СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-672/2018(10)-АК

Дело № А50-46414/2017

24 января 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 18 января 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 24 января 2023 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Темерешевой С.В.,

судей  Мартемьянова В.И., Плаховой Т.Ю.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:

кредитор ФИО2, паспорт;

должник ФИО3, паспорт;

третье лицо ФИО4, паспорт;

от иных лиц: не явились;

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу

кредитора ФИО2

на определение Арбитражного суда Пермского края 

от 11 ноября 2022 года,

о завершении процедуры реализации имущества в отношении ФИО3 

вынесенное в рамках дела № А50-46414/2017 

о признании несостоятельным (банкротом) ФИО3  (ОГРНИП 3105590736200011, ИНН 

<

***>)

заинтересованное лицо: ФИО4,

установил:

Определением Арбитражного суда Пермского края от 08.05.2018 заявление ФИО2 признано обоснованным, в отношении ФИО3 введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден ФИО5.

Объявление об открытии процедуры реструктуризации долгов опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 85 от 19.05.2018. 

Определением суда от 19.10.2018 утвержден план реструктуризации долгов гражданина ФИО3

Решением суда от 04.12.2020 ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО5

Финансовым управляющим утвержден арбитражный управляющий ФИО5 (ИНН 

<

***>, номер в сводном реестре арбитражных управляющих – 596; адрес для направления корреспонденции: 614077, 

<

...>), член Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Центрального федерального округа».

Сведения о введении процедуры реализации имущества в отношении должника опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 229 (6950) от 12.12.2020.

Рассмотрение отчета финансового управляющего по результатам процедуры реализации имущества должника назначено на 07.11.2022.

Определением от 11.11.2022 завершена процедура реализации имущества в отношении ФИО3. ФИО3 освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований, не заявленных в процедуре реализации имущества должника, за исключением обязательств, указанных в п.п. 5, 6 ст. 213.28 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 №127-ФЗ (далее – Закон о банкротстве).

Не согласившись с вынесенным судебным актом, с апелляционной жалобой обратился кредитор ФИО2, просит определение отменить в части и принять новый судебный акт, не применяя в отношении должника ФИО3 правило об освобождении гражданина от дальнейшего исполнения обязательств в части обязательств перед кредитором ФИО2

В обоснование доводов жалобы апеллянт указывает, что задолженность должника перед ФИО2 была установлена судебными актами в период ведения должником предпринимательской деятельности и при наличии у него соответствующего статуса.

Апеллянт считает, что должник злостно уклонялся от исполнения обязательств, поскольку после выхода должника на просрочку по обязательствам перед кредитором, взыскания с него задолженности в судебном порядке и в ходе исполнительного производства должник скрывал от обращения взыскания свои доходы, достаточные для проведения полных расчетов с кредитором, в том числе учитывая оставления за ним денежных средств для удовлетворения минимальных потребностей с его стороны, то есть злоупотреблял правом в целях намеренного уклонения от погашения кредиторской задолженности. При этом, кроме дохода от предпринимательской деятельности должник также получал доход в виде пенсии как бывший военнослужащий. Апеллянт приводит положения ст. 177 Уголовного кодекса Российской Федерации, с учетом которых предусмотрена ответственность за злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности. Кроме того, апеллянт указывает, что должник предоставил заведомо ложные сведения кредитору при заключении договоров поручительства.

В суде апелляционной инстанции, ФИО2 доводы апелляционной жалобы поддерживает в полном объеме, определение суда первой инстанции считает незаконным и необоснованным, просит его отменить, принять по делу новый судебный акт, апелляционную жалобу удовлетворить. 

ФИО3, ФИО4 против доводов апелляционной жалобы возражают, по основаниям указанным в письменных отзывах, определение суда первой инстанции считает законным и обоснованным, просят оставить его без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.  

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание своих представителей не направили, что в порядке ст. 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

С учетом положений статьи 266, части 5 статьи 268 АПК РФ и пункта 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 №12, а также отсутствия соответствующих возражений лиц, участвующих в деле, судом апелляционной инстанции законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверены в обжалуемой части.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, проанализировав нормы материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого определения в силу следующего.

В соответствии с п. 2 ст. 213.24 Закона о банкротстве в случае принятия арбитражным судом решения о признании гражданина банкротом арбитражный суд принимает решение о введении реализации имущества гражданина. Реализация имущества гражданина вводится на срок не более чем шесть месяцев. Указанный срок может продлеваться арбитражным судом в отношении соответственно гражданина, не являющегося индивидуальным предпринимателем, индивидуального предпринимателя по ходатайству лиц, участвующих в деле о банкротстве.

Пунктом 1 ст. 213.28 Закона о банкротстве предусмотрено, что после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина (п. 2 ст. 213.28 Закона).

По смыслу приведенной нормы, основанием для завершения процедуры реализации имущества является проведение финансовым управляющим всех необходимых мероприятий, направленных на выявление имущества должника, взыскания в его пользу задолженности третьих лиц, реализацию выявленного имущества и расчеты с кредиторами. Отсутствие у должника имущества, подлежащего реализации, не препятствует введению в отношении него процедур, применяемых в деле о банкротстве и последующему завершению процедуры реализации имущества.

По истечении срока процедуры реализации имущества финансовым управляющим во исполнение требований п. 1 ст. 213.28 Закона о банкротстве представлен отчет о результатах проведения реализации имущества гражданина.

По результатам финансового анализа финансовым управляющим сделан вывод о том, что должник не в состоянии исполнять свои обязательства.

Как следует из материалов дела, должник в настоящее время не трудоустроен, является получателем пенсии.

В реестр требований кредиторов должника включены требования кредиторов (заявитель по делу ФИО2 и бывшая супруга должника ФИО3) третьей очереди в общей сумме 2 202 170 руб., кредиторы первой и второй очереди отсутствуют.

В рамках процедуры был реализован автомобиль, дебиторская задолженность к ФИО4 исключена из конкурсной массы (определение арбитражного суда Пермского края от 25.10.2022), конкурсная масса сформирована за счет реализации имущества и пенсии; сделки, подлежащие оспариванию, не выявлены.

Требования кредиторов погашены частично на сумму 369 840 руб.

Расходы на процедуру банкротства (без учета вознаграждения финансового управляющего) составили 70 160 руб. 63 коп. (погашены).

При названных обстоятельствах, финансовый управляющий полагает, что возможность формирования конкурсной массы им исчерпана, имущества для пополнения конкурсной массы должника не имеется, поскольку должник в ходе проведения процедуры вел себя добросовестно, представил все необходимые документы для проведения процедуры, раскрыл обстоятельства сделок, представил все имущество, возможное для реализации и удовлетворения требований кредиторов, имеется возможность применить процедуру списания долгов должника.

Возражения от кредиторов относительно завершения процедуры банкротства к судебному заседанию не поступили.

Поскольку мероприятия процедуры реализации имущества должника исчерпаны, имущества, подлежащего реализации, не имеется, принятых и не рассмотренных судом требований кредиторов не имеется, основания для продления процедуры не усматриваются, суд первой инстанции согласился с доводами финансового управляющего и пришел к выводу о необходимости завершения процедуры реализации имущества должника.

Выводы суда в данной части сторонами не оспариваются, оснований не согласиться с ними у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Кредитором ФИО2 как в суде первой инстанции, так и в апелляционной инсатнции заявлены возражения против применения в отношении должника правил освобождения от обязательств, в связи с предоставлением недостоверных сведений при подписании договора поручительства в ПАО Сбербанк и дальнейшего сокрытия доходов.

Оценив заявленные доводы в порядке статей 9, 65, 67, 68, 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришел к следующим выводам: ФИО2 является правопреемником ПАО Сбербанк на основании договора уступки прав требования.

Судом было установлено, что кредитные договора с ПАО Сбербанк заключались с третьим лицом ФИО4, в то время как ФИО3 являлся поручителем по указанным обязательствам и задолженность перед ПАО Сбербанк образовалась по причине отсутствия оплаты по кредитным договорам заемщика ФИО4

Из представленных ПАО Сбербанк документов следует, что отсутствуют письменные заявки на оформления кредита ФИО3 с указанием размера доходов, размер доходов указан лишь в электронной форме ПАО Сбербанк. Скриншоты из программы ПАО Сбербанк для внутреннего пользования не могут являться доказательствами предоставления недостоверных сведений о своих доходов поручителем ФИО3

Кроме того, задолженность была частично погашена ФИО3, в связи с чем, у должника имеется дебиторская задолженность в ФИО4 Однако ввиду нецелесообразности реализации данной дебиторской задолженности и отказа кредиторов ФИО2 и ФИО3 от получения её в качестве отступного, определением Арбитражного суда Пермского края от 25.10.2022 указанная дебиторская задолженность исключена из конкурсной массы. Соответственно, имущество и доходы должником не скрывались, в рамках процедуры банкротства было реализовано всё имущество, денежные средства распределены между кредиторами.

Сам факт неисполнения должником принятых на себя обязательств перед кредиторами в силу объективных обстоятельств, равно как и отсутствия у него для этого достаточного имущества, не может служить основанием для отказа в освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств, в связи с чем, судом первой инстанции не усмотрено в поведении должника цели неправомерного освобождения от долгов, в связи с чем, суд посчитал возможным применить к нему реабилитационные процедуры и предоставить возможность восстановления платежеспособности путем освобождения от обязательств.

Довод кредитора о злостном уклонении должника от погашения задолженности подлежит отклонению в силу следующих обстоятельств.

Основной задачей института потребительского банкротства является социальная реабилитации гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, что в определенной степени ущемляет права кредиторов должника. Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом.

По смыслу положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения от долгов. В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.

В рассматриваемом случае анализ финансового состояния должника признаков преднамеренного и фиктивного банкротства не выявил. Сокрытие или уничтожение принадлежащего должнику имущества, равно как сообщение им недостоверных сведений финансовому управляющему, также не установлено.

Исходя из установленного законодателем условия применения механизма освобождения гражданина, признанного банкротом от обязательств, освобождение должника от исполнения обязательств не является правовой целью банкротства гражданина - данный способ прекращения исполнения обязательств должен применяться в исключительных случаях. Иное толкование противоречит основным началам гражданского законодательства, закрепленным в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Из приведенных разъяснений указанного постановления также следует, что если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично.

С учетом императивного положения закона о недопустимости злоупотребления правом возможность квалификации судом действий лица как злоупотребление правом не зависит от того, ссылалась ли другая сторона спора на злоупотребление правом противной стороной.

Суд вправе по своей инициативе отказать в защите права злоупотребляющему лицу, что прямо следует и из содержания пункта 2 статьи 10 ГК РФ.

Статья 2 Закона о банкротстве предусматривает основные понятия, используемые в настоящем Федеральном законе, в том числе понятие вреда, причиненного имущественным правам кредиторов, а именно: вред, причиненный имущественным правам кредиторов, - уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Банкротство граждан, по смыслу Закона о банкротстве, является механизмом нахождения компромисса между должником, обязанным и стремящимся исполнять свои обязательства, но испытывающим в этом объективные затруднения, и его кредиторами, а не способом для избавления от накопленных долгов.

Таким образом, процедура банкротства гражданина, как и в целом институт несостоятельности, не ставит цель быстрого списания долгов в отсутствие достаточных для этого оснований, поскольку это приведет к неизбежному нарушению прав кредиторов должника.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, задолженность перед кредитором ФИО2 образовалась на основании кредитного договора с ПАО Сбербанк, заключенного с третьим лицом ФИО4, поручителем по которому являлся ФИО3

В обоснование заявленных требований кредитор ссылался на наличие задолженности по кредитному договору, подтвержденной решением Ленинского районного суда г. Перми от 19.01.2015 по делу №2-370/2015.

Кредитор также ссылается на вынесенное судебным приставом-исполнителем в отношении ФИО3 предупреждения о возможности привлечения к уголовной ответственности в случае злостного уклонения от погашения кредиторской задолженности,

При этом, злостное уклонение может быть выражено в виде: представление судебному приставу-исполнителю недостоверных сведений о своих источниках дохода и имущественном положении, сокрытие доходов и имущества, перемена места жительства, работы, анкетных данных, выезд за рубеж с утаиванием места своего пребывания, совершение сделок по отчуждению имущества, передача его третьим лицам, неявка по вызовам судебного пристава-исполнителя, непринятие мер по исправлению неблагоприятной финансовой ситуации и др.

Неудовлетворение требований кредиторов в добровольном порядке еще не означает умысла должника на причинение вреда и не может квалифицироваться как злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности по смыслу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Как указано выше, в основу решения суда по вопросу об освобождении (неосвобождении) гражданина от обязательств по итогам процедуры реализации имущества гражданина должен быть положен критерий добросовестности поведения должника по удовлетворению требований кредиторов.

В рамках настоящего дела, ФИО3 осуществлял сотрудничество с финансовым управляющим, сведения о составе имеющегося имущества и получаемых доходов финансовому управляющему представлял, доказательств обратного суду не представлено. Судебный акт, которым ФИО3 привлечен к уголовной или административной ответственности, в материалах дела отсутствует (статьи 9, 65 АПК РФ).

Доказательств, свидетельствующих о сокрытии или уничтожении имущества, сокрытии дохода, злоупотреблении должником своими правами, недобросовестного поведения в ущерб кредитора в материалы дела не представлено. Не представлено и доказательств, свидетельствующих о противоправном поведении должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредитором.

Каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о принятии должником мер, отрицательно повлиявших на ход процедуры банкротства, формирование конкурсной массы и удовлетворение требований кредиторов, из материалов дела не усматривается.

В связи с чем, основания полагать, что у суда первой инстанции имелись основания для применения к должнику положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

С учетом изложенного, принимая во внимание, что ФИО3 по кредитным обязательствам, заключенным с ПАО Сбербанк, правопреемником которого является ФИО2, основным заемщиком не являлся, т.к. выступил только поручителем по обязательствам иного лица, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что доводы апеллянта не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения апелляционной жалобы.

Таким образом, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену оспариваемого определения.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционная жалоба не содержит, доводы жалобы выражают несогласие с судебным актом и в целом направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

При отмеченных обстоятельствах определение суда первой инстанции в обжалуемой части отмене не подлежит, апелляционную жалобу, с учетом приведенных в ней доводов, следует оставить без удовлетворения.

При подаче апелляционных жалоб на определения, не перечисленные в пп. 12 п. 1 ст. 333.21 НК РФ, государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пермского края от 11 ноября 2022 года по делу №А50-46414/2017 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

Председательствующий

С.В. Темерешева 

 

Судьи

 

В.И. Мартемьянов 

 

Т.Ю. Плахова