Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                 Дело № А70-17862/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 22 сентября 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 23 сентября 2025 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                   Лаптева Н.В.,

судей                                                                  Глотова Н.Б.,

ФИО1 –

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу Вакарина СергеяВладимировича на определение Арбитражного суда Тюменской области от 11.02.2025(судья Авхимович В.В.) и постановление Восьмого арбитражного апелляционного судаот 19.06.2025 (судьи Дубок О.В., Аристова Е.В., Горбунова Е.А.)  по делу№ А70-17862/2023 о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 

<

***>, далее также – должник), принятые по заявлению финансового управляющего ФИО3 (далее – управляющий) о признании сделки недействительной.

Заинтересованные лица: ФИО4, ФИО5, акционерное общество «ЮниКредит Банк» (далее – Банк).

В судебном заседании приняли участие: финансовый управляющий ФИО3, ФИО6 – представитель ФИО2 по доверенности от 26.02.2024.

Суд установил:

в деле о банкротстве предпринимателя ФИО2 управляющий ФИО3 26.03.2024 обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной единой сделки по отчуждению активов должника, оформленной: брачным договоромот 14.04.2022, заключённым между ФИО2 и ФИО4, договором дарения квартиры от 01.06.2022, договором дарения машиноместа от 01.06.2022 и договором дарения недвижимого имущества от 10.01.2024, заключёнными между ФИО4 и ФИО5 – применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника и установления режима совместной собственностина следующее (спорное) имущество:

нежилое строение – гостиничный комплекс «Новый Тобол», общей площадью 8 229,3 кв. м, с кадастровым номером № 72:24:0305016:323, расположенное по адресу: 

<

...> (далее – гостиничный комплекс);

нежилое строение – сторожка, площадью 18 кв. м, с кадастровым номером№ 72:24:0305016:608; расположенное по адресу: 

<

...> (далее – сторожка);

нежилое помещение № 19a/7 площадью 120,1 кв. м, с кадастровым номером72:24:0305017:1570, расположенное по адресу: Тюменская область, город Тобольск,улица Октябрьская, 19а (далее – помещение № 19a/7);

трансформаторная подстанция площадью 40 кв. м, с кадастровым номером 72:24:0305016:322, расположенное по адресу: 

<

...> (далее – трансформаторная подстанция);

квартира № 29 общей площадью 107 кв. м, с кадастровым номером72:23:0217002:5526, расположенная по адресу: 

<

...> (далее – квартира № 29);

нежилое помещение – машиноместо № 60 площадью 23,6 кв. м, с кадастровым номером № 72:23:0217002:7291, расположенное по адресу: Тюменская область,

<

...> (далее – машиноместо № 60);

доля в размере 50 % в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Антикор-М» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, далее – общество «Антикор-М»), адрес юридического лица: 

<

...> (с учётом уточнений).

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 11.02.2025, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного судаот 19.06.2025, заявление управляющего удовлетворено.

ФИО2 подал кассационную жалобу, в которой просил отменить определение арбитражного суда от 11.02.2025 и постановление апелляционного суда от 19.06.2025, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления.

В кассационной жалобе приведены доводы о несоответствии фактическим обстоятельствам и нормам пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002№ 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) выводов судов о наличии оснований для признания оспариваемых договоров недействительными по признакам подозрительной сделки.

ФИО2 полагает, что совершение оспариваемых сделок (в том числе последующее дарение жилого помещения в пользу дочери) было обусловлено решением супругов (связанным, в том числе, с возрастом и состоянием здоровья) распределения (раздела) сфер хозяйственной деятельности (бизнеса), а также распределения принадлежащего им имущества между детьми; стремление супругов разделить свои имущественные риски не является формой злоупотребления правом; на момент заключения брачного договора стороны посчитали имущество, передаваемое каждомуиз супругов равноценным, при этом не всё имущество было распределено между супругами, для большей части имущества правовой режим совместно нажитого имущества не изменён (транспортные средства, недвижимое имущество, доли в уставных капиталах организаций); наличие признаков неплатёжеспособности общества«Антикор-М» не свидетельствуют о неплатежеспособности самого должника;ФИО2, как участник общества «Антикор-М», предпринимал меры для вывода общества из кризиса (путём корпоративного финансирования, в том числе привлечения внешнего финансирования); банкротство должника наступило не ранее чемпо результатам деятельности организации в 2022 году; на момент совершения сделки должник не имел признаков неплатёжеспособности или недостаточности имущества.

В отзыве на кассационную жалобу управляющий возражал относительно доводов ФИО2, согласился с выводами апелляционного суда о наличии основанийдля признания подозрительных сделок недействительными, просил оставитьбез изменения определение арбитражного суда от 11.02.2025 и постановление апелляционного суда от 19.06.2025.

В судебном заседании представитель ФИО6 и управляющий поддержали свои доводы и возражения.

Иные лица, участвующие в деле, их представители в судебное заседание не явились. Учитывая надлежащее извещение о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Проверив в пределах, предусмотренных статьями 286, 287 АПК РФ, правильность применения судами норм материального права и соблюдение процессуального права,а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, суд округа не находит кассационную жалобу обоснованной.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между супругамиФИО2 и ФИО4 13.02.1976 зарегистрирован брак, что подтверждается свидетельством о заключении брака 

<

...>, выданного отделом ЗАГС Тобольского горисполкома Тюменской области.

ФИО5 приходится дочерью ФИО2

ФИО2 является участником общества «Антикор-М» с долей участияв уставном капитале 50 %.

Между Банком и обществом «Антикор-М» (заёмщик) заключены соглашенияот 23.06.2021 № 001/0253L/21, от 09.07.2021 № 001/0275L/21 об общих условиях предоставления кредита на сумму не более 50 000 000 руб. на срок 18 месяцев.

В обеспечение обязательств Банка должником заключены договоры поручительства от 23.06.2021 № 001/0648Z/21, от 09.07.2021 № 001/07017/21, по условиям которых ФИО2 обязуется, солидарно с заёмщиком, отвечать в том же объёме,что и заёмщик, и выплачивать Банку по его первому требованию любые суммы, которые причитаются к уплате Банку заемщиком, в случае если заёмщик не произведёт какой-либо платёж в погашение задолженности в соответствии с условиями соглашений.

Также между супругами ФИО2 и ФИО4 заключён брачный договор от 14.04.2022, по условиям которого определён раздельный режим собственности на ранее совместное имущество.

Пунктами 1.1-1.7 установлена единоличная собственность ФИО4 на гостиничный комплекс, сторожку, помещение № 19a/7, трансформаторную подстанцию, квартиру № 29, машиноместо № 60 и автомобиль.

Пунктом 1.8 установлена единоличная собственность ФИО2 на долюв размере 50 % в уставном капитале общества «Антикор-М».

Определением арбитражного суда от 24.08.2023 принято к производству заявление Банка о признании ФИО2 несостоятельным (банкротом) и возбуждено производство по делу.

Определением арбитражного суда от 16.11.2023 предприниматель ФИО2 признан банкротом, отношении него введена процедура реструктуризация долгов, финансовым управляющим утверждена ФИО3

Между ФИО4 (даритель) и ФИО5 (одаряемая) заключён договор от 10.01.2024 дарения недвижимого имущества, по условиям которого даритель безвозмездно передаёт в собственность одаряемой гостиничный комплекс и сторожку.

Решением арбитражного суда от 15.04.2024 в отношении ФИО2 введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО3

В ходе проведения анализа финансового состояния ФИО2 управляющим установлено, что причиной утраты платёжеспособности должником является имущественный кризис – общества «Антикор-М».

Общество «Антикор-М» перестало своевременно и надлежащим образом исполнять обязательства по соглашению от 23.06.2021№ 001/0253L/21 с 15.02.2022, по соглашению от 09.07.2021 № 001/0275L/21 с 28.02.2022.

В результате неисполнения обществом обязательств перед Банком поручителю ФИО2 предъявлены требования о погашении просроченной задолженностипо кредитным договорам.

Помимо этого, в феврале 2022 года в отношении общества «Антикор-М» проводилась камеральная налоговая проверка первичной налоговой декларации по налогу на добавленную стоимость (далее – НДС) за 1 квартал 2021 года, по результатам которой вынесено решение от 15.04.2022 № 1323 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, в соответствии с которым обществу начислен неуплаченный НДС в сумме 16 171 835 руб.

Управлением Федеральной налоговой службы № 7 по Тюменской области за период с 01.01.2017 по 31.12.2019 в отношении общества «Антикор-М» проведена выездная налоговая проверка по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания, перечисления) налогов и сборов, по результатам которой составлен акт налоговой проверки от 05.10.2021 № 09-66/9 и принято решение от 17.02.2022 № 1о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, которым доначислена задолженность в сумме 452 022 378,59 руб., и которое обжаловалось обществом «Антикор-М» до конца 2023 года.

Решением арбитражного суда от 17.01.2024 по делу № А70-27176/2022 общество «Антикор-М» признано банкротом.

Стоимость имущества, являющегося предметом брачного договора, по оценке управляющего составляет 122 478 011,53 руб.

Ссылаясь на непропорциональный раздел имущества между супругамии последующее дарение наиболее дорогостоящих активов дочери являются единой цепочкой взаимосвязанных сделок, направленных на безвозмездный вывод активов должника, нарушающий права кредиторов ФИО2, управляющий обратилсяв арбитражный суд с указанным заявлением.

Удовлетворяя заявление, суд первой инстанции исходил из того, что на момент совершения оспариваемой сделки ФИО2 в полной мере осознавал невозможность исполнения обязательств поручителя перед Банком по обязательствам общества «Антикор-М» и не располагал имуществом, достаточным для удовлетворения всего объёма требований кредиторов, то есть фактически отвечал признакам объективного банкротства; ФИО2 было достоверно известно о состоянии общества«Антикор-М», поскольку он являлся его мажоритарным участником; раздел имущества, произведённый брачным договором, является неравноценным, так как стоимость перешедшей в пользование должника доли (с учётом финансовых затруднений общества) несоразмерна стоимости имущества, перешедшего в пользу ФИО4; оспариваемым брачным договором супруги установили раздельный режим собственности лишь в отношении имущества, зарегистрированного за супругой должника; имущество, зарегистрированное за ФИО2 сохранило статус совместной собственности,что также само по себе презюмирует неравноценность произведенного раздела; перешедшая в собственность должника доля в уставном капитале общества «Антикор-М» является неликвидной.

Арбитражный суд сделал выводы о недействительности оспариваемой единой цепочки сделок по отчуждению активов должника (брачный договор и последующее дарение части имущества), совершённой неплатёжеспособным должником безвозмезднос заинтересованным лицом в подозрительный период, предусмотренных пунктом 2статьи 61.2 Закона о банкротстве, с причинением вреда имущественным правам кредиторов.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами арбитражного суда и указал на то, что существо брачного договора предполагает, что кредиторы должника не вправе претендовать на имущество ФИО4, в то время как последняя в силу разъяснений, изложенных в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 (далее – Постановление № 48), претендует на 50 % выручкиот продажи имущества, составляющего конкурсную массу.

Выводы арбитражных судов первой и апелляционной инстанций соответствуют фактическим обстоятельствам, имеющимся в деле доказательствам и применённым нормам права.

Так, во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершённых в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (далее также сделки, причиняющие вред). Подобные сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по специальным основаниям (пункт 1 статьи 61.1 Законао банкротстве, пункт 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63)).

В силу положений пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 Закона о банкротстве, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершённыево исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

В подпункте 4 пункта 1 Постановления № 63 разъяснено, что по правиламглавы III.1 Закона о банкротстве могут оспариваться, в том числе, брачный договор.

Согласно статье 40 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) брачным договором признается соглашение лиц, вступающих в брак, или соглашение супругов, определяющее имущественные права и обязанности супругов в браке и (или)в случае его расторжения.

Брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности (статья 34 СК РФ), установить режим совместной, долевойили раздельной собственности на все имущество супругов, на его отдельные видыили на имущество каждого из супругов. Брачный договор может быть признан судом недействительным полностью или частично по основаниям, предусмотренным ГК РФдля недействительности сделок (статья 44 СК РФ).

Как разъяснено в абзацах 2, 5 пункта 9 Постановления № 48 финансовый управляющий, кредиторы должника, чьи требования признаны арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, обоснованными и по размеру отвечают критерию, указанному в пункте 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, вправе оспорить в рамках дела о банкротстве внесудебное соглашение супругов о разделе их общего имущества (пункт 2 статьи 38 СК РФ) по основаниям, связанным с нарушением этим соглашением прави законных интересов кредиторов (статьи 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, статьи 10, 168, 170, пункт 1 статьи 174.1 ГК РФ).

Данные разъяснения подлежат применению и при изменении законного режима имущества супругов брачным договором.

В пункте 42 Обзора судебной практики по делам о банкротстве граждан, утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 18.06.2025, приведена правовая позиция о том, что нарушающие права и законные интересы кредиторов положения брачного договора об имущественных правах супругов могут быть признаны недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершённая должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершенав течение трёх лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате её совершения был причинён вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатёжеспособностиили недостаточности имущества должника.

В Постановлении № 63 разъяснено, что в силу пункта 2 статьи 61.2 Законао банкротстве для признания подозрительной сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов; в результате совершённой сделки был причинён вред имущественным правам кредиторов; другая сторона знала или должна была знатьоб указанной цели должника к моменту совершения сделки (пункт 5).

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается,если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатёжеспособностиили недостаточности имущества, и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица (пункт 6).

В соответствии с абзацем первым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве), либо если она знала или должна была знатьоб ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатёжеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункт 7).

Поскольку супруги заключили брачный договор, изменив правовой режим собственности общего совместно нажитого имущества с нарушением экономического баланса в ущерб должнику; оспариваемая сделка совершена в условиях очевидной неплатёжеспособности должника, безвозмездно, с заинтересованным лицом, в результате чего должник утратил ликвидное имущество, приобретенное в период брака, чем причинён вред имущественным правам кредиторов; последующие сделки по дарению супругой должника спорного имущества близкому родственнику объединены единым умыслом на причинение вреда, заявление управляющего удовлетворено правомерно.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, отклоняются.

Согласно правовой позиции, сформулированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3), наличие обязательств должника с более ранним сроком исполнения, которые не были исполненыи, впоследствии, включены в реестр требований кредиторов подтверждает факт неплатёжеспособности должника в период заключения договора.

В соответствии с положениями статьи 19 Закона о банкротстве в силу наличия брачных отношений презюмируется осведомлённость супруги обо всех существенных фактах в деятельности супруга-должника, которые могли значительно повлиять на их имущественное положение. Надлежащие и достаточные доказательства, опровергающие данную презумпцию, не представлены.

Следовательно, стороны брачного договора не могли не осознавать нарушения интересов кредиторов, имеющих право на получение удовлетворения своих требований по обязательствам должника за счёт имущества, отошедшего супруге по брачному договору. При этом из конкурсной массы выбыло ликвидное имущество – объекты недвижимости и транспортное средство – без равноценного встречного предоставления.

Приведённые обстоятельства указывают на наличие противоправной целипри заключении брачного договора – причинение вреда имущественным правам кредитора.

В силу пункта 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечёт юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с её недействительностью,и недействительна с момента её совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой всё полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре(в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге), возместить его стоимость в деньгах – если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2 статьи 167 ГК РФ).

На основании пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве всё, что было передано должником или иным лицом за счёт должника или в счёт исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительнойв соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения,а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества,в соответствии с положениями ГК РФ об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Одним из видов правовой реакции на действия, совершённые в обход закона, является применение именно тех правил, которые стремился избежать осуществляющий подобные действия субъект (пункт 8 Постановления № 25).

Таким образом, суды правильно отметили, что в случае признания брачного договора недействительной сделкой применение правовых последствий его недействительности заключается в приведении сторон в положение, существовавшеедо его совершения, а именно, в восстановлении в отношении спорного имущества, которое было приобретено в ходе брака, режима совместной собственности супругов, предусмотренного статьей 34 СК РФ, с даты заключения брачного договора, когда данный режим был изменён.

Наличие обстоятельств, являющихся основанием для признания оспариваемой цепочки сделок недействительной, устанавливается судами первой и апелляционной инстанций путём оценки представленных доказательств и доводов сторон.

Приведённые в кассационной жалобе доводы не свидетельствуют о нарушении судами первой и апелляционной инстанций норм права, по существу сводятсяк несогласию с оценкой обстоятельств настоящего обособленного спора.

Несогласие заявителя кассационной жалобы с оценкой обстоятельств дела и иное толкование им положений действующего законодательства не являются основаниемдля отмены обжалуемых судебных актов судов в кассационном порядке.

Поскольку оснований, предусмотренных статьёй 288 АПК РФ, для отмены обжалуемых судебных актов не имеется, кассационная жалоба удовлетворениюне подлежит.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Тюменской области от 11.02.2025 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 19.06.2025 по делу № А70-17862/2023 оставить без изменения, а кассационную жалобу без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия,в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

Председательствующий                                                                                   Н.В. Лаптев

Судьи                                                                                                                 Н.Б. Глотов

ФИО1