ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А12-3374/2012

г. Саратов

28 марта 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 25 марта 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 28 марта 2024 года. 

 

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего – судьи Н.А. Колесовой,  

судей Н.В. Судаковой, Е.В. Яремчук,  

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы Комитета земельных ресурсов и градостроительства администрации городского округа город Волжский Волгоградской области, конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «МК-Инвест» ФИО2 на определение Арбитражного суда Волгоградской области об отказе в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности от 06 февраля 2024 года по делу № А12-3374/2012 по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «МК-Инвест» ФИО2 о привлечении контролирующих должника лиц ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника 

Заинтересованные лица:

арбитражный управляющий ФИО5,

арбитражный управляющий ФИО6

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «МК-Инвест» (400001, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

при участии в судебном заседании: без сторон, лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом в порядке частей 1, 6 статьи 121, части 1 статьи 122, части 1 статьи 123, части 1 статьи 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, что подтверждается отчетом о публикации судебных актов от 23.02.2024,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Волгоградской области от 24 августа 2018 года общество с ограниченной ответственностью «МК-Инвест» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утвержден ФИО5 

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 06 ноября 2015 года в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «МК-Инвест» утверждено мировое соглашение, производство по делу о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «МК-Инвест» прекращено. 

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 04 марта 2019 года мировое соглашение расторгнуто, производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «МК-Инвест» возобновлено, конкурсным управляющим общества с ограниченной ответственностью «МК-Инвест» утвержден ФИО5. 

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 20 ноября 2019 года ФИО5 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «МК-Инвест», конкурсным управляющим общества с ограниченной ответственностью «МК-Инвест» утверждена ФИО6. 

Определением Арбитражного суда Волгоградской области  от 30 января 2020 года в отношении в отношении общества с ограниченной ответственностью «МК-Инвест» введена процедура внешнего управления сроком на 18 месяцев. Внешним управляющим утверждена ФИО6. 

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 25 января 2022 года процедура внешнего управления в отношении общества с ограниченной ответственностью «МК-Инвест» прекращена и открыто конкурсное производство сроком на 4 месяца, исполняющим обязанности конкурсного управляющего утверждена ФИО6 

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 25 марта 2022 года конкурсным управляющим общества с ограниченной ответственностью «МК-Инвест» утвержден ФИО2. 

19 июля 2023 года в Арбитражный суд Волгоградской области поступило заявление конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении контролирующих лиц должника ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности. 

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 06 февраля 2024 года в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО4 отказано в полном объеме.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, Комитет земельных ресурсов и градостроительства администрации городского округа город Волжский Волгоградской области, конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «МК-Инвест» ФИО2 обратились с апелляционными жалобами в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд, в которых просят определение суда отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в полном объеме. В обоснование поданных жалоб апеллянты настаивают на наличии правовых оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника – ООО «МК-Инвест».

Так апеллянты указывают на то, что определением суда от 20.03.2012 в отношении должника ООО «МК-Инвест» введена процедура наблюдения по заявлению конкурсного кредитора ФИО7 ввиду наличия просроченной задолженности перед кредитором в размере 165 000 рублей. Решением суда от 24.08.2012 должник признан несостоятельным (банкротом), таким образом, обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом возникла у руководителей и учредителей должника в указанный период времени, а именно после того, как было вынесено решение Центрального районного суда г. Волгограда от 31.08.2011 по делу № 2-5847/2011 о взыскании с ООО «МК-Инвест» в пользу ФИО7 суммы займа в размере 165 000 рублей, процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 3 164,79 рублей, расходов на оплату государственной пошлины в размере 4 544 рублей, а всего 172 798,79 рублей. Соответственно, с учетом того, что на основании данного обязательства была введена процедура банкротства, контролирующие должника лица обязаны были предвидеть данную ситуацию и обратиться с соответствующим заявлением на банкротство ООО «МК-Инвест» в срок не позднее вступления в законную силу Решения Центрального районного суда г. Волгограда от 31.08.2011 по делу № 25847/2011 о взыскании денежных средств и выдачи исполнительного листа, а именно не позднее 11.10.2011. Апеллянты полагают, что обязанность по подаче заявления о признании ООО «МК-Инвест» несостоятельным (банкротом), возникла у контролирующих должника лиц 11.09.2011, в то время, как заявление кредитора - ФИО7 о банкротстве должника было подано 10.02.2012, то есть позже указанного срока. Срок исковой давности по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности конкурсным управляющим не пропущен в связи с тем, что он был утвержден конкурсным управляющим ООО «МК-Инвест» определением Арбитражного суда Волгоградской области от 25.03.2022 по делу №А12-3374/2012.

От ФИО3 в материалы дела поступил отзыв на апелляционные жалобы, приобщенный к материалам дела в качестве письменных пояснений в порядке статьи 81 АПК РФ, в котором указанное лицо возражает против доводов апелляционных жалоб, просит обжалуемый судебный акт оставить без изменения, а апелляционные жалобы без удовлетворения. 

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российско Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Арбитражный апелляционный суд в порядке части 1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации повторно рассматривает дело по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам.

Проверив обоснованность доводов, изложенных в апелляционных жалобах, письменных возражениях на них, исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд не считает, что судебный акт подлежит изменению или отмене по следующим основаниям.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

По смыслу п. 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (п. 1 ст. 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ, изложена правовая позиция, в соответствии с которой положения обновленного законодательства о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу обновленного закона. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления такого закона в силу, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции, действовавшей до вступления в силу обновленного закона, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Соответственно, если данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Как следует из заявления конкурсного управляющего, обстоятельства для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности возникли в 2011 году, то есть, до введения в действие Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 226-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве) и Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях».

Следовательно, как верно указал суд первой инстанции, материальной нормой, применимой к спорным правоотношениям, является ст. 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ.

При этом, действующие положения главы III.2 Закона о банкротстве применимы в отношении спорных правоотношений только в части процессуальных норм (процедура рассмотрения спора), поскольку в силу ч. 4 ст. 3 АПК РФ судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора и рассмотрения дела (далее - рассмотрение дела), совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве предусмотрено, что нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

В силу норм пунктов 1 - 2 статьи 9 закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством; настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения, соответствующих обстоятельств.

Закон о банкротстве требует установления конкретных временных периодов, в которые возникли признаки неплатежеспособности должника и возникла обязанность руководителя по подаче заявления о признании общества банкротом для установления размера субсидиарной ответственности, при этом отсутствие обязательств, возникших после указанной даты, свидетельствует об отсутствии оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом.

Соответственно, предъявляя требование о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности в порядке пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве, заявитель должен обосновать и установить конкретную дату возникновения у руководителя должника обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом и доказать, что после указанной даты у должника возникли денежные обязательства перед кредиторами, которые не были исполнены из-за недостаточности у должника имущества.

В соответствии с пунктом 2 статьи 3 Закона о банкротстве юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены. Неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств (статья 2 Закона о банкротстве).

Согласно правовой позиции Верховного Суда, изложенной в Определении № 309-ЭС17-1801 от 20.07.2017 по делу № А50-5458/15 одного лишь наличия неисполненных денежных обязательств на сумму, превышающую 300000 рублей и сроком более трех месяцев недостаточно для возникновения на стороне должника обязанности по подаче генеральным директором должника заявления о признании общества банкротом, поскольку указанные обстоятельства могут иметь лишь временный характер. Наличие такой задолженности лишь позволяет внешним кредиторам инициировать дело о банкротстве общества-должника.

Возможность привлечения к субсидиарной ответственности руководителя должника на основании статьи 9 Закона о банкротстве возникает при наличии совокупности условий: возникновение одного из обстоятельств, перечисленных в абзацах два - семь пункта 1 данной статьи, установление даты возникновения данного обстоятельства; неподача соответствующим лицом заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение обязательств должника, по которым руководитель привлекается к субсидиарной ответственности.

Таким образом, для привлечения конкретного руководителя должника к субсидиарной ответственности по пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве, применительно к рассматриваемому случаю, заявитель, в силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, был обязан доказать, когда именно наступил срок обязанности подачи заявления о признании должника банкротом; какие неисполненные обязательства возникли у должника после истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о банкротстве должника.

Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств, влечет отказ в удовлетворении заявления.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Конкурсным управляющим заявлено требование о привлечении ФИО3, который являлся руководителем и учредителем ООО «МК-Инвест» с 16.05.2008 по дату введения процедуры банкротства, и ФИО4, которая являлась учредителем с 16.05.2008 к субсидиарной ответственности за неподачу органами управления должником заявления о признании предприятия банкротом в 2011 году.

Проанализировав обстоятельства вменяемого ФИО4 деяния по необращению в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), суд первой инстанции пришёл к обоснованному выводу о том, что обязанность по подаче соответствующего заявления (пункт 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве) введена в Закон о банкротстве Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ и распространяет свою силу на отношения, возникшие с момента вступления в силу данных изменений (то есть с 30.07.2017), при этом эти изменения не имеют обратной силы.

На дату совершения вменяемых деяний положения статьи 9 Закона о банкротстве не содержала обязанности учредителей о созыве такого собрания, напротив, такая обязанность у участника должника не могла возникнуть до введения п. 3.1. статьи 9 Закона о банкротстве, устанавливающий соответствующую обязанность участников (Федеральный закон № 266-ФЗ от 29.07.2017).

Таким образом, как верно указал суд первой инстанции, основания для привлечения ФИО4 за неисполнение обязанности по инициированию обращения в суд с заявлением о банкротстве должника отсутствуют.

Далее, конкурсный управляющий указывал, что обязанность по подаче заявления о признании ООО «МК-Инвест» несостоятельным (банкротом) возникла 11.09.2011, в то время, как заявление кредитора ФИО7 о банкротстве должника подано 10.02.2012, то есть позже указанного срока.

В обоснование доводов о неплатежеспособности должника конкурсный управляющий ссылается на наличие обязательств перед ФИО7 с даты вступления в законную силу судебного акта о взыскании с ООО «МК-Инвест» в пользу кредитора денежных средств в размере 172 798,79 рублей начал исчисляться месячный срок для подачи в арбитражный суд заявления о признании должника банкротом, так как должник начал отвечать признаку неплатежеспособности, установленному статьей 2 Закона о банкротстве, бывший руководитель должника должен был направить заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) не позднее 11.09.2011.

Как установлено судом, на дату введения в отношении должника процедуры наблюдения, согласно выписке из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним о правах отдельного лица на имевшиеся у него объекты недвижимого имущества, выданной Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Волгоградской области от 27.02.2012                               № 01/051/2012-720 должнику принадлежало на праве собственности следующее имущество: 

здание административно-бытового корпуса, расположенное по адресу Волгоградская обл. г. Волжский, Автодорога 6,4; 

здание главного корпуса с антресольным этажом, пристройками и пешеходным тоннелем, расположенное по адресу Волгоградская обл. г. Волжский, Автодорога 6,4; 

здание склада ГСМ, расположенное по адресу Волгоградская обл.г. Волжский, Автодорога 6,4; 

строение насосной станции передачи ливневых вод, расположенное по адресу Волгоградская обл. г. Волжский, Автодорога 6,4; 

строение насосной станции передачи фекальных вод, расположенное по адресу Волгоградская обл. г. Волжский, Автодорога 6,4; строение склада метизов, расположенное по адресу: Волгоградская обл. г. Волжский, Автодорога 6,4; 

строение трансформаторной подстанции, расположенное по адресу: Волгоградская обл. г. Волжский, Автодорога 6,4; 

нежилое помещение, расположенное по адресу: Волгоградская обл. г. Волжский, бул. Профсоюзов, 16; 

нежилое помещение, пл. 39866,1 кв.м. расположенное по адресу: Волгоградская обл. г. Волжский, Автодорога 6,4; 

нежилое помещение, пл. 15411,7 кв.м., расположенное по адресу: Волгоградская обл. г. Волжский, Автодорога 6,4.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в статье 2 Закона о банкротстве, а именно: недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Как верно указал суд первой инстанции, наличие неисполненных обязательств перед кредиторами не влечет безусловной обязанности руководителя должника обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Согласно отчету об оценке от 03.03.2015 № Н-192, проведенной независимым оценщиком ИП ФИО8, рыночная стоимость недвижимого имущества, с учетом права аренды земельного участка, составляла 104 332 000,00 рублей, что позволило бы, в случае его реализации, полностью рассчитаться со всеми кредиторами, включенными в реестр требований кредиторов в порядке и сроки, указанные в мировом соглашении.

Из информации, доступной в свободном доступе в ЕФРСБ (https://bankrot.fedresurs.ru) усматривается, что конкурсный управляющий провел инвентаризацию имущества должника, по результатам которой установлено наличие имущества должника балансовой стоимостью 3371144,07 руб. (сообщение от № 384254 от 25.09.2014).

В нарушение требований статьи 65 АПК РФ конкурсный управляющий не представил доказательств, свидетельствующих о наличии обстоятельств, являющихся основанием для обязательного обращения бывшего руководителя должника с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) в период до 11.09.2011.

Апеллянты указывают на то, что определением суда от 20.03.2012 в отношении должника ООО «МК-Инвест» введена процедура наблюдения по заявлению конкурсного кредитора ФИО7 ввиду наличия просроченной задолженности перед кредитором в размере 165 000 рублей. Решением суда от 24.08.2012 должник признан несостоятельным (банкротом), таким образом, обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом возникла у руководителей и учредителей должника в указанный период времени, а именно после того, как было вынесено решение Центрального районного суда г. Волгограда от 31.08.2011 по делу № 2-5847/2011 о взыскании с ООО «МК-Инвест» в пользу ФИО7 суммы займа в размере 165 000 рублей, процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 3 164,79 рублей, расходов на оплату государственной пошлины в размере 4 544 рублей, а всего 172 798,79 рублей. Соответственно, с учетом того, что на основании данного обязательства была введена процедура банкротства, контролирующие должника лица обязаны были предвидеть данную ситуацию и обратиться с соответствующим заявлением на банкротство ООО «МК-Инвест» в срок не позднее вступления в законную силу Решения Центрального районного суда г. Волгограда от 31.08.2011 по делу № 25847/2011 о взыскании денежных средств и выдачи исполнительного листа, а именно не позднее 11.10.2011.

Суд апелляционной инстанции отклоняет указанные доводы, исходя из следующего.

Наличие у должника задолженности перед конкретным кредитором в спорный период не свидетельствует о том, что он автоматически стал отвечать признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества, и не дает повода для привлечения бывшего руководителя к субсидиарной ответственности в соответствии с п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве (Определение ВС РФ от 13.03.2015 № 301-ЭС15-723 по делу № А31-9327/2011). Таким образом, наличие кредиторской задолженности не является безусловным основанием полагать, что должник был не способен исполнить свои обязательства.

Вместе с тем, из материалов дела о банкротстве должника не усматривается, что на указанную конкурсным управляющим дату (11.09.2011) должник отвечал признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества и удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов привело к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами.

Конкурсный управляющий фактически отождествляет неоплату задолженности отдельным кредиторам с неплатежеспособностью ООО «МК-Инвест».

Вместе с тем, неплатежеспособность и неоплата конкретного долга отдельному кредитору не тождественны (постановление Президиума Высшего Арбитражного суда Российской  Федерации  от 23.04.2013  №  18245/12,  определение Верховного  суда Российской Федерации от 25.01.2015 № 310-ЭС15-12396).

Указанные обстоятельства апеллянтами не опровергнуты, доказательства обратного не представлены.

При наличии формальных признаков банкротства у кредитора возникает право обратиться в суд заявлением о банкротстве. Однако, данных признаков недостаточно для возникновения на стороне самого должника в лице его руководителя аналогичной обязанности по обращению в суд.

Обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный менеджер, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, предполагающих обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом.

В статье 61.12 Закона о банкротстве (пункт 2 статьи 10 Закона о банкротстве, применительно к рассматриваемому случаю) законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны лица, на которого возложена обязанность принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение.

Субсидиарная ответственность такого лица ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения сроков, предусмотренных статьей 9 Закона о банкротстве.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2(2016), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016 (пункт 2 практики применения положений законодательства о банкротстве Судебной коллегии по экономическим спорам), одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

Таким образом, одним из необходимых условий для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве (по пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве, применительно к рассматриваемому случаю) является наличие обязательств должника, возникших после истечения срока наступления обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Из приведенного конкурсным управляющим расчета задолженности, включенной в реестр требований кредиторов должника, усматривается, что у должника с его контрагентами имелись длящиеся хозяйственные отношения, возникшие на основании договоров, заключенных еще до указанной конкурсным управляющим даты банкротства (обязанности обратиться в суд с заявление о банкротстве), фактически управляющий отождествил неисполнение должником обязательств по оплате услуг (товара) с моментом возникновения такой обязанности.

Между тем, согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2021 № 305-ЭС21-7572, срок возникновения обязательства не следует отождествлять со сроком его исполнения.

Длящиеся обязательства по договорам, которые предусматривают периодическое предоставление услуг, выполнение работ, за периоды после заявленной даты объективного банкротства, не являются новыми обязательствами для целей привлечения к ответственности по ст. 61.12 Закона о банкротстве, поскольку платежи, в том числе периодические, по таким договорам должник принимает на себя в момент заключения указанных сделок.

При наступлении у руководителя должника обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве подконтрольного общества после заключения указанных договоров, отсутствует обман контрагентов путем нераскрытия информации о тяжелом финансовом положении общества (определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2022 № 305-ЭС21-27211).

Таким образом, одним из необходимых условий для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве является наличие обязательств должника, возникших после истечения срока наступления обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Целью правового регулирования, содержащегося в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, а в последующем, в статье 61.12 Закона о банкротстве, является предотвращение вступления в правоотношения с неплатежеспособной (несостоятельной) организацией (должником) контрагентов в условиях сокрытия от них такого состояния должника.

Требования Комитета земельных ресурсов и градостроительства администрации городского округа город Волжский Волгоградской области, включенные в реестр требований кредиторов должника, основаны на договоре аренды от 10.11.2009, следовательно, апеллянтами не доказана совокупность условий, необходимых для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за неподачу в суд заявления о признании должника банкротом.

Кроме того, конкурсный управляющий ошибочно отождествляет срок возникновения обязательства со сроком его исполнения, при таких обстоятельствах объем обязательств должника, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьей 9 Закона о банкротстве, конкурсным управляющим не доказан и судом не установлен.

Действовавшая на момент совершения, вменяемых ФИО3 и ФИО9 деяний редакция пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве предусматривала: если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 23 постановления Пленума № 53, следует, что презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

В соответствии с пунктом 16 постановления Пленума № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

В пункте 17 постановления Пленума № 53 разъяснено, что в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что по общему правилу контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 26 постановления Пленума № 53, предполагается, что действия (бездействие) контролирующего лица стали необходимой причиной объективного банкротства при доказанности следующей совокупности обстоятельств: 1) должник привлечен к налоговой ответственности за неуплату или неполную уплату сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия); 2) доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога (сбора, страховых взносов) составили более 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения. При подтверждении условий наличия означенных законодателем презумпций, предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

Доказательств наличия указанных законодателем презумпций конкурсным управляющим не представлено. Конкурсным управляющим не указано, какие именно действия (бездействие) участников оказали негативное влияния на финансовое состояние должника, способствовали увеличению его кредиторской задолженности и последующему банкротству.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришёл к обоснованному выводу о непредставлении конкурсным управляющим доказательств наличия совокупности условий, необходимых для привлечения ответчиков (ФИО3 и ФИО4) к субсидиарной ответственности за неподачу в суд заявления о признании должника банкротом, доказательств наличия вины, противоправности действий последнего и причинно-следственной связи между неподачей в суд заявления о признании ООО «МК-Инвест» несостоятельным (банкротом) и невозможностью погашения задолженности перед кредиторами.

При рассмотрении спора ответчиками ФИО3 и ФИО9 заявлено о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности при подаче заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Суд первой инстанции, руководствуясь положениями абзаца 4 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ), действующей на момент совершения вменяемых соответствующим лицам действий, счёл, что применительно к обстоятельствам настоящего спора срок исковой давности на подачу заявления о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям составляет один год, исчисляемый со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, однако, обратившись с настоящим заявлением 19.07.2023, заявитель пропустил как однолетний субъективный срок, так и трехлетний объективный срок исковой давности.

Доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего том, что срок давности по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности конкурсным управляющим не пропущен в связи с тем, что он был утвержден конкурсным управляющим ООО «МК-Инвест» определением Арбитражного суда Волгоградской области от 25.03.2022 по делу №А12-3374/2012, несостоятельны.

Как следует из заявления конкурсного управляющего, обстоятельства для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности возникли в 2011 году, то есть, до введения в действие Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 226-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве) и Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях».

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 58 постановления Пленума от 21.12.2017 № 53 сроки исковой давности в целях привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности являются специальными сроками исковой давности, предусмотренными статьей 197 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, срок исковой давности для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности является материальной нормой права и определяется в соответствии с федеральным законодательством, действующим на момент возникновения обстоятельств, которыми вызвано начало течения срока исковой давности.

В силу пункта 59 Пленума от 21.12.2017 № 53 срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, исчисляется с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или обычный независимый кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, имеющем статус контролирующего, его неправомерных действиях (бездействии), причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами (без выяснения точного размера такой недостаточности).

Таким образом, начало срока на реализацию права на обращение с заявлением о привлечении контролирующих лиц к ответственности определяется по первому арбитражному управляющему или кредитору, которые узнали или должны были узнать о наличии указанных выше обстоятельств.

В соответствии с абзацем 4 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 419-ФЗ, действующей на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.

Решением суда от 24.08.2012 ООО «МК-Инвест» признано несостоятельным (банкротом), конкурсным управляющим утвержден ФИО5 

Определением суда от 06.11.2015 утверждено мировое соглашение, производство по делу о банкротстве ООО «МК-Инвест» прекращено, 04.03.2019 мировое соглашение расторгнуто, производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «МКИнвест» возобновлено, конкурсным управляющим утвержден ФИО5 

Определением суда от 30.01.2020 в отношении ООО «МК-Инвест» введена процедура внешнего управления, 25.01.2022 вновь открыто конкурсное производство сроком, исполняющим обязанности конкурсного управляющего утверждена ФИО6 

Определением суда от 25.03.2022 конкурсным управляющим ООО «МК-Инвест» утвержден ФИО2.

Принимая во внимание указанные обстоятельства, годичный срок (субъективный) на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц истек не позднее 25.08.2013.

При этом, поскольку заявление о привлечении контролирующих должника лиц направлено в суд первой инстанции 19.07.2023, заявителем пропущен и объективный трехлетний срок на обращение в суд с соответствующим заявлением.

Как разъяснено в пункте 58 Постановления Пленума ВС РФ № 53, годичный срок исковой давности является специальным сроком исковой давности (пункт 1 статьи 197 Гражданского кодекса Российской Федерации), начало течения, которого обусловлено субъективным фактором (моментом осведомленности заинтересованных лиц).

Данный срок ограничен объективным обстоятельством: он в любом случае не может превышать трех лет со дня признания должника банкротом, и не подлежит восстановлению (абз. 3 п. 62 Постановления Пленума ВС РФ № 53).

Кроме того, согласно пункту 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

Вышеуказанные разъяснения Постановления Пленума ВС РФ № 53 о сроке исковой давности применяются и к абзацу 4 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве, поскольку содержат изложение ранее выработанных в судебной практике подходов, пункт 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве и пункт 5 статьи 10 Закона о банкротстве содержат аналогичное содержание норм по вопросу исчисления срока исковой давности, а также тождественное положение о предельном объективном трехгодичном сроке исковой давности.

Следовательно, применительно к абзацу 4 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве пропуск предельного объективного трехлетнего срока исковой давности является безусловным и достаточным основанием для отказа в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. 

В силу пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требования.

Как правильно указал суд первой инстанции, институт исковой давности имеет целью упорядочить гражданский оборот, создать определенность и устойчивость правовых связей, дисциплинировать их участников, способствовать соблюдению договоров, обеспечить своевременную защиту прав и интересов субъектов гражданских правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных гражданских прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков и третьих лиц, которые не всегда могли бы заранее учесть необходимость собирания и сохранения значимых для рассмотрения дела сведений и фактов; применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников гражданского оборота от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 15.02.2016                   № 3-П).

С учётом вышеизложенного, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявления о привлечении ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Каких-либо доводов, основанных на доказательствах, которые имели бы правовое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на оценку законности и обоснованности обжалуемого судебного акта, либо опровергали выводы арбитражного суда первой инстанции, апелляционные жалобы не содержат.

Всем доводам апелляционных жалоб арбитражный суд первой инстанции дал надлежащую правовую оценку при разрешении спора по существу заявленных требований в соответствии с положениями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, оценив все доказательства по своему внутреннему убеждению и с позиций их относимости, допустимости, достоверности, достаточности и взаимной связи в их совокупности, правовые основания для переоценки доказательств отсутствуют.

В порядке пункта 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» в соответствии со статьей 148 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации или статьей 133 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на стадии подготовки дела к судебному разбирательству суд должен определить, из какого правоотношения возник спор, и какие нормы права подлежат применению при разрешении дела.

По смыслу статьи 6, части 1 статьи 168, части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не связан правовой квалификацией спорных отношений, которую предлагают стороны, и должен рассматривать заявленное требование по существу, исходя из фактических правоотношений, определив при этом, круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, какие законы и иные нормативные правовые акты подлежат применению в конкретном спорном правоотношении (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2010 года № 8467/10, Определение Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 1 марта 2013 года № ВАС-1877/13).

Представленные в материалы дела доказательства исследованы полно и всесторонне, оспариваемый судебный акт принят при правильном применении норм материального права, выводы, содержащиеся в решении, не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, не установлено нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта.

При таких обстоятельствах у арбитражного суда апелляционной инстанции не имеется правовых оснований для изменения или отмены состоявшегося по делу судебного акта в соответствии с положениями статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.      

Руководствуясь статьями 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Волгоградской области от 06 февраля 2024 года по делу № А12-3374/2012 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

            Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объёме через арбитражный суд первой инстанции, принявший определение.

 

Председательствующий                                                                 Н.А. Колесова

 

Судьи                                                                                               Н.В. Судакова

 

                                                                                                          Е.В. Яремчук