ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 18АП-2702/2022, 18АП-2706/2022

Дело № А76-29120/2017

20 апреля 2022 года

г. Челябинск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 13 апреля 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 20 апреля 2022 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Калиной И.В., 

судей Журавлева Ю.А., Румянцева А.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы акционерного общества «Кургансемена», ФИО2 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 07.02.2022 по делу №А76-29120/2017 о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности.

В судебном заседании приняли участие:

финансовый управляющий ФИО3 - ФИО4 (паспорт);

представители ФИО2 - ФИО5 (доверенность от 21.12.2021, паспорт), ФИО6 (доверенность от 27.04.2017, паспорт).

 

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 10.10.2017 по заявлению кредитора ФИО7 возбуждено производство по делу о банкротстве ФИО3.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 04.06.2018 (резолютивная часть от 29.05.2018) должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура, применяемая в деле о банкротстве граждан – реализация имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО8, член Ассоциации саморегулируемая организация «Объединение арбитражных управляющих «Лидер».

Определением суда от 20.08.2018 (резолютивная часть от 15.08.2018) финансовый управляющий ФИО8 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего должника.

Определением суда от 19.10.2018 (резолютивная часть от 17.10.2018) финансовым управляющим должника утвержден ФИО4, член Союза арбитражных управляющих «Саморегулируемая организация «Дело».

Финансовый управляющий ФИО4 18.11.2019 обратился в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи от 14.12.2015, заключенного между супругой должника ФИО2 и АО «Кургансемена», предметом которого является недвижимое имущество:

- квартира общей площадью 71,9 кв.м, расположенная по адресу: 

<

...>., кадастровый номер 74:36:0511001:266;

-квартира общей площадью 72,1 кв.м, расположенная по адресу: 

<

...>., от 14.12.2015г., кадастровый номер 74:36:0511001:267

и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с АО «Кургансемена» в пользу ФИО3 стоимости отчужденного имущества в размере 5 500 000 руб.

Также, 11.06.2020 финансовый управляющий ФИО4 обратился в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением о признании недействительной сделки – брачного договора от 18.10.2011г., заключенного между ФИО2 и ФИО3 в части распространения режима личной собственности ФИО2 на следующее имущество: квартира общей площадью 71,9 кв.м, расположенная по адресу: 

<

...>., кадастровый номер 74:36:0511001:266; квартира общей площадью 72,1 кв.м, расположенная по адресу: 

<

...>., от 14.12.2015г., кадастровый номер 74:36:0511001:267; применении последствий недействительности сделки в виде признания указанных объектов принадлежащими ФИО3 и ФИО2 на праве общей совместной собственности супругов.

Определением от 16.11.2020г. заявление финансового управляющего о признании недействительной сделки – брачного договора от 18.10.2011г. было удовлетворено, применены последствия недействительности сделки в виде восстановления режима совместной собственности супругов на квартиры, расположенные по адресу: 

<

...>,35.

Постановлением 18 ААС от 28.01.2021 данное определение было отменено. Спор направлен на новое рассмотрение для совместного рассмотрения с обособленным спором по заявлению финансового управляющего о признании недействительным договора купли-продажи от 14.12.2015, заключенного между супругой должника ФИО2 и АО «Кургансемена», предметом которой является недвижимое имущество, квартиры расположенные по адресу: 

<

...>, 35.

Определением от 18.02.2021 года возобновлено производство по заявлению финансового управляющего ФИО4 о признании недействительным договора купли-продажи недвижимого имущества от 14.12.2015, заключенного между ФИО2 и акционерным обществом «Кургансемена».

Объединены для совместного рассмотрения обособленные споры по заявлениям ФИО4 об оспаривании договора купли-продажи от 14.12.2015, заключенного между супругой должника ФИО2 и АО «Кургансемена», предметом которой являются квартиры, расположенные по адресу – 

<

...> и 

<

...> и об оспаривании сделки – брачного договора от 18.10.2011, заключенного между ФИО2 и ФИО3 в части распространения режима личной собственности на имущество - квартиры, расположенные по адресу – 

<

...> и 

<

...>.

С учетом уточнений финансовый управляющий просил признать недействительной сделку - брачный договор от 18.10.2011, заключенный между ФИО2 и ФИО3 в части распространения режима личной собственности ФИО2 на следующее имущество:

- Квартира общей площадью 71,9 кв.м, расположенная по адресу: 

<

...>., кадастровый номер 74:36:0511001:266.

- Квартира общей площадью 72,1 кв.м, расположенная по адресу: 

<

...>., кадастровый номер 74:36:0511001:267.

Признать недействительными следующие взаимосвязанные сделки:

1. Договор купли-продажи от 14.12.2015, заключенный между супругой ФИО9 и АО «Кургансемена»;

2. Договор № оКС15-412 купли-продажи квартир от 15.12.2015, заключенный между АО «Кургансемена» (продавец) и ООО «Зауральский продукт» (покупатель), предметом которых является следующее недвижимое имущество:

- Квартира общей площадью 71,9 кв.м, расположенная по адресу: 

<

...>., кадастровый номер 74:36:0511001:266.

- Квартира общей площадью 72,1 кв.м, расположенная по адресу: 

<

...>., кадастровый номер 74:36:0511001:267.

Применить последствия недействительности сделки в виде восстановления права совместной собственности супругов ФИО2 и ФИО3 на следующие объекты недвижимости:

- Квартира общей площадью 71,9 кв.м, расположенная по адресу: 

<

...>., кадастровый номер 74:36:0511001:266.

- Квартира общей площадью 72,1 кв.м, расположенная по адресу: 

<

...>., кадастровый номер 74:36:0511001:267.

Применить последствия недействительности сделки в виде восстановления права совместной собственности супругов ФИО2 и ФИО3 на следующие объекты недвижимости:

- Квартира общей площадью 71,9 кв.м, расположенная по адресу: 

<

...>., кадастровый номер 74:36:0511001:266.

- Квартира общей площадью 72,1 кв.м, расположенная по адресу: 

<

...>., кадастровый номер 74:36:0511001:267.

Определением от 15.09.2021г. в качестве соответчика по заявлению финансового управляющего привлечено ООО «Зауральский продукт».

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 07.02.2022 (резолютивная часть от 03.02.2022) заявление финансового управляющего ФИО4 о признании сделок должника недействительными и применении последствий недействительности сделок удовлетворено. Признаны недействительными сделки:

1. Брачный договор от 18.10.2011, заключенный между ФИО2 и ФИО3 в части распространения режима личной собственности ФИО2 на следующее имущество:

- Квартира общей площадью 71,9 кв.м, расположенная по адресу: 

<

...>., кадастровый номер 74:36:0511001:266.

- Квартира общей площадью 72,1 кв.м, расположенная по адресу: 

<

...>., кадастровый номер 74:36:0511001:267.

2. Договор купли-продажи от 14.12.2015, заключенный между супругой ФИО9 и АО «Кургансемена»;

3. Договор № оКС15-421 купли-продажи квартир от 15.12.2015, заключенный между АО «Кургансемена» (продавец) и ООО «Зауральский продукт» (покупатель), предметом которых является следующее недвижимое имущество:

- Квартира общей площадью 71,9 кв.м, расположенная по адресу: 

<

...>., кадастровый номер 74:36:0511001:266.

- Квартира общей площадью 72,1 кв.м, расположенная по адресу: 

<

...>., кадастровый номер 74:36:0511001:267.

Применены последствия недействительности сделки в виде восстановления права совместной собственности супругов ФИО2 и ФИО3 на следующие объекты недвижимости:

- Квартира общей площадью 71,9 кв.м, расположенная по адресу: 

<

...>., кадастровый номер 74:36:0511001:266.

- Квартира общей площадью 72,1 кв.м, расположенная по адресу: 

<

...>., кадастровый номер 74:36:0511001:267.

Включено в конкурсную массу должника следующее имущество:

- Квартира общей площадью 71,9 кв.м, расположенная по адресу: 

<

...>., кадастровый номер 74:36:0511001:266.

- Квартира общей площадью 72,1 кв.м, расположенная по адресу: 

<

...>., кадастровый номер 74:36:0511001:267.

Не согласившись с принятым судебным актом, АО «Кургансемена» и ФИО2 обратились с апелляционными жалобами, в которых просили отказать в удовлетворении заявленных требований.

ФИО2 в обоснование доводов апелляционной жалобы ссылается на пропуск финансовым управляющим срока исковой давности для обращения с рассматриваемым требованием, также указывает, что сделка по заключению брачного договора никоим образом не была направлена на уменьшение конкурсной массы должника, на момент заключения брачного договора у ФИО3 еще не имелось взысканных в судебном порядке задолженностей. Суд ссылается на доказанность в итоге и причиненного вреда кредиторам, совершенно опуская тот факт, что квартиры были реализованы на торгах службой судебных приставов именно с целью погашения долга перед кредиторами (протокол № 132 от 19.09.2013), в данном случае перед ПАО «Челиндбанк», требования которого были установлены решениями Центрального районного суда г. Челябинска как обеспеченное залогом имущества.

АО «Кургансемена» в обоснование доводов апелляционной жалобы указывает, что судом не установлено и даже не упоминается о том, каким образом подтверждается то обстоятельство, что, заключая спорные договоры купли-продажи квартир от 14.12.2015 и от 15.12.2015, Обществу было известно, что не являющийся стороной этих сделок ФИО3 преследует цель причинения вреда имущественным правам его кредиторов. Обществом в дополнительном отзыве от 20.10.2021 (с учетом уточнения от 17.11.2021) был представлен подробный анализ его поведения, в котором обосновываются экономические причины совершения спорных сделок купли-продажи и цель их совершения, которая заключалась в удовлетворении имущественных интересов Общества в части погашения существовавших перед ним долгов юридического лица - ООО «КомАгроС» по договорам поставки, которые впоследствии были переведены на супругу ФИО9. По мнению ответчика, при установлении оснований недействительности спорного брачного договора, исходя их положений раздела VI ГК РФ «Международное частное право» и с учетом разъяснений, содержащихся в Постановлении ВС РФ №24, должно применяться гражданское законодательство Республики Казахстан. В материалах обособленного спора и в оспариваемом определении суда не содержится сведений о том, что Общество признано зависимым или заинтересованным лицом по отношению к Должнику, его супруге и (или) к подконтрольным им юридическим лицам, доказательствами это не подтверждено. Определение же разумности или целесообразности осуществления определенных видов предпринимательской деятельности не входит в компетенцию суда. Выводы суда первой инстанции об использовании для покупки квартир средств, принадлежащих Должнику, и об отсутствии у супруги ФИО9 достаточного количества собственных денег для исполнения соответствующих сделок, строятся лишь на предположении.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.03.2022 апелляционные жалобы приняты к производству, судебное заседание назначено на 13.04.2022.

Судом в соответствии со статьей 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приобщен к материалам дела отзыв на апелляционную жалобу, поступивший от АО «Кургансемена» (вх.№16606 от 31.03.2022, №18855 от 12.04.2022).

В судебном заседании 13.04.2022 представитель супруги должника поддерживал доводы апелляционных жалоб, просил отказать в удовлетворении заявленных требований. 

Финансовый управляющий возражал по доводам жалоб, просил оставить без изменения определение суда от 07.02.2022.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились.

От АО «Кургансемена» поступило ходатайство о проведении судебного заседания в отсутствие представителей (вх.№19029 от 12.04.2022).

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено судом в отсутствие указанных лиц. 

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, 18.10.2011 между супругами ФИО2 и ФИО3 (должник) заключен брачный договор, удостоверенный нотариусом города Рудного Республики Казахстан ФИО10

Из содержания брачного договора следует, что с даты его подписания движимое и недвижимое имущество является личной собственностью того супруга, на чье имя оно зарегистрировано.

В соответствии с информацией, предоставленной Управлением Россреестра по Челябинской области, ФИО2 в период брака, после заключения брачного договора от 18.10.2011, приобрела в собственность у гр. ФИО11 (22.07.1983г.р.) по договорам купли-продажи №1, №2 от 10.11.2015 два объекта недвижимости: квартиру общей площадью 71,9 кв.м, расположенную по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 74:36:0511001:266 и квартиру общей площадью 72,1 кв.м, расположенную по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 74:36:0511001:267.

Общая сумма по двум договорам, заключенным с гр. ФИО11 составила 5 650 000 рублей.

Позднее, 14.12.2015 ФИО2 произвела отчуждение указанных объектов недвижимости в пользу АО «Кургансемена» (ИНН 

<

***>) по договору купли-продажи за цену 2 750 000 рублей за каждый из объектов (всего: 5 500 000 рублей).

На настоящий момент собственником спорных объектов недвижимости является ООО «Зауральский продукт», в пользу которого имущество отчуждено АО «Кургансемена» по договору купли-продажи от 15.12.2015.

Финансовый управляющий полагая, что указанная сделка должника (заключение брачного договора от 18.10.2011) является недействительной по основаниям, предусмотренными ст. 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

В обоснование поданного заявления финансовый управляющий должника указал, что оспариваемая сделка (заключение брачного договора), совершена должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, поскольку выбытие имущества должника привело к утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. В действиях должника, по мнению финансового управляющего, усматривается наличие злоупотребления правом, а именно заключение брачного договора.

Принимая судебный акт, суд первой инстанции указал на мнимость оспариваемой сделки и совершение ее с целью причинения вреда кредиторам, при этом оценивал последующее поведение участников правоотношений, фактически указав на взаимосвязанность такового и всех сделок. Суд пришел к выводу, что спорное имущество не выходило за пределы семьи и фактически приобретателям по договорам не передавалось, что указывает на мнимость сделок с целью сокрытия имущества от обращения на него взыскания.

Исследовав обстоятельства дела, проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого судебного акта в силу следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства). Аналогичное правило предусмотрено пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закон о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI указанного Закона. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Пунктом 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» установлено, что пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Поскольку брачный договор совершен 18.10.2011, то есть до 01.10.2015, он может быть оспорен на основании статей 10, 168 ГК РФ.

В соответствии со статьей 34 Семейного кодекса РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства. 

Статьями 40, 42 Семейного кодекса РФ предусмотрено, что брачным договором признается соглашение лиц, вступающих в брак, или соглашение супругов, определяющее имущественные права и обязанности супругов в браке и (или) в случае его расторжения. Брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности (ст. 34 Кодекса), установить режим совместной, долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из супругов. Брачный договор может быть заключен как в отношении имеющегося, так и в отношении будущего имущества супругов. Супруги вправе определить в брачном договоре свои права и обязанности по взаимному содержанию, способы участия в доходах друг друга, порядок несения каждым из них семейных расходов; определить имущество, которое будет передано каждому из супругов в случае расторжения брака, а также включить в брачный договор любые иные положения, касающиеся имущественных отношений супругов. 

Брачный договор может быть признан судом недействительным полностью или частично по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом РФ для недействительности сделок (ст. 44 Семейного кодекса РФ). 

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника. 

В абзаце 2 пункта 1 Постановлении Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 конкретно указываются виды сделок, которые могут оспариваться в рамках дела о несостоятельности (банкротстве), в частности к ним отнесен брачный договор, соглашение о разделе общего имущества супругов.

Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации в пункте 1 постановления Пленума от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление № 25) добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

В Информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что для признания сделки недействительной по основаниям, изложенным в статье 10 ГК РФ, суду необходимо установить, что соответствующее лицо в сделке совершило определенные действия, направленные на получение данным лицом каких-либо имущественных прав, на нарушение прав и законных интересов кредиторов сторон сделки.

Исходя из правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.11.2010 № 6526/10, заключение направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов сделки, в частности имеющей целью уменьшение активов должника и его конкурсной массы путем отчуждения имущества третьим лицам, является злоупотреблением гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ).

Согласно пункту 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункту 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего может быть признана недействительной совершенная до возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности, направленная на уменьшение конкурсной массы.

По делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются: наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок; наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий; наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц; наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан», заявители (как кредитор, так и финансовый управляющий должника) вправе оспорить в рамках дела о банкротстве должника сделки по отчуждению общего имущества должника и его супруга, совершенные супругом должника, по основаниям, связанным с нарушением этими сделками прав и законных интересов кредиторов (статьи 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, статьи 10 и 168, 170, пункт 1 статьи 174.1 ГК РФ).

Поскольку сделка по отчуждению общего имущества должника и его супруга, совершенная супругом должника, затрагивает имущественные интересы кредиторов, справедливо рассчитывающих на погашение своих требований и за счет общего имущества, она может быть оспорена в рамках дела о банкротстве как подозрительная (определение Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2018 № 305-ЭС18-14419).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При наличии указанных в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве условий информированность другой стороны сделки о преследуемой должником цели и намерение со стороны должника причинить вред имущественным правам кредиторов предполагаются.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии условий, указанных в абзацах 3 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Из разъяснений, данных в пунктах 5, 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постанволение №63) следует, что в силу указанной выше нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Оспариваемые договоры купли-продажи от 14.12.2015, 15.12.2015 заключены сторонами в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как установлено судом первой инстанции, на момент заключения спорных договоров ФИО3 отвечал признакам неплатежеспособности.

Так, решением Центрального районного суда г. Челябинска от 17.04.2012 по делу №2-730/2012 с ФИО3 солидарно с иными лицами в пользу ОАО «Сбербанк России» взыскана задолженность по договору об открытии возобновляемой кредитной линии №88172 от 21.07.2008 в размере 28 443 045 руб. 68 коп.

Решением Центрального районного суда г. Челябинска от 17.04.2012г по делу №2-730/2012 с ФИО3 солидарно с иными лицами в пользу ОАО «Сбербанк России» взыскана задолженность по договору об открытии возобновляемой кредитной линии №10140 от 03.09.2010 в размере 17 093 550 руб. 07 коп.

Решением Центрального районного суда г. Челябинска от 13.04.2012 по делу №2-2670/2012 в пользу ПАО «Челиндбанк» была взыскана задолженность с солидарных должников, в том числе с ФИО3, по кредитным договорам: - № С-7110839921/02 от 24.04.2008 по состоянию на 18.11.2011 в размере 6 866 314 23 руб., - № С-7110842575/02 от 11.07.2008 по состоянию на 18.11.2011 в сумме 6 100 707,53 руб., - № С-7111064620/02 от 20.12.2010 по состоянию на 18.11.2011 в сумме 20 750 269,60 руб., - № С-7111064624/02 от 20.12.2010 по состоянию на 18.11.2011 в сумме 41 082 191,77 руб.

Решением Центрального районного суда г. Челябинска от 06.04.2012 по делу № 2-2725/2012, с учетом определений об исправлении описок и опечаток, взыскана задолженность в пользу банка с солидарных должников, в том числе ФИО3, по кредитным договорам: - № С-7111064604/02 от 20.12.2010 по состоянию на 02.04.2012 в сумме 20 230 706,62 руб., - № С-7111064610/02 от 20.12.2010 по состоянию на 02.04.2012 в сумме 20 606 027,40 руб.

Решением Центрального районного суда г. Челябинска в пользу ФИО12 с ФИО3 взыскана задолженность по договорам займа от 27.06.2011г. и от 18.07.2011г. в общем размере 170 100 000 казахских тенге (на дату включения в реестр требований кредиторов эквивалентно 32 102 292,60 рублям).

Установленные обстоятельства с учетом размера задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, позволили прийти к выводу о том, что ФИО3 на момент совершения оспариваемого брачного договора (18.10.2011) обладал признаками неплатежеспособности, с его стороны не исполнялись уже наступившие для исполнения обязательства перед Банками.

В силу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Принимая во внимание, что ФИО2 является супругой должника, суд обоснованно пришел к выводу, что должник и ответчик являются заинтересованными лицами, что предполагает (презюмирует) осведомленность ФИО2 о финансовом положении должника на момент заключения оспариваемого договора, общей цели его заключения.

Как следует из доводов финансового управляющего и представленных доказательств, с 30.08.2007г. собственником квартиры по адресу: 

<

...> являлся ФИО3

19.09.2013 Протоколом № 132 о результатах торгов по продаже арестованного имущества указанное имущество отчуждено в пользу гр. ФИО13.

Реализация производилась ввиду наличия поручительства ФИО3 и залога указанного имущества в пользу взыскателя ПАО «Челиндбанк», требования которого установлены Решениями Центрального районного суда г.Челябинска от 13.04.2012г. по делу № 2-2670/2012, от 06.04.2012 по делу № 2-2725/2012, от 06.04.2012г. по делу № 2-2742/2012.

ФИО13, в свою очередь, являлась работником ООО «КомАгроС», финансовым директором которого являлся ФИО3 Также, ФИО13 является (являлась) супругой ФИО14 (до смены фамилии и отчества 19.05.2009г. - ФИО15), который с 30.04.2009г. по 25.02.2011г. являлся директором и единственным учредителем ООО «КомАгроС». Кроме того, ФИО14 по заявлениям ООО «Прогресс» (директор и учредитель-ФИО3) был утвержден в качестве арбитражного управляющего ООО «КомАгроС» (дело №А34-1734/2016), ООО «Арман» (дело №А34-6026/2016), являлся конкурсным управляющим ООО «Агрофудмастер» (ИНН 

<

***>), учредителем которого также являлся ФИО3

Кроме того, ФИО13 является участником (ответчиком) иного обособленного спора по делу о банкротстве ФИО3, как лицо, безосновательно получившее от ФИО3 денежные средства в размере 415 861,57 рублей.

Определением суда от 05.11.2020г., указанная сделка признана недействительной, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО13 в пользу ФИО3 денежных средств в размере 415 861 руб. 57 коп. Также судом сделан вывод об аффилированности между должником и ФИО13 Постановлением от 30.12.2020г. 18 ААС оставил данное определение без изменения.

Также, согласно информации, имеющейся в деле о банкротстве ООО «КомАгроС» №А34-1734/2016, ФИО13 выступала представителем ООО «АгроФудМастер» (ИНН 

<

***>) по доверенности, подписанной от юридического лица директором ФИО3

В последующем, ФИО13 произвела отчуждение указанной квартиры в пользу гр. ФИО11 (дата регистрации перехода права 16.07.2014г.).

В свою очередь ФИО11 являлся участником ООО «Комагрос» с 25.02.2011г. с долей участия равной 100%, которую он приобрел у гр. ФИО14 С 27.02.2011г. ФИО11 являлся директором ООО «КомАгроС». Также ФИО11 с 28.08.2014г. являлся директором ООО «Арман».

10.11.2015г. ФИО2 приобрела указанный объект у ФИО11 14.12.2015г. ФИО2 произвела отчуждение указанного объекта в пользу АО «Кургансемена».

Право собственности на квартиру общей площадью 72,1 кв.м, расположенную по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 74:36:0511001:267, переходило в аналогичные даты через тот же круг лиц.

При этом, согласно условиям сделки с АО «Кургансемена», ФИО2 в день совершения сделки по отчуждению квартир принимает на себя обязательства третьего лица - ООО «КомАгрос» перед покупателем - АО «Кургансемена». Тем самым, передав в зачет спорное имущество, ФИО2 получает требование к ООО «Комагрос» (согласно договора перевода долга от 14.12.2015г. №1).

Уже через 3 месяца в отношении ООО «КомАгрос» Арбитражным судом Курганской области возбуждается дело о банкротстве № А34-1734/2016 по заявлению ООО «Прогресс», участником которого с 18.10.2011г. и до завершения процедуры банкротства общества (29.10.2021г.) является ФИО3 (должник).

При этом, требования ООО «Прогресс», которые стали основанием для введения в отношении ООО «Комагрос» процедуры банкротства, на дату заключения соглашения о переводе долга уже были установлены Решением Арбитражного суда Челябинской области от 28.10.2015г. по делу № А76-19872/2015.

Таким образом, ФИО2, будучи заинтересованным лицом к ФИО3 не могла не знать о признаках несостоятельности ООО «КомАгрос». Вместе с тем, в ущерб имущественным правам кредиторов ФИО3, требования которых на тот момент уже были установлены судебными актами, ФИО2 отчуждает две квартиры фактически в обмен на требование к несостоятельному обществу. Данные требования ФИО16 к ООО «Комагрос» не удовлетворены в рамках дела о банкротстве данного общества.

Кроме того, менее чем за месяц до совершения оспариваемой сделки, ФИО2 покупает указанные квартиры у ФИО11 за наличный расчет за сумму 5 650 000 рублей, то есть на 150 000 рублей больше, чем цена отчуждения в пользу АО «Кургансемена».

Так же, мнимость сделки подтверждают следующие обстоятельства.

В собственности АО «Кургансемена» указанные объекты пробыли до 30.01.2017г., после чего, согласно сведениям, содержащимся в ЕГРН, были отчуждены в пользу ООО «Зауральский продукт». (ИНН 

<

***>).

ООО «Зауральский продукт» (ИНН 

<

***>) по сегодняшний день является собственником спорных жилых помещений, право собственности зарегистрировано 30.01.2017г.

При этом, согласно информации, содержащейся в ЕГРЮЛ, ФИО2 является участником указанного общества с долей участия в уставном капитале 5%, номинальной стоимостью 10 000 рублей.

Вторым участником общества с 05.12.2018г. является ФИО17 с долей участия в уставном капитале 95%, номинальной стоимостью 190 000 рублей.

При этом, распределение корпоративного участия в уставном капитале ООО «Зауральский продукт» изменялось следующим образом:

- 04.06.2015г. создано общество, единственным учредителем являлась ФИО2 (с 05.04.2018г. внесены изменения за № 2184501075768 в части новых паспортных данных, в которых указано отчество ФИО2);

- до 04.04.2018г. ФИО2 являлась единственным участником Общества (то есть на дату перехода права на спорные объекты). 04.04.2018г. в общество путем дополнительного взноса в уставный капитал суммы в размере 190 000 рублей был введен ФИО18 (ИНН 

<

***>);

- 05.12.2018г. внесена запись № 2184501207306 о переходе доли в размере 95% от ФИО18 к ФИО17 (ИНН 

<

***>) на основании договора купли-продажи от 27.11.2018г.

Кроме того, согласно ответа ИФНС по Центральному району г.Челябинска от 12.11.2018г., ФИО19 являлся единоличным исполнительным органом ООО «Зауральский продукт» с 07.12.2016г. по 23.04.2018г.

Согласно представленных ОПФР по Челябинской области сведений, Общество производило отчисления за ФИО3 в период с 4 кв.2016г. по 2 кв. 2018г.

Таким образом, на дату перехода права собственности на спорные объекты недвижимости к ООО «Зауральский продукт», последнее являлось подконтрольным ФИО2 и ФИО3 обществом, что свидетельствует, что имущество в конечном счете осталось в ведении должника.

Еще одним фактом, свидетельствующим, о том, что ФИО3 и ФИО2 осуществляют права владения и пользования отчужденными объектами до сегодняшнего дня регистрация ФИО3 и ФИО2 по месту жительства по адресу: 

<

...> не прекращалась ни на день на период нахождения в собственности помещений у третьих лиц.

Также указанный адрес: 

<

...> с 10.03.2010г. является юридическим адресом ООО «Прогресс» (ИНН 

<

***>), участником которого по настоящее время является ФИО3 (доля 51%).

В отношении адреса регистрации ООО «Прогресс» налоговым органом не установлена недостоверность, что свидетельствует о том, что по сегодняшний день органы управления обществом находятся в данном помещении.

Кроме того, в рамках дела о банкротстве ООО «Комагрос» (дело № А34-1734/2016), находящегося на рассмотрении Арбитражного суда Курганской области, большинством голосов конкурсных кредиторов, участвовавших в собрании кредиторов 07.07.2017г. принято решение о проведении собраний кредиторов по адресу: 

<

...>.

При этом вопрос о выборе места проведения собрания поставлен на голосование конкурсным кредитором - ФИО3 (размер требования 28 414 212,13 рублей или 79,405% от общего числа голосов кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов).

За избрание местом проведения последующих собраний кредиторов ООО «Комагрос» спорное жилое помещение проголосовали 2 кредитора: ФИО3 (79,40%) и ФИО2 (15,370%).

Согласно информации, размещенной в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве, собрания кредиторов ООО «КомАгрос» проводились по указанному адресу (кв. 34).

С учетом названных обстоятельств, суд пришел к выводу, что спорное имущество не выходило за пределы семьи и фактически приобретателям по договорам не передавалось, что указывает на мнимость сделок с целью сокрытия имущества от обращения на него взыскания.

Принимая во внимание наличие близких родственных связей между сторонами сделки, ФИО2 должна была представить в материалы дела доказательства наличия финансовой возможности оплаты за спорные объекты недвижимости в сумме 5 650 000 руб., однако таких доказательств в материалы дела в нарушение статьи 65 АПК РФ не представлено. 

Определением Арбитражного суда Курганской области от 03.07.2018, вынесенным по результатам рассмотрения обособленного спора в рамках дела № А34-1734/2016 о несостоятельности (банкротстве) ООО «КомАгроС», установлено следующее:

11.05.2017 конкурсный управляющий ФИО14 обратился в Арбитражный суд Курганской области с заявлением о признании договора купли-продажи транспортного средства № 11 от 01.09.2015, между ООО «КомАгроС» и ФИО2 недействительным; применении последствия недействительности сделки, в виде возврата в конкурсную массу ООО «КомАгроС» ТС Toyota Hilux, 2013 г. в., VIN 

<

***>, восстановления задолженности ООО «КомАгроС» перед ФИО2 по договору купли-продажи транспортного средства № 11 от 01.09.2015. Цена сделки 1 150 000 руб.

В ходе рассмотрения спора судом установлено, что ФИО2 по состоянию на 01.09.2015г. не располагала суммой в размере 1 150 000 рублей и не имела дохода, который бы мог позволить ей накопить подобную сумму.

Судом также исследовался вопрос доходов ФИО2 и суд пришел к следующему выводу: «учитывая, что представленными справками формы 2-НДФЛ доказаны доходы ФИО2 за шесть месяцев 2015 года в размере 291 500 руб. (исчислено НДФЛ - 37 895 руб.) и за 6 месяцев 2016 года в размере 241 500 руб. (НДФЛ исчисленный - 31 395 руб.), иные допустимые доказательства наличия денежных средств в размере 1 150 000 рублей не предоставлены (при этом суд учитывает, что у ответчика в рассматриваемый период должны были иметь место определенные расходы, постановление Арбитражного суда Уральского округа от 19.04.2018 по делу №А60-11778/2016).

Исходя из изложенного, следует, что вступившим в законную силу судебным актом установлено, что ФИО2 по состоянию на 01.09.2015г. не располагала суммой в размере 1 150 000 рублей, соответственно, по состоянию на 10.11.2015г. ФИО2 не могла располагать собственной суммой в размере 5 650 000 рублей для приобретения двух объектов недвижимости.

Какие-либо допустимые доказательства, подтверждающие происхождение средств, за счет которых ФИО2 в 2015 году приобрела два спорных объекта недвижимости, в материалы настоящего обособленного спора также не представлены.

В обоснование хозяйственной цели приобретения спорных квартир и дальнейшее их отчуждение ответчик пояснила тем, что спорные квартиры были приобретены у ФИО11 по договорам купли-продажи от 10.11.2015 г. с целью ведения предпринимательской деятельности, а именно размещения в них мини-гостиницы в туристическом центре города Челябинска. 

Проинвестировать данный проект согласился ФИО20. 

Денежную сумму в размере 5 650 000 рублей на приобретение спорных квартир в ноябре 2015 г. ФИО2 заняла у гражданина ФИО20. 

Займ был оформлен распиской от 09.11.2015 г. о получении вышеуказанной суммы в качестве займа от ФИО20, расписка до момента возврата займа хранилась у ФИО20 

Спорные квартиры были приобретены у ФИО11 с обременением в виде залога в пользу ЗАО «Кургансемена» по договору ипотеки № 4 от 14.04.2015 г., ипотека по которому зарегистрирована Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Челябинской области 21.04.2015 г. за № 74-74/036-74/001/172/2015-377/1, а также по договору ипотеки № 8 от 15.06.2015 г., ипотека по которому зарегистрирована Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Челябинской области 22.06.2015 г. за № 74-74/036-74/001/324/2015-342, о чем указано в договоре купли-продажи № 1 от 10.11.2015 г. и в договоре купли-продажи № 2 от 10.11.2015 г., заключенных между мной (Покупатель) и ФИО11 (Продавец). 

ФИО11 обязался в течение месяца после получения от меня денежных средств за квартиры погасить задолженность перед ЗАО «Кургансемена», но ввиду финансовых проблем вовремя погасить задолженность перед ЗАО «Кургансемена» он не смог, а, соответственно, обременение в виде залога в пользу ЗАО «Кургансемена» снято быть не могло.

ЗАО «Кургансемена», как залогодержатель, в связи с неисполнением перед ним обязательств, обеспеченных залогом спорных квартир, в преимущественном порядке могло претендовать на удовлетворение своих требований из стоимости спорных квартир, однако, был выбран другой механизм - приобретение их в собственность, что не противоречит действующему законодательству. 

В связи со сложившейся вокруг спорных квартир ситуацией между ФИО2 и ФИО11 была достигнута договоренность о компенсации ей понесенных финансовых потерь на покупку спорных квартир.

«07» декабря 2015 г. ФИО11 возвратил ФИО2 денежную сумму 3 850 000 руб. (три миллиона восемьсот пятьдесят тысяч рублей) наличными, оставшуюся сумму 1 800 000 руб. (один миллион восемьсот тысяч рублей) он компенсировал ей передачей имущества уже в 2016 году.

Получив от ФИО11 денежную сумму 3 850 000 руб., ФИО2 возвратила данную сумму ФИО20 «09» декабря 2015 г.

В январе 2020 г., произведя окончательный расчет по займу с ФИО20, расписка о выдаче займа от 09.11.2015 г. на сумму 5 650 000 руб. была уничтожена в присутствии ФИО2 и в присутствии ФИО20

Оставшиеся денежные средства для расчета с ФИО20 в сумме 1 800 000 руб. были получены ответчиком, в том числе, от продажи имевшегося в собственности движимого и недвижимого имущества в Республике Казахстан.

Ввиду того, что проект по обустройству мини-гостиницы в спорных квартирах, который проинвестировал ФИО20 и в который он впоследствии должен был войти, не был реализован из-за отчуждения квартир в пользу ЗАО «Кургансемена», а также ввиду того, что возвратить всю сумму ФИО20 ответчик окончательно смогла только в январе 2020 года, они с ФИО20 пришли к соглашению, что ФИО2 оплачивает ему неустойку в размере 10% от 1 800 000 руб., а именно 180 000 руб. (сто восемьдесят тысяч рублей). Данную неустойку в размере 180 000 руб. оплачена ФИО20 на банковский счет по платежному поручению № 8 от 25.05.2021 г.

Таким образом, по доводам ответчика, спорные квартиры приобретались за счет личных, а не совместно нажитых с ФИО3 средств, которые она получила в качестве займа у ФИО20, по которому рассчитывалась также самостоятельно, за счет личных средств, следовательно, ни о какой формальности или мнимости брачного договора не может быть и речи.

Суд, в свою очередь, данные доводы не принял как необоснованные и противоречивые.

С учетом того, что фактически за все время, с момента приобретения должником квартир в собственность и до сегодняшнего дня супруги зарегистрированы и проживают в сворных квартирах, а изменение титульного собственника происходило исключительно по зависимым юридическим лицам, необходимость размещения в данных квартирах мини-гостиницы не обусловлена разумным смыслом. При наличии такого желания, фактический собственник квартир мог бы их сдавать в аренду посуточно.

Все расчеты непрозрачны, производились наличными денежными средствами, передача которых подтверждается лишь свидетельскими показаниями, никаких расписок не сохранилось, соответственно не возможно проверить их подлинность.

Как указывает ответчик, ФИО20 «проинвестировал» ее на покупку квартир в ноябре 2015г. Окончательно займ возвращен в январе 2020г. И они с ФИО20 пришли к соглашению, что ФИО2 оплачивает ему неустойку в размере 10% от 1 800 000 руб., а именно 180 000 руб. которая оплачена по платежному поручению № 8 от 25.05.2021.

То есть с ноября 2015г. и до января 2020г. ФИО20 не предъявлял какие либо требования к ФИО2 о возврате инвестиций и только в мае 2021г. получил неустойку в размере 10% от суммы 1800тыс.руб. ( 2,5% в год), при том что ключевая ставка установленная Банком России на ноябрь 2015г. составляла 11% а на январь 2021г. 4,25%.

Причем ФИО20 «проинвестировавший бизнес по открытию мини-гостиницы» и не получавший ни возврат денежных средств, ни долю в бизнесе, в течение более чем 4 года, не предпринял никаких мер по обеспечению своих интересов, например, путем наложения каких–либо обременений на недвижимое имущество, что является довольно странным для поведения разумного инвестора.

Кроме того, указанные объяснения и доказательства, представлены ответчиком к судебному заседанию 01.06.2021г., тогда как заявление о признании сделки по отчуждению спорных квартир принято к производству суда 19.11.2019г., первое судебное заседание прошло 13.01.2020г. и впоследствии неоднократно откладывалось. И после вынесения постановления от 26.01.2021г. 18 ААС, которым определение суда о признании недействительным брачного договора, отправлено на новое рассмотрение.

Так же логически необъяснимо то, для чего ФИО11, который якобы получил денежные средства от продажи квартир ФИО2, обязываться в течение месяца после получения денежных средств погасить задолженность перед ЗАО «Кургансемена», которая так и не была погашена «в виду финансовых проблем».

Каких-либо доказательств того, что ФИО2 погасила займ из собственных средств полученных от продажи движимого и недвижимого имущества находящегося на территории Республики Казахстан, также не представлено.

При указанных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что брачный договор заключен супругами не с целью определения имущественных прав и обязанностей в браке и (или) в случае его расторжения, а с целью исключения возможности обращения взыскания на имущество должника по их обязательствам.

Учитывая изложенное в совокупности, исходя из того, что на момент заключения оспариваемых договоров должник отвечал признакам неплатежеспособности, договоры заключены между заинтересованными лицами, регистрация перехода права собственности на объекты недвижимости осуществлялась формально, расчеты между сторонами по сделкам купли-продажи недвижимого имущества непрозрачны, каких-либо прямых доказательств движения денежных средств не представлено, оспариваемые договоры заключены с целью избежания обращения взыскания на имущество должника, при наличии признаков злоупотребления правом и недобросовестном поведении сторон сделки, принимая во внимание отсутствие реальных взаимоотношений между сторонами, суд первой инстанции признал брачный договор о разделе общего имущества супругов и установлении раздельной собственности от 18.10.2011, заключенный между должником и ФИО2, договоры купли-продажи от 14.12.2015, 15.12.2015 недействительными сделками на основании статей 10, 170 ГК РФ.

Применяя в качестве последствий недействительности сделки возврат стороны договора в первоначальное положение, существовавшее в режиме совместной собственности супругов на основании брачного договора от 18.10.2011, то есть, восстановив режим общей совместной собственности супругов на спорное имущество, суд руководствовался положениями статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, 61.6 Закона о банкротстве.

Доводы подателей жалоб об отсутствии признаков неплатежеспособности на дату заключения спорного договора опровергаются материалами дела, оценены судом первой инстанции.

Доводы о пропуске срока исковой давности отклоняются.

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год, при этом течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Как разъяснено в п. 32 постановления Пленума ВАС РФ № 63 срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждении при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако, при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. 

При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

В настоящем случае подано заявление об оспаривании сделки не самого должника, а его супруги.

Определением суда от 19.10.2018г. (резолютивная часть от 17.10.2018г.) финансовым управляющим должника назначен ФИО4.

18.11.2019 финансовый управляющий обратился в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи от 14.12.2015, заключенного между супругой должника ФИО2 и АО «Кургансемена», предметом которой является недвижимое имущество: квартиры, расположенные по адресу: 

<

...>, 35.

11.06.2020 финансовый управляющий ФИО4 обратился в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением о признании недействительной сделки – брачного договора от 18.10.2011г

Таким образом, с момента назначения ФИО4 финансовым управляющим и подачей первого заявления прошло более одного года.

Тем не менее суд считает, что срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной финансовым управляющим не пропущен.

Финансовый управляющий действуя добросовестно и разумно 25.01.2019г. направил в суд запрос об истребовании в органах ЗАГС сведений о заключении, расторжении брака в отношении должника. Определением суда от 08.02.2019г., заявление удовлетворено.

После получения указанных сведений финансовый управляющий обратился в суд об истребовании из Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Челябинской области следующую информацию из единого государственного реестра недвижимости о правах ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения) на имеющиеся (имевшиеся) у нее объекты недвижимости на территории Российской Федерации. Определением суда от 30.04.2019г., заявление удовлетворено.

Далее, финансовый управляющий ФИО4 обратился в Арбитражный суд Челябинской области с ходатайством об истребовании информации из Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Челябинской области: документы - основания регистрации права собственности Параскевиди М-ны (Халиловны); документы - основания регистрации прекращения права собственности Параскевиди М-ны (Халиловны); на следующие объекты недвижимости: помещения находящиеся по адресу: 

<

...>,35. Определением суда от 24.06.2019г., заявление удовлетворено.

Минимальный срок для представления запрошенных документов, с учетом изготовления судебного акта, ответа на него, почтового пробега, не может быть менее 15 календарных дней, то есть документы, которые легли в основание заявления о признания сделок недействительными могли быть получены финансовым управляющим не ранее 09.07.2019г.

Как указано выше с заявлением в Арбитражный суд Челябинской области финансовый управляющий обратился 18.11.2019., спустя 4 месяца после получения необходимых доказательств.

С заявлением о признании недействительной сделки – брачного договора от 18.10.2011г, финансовый управляющий ФИО4 обратился в Арбитражный суд Челябинской области 11.06.2020г. О существовании данного договора стало известно в судебном заседании 13.01.2020г. Сама копия брачного договора представлена в материалы дела 15.06.2020г. (вх. № 41611).

С учетом указанного, суд считает, что финансовый управляющий обратился с соответствующими заявлениями в срок, установленный п. 2 ст. 181 ГК РФ, с момента когда узнал о наличии оснований для оспаривания сделки.

При названных обстоятельствах, определение арбитражного суда первой инстанции отмене, а апелляционные жалобы - удовлетворению не подлежат.

Выводы, содержащиеся в обжалуемом судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и оснований для его отмены в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная инстанция не усматривает.

Судебные расходы распределяются между лицами, участвующими в деле, в соответствии с правилами, установленными статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 176, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 07.02.2022 по делу №А76-29120/2017 оставить без изменения, апелляционные жалобы акционерного общества «Кургансемена», ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья                                         И.В. Калина

 

Судьи:                                                                               Ю.А. Журавлев

 

А.А. Румянцев