АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-17477/2022

Дело № А12-10305/2021

г. Казань

28 апреля 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 27 апреля 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 28 апреля 2022 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Мельниковой Н.Ю., 

судей Желаевой М.З., Савкиной М.А.,

при ведении протокола судебного заседания с использованием системы видеоконференц-связи помощником судьи Борисовой О.В.,

при участии в Арбитражном суде Волгоградской  области представителей:

ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4– ФИО5 (по доверенностям),

общества с ограниченной ответственностью «Сопрано» – ФИО6              (по доверенности), ФИО7 (по доверенности),

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4

на решение Арбитражного суда Волгоградской области от 15.11.2021 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.01.2022

по делу № А12-10305/2021

по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Сопрано» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в лице участников ФИО8, ФИО9, ФИО10 к ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО11 о признании сделок недействительными,

с привлечением к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Волгоградской области, ФИО12, публичного акционерного общества Банк «Финансовая корпорация Открытие»,

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Волгоградской области обратилось общество с ограниченной ответственностью «Сопрано» (далее – ООО «Сопрано», общество)  и его участники ФИО8, ФИО9, ФИО10 к ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО11 в котором просят:

- признать недействительным договор купли-продажи недвижимого имущества от 13.06.2018, заключенный между ООО «Сопрано» и ФИО1;

- признать недействительным договор купли-продажи договор купли-продажи от 25.12.2018, заключенный между ФИО1 и ФИО11;

- применить последствия недействительности договора купли-продажи недвижимого имущества от 13.06.2018, заключенного между ООО «Сопрано» и ФИО1, а именно: восстановить право собственности ООО «Сопрано» на 1002/37100 долей в праве собственности на нежилое помещение площадью 371 кв.м, с кадастровым номером 34:34:080096:5192 и нежилое помещение площадью 25 кв.м с кадастровым новым номером 34:34:080096:5429 первого этажа торгового комплекса; взыскать с ФИО1 в пользу ООО «Сопрано» рыночную стоимость нежилого помещения площадью 25,1 кв.м с кадастровым новым номером 34:34:080096:5428 первого этажа торгового комплекса в размере 2 440 500 (два миллиона четыреста сорок тысяч пятьсот) руб.;

- признать недействительным договор купли-продажи недвижимого имущества от 13.06.2018, заключенный между ООО «Сопрано» и ФИО3;

- применить последствия недействительности договора купли-продажи недвижимого имущества от 13.06.2018, заключенного между ООО «Сопрано» и ФИО3, а именно взыскать с Кубекова В А. в пользу ООО «Сопрано» рыночную стоимость 6000/276940 долей в праве собственности на нежилое помещение площадью 2769,4 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5184 первого этажа торгового комплекса в размере 4 872 000 (четыре миллиона восемьсот семьдесят две тысячи) руб.;

- признать недействительным договор купли-продажи недвижимого имущества от 13.06.2018, заключенный между ООО «Сопрано» и ФИО1, ФИО2;

- применить последствия недействительности договора купли-продажи недвижимого имущества от 13.06.2018, заключенного между ООО «Сопрано» и ФИО1, ФИО2, а именно восстановить право собственности ООО «Сопрано» на нежилые помещения площадью 111,3 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5438, площадью 55,7 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5439 и 2227/96100 и 1113/96100 долей в праве собственности на нежилое помещение площадью 961 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5212 второго этажа торгового комплекса,

- признать недействительным договор купли-продажи недвижимого имущества от 13.06.2018, заключенный между ООО «Сопрано» и ФИО3;

- применить последствия недействительности договора купли-продажи недвижимого имущества от 13.06.2018, заключенного между ООО «Сопрано» и ФИО3, а именно взыскать с ФИО3 в пользу ООО «Сопрано» рыночную стоимость 12432/472270 долей в праве собственности на нежилое помещение площадью 4722,7 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5185 второго этажа торгового комплекса в размере 6 399 000 (шесть миллионов триста девяносто девять тысяч) руб.;

- признать недействительным договор купли-продажи недвижимого имущества от 24.10.2018 № 5-10-2018, заключенный между ООО «Сопрано» и ФИО3, ФИО1, ФИО2;

- признать недействительным договор дарения от 30.01.2019, заключенный между ФИО3 и ФИО4;

- применить последствия недействительности договора купли-продажи недвижимого имущества от 24.10.2018 № 5-10-2018, заключенного между ООО «Сопрано» и ФИО3, ФИО1, ФИО2, а именно восстановить право собственности ООО «Сопрано» на нежилое помещение площадью 129 кв.м с кадастровым новым номером 34:34:080096:5429, на нежилое помещение площадью 35,3 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5434 и нежилое помещение площадью 17,7 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5436 второго этажа торгового комплекса и 722/77210 долей в праве собственности на земельный участок площадью 7721,0 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:39, расположенные по адресу: 

<

...> Октября, д. 15а.

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 15.11.2021 по делу № А12-10305/2021 признан недействительным договор купли-продажи недвижимого имущества от 13.06.2018, заключенный между ООО «Сопрано» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)  и ФИО1 .

Признан недействительным договор купли-продажи от 25.12.2018, заключенный между ФИО1  и ФИО11 .

Применены последствия недействительности договора купли-продажи недвижимого имущества от 13.06.2018, заключенного между ООО «Сопрано» и ФИО1 путем  восстановления права собственности ООО «Сопрано» на 1002/37100 долей в праве собственности на нежилое помещение площадью 371 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5192 и нежилое помещение площадью 25 кв.м с кадастровым новым номером 34:34:080096:5429 первого этажа торгового комплекса «Юбилейный», расположенного по адресу: 

<

...> Октября, дом 15а.

С ФИО1 в пользу ООО «Сопрано» взыскана рыночная стоимость нежилого помещения площадью 25,1 кв.м с кадастровым новым номером 34:34:080096:5428 первого этажа торгового комплекса «Юбилейный», расположенного по адресу: 

<

...> Октября, дом 15 «а», в размере 640 500 руб.

Признан недействительным договор купли-продажи недвижимого имущества от 13.06.2018, заключенный между ООО «Сопрано» и ФИО3

Применены последствия недействительности договора купли-продажи недвижимого имущества от 13.06.2018, заключенного между ООО «Сопрано» и ФИО3 путем взыскания с ФИО3 в пользу ООО «Сопрано» рыночной стоимости 6000/276940 долей в праве собственности на нежилое помещение площадью 2769,4 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5184 первого этажа торгового комплекса «Юбилейный», расположенного по адресу: 

<

...> Октября, дом 15а, в размере 4 872 000 руб.

Признан недействительным договор купли-продажи недвижимого имущества от 13.06.2018, заключенный между ООО «Сопрано» и ФИО1, ФИО2

Применены последствия недействительности договора купли-продажи недвижимого имущества от 13.06.2018, заключенного между ООО «Сопрано» и ФИО1, ФИО2, путем восстановления права собственности ООО «Сопрано» на нежилое помещение площадью 111,3 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5438, нежилое помещение 55,7 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5439 и 2227/96100 и 1113/96100 долей в праве собственности на нежилое помещение площадью 961 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5212 второго этажа торгового комплекса «Юбилейный», расположенного по адресу: 

<

...> Октября, дом 15а.

Признан недействительным договор купли-продажи недвижимого имущества от 13.06.2018, заключенный между ООО «Сопрано и ФИО3

Применены последствия недействительности договора купли-продажи недвижимого имущества от 13.06.2018, заключенного между ООО «Сопрано» и ФИО3 путем взыскания  с ФИО3 в пользу ООО «Сопрано» рыночной стоимости 12432/472270 долей в праве собственности на нежилое помещение площадью 4722,7 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5185 второго этажа торгового комплекса «Юбилейный», расположенного по адресу: 

<

...> Октября, дом 15а, в размере 6 399 000 (шесть миллионов триста девяносто девять тысяч) руб.

Признан недействительным договор купли-продажи недвижимого имущества от 24.10.2018 № 5-10-2018, заключенный между ООО «Сопрано» и ФИО3, ФИО1, ФИО2

Признан недействительным договор дарения от 30.01.2019, заключенный между ФИО3 и ФИО4

Применены последствия недействительности договора купли-продажи недвижимого имущества от 24.10.2018 № 5-10-2018, заключенного между ООО «Сопрано» и ФИО3, ФИО1, ФИО2, путем восстановления права собственности ООО «Сопрано» на нежилое помещение площадью 129 кв.м с кадастровым новым номером 34:34:080096:5422, нежилое помещение площадью 35,3 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5434 и нежилое помещение площадью 17,7 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5436 второго этажа торгового комплекса «Юбилейный», расположенные по адресу: 

<

...> Октября, дом 15а, и 722/77210 долей в праве собственности на земельный участок площадью 7721,0 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:39, расположенный по адресу: 

<

...> Октября, дом 15а.

Распределены судебные расходы по государственной пошлине и за проведение судебной экспертизы.

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.01.2022 решение Арбитражного суда Волгоградской области от 15.11.2021 оставлено без изменения.

Не согласившись с решением арбитражного суда и постановлением арбитражного апелляционного суда ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4  обратились в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просят обжалуемые судебные акты отменить, принять   по   делу   новый   судебный   акт,   которым   в   удовлетворении исковых требований участников ООО «Сопрано» ФИО8, ФИО9, ФИО10 к ФИО1, ФИО13, ФИО3, ФИО4, ФИО11 об оспаривании договоров купли-продажи, применении последствий их недействительности в виде восстановлении права собственности ООО «Сопрано» на объекты, взыскания денежных сумм с ФИО1 в пользу ООО «Сопрано» 2 440 500 руб., с ФИО3 в пользу ООО «Сопрано» 4 872 000 руб. и 6 399 000 руб. – отказать по основаниям, изложенным в жалобе.

В частности  заявители  кассационной  жалобы  не  согласны  с  выводами арбитражных судов по  неприменении срока  исковой  давности, указывают, что  истцы  действуя добросовестно  имели возможность  узнать  об оспариваемых сделках, ознакомиться  с финансовой  документацией общества,  инициировать  проведение  общего  годового  собрания, не представлено  доказательств, что ФИО1 ввела  истцов  в заблуждение,  арбитражными судами не дана оценки представленной  рецензии  на заключение  судебной  экспертизы, не  назначена  повторная  экспертиза, хотя  представленное  заключение  экспертов  содержало неточности и нарушения, судами  не  применена  двухсторонняя  реституция при наличии представленных доказательств об оплате  части  стоимости имущества  сторонами  оспариваемых сделок, истцы  выборочно оспорили сделки при наличии иных  аналогичных  сделок в указанный период.

От ООО «Сопрано» поступил отзыв на кассационную жалобу, в котором просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы,  отзыва на нее, заслушав явившихся представителей сторон, проверив в соответствии с пунктом 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) правильность применения судами первой и  апелляционной инстанций   норм материального и процессуального права, суд округа приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения кассационной жалобы ввиду следующего.

Арбитражными судами первой и апелляционной  инстанций  установлено, что ООО «Сопрано» зарегистрировано в качестве юридического лица инспекцией Федеральной налоговой службы по Дзержинскому району г. Волгограда 11.10.2012 с основным государственным регистрационным номером 

<

***>; участниками общества являются ФИО10 с долей в уставном капитале 17,9 %, ФИО8 – 34,1 %, ФИО9 – 34 %, ФИО12 – 10 %, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации                      (т. 1 л.д. 50), выпиской из ЕГРЮЛ (т. 1 л. д. 62-68).

С 2018 года ООО «Сопрано» является долевым собственником торгового комплекса «Юбилейный», расположенного по адресу: 

<

...> Октября, дом 15а (далее – торговый центр, объект), которому на праве собственности принадлежат нежилые помещения первого и второго этажей объекта, предназначенные для осуществления коммерческой деятельности.

13.06.2018 между ООО «Сопрано» в лице директора ФИО1 (продавец) и гражданкой ФИО1 (покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимого имущества (т. 1 л.д. 71), в соответствии с которым продавец обязался передать, а покупатель обязался оплатить и принять в общую долевую собственность 6012/276940 долей в праве собственности на нежилое помещение площадью 2769,4 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5184 первого этажа торгового комплекса.

13.06.2018 между ООО «Сопрано» в лице директора ФИО1 (продавец) и гражданином ФИО3 (покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимого имущества (т. 1 л.д. 72), в соответствии с которым продавец обязался передать, а покупатель обязался оплатить и принять в общую долевую собственность 6000/276940 долей в праве собственности на нежилое помещение площадью 2769,4 кв.м. с кадастровым номером 34:34:080096:5184 первого этажа торгового комплекса.

13.06.2018 между ООО «Сопрано» в лице директора ФИО1 (продавец) и гражданкой ФИО1 (покупатель 1) и гражданином ФИО2 (покупатель 2) заключен договор купли-продажи недвижимого имущества (т. 1 л.д. 73), в соответствии с которым продавец обязался передать, а покупатель 1 обязался оплатить и принять в общую долевую собственность 13360/472270 долей в праве собственности на нежилое помещение площадью 4722,7 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5185 второго этажа торгового комплекса; покупатель 2 обязался оплатить и принять в общую долевую собственность 6680/472270 долей в праве собственности на нежилое помещение площадью 4722,7 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5185 второго этажа торгового комплекса.

13.06.2018 между ООО «Сопрано» в лице директора ФИО1 (продавец) и гражданином ФИО3 (покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимого имущества (т. 1 л. д. 74), в соответствии с которым продавец обязался передать, а покупатель обязался оплатить и принять в общую долевую собственность 12432/472270 долей в праве собственности на нежилое помещение площадью 4722,7 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5185 второго этажа торгового комплекса

24.10.2018 между ООО «Сопрано» в лице директора ФИО4, действующего на основании нотариальной доверенности (продавец) и гражданином ФИО3 (покупатель 1), гражданкой ФИО1 (покупатель 2), гражданином ФИО2 (покупатель 3) заключен договор купли-продажи № 5-10-2018 (т. 1, л. д. 75-76), в соответствии с которым продавец обязался передать, а покупатель 1 обязался оплатить и принять в общую долевую собственность 1290/3936 долей в праве собственности на нежилое помещение площадью 393,6 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5222 второго этажа торгового комплекса и 512/77210 долей в праве собственности на земельный участок площадью 7721,0 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:39, расположенные по адресу: 

<

...> Октября, дом 15а; покупатель 2 обязался оплатить и принять в общую долевую собственность 353/3936 долей в праве собственности на нежилое помещение площадью 393,6 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5222 второго этажа торгового комплекса и 140/77210 долей в праве собственности на земельный участок площадью 7721,0 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:39, расположенные по адресу: 

<

...> Октября, дом 15а; покупатель 3 обязался оплатить и принять в общую долевую собственность 177/3936 долей в праве собственности на нежилое помещение площадью 393,6 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5222 второго этажа торгового комплекса и 70/77210 долей в праве собственности на земельный участок площадью 7721,0 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:39, расположенные по адресу: 

<

...> Октября, дом 15а.

Согласно пункту 10.2.1 Устава ООО «Сопрано» (т. 1 л.д. 78-86) высшим органом общества является общее собрание его участников, к исключительной компетенции которого согласно подпункту 13 пункта 10.2.2 относятся вопросы одобрения, заключения обществом любых сделок и договоров.

Вопросы, отнесенные к исключительной компетенции общего собрания участников общества, не могут быть переданы им на решение единоличного исполнительного органа общества (пункт 10.2.2 Устава).

Как следует из пункта 10.2.3 Устава Общества общее собрание участников общества принимает решение об одобрении любой сделки, планируемой к заключению обществом. Отсутствие при заключении сделки обществом решения/протокола собрания участников общества об одобрении таковой сделки является основанием для признания сделки недействительной либо ничтожной. Общее собрание участников принимает решение об одобрении сделки, большинством не менее семидесяти пяти процентов голосов от общего числа голосов участников общества, если необходимость большего числа голосов не предусмотрена Законом № 14-ФЗ.

В силу пункта 10.2.6 Устава Общества общее собрание участников принимает решение по вопросам, указанным в подпунктах 2, 3, 13, 14, 15, 16 пункта 10.2.2, большинством не менее семидесяти пяти процентов голосов от общего числа голосов участников общества, если необходимость большего числа голосов не предусмотрена Законом № 14-ФЗ.

Таким образом, участниками ООО «Сопрано» избрана модель принятия корпоративных решений по вопросам деятельности общества путем достижения консенсуса кворумом не менее 75% от общего числа голосов участников общества, в связи с чем, обязательным условием и предпосылкой к заключению любой сделки является получение предварительного согласия (одобрения) участников корпорации на ее совершение.

В период заключения оспариваемых сделок участниками ООО «Сопрано» являлись: ФИО8 с долей уставного капитала общества 34,10 %, ФИО9 – 34,00 % доли уставного капитала общества, ФИО10 – 17,90 % доли уставного капитала общества, ФИО12 – 10,00 % доли уставного капитала общества и ФИО3 – 4,00 % доли уставного капитала общества, номинальной стоимостью 4000 руб.

Согласно приказу ООО «Сопрано» от 23.09.2016 № 004 (т. 1 л.д. 77) полномочия единоличного исполнительного органа в период с 24.09.2016 возложены на ФИО1, в компетенцию которой входило руководство текущей деятельностью организации, в том числе представление интересов организации, совершение сделок (при наличии решения об одобрении сделки участниками общества), выдача доверенностей, издание приказов и осуществление иных полномочий в соответствии с Законом № 14-ФЗ.

После смены директора в июле 2020 года и в ходе осуществления финансово-контрольных мероприятий деятельности Общества, новым директором было установлено, что Обществом в лице директора ФИО1 были заключены ряд сделок без соблюдения, предусмотренного Уставом корпоративного порядка их одобрения, о чем сообщено участникам Общества.

Данные обстоятельства послужили основанием для обращения с настоящим иском в суд.

Удовлетворяя заявленные требования, арбитражные суды первой и  апелляционной  инстанций исходили  из следующих установленных по делу  обстоятельств  и оценки  представленных  доказательств  и доводов  участников спора в  их совокупности.

Согласно абзацу 6 пункта 1 статьи 65.2 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) участники корпорации (участники, члены, акционеры и т.п.) вправе оспаривать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182), совершенные ею сделки по основаниям, предусмотренным статьей 174 настоящего Кодекса или законами о корпорациях отдельных организационно-правовых форм, и требовать применения последствий их недействительности, а также применения последствий недействительности ничтожных сделок корпорации.

Как разъяснено в пункте пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 23.06.2015 № 25                             «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума № 25) участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием о возмещении причиненных корпорации убытков (статья 53.1 ГК РФ), а также об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем, в том числе на стадии исполнения судебного решения, а истцом по делу выступает корпорация (пункт 2 статьи 53, пункт 1 статьи 65.2 ГК РФ).

В случае оспаривания участником заключенных корпорацией сделок, предъявления им требований о применении последствий их недействительности или о применении последствий недействительности ничтожных сделок ответчиком является контрагент корпорации по спорной сделке.

Согласно пункту 1 статьи 40 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об ООО), единоличный исполнительный орган общества (генеральный директор, президент и другие) избирается общим собранием участников общества на срок, определенный уставом общества, если уставом общества решение этих вопросов не отнесено к компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества.

В силу пункта 3.1 статьи 40 Закон об ООО уставом общества может быть предусмотрена необходимость получения согласия совета директоров (наблюдательного совета) общества или общего собрания участников общества на совершение определенных сделок. При отсутствии такого согласия или последующего одобрения соответствующей сделки она может быть оспорена лицами, указанными в абзаце первом пункта 4 статьи 46 настоящего Федерального закона, в порядке и по основаниям, которые установлены пунктом 1 статьи 174 ГК РФ.

В пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» (далее – постановление Пленума № 27) разъяснено, что положения уставов хозяйственных обществ, распространяющие порядок одобрения крупных сделок на иные виды сделок, следует рассматривать как способ установления необходимости получения согласия совета директоров общества или общего собрания участников (акционеров) на совершение определенных сделок (пункт 2 статьи 69 Закона об акционерных обществах, пункт 3.1 статьи 40 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). При рассмотрении споров о признании недействительными таких сделок в связи с нарушением порядка их совершения судам следует руководствоваться пунктом 1 статьи 174 ГК РФ.

По смыслу пункта 4 статьи 46 Закон об ООО крупная сделка, совершенная с нарушением порядка получения согласия на ее совершение, может быть признана недействительной в соответствии со статьей 173.1 ГК РФ по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества.

Как разъяснено в пункте 92 постановление Пленума № 25 пунктом 1 статьи 174 ГК РФ установлены два условия для признания сделки недействительной: сделка совершена с нарушением ограничений, установленных учредительным документом (иными корпоративными документами) или договором с представителем, и противоположная сторона сделки знала или должна была знать об этом.

При этом не требуется устанавливать, нарушает ли сделка права и законные интересы истца каким-либо иным образом.

Оспаривая  исковые  требования,  ФИО1 ссылалась на наличие одобрения со стороны участников общества на совершение данных сделок, указывая, в частности, на наличие в регистрационных делах протоколов внеочередных общих собраний об одобрении сделок.

Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Волгоградской области (далее – УФРС по Волгоградской области) представлены в материалы в дела копии регистрационных дел в отношении спорного имущества, в которых имеются копии протоколов внеочередных общих собраний участников ООО «Сопрано» от 21.05.2018 (т. 4 л.д. 55-58) и 23.10.2018 № 3/10 (т. 3 л.д. 134-137).

В соответствии с копиями данных протоколов общими собраниями участников ООО «Сопрано» в лице участников ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО12 и ФИО3 единогласно одобрено совершение сделок, направленных на отчуждение имущества ООО «Сопрано», в том числе в пользу ответчиков на основании договоров купли-продажи недвижимого имущества от 13.06.2018 и от 24.10.2018 № 5-10-2018.

В суде первой инстанции ФИО8, ФИО9, ФИО10 и ФИО12 пояснили, что  данные протоколы им не знакомы и ими не подписывались.

Представлены  доказательства, что  в  период, указанный  в данных  протоколах,  ФИО9  находился за пределами Российской Федерации.

С целью установления кем, ФИО8, ФИО9, ФИО10 и ФИО12 или иными лицами выполнены подписи в протоколах внеочередного общего собрания участников ООО «Сопрано» от 21.05.2018 и от 23.10.2018 № 3/10, судом первой инстанции была назначена и проведена судебная почерковедческая экспертиза.

В соответствии с заключением эксперта от 03.09.2021 № 02/03 подпись от имени ФИО8 в изображении электрофотографической копии в протоколе внеочередного общего собрания участников ООО «Сопрано» от 21.05.2018 (т. 4, л. д. 55-58), вероятно, выполнена не с подписей, выполненных самим ФИО8. Решить вопрос в категорической форме не представилось возможным по причинам, изложенным в исследовательской части заключения.

Подпись от имени ФИО8 в изображении электрофотографической копии в протоколе внеочередного общего собрания участников ООО «Сопрано» от 23.10.2018 № 3/10 (т. 3 л.д. 134-136), вероятно, выполнена не с подписей, выполненных самим ФИО8. Решить вопрос в категорической форме не представилось возможным по причинам, изложенным в исследовательской части заключения.

Установить, кем выполнена подпись от имени ФИО12 в изображении электрофотографической копии в протоколе внеочередного общего собрания участников ООО «Сопрано» от 21.05.2018 (т. 4 л.д. 55-58), не представилось возможным.

Подпись от имени ФИО12 в изображении электрофотографической копии в протоколе внеочередного общего собрания участников ООО «Сопрано» от 23.10.2018 № 3/10 (т. 3 л.д. 134-136), вероятно, выполнена не с подписей, выполненных самим ФИО12. Решить вопрос в категорической форме не представилось возможным по причинам, изложенным в исследовательской части заключения.

Подпись от имени ФИО9 в изображении электрофотографической копии в протоколе внеочередного общего собрания участников ООО «Сопрано» от 21.05.2018 (т. 4 л.д. 55-58), вероятно, выполнена не с подписей, выполненных самим ФИО9.

Подпись от имени ФИО9 в изображении электрофотографической копии в протоколе внеочередного общего собрания участников ООО «Сопрано» от 23.10.2018 № 3/10 (т. 3 л.д. 134-136), вероятно, выполнена не с подписей, выполненных самим ФИО9.

Изображение подписи от имени ФИО10, находящееся в электрофотографической копии в протоколе внеочередного общего собрания участников ООО «Сопрано» от 21.05.2018 (т. 4 л.д. 55-58), непригодно для исследования по причине низкого качества копирования.

Подпись от имени ФИО10 в изображении электрофотографической копии в протоколе внеочередного общего собрания участников ООО «Сопрано» от 23.10.2018 № 3/10 (т. 3 л.д. 134-136), вероятно, выполнена не с подписей, выполненных самой ФИО10. Решить вопрос в категорической форме не представилось возможным по причинам, изложенным в исследовательской части заключения.

Оценив представленное заключение судебной экспертизы согласно требованиям процессуального закона, суды пришли к выводу о том, что оно соответствует положениям статей 82, 83, 86 АПК РФ, отражает все предусмотренные частью 2 статьи 86 АПК РФ сведения, ответы на поставленные судом вопросы, заключение достаточно мотивировано, выводы эксперта являются полными и ясными. Кроме того, эксперт предупрежден об уголовной ответственности в соответствии со статьей 307 УК РФ. Судебная экспертиза была проведена в полном соответствии с требованиями АПК РФ и Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ               «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

Ответчиками соответствии с положениям статьи 65 АПК РФ не представлены достаточные  и относимые доказательства того, что выводы судебного эксперта являются ошибочными, а примененная экспертом методика исследования не отвечает критерию научной обоснованности, а само заключение эксперта содержит противоречивые выводы, исключающие друг друга либо ставящие под сомнение обоснованность всего заключения в целом.

Оригиналы указанных  протоколов  не представлены.

Арбитражные суды  не установили  оснований  ставить под сомнение выводы эксперта, изложенные в заключении, поскольку экспертиза проведена с соблюдением установленного процессуального порядка лицами, обладающими специальными познаниями для разрешения поставленных перед ними вопросов.

Эксперт ФИО14 имеет высшее общее техническое и юридическое образование, квалификацию судебного эксперта с правом производства экспертиз по судебно-почерковедческой экспертизе, стаж экспертной работы 36 лет, в том числе 29 лет в учреждениях МЮ РФ.

Таким образом, эксперт обладает специальными познаниями, необходимыми для проведения порученной ему экспертизы. О невозможности дать заключение в связи с тем, что поставленные вопросы выходят за пределы его специальных знаний, он не заявил.

Эксперту разъяснены права и обязанности, предусмотренные статьей 55 АПК РФ, он также предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 УК РФ.

Выводы эксперта являются мотивированными, подробными и понятными.

Вероятностность выводов эксперта обусловлена тем обстоятельством, что исследуемые изображения являются электрофотогграфической копией, что снизило объем графической информации подписей. Между тем сама по себе вероятностность выводов не свидетельствует о недостоверности представленного заключения.

Ответчиками выводы экспертов не опровергнуты.

Их ссылку рецензию от 24.09.2021 арбитражный суд апелляционной инстанции  оценил  и признал  несостоятельной.

Часть 1 статьи 64 АПК РФ предусматривает, что доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном АПК РФ и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

Рецензия специалиста на заключение судебной экспертизы не принята  арбитражными судами, поскольку данное исследование проведено вне рамок судебного разбирательства, специалист об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307                УК РФ не предупреждался; нормами процессуального закона не предусмотрено оспаривание экспертного заключения рецензией другого эксперта.

Оснований для проведения повторной экспертизы в соответствии со статьей 87 АПК РФ арбитражные  суды  не установили.

В материалах  арбитражного дела  отсутствуют доказательства  соблюдения порядка  созыва и проведения указанных  общих собраний, на которые ссылаются ответчики как  на доказательства  одобрения  оспариваемых сделок.

 С учетом  установленных обстоятельств, оценки  доказательств  в  их совокупности, с учетов  доводов участников спора, арбитражные  суды пришли к выводу о том, что оспариваемые договоры купли-продажи в нарушение пунктов 10.2.1, 10.2.2, 10.2.6 Устава ООО «Сопрано», а также пункта 3.1 статьи 40 Закона об ООО совершены без необходимого корпоративного одобрения данных сделок со стороны участников общества (истцов).

Применительно к осведомленности противоположных сторон сделок (ответчиков) о наличии в ООО «Сопрано» корпоративных ограничений полномочий директора Общества по вопросам допустимости совершения любых сделок только с предварительного одобрения участниками корпорации таких сделок судами  установлены  следующие  обстоятельства.

На основании приказа ООО «Сопрано» от 23.09.2016 № 004 (т. 1 л.д. 77) в период с 24.09.2016 по 10.07.2020 ФИО1 исполняла обязанности единоличного исполнительного органа общества, что является самостоятельным основанием для признания ее осведомленности о содержании положений Устава ООО «Сопрано», ограничивающих возможность единоличного органа заключать любые сделки без предварительного одобрения общим собранием участников. Следовательно, она, будучи одновременно и директором продавца, и покупателем по оспариваемым сделкам, не могла не осознавать факт нарушения своими действиями (бездействием) уставных требований общества.

ФИО3 в период совершения оспариваемых сделок                           (с 25.10.2017 по 02.09.2020) являлся участником ООО «Сопрано», в связи с чем, также располагал сведениями об ограничениях полномочий директора, мог и должен был знать о необходимости получения предварительного согласия участников корпорации на совершение любых сделок.

Согласно тексту договора купли-продажи недвижимости от 24.10.2018 № 5-10-2018 от имени ООО «Сопрано» выступал его сын – ФИО4, который действовал на основании доверенности, выданной директором ООО «Сопрано» ФИО1 В то же время ФИО4 в период с 01.07.2014 по 22.09.2016 также исполнял обязанности директора ООО «Сопрано», и как следствие, знал и не мог не знать о положениях Устава общества, утвержденного общим собранием участников 23.05.2016.

Суд также установил, что ответчик ФИО2, как следует из общедоступных источников информации, в частности, сведений Единого государственного реестра юридических лиц, является близким                     бизнес-партнером ФИО1, они входят в состав органов управления обществ с ограниченной ответственностью «Медведица» (ИНН: 

<

***>), «УК Реал» (ИНН: 

<

***>), «ТЦ Орион» (ИНН: 

<

***>). 

С учетом изложенного, руководствуясь пунктом 1 статьи 45 Закона об ООО, статьей 53.2 ГК РФ, статьей 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» и статьей 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции», суды пришли к выводу о наличии между ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО4 тесных семейных и (или) экономических взаимоотношений, которые в силу установленной и не опровергнутой со стороны ответчиков аффилированности располагали и (или) должны были располагать информацией о наличии в Уставе ООО «Сопрано» корпоративных ограничений полномочий директора.

Учитывая, что оспариваемые договоры купли-продажи недвижимого имущества заключены бывшим директором ФИО1 и взаимосвязанными с ней лицами с нарушением корпоративного порядка получения предварительного согласия участников общества на их совершение, при этом противоположные стороны оспариваемых сделок (ответчики) были осведомлены о корпоративных ограничениях полномочий директора ООО «Сопрано», суды  пришли к  выводу  о   недействительности оспариваемых договоров купли-продажи недвижимого имущества применительно к положениям пункта 1 статьи 174 ГК РФ.

Также арбитражные  суды пришли к  выводу, что  о наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях.

Согласно представленным в материалы дела отчетам об оценке рыночной стоимости части встроенных помещений, расположенных на 1 и 2 этаже ТЦ «Юбилейный» от 18.03.2021 № 18-03/21/1 (т. 1 л.д. 147 – т. 2 л.д. 96), от 18.03.2021 № 18-03/21/2 (т. 2 л.д. 97-176), все оспариваемые договоры купли-продажи недвижимого имущества  совершены ответчиками на значительно невыгодных для ООО «Сопрано» условиях, поскольку предусмотренное договорами встречное предоставление, которое должно было быть получено по данным сделкам ООО «Сопрано» существенно, а именно в 3 - 60 раз отличалось (в худшую для общества сторону) от стоимости предоставления, совершенного в пользу ответчиков.

При рассмотрении настоящего спора, с учетом оценки  доказательств, арбитражные суды установили, что  каждая из сделок обладает пороками недействительности в силу пункта 2 статьи 174 ГК РФ как направленная на причинение имущественного ущерба обществу посредством нерыночности условий, о которых в силу установленной аффилированности стороны по сделкам не могли не знать.

При  оценке  представленных ответчиками  платежных документов  об оплате  имущества, арбитражные  суды  исходили  из следующего.

В силу статьи 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Согласно части 6 статья 71 арбитражный суд не может считать доказанным факт, подтверждаемый только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен или не передан в суд оригинал документа, а копии этого документа, представленные лицами, участвующими в деле, не тождественны между собой и невозможно установить подлинное содержание первоисточника с помощью других доказательств.

В частях 8, 9 статьи 75 АПК РФ закреплено, что письменные доказательства представляются в арбитражный суд в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии. Если к рассматриваемому делу имеет отношение только часть документа, представляется заверенная выписка из него.

Подлинные документы представляются в арбитражный суд в случае, если обстоятельства дела согласно федеральному закону или иному нормативному правовому акту подлежат подтверждению только такими документами, а также по требованию арбитражного суда.

Определениями от 23.06.2021 (т. 3 л.д. 84-85), от 14.07.2021 (т. 5 л.д. 26-27) суд предлагал ответчикам представить надлежащим образом заверенные копии, относимые и допустимые доказательства, подтверждающие произведение оплаты по оспариваемым договорам.

Однако данное требование ответчиками выполнено не было.

Тем  не менее,  при  удовлетворении требований  истцов  в части взыскания  денежных средств  с  ответчиков, с учетом  позиции  истцов  и общества,  арбитражные  суды  взыскали  с  ФИО1  650 000 руб.

В силу установленных обстоятельств, уменьшения суммы  взыскания  с ФИО1,  арбитражные  суды не установили иных оснований  дл применения  двусторонней реституции.

Доводы жалобы об истечении срока исковой давности для защиты нарушенного права также  были предметом оценки судов  первой и апелляционной  инстанций, отклоняя  указанный  довод, суды  исходили  из следующего.

Срок исковой давности по требованиям о признании крупных сделок и сделок с заинтересованностью недействительными и применении последствий их недействительности исчисляется по правилам пункта 2 статьи 181 ГК РФ и составляет один год.

Как разъяснено в абзаце 2 пункта 2 Постановления Пленума № 27 срок исковой давности по искам о признании недействительной сделки, совершенной с нарушением порядка ее совершения, и о применении последствий ее недействительности, в том числе когда такие требования от имени общества предъявлены участником (акционером) или членом совета директоров (наблюдательного совета) (далее - совет директоров), исчисляется со дня, когда лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, узнало или должно было узнать о том, что такая сделка совершена с нарушением требований закона к порядку ее совершения, в том числе если оно непосредственно совершало данную сделку.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 102 Постановления Пленума № 25, в силу пункта 2 статьи 181 ГК РФ годичный срок исковой давности по искам о признании недействительной оспоримой сделки следует исчислять со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена такая сделка (пункт 1 статьи 179 ГК РФ), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Исходя из указанной нормы под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица. Если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ) (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»).

В абзаце третьем пункта 2 Постановления Пленума № 27 также указывается, что в случае если лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, находилось в сговоре с другой стороной сделки, срок исковой давности исчисляется со дня, когда о соответствующих обстоятельствах узнало или должно было узнать лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, иное, чем лицо, совершившее сделку. Лишь при отсутствии такого лица до момента предъявления участником хозяйственного общества или членом совета директоров требования срок давности исчисляется со дня, когда о названных обстоятельствах узнал или должен был узнать участник или член совета директоров, предъявивший такое требование.

В соответствии с пунктом 3 Постановления Пленума № 27 в тех случаях, когда в соответствии с пунктом 2 настоящего постановления момент начала течения срока исковой давности определяется в зависимости от того, когда о том, что сделка совершена с нарушением требований закона к порядку ее совершения, узнал или должен был узнать участник (акционер), предъявивший требование, следует учитывать следующее:

1) когда иск предъявляется совместно несколькими участниками, исковая давность не считается пропущенной, если хотя бы один из таких участников не пропустил срок исковой давности на обращение с соответствующим требованием при условии, что этот участник (участники) имеет необходимое в соответствии с законом для предъявления такого требования количество голосующих акций общества (голосов) (пункт 6 статьи 79, пункт 1 статьи 84 Закона об акционерных обществах, пункт 6 статьи 45, пункт 4 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью);

2) если общество публично раскрывало сведения об оспариваемой сделке в порядке, предусмотренном законодательством о рынке ценных бумаг, считается, что его участники (акционеры) узнали об оспариваемой сделке с момента публичного раскрытия информации, когда из нее можно было сделать вывод о совершении такой сделки с нарушением порядка совершения;

3) предполагается, что участник должен был узнать о совершении сделки с нарушением порядка совершения крупной сделки или сделки с заинтересованностью не позднее даты проведения годового общего собрания участников по итогам года, в котором была совершена оспариваемая сделка, за исключением случаев, когда информация о совершении сделки скрывалась от участников и (или) из предоставлявшихся участникам при проведении общего собрания материалов нельзя было сделать вывод о совершении такой сделки (например, если из бухгалтерского баланса не следовало, что изменился состав основных активов по сравнению с предыдущим годом);

4) если приведенные выше правила не могут быть применены, то считается, что участник (акционер) в любом случае должен был узнать о совершении оспариваемой сделки более года назад (пункт 2 статьи 181 ГК РФ), если он длительное время (два или более года подряд) не участвовал в общих собраниях участников (акционеров) и не запрашивал информацию о деятельности общества.

Согласно статье 34 Закона об ООО очередное общее собрание участников общества проводится в сроки, определенные уставом общества, но не реже чем один раз в год. Очередное общее собрание участников общества созывается исполнительным органом общества.

В пункте 10.2.4 Устава ООО «Сопрано» закреплено, что очередное общее собрание участников общества проводится один раз в год и созывается директором общества.

Проведение общего собрания участников и раскрытие перед ними информации о деятельности организации являются прямой обязанностью единоличного исполнительного органа корпорации, которая в силу прямого указания закона возложена на директора и за неисполнение которой на него возлагается установленная законодательством ответственность. Инициирование же общего собрания по желанию одного из участников хозяйственного общества является его правом, а не установленной обязанностью.

Судами установлено, что в материалы настоящего дела не представлено доказательств того, что бывший директор общества ФИО1 в установленном законом порядке созывала и проводила общие собрания участников ООО «Сопрано», в том числе раскрывала при их  проведение  или  созыве  информацию о деятельности общества; что истцы как участники ООО «Сопрано» располагали документами, содержащими сведения о совершении оспариваемых сделок; что обществом публично раскрывались сведения, в которых присутствует информация о совершении оспариваемых сделках; что после досрочного прекращения полномочий директора ФИО1 исполнила обязанности по передаче бухгалтерской и иной финансово-хозяйственной документации новому руководству организации. 

С учетом изложенного заявление ответчиков о пропуске срока исковой давности расценено судами как попытка возложения последствий своего противоправного и недобросовестного поведения на участников корпорации, что с учетом положений статьи 10 ГК РФ является недопустимым.

Также  арбитражными судами установлено, что владение и пользование нежилыми помещениями в торговом комплексе с момента строительства объекта на основании агентского договора было делегировано коммерческому представителю – ООО «Аккорд», которое имело возможность осуществлять сдачу помещений в аренду, вести расчеты с арендаторами, эксплуатировать их и совершать иные действия по своему усмотрению. 

В свою очередь, как следует из выписки из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении ООО «Аккорд» (т. 4 л.д. 143-147) директором данной организации в период с 29.01.2018 по настоящее время и одновременно участником, которому принадлежит 50% долей в уставном капитале, является ФИО1, которая на момент совершения оспариваемых сделок и агентского договора от 01.02.2018 № СОИ-1/18 занимала должность директора ООО «Сопрано».

В связи с чем арбитражные суды пришли к выводу, что   отчуждение в июне и октябре 2018 года части принадлежащих ООО «Сопрано» долей в объекте в собственность ФИО1 и других ответчиков на основании оспариваемых договоров купли-продажи недвижимого имущества не могло быть выявлено и установлено со стороны участников общества по финансовой отчетности организации (в том числе при получении информации о прибыли).

Принимая во внимание вышеприведенные обстоятельства а также то, что оспариваемые сделки были заключены бывшим директором Общества ФИО1  без одобрения ее общим собранием участников ООО «Сопрано» и без доведения до участников о их совершении, арбитражные суды  пришли к  выводу, что срок исковой давности по требованию Общества о признании такой сделки недействительной должен исчисляться с момента смены директора, заключившего договор.

Бывший директор ООО «Сопрано» ФИО1 была освобождена от должности 02.07.2020.

Таким образом, только с 02.07.2020 ООО «Сопрано» в лице нового генерального директора имело объективную возможность получать необходимую информацию по сделкам, совершенным бывшим директором.

Ссылка ответчиков на возможность получения участниками общества бухгалтерской отчетности и аудиторских заключений на сервисе ФНС России «Государственный информационный ресурс бухгалтерской (финансовой) отчетности» арбитражным  судом апелляционной  инстанции признана  необоснованной, поскольку доказательств того, что достаточная информация, позволяющая получить необходимые сведения о заключенных сделках, размещена на указанном сервисе, в материалы дела не представлено.

Арбитражные суды  также установили, что требования ООО «Сопрано» о признании договоров купли-продажи недействительными основывались на только на положениях пункта 2 статьи 166 и статьи 174 ГК РФ об оспоримости сделок, к которым применяется годичный срок исковой давности, но на положениях статей 10, 168 ГК РФ  о недействительности сделок по признакам злоупотребления правом со стороны ответчиков, к которым подлежит применению трехгодичный срок исковой давности.

Разрешая требования истцов о применении последствий недействительности сделок, арбитражные  суды  исходили из следующих обстоятельств.

В соответствии с пунктом 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

Согласно пункту 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Общим последствием недействительности сделки является двусторонняя реституция, а при невозможности возврата полученного возмещается его стоимость в деньгах.

В пункте 34 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что спор о возврате имущества, вытекающий из договорных отношений или отношений, связанных с применением последствий недействительности сделки, подлежит разрешению в соответствии с законодательством, регулирующим данные отношения.

Однако в случаях, когда между лицами отсутствуют договорные отношения или отношения, связанные с последствиями недействительности сделки, спор о возврате имущества собственнику подлежит разрешению по правилам статей 301, 302 ГК РФ.

В силу пункта 35 названного постановления Пленума, если имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя (статьи 301, 302 ГК РФ). Когда в такой ситуации предъявлен иск о признании недействительными сделок по отчуждению имущества, суду при рассмотрении дела следует иметь в виду правила, установленные статьями 301, 302 ГК РФ.

Согласно пункту 38 постановления приобретатель признается добросовестным, если докажет, что при совершении сделки он не знал и не должен был знать о неправомерности отчуждения имущества продавцом, в частности принял все разумные меры для выяснения правомочий продавца на отчуждение имущества. Ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительной сделки во всем, за исключением того, что она совершена неуправомоченным отчуждателем.

Как следует из материалов дела, на основании договора купли-продажи недвижимого имущества от 13.06.2018 (т. 1, л. д. 71) ООО «Сопрано» передало, а ФИО1 приняла в общую долевую собственность 6012/276940 долей в праве собственности на нежилое помещение площадью 2769,4 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5184 первого этажа торгового комплекса.

Согласно представленным ответчиком в материалы дела чек-ордерам от 24.01.2019, от 25.09.2018 года ФИО1 перечислены денежные средства ООО «Сопрано» в сумме 1 800 000 руб. с назначением платежа «Оплата за недвижимое имущество по договору от 13.06.2018».

20.06.2018 между долевыми собственниками нежилого помещения площадью 2769,4 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5184 первого этажа торгового комплекса (т. 1 л.д. 95-97) заключено соглашение (т. 1 л.д. 108-110), в соответствии с которым прекращен режим общей долевой собственности и выделены в праве собственности обособленные помещения. На основании пункта 3.7 данного соглашения с момента его заключения ФИО1 на праве собственности стали принадлежать:

- 1002/37100 долей в праве собственности на нежилое помещение площадью 371 кв.м. с кадастровым номером 34:34:080096:5192 первого этажа торгового комплекса (т. 1 л.д. 114-117);

- нежилое помещение площадью 50,1 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5196 первого этажа торгового комплекса (т. 1 л.д. 103).

Согласно сведениями из ЕГРН в отношении нежилого помещения площадью 50,1 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5196 первого этажа торгового комплекса, 25.12.2018 зарегистрирован переход права собственности от ФИО1 (продавец) к ее матери ФИО11 на основании договора купли-продажи, в результате которого право собственности на 25,05 кв.м нежилого помещения площадью 50,1 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5196 первого этажа торгового комплекса перешло к матери ФИО11.

Из имеющихся в материалах дела доказательств следует, что с момента совершения оспариваемого договора купли-продажи недвижимого имущества от 13.06.2018, заключенного между ООО «Сопрано» и ФИО1 (т. 1, л. д. 71), его предмет – 6012/276940 долей в праве собственности на нежилое помещение площадью 2769,4 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5184 первого этажа торгового комплекса претерпел изменения и был частично отчужден в пользу третьего лица, в результате чего на момент рассмотрения настоящего дела собственником 1002/37100 долей в праве собственности на нежилое помещение площадью 371 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5192 первого этажа торгового комплекса, по-прежнему, является ФИО1; собственником нежилого помещения площадью 25 кв.м с кадастровым новым номером 34:34:080096:5429 первого этажа торгового комплекса является взаимосвязанное с ФИО1 лицо – ее мать ФИО11; собственником нежилого помещения площадью 25,1 кв.м с кадастровым новым номером 34:34:080096:5428 первого этажа торгового комплекса является ФИО15.

 При  таких обстоятельствах, арбитражные суды пришли к  выводу, что надлежащими последствиями недействительности оспариваемой сделки является возврат 1002/37100 долей в праве собственности на нежилое помещение площадью 371 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5192 и нежилого помещения площадью 25 кв.м с кадастровым новым номером 34:34:080096:5429 первого этажа торгового комплекса в собственность ООО «Сопрано», а также в связи с невозможностью возврата другой части нежилого помещения в собственность истца взыскание с ФИО1 в пользу ООО «Сопрано» рыночной стоимости нежилого помещения площадью 25,1 кв.м с кадастровым новым номером 34:34:080096:5428 первого этажа торгового комплекса в размере 640 500 руб. (с учетом произведенной оплаты в сумме 1 800 000 руб.), определенной на основании отчета об оценке рыночной стоимости части встроенных помещений, расположенных на 1 и 2 этаже ТЦ «Юбилейный» от 18.03.2021 № 18-03/21/1 (т. 1, л. д. 147 – т. 2, л. д. 96) и от 18.03.2021 № 18-03/21/2 (т. 2, л. д. 97-176).

Арбитражными судами   также установлено, что на основании договора купли-продажи недвижимого имущества от 13.06.2018 (т. 1, л. д. 72) ООО «Сопрано» передало, а  ФИО3 принял в общую долевую собственность 6000/276940 долей в праве собственности на нежилое помещение площадью 2769,4 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5184 первого этажа торгового комплекса.

20.06.2018 между долевыми собственниками нежилого помещения площадью 2769,4 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5184 первого этажа торгового комплекса, заключено соглашение (т. 1 л.д. 108-110), в соответствии с которым прекращен режим общей долевой собственности и выделены в праве собственности обособленные помещения. На основании пункта 3.6 данного соглашения с момента его заключения ФИО3 на праве собственности стали принадлежать:

- 1000/37100 долей в праве собственности на нежилое помещение площадью 371 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5192 первого этажа торгового комплекса (т. 1 л.д. 114-117);

- нежилое помещение площадью 50 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5195 первого этажа торгового комплекса (т. 1 л.д. 105-106).

Согласно сведениям из ЕГРН в отношении нежилого помещения площадью 371 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5192 и нежилого помещения площадью 50 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5195 первого этажа торгового комплекса, 30.01.2019 и 21.02.2019 зарегистрирован переход права собственности на данные объекты недвижимости на основании договорам дарения, заключенного между ФИО3 (даритель) и ФИО4 (одаряемый).

24.11.2020 право собственности на указанные помещения перешло от ФИО4 (продавец) к ФИО15 (покупатель).

Таким образом, как следует из имеющихся в материалах дела доказательств с момента совершения оспариваемого договора купли-продажи недвижимого имущества от 13.06.2018, заключенного между ООО «Сопрано» и ФИО4 (т. 1 л.д. 72), его предмет – 6000/276940 долей в праве собственности на нежилое помещение площадью 2769,4 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5184 первого этажа торгового комплекса претерпел изменения и был отчужден в пользу третьего лица, в результате чего на момент рассмотрения настоящего дела собственником недвижимого имущества является ФИО15.

На основании вышеизложенного надлежащими последствиями недействительности оспариваемой сделки является взыскание с ФИО3 в пользу ООО «Сопрано» рыночной стоимости 6000/276940 долей в праве собственности на нежилое помещение площадью 2769,4 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5184 первого этажа торгового комплекса в размере 4 872 000 руб., определенной на основании отчета об оценке рыночной стоимости части встроенных помещений, расположенных на 1 и 2 этаже ТЦ «Юбилейный» от 18.03.2021 № 18-03/21/1 (т. 1, л. д. 147 – т. 2, л. д. 96) и от 18.03.2021 № 18-03/21/2 (т. 2, л. д. 97-176).

Как следует из материалов настоящего дела на основании договора купли-продажи недвижимого имущества от 13.06.2018 (т. 1, л. д. 73) ООО «Сопрано» передало, а ФИО1 приняла в общую долевую собственность 13360/472270 долей в праве собственности на нежилое помещение площадью 4722,7 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5185 второго этажа торгового комплекса; ФИО2 принял в общую долевую собственность 6680/472270 долей в праве собственности на нежилое помещение площадью 4722,7 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5185 второго этажа торгового комплекса (т. 1 л.д. 92-94).

20.06.2018 между долевыми собственниками нежилого помещения площадью 4722,7 кв.м. с кадастровым номером 34:34:080096:5185 второго этажа торгового комплекса, заключено соглашение (т. 1 л.д. 108-110), в соответствии с которым прекращен режим общей долевой собственности и выделены в праве собственности обособленные помещения. На основании пункта 3.7 данного соглашения с момента его заключения ФИО1 на праве собственности стали принадлежать:

- 2227/96100 долей в праве собственности на нежилое помещение площадью 961 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5212 второго этажа торгового комплекса (т. 1 л.д. 128-138);

- 2/3 нежилого помещения площадью 167 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5218 второго этажа торгового комплекса (т. 1 л.д. 111).

На основании пункта 3.8 указанного соглашения с момента его заключения ФИО2 на праве собственности стали принадлежать:

- 1113/96100 долей в праве собственности на нежилое помещение площадью 961 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5212 второго этажа торгового комплекса т. 1 л.д. 128-138);

- 1/3 нежилого помещения площадью 167 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5218 второго этажа торгового комплекса (т. 1 л.д. 111).

16.06.2019 произошел раздел данного помещения, в соответствии с которым прекращен режим общей долевой собственности и выделены в праве собственности обособленные помещения, а именно:

- нежилое помещение площадью 111.3 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5438 второго этажа торгового центра, которое принадлежит на праве собственности ФИО1 (т. 1 л.д. 121-123);

- нежилое помещение площадью 55,7 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5439 второго этажа торгового центра, которое принадлежит на праве собственности ФИО2 (т. 1 л.д. 124-127);

Таким образом, как следует из имеющихся в материалах дела доказательств с момента совершения оспариваемого договора купли-продажи недвижимого имущества от 13.06.2018, заключенного между ООО «Сопрано» и ФИО1 и ФИО2 (т. 1 л.д. 73), его предмет - 13360/472270 и 6680/472270 долей в праве собственности на нежилое помещение площадью 4722,7 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5185 второго этажа торгового комплекса, претерпел изменения в виде прекращения режима общей долевой собственности (раздел), между тем, остался в собственности ответчиков в натуре. Следовательно, надлежащими последствиями недействительности оспариваемой сделки является возврат нежилых помещений площадью 111,3 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5438 и 55,7 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5439, а также 2227/96100 и 1113/96100 долей в праве собственности на нежилое помещение площадью 961 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5212 второго этажа торгового комплекса в собственность ООО «Сопрано».

Как следует из материалов настоящего дела на основании договора купли-продажи недвижимого имущества от 13.06.2018 (т. 1 л.д. 74) ООО «Сопрано» передало, а ФИО3 принял в общую долевую собственность 12432/472270 долей в праве собственности на нежилое помещение площадью 4722,7 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5185 второго этажа торгового комплекса.

20.06.2018 между долевыми собственниками нежилого помещения площадью 4722,7 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5185 второго этажа торгового комплекса заключено соглашение (т. 1 л.д. 108-110), в соответствии с которым прекращен режим общей долевой собственности и выделены в праве собственности обособленные помещения. На основании пункта 3.6 данного соглашения с момента его заключения ФИО3 на праве собственности стали принадлежать:

- 2072/96100 долей в праве собственности на нежилое помещение площадью 961 кв.м. с кадастровым номером 34:34:080096:5212 второго этажа торгового комплекса (т. 1 л.д. 128-138);

- нежилое помещение площадью 103,6 кв.м. с кадастровым номером 34:34:080096:5216 второго этажа торгового комплекса (т. 1 л.д. 112-113).

Согласно сведениям из ЕГРН в отношении нежилого помещения площадью 961 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5212 и нежилого помещения площадью 103,6 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5216 второго этажа торгового комплекса, 30.01.2019 и 21.02.2019 зарегистрирован переход права собственности на данные объекты недвижимости на основании договора дарения, заключенного между ФИО3 (даритель) и ФИО4 (одаряемый).

27.07.2020 и 05.08.2020 право собственности на указанные помещения перешло от ФИО4 (продавец) к ФИО16 (покупатель).

Таким образом, как следует из имеющихся в материалах дела доказательств с момента совершения оспариваемого договора купли-продажи недвижимого имущества от 13.06.2018, заключенного между ООО «Сопрано» и ФИО3 (т. 1 л.д. 74), его предмет - 12432/472270 долей в праве собственности на нежилое помещение площадью 4722,7 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5185 второго этажа торгового комплекса, претерпел изменения, в результате чего на момент рассмотрения настоящего дела собственником недвижимого имущества является ФИО16.

На основании вышеизложенного арбитражные  суды пришли к выводу, что надлежащими последствиями недействительности оспариваемой сделки является взыскание с ФИО3 в пользу ООО «Сопрано» рыночной стоимости 12432/472270 долей в праве собственности на нежилое помещение площадью 4722,7 кв.м. с кадастровым номером 34:34:080096:5185 второго этажа торгового комплекса в размере 6 399 000 руб., определенной на основании отчета об оценке рыночной стоимости части встроенных помещений, расположенных на 1 и 2 этаже ТЦ «Юбилейный» от 18.03.2021 № 18-03/21/1 (т. 1 л.д. 147 – т. 2 л.д. 96) и от 18.03.2021 № 18-03/21/2 (т. 2 л.д. 97-176).

Как следует из материалов дела на основании договора купли-продажи недвижимого имущества от 24.10.2018 № 5-10-2018 (т. 1 л.д. 75-76) ООО «Сопрано» передало, а ФИО3 принял в общую долевую собственность 1290/3936 долей в праве собственности на нежилое помещение площадью 393,6 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5222 второго этажа торгового комплекса и 512/77210 долей в праве собственности на земельный участок площадью 7721,0 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:39; ФИО1 приняла в общую долевую собственность 353/3936 долей в праве собственности на нежилое помещение площадью 393,6 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5222 второго этажа торгового комплекса и 140/77210 долей в праве собственности на земельный участок площадью 7721,0 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:39; ФИО2 принял в общую долевую собственность 177/3936 долей в праве собственности на нежилое помещение площадью 393,6 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5222 второго этажа торгового комплекса и 70/77210 долей в праве собственности на земельный участок площадью 7721,0 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:39.

Согласно сведениям из ЕГРН в отношении нежилого помещения площадью 393,6 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5222 второго этажа торгового комплекса (т. 1 л.д. 91), 30.01.2019 зарегистрирован переход права собственности на данные объекты недвижимости на основании договора дарения, заключенного между ФИО3 (даритель) и ФИО4 (одаряемый).

25.04.2019 произошел раздел данного помещения, в соответствии с которым прекращен режим общей долевой собственности и выделены в праве собственности обособленные помещения, а именно:

- нежилое помещение площадью 129 кв.м с кадастровым новым номером 34:34:080096:5422 второго этажа торгового комплекса, которое на момент рассмотрения настоящего дела принадлежит на праве собственности сыну ФИО4 (т. 1 л.д. 91, 99);

- нежилое помещение площадью 85,4 кв.м с кадастровым новым номером 34:34:080096:5423 второго этажа торгового комплекса, которое принадлежало ФИО1, ФИО2 и ООО «Сопрано» на праве долевой собственности (т. 1 л.д. 91, 100).

Согласно сведениям из ЕГРН в отношении нежилого помещения площадью 85,4 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5423 второго этажа торгового комплекса, 08.05.2019 между долевыми собственниками нежилого помещения заключено соглашение № 5423-С (т. 1 л.д. 101-102), в соответствии с которым прекращен режим общей долевой собственности и выделены в праве собственности обособленные помещения. На основании пункта 3.1 данного соглашения с момента его заключения ФИО1 на праве собственности стало принадлежать нежилое помещение площадью 35,3 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5434 второго этажа торгового комплекса (т. 1 л.д. 139-146). На основании пункта 3.2 данного соглашения с момента его заключения ФИО2 на праве собственности стало принадлежать нежилое помещение площадью 17,7 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5436 второго этажа торгового комплекса.

Указанные помещения принадлежат ФИО1 и ФИО2 на праве собственности на момент рассмотрения настоящего дела.

Таким образом, как следует из имеющихся в материалах дела доказательств с момента совершения оспариваемого договора купли-продажи недвижимого имущества от 24.10.2018 № 5-10-2018, заключенного между ООО «Сопрано» и ФИО3, ФИО1 и ФИО2 (т. 1 л.д. 75-76), его предмет - 1290/3936, 353/3936 и 177/3936 долей в праве собственности на нежилое помещение площадью 393,6 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5222 второго этажа торгового комплекса, претерпел изменения только в виде раздела совместного режима собственности, в результате чего на момент   рассмотрения настоящего дела собственниками недвижимого имущества являются по-прежнему ФИО1, ФИО2 и сын ФИО3 – ФИО4

На основании вышеизложенного надлежащими последствиями недействительности оспариваемой сделки является возврат в собственность ООО «Сопрано» нежилых помещений площадью 129 кв.м с кадастровым новым номером 34:34:080096:5422, площадью 35,3 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5434 и площадью 17,7 кв.м с кадастровым номером 34:34:080096:5436 второго этажа торгового комплекса.

Довод жалобы ответчиков о том, что в Соглашении от 06.03.2018            (т. 7 л.д. 129-134) участники общества одобрили совершение сделок по отчуждению помещений ТЦ «Юбилейный», судом апелляционной инстанции также  оценен  и отклонен, поскольку в указанном Соглашении не содержится информации о согласовании конкретных сделок.

Реализуя свои полномочия  по сохранению корпоративного  контроля над деятельностью общества, участники общества  самостоятельно определяют какие  сделки, на их взгляд,  являются  для общества убыточными  и нежелательными.

Не обжалование иных сделок истцами  при наличии установленных  арбитражными судами обстоятельств, не может являться  достаточным  основанием  для  отказа  истцам в  удовлетворении  иска по настоящему  спору.

Доводы кассационной жалобы ранее  были  изучены и оценены  арбитражными судами первой и  апелляционной  инстанций,  также  изучены  и  судом  кассационной инстанции, однако, они подлежат отклонению, поскольку указанные в кассационной жалобе доводы не опровергают законность и обоснованность принятых по делу судебных актов и правильности выводов судов, а свидетельствуют о несогласии заявителей с установленными судами обстоятельствами и оценкой доказательств, и, по существу, направлены на их переоценку.

Переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 АПК РФ.

Иная оценка заявителями жалобы установленных судами фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

При рассмотрении дела и вынесении обжалуемых судебных актов судами нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, кассационной инстанцией не установлено. Нормы материального права применены правильно.

Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Волгоградской области от 15.11.2021 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.01.2022 по делу № А12-10305/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке и сроки, установленные статьями 291.1., 291.2. Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                   Н.Ю. Мельникова

 

Судьи                                                                          М.З. Желаева

 

                                                                                     М.А. Савкина