﻿АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

14 декабря 2020 года

Дело №

А56-110441/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 08.12.2020 

Полный текст постановления изготовлен 14.12.2020

 

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Каменева А.Л., судей Казарян К.Г., Яковлева А.Э.,

при участии от общества с ограниченной ответственностью «Штурм» Некрасова В.К. (доверенность от 21.09.2020), от Гаршина А.В. -      Прохоренкова И.В. (доверенность от 06.02.2018), 

рассмотрев 01.12.2020 - 08.12.2020 в открытом судебном заседании кассационную жалобу Гаршина Андрея Владимировича на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 03.08.2020 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.10.2020 по делу № А56-110441/2018/сд.1, 

 

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга  и Ленинградской области от 07.09.2018 по делу № А56-110441/2018 на основании заявления закрытого акционерного общества «Группа компаний «ПРАВО», адрес: 107140, город Москва, 1-й Красносельский переулок, дом 3, помещение 1, комната 17, ОГРН 1117746273303, ИНН 7708737108 (далее – ЗАО «ГК «ПРАВО», Компания), в отношении  общества с ограниченной ответственностью «Бистро-Груп», адрес: 199004, Санкт-Петербург, 3-я Васильевского острова,  дом 42, литера А, помещение 2 Н, ОГРН 1167847115523, ИНН 7838050267 (далее – ООО «Бистро-Груп», Общество), возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве).

Определением суда от 15.01.2019 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден Данских Дмитрий Алексеевич.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.04.2019 ООО «Бистро-Груп» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника, конкурсным управляющим утвержден Данских Д.А.

В рамках дела о банкротстве ЗАО «ГК «ПРАВО» обратилось в суд с заявлением об оспаривании сделки - договора займа от 08.04.2016 № 03/16 (далее - Договор займа № 3), заключенного между Волкогоном Алексеем Владимировичем (займодавцем) и Обществом (заемщиком). Требования конкурсного кредитора адресованы к Гаршину Андрею Владимировичу, получившему права займодавца по сделке цессии.  Заявитель просит признать данную сделку недействительной, применив последствия недействительности сделки. К участию в обособленном споре в качестве ответчика привлечен Волкогон А.В. 

Определением суда первой инстанции от 03.08.2020, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.10.2020, заявление Компании удовлетворено; упомянутый договор займа признан недействительным. 

В кассационной жалобе Гаршин А.В. просит отменить указанные определение  03.08.2020 и постановление от 08.10.2020, а также отказать     ЗАО «ГК «ПРАВО» в удовлетворении заявления. По мнению подателя жалобы, судебными инстанциями в данном случае не принято во внимание то, что обоснованность его требования к должнику, подтверждена вступившими в законную силу судебными актами: определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 28.05.2019, принятым в рамках обособленного спора № А56-110441/2018/тр.8, которое в свою очередь было основано на решении Василеостровского районного суда Санкт-Петербурга от 17.01.2019 по гражданскому делу № 2-66/2019. В данных судебных актах констатирована законность и реальность договора займа как гражданско-правовой сделки. Поэтому оснований считать данную сделку ничтожной у судов двух инстанций не имелось. Гаршин А.В. не может согласиться и выводами судов о наличии оснований для недействительности займа, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). Также сделка займа не носила корпоративного характера, не была направлена на финансирование неисполненных обязательств Общества. Выводы о злоупотреблении правом со стороны Волкогона А.В. правопредшественника Гаршина А.В. необоснованны.     

В отзыве на жалобу ЗАО «ГК «ПРАВО» просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения, полагая, что злоупотребление ответчиками своими правами выражается в возможности получения Волкогоном А.В., а, впоследствии и Гаршиным А.В., компенсации своих финансовых потерь от деятельности ООО «Бистро-Груп» за счет имущества Общества в ущерб имущественным интересам независимых кредиторов. Такая цель, по мнению Компании, преследовалась Волкогоном А.В. при предоставлении денежных средств должнику по договору займа. Как полагает Компания, сделка займа была совершена при наличии у Общества признаков неплатежеспособности (а именно, через месяц после создания юридического лица), поскольку обязательства перед иными кредиторами возникли у должника в период выдачи данного займа. Также ЗАО «ГП «ПРАВО» считает, что судебные акты, принятые по вопросу установления требований Гаршина А.В., не имеют преюдициального значения в рамках рассматриваемого спора, поскольку вопрос об оспаривании сделки при рассмотрении требования Гаршина А.В. не ставился.

После заслушивания пояснений представителя ООО «Штурм» относительно жалобы Гаршина А.В., в судебном заседании кассационной инстанции объявлен перерыв, после которого судебное разбирательство продолжено.  Представитель Гаршина А.В. поддержал доводы, приведенные в жалобе. Представитель ООО «Штурм» возражал против удовлетворения жалобы по мотивам ее не обоснованности.  Остальные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в  заседании кассационной инстанции не направили, что не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность судебных актов, принятых по обособленному спору, проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, в обоснование заявления о признании недействительным Договора займа № 3, конкурсный кредитор сослался на положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, также привел обстоятельства, которые по его мнению, доказывают, что указанная сделка была совершена бывшим участником ООО «Бистро-Груп» Волкогоном А.В. с самим Обществом исключительно с целью компенсации негативных последствий (на случай банкротства последнего) для контролирующего должника лица и получения им преимущества по отношению к независимым кредиторам Общества. Такое преимущество, как полагает заявитель, позволяло бы названному лицу влиять на ход процедуры банкротства в ущерб интересам других кредиторов. 

Кроме данного основания оспоримой сделки, заявитель посчитал возможным применить к Договору займа № 3 и общие положения недействительности (ничтожной) сделки, а именно положения статьей 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). Конкурсный кредитор полагал, что письменно оформленный заем прикрывал сделку по финансированию деятельности ООО «Бистро-Груп» контролирующим лицом в обход специально предусмотренной корпоративной процедуры увеличения уставного капитала Общества. При этом новый кредитор Гаршин А.В., как правопреемник займодавца по цессии, знал или должен был знать об обстоятельствах предоставления спорного займа.

Из материалов дела также следует, что по условиям Договора займа № 3 Волкогон А.В. обязался предоставить ООО «Бистро-Груп» заем в размере 5 000 000 руб. сроком возврата займа до 07.04.2017, с уплатой за пользование заемными денежными средствами 11% годовых. При этом предоставление займа и его возврат предполагался частями. По факту выданного займа денежные средства упомянутым займодавцем перечислены Обществу с 17.05.2016 по 21.11.2016, что подтверждено платежными документами, так же установлено в рамках гражданского дела № 2-66/2019. 

До момента заключения соглашения о замене стороны от 02.05.2017 (сделка цессии) между Волкогоном А.В. (цедентом) и Гаршиным А.В. (цессионарием), первый вышел из состава участников Общества (договор на продажу доли другим участникам от 15.03.2017), а также заключил с Обществом дополнительное соглашение от 24.04.2017 к Договору займа № 3 (об изменении суммы займа и срока его возврата).

В другом обособленном споре по делу № А56-110441/2018 требования Гаршина А.В. к ООО «Бистро-Груп» по упомянутому Договору займа № 3 признаны обоснованными и включены в третью очередь реестра требований кредиторов, как требования независимого кредитора, при этом обстоятельства займа и поведение правопредшественника кредитора были предметом проверки судов всех инстанций, о чем свидетельствует постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 19.12.2019 и определение Верховного Суда Российской Федерации от 28.02.2020.

Между тем, удовлетворяя заявление конкурсного кредитора и признавая Договор займа № 3 недействительным, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что на момент заимствования у Волкогона А.В. денежных средств, у Общества имелись признаки недостаточности имущества, а именно, отсутствовали собственные денежные средства юридического лица, кроме тех, которые были предоставлены названым лицом и другими участниками Общества, также по договорам займа. 

Суд  согласился с доводами заявителя о злоупотреблении правопредшествеником Гаршина А.В., принадлежащими ему гражданскими правами, при совершении указанного займа (поскольку сделка совершена в обход законного наделения юридического лица корпоративным капиталом). В обоих случаях суд первой инстанции посчитал, что  указанная сделка совершалась займодавцем (участником) с целью причинения вреда другим кредиторам Общества. 

Апелляционный суд в своем постановлении от 08.10.2020 согласился с выводами суда первой инстанции о недействительности сделки, сделав вывод о том, что совершением указанной сделки прикрывалось финансирование должника, но с иной целью, чем предусмотрено положениями о займе, так как в тот же период два других участника ООО «Бистро-Груп» Прокропцов В.Е. и Калина Р.В. по аналогичным договорам займа предоставили Обществу денежные средства. В данном случае, суд апелляционной инстанции указал на то, что риск утраты предоставленного займодавцем (корпоративным участником) должнику компенсационного финансирования не может быть переложен на других независимых кредиторов. При этом возврат контролирующему должника лицу или его правопреемнику компенсационных платежей влечет уменьшение конкурсной массы и причинение соответственно вреда имущественным правам кредиторов. Апелляционный суд посчитал возможным к оспариваемому Договору займа № 3 применить основания, как пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и статьи 10 ГК РФ. 

Исследовав материалы дела, проверив доводы жалобы и возражений на нее, суд кассационной инстанции приходит к следующему. 

Квалифицируя спорную сделку, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о том, что ее содержанием явилось предоставление Волкогоном А.В., как участником Общества с долей участия 30%, финансирования для пополнения оборотных средств Общества, на равных условиях с двумя другими участникам должника – Прокопцевым В.Е. и       Калина Р.В., которыми были заключены договоры займа с должником от 08.04.2016 №№ 01/16, 02/16 на условиях, аналогичных условиям оспариваемого договора займа. 

Финансирование, согласно выводам судебных инстанций, предоставлялось при условии отсутствия у должника оборотных денежных средств, непосредственно после его создания (Общество зарегистрировано в качестве юридического лица 01.03.2016).

Положениями пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве допускается возможность оспаривания в деле о банкротстве сделок должника, в том числе, по общим основаниям ГК РФ. 

Ссылаясь на указанные выше обстоятельства, суд первой инстанции фактически пришел к выводу о ничтожности оспариваемой сделки как притворной. 

В силу пункта 2 статьи 170 ГК РФ,  притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила. 

Между тем, исходя из приведенного определения притворной сделки следует, что квалифицирующим признаком в данном случае является порок волеизъявления сторон сделки, то есть несоответствие ее условий тем условиям, которые стороны имели в виду. 

 

Указанное обстоятельство входит в предмет доказывания в случае оспаривания сделки по пункту 2 статьи 170 ГК РФ.  Между тем, обстоятельства, на которые сослался суд первой инстанции,  свидетельствующие о заключении Волкогоном А.В. как участником ООО «Бистро-Груп» Договора займа № 3, непосредственно после создания Общества, сами по себе, не позволяют сделать вывод о пороке волеизъявления сторон оспариваемой сделки. 

Финансирование деятельности общества с ограниченной ответственностью его участниками в форме заключения договора займа не противоречит нормам действующего законодательства и является обычным в деловой практике. 

Квалифицирующим признаком, отличающим такого рода форму финансирования от внесения имущественного вклада в деятельность хозяйственного общества, исходя из положений статьи 807 ГК РФ, является возвратный характер предоставления денежных средств, вне зависимости от получения хозяйственным обществом прибыли, которая может быть распределена между участниками Общества. 

При этом, исходя из положений статей 10, 431 ГК РФ, соответствие волеизъявления сторон буквальному смыслу заключенных ими соглашений презюмируется. Делая вывод о притворности оспариваемой сделки, суд первой инстанции не сослался на материалы дела, из которых следовало бы наличие порока волеизъявления участников спорной сделки, равно как и иных участников должника на момент его создания, при заключении спорного Договора займа № 3.

Как видно из материалов дела, по результатам рассмотрения требования Гаршина А.В., основанного на спорном Договоре займа № 3, в определении Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 28.05.2019, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.09.2018 и постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 19.12.2019 (обособленный спор № А56-110441/2018/тр.8), сделан вывод о реальности заемных отношений, вытекающих из спорного договора займа, при отсутствии признаков корпоративного характера сделки.

Верховный Суд Российской Федерации в определении от 28.02.2020 № 307-ЭС20-1321, отказывая в передаче кассационной жалобы на указанные судебные акты для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, повторил данную судебными инстанциями  квалификацию правоотношений по спорному Договору займа № 3, как имеющую гражданско-правовой, а не корпоративный характер.

Указанные выводы, в силу положений статьи 16 АПК РФ, являются обязательными как для лиц, участвующих в деле, так и для третьих лиц. 

Каких-либо новых доказательств, которые не были учтены при рассмотрении требования Гаршина А.В. и могли бы повлиять на квалификацию спорных отношений, в рамках обособленного спора по оспариванию сделки, представлено не было. 

В материалах рассматриваемого спора отсутствуют документы, характеризующие имущественное положение ООО «Бистро-Груп» в период заключения спорного договора займа. 

Юридическое лицо в момент создания не должно с обязательностью обладать признаками недостаточности имущества или являться неплатежеспособным, данные обстоятельства не зависят от периода существования коммерческой организации. 

 

Наличия неисполненных обязательств ООО «Бистро-Груп» в период заключения спорного договора, которые не были бы погашены на момент возникновения признаков объективного банкротства Общества, послуживших основанием для возбуждения дела о банкротстве, из материалов дела не следует, равно как и отсутствия у Общества средств и имущества, позволяющих осуществлять расчеты с кредиторами. 

В реестре требований кредиторов ООО «Бистро-Груп» по состоянию на 06.03.2020 указаны даты возникновения задолженности перед кредиторами, относящиеся к периоду 2018 – 2019 годов. Суды двух инстанций на доказательства признаков недостаточности имущества или неплатежеспособности Общества в период заключения спорного договора займа, предусмотренных статьей 2 Закона о банкротстве, не сослались.

Исходя из сформулированного в судебной практике понятия компенсационного финансирования в форме заключения договора займа, в частности из смысла правовой позиции пункта 3.1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации  29.01.2020 (далее – Обзор 2020), следует, что такое финансирование предоставляется контролирующим лицом в период, когда должник находится в трудном экономическом положении, с целью вернуть должника к нормальной предпринимательской деятельности. Выбирая подобную модель, в обход порядка, предусмотренного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, контролирующее лицо принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства и данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 ГК РФ). 

Совершение подобных сделок, исходя из приведенной правовой позиции, влечет, понижение очередности требования контролирующего лица, заявленного к должнику на основании подобного договора займа, но не влияет на действительность заключенного договора займа.

С учетом изложенного, предоставление денежных средств участником должника на пополнение оборотных средств коммерческой организации на условиях займа, не может быть во всех случаях квалифицировано в качестве компенсационного финансирования коммерческой организации контролирующим лицом, равно как и не свидетельствует о наличии признаков недействительности такой сделки, в том числе установленных пунктом 2 статьи 170 ГК РФ. Участники хозяйственного общества не лишены права выбора конструкции финансирования деятельности коммерческой организации отличной от способов формирования имущественной базы хозяйственного общества, предусмотренных специальным законодательством, что следует и из правовой позиции пункта 2 Обзора 2020, в силу которой сама по себе выдача контролирующим лицом денежных средств подконтрольному обществу посредством заключения с ним договора займа не свидетельствует о том, что обязательство по возврату полученной суммы вытекает из участия в уставном капитале.

Лицами, участвующими в обособленном споре, факт получения должником денежных средств в рамках спорного договора не отрицается. С учетом дополнительного соглашения к Договору займа № 3, заключенным после выхода Волкогона А.В. из состава участников ООО «Бистро-Груп», и до совершения упомянутой цессии, между сторонами изменен срок возврата займа, также отменены проценты с даты дополнительного соглашения. 

При таких обстоятельствах, спорная сделка не может быть квалифицирована как убыточная для должника. 

Кроме того, из материалов дела не следует наличия у Общества на момент совершения спорного займа неисполненных обязательств перед кредиторами, равно как и признаков недостаточности имущества или неплатежеспособности должника. 

Заявитель на такого рода обстоятельства в своем требовании не ссылался, указывая лишь на совершение сделки в течение непродолжительного времени после создания Общества, что не подпадает под установленные статьей 2 Закона о банкротстве понятия признаков неплатежеспособности или несостоятельности. 

Следовательно, условия оспариваемой сделки не соответствуют признакам недействительности сделки, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве с учетом разъяснений пунктов 5, 6, 7 Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010    № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63). 

Принимая во внимание, что сделка займа совершена задолго до обращения ЗАО «ГК «ПРАВО» с заявлением о банкротстве ООО «Бистро-Груп» и установления прав требования заявителя к должнику, а также до возникновения задолженности перед иными кредиторами Общества, довод заявителя о наличии цели причинения вреда при совершении сделки посредством осуществления контроля над процедурой банкротства не соответствует фактическим обстоятельствам совершения сделки, равно как и утверждение заявителя о намерении займодавца причинить вред должнику или иным лицам посредством заключения спорного Договора займа № 3.

Отсутствие умысла у стороны сделки на причинение вреда, исходя из положений статьи 10 ГК РФ, исключает возможность квалификации действий указанной стороны в качестве злоупотребления правом. 

Исходя из правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 и в разъяснениях, содержащихся в абзаце четвертом пункта 4 Постановления № 63,  в рамках дела о банкротстве допускается оспаривание сделок по основаниям статей 10, 168 ГК РФ, когда речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (статьи 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве) .

В данном случае наличия такого рода пороков оспариваемой сделки судами двух инстанций фактически не установлено. 

Из материалов дела не следует интереса займодавца в реализации прав на участие в управлении Обществом, в том числе посредством влияния на его деятельность через процедуры банкротства, так как, задолго до возбуждения дела о банкротстве, по договорам купли-продажи от 15.03.2017, доли в уставном капитале Общества, принадлежащие Волкогону А.В., были  им переданы двум иным участникам Общества – Прокопцеву В.Е. и Калине Р.В., а права и обязанности по договору займа – по договору от 02.05.2017 уступлены Гаршину А.В., в отношении которого сведений о наличии каких-либо корпоративных связей с Обществом не имеется. 

Соглашение о переводе прав по Договору займа № 3 к Гаршину А.В. также заключено до возникновения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника, равно как и до установления судебным приказом от 30.05.2018 задолженности Общества перед Компанией, наличие которой послужило основанием для возбуждения дела о банкротстве должника. Указанные обстоятельства исключают возможность вывода о приобретении Гаршиным А.В. права требования, основанного на спорной сделке, с целью причинения ущерба кредиторам должника, и, следовательно, квалификацию действий участников спорной сделки как злоупотребление правом. Доводы заявителя об аналогичности сделок займа всех участников Общества, двум из которых (из правопреемникам) судом было отказано в признании их требований к должнику обоснованными, подлежат отклонению, поскольку в рассматриваемом случае воля займодавца и дальнейшее его поведение по отношению к Обществу (соответственно и к кредиторам) получили иную судебную оценку.  

По мнению суда кассационной инстанции, квалификация правоотношений сторон Договора займа № 3, данная двумя судебными инстанциями, не соответствует установленным при рассмотрении обособленного спора фактическим обстоятельствам, поэтому положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также, статей 10, 168 и 2 статьи 170 ГК РФ применены неверно. 

Оснований для вывода о недействительности оспариваемой сделки у судов двух инстанций не имелось. 

С учетом изложенного и в соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 287 и части 1 статьи 288 АПК РФ, определение от 03.08.2020 и постановление от 08.10.2020 следует  отменить, а в удовлетворении заявления ЗАО «ГК «ПРАВО» о признании сделки недействительной отказать. 

В связи с удовлетворением кассационной жалобы, с ЗАО «НК «ПРАВО» в пользу Гаршина А.В. подлежит взысканию 3000 руб. в возмещение расходов, понесенных по уплате государственной пошлины за рассмотрение дела в кассационном суде. 

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа  

 

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 03.08.2020 и  постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.10.2020 по делу № А56-110441/2018 отменить.

Отказать закрытому акционерному обществу «Группа компаний «ПРАВО» в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной. 

Взыскать с закрытого акционерного общества «Группа компаний «ПРАВО», адрес: 107140, город Москва, 1-й Красносельский переулок, дом 3, помещение 1, комната 17, ОГРН 1117746273303, ИНН 7708737108 в пользу Гаршина Андрея Владимировича 3000 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины. 

 

Председательствующий

А.Л. Каменев

Судьи

 

К.Г. Казарян

А.Э. Яковлев