﻿

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А63-4013/2018

г. Краснодар

13 июня 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 11 июня 2019 г.

       Постановление изготовлено в полном объеме 13 июня 2019 г.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Денека И.М., судей Илюшникова С.М. и Мацко Ю.В., при участии в судебном заседании от Раджабова Рашида Магомедрасуловича – Озерова А.Ю. (доверенность от 18.03.2019), в отсутствие общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания Партнер» (ОГРН 1132651006410), иных лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу Раджабова Рашида Магомедрасуловича на определение Арбитражного суда Ставропольского края от 23.01.2019 (судья Стукалов А.В.) и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.03.2019 (судьи Егорченко И.Н., Луговая Ю.Б., Сулейманов З.М.) по делу № А63-4013/2018, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Строительная компания Партнер» (далее − должник) в арбитражный суд обратился Раджабов Р.М. с заявлением об установлении и включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 1 млн рублей.

Определением суда от 23.01.2019, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции от 26.03.2019, отказано. Судебные акты мотивированы тем, что договор займа от 10.04.2017 является мнимой сделкой. Заявление Раджабова Р.М. направлено на создание искусственной кредиторской задолженности, что свидетельствует о злоупотреблении правом.

В кассационной жалобе Раджабов Р.М. просит определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении заявленного требования. Податель жалобы указывает, что в материалы дела представлены доказательства реальности заемных отношений. Целью предоставления должнику денежных средств была необходимость осуществления ООО «Строительная компания Партнер» обычной хозяйственной деятельности (пополнение оборотных средств). Заявитель имел финансовую возможность предоставить должнику спорные заемные денежные средства. Являются необоснованными выводы судов о взаимозависимости сторон сделки. Раджабов Р.М. на момент совершения сделки не являлся участником должника. Реальность договора займа материалами дела не опровергнута.

Отзывы на кассационную жалобу не поступили.

Изучив материалы дела и доводы, изложенные в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, ООО «Фермер» обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании ООО Строительная компания Партнер» несостоятельным (банкротом). 

Определением суда от 14.08.2018 заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден Озеров Павел Павлович.

Сведения о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликованы в газете «КоммерсантЪ» 25.08.2018.

Раджабов Р.М. (займодавец) и ООО «Строительная компания Партнер», в лице генерального директора Камалудинова Адама Мухтаровича, заключили договор займа от 10.04.2017, в соответствии с условиями которого займодавец обязался передать в собственность заемщику денежные средства частями с рассрочкой с течение периода с 10.04.2017 по 31.07.2017 путем внесения наличных денежных средств в кассу заемщика в общем размере 1 млн рублей. 

В свою очередь заемщик обязался возвратить займодавцу заем единовременно и в полном объеме не позднее 31.12.2017.

В подтверждение передачи должнику денежных средств в размере 1 млн рублей Раджабовым Р.М. в материалы дела представил следующие приходные кассовые ордера и квитанции к ним: от 21.06.2017 № 13 на сумму 13 402 рублей 25 копеек, от 29.06.2017 № 14 на сумму 56 тыс. рублей, от 13.07.2017 № 15 на сумму 14 299 рублей 51 копейки, от 26.05.2017 № 8 на сумму 17 тыс. рублей, от 29.05.2017 № 9 на сумму 61 200 рублей, от 02.06.2017 № 10 на сумму 4 350 рублей, от 08.06.2017 № 11 на сумму 6 880 рублей 36 копеек, от 13.06.2017 № 12 на сумму 96 487 рублей, от 10.04.2017 № 2 на сумму 19 466 рублей 61 копейки, от 14.04.2017 № 3 на сумму 415 624 рублей 85 копеек, от 18.04.2017 № 4 на сумму 3 365 рублей 96 копеек, от 28.04.2017 № 5 на сумму 63 424 рублей, от 05.05.2017 № 6 на сумму 2 534 рублей 48 копеек, от 15.05.2017 № 7 на сумму 81 754 рублей 84 копеек, от 14.07.2017 № 16 на сумму 83 200 рублей, от 19.07.2017 № 17 на сумму 1 671 рубля 94 копейки, от 26.07.2017 № 18 на сумму 4 832 рублей 81 копейки, от 28.07.2017 № 19 на сумму 54 505 рублей 39 копеек. Главным бухгалтером и кассиром указан Камалудинов А.М.

Раджабов Р.М., полагая, что у должника имеются неисполненные денежные обязательства перед ним, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, предусмотренным статьями 71 и 100 Закона о банкротстве, в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника. В силу части 1 статьи 142 Закона о банкротстве установление размера требований кредиторов в процедуре конкурсного производства осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 100 Закона. Согласно статье 100 Закона о банкротстве требования кредиторов направляются в арбитражный суд и управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность этих требований документов. Указанные требования включаются конкурсным управляющим в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее − постановление № 35) разъяснено, в силу пунктов 3 − 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором − с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

10 апреля 2017 года Раджабов Р.М. (займодавец) и ООО «Строительная компания Партнер» (заемщик) заключили договор займа.

Из пункта 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей. В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 Кодекса). Из содержания названной нормы следует, что договор займа является реальной сделкой и считается заключенным с момента фактической передачи денег или других вещей.

В соответствии с абзацем 3 пункта 26 постановления № 35 при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

В качестве подтверждения источника дохода Раджабов Р.М. представил в суд первой инстанции пояснения, согласно которым денежные средства им получены от его отца, осуществлявшего предпринимательскую деятельность; в суд апелляционной инстанции представлена справка о доходах физического лица за 2017 год, согласно которой заявитель на 01.04.2017 получил доход в размере 350 тыс. рублей.

Суды, проанализировав содержание указанных документов, пришли к выводу о том, что они не подтверждают наличия у Раджабова Р.М. финансовой возможности для предоставления должнику займа в указанный период в заявленном размере. В материалы дела не представлены как доказательства того, что отец заявителя имел финансовую возможность в спорный период времени предоставить своему сыну 1 млн рублей, так и самой передачи денежных средств. Какие-либо пояснения от Раджабова М.С. (отца заявителя) по рассматриваемому эпизоду в материалы дела не представлены. 

Кроме того, при анализе имеющихся в материалах дела выписок о движении денежных средств по счетам ООО «Строительная компания Партнер» установлено, что с 09.01.2017 по 31.03.2017 на счета должника поступили денежные средства в сумме 81 216 286 рублей 91 копейки; списание денежных средств произведено на сумму 80 191 300 рублей 23 копейки (остаток денежных средств составил 1 024 986 рублей 68 копеек). 

Доказательств оприходования должником денежных средств, полученных от Раджабова Р.М., с последующим внесением их на имеющийся у него в банке расчетный счет в материалы дела не представлено. Должник и его временный управляющий также не смогли представить сведения о том, куда были направлены (потрачены) спорные денежные средства. 

Приведенные заявителем в кассационной жалобе доводы относительно наличия у него финансовой возможности предоставить должнику рассматриваемые заемные средства отклоняются. Суд кассационной инстанции руководствуется позицией Верховного Суда Российской Федерации, сформулированная в определении от 26.02.2016 № 309-ЭС15-13978 по делу № А07-3169/2014, согласно которой бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений.

Для предотвращения необоснованных требований к должнику и, как следствие, нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016).

При рассмотрении обоснованности требований кредиторов подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

В рамках дела о банкротстве суд вправе квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы 111.1 Федерального закона “О несостоятельности (банкротстве)”»).

Заключение направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов сделки, имеющей целью создание подконтрольной фиктивной кредиторской задолженности для последующего уменьшения процента требований независимых кредиторов, является злоупотреблением гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056).

Для констатации ничтожности сделки по указанному основанию помимо злоупотребления правом со стороны должника необходимо также установить факт соучастия либо осведомленности другой стороны сделки о противоправных целях должника. При этом аффилированность сторон сделки презюмирует осведомленность контрагента должника о наличии указанной цели совершения сделки.

Согласно статье 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признается лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475 и от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6)).

Судебные инстанции установили, что с 11.03.2016 по 20.09.2016 Раджабов Р.М. являлся учредителем должника с размером доли 100%; Раджабов Р.М. является родственником учредителя, бывшего руководителя ООО «СтавСталь» Гасанова Г.М.; ООО «СтавЧермет» является дочерним обществом ООО «СтавСталь»; бывший генеральный директор ООО «НТД» Магомедов М.П. и действующий генеральный директор ООО «НТД» Кагиров К.М. являлись работниками ООО «СтавСталь»; Кагиров Д.М. с 06.02.2018 являлся генеральным директором должника.

Таким образом, Раджабов Р.М., Гасанов Г.М., ООО «СтавСталь», ООО «НТД», ООО «СтавЧермет» входят в одну группу аффилированых, взаимосвязанных лиц.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия. По смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы кредитор не был участником группы компаний вместе с должником).

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях.

Должник и кредитор не раскрыли разумные экономические мотивы выбора конструкции займа для привлечения наличных денежных средств. Кредитор с требованием о возврате должником суммы займа не обращался более девяти месяцев с момента истечения срока для исполнения должником встречного обязательства. Договор займа является беспроцентным.

Вывод судов о недопустимости включения в реестр участников или подконтрольных им лиц, которые осуществляли докапитализацию компании, является правильным. Такие требования не могут конкурировать с рядовыми гражданско-правовыми требованиями независимых кредиторов. При таких обстоятельствах суды с учетом судебной практики по аналогичным спорам (определения Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556 (1) и (2), от 12.02.2018 № 305-ЭС15-5734 (4, 5), от 15.02.2018 № 305-ЭС17-17208, от 21.02.2018 № 310-ЭС17-17994) обоснованно отказали во включении требований кредитора в реестр.

Процессуальное поведение сторон сделки и фактические обстоятельства спора, указывают на высокую вероятность мнимого характера задолженности, искусственно созданной для неправомерного распределения конкурсной массы в пользу фиктивного кредитора, то есть в ущерб прав независимых конкурсных кредиторов должника, что в силу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации недопустимо.

Доводы заявителя отклоняются судом кассационной инстанции как основанные на неверном толковании норм материального права в их системной взаимосвязи с нормами Закона о банкротстве. Основания для отмены или изменения определения и апелляционного постановления по приведенным в кассационной жалобе доводам отсутствуют. Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов (часть 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлены.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ставропольского края от 23.01.2019 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.03.2019 по делу № А63-4013/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий							И.М. Денека 

Судьи										С.М. Илюшников										Ю.В. Мацко