ДВАДЦАТЬ ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ 

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Суворова, 

<

...>, тел. 

<

***> 

 E-mail: info@21aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

дело № А83-18112/2020

г. Севастополь

18 сентября2025 года

 

Резолютивная часть оглашена 04 сентября 2025 года. Полный текст составлен 18 сентября 2025 года.  

Двадцать первый арбитражный апелляционный суд в составе 

председательствующего судьи Авшаряна М.А. судей Вахитова Р.С.  

ФИО1 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Кратько А.Д.,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы 

общества с ограниченной ответственностью «Комкор» и конкурсного управляющего Общества с ограниченной ответственностью «Южная фондовая компания» ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Крым от 16.06.2025 по делу № А83-18112/2020 (судья Белоус М.А.), принятое по результатам рассмотрения  

заявления конкурсного управляющего ФИО2 к ФИО3 

о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника  

в рамках дела о признании Общества с ограниченной ответственностью «Южная фондовая компания» несостоятельным (банкротом),  

УСТАНОВИЛ:

В Арбитражный суд Республики Крым 27.10.2020 обратилось Общество с ограниченной ответственностью «Комкор» (далее - ООО «Комкор», Кредитор) с заявлением о признании Общество с ограниченной ответственностью «Южная  

фондовая компания» (далее - ООО «Южная фондовая компания», Должник) несостоятельным (банкротом).  

Определением Арбитражного суда Республики Крым от 18.02.2021 (резолютивная часть определения оглашена 11.02.2021) в отношении ООО «Южная фондовая компания» введена процедура наблюдения сроком на шесть месяцев.  

Временным управляющим утвержден ФИО2. 

Решением Арбитражного суда Республики Крым от 30.09.2021 (резолютивная часть оглашена 23.09.2021) ООО «Южная фондовая компания» признано несостоятельным (банкротом) и введена процедура конкурсного производства сроком на 6 месяцев.  

Конкурсным управляющим утвержден ФИО2.  

Конкурсный управляющий должника 20.02.2025 обратился в суд первой инстанции с заявлением о привлечении ФИО3 (далее - ФИО3, ответчик) к субсидиарной ответственности по обязательствам Общество с ограниченной ответственностью «Южная фондовая компания», о признании доказанным наличия оснований, предусмотренных пп. 1,2,4,5 п.2 ст. 61.11, п.1 ст. 61.12 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве).  

Определением Арбитражного суда Республики Крым от 16.06.2025 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего Общества с ограниченной ответственностью «Южная фондовая компания» ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Южная фондовая компания» отказано.  

Не согласившись с данным определением суда первой инстанции, конкурсный управляющий и ООО «Комкор» обратились в Двадцать первый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в полном объеме.  

В обоснование доводов апелляционных жалоб, заявители ссылаются то, что определение суда первой инстанции подлежит отмене как принятый с нарушением норм материального и процессуального права при выводах суда, не соответствующим фактическим обстоятельствам дела, судебный акт.  

Определениями Двадцать первой арбитражного апелляционного суда от 31.07.2025, 29.08.2025 настоящие апелляционные жалобы приняты к производству суда апелляционной инстанции к совместному рассмотрению.  

В судебное заседание апелляционного суда лица, участвующие в деле о банкротстве, извещенные надлежащим образом о дате, времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб, своих представителей не направили.  

Принимая во внимание надлежащее извещение лиц, участвующих в деле, о времени и месте судебного заседания путем направления копий определений о принятии апелляционной жалобы к производству посредством почтовой связи, а также размещение текста определения на официальном сайте Двадцать первого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет (http://21aas.arbitr.ru/), в соответствии с частью 6 статьи 121, частью 1 статьи 123, частями 2, 3 статьи 156, статьей 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

полагает возможным рассмотреть настоящую апелляционную жалобу в отсутствие представителей указанных лиц.  

Изучив материалы дела и доводы апелляционной жалобы, отзывов на нее, проверив в соответствии со статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции соглашается с приведенными судом первой инстанцией выводами, изложенными в мотивировочной части определения как с законными, обоснованными, принятыми в полном соответствии с обстоятельствами настоящего дела в силу следующего.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее – Закон о банкротстве) дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными данным законом.  

В соответствии с частью 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.  

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 4 указанной статьи).  

Как следует из материалов дела, ФИО3 являлся руководителем ООО «Южная фондовая компания» с 26.05.2016 по 09.10.2021, и единственным учредителем должника с 30.01.2019 по 09.10.2021.  

Относительно требования конкурсного управляющего о привлечении ФИО3 по пп. 1 п. 2 ст. 61.11 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве).  

Конкурсный управляющий в своих доводах считает что, в результате совершения ФИО3 в пользу третьих лиц ряд мнимых сделок, причинивших существенный вред имуществу должника, были затронуты права и интересы кредиторов, а именно:  

Реестр сделок 2016-2017 годы 

ОАО "МАИНКОР РУС"  

Аренда строит.техники 

700 000,00  

ООО "ВИКТОРИЯ КРЫМ" 

Дизельное топливо 

517 500,00  

ООО "ДОРНИИ" 

Проектные работы (за ООО Армир)  

1 520 000,00  

ООО "ДОРНИИ" 

Процентный займ 

420 000,00  

ООО "ЭКПЕРТИЗА" 

За инженерное сопровождение 

1 892 000,00  

ООО "Галактика" 

За аренду строит.техники 

1 100 000,00  

ООО "Дейма" 

За аренду строит.техники 

600 000,00  

ООО "МЕГАМАРКЕТ"  

За НИКОФЛОК (договор поставки № 16 от 22.09.2016) 

23 729 100,00  

ИП ФИО4 РМ. 

За аренду груз.тарнспорта 

440 000,00  

ООО "АРМИР" 

За смесь стрительную, подбор состава смеси, оплата за АРМАДОР 

9 745 800,00  

ООО "КРЫМАВТОДОР"  

За грузоперевозки 

729 000,00  

ООО "ГЕОИЗОЛКРЫМ"  

Уступка требования 

2 453 920,00  

ООО "АРК-Прогресс"  

Договор процентного займа 

100 000,00  

ООО "Автономные системы освещения 

Оплата по договору поставки 

258 400,00  

ИТОГО  

44 205 720,00  

 Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.  

Из разъяснений, содержащихся в пункте 23 Постановления N 53, следует, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.  

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.).  

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.  

По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности, недобросовестности контрагента по этой сделке.  

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основании недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.  

Апелляционный суд обращает внимание, что конкурсный управляющий в своем заявлении не приводит никакого правового обоснования в подтверждение довода о мнимом характере сделок. Заключение договоров поставки, аренды техники, выполнения работ и услуг с контрагентами обусловлено характером хозяйственной деятельности Общества, оценить условия, на которых заключались сделки, не представляется возможным ввиду фактического отсутствия в материалах дела документации по указанным сделкам. Привлечение кредитных (заемных) денежных средств является обычной практикой в предпринимательской деятельности.  

Суд первой инстанции, отказывая в привлечении ответчика к субсидиарной ответственности, по основания подпункта 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, пришел к выводу об отсутствии доказательств того, что совершенные ответчиком сделки были направлены исключительно на причинение вреда имущественным правам кредиторов и уменьшение конкурсной массы заявителем в материалы обособленного спора не представлено (статьи 9, 65 АПК РФ).  

Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции в указанной части у судебной коллегии не имеется.  

Относительно требования конкурсного управляющего о привлечении ФИО3 по пп. 2 и 4 п. 2 ст. 61.11 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве), апелляционный суд отмечает следующее.  

В силу пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в том числе, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской  

Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.  

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.  

В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в не передаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.  

Следовательно, для привлечения лица к субсидиарной ответственности необходимо установить факт неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, вину субъекта ответственности и причинно-следственную связь между отсутствием документации (несвоевременным предоставлением) и существенным затруднением проведение процедуры банкротства, невозможностью формирования конкурсной массы (формирования не в полном объеме) и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.  

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.  

Таким образом, с учетом вышеизложенного, контролирующее должника лицо не отвечает за вред, причиненный имущественным правам кредиторов, если докажет, что действовало добросовестно и разумно в интересах должника. Бремя доказывания добросовестности и разумности действий названных лиц возлагается на этих лиц, поскольку причинение ими вреда кредиторам презюмируется.  

По смыслу приведенных норм права ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, возложение на них обязанности  

нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 ГК РФ.  

В связи с чем, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.  

Кроме того, коллегия судей отмечает, что в пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" даны следующие разъяснения. Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее. Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.  

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов. Вместе с тем, конкурсным управляющим не указано отсутствие каких именно документов, не переданных ответчиком, повлияло на невозможность проведения процедуры банкротства должника. Таким образом, суд приходит к выводу, что конкурсным управляющим не доказано существенное затруднение/невозможность проведения процедуры банкротства в отсутствие непереданных ему копии документов и сведений в отношении должника. Документальных доказательств осуществления ответчиком действий либо бездействий, повлекших за собой признание должника банкротом, из материалов дела не усматривается. Заявитель не доказал причинно-следственную связь между какими-либо действиями ответчика и неплатежеспособностью должника.  

Конкурсный управляющий указывает на невыполнение ФИО3 обязанности по предоставлению управляющему всей первичной документации в полном объеме, отражающей финансово-хозяйственную деятельность ООО «ЮФК».  

В Определении Арбитражного суда Республики Крым от 06.06.2022 отражен факт уклонения от исполнения обязанности об истребовании у руководителя должника и понуждении передать документы финансово-хозяйственной деятельности за весь период деятельности должника.  

Однако, в отчете конкурсного управляющего о своей деятельности и о результатах проведения конкурсного производства ООО «Южная фондовая компания» (за период с 13.03.2023г. по 03.11.2023г.) указано: «Сергиево- Посадским РОСП по Московской области завершено исполнительное производство 203312/22/50037-ИП от 30.09.2022 по заявлению управляющего о понуждении ФИО3 к передаче финансово-хозяйственной документации и имущества должника в ведение конкурсного управляющего.  

ФИО3, в том числе дополнительно предоставлены письменные пояснения (согласно Постановлению СП ФИО5 о предоставлении документов) по каждому пункту Запроса, а также дополнительные документы по ФХД организации (всего 32 приложения на 175 листах).  

Конкурсный управляющий указывает на то, что хронологически исполнение ФИО3 в принудительном порядке своей обязанности по передаче финансово-хозяйственной документации, необходимой для проведения мероприятий в рамках процедуры наблюдения, было осуществлено ФИО3 в период действующей процедуры конкурсного производства, то есть с ноября 2021 года по апрель 2023, то есть в период, когда руководитель должника уже был обязан передать управляющему документы не только за последние три года, а вообще всю имеющуюся финансово-хозяйственную документацию, материальные и иные ценности должника за весь период деятельности (п.2 ст.126 Закона о банкротстве).  

Как указывает конкурный управлявший, по состоянию на 29.10.2024 ФИО3 продолжает уклоняться от передачи первичной финансово-хозяйственной документации в отношении сделки по поставке ПМК «Никофок» с ООО «МЕГАМАРКЕТ» (сумма сделки 23,7 млн. рублей), а также первичной бухгалтерской документации в отношении сделок должника, не связанных с расчетами по договорам поставок за «Никофлок» между ООО «ЮФК» и ООО «КОМКОР» за период своей активной деятельности в 2016-2017 годах с контрагентами, указанными в Отзыве (Реестр сделок за 2016-2017).  

Однако, как указывает должник по всем договорам, указанным конкурсным управляющим, были предоставлены договора и первичные документы по выполненным работам – Акты выполненных работ, Акты проведенных перевозок, акты выполнения работ строительной техникой, приемо-сдаточные акты поставленных материалов.  

Конкурсный управляющий, с учетом того, что Постановление судебного пристава-исполнителя ФИО5 о предоставлении документов исполнено ФИО3, в том числе дополнительно предоставлены письменные пояснения по каждому пункту Запроса, не обосновал каким образом отсутствие документации (в части) повлияло на ход процедуры банкротства.  

В рассматриваемом случае, доводы конкурсного управляющего относительно непередачи руководителем должника документации, отклоняются апелляционным судом, поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства того, что неисполнение обязанности по передаче документации бывшим руководителем повлекло невозможность проведения конкурсным управляющим мероприятий по формированию конкурсной массы и, как следствие, существенным образом повлияло на возможность удовлетворения требований кредиторов должника.  

Коллегия судей отмечает, что в настоящем случае, для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по указанному основанию, недостаточно предположений, высказанных конкурсным управляющим.  

Что касается доводов конкурсного управляющего о наличии оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности на основании подпункта 5 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.  

В соответствии с пунктом 1, подпунктом 5 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в том числе, если на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с Федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице: в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов; в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.  

Вместе с тем в соответствии с пунктом 25 Постановления N 53, согласно взаимосвязанным положениям подпункта 5 пункта 2, пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве в ходе рассмотрения вопроса о применении презумпции, касающейся невнесения информации в единый государственный реестр юридических лиц или единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц (либо внесения в эти реестры недостоверной информации), заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие соответствующей информации (либо наличие в реестре недостоверной информации) повлияло на проведение процедур банкротства.  

В соответствии с абзацем 6 пункта 24 Постановления N 53 под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:  

- невозможность определения основных активов должника и их идентификации;  

- невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;  

- невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.  

По состоянию на дату возбуждения дела о банкротстве (03.11.2020) в ЕГРЮЛ не содержались сведения о недостоверности места нахождения юридического лица. Сведения недостоверны в результате проверки содержащихся в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице внесены 18.02.2022 (ГРН 2229100111304), т.е. внесены после возбуждения дела о банкротстве (т.е. после 03.11.2020), введения процедуры наблюдения (т.е. после 11.02.2021 - оглашена резолютивная часть определения суда о введении процедуры наблюдения) введения конкурного производства (т.е. 23.09.2021 - оглашена  

резолютивная часть решения суда о введении процедуры конкурного производства).  

Учитывая, что задолженность перед контрагентами возникла ранее даты внесения сведений о недостоверности адреса, которая впоследствии не привело к заблуждению контрагентов в отношении имущественной состоятельности общества апелляционной суд с учетом вышеизложенного, приходит к выводу что, не имеется оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности на основании подпункта 5 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве).  

Что касается доводов конкурсного управляющего относительно необоснованного отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 по основаниям п. 1 ст. 61.12 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве) (неисполнение обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом), суд апелляционной инстанции не установил основания для отмены либо изменения в этой части оспариваемого судебного акта.  

Суд первой инстанции верно установил дату возникновения обязанности подать заявление (30.04.2019) и пришел к обоснованному выводу, что все требования кредиторов в реестре основаны на обязательствах, возникших до этой даты.  

Конкурсным управляющим должника в материалы дела не представлено доказательств возникновения у должника новых обязательств, возникших после даты возникновения обязанности ответчика обратиться в суд с заявлением о банкротстве подконтрольного общества.  

Доводы, изложенные в апелляционных жалобах, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда первой инстанции.  

Несогласие подателей жалоб с произведенной судом оценкой фактических обстоятельств дела не свидетельствует о неправильном применении норм материального права и не может быть положено в обоснование отмены обжалуемого судебного акта.  

Учитывая вышеизложенное, всесторонне и полно исследовал материалы дела, дав надлежащую правовую оценку всем доказательствам, судебная коллегия приходит к выводу о том, что суд первой инстанции правильно применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права.  

Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, оснований для его отмены в соответствии со статьей 270 АПК РФ суд апелляционной инстанции не усматривает.  

Из материалов дела следует, что определениями суда апелляционной инстанции от 31.07.2025 удовлетворены ходатайства общества с ограниченной ответственностью «Комкор» и конкурсного управляющего Общества с ограниченной ответственностью «Южная фондовая компания» ФИО2 об отсрочке уплаты государственной пошлины, в связи с чем с  

должника и общества с ограниченной ответственностью «Комкор» в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственные пошлины.  

Руководствуясь статьями 266, 268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцать первый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Крым от 16.06.2025 по делу № А83-18112/2020 оставить без изменения, а апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Комкор» и конкурсного управляющего Общества с ограниченной ответственностью «Южная фондовая компания» ФИО2 - без удовлетворения.  

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Комкор» в доход федерального бюджета 30 000 руб. государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.  

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Южная фондовая компания» в доход федерального бюджета 30 000 руб. государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в месячный срок в порядке, установленном статьей 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий судья М.А. Авшарян 

Судьи Р.С. Вахитов 

 ФИО1 

Электронная подпись действительна.

Данные ЭП:

Дата 23.12.2024 12:09:06

Кому выдана Авшарян Михаил Араратович