ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-32155/2023, 09АП-37247/2023

 

Дело № А40-257157/20

г. Москва

12 июля 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 05 июля 2023 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 12 июля 2023 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  В.В. Лапшиной, 

судей Вигдорчика Д.Г., Захарова С.Л.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2 

- определение Арбитражного суда г. Москвы от 17 апреля 2023 о признании недействительной сделки - договора дарения квартиры, расположенной по адресу: 

<

...>, кв. 34, кадастровый номер 77:02:0023006:1410 от 07.12.2020, заключенного между ФИО2 и ФИО3;

- определение Арбитражного суда г. Москвы от 03 мая 2023,об исправлении опечаток, допущенных Арбитражным судом г. Москвы в определении от 17.04.2023 о делу № А40-257157/20 о несостоятельности (банкротстве) ФИО2

при участии в   судебном заседании: 

от ФИО2: ФИО4 по дов. от 29.07.2021

от ФИО5: ФИО6 по дов. от 29.04.2021

Иные лица не явились, извещены.   

 

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 16 марта 2022г. гражданин ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утверждена ФИО7. 

В Арбитражный суд города Москвы 17.11.2022 поступило заявление финансового управляющего о признании сделки должника недействительной – сделка между ФИО2 и ФИО3, оформленную договором дарения, по отчуждению ФИО2 квартиры, расположенной по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 77:02:0023006:1410.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 17 апреля 2023 года с учетом определения Арбитражного суда г. Москвы от 03 мая 2023 об исправлении опечатки, отказано в удовлетворении ходатайства ФИО2 о приостановлении производства по делу. Признан недействительной сделкой договор дарения квартиры, расположенной по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 77:02:0023006:1410 от 07.12.2020, заключенный между ФИО2 и ФИО3. Применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО3 возвратить в конкурсную массу ФИО2 квартиру, расположенную по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 77:02:0023006:1410.

Не согласившись с вынесенными определениями от 17 апреля 2023 и от 03 мая 2023, должник обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами. В обоснование доводов апелляционных жалоб ФИО2 ссылается на нарушение конституционно гарантированного права на жилье, невыяснение судом первой инстанции, является ли спорная квартира единственным жильем должника в развитие положений Постановлений Конституционного суда Российской Федерации от 14.05.2012г. № 11-П, от 26.04.2021г. № 15-П.  

Представитель апеллянта поддержал доводы жалобы в полном объеме.

Представитель ФИО5 возражал на доводы жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились, в соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, считает, что не имеются оснований для отмены обжалуемых судебных актов в силу следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В обоснование заявленных требований заявитель ссылался на то, что 07.12.2020 ФИО2 в целях сокрытия своего имущества от кредитора безвозмездно передал ФИО3 принадлежащее ему имущество в виде квартиры, расположенной по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 77:02:0023006:1410 на основании договора дарения. 

Право собственности ФИО3 на указанный объект недвижимости зарегистрировано в Едином государственном реестре недвижимости, в результате чего в реестр внесена запись № 77:02:0023006:1410-77/072/2020-4. 

Обращаясь с настоящим заявлением, финансовый управляющий указал, что сделка дарения ФИО2 недвижимости своей дочери является недействительной на основании ст. 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве»), поскольку совершена в целях причинения вреда имущественным правам кредитора (ООО «Промлизинг»). 

Указанное имущество (квартиру) ФИО2 приобрел в результате наследования, что подтверждается выпиской из ЕГРН о переходе прав на объект недвижимости в отношении объекта с кадастровым номером 77:02:0023006:1410.

Как следует их материалов дела, заявление о признании должника банкротом принято судом первой инстанции 22.01.2021, оспариваемая сделка совершена 07.12.2020, т.е. в период подозрительности, указанный в ч. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. 

Правилами части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее по тексту - Закон о банкротстве) определено, что дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными названным Федеральным законом.

Пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что отношения связанные с банкротством граждан, урегулированы главой X "Банкротство граждан", а также главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI данного Закона.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе (пункт 1 статья 61.1 Закона о банкротстве).

Право финансового управляющего на подачу заявлений о признании сделок должника недействительными установлено пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве.

В силу пункта 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 N 154-ФЗ "Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. 

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред 3 имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). 

В пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию, указанному в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. 

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. 

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий: - стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; - должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; - после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества. 

Кроме того, в абзаце 4 пункта 4 Постановления N 63 разъяснено, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В силу статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. 

Пунктами 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. 

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. 

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или 6 недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. 

Для квалификация сделок как ничтожных с применением положений статей 10 и 168 Гражданского кодекса недостаточно установления факта ущемления интересов других лиц, необходимо также установить недобросовестность сторон сделки, в том числе наличие либо сговора между сторонами, либо осведомленности контрагента должника о заведомой невыгодности, его негативных последствиях для лиц, имеющих защищаемый законом интерес. 

Из пункта 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 - 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Для признания сделки недействительной по причине злоупотребления правом обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются: - наличие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок; - наличие или возможность негативных правовых последствий для прав и законных интересов иных лиц; - наличие у стороны по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

В соответствии абзацем 32 статьи 2 Закона о банкротстве под вредом имущественными правам кредиторов понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника, а также иные последствия совершенных должником сделок, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно пункту 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Исходя из правовой природы договора дарения, данная сделка не подразумевает встречного предоставления одариваемым дарителя.

Ввиду того, что в результате совершения оспариваемой сделки должник не получил какого-либо встречного предоставлении, стоимость и размер имущества, на которое кредиторы могли бы обратить взыскание, существенно уменьшился.

При этом, из материалов дела следует, что на момент совершения спорной сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества. 

В соответствии со ст. 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. 

При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное. 

Неплатежеспособность должника на дату заключения сделки подтверждается определением Арбитражного суда г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 06.12.2019 по делу № А56-36814/2016, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого Арбитражного апелляционного суда от 29.06.2020, а также постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 03.11.2020 ФИО2 признан виновным в причинении ущерба ООО «Промлизинг», с ответчика № 1 взыскано 71 522 648 руб. в пользу общества. 

Следовательно, как верно указал суд, по состоянию на 03.11.2020 ФИО2 было достоверно известно, что он не освобожден от обязанности возместить ООО «Промлизинг» причиненные им убытки.

Согласно правовой позиции, сформулированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 N 305-ЭС17-11710 (3) по делу N А40- 177466/2013, наличие обязательств должника с более ранним сроком исполнения (относительно даты заключения договора), которые не были исполнены и впоследствии включены в реестр требований кредиторов, подтверждает факт неплатежеспособности должника в период заключения договора. 

При этом, законодательство о банкротстве не связывает понятия неплатежеспособности и недостаточности имущества, наличие достаточного у должника имущества не исключает наличие у него признаков неплатежеспособности.

Таким образом, отчуждение должником имеющегося у него ликвидного имущества безвозмездно в пользу другого лица, при наличии задолженности по обязательствам, по существу, направлено на сокрытие этого имущества от кредиторов, что указывает на наличие в его действиях признаков злоупотребления правом.

Кроме того, как следует из пункта 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Как следует из пункта 12 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 обязанность доказывания того, что другая сторона по сделке знала или должна была знать о наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, лежит на лице, оспаривающем сделку.

Судом первой инстанции также установлено, в рассматриваемом случае дарение совершено между заинтересованным лицами по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве, что участвующими в деле лицами не оспаривается, т.к. ФИО3 является дочерью должника.

Данный факт презюмирует осведомленность ответчика о признаках неплатежеспособности должника, о совершении сделки в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

В соответствии с п. 1 ст. 213.25 Закона о банкротстве, все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу.

Согласно Определению Верховного Суда РФ от 01.12.2015 № 4-КГ15-54 злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания (абз. 13 стр. 4 Определения).

Таким образом, применительно к настоящему обособленному спору, обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с ч. 1 ст. 10 ГК РФ является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Согласно позиции Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ, изложенной в Определении от 28.05.2019 г. № 78-КГ19-4, для признания сделки недействительной по причине злоупотребления правом обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок; наличие или возможность негативных правовых последствий для прав и законных интересов иных лиц; наличие у стороны по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

О злоупотреблении сторонами правом при заключении договора дарения может свидетельствовать совершение спорной сделки не в соответствии с ее обычным предназначением, а с целью избежания возможного обращения взыскания на отчужденное имущество должника.

Поскольку, как было указано ранее, согласно п. 2 ст. 572 ГК РФ договор дарения не предполагает встречного предоставления со стороны одаряемого, в то время как по смыслу положений ст. 2, ст. ст. 213.24 - 213.27 Закона о банкротстве, целью процедуры реализации имущества Должника является соразмерное удовлетворение требований кредиторов за счет имущества Должника, суд первой инстанции правильно пришел к выводу, что в результате заключения оспариваемого договора дарения из собственности Должника безвозмездно выбыло ликвидное имущество, на которое в последующем возможно было обратить взыскание, при наличии у должника неисполненных обязательств перед третьими лицами.

Вышеизложенное подтверждает факт совершения оспариваемой сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, в то время как критерием добросовестности в настоящем обособленном споре является наличие самих обязательств, срок исполнения по которым наступил.

Кроме того, вывод из конкурсной массы имущества, денежные средства от реализации которого могли бы в последующем быть направлены на удовлетворение требований кредиторов, является подтверждением недобросовестности поведения сторон и, вместе с тем, доказательством совершения оспариваемого договора должником с намерением реализации противоправных интересов.

С учетом имеющихся в деле доказательств, злоупотребление правом усматривается как в действиях должника, так и контрагента по сделке - ответчика, поскольку следует из безвозмездного приобретения имущества у должника при наличии у него задолженности перед кредиторами, что нельзя признать разумным.

Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в постановлении Пленума от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Таким образом, с учетом установленных обстоятельств, суд первой инстанции законно и обоснованно пришел к выводу, что оспариваемый договор подлежит признанию недействительным на основании ч. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

С точки зрения принципа добросовестности в ситуации существования значительных долговых обязательств, указывающих на возникновение у гражданина-должника признака недостаточности имущества, его стремление одарить родственника не может иметь приоритет над необходимостью удовлетворения интересов кредиторов за счет имущества должника.

Доводы должника об аффилированности между представителем конкурсного кредитора и финансовым управляющим, злоупотреблении правом кредитором и управляющим, а также о нет принятии кредитором мер по взысканию задолженности с солидарного ответчика ФИО8 на основании судебного акта Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области, отклоняются апелляционным судом, как не относящиеся к предмету настоящего спора и необоснованные.

Доводы апелляционной жалобы об ошибочном указании в определении суда от 17.04.2023 на то, что ФИО4 представлял интересы ФИО3 по доверенности от 29.06.2021, а также о том, что ходатайство о приостановлении производства по делу заявлялось не финансовым управляющим, а должником, принимаются во внимание апелляционным судом, однако, не свидетельствуют о наличии оснований для отмены обжалуемого определения суда о признании сделки недействительной.

На основании ст. 179 АПК РФ суд первой инстанции 03.05.2023 вынес определение, которым исправил опечатки, допущенные Арбитражным судом г. Москвы в определении от 17.04.2023 г. по делу № А40-257157/20, во вводной части определения указал: «- от ФИО2: ФИО4 (паспорт, доверенность от 29.06.2021)»; в описательной части определения указал: «Представитель должника заявил ходатайство о приостановлении производства по делу до рассмотрения дела №А56-6652/16»; в мотивировочной части определения указал: «Рассмотрев ходатайство о приостановлении производства по заявлению должника…» далее по тексту; в абзаце 1 резолютивной части определения указал: «В удовлетворении ходатайства ФИО2 о приостановлении производства по делу – отказать.».

В соответствии с частью 3 статьи 179 АПК РФ арбитражный суд, принявший решение, по заявлению лица, участвующего в деле, судебного пристава-исполнителя, других исполняющих решение арбитражного суда органа, организации или по своей инициативе вправе исправить допущенные в решении описки, опечатки и арифметические ошибки без изменения его содержания.

Из смысла указанной нормы следует, что исправление судом описок, опечаток и арифметических ошибок допускается без изменения содержания решения, тех выводов, к которым пришел суд на основе исследования доказательств, установления обстоятельств и применении закона.

Институт исправления допущенных в решении опечаток (описок) направлен на устранение случайно допущенных, очевидных, не требующих пересмотра состоявшегося решения дела дефектов, имеющихся в тексте судебного акта.

Данной нормой права императивно установлено, что исправление описки, опечатки или арифметической ошибки не должно изменять содержания судебного акта, а, следовательно, не должно касаться тех вопросов, которые не были отражены в судебном решении.

Вносимые в судебный акт исправления не должны влиять на существо принятого решения и выводы, сделанные судом, поскольку, по своей сути, носят технический характер.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, внесенные в определение суда от 17.04.2023 исправления не повлияли на существо спора, допущенные ошибки являлись техническими, поскольку, из материалов дела следует, что ФИО4 действительно является представителем должника ФИО2, а ходатайство было заявлено и поддержано должником (л.д. 11), что также следует из протокола судебного заседания от 31.03.2023.

Ссылка в апелляционной жалобе на то, что ранее судом первой инстанции 31.03.2023 вынесено определение о назначении судебного заседания по рассмотрению ходатайства должника о  приостановлении производства по делу на 11.05.2023, однако, затем было удалено из картотеки арбитражных дел, отклоняется апелляционным судом, как не свидетельствующая о наличии безусловных оснований для отмены обжалуемых судебных актов; кроме того, должником не представлены доказательства вынесения данного судебного акта.

При этом, отказ в приостановлении производства по делу не препятствовал дальнейшему движению дела, не повлек за собой принятие незаконного и необоснованного судебного акта по существу спора.

В этой связи, доводы должника о незаконности и необоснованности определения суда от 03.05.2023 об исправлении опечатки, также подлежат отклонению.

Отклоняя доводы должника о недопустимости возврата в конкурсную массу единственного жилого помещения, суд апелляционной инстанции исходит из того, что возврат по недействительной сделке дарения квартиры по смыслу абзц. 2 п. 3 Постановления N 48, автоматически не наделяет ее безусловным исполнительским иммунитетом.

Из материалов дела не следует, что спорная квартира, расположенная по адресу: 

<

...> является единственным пригодным для проживания помещением для должника, учитывая, что должник прописан в соседней квартире по адресу: 

<

...>.

Разрешение подобного вопроса является прерогативой суда, рассматривающего обособленный спор исходя из конкретных фактических обстоятельств, необходимости как удовлетворения требований кредиторов, так и защиты конституционного права на жилище самого гражданина-должника и членов его семьи, в том числе находящихся на его иждивении несовершеннолетних, престарелых, инвалидов, обеспечения указанным лицам нормальных условий существования и гарантий их социально-экономических прав.

Положения статьи 446 ГПК РФ не подлежат применению к реституционным требованиям по делу о признании недействительной и применения последствий недействительности сделок должника-банкрота.

Факт того, что квартира является единственным пригодным для проживания помещением, не означает, что такое имущество допускается в качестве предмета сделки, совершенной с целью причинения вреда кредиторам, заведомо в условиях риска несения неблагоприятных последствий в виде реституции отчужденного имущества.

Указанное обстоятельство не исключает возможность предоставления должнику замещающего жилья, и данный вопрос подлежит разрешению по результатам формирования конкурсной массы с учетом необходимости установления соотношения объема прав требования с возможным пополнением конкурсной массы в результате предоставления замещающего жилья, соблюдения баланса прав и законных интересов кредиторов, должника и членов его семьи.

Изложенные доводы, не подтвержденные соответствующими доказательствами, следует оценивать критически.

Доводы апелляционных жалоб не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, а в апелляционной инстанции могли бы повлиять на законность и обоснованность принятого судебного акта. В связи с этим признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда.

Оспариваемый судебный акт принят при правильном применении норм права, содержащиеся в нем выводы не противоречат имеющимся в деле доказательствам.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

Определения Арбитражного суда г. Москвы от 17 апреля 2023 и от 03 мая 2023 по делу №А40-257157/20 оставить без изменения, а апелляционные жалобы ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                                                  В.В. Лапшина

Судьи:                                                                                                                      Д.Г. Вигдорчик

                                                                                                                       С.Л. Захаров