО10, общество с ограниченной ответственностью «Спецстрой», общество с ограниченной ответственностью «Азбука Стали».

Определением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 16.09.2024 по делу А02-100/2023 назначена судебная оценочная экспертиза, проведение которой поручено эксперту общества с ограниченной ответственностью «Алтерра» ФИО18; производство по делу приостановлено. Срок для проведения экспертизы установлен до 31.10.2024. 

От экспертной организации общества с ограниченной ответственностью «Алтерра» поступило де заключение эксперта № 243-10.24 от 05.12.2024.

Определением от 09.01.2025 производство по делу № А02-100/2023 возобновлено, рассмотрение дела отложено, в судебное заседание для дачи пояснений по представленному заключению № 243-10.24 от 05.12.2024 вызван эксперт ФИО18, также эксперту предложено представить в письменном виде пояснения по вопросам, поступившим от сторон.

Ответчик ФИО4, третьи лица ООО «Глобал-Строй», ФИО7, ФИО8, ФИО9, ПАО Банк «Финансовая корпорация Открытие», финансовый управляющий ФИО10, ООО «Спецстрой», надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения информации о дате и времени слушания дела на интернет-сайте суда, явку своих представителей в судебное заседание апелляционной инстанции не обеспечили.

В порядке части 1 статьи 266, частей 1, 3, 5 статьи 156 АПК РФ суд считает возможным рассмотреть исковое заявление в отсутствие представителей указанных лиц.

В ходе разбирательства от истца поступило заявление об изменении исковых требований, ФИО1 просит взыскать солидарно с ФИО17, ФИО2, ФИО4, ФИО5 в пользу ОАО «Горно-Алтайский Агроснаб» убытки в размере 33 578 006,93 руб.; признать договор купли продажи недвижимости от 28.05.2020, заключенный между ОАО «Горно-Алтайский Агроснаб» и ФИО5, недействительным (ничтожным); взыскать с ФИО5 в пользу ОАО «Горно-Алтайский Агроснаб» 25 870 993,07 руб.

К судебному заседанию ФИО1 представлены письменные пояснения по уточненным требованиям, в которых истцом подробно изложены основания дополнительно заявленных требований о признании сделки недействительной и о взыскании с ФИО5 рыночной стоимости имущества, определенной по результатам судебной экспертизы.

Поскольку формулирование исковых требований является правом истца, апелляционная коллегия, руководствуясь частью 1 статьи 49 АПК РФ, принимает изменение исковых требований, требования рассматриваются во вновь заявленном объеме.

Представитель истца пояснил, что требования об оспаривании сделки и о взыскании убытков предъявлены акционером ФИО1 в интересах Общества. 

Как разъяснено в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием о возмещении причиненных корпорации убытков (статья 53.1 ГК РФ), а также об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем, в том числе на стадии исполнения судебного решения, а истцом по делу выступает корпорация (пункт 2 статьи 53 ГК РФ, пункт 1 статьи 65.2 ГК РФ).

В этой связи апелляционный суд привлек ОАО «Горно-Алтайский Агроснаб» к участию в деле в качестве материального истца, исключив его из числа третьих лиц по делу.

Также к судебному заседанию поступили от экспертной организации ООО «Алтерра» пояснения эксперта ФИО18 по вопросам, поступившим от лиц, участвующих в деле. 

От ФИО2, ФИО13 поступили возражения на выводы эксперта с ходатайством о приобщении к материалам дела рецензии на заключение эксперта, исключении из дела заключения эксперта № 243-10.24 от 05.12.2024. Поступило заявление о нарушении прав ФИО5 От ООО «Азбука Стали» поступила письменная позиция с приложением рецензии на заключение судебной экспертизы.

Полученные письменные позиции с приложенными рецензиями, пояснения эксперта приобщены к материалам дела.

От ФИО2, ФИО13 поступило ходатайство о привлечении к участию в деле третьих лиц: акционеров Общества ФИО8; ФИО19; ФИО20.

Рассмотрев заявленное ходатайство, апелляционная коллегия отказала в его удовлетворении исходя из следующего.

Согласно части 1 статьи 51 АПК РФ третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. Они могут быть привлечены к участию в деле также по ходатайству стороны или по инициативе суда.

По смыслу приведенных норм третье лицо без самостоятельных требований - это предполагаемый участник материально-правового отношения, связанного по объекту и составу с тем, какое является предметом разбирательства в арбитражном суде. Основанием для вступления (привлечения) в дело третьего лица является возможность предъявления иска к третьему лицу или возникновения права на иск у третьего лица, обусловленная взаимосвязанностью основного спорного правоотношения между стороной и третьим лицом.

Целью участия третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования, является предотвращение неблагоприятных для них последствий.

Вместе с тем, ответчиками не обосновано, каким образом судебный акт по настоящему делу может повлиять на права и обязанности ФИО19 и ФИО20, как отдельных акционеров Общества (из почти 50 акционеров), с учетом того, что в деле участвует само Общество, на которое возложена обязанность уведомить всех акционеров о рассматриваемом споре. Апелляционный суд учитывает, что спор находится на рассмотрении судов более двух лет, иные акционеры, помимо ФИО1, не заявили о намерении присоединиться к иску; заявление соответствующего ходатайства ответчиками на финальной стадии рассмотрения дела расценивается как направленное на затягивание процесса и срыв судебного заседания.

В отношении ходатайства о привлечении ФИО8 апелляционная коллегия отмечает, что указанное лицо, являвшееся членом Совета директоров, привлечено к участию в деле определением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 29.05.2024, в связи с чем повторное привлечение ФИО8 как акционера не требуется. 

Учитывая отказ в удовлетворении ходатайства о привлечении к участию в деле третьих лиц, апелляционная коллегия также не усматривает оснований для отложения судебного разбирательства, предусмотренных статьей 158 АПК РФ. При этом, апелляционный суд принимает во внимание неоднократное отложение судебного разбирательства, в том числе для ознакомления и изложения позиции по заявлению истца об изменении исковых требований. 

Представители лиц, участвующих в деле, поддержали ранее изложенные ими письменно позиции.

Заслушав представителей сторон и третьих лиц, исследовав представленные в материалы дела доказательства, апелляционный суд полагает исковые требования подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ОАО «Горно-Алтайский Агроснаб» создано путем реорганизации и зарегистрировано Администрацией Майминского района 11.12.1992. Запись об Обществе внесена в Единый государственный реестр юридических лиц 08.10.2002 за ОГРН 

<

***>. Согласно выписке из ЕГРЮЛ основным видом деятельности Общества является аренда и управление собственным или арендованным нежилым недвижимым имуществом. Держателем реестра акционеров является АО «Независимая регистраторская компания Р.О.С.Т.».

ФИО1 является акционером ОАО «Горно-Алтайский Агроснаб», владеющим 1 671 обыкновенной акцией из 7 998 размещенных акций (20,89%), что подтверждается выпиской из реестра владельцев ценных бумаг.

18.09.2019 состоялось заседание Совета директоров ОАО «Горно-Алтайский Агроснаб», по результатам которого были приняты решения, оформленные протоколом № 3/19 (документы представлены с отзывом ФИО2 посредством системы «Мой арбитр» 26.07.2023), о созыве внеочередного Общего собрания акционеров Общества с включением в повестку вопросов относительно заключения крупной сделки, в совершении которой имеется заинтересованность. Совет директоров единогласно принял решение рекомендовать Общему собранию акционеров дать согласие на совершение крупной сделки с заинтересованностью (заинтересованное лицо – ФИО2) – продажи имущества покупателю ФИО5 по цене 33 756 676,93 руб. 

23.10.2019 состоялось внеочередное Общее собрание акционеров, в котором приняли участие акционеры, обладающие 7 485 обыкновенными акциями, что составляет 93,59% от общего числа голосующих акций.

Исходя из протокола внеочередного Общего собрания акционеров от 23.10.2019, акционеры Общества приняли следующее решение: 

«Дать согласие на совершение крупной сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, по продаже имущества. Предметом сделки является имущество, стоимость которого составляет 359% балансовой стоимости активов Общества по состоянию на 30.09.2019, на следующих существенных условиях: 

Стороны обязательства: Продавец - ОАО «Горно-Алтайский Агроснаб», 

Покупатель - ФИО5 (ИНН 

<

***>),

Выгодоприобретатель - ООО «Глобал-Строй» (ОГРН 

<

***>),

Заинтересованное лицо - ФИО2. 

Сделка осуществляется с целью погашения задолженности, для недопущения банкротства общества. 

Предмет сделки - продажа недвижимого имущества: 

- земельный участок площадью 45481 +/-49 кв.м, (кадастровый № 04:01:010409:153); 

- здание конторы площадью 713,5 кв.м, (кадастровый № 04:01:010409:592); 

- часть здания гаража для лег/авто площадью 214 кв.м, (кадастровый № 04:01:010409:498); 

- часть здания (склад №2,3,8,11) площадью 2546 кв.м, (кадастровый № 04:01:010409:556); 

- здание склада «Модуль» площадью 370 кв.м, (кадастровый № 04:01:010409:585); 

- здание склада 10 «Модуль» площадью770 кв.м, (кадастровый № 04:01:010409:591); 

- здание (склад №1) площадью 770 кв.м, (кадастровый № 04:01:010409:587); 

- здание бытовые помещения (2,3,7) площадью102 кв.м, (кадастровый № 04:01:010409:588); 

- здание склада №5 (з/части к с/х машинам) площадью 770 кв.м, (кадастровый № 04:01:010409:582); 

- здание склад №7 (а/резины) площадью 456 кв.м. (кадастровый № 04:01:010409:589), 

Объекты, находятся по адресу: Республика Алтай, 

<

...>. 

Цена сделки - 33 756 676 рублей 93 копейки. 

Срок, в течение которого действительно решение о согласии на совершение крупной сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, составляет - 3 (Три) года с даты его принятия». 

По пятому вопросу повестки собрания акционеров было решено поручить подписать (заключить) договор купли продажи имущества - ФИО17.

Как следует из содержания названного протокола и не оспорено ответчиками, акционер ФИО1 (его правопредшественник) голосовал против принятых решений.

28.05.2020 между ОАО «Горно-Алтайский Агроснаб» (продавцом) и ФИО5 (покупателем) был заключен договор купли-продажи недвижимого имущества (представлен в материалы дела с исковым заявлением, а также ФИО5 через «Мой арбитр» 17.05.2024), по условиям которого Общество реализовало все принадлежащее ему недвижимое имущество, а именно: 

- нежилое помещение с кадастровым номером 04:01:010409:498, площадью 214 кв.м., расположенное по адресу Республика Алтай, 

<

...>;

- нежилое помещение с кадастровым номером 04:01:010409:556, площадью 2546 кв.м., расположенное по адресу Республика Алтай, 

<

...>; 

- здание склада № 5 (з/части к с/х машинам) с кадастровым номером 04:01:010409:582, площадью 770 кв.м., расположенное по адресу Республика Алтай, 

<

...>; 

- здание склада «Модуль» с кадастровым номером 04:01:010409:585, площадью 370 кв.м., расположенное по адресу Республика Алтай, 

<

...>; 

- здание склада № 1 с кадастровым номером 04:01:010409:587, площадью 770 кв.м., расположенное по адресу Республика Алтай, 

<

...>; 

- здание, бытовые помещения с кадастровым номером 04:01:010409:588, площадью 102 кв.м., расположенное по адресу Республика Алтай, 

<

...>; 

- здание склада № 7 (а/резины) с кадастровым номером 04:01:010409:589, площадью 456.5 кв.м., расположенное по адресу Республика Алтай, 

<

...>; 

- здание склада «Модуль» с кадастровым номером 04:01:010409:591, площадью 770 кв.м., расположенное по адресу Республика Алтай, 

<

...>; 

- здание конторы с кадастровым номером 04:01:010409:592, площадью 713,5 кв.м., расположенное по адресу Республика Алтай, 

<

...>;

- земельный участок из земель населенных пунктов, вид разрешенного использования: для размещения и обслуживания производственных объектов, с кадастровым номером 04:01:010409:153, площадью 45459 кв.м., по адресу Республика Алтай, 

<

...> д 29.

Стоимость указанных объектов недвижимости по договору купли - продажи от 28.05.2020 определена в размере 33 756 676,00 руб. (пункт 2.2 договора).  

Покупателем ФИО5 оплата по договору купли - продажи от 28.05.2020 произведена в полном объеме, путем перечисления денежных средств на счет ОАО «Горно-Алтайский Агроснаб» № 

<

***> в АО АКБ «НООСФЕРА».

Согласно выписке по лицевому счету № 

<

***>, 02.06.2020 на счет Общества поступило два платежа по договору купли - продажи от 28.05.2020 в совокупном размере 33 756 676,00 руб. 

Поступившие денежные средства от продажи имущества Общества были  распределены (перечислены) следующим образом:

- 02.06.2020 в пользу АО АКБ «НООСФЕРА» в сумме 28 928 106,93 руб., в назначении платежа указано «за ООО «ГС» по кред. Дог. 

<

***> от 18.06.2015 в счет пог. задол. по дог. строй. подряда б/н от 02.12.15»; 

- 03.06.2020 и 05.06.2020 в пользу ООО «Азбука Стали» в сумме 1 649 900,00 руб., в назначении платежа указано «за ООО «ГС», оплата за ТМЦ по счету № 1120 от 03.06.20, по сч. 1146 от 03.06.20 в счет погашения задолженности по договору строительного подряда б/н от 02.12.15»; 

- 04.06.2020 в пользу ООО «Спецстрой» в сумме 1 000 000,00 руб., в назначении платежа указано «за ООО «ГС», оплата за ТМЦ по сч. 1 от 03.06.20 в счет погашения задолженности по договору строительного подряда б/н от 02.12.15»;

- 04.06.2020 в пользу ООО «Ротор» в сумме 2 000 000,00 руб., в назначении платежа указано «за СМР по договору 03/07 от 27.03.20 за ООО «ГС», в счет погашения задолженности по договору строительного подряда б/н от 02.12.2015». 

Полагая, что реализация недвижимого имущества ОАО «Горно-Алтайский Агроснаб» фактически привела к невозможности осуществления основного вида деятельности Общества, а денежные средства, вырученные от продажи имущества Общества, были направлены на исполнение обязательств за третье лицо - ООО «Глобал-Строй» в отсутствии какой-либо экономической выгоды, ФИО1 обратился в арбитражный суд с иском о взыскании убытков с лиц, осуществлявших руководство юридическим лицом в период совершения сделки, - ФИО2 и Вавилкиной (после смены фамилии – ФИО13) В.В.  

В ходе судебного разбирательства в суде апелляционной инстанции ФИО1 также предъявлены требования о взыскании убытков к ФИО4 и ФИО5 как лицам, получившим выгоду от сделки договора купли-продажи недвижимого имущества, а кроме того, заявлено требование о признании договора купли - продажи от 28.05.2020 недействительным (ничтожным).

Предъявляя требование о признании сделки недействительной, истец ссылался на пункт 2 статьи 174 и на статью 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и указывал, что с учетом определенной по результатам судебной экспертизы рыночной стоимости имущества (59 499 000 руб.) отчуждение имущества явно направлено на причинение ущерба Обществу аффилированными между собой ответчиками; поведение ответчика ФИО5, приобретающего имущество по заниженной цене и одновременно осведомленного, что все полученные по сделке денежные средства поступят не в пользу Общества, а в счет исполнения обязательств третьего лица, не могут быть признаны добросовестными.

Отказывая в удовлетворении исковых требований о взыскании убытков с руководителей Общества, суд первой инстанции исходил из того, что сделка по продаже имущества ОАО «Горно-Алтайский Агроснаб» на условиях, изложенных в договоре купли - продажи от 28.05.2020, была одобрена решением внеочередного Общего собрания акционеров от 23.10.2019, созванного Советом директоров, при этом на дату согласования сделки по продаже недвижимости ФИО2 не входил в состав Совета директоров, а ФИО17, будучи управляющей ОАО «Горно-Алтайский Агроснаб» на основании договора, действовала во исполнение протокола собрания Совета директоров № 3/19 от 18.09.2019 и протокола внеочередного Общего собрания акционеров от 23.10.2019. Кроме того, суд первой инстанции согласился с доводами ответчиков о том, что обязательства ОАО «Горно-Алтайский Агроснаб» перед ООО «Глобал Строй» возникли из договора строительного подряда, в рамках которого ООО ««Глобал-Строй» построило объект, а ОАО «Горно-Алтайский Агроснаб» приняло результаты работ, объект был введен в эксплуатацию.

Апелляционная коллегия полагает выводы суда первой инстанции о необоснованности требований ФИО1 о взыскании убытков с членов семьи В-ных не основанными на нормах действующего законодательства и не соответствующими имеющимся в деле доказательствам.

Частично удовлетворяя исковые требования, судебная коллегия исходит из следующих норм права, правовых позиций и установленных по делу обстоятельств.

По смыслу статей 1, 11, 12 ГК РФ и статьи 4 АПК РФ защита гражданских прав может осуществляться в случае, когда имеет место нарушение или оспаривание прав и законных интересов лица, требующего их применения. Следовательно, предъявление иска должно иметь своей целью восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов обратившегося в арбитражный суд лица посредством использования предусмотренных действующим законодательством способов защиты.

В соответствии со статьей 65.2 ГК РФ участники корпорации (участники, члены, акционеры и т.п.) вправе, в том числе обжаловать решения органов корпорации, влекущие гражданско-правовые последствия, в случаях и в порядке, которые предусмотрены законом; требовать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182 ГК РФ), возмещения причиненных корпорации убытков (статья 53.1 ГК РФ).

Пунктом 3 статьи 53 ГК РФ и пунктом 1 статьи 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее - Закон об акционерных обществах) предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

В силу абзаца 1 пункта 2 статьи 71 Закона об акционерных обществах члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), равно как и управляющая организация или управляющий, несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания ответственности не установлены федеральными законами.

На основании пункта 5 статьи 71 Закона об акционерных обществах акционер (акционеры), владеющие в совокупности не менее чем 1% размещенных обыкновенных акций общества, вправе обратиться в суд с иском к члену совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличному исполнительному органу общества (директору, генеральному директору), члену коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), равно как и к управляющей организации (управляющему) о возмещении причиненных обществу убытков.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62), входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее - директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 2 Постановления № 62, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой однодневкой» и т.п.).

В соответствии с положениями статей 273 и 274 Трудового кодекса Российской Федерации руководитель организации является работником, состоявшим с возглавляемой им организацией в трудовых отношениях и выполняющим согласно заключенному трудовому договору специфическую трудовую функцию - реализацию компетенции данной организации в процессе ее текущей деятельности.

Из анализа указанных норм права следует, что директор является исполнительным органом управления общества, реализующим от имени данного юридического лица гражданские права и обязанности, и, действуя в интересах организации, директор не вправе выходить за пределы предоставленной ему компетенции. При этом компетенция директора общества по осуществлению руководства текущей деятельностью общества определяется Законом об обществах, иными правовыми актами Российской Федерации и договором, заключаемым с обществом.

Критерии добросовестности и разумности действий руководителя юридического лица приведены в пунктах 4 и 5 Постановления № 62, в частности, установлено, что добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки. При оценке добросовестности и разумности подобных действий (бездействия) директора арбитражные суды должны учитывать, входили или должны ли были, принимая во внимание обычную деловую практику и масштаб деятельности юридического лица, входить в круг непосредственных обязанностей директора такие выбор и контроль, в том числе, не были ли направлены действия директора на уклонение от ответственности путем привлечения третьих лиц.

В абзаце третьем пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25) разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Кроме того, в ситуации, когда в результате недобросовестного вывода активов из имущественной сферы юридического лица контролирующее лицо прямо или косвенно получает выгоду, с высокой степенью вероятности следует вывод, что именно оно являлось инициатором такого недобросовестного поведения, формируя волю на вывод активов. В любом случае на это лицо должна быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические основания получения выгоды (либо указать, что выгода как таковая отсутствовала). 

При этом исходя из принципа состязательности, подразумевающего, в числе прочего, обязанность раскрывать доказательства, а также сообщать суду и другим сторонам информацию, имеющую значение для разрешения спора, нежелание стороны опровергать позицию процессуального оппонента может быть истолковано против нее (статья 9, часть 3 статьи 65, часть 3.1 статьи 70 АПК РФ).

При этом лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

Солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства. Обязанности нескольких должников по обязательству, связанному с предпринимательской деятельностью, равно как и требования нескольких кредиторов в таком обязательстве, являются солидарными, если законом, иными правовыми актами или условиями обязательства не предусмотрено иное (пункты 1, 2 статьи 322 ГК РФ).

С иском о возмещении убытков, причиненных обществу членом совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличным исполнительным органом общества, членом коллегиального исполнительного органа общества или управляющим, вправе обратиться в суд общество или его участник.

Согласно пункту 1 статьи 78 Закона об акционерных обществах крупной сделкой считается сделка (несколько взаимосвязанных сделок), выходящая за пределы обычной хозяйственной деятельности и при этом связанная с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо либо косвенно имущества (в том числе заем, кредит, залог, поручительство, приобретение такого количества акций или иных эмиссионных ценных бумаг, конвертируемых в акции публичного общества, которое повлечет возникновение у общества обязанности направить обязательное предложение в соответствии с главой XI.1 настоящего Федерального закона), цена или балансовая стоимость которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату.

В силу статьи 79 Закона об акционерных обществах на совершение крупной сделки должно быть получено согласие совета директоров (наблюдательного совета) общества или общего собрания акционеров в соответствии с настоящей статьей.

Решение о согласии на совершение или о последующем одобрении крупной сделки, предметом которой является имущество, стоимость которого составляет более 50 процентов балансовой стоимости активов общества, принимается общим собранием акционеров большинством в три четверти голосов акционеров - владельцев голосующих акций, принимающих участие в общем собрании акционеров. Принятие решения о согласии на совершение или о последующем одобрении крупной сделки, предметом которой является имущество, стоимость которого составляет более 50 процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату, относится к исключительной компетенции общего собрания акционеров и не может быть отнесено уставом общества к компетенции иных органов общества. В решении о согласии на совершение или о последующем одобрении крупной сделки должны быть указаны лицо (лица), являющееся стороной (сторонами) такой сделки, выгодоприобретателем (выгодоприобретателями), цена, предмет крупной сделки и иные ее существенные условия или порядок их определения. В решении о согласии на совершение крупной сделки могут не указываться сторона сделки и выгодоприобретатель, если сделка заключается на торгах, а также в иных случаях, если сторона такой сделки и выгодоприобретатель не могут быть определены к моменту получения согласия на совершение такой сделки. 

В решении о согласии на совершение крупной сделки может быть указан срок, в течение которого действительно такое решение. Если такой срок в решении не указан, согласие считается действующим в течение одного года с даты его принятия, за исключением случаев, если иной срок вытекает из существа и условий крупной сделки, на совершение которой было дано согласие, либо обстоятельств, в которых давалось согласие. Крупная сделка может быть совершена под отлагательным условием получения одобрения на ее совершение в порядке, установленном настоящим Федеральным законом.

В случае, если крупная сделка, предметом которой является имущество, стоимость которого составляет более 50 процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату, одновременно является сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, и в соответствии с настоящим Федеральным законом вопрос о согласии на совершение крупной сделки вынесен на рассмотрение общего собрания акционеров (глава XI настоящего Федерального закона), решение о согласии на совершение крупной сделки считается принятым, если за него отдано количество голосов, необходимое в соответствии с пунктом 4 статьи 49 настоящего Федерального закона, и большинство голосов всех не заинтересованных в сделке акционеров - владельцев голосующих акций, принимающих участие в общем собрании акционеров.

В целом, аналогичные условия предусмотрены в Уставе ОАО «Горно-Алтайский Агроснаб» (утвержден решением Общего собрания акционеров, протокол № 19 от 09.06.2006).

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Действительно, в материалах дела имеется решение внеочередного Общего собрания акционеров Общества от 23.10.2019 об одобрении сделки купли-продажи недвижимого имущества как крупной сделки, в совершении которой имеется заинтересованность ФИО2 Таким образом, формальные требования к совершению сделки соблюдены.

Однако, как усматривается из протокола № 3/19 заседания Совета директоров ОАО «Горно-Алтайский Агроснаб» от 18.09.2019, решения о созыве внеочередного Общего собрания по вопросам заключения договора купли-продажи недвижимого имущества с ФИО5, а также о рекомендации акционерам одобрить данную сделку приняты Советом директоров в составе ФИО7 (председатель), ФИО2, ФИО8, ФИО17, ФИО9; сведения о неявившихся членах Совета директоров не отражены; указано, что все решения приняты единогласно; протокол подписан председательствующим на собрании ФИО7 и секретарем заседания ФИО17

В этой связи, вывод суда первой инстанции о том, что ФИО2 и ФИО21 на период одобрения спорной сделки не являлись членами Совета директоров и не участвовали в принятии соответствующих решений, не соответствует буквальному содержанию протокола от 18.09.2019.  

Ссылка ответчиков на протокол заседания Совета директоров № 2/19 от 17.06.2019 не опровергает указанных обстоятельств, поскольку из протокола от 17.06.2019 прямо следует, что на собрании был переизбран председатель, сведений о прекращении полномочий В-ных в качестве членов Совета директоров Общества протокол не содержит. Более того, по состоянию на июнь 2019 года указан тот же персональный состав коллегиального исполнительного органа, однако, протокол содержит исключительно подпись ФИО2

Вместе с тем, согласно пунктам 14.4, 14.16 Устава ОАО «Горно-Алтайский Агроснаб» число членов Совета директоров составляет 7 человек, Совет директоров полномочен принимать решения, отнесенные к компетенции коллегиального исполнительного органа, при наличии кворума – более половины членов Совета директоров. В случае, когда количество членов Совета директоров Общества становится менее половины от числа членов Совета директоров, определенного решением собрания акционеров Общества, Совет директоров обязан принять решение о проведении внеочередного общего собрания акционеров для избрания нового состава Совета директоров. Оставшиеся члены Совета директоров вправе принимать решение только о созыве такого внеочередного общего собрания акционеров Общества (пункт 14.7 Устава).

30.08.2024 посредством системы «Мой арбитр» по запросу апелляционного суда АО «Независимая регистраторская компания Р.О.С.Т.» представило копии протоколов Общего собрания акционеров Общества от 27.06.2017, от 22.06.2018, от 14.06.2019, от 18.07.2020, из которых следует, что с июня 2018 года по июль 2020 года в Совет директоров входили ФИО17, ФИО2, ФИО8, ФИО7, ФИО9; при этом ФИО2, ФИО8, ФИО7, ФИО9 являлись членами Совета директоров еще с июня 2017 года.

Кроме того, индивидуальный предприниматель ФИО17 являлась единоличным исполнительным органом акционерного общества - управляющим в период с 26.07.2018 по 10.08.2020; полномочия ФИО17 в качестве управляющего были прекращены на основании решения Общего собрания акционеров от 18.07.2020. Как пояснили ответчики в отзыве на исковое заявление, ФИО21 исполняла функции управляющего Общества на основании заключенного с ней договора.

При таких обстоятельствах, ФИО21 и ФИО2 в спорный период согласования условий, заключения договора купли - продажи от 28.05.2020 и его исполнения являлись членами Совета директоров ОАО «Горно-Алтайский Агроснаб», руководили деятельностью Общества и контролировали юридическое лицо. 

Как следует из протоколов заседания Совета директоров от 18.09.2019, внеочередного Общего собрания акционеров от 23.10.2019, договора купли-продажи недвижимого имущества от 28.05.2020, а также письма АКБ «Ноосфера» от 19.05.2020 № 1180 о согласии на продажу имущества, находящегося в залоге, решение об отчуждении  объектов недвижимости, принадлежащих Обществу, принято в целях исключения банкротства ОАО «Горно-Алтайский Агроснаб», поскольку имущество находилось в залоге у АКБ «Ноосфера» в обеспечение исполнения обязательств обществом «Глобал-Строй» перед Банком по кредитному договору 

<

***> от 18.06.2017.

Исходя из документов, представленных АО АКБ «Ноосфера» (представлены через систему «Мой арбитр» 04.07.2023), по кредитному договору 

<

***> от 18.06.2017 обществу «Горно-Строй» (переименовано в «Глобал-Строй») в лице директора ФИО2 предоставлен кредит в порядке кредитной линии с общим лимитом 50 000 000 руб. на срок до 16.06.2017 включительно; в обеспечение исполнения заёмщиком своих обязательств последний предоставляет Банку: залог недвижимого имущества в соответствии с договором ипотеки 

<

***>/З2 от 18.06.2015, поручительство ФИО2 в соответствии с договором поручительства 

<

***>/П1 от 18.06.2015, поручительство ФИО4 в соответствии с договором поручительства 

<

***>/П2 от 18.06.2015. В дальнейшем, в обеспечение обязательств ООО «Глобал-Строй» также предоставлен залог транспортных средств, помещений и земельных участков заёмщика. 

По условиям договора ипотеки 

<

***>/З2 от 18.06.2015 ОАО «Горно-Алтайский Агроснаб» (залогодатель) передало АО АКБ «Ноосфера» (залогодержателю) в залог недвижимое имущество, расположенное по адресу: Республика Алтай, 

<

...>; по соглашению сторон заложенное имущество оценено в размере 77 654 234 руб.

В спорный период согласования и заключения договора купли-продажи недвижимого имущества от 28.05.2020 единственным участником и директором ООО «Глобал-Строй» являлся ФИО2, что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ (л.д. 14-18 т. 1) и не оспаривается ответчиками.

ФИО2, ФИО4 и ФИО21 являются близкими родственниками, ФИО2 является отцом ФИО17, ФИО4 является матерью ФИО17

Учитывая заключение договора ипотеки 

<

***>/З2 от 18.06.2015 в обеспечение обязательств ООО «Глобал-Строй», фактически принадлежавшего ФИО2, а также личное поручительство по тем же обязательствам ФИО2 и ФИО4, очевидно, что выгодоприобретателями по договору купли-продажи недвижимого имущества от 28.05.2020 являются члены семьи В-ных, которые в результате сделки были освобождены от их личных долговых обязательств за счет имущества, принадлежащего Обществу.

Более того, из представленных в материалы дела выписок о движении денежных средств Общества и третьих лиц следует, что полученные от реализации основных средств Общества денежные средства были перечислены:

- в пользу АО АКБ «НООСФЕРА» в сумме 28 928 106,93 руб. в счет погашения задолженности ООО «Глобал-Строй» по кредитному договору 

<

***> от 18.06.2017; 

- в пользу ООО «Азбука Стали» в сумме 1 649 900,00 руб. в счет погашения задолженности ООО «Глобал-Строй» по договору строительного подряда б/н от 02.12.2015; 

- в пользу ООО «Спецстрой» в сумме 1 000 000,00 руб. в счет погашения задолженности ООО «Глобал-Строй» по договору строительного подряда б/н от 02.12.2015;

- в пользу ООО «Ротор» в сумме 2 000 000,00 руб. в счет погашения задолженности ООО «Глобал-Строй» по договору строительного подряда б/н от 02.12.2015, то есть вся полученная сумма израсходована на погашение долгов компании ФИО2

При этом, ООО «Ротор» (ОГРН 

<

***>) согласно сведениям ЕГРЮЛ зарегистрировано в качестве юридического лица 27.07.2018 в г. Москве, в качестве основного вида деятельности указана деятельность по упаковыванию товаров, 18.08.2018 в ЕГРЮЛ внесена запись о недостоверности сведений о месте нахождения юридического лица, 31.03.2022 в реестр внесена запись об исключении из ЕГРЮЛ недействующего юридического лица. Из представленных в материалы дела выписок о движении денежных средств по счетам ООО «Ротор» не усматривается, что обществом велась активная хозяйственная деятельность, какие-либо платежи, явно свидетельствующие о производстве строительных работ, отсутствуют.

МИФНС России № 43 по г. Москве предоставило налоговые декларации по НДС и по налогу на прибыль за 1-3 кварталы 2020 года, книги покупок и продаж за 2, 3 кварталы 2020 года, сообщив, что сведения за иной запрашиваемый период в базе данных отсутствуют (л.д. 89-124 т. 2). Сведения из книги покупок об операциях за второй квартал 2020 года содержат указания на трех контрагентов, исключенных из ЕГРЮЛ как недействующие (после внесения записей о недостоверности сведений): ООО «ЯВА» (ИНН 

<

***>) исключено из ЕГРЮЛ 05.05.2022; ООО «КРОНА» (ИНН 

<

***>) исключено из ЕГРЮЛ 18.08.2022; ООО «ФОРНЕР ГЕЙТ» (ИНН 

<

***>) исключено из ЕГРЮЛ 06.10.2022. Из представленных сведений о банковских счетах ООО «Ротор» (л.д. 9-12, 34-38, 61-64 т. 3) усматривается, что расчетные счета были открыты июне 2020 года, то есть в период совершения спорной сделки и проведения расчетов по ней.

В материалах дела также отсутствуют какие-либо доказательства наличия обязательств между ООО «Ротор», ООО «Глобал-Строй» и Обществом, документы в подтверждение фактического выполнения обществом «Ротор» строительно-монтажных работ не представлены.

Равным образом не имеется убедительных доказательств реальности обязательств по оплате выполненных работ между ООО «Спецстрой», ООО «Глобал-Строй» и Обществом. На запрос арбитражного суда третье лицо представило ответ об отсутствии документации, подтверждающей задолженность в размере 1 000 000 руб., ввиду утраты в процессе переезда и смены бухгалтера (ответ представлен через «Мой арбитр» 24.10.2023). Об отсутствии документов о выполнении каких-либо работ сообщил и финансовый управляющий ФИО4 ФИО10 письмом от 19.08.2024 (представлено ФИО1 через «Мой арбитр» 29.08.2024).

Апелляционный суд отмечает, что учредителем ООО «Спецстрой» и его руководителем на дату получения оплаты от Общества являлась ФИО4, с 12.10.2021 единственным участником и директором ООО «Спецстрой» является ФИО9, в спорный период являвшийся членом Совета директоров Общества. 

Фактически, только ООО «Азбука Стали» представило документы в обоснование имеющейся задолженности ООО «Глобал-Строй» по оплате поставленного товара (л.д. 34-43 т. 2), однако, названным лицом также представлены договор займа № 2 от 12.03.2020, заключенный между ООО «Азбука Стали» и индивидуальным предпринимателем ФИО17, платежное поручение № 24 от 12.03.2020 о выдаче займа в размере 1 000 000 руб. и письмо ОАО «Горно-Алтайский Агроснаб» за подписью управляющего ФИО17 с просьбой считать платеж по платежному поручению № 7 от 05.06.2020 оплатой задолженности по договору беспроцентного займа № 2 от 12.03.2020 за ИП ФИО17 

Таким образом, все полученные от продажи имущества Общества денежные средства были направлены на исполнение обязательств ООО «Глобал-Строй», владельцем которого являлся ФИО2, а также на исполнение личных обязательств ФИО17 по договору займа и ФИО4 по договору поручительства. Из материалов дела не усматривается, что Общество, утратившее недвижимое имущество, составлявшее его основные средства, получило выгоду или положительный эффект от совершенной сделки. Напротив, поскольку основным видом деятельности ОАО «Горно-Алтайский Агроснаб» является сдача в аренду принадлежащего ему имущества, в результате заключения договора купли-продажи от 28.05.2020 утрачивается возможность продолжения хозяйственной деятельности Общества, а следовательно, представляются неубедительными доводы ответчиков о совершении сделки в целях исключения банкротства корпорации. 

При таких обстоятельствах именно на ответчиках В-ных, как лицах, фактически принявших управленческое решение об отчуждении недвижимого имущества,  лежит бремя доказывания обоснованности принятого решения и необходимости заключения сделки. Вместе с тем, соответствующих доказательств В-ными не представлено. 

В подтверждение своих доводов, ответчиками в материалы дела представлены фотография первого листа сметы 02.04-СМ ООО «Глобал Строй» на строительство «Реконструкция административного здания базы с устройством мансарды ООО «Горно-Строй», расположенного по адресу Республика Алтай, 

<

...>», отчет ООО «Инновация» по результатам обследования и оценки технического состояния строительных конструкций административного здания по адресу: ул. Нагорная, 29 в с. Майма Майминского района Республики Алтай. Как пояснили ответчики, административное здание нуждалось в капитальном ремонте и инновации, соответствующие работы были выполнены ООО «Глобал-Строй», в результате чего образовалась задолженность Общества перед третьим лицом.

Следует отметить, что согласно данным информационного сервиса «Картотека арбитражных дел» 13.11.2019 Администрация муниципального образования «Майминский район», ООО «Строй Прогресс», ООО «КВИНТЕЛ», ФИО22 обратились в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о признании ООО «Горно-Строй» (переименовано в ООО «Глобал-Строй») несостоятельным (банкротом). 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 27.12.2019 по делу № А40-299732/19-78-362«Б» заявление Администрации муниципального образования «Майминский район» принято к производству в качестве заявления о вступлении в дело № А40-299732/19-78-362«Б» о признании ООО «Глобал-Строй» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом). Следовательно, по состоянию на дату заключения договора купли-продажи от 28.05.2020 и на даты совершения платежей (02.06.2020 – 05.06.2020), в отношении ООО «Глобал-Строй» уже было возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве). 

Решением Арбитражного суда города Москвы от 18.01.2022 по делу № А40-299732/2019-78-362«Б» ООО «Глобал-Строй» признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим утвержден ФИО6. Согласно представленным в материалы дела сведениям, у конкурсного управляющего ФИО6 отсутствуют какие-либо документы, свидетельствующие о договорных отношениях между ООО «Глобал-Строй» и ОАО «Горно-Алтайский Агроснаб». 

Учитывая то, что ФИО2 являлся единственным участником и директором ООО «Глобал-Строй», ему не могло быть неизвестно реальное финансовое положение подконтрольного юридического лица, а потому, принятие решений о продаже всего недвижимого имущества Общества и направлении денежных средств от реализации основных средств на погашение задолженности обанкротившегося ООО «Глобал-Строй», с большой степенью вероятности не способного в дальнейшем возместить оплаченные за него средства, указывает на намерение В-ных за счет имущества ОАО «Горно-Алтайский Агроснаб» минимизировать собственную ответственность по неисполненным обязательствам ООО «Глобал-Строй» перед независимыми кредиторами. 

Более того, доказательств фактического выполнения строительных работ и капитального ремонта административного здания обществом «Глобал-Строй» не представлено. В-ными также не обоснована разумность несения расходов на оплату работ по ремонту одного здания в размере, сопоставимом со стоимостью всего производственного комплекса, включая отремонтированное здание и земельный участок под объектами недвижимости.

Таким образом, апелляционная коллегия приходит к выводу о том, что действиями членов семьи В-ных и принятыми ими управленческими решениями по продаже недвижимого имущества Обществу причинен реальный ущерб в виде утраты основных средств путем отчуждения без получения Обществом встречного предоставления. 

Утрата имущества Общества вызвана непосредственно действиями конечных бенефициаров, которые в масштабе деятельности взаимосвязанной группы предприятий не только не могли не знать об отсутствии встречного предоставления в пользу ОАО «Горно-Алтайский Агроснаб», но по существу намеренно (или как минимум без должной заботливости и осмотрительности) осуществляли вывод денежных средств от продажи недвижимого имущества в свою пользу (для погашения своих личных долгов).

Привлекая к ответственности в виде возмещения убытков, причиненных подконтрольному юридическому лицу, наряду с членами Совета директоров Общества ФИО2 и ФИО21, также ФИО4, апелляционная коллегия исходит из разъяснений, данных в пункте 8 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 126 от 13.11.2008 «Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с истребованием имущества из чужого незаконного владения», согласно которым наличие родственных связей создает презумпцию осведомленности и скоординированности действий родственников при заключении сделки, а также учитывает, что денежные средства Общества выводились, в том числе, на подконтрольное ФИО4 общество «Спецстрой» и погашение её обязательств как поручителя по кредитной задолженности ООО «Глобал-Строй». В этой связи, супруги В-ны и их дочь являются частью группы, контролирующей деятельность аффилированных лиц, включая Общество, ООО «Глобал-Строй», ООО «Спецстрой», и бенефициарами от совершенной сделки купли-продажи.

Применительно к разъяснениям, изложенным в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.

ФИО4 не представлено пояснений относительно спорной сделки, не представлены доказательства реальности хозяйственных операций, в результате которых через подконтрольные лица получены денежные средства Общества, что позволяет считать её лицом, контролирующим деятельность Общества и причинившим ему убытки. 

Ссылки ответчиков на одобрение заключенной сделки по отчуждению основных средств Общим собранием акционеров ОАО «Горно-Алтайский Агроснаб» и действия управляющего ФИО17 во исполнение указаний Общего собрания акционеров апелляционная коллегия полагает несостоятельными исходя из следующего.

Как разъяснено в пункте 7 Постановления № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», не является основанием для отказа в удовлетворении требования о взыскании с директора убытков сам по себе тот факт, что действие директора, повлекшее для юридического лица негативные последствия, в том числе совершение сделки, было одобрено решением коллегиальных органов юридического лица, а равно его учредителей (участников), либо директор действовал во исполнение указаний таких лиц, поскольку директор несет самостоятельную обязанность действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). В то же время наряду с таким директором солидарную ответственность за причиненные этой сделкой убытки несут члены указанных коллегиальных органов (пункт 3 статьи 53 ГК РФ, пункт 4 статьи 71 Закона об акционерных обществах, пункт 4 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

Не несут ответственность за убытки, причиненные юридическому лицу, те члены коллегиальных органов юридического лица, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение убытков, или, действуя добросовестно (статья 1 ГК РФ), не принимал участия в голосовании (пункт 3 статьи 53 ГК РФ, пункт 2 статьи 71 Закона об акционерных обществах, пункт 2 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

Кроме того, надлежит принимать во внимание ограниченные возможности членов коллегиальных органов юридического лица по доступу к информации о юридическом лице, на основании которой они принимают решения.

Согласно позиции, приведенной в пункте 16 Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.12.2019), лицо, осуществляющее полномочия единоличного исполнительного органа, вправе не выполнять указания, содержащиеся в решениях общего собрания акционеров, если это принесет вред интересам общества, поскольку наличие таких указаний не освобождает это лицо от обязанности действовать добросовестно в интересах общества (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). При этом единоличный исполнительный орган не может ссылаться на то, что он просто исполняет решение общего собрания, как на основание освобождения его от ответственности за убытки, причиненные обществу, поскольку это часть его обязанностей - оценивать в ходе управления обществом, насколько те или иные действия выгодны для общества и не причинят ли они вреда. Такой подход препятствует единоличному исполнительному органу избегать ответственности, передавая вопросы на рассмотрение общего собрания акционеров. 

Кроме того, тот факт, что не оспорено решение общего собрания акционеров, которым одобрено совершение сделки, причинившей убыток обществу, не препятствует взысканию убытков.

В рассматриваемом случае Общее собрание акционеров принимало соответствующее решение на основании рекомендации Совета директоров (в том числе, ФИО2, ФИО17), которым было указано на необходимость реализации имущества Общества во избежание его банкротства. При этом, отсутствуют доказательства предоставления Общему собранию всей информации о неисполненных обязательствах, которые могли бы явиться причиной несостоятельности юридического лица. Более того, из материалов дела не усматривается, что Общим собранием акционеров согласовывалось либо одобрялось (более того, что акционеры были осведомлены) распределение денежных средств, полученных от продажи основных средств Общества, на оплату задолженности ООО «Глобал-Строй» перед третьими лицами и погашение личных обязательств В-ных.

Принимая во внимание, что ущерб Обществу причинен совокупностью управленческих решений об отчуждении имущества и действий по перечислению денежных средств, полученных в счет оплаты объектов недвижимости, суд апелляционной инстанции полагает необоснованным заявление ответчиков об истечении срока исковой давности по требованию о возмещении убытков.

Так, договор купли-продажи недвижимого имущества с ФИО5 был заключен 28.05.2020, денежные средства, вырученные от продажи, перечислены в аффилированные через В-ных лица в период 02.06.2020 – 05.06.2020, тогда как ФИО1 обратился с исковым заявлением о взыскании убытков 23.01.2023, то есть в пределах общего срока исковой давности.

Удовлетворяя исковые требования о взыскании с В-ных солидарно 33 578 006 руб. 93 коп. убытков, причиненных ввиду продажи имущества Общества и расходования полученных от продажи денежных средств на собственные нужды, суд апелляционной инстанции учитывает, что по смыслу статей 4, 40, 41, 44, 49 АПК РФ арбитражный суд не вправе выходить за пределы исковых требований и принимает судебный акт исходя из заявленных требований. Поскольку иные требования, в том числе о возмещении убытков, причиненных в связи с продажей имущества Общества по заниженной цене, ФИО1 к ФИО3 не предъявлены, они не являлись предметом рассмотрения в рамках настоящего спора.

Отказывая в удовлетворении исковых требований о взыскании убытков в размере 33 578 006,93 руб. с ответчика ФИО5, апелляционный суд исходит из недоказанности того, что ФИО5 либо подконтрольное ему ООО «Азбука Стали», являлись когда-либо контролирующими деятельность Общества лицами.

Из сведений, представленных держателем реестра акционеров ОАО «Горно-Алтайский Агроснаб», не усматривается корпоративной связи ФИО5 с Обществом; ответчик не являлся и не является акционером, не входил в состав руководящих органов Общества. Истцом не доказано, что ФИО5 давались указания юридическому лицу, контролировалась его финансово-хозяйственная деятельность.

Из пояснений ФИО5 следует и иными участвующими в деле лицами не оспорено, что компания ФИО5 - ООО «Азбука Стали» - являлась арендатором помещений, принадлежавших Обществу, осуществляла в указанных помещениях свою хозяйственную деятельность (договор субаренды от 01.01.2018 представлен ФИО5 через «Мой арбитр» 09.09.2024). Наличие договорных отношений как с ОАО «Горно-Алтайский Агроснаб», так и с ИП ФИО17 само по себе не свидетельствует об участии ФИО5 в управлении Обществом и о наличии у него реальной возможности влиять на принятие решений относительно распоряжения принадлежащими корпорации основными средствами. 

Как изложено выше, ООО «Азбука Стали» - единственный получатель денежных средств в счет исполнения обязательств за ООО «Глобал-Строй» (помимо Банка), представивший доказательства реальности хозяйственных операций с ООО «Глобал-Строй» (документы о реализации изделий из металла), а равно и убедительные доказательства предоставления займа ИП ФИО17

В связи с изложенным, ФИО5 не может быть признан ни лицом, контролирующим деятельность ОАО «Горно-Алтайский Агроснаб», ни фактическим бенефициаром, получившим необоснованную выгоду от действий, причинивших ущерб Обществу, а потому отсутствуют основания для возложения на него ответственности за причинение убытков солидарно с членами семьи В-ных.

Суд апелляционной инстанции полагает не подлежащими удовлетворению требования ФИО1 о признании договора купли-продажи недвижимого имущества от 28.05.2020 недействительным, при этом исходит из следующего.

В силу пункта 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В пункте 1 Постановления № 25 разъяснено, что, положения ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 ГК РФ), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ. 

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. 

В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей. 

Согласно пункту 7 Постановления № 25, если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ). 

В «Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2015)» (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.03.2015) даны исчерпывающие разъяснения порядка применения статей 10, 168 ГК РФ. 

В силу абзаца первого пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения данного запрета суд на основании пункта 2 статьи 10 ГК РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом. 

Согласно пункту 1 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. 

В силу пункта 2 статьи 168 ГК РФ, если из закона не следует иное, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна. 

Злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный статьи 10 ГК РФ, поэтому такая сделка признается недействительной на основании статей 10 и 168 Кодекса. Частным случаем нарушения указанной нормы является заключение участниками гражданского оборота недействительных сделок, в том числе совершенных в целях личного обогащения путем вывода ликвидного имущества юридического лица, либо денежных активов с помощью заключения ряда сделок по отчуждению такого имущества и фактического лишения добросовестных участников общества возможности обжалования сделок с конечными собственниками имущества и возможности возвращения такого имущества в собственность юридического лица. 

При этом для установления факта злоупотребления правом при заключении сделок необходимо доказать наличие у обеих сторон спорной сделки умысла на причинение вреда иным лицам. Такое злоупотребление должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»). 

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц. 

В то же время, в соответствии с пунктом 2 статьи 174 ГК РФ сделка, совершенная действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в его интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам юридического лица. 

Указанной нормой предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица. По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать. 

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушение иных охраняемых законом интересов (пункт 93 Постановления № 25). 

Исходя из изложенного, в предмет доказывания недействительности сделок на основании пункта 2 статьи 174 ГК РФ входит причинение обществу явного ущерба, о чем другие стороны сделки знали или должны были знать, или наличие сговора либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, а также собственно причинение ущерба интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов. 

Из пункта 17 Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.12.2019) следует, что составной частью интереса общества являются, в том числе интересы участников. В связи с этим, ущерб интересу общества также имеет место, когда сделка хотя и не причиняет ущерб юридическому лицу, но не является разумно необходимой для хозяйствующего субъекта, совершена в интересах только части участников и причиняет неоправданный вред остальным участникам общества, которые не выражали согласия на совершение соответствующей сделки. 

В соответствии с позицией, изложенной Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в определении от 14.02.2019 № 305-ЭС18-17629 по делу № А40-122605/2017, учитывая объективную сложность получения истцами отсутствующих у них прямых доказательств неформальной аффилированности, судами должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств. Если заинтересованные лица привели достаточно серьезные доводы и представили существенные косвенные свидетельства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительными их аргументы о возникновении группы лиц, в силу статьи 65 АПК РФ бремя доказывания обратного переходит на предъявившего требование кредитора, ссылающегося на независимый характер его отношений с должником. 

Оценив имеющиеся в деле доказательства, апелляционный суд не усматривает оснований полагать, что покупатель имущества ФИО5 был юридически или фактически аффилирован с Обществом и В-ными, равно как не установлено обстоятельств, позволяющих полагать, что ФИО5 действовал совместно и скоординировано с членами семьи В-ных, имея намерение причинить Обществу ущерб путем вывода недвижимого имущества и денежных средств.

Напротив, из материалов дела следует, что сделка по приобретению недвижимого имущества должника совершена ФИО5 разумно и добросовестно, на обычных условиях. Так, лицами, участвующими в деле, не оспаривается, что ООО «Азбука Стали», учредителем и руководителем которого является ФИО5, задолго до совершения сделки арендовало помещения ОАО «Горно-Алтайский Агроснаб», осуществляя в них свою хозяйственную деятельность (торговля металлом и производство изделий из него).

В этой связи, в ситуации, когда арендатору предложено выкупить занимаемые им помещения и иные объекты недвижимости на едином земельном участке, заключение соответствующего договора купли-продажи является нормальным поведением и разумным решением руководителя арендатора, поскольку выкуп имущества позволяет не только увеличить активы юридического лица, но и избежать нежелательных расходов, связанных с изменением арендодателя и возможным перемещением производства. Таким образом, действия по заключению ФИО5 договора купли-продажи от 28.05.2020 не содержат признаков недобросовестного поведения, ФИО1 не приведено убедительных доводов, прямо или косвенно указывающих на намерение ФИО5 причинить ущерб Обществу.

В то же время, для проверки доводов истца о совершении сделки на заведомо невыгодных для Общества условиях судом апелляционной инстанции определением от 16.09.2024 по ходатайству ФИО1 назначена судебная оценочная экспертиза, проведение которой поручено эксперту общества с ограниченной ответственностью «Алтерра» ФИО18; на разрешение эксперта поставлены вопросы о рыночной стоимости объектов недвижимости, переданных ФИО5 по договору купли-продажи от 28.05.2020, по состоянию на дату заключения договора.

09.12.2024 в апелляционный суд поступило заключение эксперта № 243-10.24 от 05.12.2024 (л.д. 53-119 т. 6). 

Согласно выводам эксперта рыночная стоимость объектов недвижимости (с учетом округления) по состоянию на 28.05.2020 составляла:

- земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, вид разрешенного использования: для размещения и обслуживания производственных объектов, кадастровый номер 04:01:010409:153, площадью 45 481+/-49 кв.м., расположенный по адресу: Республика Алтай, 

<

...>, - 13 642 000 руб.; 

- нежилое помещение, кадастровый номер 04:01:010409:498, площадью 214 кв.м., расположенное по адресу: Республика Алтай, 

<

...>, - 1 540 000 руб.; 

- нежилое помещение, кадастровый номер 04:01:010409:556, площадью 2 546 кв.м., расположенное по адресу: Республика Алтай, 

<

...>, - 18 126 000 руб.: 

- здание склада № 5 (з/части к с/х машинам), количество этажей: 1, кадастровый номер 04:01:010409:582, площадью 770 кв.м., расположенное по адресу: Республика Алтай, 

<

...>, - 3 366 000 руб.; 

- здание склада «Модуль», количество этажей: 1, кадастровый номер 04:01:010409:585, площадью 370 кв.м, расположенное по адресу: Республика Алтай, 

<

...>, - 1 370 000 руб.; 

- здание склада № 1, количество этажей: 1, кадастровый номер 04:01:010409:587, площадью 770 кв.м., расположенное по адресу: Республика Алтай, 

<

...>, - 3 366 000 руб.; 

- здание, бытовые помещения, количество этажей: 1, кадастровый номер 04:01:010409:588, площадью 102 кв.м., расположенное по адресу: Республика Алтай, 

<

...>, - 804 000 руб.; 

- здание склада № 7, количество этажей: 1, кадастровый номер 04:01:010409:589, площадью 456,5 кв.м., расположенное по адресу: Республика Алтай, 

<

...>, - 2 996 000 руб.; 

- здание склада «Модуль», количество этажей: 1, кадастровый номер 04:01:010409:591, площадью 770 кв.м., расположенное по адресу: Республика Алтай, 

<

...>, - 2 127 000 руб.; 

- здание конторы, количество этажей: 2, кадастровый номер 04:01:010409:592, площадью 713,5 кв.м, расположенное по адресу: Республика Алтай, 

<

...>, - 12 112 000 руб.

Таким образом, общая стоимость объектов недвижимости, определенная экспертом, составляет 59 449 000 руб.

Оценив представленное в материалы дела экспертное заключение, апелляционный суд пришел к выводу о том, что экспертное заключение соответствует требованиям статей 82, 83, 86 АПК РФ. В заключении отражены все предусмотренные частью 2 статьи 86 АПК РФ сведения, содержатся ответы на поставленные вопросы, экспертное заключение является ясным и полным, противоречия в выводах эксперта отсутствуют. Изложенные в заключении выводы эксперта не противоречат иным доказательствам, имеющим отношение к фактическим обстоятельствам по делу. 

Обстоятельств, свидетельствующих о недостоверности экспертного заключения, судом не установлено. Экспертное заключение подготовлено лицом, обладающим соответствующей квалификацией для исследований подобного рода; процедура назначения и проведения экспертизы соблюдена; на момент вынесения судом апелляционной инстанции определения о назначении судебной экспертизы сторонами и третьими лицами об отводе эксперту заявлено не было. 

На поставленные участниками процесса вопросы экспертом представлены письменные пояснения (через «Мой арбитр» 20.01.2025), в которых эксперт со ссылками на исследовательскую часть заключения опроверг доводы сторон о наличии ошибок и противоречий в выводах эксперта, обосновал применение сравнительного подхода в оценке как приводящего к наиболее достоверному результату, также обосновал выбор объектов-аналогов.

При этом, в рецензиях на заключение эксперта, представленных ФИО17 и ООО «Азбука Стали» в итоговом судебном заседании, содержатся указания на те же недостатки, которые ранее были изложены в виде вопросов к эксперту, письменные пояснения эксперта ФИО18 содержат сведения, опровергающие выводы рецензентов. 

Таким образом, каких-либо аргументированных доводов, по которым заключение эксперта не отвечает требованиям закона или обязательным для данного вида экспертизы нормативным актам, правилам или стандартам, в том числе положениям Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», лицами, участвующими в деле, не приведено. 

Надлежащих доказательств, наличие которых могло бы свидетельствовать о неверно избранной экспертом методике исследования или неправильном ее применении, а также доказательств, свидетельствующих о том, что эксперт пришел к неправильным выводам, в материалах дела не имеется. 

При этом принцип независимости экспертов как субъектов процессуальных правоотношений предполагает их самостоятельность в выборе методов, средств и методик экспертного исследования, необходимых, с его точки зрения, для разрешения поставленных вопросов. Выводы эксперта документально не опровергнуты.    

При таких обстоятельствах, апелляционный суд полагает возможным принять выводы судебного эксперта о рыночной стоимости объектов недвижимости на дату заключения договора купли-продажи между Обществом и ФИО5

Однако, вопреки доводам ФИО1, само по себе превышение определенной экспертом-оценщиком рыночной стоимости земельного участка, нежилых зданий и помещений, над ценой данных объектов, согласованной сторонами в договоре от 28.05.2020 не свидетельствует о недобросовестности покупателя.

В пункте 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что действия стороны сделки, воспользовавшейся тем, что единоличный исполнительный орган контрагента при заключении договора действовал явно в ущерб последнему, являются недобросовестным поведением. 

Условие договора, согласно которому предоставление со стороны одного лица существенно превышает встречное предоставление или обычную рыночную цену, уплачиваемую в подобных случаях, также может свидетельствовать о недобросовестном поведении, являющемся основанием для признания сделки недействительной в соответствии со статьями 10, 168 ГК РФ (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.02.2014 № 13846/13). 

Из абзаца третьего пункта 93 Постановления № 25 следует, что если полученное одним лицом по сделке предоставление в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу другого, то это свидетельствует о наличии явного ущерба для первого и о совершении представителем юридического лица сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях. 

Согласно абзацу седьмому пункта 2 Постановления № 62 под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). 

В приведенных случаях применен критерий кратности, явный и очевидный для любого участника рынка, критерием определения явного ущерба является совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке обществом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного обществом в пользу контрагента. 

Понятие неравноценности является оценочным, в силу чего к нему не могут быть применимы заранее установленные формальные (процентные) критерии отклонения цены. Само по себе отклонение стоимости имущества от цены, определенной в результате экспертизы, не может рассматриваться как неравноценное без приведения дополнительных доводов, в частности о том, что исходя из технических параметров, состояния и функциональных (эксплуатационных) свойств продаваемого имущества для покупателя было очевидно значительное занижение цены его реализации по сравнению с рыночной стоимостью аналогичных товаров, свидетельствующее о явно невыгодной для должника сделке и вызывающее у осмотрительного покупателя обоснованные подозрения (определение Верховного Суда Российской Федерации от 05.05.2022 № 306-ЭС21-4742).

В рассматриваемой ситуации при сопоставлении определенной судебным экспертом рыночной стоимости имущества (59 449 000 руб.) и цены оспариваемого договора (33 756 676,93 руб.) признака кратности занижения стоимости не усматривается. В то же время, апелляционный суд полагает убедительными доводы ответчика ФИО5 о том, что при выполнении судебной экспертизы определена рыночная стоимость каждого из объектов недвижимости в отдельности, тогда как по договору купли-продажи имущество выкуплено как единый комплекс, что влечет дополнительные сложности для покупателя, связанные с необходимостью изыскания единовременно всей суммы для оплаты цены договора. 

Более того, ФИО5 имущество приобреталось, будучи обремененным залогом Банка, что также не может не сказываться на определении его стоимости в сторону снижения цены предложения. Из представленных покупателем документов следует, что оспариваемая сделка совершалась под контролем залогодержателя АО АКБ «Ноосфера», цена продажи согласована Банком. По состоянию на 11.11.2019 производилась оценка имущества, согласно отчету Независимой специализированной оценочной фирмы ООО «Бюро оценки и консалтинга» № 99-25НЗ/2019 рыночная стоимость земельного участка со строениями на нем составляла 15 900 000 руб. (представлено через «Мой арбитр» с отзывом на апелляционную жалобу 17.05.2024). Также стоимость определялась ПАО Банком «ФК «Открытие» при заключении кредитного договора от 27.05.2020 на основании отчета оценщика ООО «Мобильный оценщик», согласно которому рыночная стоимость недвижимого имущества составляет 33 586 000 руб. (представлено через «Мой арбитр» 13.06.2024).

Одновременно, в материалах дела отсутствуют доказательства того, например, что у Общества имелись иные потенциальные покупатели на более выгодных условиях; отсутствуют доказательства того, что на дату заключения оспариваемой сделки имелись предложения, адресованные Обществу, о приобретении по большей цене. 

При оценке добросовестности приобретателя имущества суд апелляционной инстанции также учитывает то обстоятельство, что ФИО5 оплата по договору купли-продажи недвижимого имущества от 28.05.2020 производилась, в большей части, за счет заемных средств, предоставленных ФИО5 ПАО Банком «ФК «Открытие» по кредитному договору от 27.05.2020, так же обеспеченному ипотекой. В этой связи, апелляционный суд признает подтвержденным и наличие у ФИО5 денежных средств в размере, необходимом для оплаты приобретаемого имущества.

Помимо изложенного, апелляционный суд полагает обоснованным заявление ответчиков об истечении сроков исковой давности по требованиям о признании сделки недействительной.

Так, сделки, совершенные в нарушение положений статьи 174 ГК РФ, являются оспоримыми и могут быть оспорены стороной сделки или иным лицом, указанным в законе, в силу пункта 2 статьи 166 ГК РФ. Сделка, совершенная с нарушением запрета, установленного статьей 10 ГК РФ, является ничтожной.

Срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки (пункт 1 статьи ГК РФ).

В пункте 2 статьи 181 ГК РФ установлено, что срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно пункту 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» (далее - Постановление № 27) срок исковой давности по искам о признании недействительной сделки, совершенной с нарушением порядка ее совершения, и о применении последствий ее недействительности, в том числе, когда такие требования от имени общества предъявлены участником (акционером) или членом совета директоров (наблюдательного совета) (далее - совет директоров), исчисляется со дня, когда лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, узнало или должно было узнать о том, что такая сделка совершена с нарушением требований закона к порядку ее совершения, в том числе, если оно непосредственно совершало данную сделку.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 16.06.2023 № 305-ЭС22-29647, срок исковой давности по иску, заявленному участником корпорации, фактически контролируемой другой стороной корпоративного конфликта, не может начать свое течение ранее полной субъективной осведомленности процессуального истца об основаниях для оспаривания сделки, то есть обо всех обстоятельствах, составляющих юридический состав недействительности сделки. В течение периода, когда корпорация в лице противоположной стороны конфликта скрывает необходимую информацию от участника, субъективный срок исковой давности для него не течет.

В указанных случаях срок исковой давности должен исчисляться, по крайней мере, не ранее проведения очередного годового общего собрания участников по итогам того года, в котором был восстановлен корпоративный контроль за обществом, если только необходимые и достаточные сведения для судебного оспаривания сделки не были получены участником общества ранее проведения годового собрания из иных источников.

Общее собрание акционеров Общества, в повестку которого было включено утверждение годового отчета Общества за 2020 год, состоялось 30.06.2021, доказательств того, что годовой отчет не включал сведений об отчуждении основных средств Общества, не имеется, а следовательно, срок исковой давности по требованию о признании договора купли-продажи недвижимого имущества от 28.05.2020 подлежит исчислению с указанной даты. Апелляционная коллегия также учитывает фактическую осведомленность ФИО1 о принятых в 2019 году решениях Общего собрания акционеров о даче согласия на совершение сделки и ее условиях, что предполагает заинтересованность акционера, не согласного с принятыми решениями, в отслеживании исполнения решений. 

Требование о признании договора купли-продажи недействительным предъявлено ФИО1 только 08.12.2024 при подаче через «Мой арбитр» заявления об изменении предмета иска в суде апелляционной инстанции.

Таким образом, истцом пропущен как специальный годичный срок на оспаривание сделки по основанию, предусмотренному статьей 174 ГК РФ, так и общий срок исковой давности для признания договора ничтожным и применения последствий ничтожности сделки. 

В силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

На основании изложенного, апелляционная коллегия не находит оснований для признания договора купли-продажи недвижимого имущества от 28.05.2020 недействительной сделкой как по корпоративному основанию, предусмотренному статьей 174 ГК РФ, так и в связи с нарушением запрета, установленного статьей 10 ГК РФ.

Соответственно, не имеется и оснований для удовлетворения требований ФИО1 о взыскании с ФИО5 25 870 993,07 руб. (разницы в стоимости имущества) в качестве применения последствий недействительности сделки.

По правилам части 6.1 статьи 268 АПК РФ в случае перехода к рассмотрению дела по правилам первой инстанции, на отмену арбитражного суда первой инстанции указывается в постановлении, принимаемом арбитражным судом апелляционной инстанции по результатам рассмотрения апелляционной жалобы.

Поскольку суд апелляционной инстанции перешел к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции, имеются основания для отмены решения от 07.02.2024 Арбитражного суда Республики Алтай по делу № А02-100/2023.

По правилам статьи 110 АПК РФ судебные расходы истца по уплате государственной пошлины при обращении с иском о взыскании убытков и апелляционной жалобой относятся на ответчиков, требования к которым удовлетворены, в полном объеме. При изменении исковых требований ФИО1 государственная пошлина оплачена не в полном объеме, в связи с чем недостающая сумма пошлины подлежит взысканию в доход бюджета со сторон пропорционально размеру удовлетворенных требований.

Кроме того, ФИО1 на депозитный счет апелляционного суда внесены денежные средства для выплаты эксперту за проведение экспертизы на сумму 90 000 руб. Судебная экспертиза проведена, стоимость составила 90 000 руб. Расходы, понесенные истцом на выплату эксперту, распределяются между ФИО1 и ответчиками В-ными пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Руководствуясь статьями 110, 268 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

решение от 07.02.2024 Арбитражного суда Республики Алтай по делу № А02-100/2023 отменить.

Взыскать с ФИО2 (ИНН 

<

***>), ФИО13 (ИНН 

<

***>), ФИО4 (ИНН 

<

***>) в пользу открытого акционерного общества «Горно-Алтайский Агроснаб» (ИНН 

<

***>) солидарно 33 578 006 руб. 93 коп. убытков. 

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с ФИО2 (ИНН 

<

***>), ФИО13 (ИНН 

<

***>), ФИО4 (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО1 солидарно 38 130 руб. 75 коп. в возмещение расходов на оплату судебной экспертизы. 

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета 81 820 руб. государственной пошлины по иску.  

Выскать с ФИО2 (ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета 37 660 руб. государственной пошлины по иску.

Выскать с ФИО13 (ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета 37 660 руб. государственной пошлины по иску.

Выскать с ФИО4 (ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета 37 660 руб. государственной пошлины по иску.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Республики Алтай.

Председательствующий                                                                        Р.А. Ваганова

Судьи                                                                                                      Д.Н. Аюшев

В.М. Сухотина