ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело №А40-307435/19-96-2464

29 июля 2020 года

г. Москва

Резолютивная часть решения объявлена 24 июля 2020 года    

Полный текст решения изготовлен 29 июля 2020 года 

Арбитражный суд города Москвы в составе судьи Гутник П.С., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ПАО «ФСК ЕЭС» к ответчику ООО «Элвест» о взыскании 7 656 252 руб., госпошлины.

При участии в судебном заседании: 

от истца: не явился, извещен;

от ответчика: ФИО2 по доверенности от 24.12.2019 г.;

УСТАНОВИЛ:

ПАО «ФСК ЕЭС», с учетом принятых судом уточнений в порядке ст. 49 АПК РФ, обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к ответчику ООО «Элвест» о взыскании неустойки за просрочку выполнения работ в размере 684 168 руб., неустойки за просрочку поставки оборудования в размере 1 491 120 руб., госпошлины.

Истец в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, в порядке ст. 123 АПК РФ, в связи с чем, суд считает возможным провести судебное заседание в отсутствие ответчика в порядке ст. 156 АПК РФ.

Ответчик в судебном заседании против удовлетворения исковых требований возражал по доводам, изложенным в отзыве.

Выслушав представителя ответчика, изучив материалы дела, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности на основании ст. 71 АПК РФ, арбитражный суд установил, что требования истца удовлетворению не подлежат по следующим основаниям.

В обоснование исковых требований истец ссылается на то, что между Публичным акционерным обществом «Федеральная сетевая компания Единой энергетической системы» (Заказчик) и Обществом с ограниченной ответственностью «Элвест» (Подрядчик) заключен договор от 17.09.2018 г. № 164-2018 на разработку рабочей документации, выполнение строительно-монтажных работ, пуско-наладочных работ с поставкой оборудования по титулу «Техническое перевооружение ПС 220 кВ Мантурово. Замена АТ-1».

С учетом принятых судом уточнений истец указывает на то, что ненадлежащее исполнение ответчиком договорных обязательств явилось основанием для обращения истца в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением о взыскании с ответчика 684 168 руб. пени за просрочку выполнения работ по этапу «Разработка рабочей документации» и 1 491 120 руб. пени за просрочку поставки оборудования, расходы по уплате госпошлины.

Истец указывает на то, что срок исполнения договорных обязательств по разработке рабочей документации установлен 31.01.2019 г. на основании пункта 3.2. Договора в Графике (Приложение № 2) в редакции Приложения № 4 к дополнительному соглашению № 2. В связи с выполнением соответствующих работ 28.05.2019 г. (с нарушением срока) ответчику начислены пени на сумму 684 168 руб. на основании пункта 21.2.3 договора. В письме № М1/П5/2/158 от 24.01.2019 г. истец согласовал не все проектные работы, а лишь те, результаты которых приложены к письму ответчика № П-116/19. Поэтому письмо № М1/П5/2/158 от 24.01.2019 г. не может считаться доказательством сдачи результатов работ по разработке рабочей документации в срок, установленный договором. Рабочая документация, в части модернизации всей блокировки стороны 110 кВ, не была выполнена ответчиком, что подтверждается письмами истца № М1/П5/2/230 от 31.01.2019 г. и № М1/П5/2/856 от 11.04.2019 г., а также письмом ответчика №П-25/19 от 24.01.2019 г. Также ответчик не согласовал результаты работ с филиалом АО «СО ЕЭС» Костромское РДУ, что предусмотрено пунктами 6.8.4 и 6.8.7 Договора.

Истец указывает на то, что срок исполнения договорных обязательств по поставке оборудования установлен 18.11.2018 г. в Графике (Приложение № 2) В связи с неисполнением договорных обязательств в установленный срок и с учетом момента заключения договора на 10 дней позже установленной даты начала исполнения обязательств (07.09.2018 г.) ответчику начислены пени на сумму 1 491 120 руб. за период с 19.11.2018 г. по 12.02.2019 г. (дата заключения дополнительного соглашения №2) на основании пункта 21.2.3 договора.

Истец указывает на то, что дополнительное соглашение № 3 не подлежит применению к указанным периодам взаимоотношений сторон, поскольку вступает в силу с момента его подписания и не изменяет условия договора о применении неустойки при просрочке исполнения обязательств.

Ответчик требования не признал, ссылаясь на то, что результаты всех работ по разработке рабочей документации были согласованы истцом 16.01.2019 г. (т.е. до истечения установленного срока), а срок поставки оборудования (31.08.2020 г.), установленный дополнительным соглашением № 3, не истек в период рассмотрения спора судом. Исходя из практики взаимоотношений сторон, дополнительное соглашение № 3 распространило свое действие на отношения сторон, начиная с даты заключения договора.

Суд считает доводы отзыва ответчика обоснованными, ввиду следующего.

Согласно п. 1 ст. 330 ГК РФ, неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Сроки исполнения договорных обязательств установлены на основании пункта 3.2. договора в графике (Приложение № 2), актуальной редакцией которого является Приложение № 1 к дополнительному соглашению № 3, где в качестве срока выполнения работ по разработке рабочей документации стороны согласовали 28.05.2019 г. (строка 10 графика), что соответствует указанной истцом дате подписания акта сдачи-приемки выполненных работ и исключает правомерность начисления неустойки.

Истцом при квалификации периода с 01.02.2019 г. по 28.05.2019 г. в качестве просрочки выполнения работ по разработке рабочей документации не учтено следующее:

В соответствии с пунктом 3 статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае изменения или расторжения договора обязательства считаются измененными или прекращенными с момента заключения соглашения сторон об изменении или о расторжении договора, если иное не вытекает из соглашения или характера изменения договора, а при изменении или расторжении договора в судебном порядке - с момента вступления в законную силу решения суда об изменении или о расторжении договора.

Согласно пункту 2 дополнительного соглашения № 3 Приложение № 2 к договору «График выполнения работ, поставок и объемов финансирования» согласовано в редакции Приложения № 1 «График выполнения работ, поставок и объемов финансирования» к дополнительному соглашению № 3. При этом в Приложении № 1 к дополнительному соглашению № 3 стороны согласовали, что исполнение договорных  обязательств осуществляется, в том числе, в сроки, которые истекли на момент подписания Приложения – начиная, с даты подписания договора (17.09.2018 г.), а по строке 4 до момента подписания договора - с 10.09.2018 г.

Таким образом, из дополнительного соглашения № 3 следует намерение сторон применить его условия к отношениям, возникшим до подписания дополнительного соглашения № 3, в том числе по разработке рабочей документации, начиная, с даты подписания договора – 17.09.2018 г. (строка 10 Приложения № 1 к дополнительному соглашению № 3).

Согласно пункту 2 статьи 425 Гражданского кодекса Российской Федерации стороны вправе установить, что условия заключенного ими договора применяются к их отношениям, возникшим до заключения договора, если иное не установлено законом или не вытекает из существа соответствующих отношений. В тексте Приложения № 1 к дополнительному соглашению №3 стороны предусмотрели, что оно распространяет свое действие на ранее возникшие отношения - с 10.09.2018 г.   

Поэтому стороны правомерно распространили условия дополнительного соглашения № 3 на отношения с даты заключения Договора, что исключает нарушение сроков исполнения работ со стороны ответчика. 

Согласно части первой статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений.

Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Поведение истца и ответчика изначально было направлено на урегулирование в последующем их предыдущих отношений.

В первоначальной редакции договора, согласованной сторонами 17.09.2018 г., предусмотрено исполнение подрядчиком договорных обязательств с 20.08.2018 г., в том числе по разработке рабочей документации с 01.09.2018 г. (строка 10 Приложения № 1 к первоначальной редакции Договора) и по поставке оборудования с 07.09.2018 г. (строка 2 Приложения № 1 к первоначальной редакции Договора). 

В досудебной претензии № М1/1/9721 от 16.08.2019 г. и в исковом заявлении истец указывал, что дополнительное соглашение № 2 от 18.06.2019 г. распространяет свое действие на предыдущие отношения сторон, устанавливая 31.01.2019 г. в качестве срока исполнения обязательств по разработке рабочей документации и по поставке оборудования. 

Позиция ответчика также основана на применении дополнительных соглашений к предыдущим взаимоотношениям сторон.

В уточненной редакции искового заявления позиция истца перестала быть последовательной, поскольку при определении просрочки по разработке рабочей документации истец, как и ранее, исходит из того, что дополнительным соглашением № 2 от 18.06.2019 г. в качестве срока исполнения обязательства по разработке рабочей документации установлено 31.01.2019, а при определении просрочки по передаче оборудования истец утверждает, что срок исполнения обязательства истек 28.11.2018 г., и при исчислении неустойки он не может изменяться согласно заключенным впоследствии дополнительным соглашениям к договору.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). В силу пунктов 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом. Принимая во внимание  представленные доказательства, арбитражный суд полагает, что  истец действует в нарушение принципа эстоппель, запрещающего лицу отрицать существование обстоятельств, которые им до этого подтверждались и на которые полагалось другое лицо, действующее на основании данных обстоятельств. Задача суда состоит в том, чтобы воспрепятствовать стороне получить преимущества и выгоду, как следствие своей непоследовательности в поведении в ущерб другой стороне, которая добросовестным образом положилась на определенную юридическую ситуацию, созданную первой стороной.

На основании изложенного  арбитражный суд пришел к выводу о доказанности  необходимости применения дополнительных соглашений к предыдущим взаимоотношениям сторон.

В соответствии с пунктом 1 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Сторонами рассматриваемого спора не оспаривается, что объем работ подрядчика по разработке рабочей документации состоял из 17 комплектов рабочей документации согласно Ведомости основных комплектов рабочей документации. Результаты всех указанных проектных работ переданы подрядчиком заказчику письмом №П-25/19 от 24.01.2019 г., и согласованы заказчиком без замечаний в письме № М1/П5/2/158 от 24.01.2019 г. Необходимость выполнения иных проектных работ истцом не доказана. 

С учетом изложенного суд считает несостоятельными доводы истца о невыполнении ответчиком работ, в части модернизации блокировки стороны 110 кВ, и о непринятии ответчиком мер по согласованию результатов работ с филиалом АО «СО ЕЭС» Костромское РДУ.

Поэтому довод истца о невыполнении ответчиком в полном объеме обязательств по разработке рабочей документации отклоняется в связи с несоответствием обстоятельствам дела.

На момент рассмотрения спора судом не наступил срок поставки оборудования, согласованный сторонами как 31.08.2020 в строке 2 Приложения № 1 к дополнительному соглашению № 3, что исключает правомерность требования истца о взыскании пени за просрочку поставки оборудования на основании пункта 21.2.13 Договора.

В соответствии с ч. 1 ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В силу ст. 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами. Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

Согласно статьям 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных истцом требований.

Расходы по госпошлине распределены на основании ст. 110 АПК РФ.

На основании ст.ст. 1, 10, 425, 431, 453, 702 ГК РФ, руководствуясь ст.ст. 65, 71, 110, 167, 170, 176 АПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Возвратить ПАО «ФСК ЕЭС» из федерального бюджета 27 405 руб. государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путем подачи апелляционной жалобы в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья                 П.С. Гутник