СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068  

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

 № 17АП-2100/2023(1)-АК

Дело № А60-64710/2021

31 марта 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 28 марта 2023 года.  Постановление в полном объеме изготовлено 31 марта 2023 года.  

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Даниловой И.П., судей  Голубцова В.Г., Нилоговой Т.С., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,  при участии:  

лица, участвующие в деле, не явились, извещены; 

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены  надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения  информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте  Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),  

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ответчика  ФИО2  

на решение Арбитражного суда Свердловской области  от 10 января 2023 года,  

вынесенное в рамках дела № А60-64710/2021 

по иску Гаринского районного потребительского общества (ИНН 

<

***>,  ОГРН 

<

***>) к ФИО2 о привлечении к  субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Колхида» и взыскании  с ФИО2 в пользу Гаринского районного  потребительского общества 1 545 000 руб. долга, 1 319 580 руб. неустойки, 122  000 руб. расходов в деле о банкротстве, а также 37 933 руб. в возмещение  расходов по уплате государственной пошлины  

установил:

В арбитражный суд 10.12.2021 поступило заявление Гаринского  

 

районного потребительского общества (ИНН 

<

***>, ОГРН  

<

***>) (далее – истец) к ФИО2 (далее –  ФИО2, ответчик) о привлечении к субсидиарной ответственности по  обязательствам юридического лица и взыскании денежных средств.  

В заявлении истец просил: привлечь ФИО2 к  субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной  ответственностью «Колхида» (ИНН 

<

***>; ОГРН 

<

***>);  взыскать с ФИО2 в пользу Гаринского районного потребительского  общества 2 864 580 руб.; взыскать с ФИО2 в пользу  Гаринского районного потребительского общества в возмещение судебных  расходов на оплату услуг арбитражного управляющего и понесенных им  расходов в рамках дела № А60- 10996/2021 в размере 122 000 руб.; взыскать с  ФИО2 в пользу Гаринского районного потребительского  общества в возмещение судебных расходов по уплате государственной  пошлины денежные средства в размере 37 933 руб.  

Определением суда от 17.12.2021 заявление принято к производству,  назначено судебное заседание.  

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 10.01.2023  (резолютивная часть объявлена 27.12.2022) ФИО2  привлечена к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО  «Колхида». Взыскано с ФИО2 в пользу Гаринского  районного потребительского общества 1 545 000 руб. долга, 1 319 580 руб.  неустойки, 122 000 руб. расходы в деле о банкротстве, а также 37 933 руб. в  возмещение расходов по уплате государственной пошлины.  

ФИО2 обжаловала судебный акт в апелляционном порядке,  просит решение суда 10.01.2023 отменить и принять новый судебный акт об  отказе в удовлетворении заявления Гаринского районного потребительского  общества к ФИО2 о привлечении к субсидиарной  ответственности по обязательствам юридического лица «Колхида» и взыскании  денежных средств.  

В апелляционной жалобе ответчик не соглашается с выводом суда  первой инстанции о том, что у ФИО2 отсутствовал экономически  обоснованный план по выводу общества из банкротства. Вместе с тем, после  одностороннего отказа истца от исполнения спорного договора аренды, ООО  «Колхида» предприняло фактические действия, направленные на улучшение  финансового состояния. Общество продолжило вести хозяйственную  деятельность и выполнять обязанности по договорам с контрагентами с  перспективой получения прибыли от реализации товара. Между ООО  «Колхида» и Сосьвинским районным потребительским обществом был  заключен договор аренды розничных магазинов (21.04.2020). Магазины вплоть  до февраля 2021 осуществляли хозяйственную деятельность. Из вырученных  денежных средств производилась оплата труда работников, выплаты  контрагентам, в том числе по образовавшимся ранее долгам. Таким образом,  

 

ФИО2, несмотря на временные финансовые затруднения,  добросовестно рассчитывала на их преодоление в разумные сроки, приложила  необходимые усилия для достижения такого результата. Из сохранившихся, а  также восстановленных первичных бухгалтерских документов, товарных  накладных следует, что общество производило расчеты с кредиторами также  после указанной даты. Игнорирование этих доказательств привело к  критической ошибке - неправильному определению даты наступления  объективного банкротства. Совокупность доказательств по делу подтверждает  ведение хозяйственной деятельности обществом вплоть до декабря 2020 -  февраля 2021, соответственно, суд неправильно определил дату объективного  банкротства, в том числе, из-за нарушения процессуального закона.  

По мнению ФИО2 оснований для подачи заявления о  признании должника банкротом не имелось вплоть до февраля 2021, когда была  полностью нарушена цепочка получения прибыли: расторгнут договор аренды  помещений розничных магазинов, производственного цеха с Сосьвинским  районным потребительским обществом, потому ФИО2 не может быть  привлечена к субсидиарной ответственности по долгам общества перед истцом  по настоящему делу. Задолженность перед истцом у должника возникла до  даты объективного банкротства, до возникновения обязанности  контролирующего лица обратиться в арбитражный суд с заявлением о  признании общества банкротом.  

Апеллянт считает, что суд первой инстанции необоснованно отстранился  от анализа всех представленных стороной ответчика доказательств. В  частности судом не была дана соответствующая оценка постановлению об  отказе в возбуждении уголовного дела. Как следует из указанного документа,  неизвестные похитили первичную документацию ООО «Колхида».  Противоправные действия были совершены до наступления даты объективного  банкротства. Не дав оценку этому доказательству, суд первой инстанции вместе  с тем указал, что ответчиком не была передана первичная документация в  полном объеме в обоснование учета движения денежных средств,  следовательно, не были проанализированы доводы стороны ответчика о  невозможности по объективным причинам предоставить всю первичную  документацию. Бездействием суда первой инстанции был нарушен принцип  равноправия сторон.  

Кроме того, суд первой инстанции одним из оснований привлечения  ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам  должника указал создание ею нового юридического лица - общества с  ограниченной ответственностью «Колхида НТ». Как следует из спорного  решения, новое общество было создано с целью уклонения от погашения  требований кредиторов. К такому заключению суд первой инстанции пришел с  учетом следующих обстоятельств: с мая 2020 ООО «Колхида НТ» начинает  расчеты с кредиторами; смена одного общества (ООО «Колхида») на другое  (ООО «Колхида НТ») произведено формально, без фактического изменения  

 

получателя выгоды от хозяйственной деятельности; деятельность спорных  обществ не является принципиально различной; предположительно наличие  родственных связей между старым и новым руководителем общества  «Колхида». Данные выводы суда первой инстанции противоречат материалам  дела. Новое общество было создано 06.07.2020, следовательно, указание на май  2020 как начальную дату расчетов с кредиторами не соответствует  обстоятельствам, установленным при рассмотрении дела; деятельность  обществ кардинально отличается: ООО «Колхида» занималось розничной  торговлей, а ООО «Колхида НТ» - оказанием услуг общественного питания.  При таких обстоятельствах вывод о «зеркальности» должника и вновь  созданного общества такой формальный подход является недопустимым. При  том сторона ответчика занимала активную позицию по доказыванию. Однако  суд первой инстанции не оценил представленные ею доказательства, такие как  выписки из единой информационной системы в сфере закупок. Из данных этих  выписок следует, что ООО «Колхида НТ» является участником торгов на  организацию питания в школах. Аналогичные пояснения были даны  ответчиком и ее представителем в судебном заседании. Следовательно, истцом  не доказано, что общества занимались схожей хозяйственной деятельностью.  Не доказано и то обстоятельство, что вновь созданное общество фактически  заменило собой должника. Например, не подтверждено, что ему были переданы  активы и базы контрагентов должника; сотрудники должника были  трудоустроены в ООО «Колхида НТ»; деятельность нового общества ведется с  использованием ресурсов должника; новое общество создано с целью перевода  на него денежного потока с ООО «Колхида» и так далее. Стороной ответчика  представлены неопровержимые доказательства создания нового общества для  ведения хозяйственной деятельности в новой сфере, неаффилированности  обществ. Анализ приведенного позволяет сделать однозначный вывод, что  действиями ФИО2, зарегистрировавшей новое общество, не  причинено вреда кредиторам. Другое толкование привело бы к нарушению  прав ФИО2 заниматься предпринимательской деятельностью.  

До судебного заседания от истца поступил отзыв, в котором возражает  против доводов апелляционной инстанции, считает судебный акт законным и  обоснованным.  

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и  месте судебного разбирательства, представителей в заседание суда  апелляционной инстанции не направили, что в соответствии с частью 3 статьи  156 АПК РФ не является препятствием к рассмотрению жалобы в их  отсутствие.  

Законность и обоснованность принятого по делу решения проверены  Семнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Как было указано выше, в арбитражный суд 10.12.2021 поступило  заявление Гаринского районного потребительского общества к ФИО3  

 

Алене Юрьевне о привлечении к субсидиарной ответственности по  обязательствам юридического лица и взыскании денежных средств  

Публикация на сайте ЕФРСБ о подаче в суд заявления о привлечении  контролирующего ООО «Колхида» лиц к субсидиарной ответственности  произведена 31.05.2022. номер сообщения № 12336518. Иные потенциальные  кредиторы общества «Колхида» к рассматриваемому иску не присоединились.  

Как следует из материалов дела, вступившим в законную силу решением  Арбитражного суда Свердловской области от 23.10.2020 по делу № А6021296/2020 взыскано с ООО «Колхида» в пользу Гаринского районного  потребительского общества 1545000 руб. 00 коп. долга, 1319580 руб. 00 коп.  неустойки. Взыскана с ООО «Колхида» в доход федерального бюджета  государственная пошлина в сумме 37323 руб. 00 коп.  

В связи с неисполнением указанного судебного акта, воспользовавшись  своим правом, Гаринское районное потребительское общество обратилось в  арбитражный суд с заявлением о признании ООО «Колхида» несостоятельным  (банкротом).  

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 31.03.2021  возбуждено дело № А60-10996/2021 о несостоятельности в отношении ООО  «Колхида».  

Определением арбитражного суда от 09.06.2021 заявление Гаринского  районного потребительского общества о признании ООО «Колхида»  несостоятельным (банкротом) признано обоснованным, в отношении должника  введена процедура наблюдения.  

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 09.06.2021 по  делу № А60-10996/2021 в третью очередь реестра требований кредиторов  включено требование Гаринского районного потребительского общества в  размере 2 864 580,00 руб., в том числе; 1 545 000 руб. долга, 1 319 580,00 руб.  неустойки, в третью очередь реестра требований кредиторов «Колхида».  

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 13.10.2021  производство по делу № А60-10996/2021 о банкротстве ООО «Колхида»  прекращено на основании абзаца 8 пункта 1 статьи 57 Федерального закона от  26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в связи с  отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на  проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве и выплаты  вознаграждения арбитражному управляющему.  

Ссылаясь на неисполнение контролировавшим должника лицом  обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании  должника банкротом, обязанности по передаче временному управляющему  документов, относящихся к деятельности должника, а также совершения  ответчикам действий (бездействий), повлекших невозможность погашения  требований кредиторов Гаринское районное потребительское общество  обратилось в арбитражный суд с рассматриваемым исковым заявлением.  

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные истцом требования,  

 

исходил из доказанности состава правонарушения, неправомерности действий  ответчика, причинивших вред истцу в заявленном размере.  

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы,  отзыва на нее, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в  порядке статьи 71 АПК РФ, проверив правильность применения арбитражным  судом норм материального права и соблюдения судом норм процессуального  права, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены  (изменения) обжалуемого судебного акта в силу следующих обстоятельств.  

В силу пункта 1 статьи 61.19 Федерального закона от 26.10.2002 № 127- ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), если  после завершения конкурсного производства или прекращения производства по  делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о  привлечении к субсидиарной ответственности, в соответствии с пунктом 3  статьи 61.14 Закона о банкротстве, и требования которого не были  удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для  привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11  Закона о банкротстве, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне  рамок дела о банкротстве.  

Согласно пункту 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу  заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию,  предусмотренному статьей 61.12 настоящего Федерального закона, после  завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу  о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения  судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о  банкротстве, или возврата уполномоченному органу заявления о признании  должника банкротом обладают конкурсные кредиторы, работники либо  бывшие работники должника или уполномоченные органы, обязательства перед  которыми предусмотрены пунктом 2 статьи 61.12 настоящего Федерального  закона.  

В пункте 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с  привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при  банкротстве» (далее - постановление № 53) разъяснено, что после прекращения  производства по делу в связи с отсутствием средств, достаточных для  возмещения расходов на проведение процедур банкротства, заявление о  привлечении к субсидиарной ответственности вправе подать только те  кредиторы, чьи требования в деле о банкротстве были признаны  обоснованными и включены в реестр требований кредиторов должника (в том  числе в порядке, предусмотренном пунктом 4 статьи 142 Закона о банкротстве)  (пункты 3 и 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве).  

В рассматриваемой ситуации Гаринское районное потребительское  общество являлось конкурсным кредитором в деле № А60-10996/2021 о  банкротстве ООО «Колхида», производство по которому было прекращено на  

 

основании абзаца 8 пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве в процедуре  наблюдения.  

ООО «Колхида» является юридическим лицом, действующим на  основании Устава, включено 05 июля 2019 года в Единый государственный  реестр юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ). ФИО2 являлась  руководителем и учредителем общества.  

Истец полагает, что имеются основания для привлечения ФИО2  к субсидиарной ответственности за неисполнение ими обязанности по  обращению в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «Колхида»  несостоятельным банкротом.  

В обоснование требований указывает на то, что признаки  неплатежеспособности и недостаточности имущества возникли у должника в  период с 2019 по 2020 годы, в связи с неисполнением должником обязательств  перед кредиторами:  

- Гаринское районное потребительское общество – долг по аренде в сумме  1 545 000 руб. за период с ноября 2019 по январь 2020. Взыскано Решением  Арбитражного суда Свердловской области от 23.10.2020 по делу № А6021296/2020;  

- общество с ограниченной ответственностью «ЕЭС-Гарант» (ИНН  

<

***>, ОГРН 

<

***>) 7091,24 руб. долг за период с ноября по  декабрь 2020г., январь 2021г. за поставленную электроэнергию.  

- Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 16 по  Свердловской области:  

1) задолженность по страховым взносам в Фонд социального страхования  РФ по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на  производстве и профессиональных заболеваний в размере 8 829.73 руб. за 4  квартал 2019 и за 3 квартал 2020,  

2) задолженность по налогу на доходы физических лиц – 444 062 руб.: - за  12 месяцев 2019 года, за 3 месяца 2020 года, за 6 месяцев 2020 года  

3) задолженность по страховым взносам на обязательное пенсионное  страхование в размере 927 065,62 руб. за 12 месяцев 2019 года, за 3 месяца 2020  года, за 6 месяцев 2020 года,  

4) задолженность по страховым взносам на обязательное медицинское  страхование в размере 219 403,82 руб., за 12 месяцев 2019 года, за 3 месяца  2020 года, за 6 месяцев 2020 года  

5) задолженность по налогу, взимаемый с налогоплательщиков,  выбравших в качестве объекта налогообложения доходы, уменьшенные на  величину расходов (в том числе минимальный налог, зачисляемый в бюджеты  субъектов Российской Федерации) в размере 69 979,00 руб.  

Таким образом, период неисполнения обязательств составляет с ноября  2019 по июнь 2020.  

Также истец указывает, что у общества имелась задолженность перед  работниками, взысканная решением Серовского районного суда Свердловской  

 

области по делу № 2-763/2021, 2-1886/2020, № 2-1531/2020, № 2-1528/2020 В  материалы дела представлены истцом копии решений Серовского районного  суда свердловской области:  

- дело № 2-763/2021 – взыскан с ООО «Колхила» в пользу четырех  сотрудников общества долг по заработной плате в общей сумме 189 244,46 руб.  за период с июня по декабрь 2020,  

- дело № 2-299/2021 – взыскан с ООО «Колхида» в пользу сотрудника долг  по заработной плате в сумме 40 668 руб. с февраля 2020 по 30.04.2020,  

- дело № 2-70/2021 - взыскан с ООО «Колхида» в пользу сотрудника долг  по заработной плате в сумме 46 579, 20 руб. за период с февраля 2020, - дело   № 2-69/2021 - взыскан с ООО «Колхида» в пользу сотрудника долг по  заработной плате в сумме47 877 руб. за период с февраля по апрель 2020.  

Таким образом, обществом не выплачивалась заработная плата  сотрудникам почти весь 2020 год: с февраля по апрель 2020 и с июня по  декабрь 2020.  

Согласно выписке с расчетного счета ООО «Колхида», несмотря на  наличие у общества задолженности перед данными кредиторами, общество  исполняло обязанности перед другими кредиторами до марта 2020.  

Более того, за период с августа 2019 по июль 2020 ответчиком с расчетного  счета денежные средства в сумме 2 473 766,97 руб.  

Довод ответчика о том, что имелся экономически-обоснованный план по  выводу общества из банкротства, судом первой инстанции был исследован и  правомерно отклонен.  

В качестве довода о намерении вывести общества из банкротства  ответчиком указано, что с момента создания ООО «Колхида» общество  получало прибыль от реализации продуктов питания в розничных магазинах.  Магазины в количестве 13 штук арендованы у истца. Между обществом и  поставщиками продуктов питания заключены договоры, предусматривающие  отсрочку по оплате за поставленный товар от 05 дней до 21 дня. Общество  «Колхида» в течение предоставленной отсрочки реализовывало в розничных  магазинах товар и выплачивало поставщику его стоимость. Такое  взаимоотношение с поставщиками продолжалось до апреля 2020, то есть до  расторжения с истцом договора аренды. Поскольку розничные магазины были  возвращены арендодателю, ООО «Колхида» было лишено возможности  реализовывать полученный товар. Именно расторжение договора аренды  сказалось негативно на экономическом состоянии общества «Кохида», с этого  времени у общества начали появляться задолженности перед поставщиками. В  связи с чем, общество для выхода из сложившейся ситуации, 21.04.2020  заключает со Сосьвинским районным потребительским обществом договор  аренды розничных магазинов. С этого периода времени общество стало  расплачиваться с контрагентами за наличный расчет. Из вырученных от  продажи товара денежных средств, ООО «Колхида» осуществляло расчеты по  заработной плате, по ранее возникшим долгам перед контрагентами ИП  

 

ФИО4, ООО «Доброгост», Гаринским районным потребительским  обществом.  

26.02.2021 Сосьвинское районное потребительское общество отказалось в  одностороннем порядке от исполнения договора аренды помещений  (соглашение о расторжении, Том 6, л. д. 59). Таким образом, к февралю 2021  нарушена цепочка получения прибыли, как поясняет ответчик, данное  обстоятельство не позволило обществу единоразово платить налоги, поскольку  не была бы уплачена в полном объеме заработная плата, в связи с чем общество  приняло решение выплатить налоги после восстановления платежеспособности.  

Судом первой инстанции верно установлено, что признаки  неплатежеспособности у общества возникли по итогам работы за период с  января по июнь 2020, именно в этот период сформировалась стойкая  неплатежеспособность должника перед кредиторами, включенными в реестр, в  том числе перед бюджетом, а также по заработной плате. Обязанность по  обращению в суд возникла у должника не позднее 01.07.2020.  

В ходе финансового анализа временным управляющим установлено,  что деятельность ООО «Колхида» прекращается в июле 2020 года.  

Таким образом, спустя год с момента регистрации должник при наличии  задолженности более 2 000 000 руб. прекращает свою деятельность и  движение денежных средств по счетам.  

Нельзя признать разумным поведение руководителя общества по  осуществлению дальнейшей деятельности общества, поскольку даже после  расторжения договора аренды с истцом -апрель 2020, и заключения договора  аренды от 21.04.2020 с Сосьвинским районным потребительским обществом,  задолженность перед кредиторами не была погашена, долг по заработной плате  продолжал накапливаться. По сути, общество «Колхида» рассчитывалось  только с поставщиками продуктов питания, с марта 2020 движение денежные  средства на расчетном счете прекращается, а 06.07.2020, несмотря на  непогашенные долги и неуплаченные налоги, ФИО2 создает новое  общество «Колхида НТ».  

Вместе с тем, проанализировав наличие кредиторской задолженность  общества «Колхида» после 01.07.2020 суд первой инстанции верно не  установил оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной  ответственности по основанию за не обращение в суд с заявлением о признании  должника банкротом.  

 Согласно пункту 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника  должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных  пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц  с даты возникновения соответствующих обстоятельств.  

В соответствии с пунктом 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве, если в  течение предусмотренного пунктом 2 указанной статьи срока руководитель  должника не обратился в арбитражный суд с заявлением должника и не  устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым -  

 

восьмым пункта 1 настоящей статьи, в течение десяти календарных дней со дня  истечения этого срока: лица, имеющие право инициировать созыв  внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иные  контролирующие должника лица обязаны потребовать проведения досрочного  заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие  решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в  арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, которое  должно быть проведено не позднее десяти календарных дней со дня  представления требования о его созыве. Указанный орган обязан принять  решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, если на  дату его заседания не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами  вторым, пятым - восьмым пункта 1 названной статьи.  

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение  обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву  заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с  заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок,  которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за  собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим  Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для  принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или)  принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный  суд.  

При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица  отвечают солидарно. Размер ответственности в соответствии с настоящим  пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным  платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 23 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о  банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о  признания должника банкротом).  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 12, 13 постановления  Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О  некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника  лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), в  абзаце втором пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется  наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем  должника заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения  требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период  просрочки подачи заявления о банкротстве.  

Лицо, не являющееся руководителем должника, может быть привлечено к  субсидиарной ответственности за неподачу (несвоевременную подачу)  заявления должника о собственном банкротстве при наличии совокупности  следующих условий: это лицо являлось контролирующим, в том числе исходя  из не опровергнутых им презумпций о контроле мажоритарного участника  

 

корпорации (подпункт 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве), о  контроле выгодоприобретателя по незаконной сделке (подпункт 3 пункта 4  статьи 61.10 Закона о банкротстве) и т.д.; оно не могло не знать о нахождении  должника в таком состоянии, при котором на стороне его руководителя,  ликвидационной комиссии возникла обязанность по обращению в суд с  заявлением о банкротстве, и о невыполнении ими данной обязанности; данное  лицо обладало полномочиями по созыву собрания коллегиального органа  должника, к компетенции которого отнесено принятие корпоративного  решения о ликвидации, или обладало полномочиями по самостоятельному  принятию соответствующего решения; оно не совершило надлежащим образом  действия, направленные на созыв собрания коллегиального органа управления  для решения вопроса об обращении в суд с заявлением о банкротстве или на  принятие такого решения.  

В соответствии с подпунктом 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве  предполагается, что участник корпорации, учредитель унитарной организации  является контролирующим лицом, если он и аффилированные с ним лица (в  частности, статья 53.2 ГК РФ, статья 9 Федерального закона от 26 июля 2006 г.   № 135-ФЗ «О защите конкуренции», статья 4 Закона РСФСР от 22 марта 1991 г.   № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на  товарных рынках") вправе распоряжаться 50 и более процентами голосующих  акций (долей, паев) должника, либо имеют в совокупности 50 и более  процентов голосов при принятии решений общим собранием, либо если их  голосов достаточно для назначения (избрания) руководителя должника.  Презюмируется, что лицо, отвечающее одному из указанных критериев,  признается контролирующим наряду с аффилированными с ним лицами.  

Из приведенных выше норм следует, что возможность привлечения лиц,  перечисленных в пункте 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, к субсидиарной  ответственности возникает при наличии одновременно следующих указанных в  законе условий: возникновение одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9  Закона о банкротстве обстоятельств, влекущих обязанность руководителя  должника по подаче заявления должника в арбитражный суд, и установление  даты возникновения этого обстоятельства; неподача руководителем должника в  арбитражный суд заявления должника в течение месяца с даты возникновения  соответствующего обстоятельства; возникновение у должника обязательств  после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 указанного  федерального закона.  

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под недостаточностью  имущества понимается превышение размера денежных обязательств и  обязанностей по уплате обязательных платежей над стоимостью имущества  (активов) должника, под неплатежеспособностью - прекращение исполнения  должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате  обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.  

При этом признаки неплатежеспособности или недостаточности  

 

имущества должны носить объективный характер. При этом, согласно  разъяснениям, изложенным в пункте 9 Постановления Пленума Верховного  Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах,  связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при  банкротстве», наличие кредиторской задолженности в определенный момент  само по себе не свидетельствует о неплатежеспособности последнего, либо о  недостаточности у него имущества и не порождает у руководителя обязанности  обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве. Обязанность  руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в  момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в  сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики,  учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить  наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о  банкротстве.  

При установлении обязанности руководителя по обращению в  арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника и наличии оснований  для привлечения бывшего руководителя или участника юридического лица к  субсидиарной ответственности в связи с нарушением указанной обязанности  необходимо исследовать: финансовые показатели юридического лица  (отсутствие доходности, неспособность исполнять свои обязательства перед  кредиторами и обязанности по уплате обязательных платежей, анализ наличия  денежных средств на счетах должника и ведение им финансовых операций);  осуществляемую должником в спорный период хозяйственную деятельность;  установить когда возникли признаки неплатежеспособности должника и, в  зависимости от этого, когда руководитель должен был узнать о действительном  возникновении признаков неплатежеспособности либо недостаточности  имущества должника.  

Само по себе наличие у должника формальных признаков банкротства не  является достаточным основанием для вывода о возложении на руководителя  должника и его участников ответственности за исполнение обязанности по  обращению в суд с заявлением в порядке статьи 9 Закона о банкротстве,  показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по  подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно  отображать наступление критического для должника финансового состояния,  создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.  

Проанализировав содержащиеся в картотеке арбитражных дел  определения о включении требований кредиторов в реестр требований  кредиторов ООО «Колхида» в совокупности со сведениями реестра требований  кредиторов с указанием наименования кредитора, оснований возникновения  задолженности, суммы долга, а также даты возникновения у должника  обязательства, суд первой инстанции не установив наличие обязательств  должника, возникших после 01.07.2020, которые могли бы составить размер  субсидиарной ответственности контролировавших должника лиц в  

 

соответствии с пунктом 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве пришел к верному  выводу об отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной  ответственности руководителя (учредителей) должника за неисполнение  обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника  несостоятельным (банкротом).  

Также истец в качестве оснований для привлечения ответчика к  субсидиарной ответственности указывает на совершение им действий,  следствием которых стало невозможным полное удовлетворение требований  кредиторов.  

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение  требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия  контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную  ответственность по обязательствам должника.  

В пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлен перечень  обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения  до банкротства, при доказанности которых предполагается, что именно  действия (бездействие) контролирующего лица могут явиться необходимой  причиной объективного банкротства (пункт 19 Постановления Пленума № 53).  

Согласно пп. 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не  доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов  невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего  должника лица при наличии следующих обстоятельств: причинен  существенный вред имущественным правам кредиторов в результате  совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом  одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию  этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о  банкротстве.  

В пункте 19 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53  разъяснено, что при доказанности обстоятельств, составляющих основания  опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленных в пункте 2  статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия  (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной  объективного банкротства. В соответствии с пунктом 16 названного  Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 под действиями  (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности  погашения требований кредиторов следует понимать такие действия  (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника,  то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.  

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия)  контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и  фактически наступившим объективным банкротством. Согласно разъяснениям,  изложенным в п. 23 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53,  

 

презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда  сделок) (пп. 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве) может быть  применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками)  причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в  частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам  его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.  

При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность  должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья  78 Закона об акционерных обществах, ст. 46 Закона об обществах с  ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли  значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что  таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях,  существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а  также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения  которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или  несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее  весомый доход.  

По смыслу приведенных законоположений, основывающихся на общих  правилах о деликтной ответственности (статьи 15, 1064 Гражданского кодекса  Российской Федерации (далее - ГК РФ)), привлечение к субсидиарной  ответственности по рассматриваемому основанию допустимо в случае  доказанности состава правонарушения, включающего в себя факт наступления  вреда (невозможность полного погашения обязательств перед кредиторами),  противоправность действий/бездействия делинквента (например, совершение  вредоносных сделок либо извлечение из них имущественной выгоды и т.п.), а  также причинно-следственную связь между вменяемыми контролирующему  должника лицу деяниями и негативными последствиями на стороне конкурсной  массы - объективным банкротством организации-должника, представляющим  собой для целей Закона о банкротстве критический момент, в который должник  из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме  удовлетворить требования кредиторов, в том числе по обязательным платежам.  

Согласно разъяснений пункту 22 совместного Постановления Пленумов  Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных  с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»,  учредитель (участник) юридического лица, признанного несостоятельным  (банкротом), собственник его имущества или другие лица, которые имеют  право давать обязательные для этого юридического лица могут быть  привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда  несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями  или иными действиями.  

Таким образом, необходимыми условиями для возложения субсидиарной  ответственности по обязательствам должника на учредителя, участника или  

 

иных лиц, которые имеют право давать обязательные для должника указания  либо имеют возможность иным образом определять его действия, являются  наличие причинно-следственной связи между использованием ответчиком  своих прав и (или) возможностей в отношении должника и действиями  (бездействием) должника, повлекшими его несостоятельность (банкротство),  при обязательном наличии вины ответчика в банкротстве должника.  

Причиной банкротства должны быть именно недобросовестные и явно  неразумные действия ответчиков, которые со всей очевидностью для любого  участника гражданского оборота повлекут за собой нарушение прав кредиторов  должника.  

Формируя внутреннее убеждение о наличии оснований для  удовлетворения требований, суд последовательно исключает для себя иные  (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения  должника. Субсидиарная ответственность лиц по данному основанию  наступает в зависимости от того, привели ли их действия или указания к  несостоятельности (банкротству) должника.  

Как следует из материалов дела, в качестве оснований для привлечения  ФИО2 к субсидиарной ответственности по основаниям статьи 61.11  Закона о банкротстве истец указывает на совершение банковских операций по  перечислению подотчетных денежных средств со счета должника на расчетный  счет ФИО2, полагая, что в данном случае имел место  неправомерный вывод денежных средств.  

Истец, обосновывая исковое заявление в данной части указывал, что из  выписки с расчетного счета ООО «Колхида» следует, что за период с августа  2019 по июль 2020 ФИО2 сняла денежные средства на сумму 2 473  766,97 руб., однако первичной документации, подтверждающей расходование  данных денежных средств, не представлено.  

ФИО2 представлены письменные пояснения (л.д. 57, Том 1), в  которых указано, что за период с марта по июль 2020 в подотчет снято 881 200  руб., денежные средства потрачены на выплату заработной платы, оплату  поставщикам:  

- март 2020 снято 316 700 руб. потрачено 335 893, 33 руб.  - апрель 2020 снято 245 700 руб. потрачено 246 108,31 руб.,  

- май 2020 снято 116 400 руб. потрачено 38 112,60 руб., 

- июнь 2020 снято 115 400 руб., потрачено 167 028,29 руб.  - июль 2020 снято 87 000 руб. потрачено 105 607,42 руб.  

В подтверждение перечисления денежных средств поставщикам и  контрагентам, ответчик представила (том 1): выписку по лицевому счету в  Сбербанке за период с августа 2019 по 31.07.2020. Из выписки следует, что  ООО «Колхида» перечисляло денежные средства истцу за период с 11.09.2019  по 12.03.2020 в общей сумме 1 471 957, 03 руб.  

Таким образом, оплата за аренду производилась в 2019году. За 2020 год:  12.03.2020 выплачено 48 163,93 руб.  

 

Также за период с 04.10.2019 по 19.02.2020 перечислено ООО «Общепит  Успех» 364 400 руб. За 2020 год с 15.01.2020 по 19.02.2020 выплачено 153 500  руб.  

Таким образом, ответчик подтвердила факт расходования денежных  средств за 2019 и в 2020: за период с января по март. Денежные средства  выплачивались контрагентам ООО «Общепит Успех» и истцу. Необходимо  отметить, что учредителем ООО «Общепит Успех» является сама ФИО2  

Также ответчиком представлены платежные ведомости за 2020 год: апрель,  июль, май, октябрь, ноябрь (том 1).  

В подтверждение расчетов с контрагентами наличными денежными  средствами представлены копии расходных кассовых ордеров: на сумму 3  281,88 руб. от 17.08.2020, на сумму 1 017,05 руб. от 17.08.2020, на сумму  6731,34 руб. от 18.08.2020 (Том 6, л. д. 63,64,65).  

Документации, подтверждающей расходование в полном объеме  денежных средств, на хозяйственную деятельность, не представлено.  

Кроме того, как было выше установлено, у общества «Колхида»  существовала задолженность по выплате заработной платы почти весь 2020  год: с февраля по апрель 2020 и с июня по декабрь 2020. Общая сумма долга  324 368,66 руб. Задолженность подтверждена решениями суда (решением  Серовского районного суда Свердловской области по делу № 2-763/2021, 21886/2020, № 2-1531/2020, № 2-1528/2020).  

Также, как верно установлено судом первой инстанции из выписки с  расчетного счета ООО «Колхида» следует, что за период с августа 2019 по  июль 2020 ФИО2 снимала денежные средства на сумму 2 473 766,97  руб.  

Ответчик подтвердила расходование денежных средств на хозяйственную  деятельность общества в сумме 2 049 051,23 руб.:  

- 2 038 020,96 руб. перечислено истцу и ООО «Общепит Успех» (согласно  представленной ответчиком выписки по лицевому счету должника),  

- 11 084,27 руб. перечислено наличными денежными средствами  контрагентам должника на основании расходного кассового ордера.  

По сути, общество «Колхида» рассчитывалось только с поставщиками  продуктов питания, однако с марта 2020 движение денежные средства на  расчетном счете прекращается. Задолженность перед кредиторами не  погашалась.  

Как указывает сама ФИО2, сложившаяся в указанный период  неблагоприятная ситуация, связанная с расторжением договоров аренды  помещений (20.04.2020 расторгнут договор аренды с истцом), в которых  размещались магазина ООО «Колхида» для реализации продукция общества, а,  впоследствии 26.02.2021 расторгнут договор аренды от 21.04.2020 с  Сосьвинским районным потребительским обществом, ООО «Колхида» стало  обладать признаками неплатежеспособности: не уплачены в бюджет налоги, не  

 

выплачена заработная плата, не уплачено потребление энергоснабжения, не  погашен долг по аренде помещений.  

Вместе с тем суд первой инстанции, исходя из представленных  документов, верно посчитал, что признаки неплатежеспособности у общества  возникли по итогам работы за период с января по июнь 2020 (а не в феврале  2021, как утверждает ответчик), именно в этот период сформировалась стойкая  неплатежеспособность должника перед кредиторами, включенными в реестр, в  том числе перед бюджетом, а также по заработной плате.  

Материалами дела подтверждено наличие сформировавшейся  задолженности по итогу работы общества за 6 мес. 2020 года, однако  ФИО2 так и не предприняты меры по ее погашению.  

Указывая на наличие у ФИО2 экономического плана по выводу  общества «Колхида» из неплатежеспособности, ответчик так и не представила  документального подтверждения действий, свидетельствующих о тех  мероприятиях, которые осуществлялись для погашения долгов.  

Вместе с тем, несмотря на непогашенные долги и неуплаченные налоги,  ФИО2 06.07.2020 создает новое общество «Колхида НТ» (л.д. 128  Том 1; л. д. 39 Том 6). Создав новое общество, ФИО2 переводит всю  хозяйственную деятельность должника в ООО «Колхида НТ».  

Так, согласно выписке операций по лицевому счету ООО «Колхида» с  01.08.2019 по 30.07.2020 (Том 3) усматривается, что общество до мая 2020  осуществляет расчеты с контрагентами (поставка, аренда), сама ФИО2 как вносит денежные средства на счет, которые ей перечисляются на  расчеты с контрагентами, так и осуществляет списание денежных средств.  

С мая 2020 (Том 2 стр. 54) общество «Колхида» перестает осуществлять  расчеты с кредиторами, деятельность общества не ведется, первичная  документация не представлена.  

На счет должника поступали незначительные суммы: основание  эквайринг. ФИО2 осуществляется исключительно списание  денежных средств: выдаются с расчетного счета общества наличными  денежные средств ФИО2 за май 2020 – 120 900 руб., за июнь 2020 –  179 900 руб.  

Доказательств расходования списанных денег не представлено. 

ФИО2 дала пояснения о том, что в мае 2020 снято 116 400 руб.  потрачено 38 112,60 руб. Доказательств расходования денежных средств на  общую сумму не представила. Полученные денежные средства не были  направлены на погашение задолженности перед кредиторами.  

На запрос суда поступила выписка с расчетного счета вновь созданного  ООО «Колхида НТ» (Том 4), из которой следует, что с 31.05.2020  осуществляется зачисление денежных средств на расчетный счет от  контрагентов, ООО «Колхида НТ» осуществляет расчеты с контрагентами  (договор поставки, аренда).  

Таким образом, прекратившиеся с мая-июня 2020 расчеты ООО  

 

«Колхида», связанные с деятельностью общества, возобновляются с мая 2020 у  вновь созданного ООО «Колхида НТ».  

ФИО2, оставив хозяйственную деятельность в обществе  «Колхида», при наличии непогашенной задолженности перед кредиторами,  продолжает осуществлять свою предпринимательскую деятельность в ином  обществе, тем самым извлекая выгоду от своего незаконного поведения,  совершая действия, целью которых было уклонение от погашения  задолженности перед кредитором. При этом смена одного общества на другое  произведено формально, без фактического изменения получателя выгоды от  хозяйственной деятельности.  

Все указанное свидетельствует о совершении действий контролирующего  должника лица по переводу денежного потока с должника на ООО «Колхида  НТ» с целью уклонения от погашения задолженности, что повлекло  неплатежеспособность должника.  

Судом первой инстанции обоснованно был отклонен довод ФИО2 о том, что деятельность обществ носит различный характер. Так,  предметом деятельности ООО «Колхида» являлась торговля оптовая и  розничная продуктами питания (л.д. 30 Том 1).  

Деятельность ООО «Колхида НТ» связана с общественным питанием по  прочим видам организации питания (код 56.29: л.д. 141, Том1).  

Деятельность обществ не является принципиально различной, учитывая,  что у вновь созданного общества деятельность связана с продуктами питания,  также осуществляется их закупка, руководитель - ответчик (ФИО2  впоследствии руководителем ООО «Колхида НТ» назначила ФИО5 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения) (л. д. 142 Том1).  

ФИО5 является родственником супруга ФИО6 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения) (справка ЗАГС № 3767 от 23.06.2022  (л. д. 127 Том 1 ).  

При таких обстоятельствах, учитывая, что ответчиком произведена  формальная смена юридического лица, а именно остались фактические  правоотношения, прежнее руководство, схожее наименование обществ,  практически осуществляется один и тот же вид деятельности общества, суд  первой инстанции верно пришел к выводу о том, что целью создания нового  общества явилось уклонение от погашение требований кредиторов, в связи с  чем имеются основания для привлечения ФИО2 к субсидиарной  ответственности по данному основанию.  

Также истцом в качестве основания для привлечения к субсидиарной  ответственности ФИО2 указано на не передачу в процедуре  наблюдения документов по финансово-хозяйственной деятельности должника  временному управляющему.  

В силу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не  доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов  невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего  

 

должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности,  обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена  законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения  о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации  финансовой организации) или принятия решения о признании должника  банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах,  предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование  которой является обязательным в соответствии с законодательством  Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате  чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о  банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.  

При этом следует учитывать, что непосредственно причинение  субсидиарным ответчиком вреда кредиторам должника-банкрота происходит  при наступлении объективных признаков составов правонарушений,  обозначенных в статьях 61.11 или 61.12 Закона о банкротстве. И, в частности из  пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, следует, что, вред причиняется при  совершении контролирующим должника лицом конкретных деяний (действия  или бездействия), вследствие которых стало невозможно полное погашение  требований кредиторов контролируемого лица. В связи с этим судам  необходимо устанавливать, действия какого лица и за какой период привели к  негативным последствия в виде невозможности погашения реестра.  

Обстоятельства, указанные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в  том числе отсутствие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности и  прочих обязательных документов должника-банкрота, - это, по сути, лишь  презумпция, облегчающая процесс доказывания состава правонарушения с  целью выравнивания процессуальных возможностей сторон спора. Смысл  данной презумпции в том, что если лицо, контролирующее должника-банкрота,  привело его в состояние невозможности полного погашения требований  кредиторов, то во избежание собственной ответственности оно заинтересовано  в сокрытии следов содеянного. Обстоятельства, составляющие презумпцию, не  могут подменять обстоятельства самого правонарушения и момент наступления  обстоятельств презумпции может не совпадать с моментом правонарушения  (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 № 305-  ЭС18-14622 (4,5,6)).  

Правонарушение выражается не в том, что ответственное лицо не передало  бухгалтерскую и иную документацию должника конкурсному управляющему, а  в противоправных деяниях такого лица, повлекших банкротство  подконтрольного общества и, как следствие, невозможность погашения  требований кредиторов.  

В связи с этим, как разъяснено в пункте 24 Постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 лицо,  обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной  ответственности, должно представить суду объяснения о том, как отсутствие  

 

документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в  документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур  банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе  опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной  управляющему документации не привели к существенному затруднению  проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в  непредставлении, ненадлежащем хранении документации, в частности,  подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения  обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени  заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.  

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства  понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц,  контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:  невозможность определения основных активов должника и их идентификации;  невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и  их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть  вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной  массы; невозможность установления содержания принятых органами должника  решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет  причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность  взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.  

Предположение о том, что именно действия (бездействие)  контролирующего лица явились необходимой причиной объективного  банкротства, будет являться справедливым лишь при доказанности  обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения  до банкротства.  

Как следует из материалов дела, в рамках дела № А60-10996/2021 о  банкротстве ООО «Колхида» 02.08.2021 года поступило заявление временного  управляющего ООО «Колхида» - ФИО7 об  истребовании у ФИО2 бухгалтерской и иной  документации должника.  

Определением суда от 09.08.2021 года заявление временного  управляющего об истребовании документов у руководителя бухгалтерской и  иной документации принято к рассмотрению, судебное заседание назначено на  08.09.2021 года.  

Доказательств передачи документов в материалы дела не представлено. 

Определением суда от 13.10.2021 производство по заявлению временного  управляющего общества с ограниченной ответственностью «Колхида» -  ФИО7 об истребовании у руководителя бухгалтерской  и иной документации должника прекращено, в связи с прекращением дела о  банкротстве общества ввиду отсутствия финансирования процедуры  банкротства.  

Добросовестный и разумный руководитель обязан совершить действия по  

 

истребованию документации у предыдущего руководителя (применительно к  статье 308.3 ГК РФ) либо по восстановлению документации иным образом (в  частности, путем направления запросов о получении дубликатов документов в  компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления  первичной документации и т.д.).  

Однако необходимо учитывать, что правонарушение контролирующего  должника лица выражается не в самом факте непередачи документации  должника конкурсному управляющему, а в его противоправных действиях,  повлекших банкротство подконтрольного им лица, и, как следствие,  невозможность погашения требований кредиторов, учитывая, что в материалах  дела отсутствуют доказательства каким образом факт непередачи  заинтересованными лицами документов арбитражному управляющему  негативно сказался на возможность проведения мероприятий процедуры  банкротства ООО «Колхида».  

При этом согласно сведениям, представленным временным управляющим  в рамках дела о банкротстве ООО «Колхида, информация об активах должника,  основных средствах, запасах общества отсутствует, у общества не имеется  зарегистрированных прав на движимое и недвижимое имущество. Таким  образом, по результатам процедуры наблюдения временным управляющий  установлено, что у должника отсутствует имущество и иные активы за счет,  которых может быть пополнена конкурсная масса.  

Вместе с тем, истец, вменяя в вину сам факт непердачи документации  должника, не раскрывает каким образом это негативно сказалось на  возможности проведения мероприятий процедуры конкурсного производства и  их итоговом результате, не указав какие конкретно документы, непераданные  ответчиком (в отношении определенных активов должника, совершенных  сделок, негативных управленческих решений и т.п.) повлекли объективные  трудности в формирования конкурсной массы и совершении мероприятий в  ходе процедуры банкротства. Истец не указал существо вменяемых  противоправных деяний, причинно-следственную связь между непередачей  документов конкурсному управляющему и затруднительностью проведения  процедур, применяемых в деле о банкротстве (формирование и реализация  конкурсной массы), ограничившись ссылкой на непередачу документов, в том  числе на основании судебного акта.  

Таким образом, в отсутствие совокупности обозначенных выше  обстоятельств применительно к заявленному истцом основанию  ответственности, суд приходит к выводу об отсутствии условий для  привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по основанию за  непередачу документов по финансово-хозяйственной деятельности должника  временному у управляющему.  

При таких обстоятельствах, суд правильно отказал в удовлетворении  заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 к  субсидиарной ответственности по данному основанию.  

 

Таким образом, материалами дела доказан факт того, что ФИО2  является контролирующим должника лицом, чьи действия привели к  невозможности погашения неплатежеспособным должником требований  кредитора, что является основанием для привлечения к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника перед кредитором ООО  «Колхида».  

Поскольку требования истца как кредитора были включены в составе  третьей очереди в реестр требований кредиторов ООО «Колхида», суд верно  определил размер субсидиарной ответственности ФИО2: 1 545 000  руб. долг, 1 319 580 руб. неустойки, 122 000 руб. текущие расходы истца,  понесенные в связи с оплатой вознаграждения временного управляющего в  рамках процедуры банкротства ООО «Колхида».  

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе ФИО2, судом  апелляционной инстанции отклоняются.  

Материалами дела подтверждается, что ООО Колхида» создано в июле  2019 года и фактически прекращает свою деятельность во второй половине  2020 года, и открыто новое юридическое лицо. Согласно данным сайта  «Картотека арбитражных дел» в адрес ООО «Колхида» в период с февраля по  сентябрь 2020 года стали массово предъявляться судебные иски. Таким  образом, спустя год с момента регистрации ООО «Колхида» при наличии  задолженности более 2 000 000 руб. прекращает свою деятельность, и движение  средств по счетам.  

Ответчиком сняты значительные суммы в размере 2 473 766,97 руб. в  период с августа 2019 года по июль 2020 года, то есть с самого начала работы  должника. Первичная документация, подтверждающая расходование денежных  средств в интересах ООО «Колхида» в ходе производства по делу о  банкротстве ФИО2 в полном объеме не представлена.  

Ответчиком производились переводы средств аффилированному лицу,  основания для перевода не раскрыты. «Общепит Успех» - 364 400 руб.  Назначение платежей содержит общую формулировку «оплата по договору».  

В ходе судебного разбирательства не представлено экономически  обоснованного плана по погашению задолженности. Все доводы ответчика  сводились к возможному погашении долгов за счет прибыли нового общества.  Фактически вместо действий по погашению основных сумм задолженности  руководитель переводит всю деятельность на иное лицо.  

По результатам процедуры наблюдения временным управляющий  установлено, что у должника отсутствует имущество и иные активы за счет,  которых может быть пополнена конкурсная масса.  

Заключая договор аренды, ООО «Колхида» прекращает исполнение  обязательств после трех месяцев, продолжая свою коммерческую  деятельность, избирательно оплачивает счета, игнорируя явно несоразмерную  задолженность перед основным кредитором и бюджетом, снимает денежные  средства, не представляя документов, обосновывающих сумму в полном  

 

объеме.  

С учетом изложенного, судебная коллегия приходит к выводу, что доводы  ответчика, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые  не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении  дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по  существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо  опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом  апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену  оспариваемого судебного акта.  

Доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционные жалобы  не содержат, доводы жалобы выражают несогласие с ними и в целом  направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых  оснований, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.  

Исходя из конкретных обстоятельств настоящего дела, применительно к  рассматриваемому спору суд правомерно применил нормы гражданского  законодательства Российской Федерации.  

Нарушений норм процессуального права, которые в соответствии со  статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных  актов, судом апелляционной инстанции не установлено.  

При изложенных обстоятельствах оснований для удовлетворения  апелляционных жалоб и для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.  

В порядке статьи 110 АПК РФ государственная пошлина за рассмотрение  апелляционных жалоб подлежит отнесению на ее заявителей, поскольку в  удовлетворении жалобы отказано.  

Руководствуясь статьями 176, 110, 258, 268, 269, 271 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный  апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Свердловской области от 10 января 2023 года  по делу № А60-64710/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу без  удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного  производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий  двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской  области.  

Председательствующий И.П. Данилова  

Судьи В.Г. Голубцов  

 Т.С. Нилогова