ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А41-66807/16

13 августа 2018 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 06 августа 2018 года

Постановление изготовлено в полном объеме  13 августа 2018 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Катькиной Н.Н.,

судей Коротковой Е.Н., Мизяк В.П.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

при участии в заседании:

от финансового управляющего ФИО2 ФИО3: ФИО4 по доверенности от 18.01.17,

от ФИО5: ФИО6 по нотариально удостоверенной доверенности от 22.12.17, зарегистрированной в реестре за № 1-2-2653, 

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2 ФИО3 на определение Арбитражного суда Московской области от 22 мая 2018 года по делу №А41-66807/16, принятое судьей Денисовым А.Э., по заявлению финансового управляющего ФИО2 ФИО3 о признании договора уступки права требования № 3Ц/2015 от 20.10.15, заключенного между ФИО2 и ФИО5, недействительным, с участием третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, общество с ограниченной ответственностью "Загородный клуб "Раздолье", ФИО7,

УСТАНОВИЛ:

Финансовый управляющий ФИО2 ФИО3 обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о заявлением о признании договора уступки права требования № 3Ц/2015 от 20.10.15, заключенного между ФИО2 и ФИО5, недействительным и применении последствий недействительности сделки в форме возвращения сторон недействительной сделки в правовое положение, существовавшее до её совершения (т. 1, л.д. 2-3).

Заявление подано на основании статей 20.3, 61.2, 213.9 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.02 "О несостоятельности (банкротстве)", статьей 10, 167, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Определением Арбитражного суда Московской области от 21 июня 2017 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, было привлечено общество с ограниченной ответственностью (ООО) "Загородный клуб "Раздолье" (т. 1, л.д. 130).

До вынесения судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу спора, заявитель в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации уточнил заявленные требования, просил признать договор уступки права требования № 4Ц/2015 от 20.10.15, заключенный между ФИО2 и ФИО5, недействительным; в качестве последствий признать за ФИО8 право требования к ООО «Загородный клуб «Раздолье» по договору об оказании юридических услуг от 15.08.11 в сумме 14 058 000 рублей.

Определением Арбитражного суда Московской области от 13 июля 2017 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, была привлечена ФИО7 (т. 1, л.д. 142).

Определением Арбитражного суда Московской области от 22 мая 2018 года в удовлетворении заявленных требований было отказано (т. 2, л.д. 148-150).

Не согласившись с вынесенным судебным актом, финансовый управляющий ФИО2 ФИО3 обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить, ссылаясь на неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела (т. 2, л.д. 152-155).

Законность и обоснованность определения суда проверены апелляционным судом в соответствии со статьями 266-268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела и доводы апелляционной жалобы, заслушав представителей лиц, участвующих в судебном заседании, апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Как следует из материалов дела, 20.10.15 между ФИО2 (Цедент) и ФИО5 (Цессионарий) был заключен договор уступки права требования № 3Ц/2015, по условиям которого Цедент уступил Цессионарию права требования по договору об оказании услуг от 15.08.11, заключенному между ФИО2 и ООО «Загородный клуб «Раздолье», сумма уступаемых требований 14 058 000 рублей (т. 1, л.д. 9-10).

В соответствии с пунктом 3.1. договора за уступаемые права Цессионарий выплачивает Цеденту 11 246 400 рублей.

Решением Арбитражного суда Московской области от 23 мая 2017 года в отношении ФИО2 была открыта процедура банкротства – реализация имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО3

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым требованием, финансовый управляющий ФИО3 указал, что договор от 20.10.15 был заключен при неравноценном встречном исполнении, что нарушило права должника и его кредиторов.

Принимая обжалуемое определение, суд первой инстанции исходил из отсутствия доказательств в обоснование заявленных требований.

Апелляционный суд считает выводы суда первой инстанции законными и обоснованными, доводы апелляционной жалобы подлежащими отклонению.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.02 "О несостоятельности (банкротстве)" сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

При этом, в силу пункта 13 статьи 14 Федерального закона N 154-ФЗ от 29.06.15 "Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Как следует из материалов дела, оспариваемый договор уступки был заключен 20.10.15, соответственно, он может быть признан недействительным по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

Финансовый управляющий ФИО3 указывает на то, что договор уступки был заключен ФИО2 при неравноценном встречном исполнении.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В пункте 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

Как следует из материалов дела, производство по настоящему делу было возбуждено определением Арбитражного суда Московской области от 07 октября 2016 года, оспариваемый договор заключен 20.10.15, то есть в пределах периода подозрительности.

По договору цессии № 3Ц/2015 от 20.10.15 ФИО2 передал ФИО5 права требования к ООО «Загородный клуб «Раздолье» в сумме 14 058 000 рублей за 11 246 400 рублей.

Пунктом 3.2. договора предусмотрена оплата уступаемого права на условиях рассрочки в течение пяти лет, из которых три года платежи не производятся.

Между тем, денежные средства в размере 11 246 400 рублей были выплачены ФИО5 досрочно и в полном объеме, что подтверждается распиской ФИО2 от 07.09.16 (т. 1, л.д. 26).

Кроме того, стоимость уступаемых прав составила 80% от их размера, что свидетельствует о несущественном отличии цены сделки, которое, учитывая характер предмета сделки, а именно - передача права требования просроченной задолженности должника-банкрота, было обосновано.

Поскольку доказательств того, что стоимость уступленного права превышает стоимость, указанную в договоре и полученную по сделке, не представлено суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2. Закона о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В силу вышеуказанной нормы права для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Поскольку из материалов дела следует, что должник получил денежные средства за уступленные права, оснований для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве не имеется, поскольку доказательств причинения вреда оспариваемой сделкой имущественным правам кредитором не представлено.

В пункте 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (части 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов, по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов (пункт 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)").

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лица по осуществлению принадлежащими ему гражданскими правами, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Вопреки доводам финансового управляющего, наличие у ФИО2 задолженности перед ООО "Стройфаза" само по себе не свидетельствует о заключении договора уступки со злоупотреблением правом, поскольку доказательств невозможности исполнения должником требований указанного лица по причине совершения оспариваемой сделки не имеется.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявленных требований.

Данный вывод соответствует позиции Арбитражного суда Московского округа, изложенной в постановлении от 03.05.18 по делу N А41-66807/2016 по аналогичному спору.

Доводы заявителя апелляционной жалобы об отсутствии доказательств передачи денежных средств в счет оплаты уступаемых прав подлежат отклонению, как противоречащие материалам дела.

Как указывалось выше, денежные средства в размере 11 246 400 рублей были выплачены ФИО5 в полном объеме, что подтверждается распиской ФИО2 от 07.09.16 (т. 1, л.д. 26).

Во исполнение определения Арбитражного суда Московской области от 17 мая 2017 года ФИО5 представил в материалы дела договор денежного займа №1/16 от 15.07.16 с компанией Си. Ти. Энд Би. Инвестментс Лимитед и расписку от 22.07.16, подтверждающие привлечение заемных денежных средств в сумме 37 500 000 рублей, а также выписку от 22.07.16 со счета компании Си.Ти. Энд Би. Инвестментс Лимитед в КОММЕРЦ БАНК (Германия), подтверждающую наличие на момент выдачи займа необходимой суммы на счете Компании (т. 1, л.д. 71, 81-94, т. 2, л.д. 4-6).

Поскольку договор денежного займа № 1/16 от 15.07.16 в установленном законом порядке недействительной сделкой признан не был, оснований сомневаться в наличии у ФИО5 достаточных денежных средств для передачи ФИО2 по договору цессии не имеется.

Иных доводов, опровергающих выводы суда первой инстанции по существу, апелляционная жалоба не содержит.

При таких обстоятельствах апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, в связи с чем апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 22 мая 2018 года по делу № А41-66807/16 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Московского округа в месячный срок со дня его принятия через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий

 

Н.Н. Катькина

 

Судьи:

 

Е.Н. Короткова

 

В.П. Мизяк