﻿ 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-6250/19 

Екатеринбург

26 октября 2021 г.

 

Дело № А60-7198/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 20 октября 2021 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 26 октября 2021 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кудиновой Ю.В.,

судей Тихоновского Ф.И., Пирской О.Н.

рассмотрел в судебном заседании, проведенном в режиме веб-конференции (онлайн-заседание), кассационные жалобы конкурсного управляющего кредитным потребительским кооперативом «Первый» Пермякова Сергея Юрьевича и Бикбулатова Валерия Вячеславовича на определение Арбитражного суда Свердловской области от 16.12.2019 по делу № А60-7198/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.06.2021 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в режиме веб-конференции принял участие конкурсный управляющий Пермяков С.Ю. (лично, предъявлен паспорт).

В судебном заседании в здании Арбитражного суда Уральского округа приняли участие:

представители Антипкина Михаила Сергеевича – Дъячкова А.С. (доверенность от 21.06.2019), Савицкий П.В. (по той же доверенности); 

представитель кредитора Рождественской Жанны Сергеевны – Саитов А.С. (доверенность от 20.10.2020).

 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 14.02.2019 принято к производству заявление Центрального Банка России о признании кредитного потребительского кооператива «Первый» (далее – должник, Кооператив) несостоятельным (банкротом), возбуждено дело о банкротстве должника.

Определением суда от 04.04.2019 заявление Центрального банка России признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим должником утвержден Каменский Алексей Александрович.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 03.09.2019 Кооператив признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на Каменского А.А.

Определением арбитражного суда от 03.10.2019 Каменский А.А. освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего Кооперативом, конкурсным управляющим должником утвержден Хистный Степан Юрьевич.

Определением арбитражного суда от 12.08.2020 Хистный С.Ю. отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником.

Определением Арбитражного суда Свердловской области суда от 23.09.2020 конкурсным управляющим должником утвержден  Пермяков С.Ю.

В Арбитражный суд Свердловской области 17.05.2019 поступило заявление Кооператива в лице председателя правления Бикбулатова В.В. о взыскании убытков с Антипкина М.С. в сумме 403 668 441 руб. 26 коп., в том числе 252 294 372 руб. 15 коп. – начисленных компенсационных выплат по договорам предоставления займов пайщикам кооператива в 2013-2014 годах, имеющих признаки мнимости или невыгодности сделки; 49 243 469 руб. 61 коп. – основного долга по договорам займа 2013-2014 годов; 36 996 827 руб. 72 коп. – денежных средств, перечисленных под заключенные договоры с взаимозависимым лицом без экономического обоснования; 9 197 251 руб. 78 коп. – денежные средства, перечисленные под заключенные договоры с контрагентами, имеющими признаки участников «серых» схем; 55 936  520 руб. – на основании решения уполномоченного органа о привлечении к ответственности должника за совершение налогового правонарушения.

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: индивидуальный предприниматель Пермякова С.А., общество с ограниченной ответственностью «Тигард», общество с ограниченной ответственностью «Надежный», общество с ограниченной ответственностью «ЛиК», общество с ограниченной ответственностью «Промстрой», общество с ограниченной ответственностью «Мезон».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 16.12.2019 заявленные требования удовлетворены частично; с Антипкина М.С. в пользу Кооператива взысканы убытки в сумме 55 936 520 руб., в остальной части заявление оставлено без удовлетворения.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.09.2020 определение суда первой инстанции в части взыскания с Антипкина М.С. в пользу Кооператива убытков и судебных расходов отменено, Кооперативу в удовлетворении заявления о взыскании с Антипкина М.С.  убытков в сумме 55 936 520 руб. отказано, в остальной части определение суда оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 21.01.2021 постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.09.2020 отменено, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд.

При новом рассмотрении обособленного спора суд апелляционной инстанции вынес постановление от 28.06.2021, которым определение суда первой инстанции в части взыскания с Антипкина М.С. в пользу Кооператива убытков и судебных расходов отменил, отказал Кооперативу в удовлетворении заявления о взыскании с Антипкина М.С.  убытков в сумме 55 936 520 руб., в остальной части определение суда оставил без изменения.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий Пермяков С.Ю. просит определение суда первой инстанции от 16.12.2019 и постановление суда апелляционной инстанции от 28.06.2021 отменить, принять новый судебный акт о взыскании убытков в сумме 109 681 174 руб. 24 коп.

Заявитель кассационной жалобы указывает, что, как следует из акта налоговой проверки от 24.11.2017 № 14-07/8, главным бухгалтером Кооператива было озвучено о превышении доходов от предпринимательской деятельности над допустимым лимитом 60 млн. руб. при применении упрощенной системы налогообложения, в связи с чем добросовестный руководитель был обязан перейти на общий режим налогообложения, чего сделано не было; согласно правовой позиции, изложенной в пункте 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утвержден Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016), материалы проведенных в отношении должника или его контрагента мероприятий налогового контроля могут служить доказательственной базой при рассмотрении возражений уполномоченного органа на требование кредитора, оспаривании уполномоченным органом сделки, на которой основано требование кредитора, при обжаловании судебного акта, подтверждающего заявленное в деле о банкротстве требование; решение о привлечении к налоговой ответственности было рассмотрено Управлением Федеральной налоговой службы России по Свердловской области и арбитражным судом и оставлено без изменения; таким образом, обстоятельства, повлекшие для Кооператива убытки вследствие действий Антипкина М.С. как председателя правления Кооператива, конкурсный управляющий считает доказанными.

Кроме того, заявитель жалобы указывает, что в ходе процедуры наблюдения был установлен факт заключения в 2015 году договоров, направленных на вывод денежных средств, перечень которых приведен в заключении общества с ограниченной ответственностью «Агентство бухгалтерских экспертиз, аудита и налогообложения» (далее – общество «Агентство бухгалтерских экспертиз, аудита и налогообложения») от 15.05.2019, а перечисление денежных средств подтверждено банковскими выписками, которые не были проанализированы судом первой инстанции; оспорить данные сделки не представилось возможным, поскольку общество с ограниченной ответственностью «Консалтинг+» было ликвидировано; согласно оборотно-сальдовой ведомости, после 2017 года договоры были расторгнуты, Кооператив самостоятельно заключил договоры без фирм-посредников; тем самым Кооперативу действиями Антипкина М.С.были причинены убытки в сумме более 36 млн. руб.

Кроме того, по мнению заявителя жалобы, Кооперативу были причинены убытки в сумме более 16 млн. руб. путем перечисления денежных средств на проведение рекламных мероприятий, в то время как согласно протоколу собрания членов кооператива, расходы на рекламу не должны превышать 5 млн. руб.

В своей кассационной жалобе Бикбулатов В.В. просит определение суда первой инстанции от 16.12.2019 и постановление суда апелляционной инстанции от 28.06.2021 отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

По мнению заявителя кассационной жалобы, судом апелляционной инстанции не выполнены рекомендации суда округа о сличении выводов экспертизы с результатами налоговой проверки; в то же время, выводы аудиторского заключения закрытого акционерного общества «Бизнес-Аудит-Центр» относительно бухгалтерской отчетности Кооператива за 2013 год, проведенного по заданию Антипкина М.С., соответствуют выводам налоговой проверки, что означает, что как ответчика, так и Бикбулатов В.В. представили аудитору и налоговому органу идентичный пакет документов, в связи с чем заявитель жалобы считает ошибочным вывод суда апелляционной инстанции о том, что налоговые правонарушения стали результатом сокрытия Бикбулатовым В.В. части документации. Ссылаясь на выводы, изложенные в определении суда первой инстанции, заявитель жалобы указывает, что ответчик знал о совершаемых налоговых правонарушениях и одобрял их совершение, в то время как суд апелляционной инстанции не провел комплексного исследования доказательств, признав достаточным исследование лишь выводов экспертов.

Далее, заявитель жалобы указывает, что доводы кредиторов о наличии дефектов в сделках, совершенных Антипкиным М.С. от имени Кооператива, исследованы не были; суд не исследовал доводы кредиторов об убыточности сделок, ограничившись формальным указанием, что решение об одобрении сделок принималось коллегиально.

В отзыве на кассационную жалобу Антипкин М.С. просит оставить оспариваемые судебные акты без изменения; также им заявлено ходатайство о прекращении производства по кассационной жалобе Бикбулатова В.В.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьей 286 АПК РФ.

Как установлено судами и следует из материалов дела, ссылаясь на причинение кооперативу убытков в результате неправомерных действий бывшего руководителя Антипкина М.С., действующий руководитель Кооператива Бикбулатов В.В. обратился в суд соответствующим требованием.

В обоснование заявленных требований заявитель сослался на выводы, сделанные обществом «Агентство бухгалтерских экспертиз, аудита и налогообложения» в заключении от 15.05.2019, в том числе о том, что начисленные компенсационные выплаты по договорам предоставления займов пайщикам кооператива в 2013 – 2014 годах имеют признаки мнимости, или невыгодности сделки, которая привела к заведомой невозвратности долга, убыток составил 252 294 372 руб. 15 коп.; выданные суммы основного долга по договорам займа за 2013 – 2014 годы подлежат исследованию на предмет передачи денежных средств, убыток составил 49 243 469 руб. 61 коп.; перечисление денежных средств под заключенные договоры со взаимозависимым лицом, без экономического обоснования, убыток составил 36 996 827 руб. 72 коп.; перечисление денежных средств под заключенные договоры с контрагентами, имеющие признаки участников «серых» схем, убыток (ориентировочно) составил 9 197 251 руб. 78 коп.

Кроме того, заявитель указал на то, что в результате выездной налоговой проверки Кооператива, проведенной Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы России № 27 по Свердловской области по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты, удержания налогов и сборов за периоды с 01.01.2013 по 31.12.2015, составлен акт от 24.11.2017 № 14-07/8, вынесено решение от 06.07.2018 № 14-07/3 о привлечении Кооператива к ответственности за совершение налогового правонарушения, которым доначислен налог на прибыль организаций в сумме 31 302 798 руб., пени в сумме 11 364 834 руб., пени по налогу на доходы физических лиц в сумме 2887 руб. Кооператив привлечен к ответственности по пункту 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации в виде штрафа в сумме 5 305 200 руб., по пункту 1 статьи 119 Налогового кодекса Российской Федерации за непредставление в установленный законодательством срок налоговых деклараций: по налогу на прибыль организаций в сумме 7 957 801 руб., по налогу на добавленную стоимость (НДС) в сумме 3000 руб.

Решением УФНС России по Свердловской области от 22.10.2018 решение нижестоящего налогового органа оставлено без изменения.

В последующем решение налогового органа от 06.07.2018 № 14-07/3 было оспорено Кооперативом в судебном порядке.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Свердловской области от 31.01.2019 по делу № А60-62688/2018 в удовлетворении заявления Кооператива было отказано.

Совокупность указанных выше обстоятельств послужила основанием для направления материалов выездной налоговой проверки в следственное управление Следственного комитета России по Свердловской области.

В результате направления указанных материалов было возбуждено уголовное дело № 11902650029000012, которое впоследствии было прекращено по основанию, предусмотренному пунктом 2 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с отсутствием в действиях Антипкина М.С. состава преступления, предусмотренного пунктом «б» части 2 статьи 199 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Ссылаясь на результаты экспертизы по определению причин убытков, доначисление налогом, пеней и привлечение Кооператива к ответственности за совершение налогового правонарушения, полагая, что в результате действий бывшего руководителя Кооператива Антипкина М.С. должнику причинены убытки, Бикбулатов В.В. обратился в суд с рассматриваемым заявлением о взыскании убытков в сумме 403 668 441 руб. 26 коп., которое впоследствии было поддержано конкурсным управляющим и рядом конкурсных кредиторов должника.

Удовлетворяя заявленные требования в части взыскания с Антипкина М.С. в пользу должника убытков в сумме 55 936 520 руб., суд первой инстанции исходил из установленного решением налогового органа о привлечении должника к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения – ненадлежащего исполнения Антипкиным М.С. обязанности по ведению бухгалтерского и налогового учета, повлекшего за собой причинение убытков должнику в виде доначисления налогов, пени и штрафов.

Отказывая в удовлетворении требований о взыскания с Антипкина М.С. убытков в сумме 347 731 921 руб. 26 коп., суд первой инстанции исходил из того, что представленное аудиторское заключение от 15.05.2019 само по себе не может свидетельствовать о причинении Антипкиным С.М. должнику убытков в заявленном размере, отметив, что из содержания заключения в отсутствие каких-либо первичных документов невозможно установить причинно-следственную связь между действиями (бездействием) Антипкина С.М. и наступившими последствиями в виде убытков, а также указав на невозможность установления точного размера убытков.

Суд апелляционной инстанции при новом рассмотрении дела согласился с выводами суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении убытков в сумме 347 731 921 руб. 26 коп., указав на недоказанность причинно-следственной связи между действиями ответчика и наступившими последствиями.

Суд апелляционной инстанции при этом руководствовался следующим.

Единоличный исполнительный орган (директор, генеральный директор и т.д.) хозяйственного общества обязан действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)).

В силу пунктов 1 и 2 статьи 15 ГК РФ, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Лица, требующие возмещения убытков, в силу статьи 15 ГК РФ должны доказать противоправность действий (бездействия) руководителя, наличие и размер понесенных убытков, а также прямую причинно-следственную связь между поведением ответчика и наступившими у юридического лица неблагоприятными последствиями.

Аналогичный подход закреплен и в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно которому по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62) разъяснено, что истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. 

Взыскание убытков с единоличного исполнительного органа зависит от того, действовал ли он при исполнении своих обязанностей разумно и добросовестно, то есть проявлял ли он заботливость и осмотрительность, и принял ли все необходимые меры для надлежащего исполнения своих обязанностей. 

В связи с изложенным, в предмет доказывания по настоящему делу входит установление наличия у ответчика статуса единоличного исполнительного органа; недобросовестность и (или) неразумность действий (бездействия) единоличного исполнительного органа, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. 

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 4 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62, добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора, понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с директора. 

Судом апелляционной инстанции установлено, что Кооператив зарегистрирован в качестве юридического лица 08.05.2009.

В соответствии с протоколом № 1 учредительного собрания инициаторов создания Кооператива от 27.04.2009, председателем правления кооператива избран Антипкин М.С., который занимал данную должность с 08.05.2009 до 06.06.2016; его полномочия были прекращены в связи с избранием 06.06.2016 на должность председателя правления Бикбулатова В.В. 

Председатель правления кооператива Бикбулатов В.В., полагая, что в результате действий Антипкина М.С. Кооперативу были причинены убытки, для определения их причин и размера заключил договор с обществом с ограниченной ответственностью «Агентство бухгалтерских экспертиз, аудита и налогообложения».

По результатам проведенного исследования специалист пришел к выводам о том, что начисленные компенсационные выплаты по договорам предоставления займов пайщикам кооператива в 2013-2014 гг. имеют признаки мнимости или невыгодности сделки, которые привели к заведомой невозвратности долга, убыток составил 252 294 372 руб. 15 коп.; выданные суммы основного долга по договорам займа 2013-2014 гг. подлежат исследованию на предмет передачи денежных средств, убыток составил 49 243 469 руб. 61 коп.; перечисление денежных средств под заключенные договоры с взаимозависимым лицом, без экономического обоснования (исходя из содержания экспертного заключения – оплата услуг общества с ограниченной ответственностью «Консалтинг+» по аренде, видеонаблюдению, аутсорсингу, обслуживанию «КПК-онлайн» и т.п.), повлекли причинение убытков в сумме 36 996 827 руб. 72 коп.; перечисление денежных средств под заключенные договоры с контрагентами (исходя из содержания заключения – оплата рекламных услуг индивидуального предпринимателя Пермяковой С.А., содержания и ремонта арендованного помещения) имеют признаки участников «серых» схем, убыток (ориентировочно) составил 9 197 251 руб. 78 коп.

Применительно к данному эпизоду суды, оценив представленное должником экспертное заключение общества «АБЭАН» от 15.05.2019 по определению причин возникновения убытков у Кооператива по состоянию на 2018 год, исходя из того, что первичные документы по указанным в заявлении обстоятельствам (заключение договоров с заемщиками/пайщиками Кооператива, условия предоставления займов и их возврата, условия и основания списания задолженности, заключение договоров с лицами, предоставившими помещения в аренду, оказывавшими иные услуги, в том числе рекламные, по аутсорсингу, по содержанию и ремонту помещений Кооператива, обслуживанию программного обеспечения и т.д.) за период с 2013 года по 2016 год, позволяющие установить размеры предоставленных займов, размер невозвращенной задолженности, а также срок возврата займа (для определения момента истечения срока исковой давности), равно как и установить условия заключения договоров с иными лицами, основания платежей в их адрес, ни экспертной организации, ни суду представлены не были, из самого заключения следует, что анализ был проведен на основании данных бухгалтерской отчетности за период с 01.01.2016 по 31.12.2018, а также отчета, сформированного в программном продукте «КПК-онлайн» за период с 01.01.2016 по 31.12.2018, что не позволило достоверно и непосредственно исследовать и установить экономическую составляющую деятельности Кооператива в заявленный период и сделать вывод о ее заведомой убыточности вследствие действий именно Антипкина М.С. как председателя правления, при том, что последний, не имея доступа к первичной документации в связи с прекращением полномочий еще в 2016 году, объективно не обладал возможностью представить документально обоснованные возражения; исходя из особенностей принятия решений в Кооперативе (коллегиально правлением Кооператива) и отсутствия доказательств того, что определение тактики и стратегии ведения финансово-хозяйственной деятельности должника, в том числе в части заключения договоров, установления их условий, определения порядка работы с дебиторской задолженность (в том числе возможность ее списания), являлось следствием единоличного управления Антипкина М.С. и самостоятельного принятия им соответствующих решений; отметив, что копии протоколов собрания членов правления Кооператива о списании задолженности за 2016 год были исключены судом из числа доказательств по делу в связи с признанием их сфальсифицированными; приняв во внимание не опровергнутые надлежащими доказательствами пояснения ответчика по обстоятельствам приобретения программного обеспечения «КПК Онлайн», которое использовалось Кооперативом в 2013 году в связи с тем, что в указанный период у 1С не было разработано специальной программы для кредитных потребительских кооперативов (программное обеспечение «1С: управление микрофинансовой организацией и кредитным потребительским кооперативом» зарегистрировано в едином реестре российских программ для электронных вычислительных машин и баз данных только 24.06.2019), признав в связи с этим некорректным сравнение понесенных Кооперативом затрат с действующей стоимостью программы 1С, тем более что, как пояснял ответчик, в израсходованную сумму включена не только стоимость программы, но и ее обслуживания, а истец, в свою очередь, не представил ни сам договор на приобретение программного обеспечения, ни актов оказанных услуг, ни платежных документов, позволяющих опровергнуть доводы ответчика о составе затрат и заключить, что выгодоприобретателем по данной сделке является именно ответчик (при том, что такое основание для взыскания убытков изначально заявлено не было); заключив в связи с этим, что само по себе указанное заключение не может свидетельствовать о причинении кооперативу убытков Антипкиным С.М. в заявленном размере; выводы эксперта в условиях отсутствия первичной документации носят вероятностный, предположительный характер и не позволяют установить причинно-следственную связь между действиями ответчика и наступившими последствиями, пришли к выводу о недоказанности совокупности условий, позволяющих привлечь Антипкина М.С. в гражданско-правовой ответственности по заявленным основаниям в виде взыскания убытков в сумме 347 731 921 руб. 26 коп.

Доводы кассационных жалоб о том, что представленными в материалы дела доказательствами подтверждается недобросовестность и неразумность действий бывшего руководителя Кооператива и наличие оснований для взыскания с ответчика убытков, рассмотрены и мотивированно отклонены судами.

Как верно указал суд апелляционной инстанции, именно на истца возлагается обязанность по представлению суду убедительных доказательств, подтверждающих правоту собственной позиции и опровергающих возражения ответчика; для анализа сделок должника, заключенных на крайне невыгодных для него условиях, требуется анализ именно первичных документов – договоров, актов приема-передачи имущества, выполненных работ, оказанных услуг, документов о расторжении договоров, которые в материалы дела не представлены; представленное экспертное заключение, составленное лишь на основании бухгалтерской отчетности, за иной отчетный период, без непосредственного исследования первичной документации, не было признано судом апелляционной инстанции достаточным для вывода о доказанности совершения ответчиком действий, причинивших Кооперативу убытки, равно как о наличии самих убытков; доказательства, подтверждающие недобросовестность ответчика, свидетельствующие о том, что ответчик действовал исключительно с намерением причинить вред Кооперативу, в обход закона с противоправной целью, также отсутствуют.

Ответчик же, представив доводы и доказательства относительно оснований, мотивов и целесообразности своих действий, будучи руководителем Кооператива, подтвердил, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычаям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности Кооператива по выдаче займов предпринимательских рисков, он действовал добросовестно и разумно (статьи 9, 65 АПК РФ).

Оснований для иных выводов у суда округа не имеется.

Второй эпизод связан со взысканием с Антипкина М.С. убытков в виде доначисленных налогов, сборов пени и привлечения кооператива к налоговой ответственности, в результате неправомерных действий ответчика, не обеспечившего надлежащий контроль за ведением бухгалтерской и налоговой отчетности.

Суд первой инстанции, соглашаясь с доводами заявителя в указанной части и взыскивая с ответчика убытки в сумме 55 936 520 руб., пришел к выводу о наличии причинно-следственной связи между неправомерными действиями Антипкина М.С. и наступлением для должника негативных последствий, причинных убытков, приняв во внимание наличие решения налогового органа о привлечении Кооператива к ответственности за совершение налогового правонарушения (решение от 06.07.2018 № 14-07/3), а также указав на преюдициальное значение судебных актов по делу № А60-62688/2018 об оспаривании решения налогового органа, установивших обстоятельства неправомерного занижения кооперативом, применяющим упрощенную систему налогообложения, доходов, обоснованности привлечения налоговым органом должника к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Суд апелляционной инстанции, отменяя в указанной части судебный акт суда первой инстанции и отказывая в удовлетворении требования, исходил из следующего.

Кооператив применял упрощенную систему налогообложения (далее – УСН) на основании уведомления от 12.05.2009; объектом налогообложения, по уведомлению, кооперативом заявлен «доходы». Сроки предоставления уведомления о возможности применения упрощенной системы налогообложения не нарушены.

Положением об учетной политике для целей налогового учета, утвержденным приказом от 31.12.2012 № 01-04/353 (далее – Положение), установлено, что информация о доходах и расходах кооператива для целей налогового учета формируется на основании данных соответствующих операций бухгалтерского учета, отраженных на счете 91 «Прочие доходы и расходы», а также на счетах учета затрат с использованием бухгалтерских регистров программных продуктов «1С: Предприятие» (пункт 1.9 Положения).

В кооперативе ведется раздельный учет на соответствующих аналитических счетах бухгалтерского учета: доходов и расходов, подлежащих налогообложению; поступление и расходование целевых средств, не подлежащих налогообложению (пункт 1.10 Положения).

Доходами кооператива для целей исчисления единого налога по упрощенной системе налогообложения признаются: 

– доходы от организуемой кооперативом финансовой взаимопомощи пайщиков – основной деятельности кооператива, ради осуществления которой он создан в соответствии с законом и уставом (которые являются внереализационными доходами); 

– оплаченные компенсационные взносы (проценты), взимаемые за пользование займа по договорам займа; 

– оплаченные суммы штрафов, пеней, государственной пошлины и (или) иных санкций; 

– прочие внереализационные доходы.

Таким образом, доходы Кооператива делятся на два вида:

- доходы от коммерческой деятельности (в том числе поступления в виде процентов (компенсации) по выданным займам и неустойки);

- целевые поступления (поступления от некоммерческой деятельности: паевые, вступительные и членские взносы). 

С учетом особенностей приема платежей кооперативом от пайщиков в счет погашений задолженности по займам (один приходный ордер на все виды погашений по типу банковской системы) учет доходов для целей налогообложения в части оплаченной компенсации и пени по договорам займов осуществляется в аналитическом регистре (пункт 2.5.5 Положения).

Согласно пункту 12.7 Положения аналитический учет предоставленных займов должен вестись по каждому члену кооператива в разрезе договоров займа и дате выдачи займа в программном обеспечении «КПК-онлайн».

Из материалов дела следует, что налоговым органом в период с 30.09.2016 по 26.09.2017 проведена выездная налоговая проверка Кооператива по вопросам правильности исчисления и уплаты налогов за период с 01.01.2013 по 31.12.2015. 

По результатам проверки составлен акт от 24.11.2017 № 14-07/8 и вынесено решение от 06.07.2018 № 14-07/3 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, согласно которому налогоплательщику доначислен налог на прибыль организаций за 4 квартал 2013, 2014, 2015 г.г. в сумме 31 302 798 руб., соответствующие пени и штрафы по пункту 1 статьи 122 НК РФ и пункту 1 статьи 119 НК РФ.

Судом апелляционной инстанции установлено, что в рамках налоговой проверки Кооперативом были представлены: книги учета доходов и расходов за проверяемый период, кассовые книги (отчеты кассира), в которых в хронологическом порядке прошиты и пронумерованы: приходные и расходные кассовые ордера (унифицированных форм КО-1, КО-2), а также сводные справки о кассовых оборотах и отчеты кассира, формировавшиеся ежедневно, на основании приходных/расходных кассовых ордеров; при этом регистры аналитического учета за 2013, 2014 годы, оборотно-сальдовые ведомости, карточки бухгалтерских (балансовых) счетов, аналитический учет в разрезе договоров займа, предусмотренные учетной политикой, положением об учетной политике в соответствии с планом счетов, разработанных Кооперативом, представлены не были.

Из представленных Кооперативом документов налоговый орган не смог сделать вывод о том, к какому виду доходов от деятельности кооператива (целевые или коммерческие) относятся спорные доходы. При отсутствии раздельного учета у организации, получавшей целевое финансирование, указанные средства рассматривались как подлежащие включению в доходы от коммерческой деятельности и подлежащие налогообложению.

В ходе проверки на основании анализа полученных от налогоплательщика документов, путем сопоставления как представленных самим налогоплательщиком, так и полученных налоговым органом документов, налоговый орган пришел к выводу, что частично кооперативом доходы были отражены, налоговая база была сформирована, однако доходы отражались не полностью, фактически часть дохода не отражалась в целях налогообложения, что и позволяло соблюдать предельный уровень дохода, установленный пунктом 4 статьи 346.13 НК РФ, и такое неотражение носило не случайный (как утверждает налогоплательщик), а системный характер; налоговый орган усмотрел, что доходы кооператива за 2013 год составили 60 074 777 руб., в отличие от заявленных налогоплательщиком в декларации за 2013 год доходов в сумме 49 261 133 руб., в связи с чем пришел к выводу, что Кооператив утратил право на применение УСН с 4 квартала 2013 года, поскольку по итогам 2013 года его доходы кооператива превысили предельный размер полученных доходов – 60 млн. руб.

Между тем указанные обстоятельства сами по себе не были признаны судом апелляционной инстанции достаточными для вменения руководителю должника ответственности в виде убытков.

Суд апелляционной инстанции исходил из того, что особенностью налогового администрирования при доказывании получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды является сбор налоговым органом совокупности доказательств, свидетельствующих о направленности действий налогоплательщика на минимизацию его налоговых обязательств.

Названная цель достигается, в том числе, путем создания формального документооборота с участием организаций, имеющих номинальный характер деятельности, созданных и функционирующих исключительно для использования их в качестве формального заключения договоров, формального поставщика товаров (работ, услуг) для налогоплательщика. В реальности указанные товары (работы, услуги) не поставляются (не оказываются) налогоплательщику, в то время как в бухгалтерском и налоговом учете как налогоплательщика, так и его контрагента подобные операции отражаются с целью придания им видимости экономического смысла. В результате налогоплательщик получает возможность воспользоваться по таким операциям правом на получение налогового вычета по НДС и уменьшить доходы, получаемые от реализации товаров (работ, услуг), на соответствующие расходы.

Данные ситуации следует отличать от ситуаций, когда товар (работа, услуга), тем не менее, поставляется (оказывается) налогоплательщику и принимается к учету, однако по иной цене. Номинальные контрагенты используются в данном случае для искажения видимости реального поставщика товара и призваны завысить его стоимость либо по ряду причин скрыть его.

Применительно к обстоятельствам настоящего дела суд апелляционной инстанции, проанализировав решение о привлечении Кооператива к ответственности за совершение налогового правонарушения, существо вменяемых нарушений, обусловленных непредставлением налоговому органу при проведении проверки регистров аналитического учета, что не позволило разграничить виды доходов (коммерческие или целевые), вследствие чего все доходы были квалифицированы как доходы от коммерческой деятельности, подлежащие налогообложению, неправильным отражением на счетах бухгалтерского учета хозяйственных операций (неверное указание счетов, в том числе в отношении членских взносов как целевых поступлений, отражение на одном корреспондентском счете как выдачу, так и возврат заемных денежных средств без их разбивки на основной долг и компенсацию, неотражение части приходных кассовых ордеров в отчетах кассира), наличием сомнений относительно статуса пайщиков и оснований для квалификации членских взносов как безвозмездных целевых поступлений; исходя из того, что выявленные ошибки при ведении бухгалтерского учета не свидетельствуют о создании и поддержании Антипкиным М.С. такой системы хозяйственной деятельности и отчетности должника, которая была нацелена на намеренное искажения документации должника в целях занижения налогооблагаемой базы, умышленное искажение реальных налоговых обязательств, на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, достаточных оснований для привлечения Антипина М.С. к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания сумм доначисленных налогов, пеней и штрафов – не установил. 

Само по себе наличие решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, вынесенное в отношении должника, правомерность которого подтверждена вступившими в законную силу судебными актами, при том, что установлено незначительное превышение полученных доходов (на 74 тыс. руб.) над лимитом доходов для применения упрощенной системы налогообложения (60 млн. руб.) не признано судом апелляционной инстанции безусловным доказательством наличия вины руководителя в причинении убытков в сумме, установленной решением налогового органа.

Таким образом, отказывая в удовлетворении заявления в данной части, суд апелляционной инстанции исходил из совокупности установленных по делу обстоятельств и недоказанности материалами дела наличия в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных оснований для привлечения Антипкина М.С. к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков, а также из отсутствия надлежащих и достаточных доказательств, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 АПК РФ).

Суд округа не усматривает оснований для отмены судебного акта в указанной части в силу следующего.

В отношении вопроса о составе ответственности Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что обязанность возместить причиненный вред – это мера гражданско-правовой ответственности, которая применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между этим поведением и наступлением вреда, а также его вину. Строгое соблюдение условий привлечения к ответственности необходимо и в сфере банкротства юридических лиц. Пренебрежение ими влечет нарушение конституционных прав граждан, и прежде всего права собственности, относящегося, как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, к основным правам человека и подлежащего защите со стороны государства наряду с другими правами и свободами человека и гражданина, которые обеспечиваются правосудием, определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, а также местного самоуправления. Таким образом, установление состава гражданского правонарушения требуется при привлечении к гражданско-правовой ответственности, даже если бездействие, повлекшее возникновение убытков, вызвано нарушением специальных норм Закона о банкротстве

Верховный Суд Российской Федерации ориентирует суды на выявление и пресечение использования в гражданском обороте таких моделей ведения бизнеса, в которых экономический эффект деятельности (получение дохода, освобождение от дальнейшего исполнения ввиду невозможности исполнения обязательств) происходит за счет нарушения прав кредиторов. 

При разрешении споров о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности при наличии решения о привлечении должника к налоговой ответственности необходимо учитывать, что сами по себе неуплата налогов ввиду незаконного занижения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получение права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета не влекут за собой уменьшение имущественной массы должника и не может рассматриваться в качестве действий (бездействия), имеющих своей целью причинение вреда кредиторам. 

В то же время обстоятельства, установленные при проведении налоговой проверки, а также при принятии судебных актов по результатам обжалования решения налогового органа, могут свидетельствовать о принятии контролирующим лицом ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе о согласовании, заключении или одобрении сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т. п.), даче указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначении на руководящие должности лиц, результат деятельности которых очевидно не будет соответствовать интересам возглавляемой организации, создании и поддержании такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т. д. 

Судебная практика должна противодействовать налоговым злоупотреблениям имея в виду, что недопустимо извлечение имущественных выгод организациями, использующими формальный документооборот, не отражающий реальную экономическую деятельность. Помимо причинения вреда независимым кредиторам, использование недобросовестных практик ведения бизнеса негативным образом отражается не только на контрагентах должника, но и на гражданском обороте в целом, поскольку создает необоснованные преимущества, которые не имел бы ни один участник соответствующего рынка, находящийся в схожих условиях. 

Исходя из необходимости реализации вышеназванных публичных целей противодействия налоговым злоупотреблениям и поддержания в правоприменительной практике финансовых стимулов правомерного поведения участников оборота, последствия участия ответчиков в формальном документообороте должны определяться с учетом их ролей в причинении ущерба кредиторам. 

Для вменения руководителю должника ответственности в виде возмещения убытков недостаточно выводов уполномоченного органа, сделанных по результатам выездной налоговой проверки. 

Создание формального документооборота с участием номинальных лиц, привлеченных или функционирующих исключительно для использования их в качестве формальных контрагентов для налогоплательщика в целях минимизации его налоговых обязательств, предполагает отсутствие реальных обязательств с участием налогоплательщика, в то время как в бухгалтерском и налоговом учете как налогоплательщика, так и его контрагента подобные операции отражаются с целью придания им видимости экономического смысла. 

Если модель ведения бизнеса с использованием формального документооборота создана непосредственно контролирующим должника лицом или, по крайней мере, при известности ему об обстоятельствах, характеризующих выстроенную схему как построенную на использовании фиктивных сделок, что фактически означает совершение им действий с умыслом или грубой неосторожностью, на ответчика может быть возложено устранение имущественных потерь кредиторов.

Указанные ситуации следует отличать от тех, когда допущенное нарушение сводится к документальной неподтвержденности совершенной должником операции, нарушению правил учета, что, как правило, имеет место, если налогоплательщик не участвовал в уклонении от налогообложения, организованном иными лицами, но не проявил должную осмотрительность при выборе контрагента и взаимодействии с ним, то основание для возложения обязанности по уплате налога на контролировавшего должника лица в таком случае, как правило, отсутствует. 

Из этого же исходил Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, указывая в пункте 8 постановления от 30.07.2013 № 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации», что положениями подпункта 7 пункта 1 статьи 31 Налогового кодекса Российской Федерации необходимо руководствоваться как в случае отсутствия у налогоплательщика соответствующих документов, так и при признании их ненадлежащими. 

Поскольку в рассматриваемом случае суд апелляционной инстанции, проанализировав существо выявленных налоговым органом нарушений при проведении проверки, исходя из того, что допущенное налогоплательщиком нарушение сводится нарушению правил учета целевых и коммерческих взносов, неверному отражению в бухгалтерской документации совершенных им приходных и расходных операций, что само по себе не свидетельствует об участии Кооператива в уклонении от налогообложения, а также о создании Антипкиным М.С. умышленной схемы по уменьшению реальных налоговых обязательств, направленной на извлечение выгоды во вред кредиторам должника, не установив, что основной целью выявленных нарушений является неуплата или неполная уплата налогов, то его выводы о недоказанности совокупности условий, позволяющих привлечь бывшего руководителя к ответственности в виде взыскания убытков – следует признать обоснованными, соответствующими установленным фактическим обстоятельствам, сделанными при правильном применении норм материального права, регулирующих спорные отношения.

Иные доводы заявителей, изложенные в кассационных жалобах, судом округа отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом апелляционной инстанции норм права и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявители фактически ссылаются не на незаконность обжалуемого судебного акта, а выражают несогласие с произведенной судом оценкой доказательств и сделанными на основании данной оценки выводами и просит еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства. Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом апелляционной инстанций установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 АПК РФ).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом округа не установлено.

Оснований для прекращения производства по кассационной жалобе Бикбулатова В.В. суд округа не установил, исходя из установленного судом апелляционной инстанции его статуса как лица, участвующего в данном обособленном споре в качестве заявителя, а также с учетом правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2021 № 307-ЭС21-9176.

С учетом изложенного обжалуемый судебный акт подлежит оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.06.2021 по делу № А60-7198/2019 Арбитражного суда Свердловской области оставить без изменения, кассационные жалобы конкурсного управляющего кредитным потребительским кооперативом «Первый» Пермякова Сергея Юрьевича и Бикбулатова Валерия Вячеславовича – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                       Ю.В. Кудинова

 

Судьи                                                                                    Ф.И. Тихоновский

 

О.Н. Пирская