ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

дело №А26-12140/2018

01 сентября 2021 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления оглашена  25 августа 2021 года

Постановление изготовлено в полном объёме  01 сентября 2021 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Морозовой Н.А.,

судей  Герасимовой Е.А., Тойвонена И.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания ФИО1,

при участии в судебном заседании:  

от ООО «Финансовая компания «ОнегоСтройАвто»:  ФИО2 по доверенности от 25.02.2021;

ФИО3 по паспорту;

от ФИО4: ФИО3 по доверенности от 24.12.2021;

от ФИО5: ФИО6, доверенность от 23.08.2021;

от ООО «Фактор»: ФИО3 – генеральный директор;

от общества с ограниченной ответственностью «Стальстрой»: ФИО7 по доверенности от 15.03.2021;

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационные номера 13АП-18967/2021, 13АП-18971/2021, 13АП-18975/2021, 13АП-18974/2021)  общества с ограниченной ответственностью «Стальстрой», Куприянова Константина Ивановича, Чугунова Дениса Вадимовича, общества с ограниченной ответственностью «Фактор» на решение Арбитражного суда  Республики Карелия от 23.04.2021 по делу А26-12140/2018 (судья Тулубенская А.В.), принятое по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Стальстрой» при участии созаявителей общества с ограниченной ответственностью «Фактор», Чугунова Дениса Вадимовича, общества с ограниченной ответственностью «Финансовая компания «ОнегоСтройАвто» о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности Куприянова Константина Ивановича, Чижиковой Ольги Николаевны, Григорьева Сергея Александровича по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Стройтехника», третьи лица, не заявляющие самостоятельные требования относительно предмета спора, - Балахонов Андрей Леонидович, Юдицкий Виктор Иосифович, Рудый Вадим Степанович, общество с ограниченной ответственностью «Стройтехника», арбитражный управляющий Товмасян Вардан Оганесович,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Стальстрой» обратилось в Арбитражный суд Республики Карелия с иском о привлечении солидарно ФИО4, ФИО5 к субсидиарной ответственности по долгам общества с ограниченной ответственностью «Стройтехника» и о взыскании с названных физических лиц в пользу истца 8 078 575 руб. 04 коп. основного долга, 638 853,80 руб. пени.

Определением от 22.03.2019 по ходатайствам ООО «Стальстрой» и ФИО5 суд первой инстанции привлёк к участию в деле в качестве соответчика ФИО8, по ходатайствам ФИО5 и ФИО4 привлёк ФИО10 и ФИО11 в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, к рассмотрению настоящего дела.

Определением от 24.07.2019 по ходатайству ФИО8 суд привлёк к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО9.

Определением от 08.11.2019 суд первой инстанции принял к производству заявление общества с ограниченной ответственностью «Вест-Лайн» о присоединении к исковым требованиям общества «Стальстрой».

Определением от 27.12.2019 суд произвёл замену стороны по делу ООО «Вест-Лайн» на его правопреемника – общество с ограниченной ответственностью «Фактор».

Определением от 31.01.2020 суд привлёк к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, ООО «Стройтехника», арбитражного управляющего ФИО12.

Определениями от 13.03.2020 суд первой инстанции принял заявления обществ с ограниченной ответственностью «Финансовая компания  ОнегоСтройАвто» и «Фактор» о присоединении к исковым требованиям общества «Стальстрой».

Решением от 23.04.2021 суд принял отказ ООО «Фактор» от иска в части требований к ФИО5 и производство по делу в названной части прекратил. Этим же судебным актом суд первой инстанции привлёк ФИО4 к субсидиарной ответственности на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), взыскал с ФИО4 в пользу ООО «Стальстрой», ООО «ФК «ОнегоСтройАвто», «Фактор» 8 717 428,84 руб., 2 282 952 руб. и 600 000 руб. соответственно. Кроме того, суд взыскал с ФИО4 в пользу ФИО3 97,20 руб., а также 100 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины, взыскал с ФИО4 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 117 902 руб. В удовлетворении исковых требований в остальной части суд первой инстанции отказал.

В апелляционной жалобе ООО «Стальстрой», ссылаясь на неправильное применение судом норм материального, процессуального права и несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, просит решение суда первой инстанции от 23.04.2021 отменить в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5 и ФИО8 и вынести по делу новый судебный акт о привлечении названных лиц солидарно к субсидиарной ответственности и взыскания с них в пользу ООО «Стальстрой»,  ООО «ФК «ОнегоСтройАвто», «Фактор» 8 717 428,84 руб., 2 282 952 руб. и 600 000 руб. соответственно, возложив ФИО5 и ФИО8 субъектов обязанность по возмещению судебных расходов. По мнению подателя жалобы, вопреки положениям статьи 9 Закона о банкротстве ФИО5 и ФИО8 как контролирующие должника лица не обратились в предусмотренный срок с заявлением о признании общества «Стройтехника» несостоятельным (банкротом), а именно: не позднее 15.02.2015., 31.12.2014, 12.12.2014, 01.12.2014. Такая обязанность, как считает ООО «Стальстрой», возникла у ФИО4 с момента вступления в должность генерального директора общества, то есть с 03.06.2015.  По мнению подателя жалобы, ФИО5 и ФИО8 фактически сокрыли документы бухгалтерского учёта, что не позволило конкурсному управляющему должника сформировать конкурсную массу, в период их деятельности совершены сделки по выводу более половины поступивших на расчётный счёт должника денежных средств на аффилированных с должником лиц. 

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней ФИО3, ссылаясь на нарушение судом норм процессуального права, просит отменить решение суда от 22.04.2021 по настоящему делу и принять новый судебный акт. Как указывает податель жалобы, имеется нарушение сроков опубликования сведений в Едином Федеральном реестре сведений о банкротстве, ненаправление судебных актов, необоснованно отклонено ходатайство о прекращении деятельности ООО «Стальстрой» и, как следствие, о невозможности представления его интересов в рассматриваемом деле. Кроме того, ФИО3 полагает, что в нарушение пунктов 51-55 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» суд не проанализировал соответствие действий общества «Стальстрой» интересам всех кредиторов. 

Доводы апелляционной жалобы ООО «Фактор» аналогичны позиции ФИО3

В своей апелляционной жалобе ФИО4, ссылаясь на неправильное применение судом норм материального права, просит решение суда от 23.04.2021 отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований  в полном объёме. Податель жалобы настаивает на том, что документы бухгалтерского учёта и отчётности у него отсутствовали по причине непередачи их ему предыдущим руководителем общества. ФИО4 указывает и на то, что им предприняты исчерпывающие меры для восстановления документов, однако, они не принесли должного результата. Податель жалобы полагает, что суд первой инстанции не исследовал «цепочку передачи документов» и не оценил возможность их истребования у лиц, фактически располагавшими необходимыми документами.

Рассмотрение апелляционных жалоб откладывалось.

В соответствии с пунктом 2 части 3 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) произведена замена в составе апелляционного суда.

От ФИО5 поступили отзывы на апелляционные жалобы, в которых она просит в их удовлетворении отказать. 

Представители ООО «Стальстрой», ООО «Фактор», ФИО4, ФИО3 поддержали доводы апелляционных жалоб, а представитель ФИО5 против удовлетворения апелляционных жалоб возражал.

Представитель ООО «Финансовая компания «ОнегоСтройАвто» солидарен с позицией ООО «Стальстрой».

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на Интернет-сайте «Картотека арбитражных дел». Надлежащим образом извещённые о времени и месте судебного заседания лица, участвующие в деле, своих представителей не направили, в связи с чем жалоба рассмотрена в порядке статьи 156 АПК РФ в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Как усматривается из материалов дела, ФИО8 являлся генеральным директором «Стройтехника» с 27.04.2012.

На основании решения единственного участника ООО «Стройтехника» с 11.04.2014 директором назначена ФИО5, приказом от 11.04.2014 ФИО5 вступила в должность директора ООО «Стройтехника».

На основании приказа о приеме работника на работу, приказа №1 ФИО4 являлся директором ООО «Стройтехника» с 26.05.2015.

Затем генеральным директором на основании решения единственного участника общества от 30.09.2016, осуществлял ведение бухгалтерского учета на основании приказа №2 от 26.05.2015.

Определением от 15.08.2017 Арбитражным судом Республики Карелия возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «Стройтехника» на основании заявления ООО «Стальинвест».

Определением суда от 10.08.2018 производство по делу о банкротстве ООО «Стройтехника» прекращено по ходатайству заявителя - ООО «Стальстрой» об отказе от финансирования и прекращении процедуры банкротства в отношении ООО «Стройтехника».

Полагая, что имеются основания для привлечения лиц, контролирующих должника к субсидиарной ответственности по пункту 1 статьи 61.12 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 №127-ФЗ (далее также - Закон о банкротстве), а также по подпунктам 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, истцы обратились в арбитражный суд с соответствующими требованиями.

Частично удовлетворяя требования, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

Пунктом 3.1. статьи 9 Закона о банкротстве закреплено, что если в течение предусмотренного пунктом 2 настоящей статьи срока руководитель должника не обратился в арбитражный суд с заявлением должника и не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 настоящей статьи, в течение десяти календарных дней со дня истечения этого срока:

собственник имущества должника - унитарного предприятия обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

лица, имеющие право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иные контролирующие должника лица обязаны потребовать проведения досрочного заседания

органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, которое должно быть проведено не позднее десяти календарных дней со дня представления требования о его созыве. Указанный орган обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, если на дату его заседания не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 настоящей статьи.

Обязанность, предусмотренная абзацем 3 пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве введена пунктом 2 статьи 1 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, вступившей в силу 30.07.2017.

Пунктом 1 стать 61.12 Закона о банкротстве установлено, что неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

Размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом) (пункт 2 статьи 61.12 закона о банкротстве).

Таким образом, по смыслу нормы пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве субсидиарная ответственность руководителя должника по предусмотренному названной статьей основанию ограничивается объемом обязательств перед обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Суд не усмотрел оснований для привлечения ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за неподачу заявления, вытекающих из договоров, возникших до 30.07.2017, поскольку до указанной даты  положениями статьи 9 Закона о банкротстве на участников должника не возлагалась обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом. Кроме того, ООО «Стальстрой» не представило доказательств возникновения обязательств у ООО «Стройтехника» в период с 30.07.2017 до 15.08.2017 (даты возбуждения дела о банкротстве).

Доказательства направления участнику ООО «Стройтехника» сведений о наличии признаков банкротства в дело не представлены (пункт 1 статьи 30 закона о банкротстве).

Суд правомерно отказал в привлечении к субсидиарной ответственности по приведённому основанию ФИО5 и ФИО4, исходя из следующего.

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителя должника к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление обстоятельств возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

При решении вопроса о возможности возложения на ответчика субсидиарной ответственности необходимо иметь в виду, что субсидиарная ответственность в деле о несостоятельности (банкротстве) возлагается не в силу одного лишь факта неподачи заявления должника, а потому что указанное обстоятельство является презумпцией невозможности удовлетворения требований кредиторов, возникших в период просрочки подачи заявления о несостоятельности (банкротстве), по причине неподачи данного заявления.

В силу прямого указания закона привлечение к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о собственном банкротстве возможно только в отношении тех обязательств должника, которые возникли после истечения установленного в пункте 2 статьи 9 Закона о банкротстве месячного срока для подачи заявления о признании должника банкротом.

Согласно пункту 2 статьи 3 Закона о банкротстве юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

ООО «Стальстрой» в размер субсидиарной ответственности включил непогашенные требования ООО «Стальстрой» на сумму 8 078 575,04 руб. основного долга и 638 853,80 руб. пеней, ООО Финансовая Компания «ОнегоСтройАвто» на сумму 2 282 952 руб., ООО «Фактор» на сумму 600 000 руб., ФИО3 на сумму 97,20 руб.

Как было указано выше, ФИО5 являлась директором общества с 11.04.2014 по 20.05.2015, ФИО4 являлся директором и затем генеральным директором ООО «Стройтехника» с 26.05.2015.

Указанная задолженность у ООО «Стройтехника» возникла на основании договора поручительства от 31.10.2014, согласно которому ООО «Стройтехника» обязалась отвечать перед ООО «Стальинвест» за исполнение ООО «Спектрэнерго» условий договора поставки №СК-23 от 01.06.2014. ООО «Спектрэнерго» не оплатило ООО «Стальинвест» поставки металлопродукции.

ООО «Финансовая Компания «ОнегоСтройАвто» просит взыскать  2 282 952 руб., в том числе 1 863 635 руб. задолженности по договору  поставки  № 37/14 от 04.08.2014, 419 317 руб. пеней за просрочку оплаты.

Суд первой инстанции оценил условия по оплате заключенных договоров и пришел к верному выводу о том, что по отношениям с ООО «Стальинвест» первая просрочка оплаты у должника возникла по накладной №448 от 10.10.2014 (просрочка с 31.10.2014), учитывая положения пункта 2 статьи 3 и пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве, обязанность по подаче заявления должника о признании его банкротом должно было быть подано в срок с 01.02.2015 по 01.03.2015.

Поскольку по отношению к ООО «Финансовая Компания «ОнегоСтройАвто» первые просрочки по оплате поставленного товара начинаются по товарной накладной от 22.10.2014, то есть просрочка оплаты начинается только с 06.12.2014, срок следует именно с момента просрочек по оплате ООО «Стальинвест» (просрочка с 31.10.2014), и возникновения обязанности по подаче заявления в арбитражный суд – 01.02.2015.

Учитывая изложенное, суд верно указал, что лицами, заявившими свои требования, не доказан размер обязательств должника, возникших с 01.02.2015 по 15.08.2017. При этом обязательства должника перед ООО «Вест-Лайн» на сумму 600 000 руб., перед ФИО3 на сумму 97,20 руб. не могут составлять размер субсидиарной ответственности по основаниям, указанным судом выше.

Определением суда от 16.05.2018 по делу №А26-7182/2017 установлено требование Федеральной налоговой службы к ООО «Стройтехника» в размере 1 065 713,39 руб. основного долга, 344 852,92 руб. пени, 10 434,55 руб. штрафов, суд обязал временного управляющего включить требование в размере 577 164,95 руб. основного долга реестр требований кредиторов ООО «Стройтехника» во вторую  очередь удовлетворения, требование в размере 488 548,44 руб. основного долга, 344 852,92 руб. пени, 10 434,55 руб. в третью очередь удовлетворения.

При установлении определением суда от 16.05.2018 по делу № А26-7182/2017 требования Федеральной налоговой службы во внимание были приняты представленный доказательства, в том числе справка об основаниях возникновения задолженности перед уполномоченным органом, согласно которой у должника самая ранняя задолженность была по налогу на добавленную стоимость за 3 квартал 2014 года в размере 79 101,44 руб. по сроку уплаты, установленному Налоговым кодексом Российской Федерации (далее - НК РФ), 22.12.2014, по сроку уплаты, установленному требованием – 09.02.2015, по транспортному налогу за 2014 года в размере 4 676 руб., по сроку уплаты, установленному НК РФ , 05.02.2015, по сроку уплаты, установленному требованием – 13.03.2015, по налогу на добавленную стоимость за 4 квартал 2014 года в размере 2272,48 руб. по сроку уплаты, установленному НК РФ, 25.02.2014, по сроку уплаты, установленному требованием – 01.04.2015, по налогу на добавленную стоимость за 4 квартал 2014 года в размере 3550 руб. по сроку уплаты, установленному НК РФ, 25.03.2014, по сроку уплаты, установленному требованием – 24.04.2015, а всего на сумму 89 599,92 руб., что не превышает 300 000 руб. Остальная задолженность возникла позже указанных дат.

Таким образом, учитывая, что бездействие ответчиков по неподаче заявления должника не повлекло возникновение обязательств должника, у суда первой инстанции отсутствовали основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по данному основанию.

В настоящем деле требования ФНС России не заявила, поэтому суд не принимает во внимание размер неисполненных обязательств по уплате обязательных платежей при определении размера субсидиарной ответственности.

ФИО4, являющийся единоличным исполнительным органом должника – директором с 26.05.2015, а затем генеральным директором должен был исполнить предусмотренную Законом о банкротстве обязанность по предоставлению временному управляющему перечня имущества должника, в том числе имущественных прав, а также копии бухгалтерских и иных документов, отражающих экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения, то есть за 2015 год, 2016 год, 2017 год. 

В связи с неисполнением ФИО4 в срок до 26.02.2018 установленной Законом обязанности временный управляющий вынужден был обратиться в суд с соответствующим ходатайством, в ходе рассмотрения которого ФИО4 так и не предоставил истребуемые документы, производство по ходатайству было прекращено в связи с прекращением производства по делу о банкротстве по причине отсутствия средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

Пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве закреплено, что если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу положений подпунктов 2 и 4 пункта статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы; документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

В подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при непередаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Согласно пункту 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Исходя из статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Подпунктом 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве предусмотрено, что, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника.

Таким образом, ответственным за передачу документации согласно пункту 3.2 статьи 64 Закона о банкротстве может быть признан только руководитель должника, к числу которых относится генеральный директор ФИО4

ФИО4 в силу Закона о банкротстве обязан был передать предоставить временному управляющему и направить в арбитражный суд перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения определением суда от 10.02.2018 (резолютивная часть от 09.02.2018) в отношении ООО «Стройтехника», утверждения временного управляющего должником ФИО12

Согласно бухгалтерской (финансовой) отчетности ООО «Стройтехника» за 2014 год активы должника составляли 77 763 тыс.руб., в том числе 5 883 тыс.руб. – основные средства, 2 979 тыс.руб. – запасы, 61 284 тыс.руб. – дебиторская задолженность, 7 612 тыс.руб. – финансовые вложения, кредиторская задолженность составляла 71 605 тыс.руб., 5 642 тыс.руб. – заемные средства.

Из анализа финансового состояния должника усматривается, что в соответствии с бухгалтерской (финансовой) отчётностью ООО «Стройтехника» за 2015 год совокупные активы составляли 76 157 тыс.руб., за 2016 год – 72 234 тыс.руб., в том числе основные средства по состоянию на 31.12.2015 в сумме 3 301 тыс.руб., на 31.12.2016 – 1 150 тыс.руб., запасы по состоянию на 31.12.2015 на сумму 2 562 тыс. руб., на 31.12.2016 – 1 210 тыс.руб., дебиторская задолженность по состоянию на 31.12.2015 в сумме 62 319 тыс.руб., на 31.12.2016 – 67 444 тыс.руб., финансовые вложения по состоянию на 31.12.2015 на сумму 4 201 тыс.руб., кредиторская задолженность составляла по состоянию на 31.12.2015 на сумму 71 374 тыс.руб., на 31.12.2016 – 1 520 тыс.руб., основным направлениями деятельности должника являлись: строительство жилых и нежилых зданий за счет собственных средств для продажи, за доплату или на договорной основе; возможна передача части работ или всего строительного процесса на субподряд.

Как следует из материалов дела, 11.07.2014 (между обществом с ограниченной ответственностью «ЖК Александровский» (Заказчик) и ООО «Стройтехника» заключен договор генерального подряда № 02-ГП, в соответствии с которым Генеральный подрядчик по поручению заказчика принимает на себя обязанность осуществить строительство многоквартирного жилого дома (четырехподъездного, 5-6 этажного, восточный корпус) со встроенными помещениями общей площадью здания 15 416 кв.м. по адресу: г.Петрозаводск, территория, ограниченная улицам Казарменской, ФИО13 и рекой Лососнкой, со сроком начала работ – 14.07.2014 и сроком выполнения работ в пределах 14 месяцев с даты начала работ в соответствии с календарным планом выполнения работ по сентябрь 2015 года (том дела 2, листы 10-41, приложения на листах 42-72). Цена работ по договору составляла ориентировочную стоимость 441 220 798,21 руб., в том числе стоимость подрядных работ, материалов, оборудования на сумму 428 369 707 руб., сумма вознаграждения ООО «Стройтехника» за услуги генерального подрядчика по договору генподряда 3% в соответствии с пунктом 3.3. в размере 12 851 091,21 руб. (том дела 2, листы 17, 59-63) и приложением №9 к договору (том дела 2. листы 59-63). 

В соответствии с положениями раздела 3 договора генерального подряда №02-ГП от 11.07.2014 цена работ по договору состоит из подрядных работ, затраты на организацию временного снабжения строительной площадки энергоресурсами, затраты на транспортировку и поставку оборудования, техники, накладных расходов, сметной прибыли, налогов и сборов, затраты на возведение временных сооружений для нужд Генерального подрядчика, затраты на удорожание работ в зимнее время, мобилизацию и демобилизацию, на охрану, из вознаграждения за услуги Генерального подрядчика (3% от стоимости подрядных работ, выполняемых по договору), из фактической стоимости подрядных работ.

Как следует из выписки банка по счету должника за период с 28.06.2012 по 31.10.2018 с 03.07.2014 по 14.09.2018 совершены операции по счету на сумму 59 559 202,91 руб., из которых за период с 03.07.2014 по 11.02.2015 на счет поступило и израсходовано 59 459 202,91 руб.., за период с 27.10.2015 по 14.09.2018 поступило и израсходовано 100 000 руб.

При таких обстоятельствах апелляционная инстанция поддерживает позицию первой инстанции о том, что у должника в 2014 году, в 2015 году, в 2016 году имелись активы, в том числе основные средства по состоянию на 31.12.2015 в сумме 3 301 тыс.руб., на 31.12.2016 – 1 150 тыс.руб., запасы по состоянию на 31.12.2015 на сумму 2 562 тыс.руб., на 31.12.2016 – 1 210 тыс.руб., дебиторская задолженность по состоянию на 31.12.2015 в сумме 62 319 тыс.руб., на 31.12.2016 – 67 444 тыс.руб., должник являлся Генеральным подрядчиком по договору генерального подряда от 11.07.2014 со сроком выполнения работ - сентябрь 2015 года и суммой вознаграждения за услуги генерального подрядчика в размере 12 851 091,21 руб., за счет которых возможно было удовлетворить требования кредиторов. 

Отсутствие документов исключило возможность определить основания возникновения дебиторской задолженности и принять меры по её взысканию, выявить основные средства, иные активы, установить их местонахождение или сделки по их выбытию, проанализировать сделки. По счету должника совершены операции на сумму 59 559 202,91 руб. с 03.07.014 по 14.09.2018, которые из-за отсутствия документов невозможно проанализировать на предмет необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы.

Не представлено документов, подтверждающих выполнение должником условий договора генерального подряда № 02-ГП 11.07.2014 между обществом с ограниченной ответственностью «ЖК Александровский» (Заказчик) и ООО «Стройтехника» (Генеральный подрядчик), либо его расторжение, либо замену генерального подрядчика и условий замены стороны в договоре.

ООО «Стальстрой» также указало, что отсутствие документации о хозяйственной деятельности должника не позволило временному управляющему сделать окончательный вывод об оспоримости сомнительных сделок должника с аффилированными лицами на сумму 27 282 409,98 руб. из поступивших на счет должника 58 493 876,95 руб., кроме того, вследствие непередачи первичной документации, подтверждающей дебиторскую задолженность на сумму 67 444 000 руб. по состоянию на 31.12.2016 по бухгалтерской отчетности, сокрытие документации не позволило продолжить процедуру банкротства, лишило кредиторов возможности удовлетворения своих требований.

ФИО4 обязанность по передаче временному управляющему и направлению в арбитражный суд перечня имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерских и иные документов, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения не исполнена.

ФИО4 действия по истребованию документации у предыдущего руководителя предприняты только после подачи временным управляющим ходатайства в рамках дела №А26-7182/2017 о банкротстве должника. Доказательств того, что ФИО4 в разумные сроки после его назначения директором 26.05.2015 истребовал документацию должника от ФИО5 либо он осуществлял мероприятия по восстановлению документации должника суду не представлено.

В материалы дела представлена опись от 20.05.2015, согласно которой ФИО5 передала ФИО3 документы ООО «Стройтехника», а именно: устав, свидетельство о государственной регистрации от 27.04.2012, свидетельство о постановке на налоговый учет, свидетельство о допуске к определенным  видам работ, решение единственного участника от 11.04.2014, печать 2 шт., прочее. 

Исходя из пояснений ФИО5, все документы ООО «Стройтехника», включая документы бухгалтерского учета переданы по требованию учредителя ФИО8 юристу ФИО3, при увольнении ни каких претензий учредитель ФИО8, в том числе по передаче документов компании не имел, документы фактически на момент увольнения, включая документы бухгалтерского учета, находились по адресу: 192029, 

<

...>, документация должника у ФИО5 отсутствует. 

Доказательств того, что документация должника находилась у ФИО5 на момент введения судом процедуры наблюдения в отношении должника не представлено.

Наоборот, в судебном заседании 25.08.2021 представитель ФИО4 сослался на то, что в период осуществления ФИО4 функций генерального директора должника им выплачивалась сотрудникам заработная плата, производились отдельные расчёты с контрагентами. Приведённое опровергает позицию ФИО4 о номинальном исполнении им обязанностей генерального директора, а также об отсутствии документации должника.

При таких обстоятельствах суд пришел к верному выводу, о том, что в связи с непередачей ФИО4 временному управляющего документации должника невозможно было определить основные активы должника, невозможно выявить совершенные в период подозрительности сделки и их условия, невозможно проанализировать сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможно установить содержание принятых органами должника решений, провести анализ этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов, невозможно выявить весь круг лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов.

Таким образом, у суда первой инстанции были все основания для  оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности в размере, определенном пунктом 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, непогашенных требований кредиторов, заявивших своих требований на сумму 11 600 478,04 руб., в том числе перед ООО «Стальстрой» в размере 8 717 428,84 руб., ООО ФК «Онегостройавто» в размере 2 282 952 руб., ООО «Фактор» в размере 600 000 руб., ФИО3 в размере 97,20 руб.

При этом основания для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности в соответствии с подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве не установлено судом, поскольку после ФИО5 генеральным директором с 26.05.2015 являлся ФИО4, дело о банкротстве было возбуждено 15.08.2017, процедура наблюдения введена определением суда от 09.02.2018 (дата объявления резолютивной части определения), доказательств нахождения документов должника у ФИО5 и истребования документов ФИО4 или учредителем должника от ФИО5 в разумный период после её увольнения и утверждения нового директора – ФИО4 не представлено. 

В отношении ФИО8 также таких оснований не усматривается, поскольку у должника имелся единоличный исполнительный орган, который отвечает за сохранность документации должника в силу положений Закона №14-ФЗ, кроме того, в материалы дела не представлены доказательства того, что документы должника на дату введения процедуры наблюдения хранились у ФИО8

В последнем абзаце пункта 23 постановления №63 разъяснено, что по смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

В нарушение части 1 статьи 65 АПК РФ истец и лица, присоединившиеся к его требованиях, не представили суду доказательств того, что указанные перечисления денежных средств являлись для должника существенными и повлекшими объективное банкротство должника, таким образом, суд верно указал, что оснований для привлечения ФИО8 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по эпизодам перечисления денежных средств не имеется.

При этом суд принял во внимание условия договора генерального подряда №02-ГП от 11.07.2014, заключенный между ООО «ЖК Александровский» (Заказчик) и ООО «Стройтехника», в соответствии с которым Генеральный подрядчик по поручению заказчика принимает на себя обязанность осуществить строительство многоквартирного жилого дома со встроенными помещениями по адресу: Республика Карелия, г.Петрозаводск, территория, ограниченная улицами Казарменской, ФИО13 и рекой Лососинкой в срок по сентябрь 2015 года. Цена работ по договору составляла ориентировочную стоимость 441 220 798,21 руб., в том числе стоимость подрядных работ, материалов, оборудования на сумму 428 369 707 руб., сумма вознаграждения за услуги генерального подрядчика в размере 12 851 091,21 руб. (том 2 л.д. 63) в соответствии с разделом 3 договора генерального подряда и приложением №9 к договору (том 2 л.д. 59-63). Согласно пункту 2.5 генеральный подрядчик выполняет работы, предусмотренные настоящим договором, своими силами либо с привлечением субподрядчиков. В приложении № 3 к договору определен перечень подрядных работ, выполняемых силами генерального подрядчика или субподрядчиками. 

Доказательств того, что денежные средства переводились безосновательно, не во исполнение договора генерального подряда или иных обязательств в материалы дела не представлено.

Апелляционный суд принимает во внимание, что возможность оспаривания таких сделок и установления их действительной направленности имелась в случае введения в отношении должника конкурсного производства, от финансирования которого заявитель – ООО «Стальстрой» отказалось, при этом достоверно зная о соответствующих обстоятельствах деятельности должника. Одновременно такие платежи не свидетельствуют о возникновении именно у должника обязательств после возникновения контролирующих организацию лиц обязанности по подаче заявления о признании общества несостоятельным (банкротом), а также, что именно такие платежи привели к банкротству организации.

Принимая во внимание, что судом правильно установлены обстоятельства дела, в соответствии со статьей 71 АПК РФ исследованы и оценены имеющиеся в деле доказательства, применены нормы материального права, подлежащие применению в данном споре, нормы процессуального права при рассмотрении дела не нарушены, обжалуемое решение суда является законным и обоснованным и отмене не подлежит.

Руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Решение Арбитражного суда  Республики Карелия  от 23.04.2021 по делу №  А26-12140/2018 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий

Н.А. Морозова

Судьи

Е.А. Герасимова

И.Ю. Тойвонен