120/2020-6971(1) 

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45 

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

апелляционной инстанции по проверке законности и 

обоснованности определения арбитражного суда,  

не вступившего в законную силу

Дело № А72-7232/2018

г. Самара

28 января 2020 г.

Резолютивная часть постановления объявлена 21 января 2020 года. 

 Постановление в полном объеме изготовлено 28 января 2020 года 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Серовой Е.А., судей Мальцева Н.А., Селиверстовой Н.А., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1  с участием:  

от ФИО2 - ФИО3 по доверенности от 29.04.2019г., от ФИО4 - лично, паспорт, 

рассмотрев в открытом судебном заседании, в помещении суда, в зале № 2,  апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО5  

на определение Арбитражного суда Ульяновской области от 25 октября 2019 года об  отказе в признании сделки недействительной  

в рамках дела № А72-7232/2018 

о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя ФИО6,  

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 21.05.2018 заявление  ПАО «Сбербанк России» о признании ФИО6 несостоятельным  (банкротом) принято к производству.  

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 23.10.2018  (резолютивная часть определения объявлена 17.10.2018) в отношении индивидуального  предпринимателя ФИО6 введена процедура реструктуризации  долгов гражданина. Финансовым управляющим должника утверждена ФИО7 - член Ассоциации «Межрегиональная саморегулируемая организация  арбитражных управляющих «Содействие».  

Сведения о введении в отношении должника процедуры реструктуризации долгов  гражданина опубликованы в газете «КоммерсантЪ» № 227 от 08.12.2018.  

Решением Арбитражного суда Ульяновской области от 22.05.2019 (резолютивная  часть от 15.05.2019) индивидуальный предприниматель ФИО6  признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации  имущества гражданина сроком на 6 месяцев, финансовым управляющим утвержден  

Бурмистров Роман Валерьевич - члена Ассоциации «Межрегиональная саморегулируемая  организация арбитражных управляющих «Содействие».  

Сведения о введении в отношении должника процедуры реализации имущества  опубликованы в газете «КоммерсантЪ» № 89 от 25.05.2019.  

Финансовый управляющий должника обратился в Арбитражный суд Ульяновской  области с заявлением, в котором просит признать недействительной сделкой Договор  купли-продажи нежилых помещений от 07.09.2015г., заключенный между ФИО6 и ФИО2, применить последствия недействительности сделки.  

Определением суда от 05.08.2019 к участию в деле в качестве лица, участвующего  в арбитражном процессе по делу о банкротстве (третьего лица) привлечен ФИО4.  

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 25 октября 2019 года  отказано в удовлетворении заявления финансового управляющего.  

Не огласившись с принятым судебным актом, финансовый управляющий  ФИО5 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит отменить  определение Арбитражного суда Ульяновской области от 25 октября 2019 года,  удовлетворить заявленные требования.  

В судебном заседании ФИО4 и представитель ФИО2 возражали  против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям представленного отзыва.  

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и  месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения  информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах  Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской  Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих  представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба  рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.  

 Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в  соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм  материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном  акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле  документам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для  отмены определения Арбитражного суда Ульяновской области от 25 октября 2019 года об  отказе в признании сделки недействительной в рамках дела № А72-7232/2018, в связи со  следующим.  

Из материалов дела следует, 07.09.2015г. между должником ФИО6  (продавец) и ФИО2 (покупатель) заключен договор купли-продажи нежилых  помещений, согласно условиям которого продавец продал покупателю, а покупатель  приобрел в собственность нежилые помещения общей площадью 306,9 кв.м., в том числе:  нежилое помещение площадью 42,9 кв.м, с кадастровым номером: 73:23:010212:2051;  нежилое помещение площадью 45,8 кв.м, с кадастровым номером 73:23:010212:2055;  нежилое помещение площадью 41,8 кв.м, с кадастровым номером 73:23:010212:2057;  нежилое помещение площадью 46,7 кв.м, с кадастровым номером 73:23:0101212:2058;  нежилое помещение площадью 41,7 кв.м, с кадастровым номером 73:23:010212:2059;  нежилое помещение площадью 88,0 кв.м, с кадастровым номером 73:23:010212:2062,  расположенные по адресу: 

<

...>,  на 1 -ом этаже двухэтажного пристроя к двухэтажному каркасно-панельному зданию,  расположенному на земельном участке площадью 5361 кв.м., принадлежащем продавцу  (п.1 Договора).  

Стоимость нежилых помещений по договору от 07.09.2015 составляет: нежилого  помещения площадью 42,9 кв.м. - 158 730 рублей; нежилого помещения площадью 45,8  кв.м. - 169 460 рублей; нежилого помещения площадью 41,8 кв.м. - 154 660 рублей;  нежилого помещения площадью 46,7 кв.м. - 172 790 рублей; нежилого помещения  

площадью 41,7 кв.м. - 154 290 рублей; нежилого помещения площадью 88,0 кв.м. - 325  600 рублей (п.4 Договора).  

Расчет между сторонами произведен полностью до подписания договора путем  передачи покупателем денежных средств продавцу (п.5 Договора).  

Поскольку сделка купли-продажи совершена в период подозрительности, а также  то, что по мнению заявителя указанной сделкой был причинен вред имущественным  правам и интересам кредиторов, финансовый управляющий должника обратился в суд с  рассматриваемым требованием, на основании п.2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Также  финансовый управляющий считает сделку недействительной по основаниям ст. 10, ст.  168, ст. 170 Гражданского кодекса РФ.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные  должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны  недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые  указаны в настоящем Федеральном законе.  

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве правила главы III.I названного  Закона могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение  обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым,  семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным  законодательством Таможенного союза и (или) законодательством Российской Федерации  о таможенном деле, процессуальным законодательством Российской Федерации и  другими отраслями законодательства Российской Федерации.  

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 1 постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах,  связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), по правилам главы III.1 Закона о  банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением  гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж  должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в  собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение  обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и  т.п.); банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счета  клиента банка в счет погашения задолженности клиента перед банком или другими  лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента).  

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пунктах 5 -7 Постановления   № 63, для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом  2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо  доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам  кредиторов;  

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам  кредиторов;  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели  должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления).  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в  признании сделки недействительной по данному основанию.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду,  что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается  уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера  имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных  должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие  привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить  удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества  (пункт 5).  

Согласно абзацам 2-5 пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения  вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два  следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку  неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из  других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61. 2  Закона о банкротстве.  

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не  доказано другой стороной сделки.  

Отказывая в признании сделки по вышеуказанным основаниям, суд первой  инстанции правомерно исходил из следующих обстоятельств.  

Из материалов дела следует, что 01.11.2011 между должником ФИО6  (заказчик-застройщик) и ФИО2 (инвестор) заключен договор об инвестировании  строительства пристроя к зданию магазина «Дом торговли» в г.Димитровграде,  Ульяновской области, по ул.Гвардейская, д. 21.  

По условиям договора об инвестировании от 01.11.2011 стороны договорились, что  ФИО2 выступит инвестором строительства двухэтажного пристроя к зданию  магазина «Дом торговли» в г. Димитровграде Ульяновской области по ул. Гвардейская, д.  21 (Объект) с целью приобретения в свою собственность нежилых помещений,  расположенных на первом этаже Объекта.  

Инвестор, в соответствии с указанным договором принимает на себя обязательство  направить денежные средства на строительство Объекта на условиях долевого участия в  строительстве Объекта в размере и на условиях, предусмотренных договором, а Заказчик- Застройщик обязуется собственными и/или привлеченными силами обеспечить  возведение указанного Объекта в соответствии с проектно-сметной документацией и,  после завершения строительства и ввода объекта в эксплуатацию, передать названные в  договоре нежилые торговые помещения в собственность Инвестора, исходя из его доли в  финансировании строительства.  

Объем финансирования строительства Инвестора составляет сумму денежных  средств в зависимости от его потребности в площадях нежилых помещений в общем  объеме строительства, но не менее 15 000 000 рублей.  

Из пунктов 1.7 - 1.9 договора от 01.11.2011г. следует, что в срок до 01.11.2013г.  Заказчик-Застройщик обязан передать Инвестору в собственность нежилые торговые  помещения, расположенные на первом этаже пристроя со стороны пр. Ленина.  

Площадь нежилых торговых помещений, передаваемых Инвестору, определяется  путем деления суммы инвестиций на себестоимость строительства 1 кв.м, торговой  площади на момент строительства. Площадь Объекта или его доли передаваемой  Инвестору в собственность исходя их себестоимости строительства, по указанному  договору составляет ориентировочно от 300 до 500 кв.м, (исходя из фактической площади  нежилых помещений пристроя по окончании строительства объекта). Себестоимость  строительства 1 кв.м, торговой площади составляет 50 000 руб. за 1 кв.м. Строительство  Объекта ведётся на земельном участке, принадлежащем ФИО6 на праве  собственности.  

Окончательные размеры долей каждой из сторон определяются соглашением  сторон после завершения строительства.  

Кроме того, согласно условиям договора ФИО6 как Заказчик-Застройщик  принял на себя следующие обязательства: предоставление земельного участка для  осуществления строительства; использование денежных средств, полученных от  Инвестора, по целевому назначению - на строительство Объекта; получение разрешения  на строительство и осуществление всех необходимых согласований с уполномоченными  государственными органами, заключение договора подряда; обеспечение контроля за  ходом работ по строительству Объекта и обеспечение его ввода в эксплуатацию по акту  сдачи-приема; обеспечение ввода Объекта в эксплуатацию и оформление  

соответствующей документации об этом не позднее 01 сентября 2013 года;  предоставление по требованию Инвестора информации о ходе выполнения работ по  строительству Объекта; не позднее 01 октября 2013 года зарегистрировать нежилые  торговые помещения в Управлении Федеральной службы регистрации, кадастра и  картографии по Ульяновской области (расходы по государственной регистрации права  собственности на нежилые помещения несет Заказчик- Застройщик); не позднее 01 ноября  2013 г. передать Инвестору по акту сдачи-приема подлинные документы,  подтверждающие право собственности Инвестора на нежилые торговые помещения,  составляющие предмет настоящего договора.  

В свою очередь, обязательствами Инвестора являются: предоставление денежных  средств в сумме 1 000 000 рублей на финансирование строительства Объекта (доли  Объекта) в качестве аванса не позднее 01 ноября 2011г.; несение затрат по содержанию и  эксплуатации Объекта соразмерно площади нежилых помещений от общей площади  нежилых помещений здания с момента ввода Объекта в эксплуатацию; использование  Объекта после ввода в эксплуатацию в соответствии с его назначением. Также инвестор  обязан: принимать участие в строительстве Объекта путем своевременного и полного  инвестирования соответствующих капитальных вложений; в течение одного месяца со дня  ввода Объекта в эксплуатацию принять в свою собственность или в собственность  указанному им лицу, причитающиеся Инвестору нежилые помещения Объекта;  курировать строительство Объекта; осуществлять иное содействие Заказчику- Застройщику для достижения цели настоящего договора; принимать участие в  строительстве Объекта (в его финансировании) путем предоставления денежных средств  Застройщику-Заказчику, и нести при этом ответственность за неисполнение или  ненадлежащее исполнение обязательств по выполнению обязательств, указанных в  договоре.  

Из представленных в материалы дела расписок ФИО6 следует, что ФИО2 через своего сына - ФИО4, также в силу п.1.4 договора от  01.11.2011г. являющегося инвестором уплатила ФИО6 на основании данного  договора 18 150 000 руб. наличными деньгами.  

Доказательств недостоверности представленных расписок в материалы дела не  представлено.  

Ходатайств о фальсификации доказательств и назначении экспертизы лицами,  участвующими в деле не заявлялось.  

Доводы финансового управляющего об отсутствии финансовой возможности  оплаты спорных помещений ответчиком правомерно отклонены судом первой инстанции,  как противоречащие материалам дела.  

Из материалов дела следует, что в подтверждение наличия финансовой  возможности приобретения нежилых помещений ответчиком представлены договор  аренды, приходные кассовые ордера, расписка в получении от ФИО8 денежных  средств, договор купли-продажи квартиры, журнал кассира-операциониста, выписка по  счету ФИО4  

В соответствии с актом приёма-передачи от 01.01.2014г. ФИО6 передал  ФИО2 созданные Заказчиком-Застройщиком по договору от 01.11.2011г. нежилые  помещения общей площадью 306,9 кв.м. расположенные в 2-х этажном пристрое к  магазину «Дом торговли» по ул. Гвардейская, д. 21 (со стороны проспекта Ленина) в г.  Димитровграде. Помещения без внутренней отделки, обеспечены электроснабжением,  отоплением, водоснабжением и водоотведением.  

17.03.2015г. указанные нежилые помещения общей площадью 306,9 кв.м. были  поставлены на кадастровый учёт с присвоением им кадастровых номеров.  

Факт постройки ФИО6 в период 2011 -2014 г. двухэтажного пристроя к  зданию магазина «Дом торговли», расположенного по ул. Гвардейская, 21 в  г.Димитровграде, с привлечением денежных средств Инвесторов, кроме материалов дела,  

также подтверждается определением Арбитражного суда Ульяновской области от  16.08.2019 по делу № А72-7232-11/2018.  

Таким образом, обязательства в рамках данного договора от 01.11.2011 сторонами  были исполнены.  

В последующем 07.09.2015 г. между ФИО6 и ФИО2 был заключен  договор купли -продажи в отношении вышеперечисленных объектов недвижимости -  нежилых помещений общей площадью 306,9 кв.м., расположенных по адресу:  

<

...>, в двухэтажном пристрое к  двухэтажному каркасно-панельному зданию.  

В силу положений п.2 ст. 61.2 Закона о банкротстве для определения того,  причинила ли оспариваемая сделка вред кредиторам, суд должен учесть условия других  взаимосвязанных с ней сделок, определяющих общий экономический эффект для  имущественного положения должника (пункт 19 Обзора судебной практики Верховного  суда Российской Федерации № 3 (2017), утвержден Президиумом Верховного Суда  Российской Федерации 12.07.2017; Определение ВС РФ от 23.03.2017 № 307-ЭС16-3765  (4,5)).  

Таким образом, установленные по данному спору обстоятельства свидетельствую о  том, что заключая договор инвестирования по строительству объекта недвижимого  имущества 01.11.2011 и договор купли-продажи 07.09.2015 стороны сделки преследовали  единою экономическую цель по передаче в собственность ответчика спорных помещений.  Общая сумма средств, затраченных на приобретение нежилых помещений ФИО2,  согласно распискам, составляет 18 150 000 руб.  

Следовательно, как правильно отмечено судом первой инстанции, нежилые  помещения приобретены ФИО2 по цене 59 139,78 руб. за 1 кв.м., тогда как  финансовый управляющий указал рыночную стоимость помещений в размере - 17 289,70  руб. за 1 кв.м.  

Доказательств, подтверждающих, что стоимость помещений занижена материалы  дела не содержат.  

Оспоренный договор прошел государственную регистрацию. При этом каких-либо  обременений в связи с неоплатой договора (отсрочкой, рассрочкой оплаты) не  зарегистрировано.  

Доводы финансового управляющего о том, что на момент совершения  оспариваемой сделки у должника имелись неисполненные требования перед иными  кредиторами, правомерно отклонены судом первой инстанции, поскольку само по себе  наличие кредиторской задолженности не свидетельствует о возникновении признаков  неплатежеспособности должника.  

Приобретение имущества по возмездной сделке при отсутствии признаков  занижения его рыночной стоимости, напротив, свидетельствует о том, что сделка  заключена без целей причинения вреда другим кредиторам.  

Кроме того, доказательств, подтверждающих, что ФИО2 являлась  заинтересованным лицом по отношению к должнику, и обладала сведениями о наличии у  должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества материалы  дела не содержат.  

Доказательств тому, что действия сторон оспариваемой сделки были направлены  на вывод имущества должника в нарушение прав кредиторов, не представлено.  

Более того, имеющегося у должника имущества с учётом средств, вырученных от  продажи имущества, достаточно для покрытия задолженности, в том числе перед  кредиторами, чьи интересы не обеспечены залогом.  

С учетом изложенного судебная коллегия соглашается с выводом суда первой  инстанции о том, что отсутствуют основания для признания сделки недействительной по  основаниям п.2 ст.61.2 Закона о банкротстве.  

Обращаясь с апелляционной жалобой, заявитель также указал, что судом сделан  необоснованный вывод о том, что оспариваемый финансовым управляющим договор  

заключен 07.09.2015г., специальные положения законодательства о банкротстве  физического лица об оспаривании сделок по правилам главы III.1 Закона о банкротстве  (включая статью 61.2 Закона о банкротстве), не могут быть применены ввиду не  соблюдения условия о сроке применения правил об оспаривании по специальным нормам,  предусмотренным главой Закона о банкротстве, так как договор заключен до 01.10.2015.  

Действительно, указанный вывод суда первой инстанции не соответствует  положениям ч. 13 ст. 14 Федерального закона № 154-ФЗ «Об урегулировании  особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и  города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные  законодательные акты Российской Федерации», согласно которому абзац второй пункта 7  статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве применяются к  совершенным с 01.10.2015 г. сделкам граждан, не являющихся индивидуальными  предпринимателями.  

Судом первой инстанции не учтено, что на момент совершения оспоренной сделки  должник являлся индивидуальным предпринимателем.  

Вместе с тем, ошибочный вывод суда первой инстанции с учетом  вышеизложенных обстоятельств не привел к принятию неправомерного судебного акта.  

При этом судом первой инстанции правомерно отмечено, что фактически все  действия сторон сделки по оплате и передаче спорных нежилых помещений  осуществлены в 2011 -2014 годах, то есть, за пределами трёхлетнего срока  подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Ссылка финансового управляющего в жалобе на то, что судом не дана оценка  доводам о мнимости оспоренной сделки является несостоятельной.  

Указанные доводы проверены судом первой инстанции и им дана надлежащая  оценка, что следует из мотивировочной части определения.  

Ссылка финансового управляющего на мнимость договора инвестирования  правомерно не принята судом первой инстанции во внимание.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ сделка, совершенная лишь для вида,  без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка),  ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников  гражданского оборота.  

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели  достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает  с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например,  искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для  последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении  имущества должника.  

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не  требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на  возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно  порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как  ничтожной.  

По мнению финансового управляющего оспоренный договор купли-продажи от  07.09.2015 г. каких-либо условий, позволяющих установить взаимосвязь с договором  инвестирования от 01.11.2011 г., не содержит. Договор инвестирования от 01.11.2011 г.  является мнимой сделкой, оценку данному доводу суд не дал.  

Вместе с тем, факт получения денежных средств и строительства нежилых  помещений подтвержден представленными в материалы дела доказательствами.  

Кроме того, 01.01.2014 г. было заключено дополнительное соглашение к  агентскому договору № 2 от 31.08.2011г., регулирующее порядок и размеры возмещения  расходов по содержанию, ремонту и техническому обслуживанию здания иных  эксплуатационных расходов, составления актов приёма-передачи фактических показаний  приборов учёта, подтверждающие разграничение несения бремени оплаты коммунальных  

и эксплуатационных платежей между Шулаевым С.М. и Глушко Н.И., впоследствии с  этой же целью заключены: агентский договор № 3 и соглашение от 01.03.2018г.  

Более того, до совершения оспариваемой сделки от 07.09.2015 спорное имущество  перешло к добросовестному приобретателю - ФИО2, которая с февраля 2014 года  сдавала его в аренду третьим лицам, и получала доход, что подтверждается уплатой  налогов в бюджет.  

Доказательств, подтверждающих, что стороны не намеревались исполнять  обязательства по договорам, материалы дела не содержат.  

Необоснованным является довод финансового управляющего о злоупотреблении  правом сторон сделки.  

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 9 информационного письма  Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127  "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса  Российской Федерации" установление судом факта злоупотребления правом при  совершении сделки может послужить основанием для признания ее недействительной на  основании пункта 2 статьи 10 и статьи 168 ГК РФ по иску оспаривающего такую сделку  лица, чьи права или охраняемые законом интересы она нарушает.  

При этом, исходя из пункта 3 статьи 10 ГК РФ (пункта 5 в новой редакции  Кодекса) о презумпции добросовестности и разумности участников гражданских  правоотношений и общего принципа доказывания в арбитражном процессе, лицо, от  которого требуется разумность или добросовестность при осуществлении права,  признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное.  

Положения указанной нормы предполагают недобросовестное поведение  (злоупотребление) правом с обеих сторон сделки, а также осуществление права  исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением  реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным  (финансовым) интересом сделок такого рода.  

Однако указанных доказательств финансовым управляющим не представлено. 

Более того, обстоятельства, на которые указывает заявитель как на основания для  признания сделки недействительной по ст.10, ст.168 ГК РФ фактически не выходят за  пределы признаков подозрительной сделки.  

В данной ситуации следует учитывать правовой подход, выработанный Верховным  судом Российской Федерации о том, что наличие схожих по признакам составов  правонарушения вместе не свидетельствует о том, что совокупность одних и тех же  обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по специальным основаниям  (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве), так и по общим (статьи 10 и 168 ГК РФ).  Квалификация сделки, причиняющей вред, по общим основаниям возможна только в том  случае, если обстоятельства ее совершения выходят за рамки признаков подозрительной  сделки. Иной подход открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой  давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно  не соответствует воле законодателя.  

На основании изложенного суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу  об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего.  

Обращаясь с апелляционной жалобой, заявителем не представлено в материалы  дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы  заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые были бы не  проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы  юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на  обоснованность и законность судебного акта.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием  для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.  

В силу положений подпункта 2 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской  Федерации исковые заявления о признании сделок недействительными оплачиваются  государственной пошлиной. Согласно разъяснениям, данным в пункте 19 постановления  Пленума от 23.12.2010 № 63 государственная пошлина уплачивается и в том случае, когда  сделка оспаривается в рамках дела о банкротстве.  

Поскольку арбитражный управляющий при предъявлении от своего имени исков,  связанных с недействительностью сделок должника, действует в интересах, в том числе и  должника, и осуществляет полномочия, предоставляемые ему в рамках соответствующих  процедур, применяемых в деле о банкротстве, для достижения целей соответствующих  процедур, судебные расходы, связанные с рассмотрением дел по указанным искам  осуществляются за счет должника (пункт 4 постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах,  связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным  законом «О несостоятельности (банкротстве)»).  

Учитывая, что расходы по уплате государственной пошлины относятся на  заявителя и подлежат взысканию в доход федерального бюджета Российской Федерации,  в связи с предоставлением ему отсрочки при подаче апелляционной жалобы в сумме 3 000  рублей.  

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, арбитражный апелляционный суд   

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Ульяновской области от 25 октября 2019 года об  отказе в признании сделки недействительной в рамках дела № А72-7232/2018 оставить без  изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.  

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО6 в  доход федерального бюджета государственную пошлину за подачу апелляционной  жалобы в размере 3 000 руб.  

 Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через арбитражный  суд первой инстанции.  

Председательствующий Е.А. Серова 

Судьи Н.А. Мальцев 

 Н.А. Селиверстова